Текст книги "Космический экзамен для землянки (СИ)"

Автор книги: Линда Осборн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 13 страниц)

Глава 14 Танцы с тенями

Лес вокруг них был тихим, слишком тихим. Казалось, сама природа затаила дыхание, ожидая начала смертельного танца.

Я знал, что возвращаться той же дорогой, что мы оказались здесь – нельзя. Понял, услышав предсмертный стон Лакула. Мы учились с ним на нулевом курсе, еще не подозревая тогда, что каждый экзамен в академии будет усложняться до смертельного. То, что он спасся с древнего капища благодаря человеколюбию Анны, не спасло от ужаса, что творился в джунглях.

Поэтому нашим первым шагом стало погружение в густой туман, который окутывал подножия деревьев. Мы шли молча, прислушиваясь к каждому шороху, и каждый звук казался предвестником беды.

Аня держалась стойко. Шла молча. Но выдерживала дистанцию меж нами – видимо, опасалась, что сознание планеты снова подчинит мое, заставив смотреть на девушку как на вкусный обед.

Но этого не могло больше повториться – по законам планеты мы породнились, а есть подобное нельзя.

Тут же остановился, почувствовав странную вибрацию воздуха. Что-то было не так. Обернулся и увидел, как Аня продолжает идти вперёд, не замечая опасности. Хотел крикнуть, предупредить, но голос застрял в горле.

В тот же миг из тени выскочило существо, похожее на огромного паука с человеческими глазами. Оно метнулось к ближайшему кусту, схватив его своими когтями.

То, что куст походил издалека на силуэт человека, спасло нас.

Я выставил вперед меч и ринулся на паука, зная, что могу переломить одну из его ног, что даст нам возможность проскочить дальше.

Аня завизжала за спиной. Но не убежала назад, туда, где нас уже наверняка поджидали каннибалы. Она держалась чуть на расстоянии, но также прикрывала мне спину, также следовала за мной, сражаясь с собственным страхом.

Но маневр не дал результата. Враг оказался быстрее и хитрее. Существо исчезало и появлялось вновь, словно играясь.

Я понял, что нужно изменить тактику. Сосредоточился, пытаясь почувствовать движения противника до того, как тот сделает свой ход. И вот оно! Почувствовал приближение тени и мгновенно прыгнул в сторону, избежав удара. Теперь двигался плавно, словно в танце, предугадывая каждое движение своего врага.

И как только паук повернул голову в сторону Ани, которая не понимала, что происходит и как себя вести в этой странной игре, странном танце с тенями, как рубанул по тощей шее, состоящей из одних только волосатых иголок.

В тумане раздался нечеловеческий визг.

Из раны брызнула слизь, цвет которой было невозможно разобрать в этом тумане. Похожие на человеческие глаза закатились, писк заложил уши. Чудовище дернулось, отшатнулось, едва не завалившись на бок.

Но я повторил его движение.

Аня пригнулась, боясь, что лапа паука-переростка коснется ее головы, и правильно сделала – через мгновение в то место, где она замерла, пронеслись ядовитые иглы, выпущенные из шеи противника.

Делал все, что делал паук, повторяя его движения, но с каждым шагом приближался все ближе, выискивая точку, в которую ударю мечом сейчас.

И только оказался с другой стороны, рубанул со всей силы, отсекая одну конечность от туловища.

Паук буквально подпрыгнул в воздух, расправив свои лапы, но туже быстро оказался на земле, буквально вонзаясь когтями в поверхность, зло, яростно, цепко.

Мне повезло – я оказался прямо под его брюхом.

Паук, сам того не понимая, поймал свою тень – меня.

Мне не пришлось даже стараться, только со всего маха дать мечом в его брюхо – туда, где билось четыре сердца. Из раны хлынул газ. Дурно пахнущий, ядовитый, он буквально сшибал с ног, шевелил волосы на голове, но я стойко стоял, удерживая меч в брюхе противника, чтобы не дать тому избавиться от меня, вытащить преграду. Дыхания, кто я задержал, уже не хватало – паук стойко сражался за свою жизнь.

