Текст книги "Взгляд не рабыни или женское проклятие (СИ)"
Автор книги: Лина Ларс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 19 страниц)
Поразительно, как девушка за столь короткий срок смогла меня удивить и заинтриговать. Даже увлечения у Дины не простые. Интересно, откуда у неё страсть к кораблям?
– Знаешь, Муза, – задумчиво протянул я. – А прикажи-ка ты своим людям собрать информацию о Дине Шарх. Только пусть делают это как можно тише…
Глава 6
В портальном зале собралась вся честная компания тех, кто присутствовал сегодня на совещании. Ждали только Повелителя.
Я тихонько присоединилась к группке личных помощников, вежливо поздоровалась с ними и стала прислушиваться к разговорам мужчин.
В основном те лениво обсуждали прелести танцовщиц, услаждавших взоры шагесов за обедом. Дальше речь плавно перетекла в другое русло. Кто-то высказал мнение, что мы зря потратим время в Салти. Фаяз – старый хитрый лис и уж точно не упустит своего. К тому же, некоторые новые законы о труде рабов очень невыгодны многим шагесам, так что прикрыть махинации Фаяза найдётся кому…
Я жадно ловила каждое слово, стараясь при этом выглядеть так же спокойно и особо незаинтересованно, как и остальные говорившие.
– Нет, вы только подумайте, какое обязательное содержание мы должны предоставлять этим оборванцам и преступникам! И это притом, что они сами решили свою судьбу. Преступники и должники, да ещё нищеброды, из тех, кто по доброй воле решил податься в рабы. И их мы обязаны содержать практически так же, как вольных работников? Я, конечно, уважаю нашего Повелителя, но эти законы приняты им явно опрометчиво, – последнее было сказано так тихо, что мне лишь чудом удалось расслышать фразу.
Я мысленно хмыкнула. Кажется, человеческая натура одинакова везде. И теперь суть вопроса становится более ясной.
Амир с Музаффаром вскоре явились в зал. Все вежливо поклонились Повелителю, а он благосклонно приняв приветствие, перешёл сразу к делу:
– Башар, Вильдан, мне понадобится ваша помощь в создании портала.
Двое названных мужчин приблизились к Амиру, ожидая дальнейших указаний. А я во все глаза уставилась на разворачивающееся действо. Где ещё можно увидеть творящееся на твоих глазах волшебство. А тем более такое – высшего порядка.
Амир раскрыл одну ладонь, а над ней другой начал чертить символы, моментально вспыхивающие и тут же становящиеся более тусклыми. Из раскрытой ладони шёл поток энергии, который будто связывал те магические элементы, которые воспроизводил в воздухе маг.
– Башар, воздушное заклинание, – коротко отдал приказ Амир, не отвлекаясь от основного задания. – Вильдан, «поддерживающие врата».
Мужчины одновременно начали что-то шептать и вычерчивать в пространстве. В результате действий одного появилась еле видимая огромная призрачная рамка будущих портальных врат, которые будто бы поддерживались в воздухе другим магом. А Амир тем временем направил создаваемые потоки энергии в эту рамку, и воздух вдруг внутри врат заколебался, словно бы подёрнулся серебристым инеем и… начал показывать совсем другую картинку с той стороны.
Первое, что я заметила, был жёлтый цвет песка и океан, виднеющийся вдалеке. Казалось, что лёгкий бриз долетает даже сюда, в эту огромную пустую комнату с высокими потолками, а ноги утопают в прогретых на солнце мелких крупинках.
Вдалеке, в некотором отдалении от побережья, виднелись огромные по площади разрытые котлованы, в которых еле различимыми точками, будто муравьи, трудились люди.
Первым в портал шагнул шагес Таир, изложивший доклад о данных копях на сегодняшнем совете. Его примеру последовали остальные, проходя в портальные врата по одному-два человека.
Я была одной из последних, если не считать Амира и магов, удерживающих портал. С огромной опаской посмотрела на зыбкое марево и, зажмурившись, шагнула в него.
Могу сказать, что ничего сверхфеерического не произошло. Наоборот, я ощутила, как будто весь мой организм сжали в плотную пружину, а потом резко эту пружину отпустили. От подобных манипуляций мой желудок взбунтовался и еле удержал своё содержимое внутри. А из-за закрытых глаз нечаянно споткнулась и чуть не упала, чудом удержав равновесие.
