Текст книги "Взгляд не рабыни или женское проклятие (СИ)"

Автор книги: Лина Ларс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 19 страниц)

– Рания, скажи, пожалуйста, ты только оставила входную дверь открытой или ещё и повесила на ней табличку: «Заходи, кто хочет»?

Служанка округлила глаза и попятилась назад, с ужасом рассматривая гневное лицо хозяйки и зажатое в моей руке полотенце. Да что ж за день такой?! С расстройства плюхнулась на ближайший ко мне стул, опустив руку, и тяжело вздохнула.

– Госпожа, – тем временем пришла в себя Рания и начала быстро оправдываться, – но я закрыла дверь! А не было меня, потому что мирха Рахма приказала отправиться к портному, забрать часть новых вещей, из тех, которые уже были в наличии в виде заготовок и которые не нужно было подгонять по вашей фигуре. А потом мне нужно было отправить их в прачечную. Но как только я справилась, сразу же прибежала к вам.

Чёрт! И тут Рахма! Могла бы и догадаться, что без неё не обошлось. Всё мстит мне за то, что наябедничала, что ли?

– Ладно, Рания, извини, что накричала. Но знаешь, мне кажется пришло в голову, что не мешало бы сменить замок. Или дополнительный поставить…

Однако зря я понадеялась, что мои покои станут моей крепостью, оказывается, не положена мне подобная роскошь по статусу. Распоряжаться такими вещами имеет право либо айна, либо смотрительница гарема. На сегодняшнем занятии по гаремным правилам, я, кстати, узнала, что обычно смотрительницами назначали дальних родственниц шагеса, которые по каким-либо причинам не были отправлены в чужие гаремы в качестве эгай.

И мне тогда отчего-то даже стало жаль старую деву Рахму. У неё не сложилась судьба, нет ни возлюбленного, ни детей, а участь надсмотрщицы за чужими кознями и любовными играми тем более не добавляет ничего хорошего к и так не сладкой доле, делая характер мирхи ещё более сухим и скверным.

Но после слов Рании сразу же перехотелось её жалеть. Вот же старая интриганка!

Так что приведя с помощью Рании себя в порядок, отправилась не в самом радужном расположении духа на урок танцев, значившийся в моём расписании следующим.

И очень хорошо, что это занятие было следующим. У меня появилась возможность сосредоточиться на чём-то другом и прогнать с помощью физической активности и быстрых движений танца злость. Да и учительница Нежмие была очень приятной особой.

Вначале мы осваивали только лишь движения, без реквизита, стремясь, как считала учительница, сделать их точными и выверенными, чтобы потом, когда добавятся кинжалы, избежать лишней травматизации. Но и это было чрезвычайно сложным этапом. Наверняка, чтобы уметь вот так плавно и красиво изгибаться, словно молодая лиана, девушка тренировалась не один год. В голову пришло, что наверное я погорячилась с решением научиться чему-то настолько сложному.

Однако мысленно себя отругала и встряхнула. Нет ничего невозможного для человека с интеллектом, а он у меня несомненно есть, так что прорвёмся. Да и Нежмие пообещала, что всё у нас выйдет.

Когда я через два часа еле вылезла из зала, пытаясь вспомнить, что там дальше в моём расписании, меня уже ждала встревоженная Рания:

– Эгайя, смотрительница просила передать, что в вашем расписании небольшие изменения. Пойдёмте, мне велено провести вас к ней лично.

Глава 10

Нет, эта старуха явно не даст мне умереть своей смертью. Что ещё она удумала?

– Знаешь, мне всё равно, чего хочет Рахма. Я не пойду к ней в таком виде, – показала на свои прозрачные одежды, развевающиеся при любом лёгком колебании сквозняка. – Вначале переоденусь, а потом уж посещу Рахму.

– Но госпожа, она требовала, а прямое пренебрежение распоряжениями смотрительницы строго наказывается.

– Рания, – вздохнула я, – ну кто сказал, что пренебрежение. Просто по дороге мы заглянем на минутку в мои покои, не более того.