Но и этой борьбе приходит конец – я дернул меч, прокручивая его винтовым эффектом, и паук дернулся из последних сил в смертельной судороге и рванул вперед, не разбирая дороги, ударяясь о деревья, что не были видны в тумане, оставляя за собой облако газа, слизи, взрывающихся ядовитых игл.

– Скорее, – крикнул я Ане, заставляя девушку подняться с земли.

Нам нужно было срочно убираться отсюда.

Плевать на то, что задание оказалось не выполненным – главное убраться отсюда живыми. А то, что мы смогли выбраться из капища, уже заслуживало хоть какой-то оценки, пусть низшего, но балла.

– Нам туда!

Чтобы не потеряться в тумане, ухватил ее за холодные пальцы, потягивая за собой. Теперь шли медленнее – туман застил глаза, будоражил воображение, заставляя ожидать еще какой-то твари в этой клоаке, но также было страшно наткнуться на деревья, что появлялись перед носом буквально из ниоткуда, вырастая из земли.

Пару раз меч, который я сжал в вытянутой руке, уже спасал от толстых стволов, скрытых туманом.

Команда, отданная Импелу, уже запустила двигатели, заряжая его на скорый вылет. Подлететь корабль к указанном мной месту не мог, но благодаря встроенной навигации, я понимал, где примерно он находится. И шел ровно по этой указке.

– Осталось совсем чуть-чуть!

Аня почти плелась, будто из последних сил. Странно, но даже когда мы пересекали джунгли, она шла более уверенно, стойко выдерживая тяжелую дорогу, нападения растений и летевшее прямо в глаза мясо лиан, выпадающее из –под моего меча.

Наконец, последние шаги – и туман отступил, будто напуганный кош, на которого плеснули млечкой.

Перед глазами распростерся Импел. В стороне стояли еще несколько кораблей кадетов академии, но было неясно – они или только прилетели, или ждали своих хозяев, чтобы вылететь с недружелюбной планеты каннибалов.

– Аня, скорей, – я отпустил ее ладонь и тут услышал глухой стук за спиной.

Быстро оглянулся.

Девушка упала. Почти без чувства.

– Пустота вас всех забери! – подхватил ее на руки, бросив меч, и бегом направился к кораблю, не теряя и минуты.

Нужно срочно поместить ее в отсек, чтобы заживляющая жидкость сделала свое дело. Кто знает, от чего у нее такая реакция – могло быть все, что угодно: Аня показала себя настоящим бойцом, спасая нас с древнего капища.

Едва мы оказались внутри Импела, я дал команду запускать движок – пора было лететь дальше.

– Только не усыпляй меня… опять… – простонала она, глядя из-под густых ресниц мутным взглядом.

Я втащил ее в отсек, по пути делая все, что нужно.

Нажал кнопку, ожидая, когда жидкость опустится сверху.

Дотронулся до ее шеи, ловя пульс, слушая, как бьется сердце – для землян важно, чтобы оно билось в одном положенном ритме с указанной частотой. И наткнулся на шип.

– Гррос!

Паук на прощание выпустил ядовитые шипы, один из них впился в кожу девушки, отравляя ее тело, организм.

– Пустота вас всех перетри! – заорал я.

Импел набирал высоту.

Все нутро космолета вибрировало.

Мое тело билось в судорогах.

Я снова терял своего второго пилота.

Кажется, второй бокс, последний на этом корабле, предназначенный для транспортировки тел в академию Межмировых отношений, нужно будет чистить и заряжать.

Возможно, пришло и его время.

На бледное лицо Ани упали капли.

Но это была не заживляющая жидкость.

Это были мои слезы.

Да, мужчины не плачут.

Курсанты академии – тем более.

Но эта мелкая девчонка, с глупой парковой планеты уже сделала что-то такое, что оказалась у меня под кожей, пробралась достаточно далеко, чтобы я мог оплакивать ее потерю.