– Гафур Инар, вижу, вы не часто путешествуете сквозь порталы? – насмешливо констатировал один из моих спутников – помощник советника, как раз шагеса Салмана, представителя Владыки, если я не ошибаюсь.
Я отошла от портала, чтобы не мешать тем, кто будет следовать за мной, и убийственно посмотрев на нахала, как бы это сделал на моём месте настоящий наследник шагеса, с достоинством произнесла:
– Никогда не нравился этот способ перемещения. А вы, вижу, большой любитель следить за окружающими.
Мужчина хотел ещё что-то сказать, но благоразумно заткнулся. Тем более сзади уже выходили Амир и остальные два мага. Как только они шагнули по эту сторону портала, тот схлопнулся, лопнув, словно мыльный пузырь.
Оказалось, что позади, недалеко от нас, находятся строения, напоминающие бараки, но более добротные, что ли.
С той стороны к нам уже спешили навстречу на довольно странном виде транспорта: длинные повозки без колёс и верха. Они будто слегка парили над песком на сгустившейся подушке из воздуха.
Когда встречающие поравнялись с нами, они поприветствовали должным образом Амира и предложили нам забираться внутрь повозок. Главным у них был старый, но довольно бодрый худощавый мужчина. Фаяз, насколько я поняла.
Но он, в отличии от Музаффара, старость которого лишь украшала, не вызывал никаких позитивных эмоций. Узкие глаза-щёлочки смотрели с хитрецой и неприязнью. Казалось, он ненавидит всех и вся.
Мы с трудом погрузились в пять прибывших повозок и «поехали» к виднеющимся вдали копям.
Чем ближе приближались, тем всё более странное чувство меня посещало. Я знала, видела этот берег раньше, и эти копи, и даже картина роющихся в песке рабов вызывала странное узнавание и глубокое сочувствие.
Мне казалось, что я уже бывала здесь. Только вот когда и в каком качестве?
– Всего на побережье шесть копей, – скрипучим неприятным голосом, царапающим слух, вещал Фаяз. – В основном мы добываем магические кристаллы первого порядка. Но попадаются и довольно редкие лунные кристаллы.
Лекция о том, как эффективно работают вверенные ему копи и какую пользу они приносят государству, как и ожидалось, была прочитана нам здешним распорядителем с большим удовольствием.
Также старый пройдоха, подпустив в голос подобострастия, поведал нам, что средства с доходов прошлых лет были использованы для расширения существующих и разработки новых копален, покупки дополнительных рабочих и, естественно, улучшения условий содержания рабов согласно новым законам.
Всего на копях работало порядка четырёхсот человек. Некоторые рабы трудились семьями, которые им заводить не возбранялось, но при условии, что оба супруга будут работать здесь же. Копи находились на приличном расстоянии от ближайшего города.
Вежливо выслушав информацию, которую и так уже наверняка знал из отчётов, Амир пожелал посмотреть на труд и быт рабов, вопреки ожиданиям Фаяза, что Повелитель побрезгует и откажется.
Всё-таки, как бы я ни была на него зла, приходилось признать, что голова на плечах у Амира имелась.
Проваливаясь в мягкий песок, порой резко осыпающийся вниз под нашими ногами, увлекая нас за собой, мы спустились в одну из копей, к людям, казавшимся издали мелкими точками.
На первый взгляд всё было более, чем благовидно. Мужчины и женщины разных возрастов опрятно одетые в серую мешковатую, но очень добротную форму, зачерпывающие лопатами и сеющие сквозь огромные металлические сита песок. У каждого на поясе висел мешочек, куда складывались драгоценные находки. Блестящие камешки белого, голубого и даже фиолетового цвета.
Но нечаянно встретившись взглядом с одним из молодых парней, заметила такую тоску и отчаянье, что впору завыть. Заметно было также худобу многих из тех, кто работал здесь. Да, можно было бы списать всё на труд на свежем воздухе, который не даёт им разжиреть. Только я почему-то не верила в подобный вариант. Да и опущенные в пол глаза и совсем не радостные бледные лица говорили сами за себя.