Под причитания служанки я сделала крюк и свернула на несколько минут в свои покои, переодевшись практически как солдат за пару минут в скромное платье.

Интуиция вопила, что неспроста мирха приказала тащить меня на всех парах к ней в таком непотребном виде. Значит, устроим ей сюрприз. И, как в итоге оказалось, я была более, чем права.

Как я и ожидала, Рахма действительно решила развлечься за мой счёт.

Рания провела меня в один из внутренних дворов гарема. Здесь умиротворяюще журчали фонтаны, были разбиты клумбы с красивыми яркими цветами, а посреди этой красоты стояли скамейки.

На одной из них и поджидала меня Рахма с шестью девушками из отбора. Наверное за это время успели отсеять ещё одну кандидатку в айны.

– А вот и наша госпожа прибыла, – издевательски пропела Рахма. – Ещё не стала айной, но уже примеряет на себя её роль. Надеюсь, эгайя, у вас была веская причина опоздать и украсть часть нашего времени? – с намёком осмотрела она мой наряд.

А сидящая рядом с ней Самира довольно торжествующе улыбнулась, окатив меня презрительным взглядом.

– Сожалею, что заставила вас ждать, – еле сохраняя спокойствие, ответила мирхе.

Начинать открытый скандал с ней я была не намерена. Зачем? Она ведь лишь этого и ждала.

– Надеюсь на это, – ответила Рахма и сообщила недовольным тоном: – Ну что ж, если все уже собрались, тогда предлагаю начинать сегодняшний урок.

Девушки переглянулись, не понимая, что происходит, одна Самира осталась довольной и похоже, знала, что нас ожидает.

Миновав несколько двориков гарема, мы оказались будто в отдельном царстве. Причём царство это было детским. Множество девочек в возрасте от года и где-то до четырнадцати. И мальчики до трёх-четырёх лет. Более старшего возраста я здесь не наблюдала.

Они собрались в небольшом парке, где всё было организовано так, чтобы детям было чем заняться. Всевозможные качели, песочницы, маленькие домики, горки. А для старших – беседки, в которых были столики с красками, чернилами, бумагой и книгами, высящимися горкой.

Здесь каждый был занят своим делом, и при каждом ребёнке была нянька или гувернантка.

Младшие играли, бегали, слушали книжки, которые им читала няня. А старшие занимались посадкой цветов в саду, вышивали, рисовали, писали что-то, читали или просто беседовали между собой.

Я задалась целью пересчитать детей, но бросила эту затею, опасаясь той цифры, которая окажется в результате.

А ещё я боялась того, чьи это дети. Неужели Амир отец всего этого огромного детского садика? Я ведь раньше даже не задумывалась о том, что они у него есть.

– Девушки, обязанность айны не только стать достойной спутницей Повелителя, но и хорошей матерью его детей. Сегодня вам предстоит ощутить, каково это, быть ответственной за малыша.

Рахма начала по очереди называть имена девушек и знакомить их с маленькими подопечными. В основном это были девочки постарше, но которые не достигли ещё трудного подросткового возраста, лет пяти-шести-семи. Когда же дошла очередь до меня, она ехидно улыбнулась и сообщила, указав на маленького мальчика двух-двухсполовиной лет:

– Знакомься. Это гафур Янар, твой подопечный.

А я смотрела на мальчика и не могла оторвать взгляд, выискивая черты Амира в этом милом черноволосом сорванце…

Когда-то давно я тоже хотела такого вот мальчика. Маленькое озорное чудо, которое заставляет хорошенько побегать всех вокруг. Я до боли в сердце желала, чтобы меня обняли и прошептали: «Мамочка, я тебя люблю», но благодаря моему бывшему мужу наше чудо так и не появилось на свет. А я лишилась возможности стать когда-либо мамой.

Мне тогда казалось, что это и к лучшему. Стать сильной и неуязвимой – вот мой план-максимум на ближайшую десятку лет. Но время шло, и я иногда задумывалась о суррогатной матери, хоть пока и не решалась воплотить идею в жизнь.