– Даже не думай умирать, – затряс ее так сильно, что голова дернулась, а волосы расплелись из хвоста, и, радуясь освобождению, заметались по боксу.

Руки, сложенные на груди, опали от резкой тряски, вдоль тела, и из цепких пальцев на пол упало что-то с глухим стуком наземь.

Гррос. Это – кристалл с планеты каннибаллов.

Горло стянуло спазмом от слез, что собирались пролиться вопреки убеждению, что плакать нельзя.

Эта мелкая девчонка спасла меня, нас, выполнила задание – забрала кристалл с планеты.

И сделала этой ценой собственной жизни.

Глава 15 Спасение.

Действовать нужно было быстро. Яд проникал в кровь, и любая задержка, промедление отравляла организм все шире и больше. Процент заражения уже перевалил за половину – если бы я знал, что отравленный шип вонзился в шею Анны, то смог бы на корню пресечь это, вытащив его из кожи, сцеживая каким-то образом.

Но период распада уже пошел – девушка лишилась чувств, зрачки уже начинали мутнеть, покрываться голубым инеем, волоски на коже вставали дыбом, симулируя состояние паука с планеты каннибаллов.

Вытащить шип – дело секунды, а вот избавление организма от яда занимает гораздо, гораздо больше времени и сил.

С форсунка на потолке уже полилась заживляющая жидкость, я выставил ее на максимум – мало того, что в отсеке был человек с ядом в крови, так еще и на время перелета нам двоим нужно было оставаться здесь, чтобы не попасть под антигравитационные волны, что запускались на капитанском мостике.

Шип улетел через отверстие в полу в переработку, теперь он никому не причинит вреда.

Я прижался губами к маленькой точке – отверстию, что осталось от шипа на коже девушки. Втянул в себя все, что смог, стараясь дышать легкими на полную силу, заставляя двигаться весь свой организм, работать на пределе возможностей.

Мой организм крепче, чем организм землянки, мы схожи во многом, но различий – еще больше. Я вижу лучше, двигаюсь быстрее, она же больше похожа на цветок, который привозят в императорский дворец с парковых планет, увядающий за короткое время, не справившись с давлением, под которое попадает.

И потому я уверен, что смогу спасти от яда кровь девчонки.

Она – не Лисс Осс, которому было суждено умереть от моей руки.

Она – совсем другая история.

И ей нужно спасти, сохранить жизнь, потому что она спасла мою. Только за одно это должна закончить чертов полет!

Собрав во рту достаточное количество яда, сплевываю его вниз, так, чтобы ни капли не упало куда-то сбоку, чтобы он снова не соединился с остальной частью отравленной жидкости.

Ядовитого вещества много – оно делится с лейкоцитами, и мне приходится забирать немного жизненной энергии Ани, отравленной пауком, чтобы в ее крови, организме не осталось даже следа смертельного яда.

От усиленного дыхания перед глазами пляшут мушки.

Сердце стучит в горле, но я не перестаю работать– втягиваю миллиардные доли миллиметра отравы в себя, чтобы сплюнуть яд на пол. Я вижу его – синий, такой оттенок говорит о редкой мутации, и мне повезло, что шип попал в кожу на видимом месте. Попади он под одежду, останься незамеченным, и дни землянки в космосе были бы сочтены.

Чувствую и усталость, и перепад давления.

Это значит, что мы замедляемся, достигая следующей точки назначения.

Заживляющая жидкость течет сверху, покрывая нас густой пленкой, собирая мельчайшие частицы грязи, болезни, обеззараживая кожу снаружи, организм внутри, заживляя малейшие порезы и трещинки.

Мне нужно целиком проверить организм Ани, но думаю, что яда в теле уже не осталось. Все остальное доделает нутро Импела.

Девушка прижата к моей груди, руки висят плетьми вдоль тела, она не приходила в сознание с того момента, как мы оказались в отсеке.

И теперь я слышу ее дыхание, оно становится ровнее, а сердце начинает биться в привычном для нее ритме.