При виде нашей процессии рабы бросали своё занятие и смиренно распластывались ниц, отдавая дань уважения правителю. И оставались так лежать, пока Амир милостиво не разрешал им подняться.
Я шла в хвосте процессии, чуть приотстав от остальных, и растерянно глазела по сторонам, пытаясь избавиться от липкого чувства неправильности происходящего.
Увиденное почему-то угнетало. Мало того, в какой-то момент вдруг стало совсем душно, как будто сам воздух стоял плотным маревом и давил, давил со всех сторон, заставляя сжаться от неприятных ощущений. В висках проснулась резкая боль, спина покрылась холодной испариной, в ушах зазвенело, глаза затуманились, картина перед ними подёрнулась серой пеленой и я уже готова была упасть на землю и завизжать, схватившись за голову, что есть мочи.
Однако все симптомы отпустили так же резко, как и появились. Я начала видеть. Но так, словно бы взгляд прорезал время и пространство, показав мне кино из чужих воспоминаний. Это был не сегодняшний день, а совсем другое время.
Маленькой Дине, то есть мне, было десять. В тот день мне поручили промывать камешки, которые собрал отец. Кристаллы, огромные и сияющие. И среди них был даже один лунный. Я забрала мешочек с камнями у мужчины с каштановыми волосами с небольшой проседью, смотревшего внимательно и заботливо своими добрыми карими глазами, и отправилась наверх, где стоял чан с водой и такие же ребятишки занимались похожей работой.
Когда очередь дошла до лунного кристалла, переливающегося всеми цветами радуги, если посмотреть на него сквозь солнечные лучи, я не удержалась и залюбовалась красивыми бликами, подняв камень вверх и прищурив один глаз.
Сзади послышались уверенные шаги и я, не успев спрятать камень, ощутила сильный удар трость в затылок, заставивший зарыться носом в песок. Перед глазами аж заискрило.
– Маленькая дрянь, – завопил противный скрипучий голос. – аукцион, вот что тебя ждёт…
И я вдруг снова словно очнулась, обнаружив себя всё в том же расшитом кафтане и арафатке, жадно глотающей воздух.
А на меня заботливо смотрели до боли знакомые карие добрые глаза, и родной голос спросил:
– Вам плохо?
– Н-нет! – вылетело неуверенно. – Вернее да.
Мужчина, который вероятно был моим отцом в этом мире, отцепил с пояса флягу и протянул мне.
– Вода. Это скорее всего жара. С непривычки бывает.
Недоуменно посмотрела на неё минуту-другую, а затем, наплевав на последствия, подталкиваемая каким-то необъяснимым предчувствием, повернулась так, чтобы меня мог видеть лишь он, слегка приоткрыла платок и протянула руку к фляге.
Секунду-другую отец Дины Шарх сохранял молчание, жадно всматриваясь в черты под арафаткой, а затем я быстро прикрыла лицо, перед этим молниеносно сделав несколько глотков из фляги. И правда помогло.
– Дина, – прошептал он так тихо, что было еле слышно, – неужели ты? Но как?
Я пожала плечами, показывая, что сказать мне абсолютно нечего. Хотела бы и сама знать, как попала на невольничий рынок. Можно было бы подумать, что продал меня Фаяз, вымещающий злобу на рабах без разбору. Но кусочек из воспоминаний Дины был десятилетней давности, а на аукционе я оказалась меньше месяца назад. Так что скорее отец мог меня просветить, чем я его. Абсолютно ничего не помнила.
Истолковав моё движение, как невозможность рассказать всё здесь и сейчас, он всё же уточнил:
– Скажи только, ты сейчас в столице? – кивнул он в сторону удаляющейся процессии, явно намекая на то, что я здесь с кем-то из них.
– Да.
– Хорошо, – теперь, казалось, это его ничуть не удивляет, будто его дочь и сама стремилась попасть туда. Странно!
Если бы могла, я задала бы отцу массу вопросов, но продолжать нашу милую беседу посреди копи, в то время, как процессия удалялась всё дальше, было бы по крайней мере глупо и подозрительно. К тому же, я вдруг краем глаза заметила, что к нам приближается здоровый детина, в полностью чёрном кафтане.