А кто-то, кажется, успел в этой жизни многое…

Но, заглянув себе глубоко в душу, я поняла, что рада за Амира, если это так. Пусть даже не все эти дети его, а лишь часть, однако они – это ангелы, спустившиеся с небес и не повинны в своём рождении. А вот их отцу стоило бы задуматься. Ведь каждый из них нуждается в отцовской любви и поддержке. А видят ли они её? С такой занятостью – сомневаюсь.

Мне вдруг захотелось дать хотя бы маленькую частичку тепла вот этому солнышку, что стояло возле меня и пыталось строить из себя взрослого, смешно хмуря бровки.

– Привет, Янар! А меня зовут Дина, – попыталась завязать с ним разговор, опустившись рядом на колени и наклонившись, чтобы быть с ним «одного роста». – Я слышала, в вашем саду растут самые вкусные андины*. Покажешь?

– Я гафуль, – сообщило мне не выговаривающее пока всех букв, но очень важное чудо, – няня говолит, что я не долзен потакать зенщинам. Я их господин.

И этот туда же. Такой маленький, а уже шагес с замашками пупа вселенной.

– А мы представим, что это я тебе их покажу. К тому же, знаешь, говорят, если правильно загадать желание и съесть андин, оно обязательно сбудется. Хочешь, расскажу, что делать?

Мальчик задумался. Видно, ему очень хотелось загадать желание правильно, но и важность свою он терять не хотел. Наконец он решился и, осмотревшись по сторонам, прошептал:

– Холосо, только Уфние не говоли.

Я кивнула и мы тихонько пробрались в более тихую часть сада, где росло раскидистое плодовое дерево, облепленное сочными, спелыми плодами.

– И сто нузно делать?

– Давай я тебя подниму, а ты сначала прошепчи тайные слова своего пожелания над веткой, а потом выбери самый красивый фрукт. И не забудь сказать спасибо, тогда всё обязательно сбудется.

Мальчик заинтересованно посмотрел наверх и разрешил себя поднять. Он долго примерялся, какой андин сорвать, а потом закрыл глазки и горячо прошептал:

«Пускай папа мной голдится»

Бедный ребёнок! Вот увижу Амира – всё ему выскажу!

Пока мальчик ел огромный фрукт, еле умещающийся в его ладонях, я держала его на руках, обняв, смотрела на тёмную макушку и сожалела, что всё-таки не решилась обзавестись таким же чудом в той жизни, на Земле.

Мальчик тоже затих, разрешая держать себя. На удивление, но и когда я осторожно погладила розовую щёчку и поцеловала макушку, он не возмутился. Похоже, ребёнку не хватало такой простой ласки и внимания. Что же за мать у тебя, малыш, что может не любить такое солнышко? Или ж ей не разрешают? Я представила, что это моего ребёнка отобрали и оставили на нянек, которые забивают ему всякой ерундой голову. От подобной мысли бежать отсюда захотелось ещё скорее.

– Янар, а давай поиграем в салочки, – предложила я, чтобы отвлечься от грустных мыслей.

– А как это? – заинтересовался мальчик, которому явно понравилась игра в желание.

Как оказалось, и эта забава пришлась малышу по душе, после того, как я внесла в неё некоторые поправки. Мы бегали, резвились и хохотали. А когда я, догнав, подбрасывала мальчика в воздух, он восторженно смеялся и просил ещё. И вот как раз, когда в очередной полёт отправился мой маленький самолётик, в наше уютное царство нагрянул сам виновник «торжества».

– А меня в свою компанию возьмёте? – поинтересовался неизвестно откуда взявшийся Амир…

______

*андины – сладкие фрукты, похожие на яблоки

Улыбка сошла с лица сорванца и он, выпутавшись из моих объятий, быстро одёрнул свой маленький нарядный кафтан и церемонно поклонился Амиру, выражая глубокое почтение. Я в свою очередь лишь слегка, едва заметно, склонила голову.