Все это успокаивает.

Она еще будет слаба, но самое главное – опасность позади.

Сжимаю пальцы в кулак – я сам, лично подверг ее жизнь опасности, и из-за меня она оказалась в такой ситуации, на грани жизни и смерти…

Выдыхаю и теперь медленно прикасаюсь к коже на шее, где совсем недавно была ранка от шипа паука. Трогаю губами поверхность, не могу не сделать себе такой подарок. В этом нет ничего предосудительного, это просто жест благодарности за спасение моей жизни.

Я снова и снова прикасаюсь к ее шее, прямо за ухом, и вижу, как ее кожа становится румяной, как мурашки пробегают ниже, скрываясь под специальным костюмом, который я выдал ей из своих запасов, чтобы заменить ее некачественную одежду.

И это единение волнует меня, оно сбивает дыхание, заставляет пробегать меж ресниц и кончиков пальцев электричество.

Жар пробегает по позвоночнику. Разум туманится. Веки становятся тяжелее.

И тут память выкидывает фортель:

«Аня, педагог, есть паспорт, – говорю тихо, с огромным трудом пробираясь сквозь джунгли, хотя точно знаю, что в этот момент не могу находиться там. Все это – действие капища, древних богов каннибалов. И мне нужно породниться с девушкой, показать богам, что я не один, я и она – не еда. – Надо обменяться жидкостями. Слить в одно. Тогда не будет морока.

– Я спать с тобой не собираюсь, чтобы ты знал, – высокомерно отвечает она».

Моргаю и смотрю теперь на нее спокойно.

Я – кадет Межмировой академии.

Я пролетел всю Империю сам.

И сейчас теряю голову.

Просто теряю голову из-за девчонки.

И девчонки с Земли – парковой планеты, жизнь на которой не прекращается только потому, что за ней интересно наблюдать нашим ученым, и они не представляют опасности империи из-за скудного развития технологий.

И потому я встаю ровно, поворачиваю ее к себе спиной, чтобы не смотреть, не чувствовать влекущей ее близости, не разжигать в своих венах огненного солнца, и закрываю глаза, ощущая, как медленно скользит по телу противная заживляющая жидкость.

Глава 16. Надо ее вернуть

Примечание Импела:

Планета Корь. Мятеж против императора подавлен триста стандартных лет назад. Раса ослаблена столетием Тройственной войны. Корабли курсантов осуществляют сбор клеток мозга.

– Нужно ее вернуть, – сквозь сон слышу голос Дэна.

То, что он говорит – пугает и волнует, потому что я понимаю своим шестым чувством, что разговор идет обо мне. Не выдаю себя – не дышу, не открываю глаз.

Не хочу возвращаться на Землю. Только не сейчас. Теперь я хочу идти дальше, увидеть все, что только можно, то, о чем даже не мечтала и даже не предполагала. Это не отсутствие инстинкта самосохранения, нисколько.

Это желание испробовать себя, свои границы, свои силы.

И, если быть совсем точной, быть правдивой самой с собой – не хочу расставаться с Дэном. Есть что-то в этом заносчивом, слишком крутом парне что-то такое, что заставляет смотреть и на него, и на мир по-другому.

Уфф… Анюта, надеюсь, ты не собираешься увлечься этим парнем… До добра это точно не доведет! Нужно усиленнее думать про его недостатки, а их у парня великое множество! Взять, к примеру, эти огромные глаза. они слишком большие для такого лица – как будто он болеет базедовой болезнью. А вдруг это заразно? Заметила, что у многих точно такие же огромные глаза, как у Дэна, а это значит, что на них может так действовать космос, или они так удивляются, что глаза не могут принять обычное выражение!

А это неумение разговаривать? Он только и делает, что запрещает, бурчит под нос и фыркает. Невозможно вытянуть из него и крупицу нужной информации!

А эти плечи? Эта спина? Эти мышцы? Это совершенное тело под комбинезоном?