«Надсмотрщик», – пронеслась уверенная догадка. Или же это были воспоминания из другой жизни…
Отец тоже заметил его и быстро зашептал, стараясь донести до меня самое важное:
– Я знаю, ты хотела уехать в Занил. Возможно, это судьба. В торговом квартале найди Аюба Саддина, скажешь от Асада Сашти, он поможет.
С этими словами отец Дины отошёл к своим инструментам, провожаемый тяжёлым взглядом надсмотрщика. Уверена, если бы не присутствие важных гостей, пришлось бы Асаду несладко.
А я поспешила нагнать толпу, позволив себе оглянуться лишь единожды. Возле отца стоял надсмотрщик и что-то втолковывал ему, благо хоть без рукоприкладства. Пока что.
Как интересно устроена судьба. Почему она привела меня именно сюда? А ещё интереснее, откуда у Асада такие знакомства и почему просил меня напомнить о себе Аюбу как о некоем Асаде Сашти, а не Асаде Шархе? Я ведь Дина Шарх!
А вот Дину я прекрасно понимаю. И сама не прочь сбежать отсюда куда подальше. А Занил так заманчив в плане свобод и нравов!..
Всю оставшуюся экскурсию по копям я мало на что обращала внимание. Нет, воспоминания больше не появлялись, сбивая с ног. Но полученной информации и так хватило, чтобы вывести из равновесия. Было о чём задуматься.
Да и по большому счёту не уверена, что увидела бы что-то новое. Всё в идеальном порядке, причёсанное и прилизанное к нашему приезду. Не хватало только вывески: «Образцово-показательный участок». Но в своём воспоминании я-то видела воочию, как всё здесь обычно выглядело до приезда Повелителя.
Поняв, что лишь зря тратит время, Амир решил продолжить экскурсию в бараках рабов.
Но и здесь всё сияло чистотой и порядком. Была даже отдельная комната, где играли дети, под надсмотром двух женщин. К слову, в этот раз детей и вовсе не было на копях.
Посмотрев, как всё должно бы было быть, я невольно чуть больше стала уважать Амира, который принял те самые неугодные остальным шагесам законы о содержании рабов.
Хорошо было бы разоблачить эту старую сволочь Фаяза. Но нам уже пора, не солоно хлебавши, возвращаться назад, во дворец.
И тут как гром среди ясного неба прозвучал голос Амира, перекрывая остальной незначительный шум тихих голосов.
– Гафур Инар, подойдите ко мне, будьте добры.
С большой неохотой, ожидая очередной подлянки от Амира, поплелась к нему. Он стоял вместе с Фаязом и что-то обсуждал. Дождавшись, когда я подойду, Амир ошарашил:
– Шагес Фаяз, позвольте представить, гафур Инар, наследник одного из уважаемых семейств. Его отец попросил помочь ему постичь сложную науку управления и правильного принятия решений. А я считаю, что без практики это невозможно. Поэтому хочу послушать, что смог увидеть сей достойный юноша и какие выводы сделал. Так как бы вы поступили на моём месте, Инар? – лукаво спросил он.
Так и знала, что гадости и насмешки со стороны Амира в мою сторону на сегодня ещё не прекратились.
Очень хотелось послать его гадское величество куда подальше, желательно без возможности обратного вояжа. Но я сдержалась. Сцепив зубы, мило улыбнулась. Пускай под арафаткой улыбку не видно, но зато я знаю, и этого достаточно. Ещё посмотрим, кто кого.
– Что ж, насколько я успел заметить, у шагеса Фаяза всё под контролем. Уровень организации поражает, – и ведь не соврала, чтобы организовать такое масштабное лапшенавешивание на наши уши нужно быть очень изворотливым. – У шагеса есть чему поучиться, – и тут вроде ни слова лжи.
Фаяз удовлетворённо кивал вслед моим словам, понимая, что его действительно не на чем подловить. А Амир насмешливо взирал на меня, словно на несмышлёныша, своим стальным взглядом.
– И раз глубокоуважаемый Фаяз так всё чудесно здесь организовал, я уверен, что и некоторым из ваших менее успешных управляющих, Повелитель, не мешало бы перенять его опыт в превосходном внедрении новых законов в жизнь. Год, да, думаю, не меньше, – задумчиво констатировала я, – на это понадобиться. И конечно же личное присутствие этих управляющих здесь обязательно всё это время.