Меня поразила до глубины души встреча отца и сына. Вместо того, чтобы обнять своего отца, мальчик выполняет часть глупых традиций и ритуалов, старается показать, что он хороший, а ведь ему всего лишь около двух с половиной лет. Кто вырастет с ребёнка, который постоянно чувствует себя в жёстких тисках и границах, отведённых ему самыми близкими людьми?

– Как ваши успехи, гафур Янар? – тем временем церемонно поинтересовался Амир. – Вы уже успели освоить магическую сферу?

Мальчик с энтузиазмом закивал головой и выставил открытую ладонь вперёд, лицо его стало сосредоточенным и верхняя губка оказалась прикушенной от усердия. Вскоре над ладошкой появился маленький шарик света, а потом так же внезапно и погас, когда ребёнок сжал ладонь. Я завороженно уставилась на это чудо, удивляясь, как такой кроха способен создавать подобные чудеса.

– Молодец! – похвалил Амир и наконец-то поднял малыша, устраивая того на сгибе своей руки и придерживая второй. – Ну раз вы старались, значит заслужили вот это.

Из кармана мужчины перекочевал в руки мальчика огромный леденец в форме золотой рыбки. Он посверкивал на свету и, казалось, немного искрил. Мне на секунду даже показалось, что это галлюцинация. Но нет, похоже и правда что-то волшебное. Мальчик с восторгом схватил подарок, крепко сжал его в ручках и произнёс:

– Спасибо!

Амир поцеловал сорванца в щёку и опустил на землю.

– Янар, вы не против, если я украду у вас Дину?

И вот тут мальчик нарушил все вбиваемые ему в голову правила и с детской непосредственностью сообщил Повелителю:

– Только не обижайте её, она хорошая, – и уже обращаясь ко мне спросил: – А ты ещё придёшь?

Я посмотрела на просящее личико малыша и поняла, что обязательно приду.

– Конечно, гафур Янар, – улыбнулась я крохе и поцеловала его в лоб, наклонившись, чтобы быть на одном с ним уровне, – если ваши родители разрешат, – уточнила я один немаловажный момент и посмотрела на Амира, как бы спрашивая разрешения.

– Думаю, они не будут против, – несколько иносказательно выразился Амир, наверное подразумевая, что мать Янара права голоса здесь не имеет.

В этот момент к нам подошла няня Янара и, выполнив необходимые движения приветствия Повелителя, поднялась и с молчаливого одобрения Амира увела мальчика к остальным детям.

– Замечательный ребёнок, – начала я издалека. И Амир кивнул, соглашаясь. – Только зачем же вы настолько холодны и официальны с ним?

Замечание очень не понравилось Амиру. Он сложил руки за спиной и ледяным тоном спросил:

– И много ли вы, Дина, знаете о воспитании магически одарённых детей?

Возмущённо посмотрела на него. Мы с ним точно не можем быть уравновешенными и спокойными рядом друг с другом. Вечно возникают точки столкновения и вопросы, на которые мы смотрим по-разному.

– Возможно у меня нет своих детей и уж наверняка я никогда не сталкивалась с магически одарёнными малышами, но все мы были однажды маленькими и я знаю, насколько важна любовь и забота со стороны родных и близких. Зачем же вы, как отец этого крохи, позволяете, чтобы он чувствовал одиночество и старался привлечь ваше внимание хотя бы таким способом, показывая высокие результаты в магической дисциплине?

В глазах Амира назревала гроза, способная разразиться в любой момент над моей головой. Ему очень не понравились мои слова, хоть я и сказала чистую правду. Я уже ждала, что мне объявят самое страшное из наказаний, но мужчина взял свои эмоции под контроль, а внутренний пожар неожиданно затих.

– Я не намерен обсуждать с вами традиции воспитания детей в семьях шагесов. Вы обязательно ещё узнаете обо всём из новых дисциплин, которые появятся в вашем графике в будущем. Скажу лишь, что и меня растили в том же духе. Это дисциплинирует, чего вам, кстати, не хватает, и помогает освоить магию, которая может быть опасна для её носителя, если её постоянно не контролировать. А Янара, конечно же, ожидает великое будущее, он очень талантлив, Фархаду, его отцу, с ним безмерно повезло, – сообщил он не без небольшого ехидства, внимательно следя за моей реакцией. Дескать, и опять ты спешишь делать выводы, не узнав всей информации.