Ой, кажется, меня куда-то не туда понесло, а потому нужно аккуратно вернуть свои мысли обратно, назад.

Я начала вспоминать, что видела последним, прежде чем сознание отключилось и перед глазами не встал черный экран.

Встревоженное лицо Дэна. Космический корабль, который уже гудел, явно готовясь к скоропалительному взлету. Странное небо цвета фуксии. Боль во всем теле, ломота в конечностях. Туман перед глазами.

Потом провал.

А после – что-то теплое. Невыразимо приятное. Чувство, которое разжигает кровь, заставляя ее резвее бежать по венам, гоняя кислород и серотонин. Такое теплое, влекущее и возбуждающее состояние, которое перетягивает с края пропасти, за которой – глухая космическая пустота. Отголоски этого ощущения появляются, когда я смотрю на Дэна, но он не видит меня. Когда можно полюбоваться на его профиль, на его торс, на его уверенные движения… Это сон, но какой же радостный, какой же реалистичный, какой же приятный!

– Было принято решение не снимать вас с экзамена, это будет нецелесообразно, – снова этот немного механический голос, который отвечает с задержкой.

Я уже слышала его – он давал команду кораблю выпустить меня из плена кресла, в котором, кстати, снова нахожусь.

– Вам необходимо пройти экзамен с Анной Ивановой. Девушка зачислена на нулевой курс академии. Согласно анализам, что поступили в ректорат, она идеально подходит вам для партнера по полетам. Это был превосходный выбор.

От этих слов щеки покраснели, мне стало приятно. Надо же – какая честь, космические пришельцы считают, что я идеально подошла в партнеры для кадета Дэна.

– Да я знаю все это! – Дэн разъяренно ударил кулаком по экрану рядом с ним. Как капитан, он занимал другую локацию, располагался ближе к панели управления. И кресло его было чуть другим, хотя не думаю, что более удобным.

– Напоминаю, что договоренность была о том, что вы завершаете все испытания, и девушка будет направлена домой, на планету Земля.

Дэн вместо ответа чуть не зарычал.

– Вы не понимаете! – повысил он голос, в котором слышны были проблески молний и бури. – Ее нужно отправить обратно!

От этого тона у меня внутри все упало. Мне стало противно за себя, за него. Я думала, что чего-то стою, а теперь не только Коробкова, но и мой напарник Дэн считает, что я ни на что не гожусь.

Стало так горько, что даже на языке появилась кислинка. Лицо исказилось в гримасе.

Почему он так говорит? Я ему настолько неприятна? Настолько не подхожу и не нравлюсь?

Это было даже обиднее, чем когда ректор меня поливала грязью перед всеми студентами университета.

Корабль замедлил ход – жужжание стало тише. Это значило, что мы подлетаем к следующей планете, где будет проходить очередной этап испытаний в академии Межмировых отношений. Академии, в которую, судя по всему, Дэн не хочет, чтобы я попала.

Я выдохнула. Злость пробежала пузырьками по коже.

Ну и пусть все они считают, что я ни на что не годна.

Не попробую – не узнаю.

Возвращаться на Землю до тех пор, пока не дойду до конца – не собираюсь. А там будь, что будет. Вернуться домой в поселок, пойти продавцом в магазин или уборщицей на завод через дорогу я успею всегда. Но шанс свой все равно использую. По крайней мере, наберу впечатлений на всю оставшуюся жизнь!

– Вам нужно быть осторожнее. Как вы знаете, колонисты идут по следу. И вы подлетаете к планете…

– Проваливай в пустоту! – ругнулся Дэн, обрубая связь. Я тут же открыла глаза и увидела, как он кулаком впечатал кнопку в панель.

Помолчала мгновение, другое, оценивая обстановку.

Дэн расстегнул кресло, вышел из своего мешка. Встал спиной ко мне, вглядываясь в экран. Нажал на кнопку, и будто шторы на экране разъехались, демонстрируя, что мы приземляемся на очередной планете.