По-моему у Фаяза только что был культурный шок, это точно! А я решила ещё больше добить товарища.
– Да и такие образцовые слуги, как ваши рабы, не помешали бы во дворце Амира. Думаю, можно было бы организовать обмен между самыми прилежными вашими работниками и наиболее провинившимися служащими нашего Повелителя? – вопросительно посмотрела на него, приподняв бровь. Сам ведь спросил мнение.
А с такими хитрыми жуками, как Фаяз, нужно только так. Снять его с должности не имеет смысла. Завтра придёт новый, и неизвестно, будет ли лучше этого. А так, жёсткий контроль и система доносчиков заставит мужчину действовать в тех рамках, которые предписаны. А там, глядишь, его примеру последуют другие, чтобы не получить таких же «подарочков» от Повелителя.
– Ну что вы, что вы, – начал заикаться Фаяз, не походя сам на себя. – Вы мне слишком льстите. Наверняка подчинённые нашего мудрого правителя не могут быть хуже моих рабов. Да и не так уж и идеально всё здесь у меня устроено. Есть и более образцовые производства.
Посмотрела на Амира, он выглядел совсем хмурым. Ну всё, значит, не поддержит мою идею. А он вдруг неожиданно удивил, я уж и не чаяла. Сказал, как припечатал:
– Мне нравится ваша идея, гафур. В ней что-то есть… Я подумаю, как лучше её реализовать, и дам вам знать, Фаяз.
Я удивлённо и одновременно обрадованно посмотрела на Амира, выискивая признаки очередной насмешки, и не находя их. Неужели этот твердолобый решил признать, что и у женщины есть мозги? Как-то верилось во всё это с трудом, будто сплю.
Вдруг чей-то взгляд обжёг мой затылок. Обернувшись, обнаружила, что Фаяз с ненавистью смотрит в мою сторону, наверное мысленно желая, чтобы я провалилась на том же месте. Но его мечтам не суждено было сбыться.
Через час мы уже оказались во дворце через заново созданный портал, построение которого по старым следам теперь заняло гораздо меньше времени и усилий.
Весь путь до портала я оказалась под перекрёстным огнём взглядов советников: заинтересованных, одобрительных, недовольных и даже злых. Хорошо, что я не настоящий Инар, а то, похоже, он нажил себе массу врагов.
Толпа потихоньку рассасывалась из портального зала, каждый на прощание раскланивался перед Повелителем, пока мы с Амиром не остались лишь вдвоём. Последним выходил Музаффар. Он пожелал нам хорошего вечера и незаметно подмигнул мне, заставив улыбнуться.
– Вы были бы неплохим гафуром, Дина! Рад, что мне выпала возможность познакомиться с вами, – на прощание сделал он мне комплимент.
Я ещё продолжала улыбаться, когда за старым Советником захлопнулась дверь.
– Ну что ж, ты проявила себя неплохим стратегом, признаю это. Но пока рано объявлять чью-либо победу. Ещё целая ночь впереди, – обещание заставило вздрогнуть, – И, пожалуй, я предпочёл бы увидеть тебя в другом наряде, – легонько дёрнул он за край арафатки, заставив ту уползти вниз. – Ужин через час, я буду с нетерпением ждать тебя, – интимно опалил он дыханием моё ушко, вспыхнувшее от того, что говорилось и как это было сказано.
Вот умеет же, когда захочет, быть обаятельным и приятным человеком, правильно ухаживать за девушкой…
– И не забудь сообщить Рахме, кого из рабынь моего отбора ты хотела бы видеть в моей спальне в эту ночь, – сумел на прощание испортить мне настроение Амир.
Красивое платье стального цвета приятно льнуло к фигуре и разлеталось широким парусом при ходьбе, переливаясь и отражая огоньки магических светильников.
Рания прекрасно справилась с задачей, превратив меня в яркую бабочку, спешащую к своему собственному опаляющему пламени. Высокая причёска, закреплённая красивыми заколками с камнями, подозрительно напоминающими лунные. Яркий макияж, подчёркивающий мою красоту. И вуалетка, пришпиленная к причёске.