А мне и правда стало немного не по себе. То есть мальчик – не его сын, но, тем не менее, Амир знает о нём и беспокоится о его дальнейшей судьбе. Вышло немного неловко, к тому же я действительно ничего не знаю о магически одарённых детях, но как бы то ни было, всё равно считаю, что так нельзя. И, кстати, возможно и Амир был бы добрее и довольнее жизнью, если бы ему выказывали больше любви и внимания. Однако я всё же решила извиниться.

– Простите, я думала, что все дети здесь ваши, поэтому и решила помочь Янару, поговорив с его отцом. Ведь даже когда мы играли в игру «загадай желание», он попросил, чтобы его отец им гордился. А ведь мальчик лишь недавно научился ходить и говорить! Иногда детям нужно не уважение и одобрение, а любовь и ласка, – всё же не смогла удержаться от критики здешней системы «детского сада».

– Вы как всегда слишком эмоциональны и прямы, Дина, – насмешливо сообщил он. – Если претендуете на роль айны, то должны уметь держать себя в руках.

Да-да, лечу и падаю, так хочу стать чей-либо айной – красивым приложением всемогущего мужчины с огромным самомнением и обширным гаремом. Нет, уж увольте, я – вольная птица. И такой останусь навсегда!

– Что же касается детей, то я считаю, что это очень серьёзный и осознанный шаг и женщина, которая станет матерью моих будущих сыновей и дочерей, должна быть особенной. Так что пока у меня их нет. Но быть гостеприимным хозяином мне это не мешает.

Вот так новость. Меня так и подмывало спросить, а как же Амина, прошлая его айна? Что с ней-то не так было? Но понимала, что это значит лезть в душу человеку, с которым собираюсь вскоре расстаться, а ведь это совсем нечестно. Да и не в тех мы отношениях, чтобы задавать такие личные вопросы.

– Но речь сейчас не о моём гостеприимстве и принципах. Все эгайи, как вы уже наверняка догадались, проходили испытание, а цель моего визита оценить его результат. Как сами считаете, Дина, вы прошли его?

Умеет же Амир пощекотать нервы. Нет, айной стать я не мечтала, но и вылететь сейчас с отбора не входило в мои планы. Насколько я понимаю, в подобном случае меня «переведут» в покои похуже, а все «подарки» останутся в наследство новой реальной фаворитке Амира. И если перемена места жительства меня ничуть не трогала, то лишиться материальной опоры, которая способна помочь мне в побеге, было бы совсем некстати. Но я буду не я, если он увидит моё волнение. Поэтому спокойно и с достоинством ответила:

– Если бы этот конкурс оценивала я, то посчитала бы, что он пройден. Но судья здесь вы. И у вас свои критерии оценки, не так ли? Так что ответить на этот вопрос под силу только вам.

Амир задумчиво посмотрел на меня, будто решая, каков будет результат, и, после непродолжительной паузы, произнёс:

– Да, Янару вы понравились. Я вижу, что малыш даже успел привязаться к вам. Но! Вы нарушили некоторые правила гарема и показали мальчику дурной пример.

Ах, вот оно как! А я-то думала, что наоборот, показала малышу, как радоваться жизни и не следовать всеобщим стереотипам, которые тебе навязывают другие. И если я хотя бы на чуть-чуть заставлю его изменить отношение к женщинам в будущем, то не зря провалила испытание.

– Однако я готов закрыть глаза на эту вашу оплошность при одном условии.

Ну вот, и этот туда же. Ильдар заставил меня пообещать ему танец, а что же хочет от меня Амир?

– Вы сыграете со мной в ту же игру, что и с вашим подопечным.

Я на миг потеряла дар речи. Он что, в салочки решил поиграться? Представила себе Повелителя догоняющего меня по саду и изнутри начал рождаться истерический смех. Хорошо, что вовремя опомнилась и постаралась принять серьёзное выражение лица.

