Текст книги "Взгляд не рабыни или женское проклятие (СИ)"

Автор книги: Лина Ларс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 19 страниц)

Глава 11

– Ты – шлюха, – склонилось надо мной искажённое злобой и похотью лицо мужчины, – как и твоя мать.

На холодном полу пустынных в это время дня бараков я оказалась по милости Фаяза. Он нечасто бывал на копях. И обычно не упускал случая поиздеваться и спустить пар на «особых» рабах. Иногда казалось, что он и в живых оставил нас с отцом лишь для того, чтобы потешить себя видом наших страданий. И хоть по статусу я не была рабыней из-за возраста, но по факту – да. По крайней мере уехать дальше, чем в соседний маленький городок, стоящий на отшибе, я не могла. Уже пыталась, но каждый раз меня очень быстро возвращали.

Как оказалось – я ценный заложник, благодаря которому Фаяз держал в повиновении мою мать. Не уверена, что он её любил и она ему была так уж и нужна. Но раз возжелав чего-то, он всегда добивался своего, не признавая отказов и препятствий на своём пути.

– Как она посмела уйти от меня?

Сердце в груди радостно трепыхнулось от мысли, что мать наконец-то свободна. Но тут же упало раненной птицей, когда погубивший нашу семью человек произнёс:

– Это дура покончила с собой. И теперь её место займёшь ты, – оскалился он, довольный своей идеей, став ещё больше похожим на шакала.

Раньше я его не привлекала, как женщина. Да и старалась всегда выглядеть как можно хуже. Но сегодня Фаяз был в невменяемом состоянии и явно выпил лишку. Ему всё равно было, как я выгляжу, главное я – её дочь.

Подняв глаза вверх, к потолку, он ещё раз дёрнул меня за и так многострадальные волосы и крикнул, словно сумасшедший, обращаясь вникуда:

– Смотри, сука, вздумала сбежать от меня, теперь твоя дочь будет греть мою постель и исполнять все прихоти!

А потом громко рассмеялся и резко умолк, будто захлебнувшись.

В моей душе что-то надломилось, а по щекам сами по себе потекли слёзы. Но всё это время я не издала ни звука, боясь шелохнуться, в надежде, что обо мне забудут и отпустят. Зря!

Фаяз словно озверел. Навалился сверху, прижав железной хваткой к полу, и впился противным ужасно воняющим выпивкой ртом в мой, шаря и грубо надавливая своей рукой на наиболее интимные места.

А затем и вовсе широко развёл мои ноги и разорвал подол платья, не обращая внимания на мои жалкие попытки себя защитить. Но что я могла против физически сильного и владеющего магией мужчины. Только извиваться и кричать. Однако и крики мои никто не слышал.

Всё бы закончилось ещё более плачевно, если бы не молоденький помощник Фаяза, вошедший в этот самый момент и спасший меня от участи быть изнасилованной.

– Извините, господин, что прерываю, но это очень срочно. Вы просили сообщить, когда придёт весть от НЕГО.

Смачно выругавшись и сплюнув в сторону, Фаяз поднялся, оставив меня в покое. В тот момент счастливее меня не было человека.

– Мы с тобой ещё не закончили! Приведи себя в порядок, – окинул он меня презрительным взглядом. – Завтра ты переезжаешь в свой новый дом. Я пришлю мага.

Вот так Дина в тот же день и оказалась здесь, в таверне близлежащего городка за этим столиком с Нагалом, искавшим экзотику в самых отдалённых уголках Южного края.

А вскоре, получив деньги за свою свободу, отданную работорговцу, она припрятала их в карман и отправилась за мужчиной в открытый с той стороны портал, мечтая оказаться в мире, где нет всего этого ужаса и где она могла бы быть свободной и ни от кого не зависеть…

Не знаю, что произошло тогда с Диной, и почему мы обменялись местами. Но кое-какие подозрения у меня зародилось. Мы обе с ней очень сильно пожелали того, чего не было в нашей жизни. И вот теперь я здесь, во дворце, и не с одним «настоящим мужчиной», а с целыми двумя. Ну а Дина Шарх скорее всего там, на моём месте. Надеюсь только, что не утопит детище всей моей жизни и корпорация, созданная моим потом и кровью, а также бессонными ночами не пойдёт по миру.