– Ты снова меня усыпил, – сказала четко ему, добавляя стали в голос.

Теперь я заигрывать с ним не буду. Он точно против того, чтобы я поступила, а значит, будет делать все против меня, вставляя палки в колеса.

Если Дэн и ощутил укол совести, спина его этого совершенно не продемонстрировала.

– Следующий полет я хочу увидеть сама, своими глазами.

Сказала так строго, насколько хватало выдержки.

И сейчас в моем голосе было все – и демонстрация спокойной уверенности в себе, намерения выполнить все именно так, как я хочу, и предостережение против него, демонстрирующее, что теперь мы точно не друзья и не напарники.

Я вспомнила, что тот кадет, что был явным врагом Дэна, назвал его совершенно другим именем. Что ж, я принимаю правила вашей жизни и ваших социальных связей, не настолько глупая, как ты думал, Дэн.

– И приму участие в состязании, Лонет.

Парень повернулся и впился своими глазами в мои. Вставая из кресла, которое на этот раз быстро расстегнулось под моими руками, а не окутывало в кокон, задерживая, я сложила руки на груди, глядя на него спокойно и уверенно. Мне показалось, но в глазах кадета промелькнуло разочарование, молния боли и усталости. Но он быстро взял себя в руки и только качнул своей идеальной головой.

Глава 17. Испытание числами.

Тишина. Абсолютная тишина, нарушаемая лишь редкими звуками далекого ветра, который, казалось, шептал что-то неразборчивое, словно пытаясь передать тайное послание. Перед нами с Лонетом раскинулась чужая планета – загадочная, пугающая своей неизвестностью, но одновременно манящая своим величием. Вокруг простиралась бескрайняя равнина, покрытая серебристым песком, сверкавшим под лучами двойного солнца. Небо было не привычного голубого цвета, а глубокого фиолетового оттенка с редкими белыми облаками, которые медленно скользили по нему, словно гигантские ледяные айсберги. Вдали виднелись горы, их вершины были покрыты чем-то похожим на снег, но это был не обычный снег – он переливался всеми цветами радуги, создавая иллюзию сказочного мира. – Ну что ж, друзья мои, – раздался голос наставника, звучавший откуда-то сверху, словно доносился прямо из космоса. – Вы прибыли сюда для того, чтобы пройти испытания, которые покажут вашу готовность к жизни среди звезд. Эти испытания будут непростыми, но если вы справитесь, то станете настоящими исследователями Вселенной.

Лонет фыркнул.

Я же напряглась. Казалось, что парень считал, что задания, которые ждут нас здесь, должны быть простыми, и это только перевалочный пункт до академии. Для меня же все происходящее было в новинку, пугало и заставляло сердце трепетать.

Как ни тяжело было называть Дэна другим именем, но я старалась. Для врагов или для тех, кому он был врагом, его звали Лонет, а я сейчас его считала именно тем, кто хочет навредить. Испортить мою жизнь, решив, что я не подхожу для космических приключений. Хотя, мне казалось, я уже неоднократно демонстрировала то, как хорошо адаптируюсь, учусь, стараюсь помочь.

– Задание первое. Числовое.

– Пехоте числа не нужны, – снова буркнул себе под нос Лонет, демонстрируя явное пренебрежение к тому, кто зачитывал для нас условия игр.

– Внимание.

Вдруг небо перед нами потемнело и прямо перед нами, в воздухе, начали проступать гигантские числа.

По моей спине, рукам, ногам, пробежал суеверный ужас. Такого я не видела никогда в жизни – на небе, прямо в воздухе, без помощи дронов или трансляции экрана начали проявляться цифры. И только саркастическое настроение Лонета удержало от того, чтобы не показывать ему, насколько я отстала от него.

Сглотнув удивление, смотрела, как вырастают цифры, без логики и без понятия, почему была выбрана такая последовательность.

1

11

21

1211

111221

312211

– Назовите следующую строку.

Лонет рядом расхохотался.