– Так что вы там говорили об игре «загадай желание»? – уточнил он.

Понятно. Ну что ж, если он думает, что желание исполнять буду я, то глубоко ошибается.

– Хорошо, давайте сыграем, – вполне искренне улыбнулась я. – Вы же знаете, что если сорвать са-а-амый спелый и сочный фрукт андина и перед этим прошептать самое потаённое желание над веткой, на которой он рос, то желание обязательно исполнится.

Амир оценивающе посмотрел на усыпанное фруктами дерево и довольно улыбнулся.

– Неплохая игра, но, пожалуй, я внесу в неё небольшие коррективы.

Я внимательно слушала, что же придумает этот тяжело предсказуемый мужчина.

– Намного интереснее, когда появляется элемент некоей загадки и мистерии, не находите? А что, если мы попытаемся угадать желания друг друга? И если я угадаю, а может быть и исполню одно ваше желание, то вы искренне и без обмана ответите на несколько моих вопросов.

– Отчего же такая односторонняя игра? А вдруг я тоже угадаю ваше желание? – усмехнулась я, понимая, что он уж точно не угадает, чего я хочу.

Просчитался Амир. Он думает, что знает, чего могут хотеть такие, как я. Но вот не задача, ему и невдомёк, что самое моё главное желание не богатства и драгоценности положенные пойманной в золотую клетку пташке, а поскорее убраться отсюда и попасть обратно в свой уютный, понятный, хорошо обустроенный земной мир и в своё родное тело.

– Можете попробовать, – милостиво разрешил он, совершенно не веря, что у меня что-то выйдет.

А во мне проснулся жуткий азарт. Да и не прочь была задать ему парочку интересующих меня вопросов.

– Хорошо, с кого начнём? – с предвкушением спросила я.

– Давайте с вас. Итак, прошу, – галантно нагнул он мне ветку, сплошь увешанную красивыми красными плодами.

А я подумала, как это символично. Андины, так похожие на яблоки, и двое – мужчина и женщина.

Прикрыла глаза и про себя проговорила заветные слова желания. А потом оторвала наливной, манящий своим видом и сладостью фрукт.

– Ну как, вы угадали, о чём я думала? – спросила, впившись в красивый, манящий бок андины.

– Думаю, да, – провокационно улыбнулся он, отпустив ветку, которая тут же приняла прежнее положение, упруго подпрыгнув вверх, как только её перестали удерживать. – Вы наверняка загадали желание о вашем доме.

Я побледнела, ужаснувшись мысли о том, что он прочитал то, что сейчас творится в моей голове. Ведь если он это может, тогда мне точно конец!!!

– Вижу, что я на правильном пути, – словно заправской экстрасенс продолжил он. – Итак, вы хотите быть ближе к родным. Или скорее, чтобы они были ближе к вам, не так ли?

– Возможно, – осторожно согласилась я, начиная догадываться, что один очень болтливый и вредный тайный советник прожужжал о моей просьбе Амиру все уши. Вот тот и решил подшутить над эгайей.

– Скажу даже больше, я исполнил твоё желание, Дина, – тихо произнёс Амир, оказавшись слишком близко ко мне, настолько, что я ощущала теплую энергию его тела и личный запах, окутавшие меня в уютный кокон. И это ощущение мне показалось таким неуловимо знакомым, что вышибло меня на время из реальности напрочь, заставив рыться в памяти, пытаясь понять, откуда. – Ты можешь увидеться с отцом. Но у меня к тебе будет две просьбы, – произнёс он, выуживая моё сознание из транса, в которое оно погрузилось. – Не нужно, чтобы кто-то пока догадывался, что Асад твой отец, так что одна встреча – это всё, что пока тебе разрешено. И в следующий раз, если у тебя будет ко мне просьба, обращайся с ней ко мне лично.

Вот так меня поставили на место! И вроде как сказать, что это не моё желание, не могу. Ведь практически угадал и мне это нужно. А ещё за одну и ту же просьбу я теперь должна сразу двум мужчинам: одному танец, а другому – ответы на вопросы.