Но вот механизм обмена телами для меня пока оставался неясным. Женщины этого мира вроде бы амагичны. Так почему мы с такой лёгкостью смогли осуществить такой сложный ритуал? И в чём именно он состоял? Если додуматься до этой истины, то возможно есть вероятность вернуть всё на круги своя?

Но подумать об этом подробнее мне уже не довелось, сознание вновь окутала туманная дымка и я оказалась в реальном мире в объятиях Асада.

– Диночка, тобой всё в порядке? – встревоженно спросил он.

– Да, я в норме, – ответила я, потирая виски, – это всё жара. Давай присядем, нам нужно многое обсудить.

Асад бережно усадил меня на имеющийся в комнатушке стул и укоризненно посмотрев на меня, попенял:

– Если бы ты не горячилась тогда и немного подождала, то можно было бы попробовать бежать ночью. Я бы договорился с Саидом, трактирщиком, о повозке и тебе не пришлось бы становиться рабыней.

– Что сделано, то сделано. Да и от Фаяза повозка не спасла бы. Нужен был портал, а в нашей глуши это единственный способ им воспользоваться, – сказала то, что увидела и ощутила из сознания Дины.

На некоторое время воцарилась тишина. Ну что тут скажешь? Отец понимал, что дочь поступила единственно возможным на тот момент образом.

– К тому же, я видела того, о ком ты говорил, – улыбнулась ему и приложила палец ко рту, показывая, что лучше бы нам не обсуждать этот вопрос прямым текстом, а больше знаками или иносказательно. Ведь и у стен могут быть уши.

– Ты не оставила свой план? – спросил он, намекая на то, что и Дина Шарх мечтала в конечном итоге сбежать в Занил. Бедная девочка понимала, что рабство – это не выход из ситуации, а лишь способ попробовать вырваться из замкнутого круга.

– Нет, – уверенно подтвердила я. – Всё остаётся в силе. Но мне нужна будет твоя помощь, – посмотрела на него умоляюще.

Отчего-то была уверена, что он не захочет расстаться с дочерью, но той уже не было в этой оболочке. А я не могла так рисковать.

– Я дам тебе знать обо всём позже.

Да. Когда буду при помощи Аюба отправлять Асада в приготовленный для него уютный домик вдали от столицы под предлогом этой самой помощи дочери.

– А не пожалеешь? – вдруг спросил он, заглянув мне в глаза. – Я слышал о том, что у тебя есть все шансы стать ЕГО айной. Неужели ты этого не желаешь?

Я грустно посмотрела на Асада. Кто бы знал, чего я желаю, если и сама этого не ведаю. Амир. Меня притягивал этот умный, привлекательный, сильный и талантливый мужчина. Но почему всё так сложно? Хотя, кого я обманываю? Да, я хочу быть с ним вместе. Но если быть айной – значит терпеть, когда твой возлюбленный меняет девушек в своей постели, как перчатки, сидеть на женской половине и появляться при нём лишь в исключительных случаях и то в качестве бессловесного украшения – то это точно не для меня.

– Нет, – всё же твёрдо ответила ему.

А дальше мы обсуждали ничего не значащие вещи. Как, например, чем я здесь занимаюсь и хорошо ли ко мне относятся. Естественно, я не стала выдавать всю информацию, да и зачем знать отцу Дины, к примеру, о том, что её здесь пытались отравить? У него же я выведала, что относятся к нему здесь вполне сносно. Работа намного легче, чем в копях, да и кормят неплохо.

– А ты повзрослела, – с грустью произнёс он, когда наш час почти добежал до своего завершения. – Но, послушай старика и если имеешь хоть маленькую толику сомнения – тогда не спеши и не совершай того, о чём можешь пожалеть.

Мне было странно разговаривать с кем-либо так легко и доверительно. В начале я даже думала, что встреча будет длиться вечность и вызовет лишь дискомфорт. Но нет, час истёк молниеносно и мне было приятно купаться в любви и заботе отца Дины.

Пришлось напомнить себе, что я – не Дина Шарх и всё это не для меня и не обо мне.

С грустью попрощавшись с Асадом, и уточнив у него, в какой части сада он работает, я на прощание обнялась со стариком и шагнула за дверь, где меня уже ждали.