– И это все? – он смеялся так, что даже встал, уперевшись руками в колени, не обращая на мое изумленное лицо. – Ради этого я сюда тащился?

Меня снова резануло его эгоистичное «я», но я не стала отвечать ему никак, ведь ответа на задание я точно не знала.

Что это за цифры? Почему они выставлены в такой последовательности? Может быть, нужно указать сумму всех чисел?

Складывать в уме столько цифр требовало внимательности и сильного напряжения, и я, закусив губу, начала работать – считать в уме.

– Не старайся, – Лонет, увидев, как я усиленно пыхчу, решая задание, повернулся ко мне. – Это задачка для нулевого курса.

Я вспыхнула, как маков цвет. Кажется, я и до нулевого курса не дотягиваю.

– Это говорят на занятии, – он пожал плечами. – Даже если проспал урок, потом, через время, когда начинают решать задания на первом курсе, понимаешь, о чем идет речь.

Я ничего не ответила, решив не обращать на него никакого внимания.

Однако Лонету в этот раз приспичило со мной поговорить. Может быть, то, что я назвала его вторым, нелюбимым именем, сыграло свою роль?

– Это загадка Бернара Вербера. Странно, что ты не знаешь ответ, – он ехидно прищурился – это я отметила краем глаза. – Смотри, как это работает. Пишем единицу: один. Читаем вслух то, что написали: «одна единица». Пишем, ну в нашем случае, откладываем в уме все, что произнесли: «одна единица», 11. Читаем вслух написанное: «две единицы». Записываем это: 21. Читаем: «одна двойка, одна единица». Пишем: 1211. Ну и так далее.

– И каким будет ответ? – не удержалась, вопреки данному себе слову не разговаривать с парнем до конца.

– Единица тройка единица единица двойка двойка двойка единица, – ответил он уверенно, глядя на мой профиль, но не на цифры на небе.

13112221 напечаталось вслед за его словами.

– Все верно, – снова раздался с неба голос наставника. – Вы были правы.

– Задания для нулевиков, – развел в стороны руки Лонет.

Я повторила все цифры про себя еще раз, чтобы понять порядок для ответа. И, кажется, почти сразу поняла. Улыбнулась сама себе. А что, это действительно изящное и необычное задание. Пусть для парня оно было простым, для меня – нет. Но и ему я могу научиться. А это значит, что мозги у меня могут работать в таком же режиме, как у остальных кадетов в академии.

– Следующее задание.

– Я готов, – Лонет уселся на песок, скрестив ноги по-турецки. Сейчас, с взлохмаченными волосами, хитрым блеском в глазах, расслабленной позой он снова напоминал обычного двоечника с Земли, но только если очень накачанного и большеглазого.

– Специально для гостьи с Земли было придумано новое задание, – проговорил невидимый наставник с неба.

– ООо, – Лонет выставил руки вперед, и я думала, что он начнет хлопать, но вместо этого он защелкал пальцами обеих рук. Что, похоже, демонстрировало ленивые аплодисменты. Я усмехнулась. Сейчас, в такой немного расслабленной обстановке я училась всему космическому, непривычному, гораздо легче и быстрее, чем, когда мы выполняли тяжелые задания.

– Внимание!

Я тут же посмотрела туда, где прежде были цифры. Они растаяли в небе, будто их и не было. А на месте них проявились такие гигантские четыре карты, которые были расположены рубашкой вверх.

– Это что еще такое, – Лонет вскочил на ноги, будто увидел что-то серьезное, страшное, неизведанное.

Его испуг меня рассмешил.

– Карт испугался? Бедненький Лонет, – не удержалась я от подколки.

Он дернул плечами: мол, и не такое видели. Но, тем не менее, с опаской глянул на карты.

– Тебе не угадать, – он посмотрел на меня внимательно. Но я видела: на дне его глаз пляшет смешинка.

– Это тебе не угадать, малыш, – сказала, отметив про себя, как передернулось его лицо от этого уничижительного прозвища. – Не мешай, когда начинают работать профи.