Но вот один момент меня очень заинтересовал и обеспокоил. Почему пока нельзя разглашать родственные связи Дины и Асада? Из-за Фаяза или есть другие причины? Знает ли Амир о тайне Асада?

А Амир тем временем сорвал ещё один андин и, подбросив, поймал и спрятал в один из карманов кафтана.

– Всего доброго, Дина! – попрощался он, как будто и не разговаривал со мной вовсе.

– А как же ваше желание? Ведь теперь моя очередь угадывать, – напомнила ему о нашей неоконченной игре.

– У вас будет время подумать о нём до завтрашнего вечера. Я желаю видеть вас завтра в своих покоях. Подготовьтесь! – сообщил он мне свою волю, будто одарил драгоценностями всех миров.

А во мне всколыхнулась злость и ярость. Да что он о себе возомнил? Если я позволила единожды себе слабость – оказаться с ним в одной постели, то это ещё не значит, что я всецело душой и телом принадлежу этому надменному мужчине. А уж греть постель, в которой вчера побывала Самира, а сегодня будет другая эгайя, я не собиралась! Шиш ему с маслом, а не Дина на блюдечке с голубой каёмочкой!

Но высказывать претензии уже было некому. Амира и след простыл.

А на сад потихоньку начала опускаться вечерняя прохлада и зажглись фонарики с магическими огоньками внутри.

Няни забирали деток и покидали сад. Вначале ушли самые мелкие. А за ними и более старшие детки.

Оставшееся до сна время у меня было свободное. Согласно расписанию сейчас должно было бы идти занятие по пению. Но вместо него Рахма устроила испытание.

Побродив ещё немного по саду, я размышляла о том, какие шаги предпринять дальше. Нужно выкупить или же просто организовать побег для Асада, а затем переправить его при помощи Аюба в какой-нибудь домик в глуши Южных земель подальше от столицы и Амира. Только делать это нужно одновременно со своим побегом. А то возникнут подозрения и за мной приставят круглосуточное наблюдение. И, кстати, а ведь Амир даже не сказал, где мне искать своего отца. Дворец-то огромный. И что теперь делать? Опять ждать, пока он соблаговолит позвать меня к себе? Вот же чёрт!

И вдруг я заметила, что пока гуляла, на улице как-то резко стало темно. Хотела уже идти к себе в покои. Как вдруг, напугав меня до чёртиков, будто из ниоткуда появился тот, кого я меньше всего ожидала здесь увидеть.

– Доброго вечера, Дина! Решили прогуляться в саду?

Прислонившись к стволу ближайшего плодового дерева, стоял Ильдар, внимательно за мной наблюдая.

– Как вы здесь оказались? – удивлённо поинтересовалась у мужчины. – Это же женская половина. Насколько знаю, обычно такие как вы сюда не забредают.

– Начнём с того, что это не женская, а детская половина. Так что я волен появляться здесь, когда пожелаю. Но не скрою, сюда я пришёл именно к вам. У меня к вам предложение. Дина, не хотите ли прогуляться в моей компании? – одарил он меня своей фирменной обаятельной улыбкой.

– Нет, пожалуй, откажусь, у меня на сегодняшний вечер уже были планы. И точно с вами они никак не связаны, – осадила я наглеца.

– А если я скажу, что это и ваших интересах? – решил заинтриговать меня он.

– То скажу, что глубоко в этом сомневаюсь. К тому же, сегодня был тяжёлый день. Я устала и хочу отдохнуть. Мне не до шарад и не до игр в угадайку. Если вы собираетесь сообщить мне что-то важное, то говорите. А нет – тогда я вынуждена с вами попрощаться.

Раздраконил меня Амир, а порцию моего раздражения и недовольства получил Ильдар. Впрочем, в чём-то он тоже был виновен. Если бы действовал более скрытно, а не напрямую, то мне не пришлось бы сейчас ещё больше зависеть от милости Амира и быть ему должной правдивые ответы.

– Ну что ж, – с застывшим лицом и недовольным взглядом сообщил Ильдар. – Я думал, вас заинтересует встреча с отцом. Но вижу, что вы действительно сегодня не в настроении. Спокойной ночи, Дина!