Встретивший меня Ильдар словно был другим человеком. Всю дорогу он молчал, обдумывая что-то, вероятно произошедшее за время нашего разговора с Асадом. Нахмуренный, с отстранённым, устремлённым вдаль взглядом он совсем не напоминал того хитрого улыбчивого воина, которым был на сегодняшней тренировке.

Но и у меня было о чём подумать. Хотя бы об одной очень ушлой девице, которая наверняка украла у Дины деньги, вырученные за продажу в рабство. Не из-за её ли коварства и того странного зелья, которым она опоила Дину, мы с ней поменялись местами? Жаль, что нет ни возможности ни времени с ней встретиться, а то я бы поговорила с ней по душам. Но ни где её искать, ни точного имени, я не знала…

Задумавшись каждый о своём мы с Ильдаром не отвлекали друг друга ненужными расспросами. И лишь у входа, ведущего из сада на женскую половину, когда я, без задней мысли, пожелала ему спокойной ночи, Ильдар словно очнулся. Посмотрел на меня обезумевшим взглядом и сделал то, чего я совершенно не ожидала.

Прижав меня к дереву, под кронами которого мы стояли, он поцеловал. И хоть сам поступок был импульсивным и стремительным, не давшим и тени возможности остановить мужчину, поцелуй неожиданно оказался чарующе медленным и мягким, дразнящим и дурманящим. Ноги стали ватными а в голове не осталось ни одной мысли.

Я абсолютно не контролировала ни ситуацию, ни саму себя и неизвестно, куда бы всё это нас привело, если бы я не ощутила, словно нахожусь в параллельной реальности. Нырнула в прошлое и испытываю то же, что чувствовала совсем недавно, но с другим. Эти двое оказались такими разными, но одновременно такими похожи. Очень! Нереально похожими!

Меня будто целовали губы Амира. Но только, если бы это был Повелитель, он не стал бы затягивать меня в тягуче-медовые игры, а устроил бы целую баталию и огненное сражение. Нет, это всё же два разных человека. Только почему меня к ним так тянет?

Это мысль отрезвила, помогла сбросить охватившее невыносимое нереальное желание и приковавшее к месту оцепенение.

Я увернулась от новой, готовой обрушиться на меня ласки, вырвалась из тесного плена объятий и, оказавшись на достаточном расстоянии, с укором произнесла срывающимся на хрип голосом:

– Зачем? – но ответ слушать не стала, боясь, что после него задержусь здесь, с этим мужчиной, намного дольше, чем готова была себе позволить. Достаточно с меня проблем с Амиром. Уже испытала на нём метод «одной ночи» и теперь пожинала плоды. – Впрочем, не важно. Надеюсь, больше этого не повторится, – сообщила больше для себя, чем для него, и спокойно, с достоинством, не оглядываясь, оставила детскую часть гаремного сада позади. Как ни странно, но меня не преследовали и даже не проронили и слова в ответ.

А добравшись домой, я целую вечность простояла под струями прохладной воды, в надежде привести своё тело и душу в то состояние равновесия, которым так гордилась в той, земной жизни. Но получалось плохо. Меня бил крупный озноб, а мысли путались, возвращаясь от одного мужчины к другому.

Пытка продлилась и ночью, когда я наконец уснула. В очень реалистичном, кошмарном сне я словно бы явилась к Амиру и он приказал подойти и поцеловать его. Помимо своей воли, не руководя своим телом, я, как послушная кукла, пульт управления от которой был у моего господина, выполнила приказ. Только вот, когда подняла взгляд, вместо глаз Амира увидела тёмные омуты Ильдара.

Утро выдалось тоже на удивление тяжёлым. Голова раскалывалась от недосыпа и боли, а пришедшая разбудить меня Рания всё не унималась, щебеча о том, какая у неё замечательная хозяйка, и что я прошла очередное нелёгкое испытание. А вот ещё одна девушка оказалась отчислена. Так что у неё предчувствие – я обязательно стану айной!

Попросила её замолчать и больше не упоминать при мне этот титул. И вроде бы беззвучная терапия немного помогла. Но как бы ни хотелось ещё понежиться в постели в полнейшей тишине, я понимала, что это нереально. Стараниями Рахмы сегодня меня ожидал не менее напряжённый день, чем вчера.