Образ, замеченный в зеркале, мне безумно понравился, несмотря на то, что в обычной жизни я бесспорно такое не надела бы.
Но настроение быстро испортил визит Рахмы с вопросом о том, кого господин желает видеть ночью. Дескать, велели спросить у меня. Я в курсе.
Я не хотела, чтобы он вообще кого-либо видел. Казалось бы, какая мне разница, с кем этот несносный тип коротает ночи? Но помимо воли в душе разгорался жуткий протест.
«Мой!» – кричало что-то внутри меня. И это было очень странно. Никогда не замечала за собой собственнических замашек, понимая, что мужчины полигамны. А Амира я и знаю всего ничего и даже не успела побывать в его постели. Так откуда подобные чувства?
В итоге, с горем пополам, я всё же выбрала девушку. Одну из своих двойников, как и заказывал Амир. Ту, что ещё не бывала у него.
И вот сейчас, направляясь в покои Амира, я пыталась унять быстрый стук сердца. Волнение и предвкушение смешались воедино в пряную смесь, заставляя кусать губы и нервно сжимать ни в чём не повинный подол платья.
С этим надо что-то решать. Обычно от увлечения кем-либо помогало одно средство – постель. Всего одна ночь – и всё как рукой снимало. Возможно, так и стоит поступить, чтобы этот самодовольный индюк убрался из моих мыслей куда подальше? Присвоить его, как он проделывал это с тысячей девушек до меня, и охладеть при первых лучах солнца, осветивших ложе любви?
Затаив дыхание и так и не приняв решение, переступила порог покоев взволновавшего меня мужчины.
– Доброго вечера, Дина! – встретил меня довольным, обволакивающим тоном хозяин комнат. – Выглядишь замечательно, – констатировал он то, что я и так заметила в зеркале.
Что ж, и он тоже был выше всяческих похвал. Белая рубашка, расшитая серебряной вязью, выгодно оттеняла серебристые глаза и я на минуту застыла, всматриваясь в их гипнотический блеск.
– Доброго! – ответила внезапно охрипшим голосом.
Амир понимающе улыбнулся и приглашающим жестом указал на небольшой низенький овальный столик, уставленный яствами. Возле него были раскиданы подушки и думки, как будто зазывая окунуться в мир уюта и неги.
Да и сама комната, утопающая в мягком свете магических светильников, создавала приятную, правильную атмосферу для вечера двоих – мужчины и женщины.
Приподняв полы платья, благо широкая юбка это позволяла, осторожно уселась в позе лотоса, расправив складки. Наверняка сверху выглядело так, будто я действительно являюсь экзотическим цветком с изящными серебристыми лепестками.
Амир опустился напротив меня и я вдруг с подозрением поняла, что столовых приборов нет! И как прикажете вкушать все эти вкуснейшие на вид яства?
Ответ последовал незамедлительно. Меня решили накормить. О Боже! Да я никогда не ела с чужих рук. И вообще считала это не гигиеничным. Но проигнорировать маячивший у губ кусочек лепёшки с завёрнутыми в него аппетитными кусочками хорошо потушенного мяса с овощами было невозможно.
Я неуверенно приоткрыла рот и откусила кусочек. Губы на миг соприкоснулись с его музыкальными длинными пальцами, и это на удивление вызвало во мне не омерзение, а желание ещё раз испытать подобные приятные, щекочущие нервы и заставляющие затаить дыхание, чувства. Судя по всему, мужчине, сидящему напротив, этот процесс тоже доставлял немалое удовольствие.
Когда последний кусочек был мною съеден, он довольно прищурился, и заявил:
– Ну а теперь твоя очередь накормить меня. Я ужасно голоден, – в его устах фраза прозвучала как-то очень уж двусмысленно.
Но как бы это неожиданно ни было, для себя я уже решила, что мы будем делать этой ночью. И это точно никак не связано с эгаей, которую мирха приведёт сегодня к Амиру. Точнее так, я уверена, что бедная претендентка в айны сегодня так и не увидит ложе Повелителя. Поэтому слова Амира меня ничуть не испугали. Я же не восемнадцатилетняя девочка – девственница, и не ханжа, которая вздрагивает при одном упоминании занятия сексом. А если женщина и мужчина хотят одного и того же, то почему бы и нет? И может тогда я, наконец, переболею странной быстротечной болезнью под названием «Амир».