Блин! Даже пар нет возможности выпустить! Как же достала меня эта зависимость от обидчивых и великих мужчин. А о моих чувствах кто-то подумал? И ведь правда сейчас уйдёт с гордо поднятой головой, а мне потом придётся искать Асада по всему дворцу. Или на поклон к Амиру идти.

– Ладно. Признаю, что была несколько несдержана и прошу меня простить, – пошла я на попятный, еле выдавив из себя слова извинения. – Если предложение ещё в силе, то я с удовольствием прогуляюсь с вами к Асаду, – не повернулся у меня язык назвать практически незнакомого мужчину отцом.

Ильдара вполне удовлетворили мои слова и мы под покровом вечерней бархатной полутьмы отправились к отцу Дины.

– Ильдар, а что с Асадом? В качестве кого он гостит в этом гостеприимном дворце? – спросила его, пока мы выбирались из сада.

– Насколько знаю, сейчас он вольнонаёмный рабочий. Рабом перестал быть, как только оказался по эту сторону портала, перенёсшего обменянных рабов на надсмотрщиков, которые отправились к Фаязу.

– И что входит в его обязанности?

– Ничего сложного. В основном работает в нижнем саду, где отдыхают гости Повелителя.

Пока говорили, мы обогнули снаружи огромное здание дворца и оказались перед неприметной дверью чёрного входа, которых здесь, подозреваю, было довольно много.

Охрана словно зачарованная не обратила на нас никакого внимания. А через несколько поворотов узким коридором, мы пришли к цели. Ильдар постучал в хлипкую старую дверь и услышал: «Да-да, войдите!».

– Я дам вам час. Через это время приду за тобой, Дина. Так что будь готова.

– Спасибо! – прошептала, отчего-то жутко волнуясь. Ильдар сжал мою руку, будто почувствовав моё настроение, и ушёл, оставив наедине с горькими мыслями. И я была за это ему благодарна.

В моём мире я особо отцу не нужна была. Впрочем, как и матери. А в этом у Дины были любящие, верные друг другу и обожающие свою дочь родители. Не скрою, я ей по-доброму завидовала. А ещё мне было страшно. Асад хорошо знает настоящую Дину, и вполне может заметить её отсутствие в этом теле. И чем я только думала, затеяв всю эту аферу с освобождением Асада?

Но через мгновение я устыдилась своих мыслей. Долги нужно отдавать. Это истина, которую всегда нужно помнить. А я Асаду должна хотя бы за помощь Аюба. Так что отступать некуда.

Вдохнула поглубже уже остывший ближе к ночи воздух и толкнула дверь.

А уже через секунду оказалась в объятиях седого мужчины с такими добрыми глазами.

– Диночка, родная, я так рад, что с тобой всё в порядке. Он отстранился, чтобы рассмотреть всю меня, а затем снова прижал к себе и поцеловал в макушку.

Мне стало хорошо и уютно, а откуда-то издалека донёсся запах ванили и сдобы. И я провалилась, словно Алиса в кроличью нору. Только моя нора называлась «воспоминания Дины».

И словно сквозь вату тумана, в который я погружалась всё глубже, услышала тягучие и отдаляющиеся слова Асада:

«Глупенькая. Зачем ты продала свою свободу?»

А потом и вовсе выпала из реальности, на этот раз обнаружив новую картину.

Грязная, переполненная выпивохами и отбросами общества таверна. И я за одним столиком с мужчиной в кожаных штанах и жилетке. Его лицо пересекает старый, зарубцевавшийся шрам.

Кажется, это и есть тот работорговец, который меня продал. Нагал!

– Девочка, ты уверена, что не пожалеешь? – спросил он меня, сверля внимательным взглядом. – Быть свободной не так уж плохо.

– Уверена! – произнесла я-она. И в её голосе было столько горечи и отчаяния, что верилось, это единственный возможный выход.

А потом на меня вдруг нагрянуло осознание, почему я решилась на такой отчаянный шаг…