Две утренние лекции я сидела словно на иголках и мало что уловила из их смысла. А когда время подошло к тренировке с оружием, волнение стало ещё сильнее. Как мы теперь будем общаться с Ильдаром после вчерашнего? Я даже хотела отказаться от будущих тренировок с ним, но не пришлось.

Вместо Ильдара меня ожидал совершенно незнакомый стражник, холодно и чётко объяснявший, что и как мне нужно делать. Стало даже немного обидно. Опять за меня всё решили.

Однако посреди тренировки меня вдруг прошило острая боль, заставившая согнуться пополам. Перед глазами потемнело, и о дальнейшем занятии не могло быть и речи. Но боль словно была не моя. Чужая. И лишь через несколько минут стало чуть легче. Испуганный стражник проводил меня до женской половины, боясь повторения приступа.

А по дороге нас перехватила запыхавшаяся Рания по приказу Рахмы прилетевшая срочно конвоировать меня после занятий в мои покои. Она взволнованно и глотая через раз слова сообщила, что на жизнь Повелителя было совершено покушение. Большего она не знала. Однако все занятия на сегодня отменили, а всем обитательницам гарема приказали оставаться в своих комнатах и никуда не отлучаться…

Громкий стук сердца отдавался в ушах, а виски словно сжало стальным обручем. Не верю! Минуту назад я сама на все лады готова была костерить Амира и проклинать его манеру общаться, желая ему, чтобы он слёг после очередного свидания с новой эгайей и не мучил больше меня. И вот сейчас, когда моё пожелание практически осуществилось, я чувствую, будто вместе с Амиром уйдёт и частичка меня.

Душа рвалась к нему, заставляя наплевать на все запреты Рахмы. Как, впрочем, и на собственную гордость, совсем недавно вопившую, что Амир вряд ли способен стать любящим, верным и идущим на компромиссы мужчиной. А это значит, что мне он совершенно не подходит, какое бы притяжение между нами не царило.

– Рания, ты знаешь, где находятся покои советника Музаффара? – на ходу приняла решение.

По лицу было видно, что девушка прекрасно об этом осведомлена, однако получить наказание от Рахмы ей очень не хочется.

– Но госпожа, нам туда нельзя. И ваша репутация…

Я схватила эту плутовку и резко притянув к себе за плечи зашипела, не желая тратить такое дорогое, уходящее в никуда время:

– Лучше хорошенько подумай, прежде чем отказываться выполнять мои не такие уж и тяжёлые просьбы, а не то ведь Рахма не самое страшное, что может с тобой приключиться, – в тишине коридора слова прозвучали так зловеще, что Рания вздрогнула.

Не знаю, отчего её участие в моём отравлении не было обнаружено. Скорее всего, из-за исчезновения служанки Ильсияр, которая тогда контактировала с Ранией. Это не важно. Главное, что сейчас мне нужно заставить Ранию выполнить то, что мне необходимо, а с её обидами, страхами и неудовольствием будем разбираться позже.

– А теперь слушай внимательно. Сейчас проводишь меня в твою комнату и принесёшь костюм молодого гафура, который я одевала несколько дней назад. Постарайся действовать как можно незаметнее и тогда наказания Рахмы не будет.

Она опустила голову, шмыгнула носом и нехотя кивнула.

Уже через пару минут мы оказались в комнате, очень похожей на ту, в которой я обитала, как только оказалась в гареме. Идея отправиться сюда была вызвана тем, что все слуги жили не на женской половине, к тому же, здесь я вряд ли бы повстречала кого-то знатного и властьимущего.

Вскоре вернулась запыхавшаяся Рания с огромными от страха глазами и принесла требуемое. Я влезла в костюм с такой рекордной скоростью, что, наверное, мне позавидовали бы и молодые призывники.

Напялив на голову арафатку, и спрятав лицо за её краем, мельком бросила взгляд в висящее на стене зеркало и потребовала:

– Теперь показывай путь к советнику Музаффару.

Амир

Интуиция и острое чутьё – то, чем я был награждён с самого рождения, получив огромный магический потенциал от своих родителей. И сейчас она вопила о том, что я что-то упускаю из вида.

Но что? После нашей беседы Нариф спокойно выполнял всё, что я от него потребовал, распространяя необходимые слухи за моей спиной. Как доложили информаторы, волнения среди знати о принятых по условиях содержания рабов законах улеглись, а случай с Фаязом заставил многих пересмотреть к ним своё отношение, перестав считать это временной блажью Повелителя.