Поэтому я плавно поднялась, позволяя мужчине увидеть все линии моего гибкого молодого тела, медленно подошла к нему, усаживаясь как можно ближе к удивлённо взирающему на меня Амиру. И поднесла сформированный кусочек лакомства, наслаждаясь его реакцией на мою близость.
Но и я не осталась равнодушной, вздрагивая при каждом нежном, ласкающем прикосновении к моим пальцам.
Мррр, что же ты со мной делаешь, Амир?
– Я надеялся, что ты не откажешься от десерта, но, думаю, отложим его на потом, – произнёс он, получив последний кусочек из моих рук.
Я не успела спросить, что же там за загадочный десерт под серебряной полусферой нас ожидает, как Амир одним плавным движением поднялся, увлекая меня в свои объятия.
На пол полетели все любовно пришпиленные Ранией заколочки вместе с так понравившейся мне вуалеткой. А за ними и платье постигла такая же участь.
Очень ловко, будто тысячу лет упражнялся в раздевании женщин, он расстегнул мелкие пуговички на спине, избавив меня от скрывающего грудь кружевного белья, положил ладонь на моментально превратившуюся в горошину вершинку, сминая её, в то время как другую грудь терзал в сладостной пытке его рот.
Тихий стон удовольствия слетел с моих губ. И он тут же вернулся к ним, впитывая своими устами моё дыхание и не давая мне опомниться, перебрался к мочке уха, мягко поглаживая затылок, будто инстинктивно ощущая, что мне нравится.
Боже, какая же это сладкая пытка. Желание вспыхнуло ярким костром, принимая меня в свои обжигающие объятия с такой силой, как никогда раньше.
Я хотела всего его, сразу, без остатка. Лихорадочно срывая с Амира дорогую рубашку, совершенно не обращала внимания, что та треснула, не поддаваясь моему напору. Всё равно! Это наоборот вызвало ещё большее желание добраться до его тела. Я рванула сильнее и разделяющая нас преграда слетела на пол, присоединившись к остальной кучке вещей.
Он подхватил меня и мы, преодолев легко разлетевшийся в стороны от его резких движений балдахин из органзы, оказались в постели Повелителя среди красивых алых лепестков, устилавших всё огромное, поражающее своими размерами ложе.
Амир опустился сверху, удерживая запястья и предпочитая и здесь быть хозяином положения. Его губы плавно спускались вниз к средоточию моего желания, предвещая мне скорую, но такую сладкую гибель, сдачу всех крепостей на милость победителя.
Но нет, я не доставлю ему такого удовольствия. В эту игру можно играть вместе. С трудом извернувшись ужом, я выбралась из захвата не ожидавшего от меня такой прыти мужчины, и, толкнув оторопевшего Амира в грудь, оказалась сверху, проделывая тот же фокус, что и он недавно со мной.
Спустилась ниже и с удовольствием провела сначала ладонью, а потом и языком по его возбуждённому бархатному, но такому внушительному и твёрдому мужскому естеству и начала свою сладкую пытку в танце древнем, как сама жизнь.
Но долго упиваться своей властью мне не дали. В какой-то момент мы снова поменялись местами и теперь я хватала ртом воздух и шептала в беспамятстве его имя.
Ночь превратилась в новое сражение между нами, только более сладостное. И принесла мне множество сюрпризов, заставив вскрикнуть от боли, когда Амир вошёл в меня впервые.
Да, давно забытое ощущение, не ожидала испытать его снова. Но, в отличии от моего настоящего первого раза, боль очень быстро отступила, уступив место затопившему каждую частичку тела наслаждению, накатывающему волнами вновь и вновь.
Усталая и удовлетворённая, как никогда, я погружалась в ленивый сон на плече у Повелителя с одной лишь мыслью: «А смогу ли я, как думала, завтра выбросить его из своей головы?». Ответ мне не очень нравился…
И уже сквозь сон ощутила, как такая приятная и надёжная опора вдруг исчезла, оставив после себя ощущение потери и холода. И мужские голоса, что-то активно обсуждающие, всё больше удалялись из комнаты.