Но как раз подозрительное затишье и спокойствие не внушало доверия. Опыт говорил о том, что если мне не удалось обнаружить заговора или возникших проблем, то это не значит, что их нет. Просто готовится нечто, о чём я не знаю. Это настораживало и заставляло постоянно ожидать подвоха.

– Повелитель, – обратился ко мне вошедший в этот момент в кабинет Ансар, – мирха Рахма сообщила, что требуется ваше присутствие. Это касается отбора.

– Спасибо, Ансар, можешь быть свободен, – задумчиво отодвинул гору прошений, которые пересматривал как раз в этот момент, и поднялся.

В мыслях всплыл образ Дины, у которой Ильдар хитростью выманил танец. И ведь задумала же что-то, чертовка. Я это сразу почувствовал. Но от такого открытия стало ещё интересней. Моя айна оказалась сплошной загадкой. Книгой, в которой постоянно обнаруживаешь что-то новое, сколько бы раз её ни прочёл. И от этого постоянно возвращаешься к ней снова.

Я знал, что сегодня у девушек будет испытание на умение ладить с детьми, и наверняка для его оценки меня и позвала Рахма. Интересно было увидеть, как же покажет себя Дина. Если честно, пока не представлял резковатую и независимую девушку в роли матери. Ну что ж, посмотрим, что нового откроем в тебе, моя решительная и строптивая эгайя.

Приметную парочку – красивую темноволосую девушку и маленького Янара, я заметил сразу же, наблюдая за ними издалека. И не поверил своим глазам. Степенный и важный малыш, серьёзность которого меня всегда поражала, счастливо смеялся, о чём-то болтая с Диной. На миг мне даже захотелось оказаться на его месте, такая умиротворённая и наполненная светом и любовью в этот момент была Дина.

Но заставил себя отвернуться и выполнить сначала обязанности по отношению к остальным участницам отбора. Когда предпоследняя из девушек получила оценку, я вернулся туда, где раньше видел Янара и Дину.

Девушка догоняла малыша и подбрасывала визжащего от восторга кроху вверх. И вдруг мне стало жизненно важно, чтобы когда-нибудь она так же играла с нашим сыном и он получил то, что когда-то не смогли дать мне мои родители.

– А меня в свою компанию возьмёте?

Вопрос о наследнике был для меня неприятной темой. В отличие от других шагесов, я не стремился оставить после себя как можно больше детей.

Глупая и опасная логика, порождающая лишь распри и соперничество между многочисленными наследниками и их родственниками по материнской линии. До сих пор вспоминаю, чего мне стоило удержать власть после смерти отца. Несмотря на наличие у меня наибольшего магического потенциала среди всех его сыновей, нашлись те, кто желал сделать Повелителем совсем другого сына, мать которого была из весьма влиятельной семьи.

Но были и хорошие стороны у той травли, которую мне устроили «родные и близкие». Я научился быть постоянно настороже, замечать малейшие признаки приближающейся опасности и всегда выходить победителем.

А после того, как власть перешла ко мне, во дворце осталась лишь сводная сестра Рахма. Остальные братья и сёстры были выдворены. Кого-то ждала казнь за бесчисленные заговоры и покушения, кто-то перешёл в гарем к моим союзникам. Ну а остальных ожидала ссылка в отдалённые провинции.

Я не желал подобного для своих будущих детей. Поэтому решил, что они появятся лишь в союзе с айной.

Когда я обнаружил нашу с Аминой зеркальную связь, естественно задавался вопросом о детях. Мало того, я вдруг понял, что хочу их. И какое-то время моя айна уже носила под сердцем наше дитя. Но скорая смерть Амины унесла с собой надежды на его появление на свет.

Говорят, время лечит любые раны, главное, найти лекарство, которое ускорит это лечение. Для меня подобной отдушиной стали занятия с наследниками шагесов, родители которых часто гостили во дворце.

Янар был моим любимчиком. Он чем-то напоминал меня в детстве. Из-за слишком огромной магической силы, сосредоточенной в таком маленьком тщедушном тельце, ему пришлось слишком рано осваивать магическую науку. Постоянные тренировки и плотный график занятий по предметам, которые обязательно пристало знать будущему шагесу, практически лишали его детства. Но это была необходимая мера.

Боюсь представить себе, что было бы, если бы малыш не смог подчинить себе свой внутренний огонь. Скорее всего, он съел бы ребёнка изнутри заживо. Поэтому я, как мог, пытался показать Янару, что то, что живёт внутри него, не так страшно, как кажется, главное – владеть собой и найти подход к этой силе.

И вот теперь я вынужден выслушивать упрёки в том, что проявляю недостаточно внимания к собственному, как она решила, сыну.

– Замечательный ребёнок. Только зачем же вы настолько холодны и официальны с ним? – без особого такта и стеснения задала она вопрос и с упрёком посмотрела вслед удаляющемуся крохе, свидетельницей небольшой проверки знаний которого стала.

Подобная категоричность с её стороны была по крайней мере странной, если не сказать раздражающей. Неужели она не понимает, что это не холодность, а забота о малыше? Внутренний стержень ему жизненно необходим, и если я вместо того, чтобы помогать ему обрести данное качество и подготовить ко взрослой жизни, буду лишь улыбаться и хвалить, то этим действительно выкажу полное равнодушие к нему и его будущему и нанесу непоправимый урон?

Во мне вспыхнула злость и раздражение на такое поверхностное суждение. Но я постарался утихомирить поднявшуюся внутри бурю. Она действительно не понимает, что это такое, ощущать нестабильное давление магии. И, возможно, в чём-то права. Ребёнку необходим не только мудрый и строгий наставник, роль которого ложится на плечи отца, но и любящая мать. И она, мне кажется, сможет такой стать.

Но, тем не менее, я решил немного помучить строптивицу. А заодно получить её согласие ответить на некоторые мои вопросы. Можно было бы самостоятельно взломать её природный ментальный блок и считать воспоминания. Но это могло бы причинить девушке вред, поэтому я решил добиться согласия на небольшой допрос. Был уверен, что обещания она держит.

***

Уже наверное десятый раз вчитывался в отчёт, доставленный дополнительным соглядатаем, отправленным в Нигал совсем недавно. После того памятного дня, когда Дина, сама того не осознавая, заметила небольшую брешь в наших планах с Нарифом.

– Ты уверен в этом человеке? – переспросил Музаффара.

Советник задумчиво вертел модель военного корабля, хоть, кажется, всего лишь с целью занять чем-нибудь руки, а не от интереса к уникальному экземпляру моей коллекции.

– Абсолютно.

– И что ты думаешь обо всём этом? – спросил у него, потирая раскалывающиеся от головной боли виски.

– Не знаю. Пока рано делать выводы. Это либо совпадение. Или же кто-то ведёт двойную игру.

– Ладно! – решительно отодвинул стул. – Значит, не привлекая внимания, более тщательно проследи за Каримом и Нарифом. И мне нужно, чтобы Суфию незаметно обследовал целитель. А дальше будет видно.

Муза кивнул, соглашаясь с моим мнением, и сообщил, заставив меня застыть на месте:

– Амир, мы напали на след заказчика убийства твоей айны.

– И? – спросил, непроизвольно сжав ладони.

– Пока до конца не ясно. Но все ниточки ведут ко двору Каххара.

– Спасибо Муза! – поблагодарил бывшего наставника. – Что-то в подобном роде я подозревал. Там слишком многие хотели бы занять моё место в качестве наместника Южных Земель. Если появятся новости, сразу же сообщи, – попросил Советника и отпустил его выполнять моё поручение относительно Суфии и Нарифа.

А сам, вновь создав нужную иллюзию, отправился за Диной, которую оставил наедине с её отцом. Воспоминания нарисовали трогательное волнение, с которым девушка стояла перед дверью комнаты Асада, холодную дрожь её ладошки, зажатой в моей руке, и желание защитить девушку в этот момент.

С каждой встречей Дина отвоёвывала всё большее место в моей жизни. Похоже, я заражаюсь от неё сумасшествием и излишней эмоциональностью. Иначе отчего бы мне приглашать её к себе на завтрашний вечер? Ведь это явно не вписывается в мои планы держать будущую айну как можно дальше, пока не найдут настоящего заказчика убийства Амины. Но мне мало её. Наши пикировки, как и наша близость, лишь разжигают желание ощутить весь этот спектр эмоций снова и снова. Вот и сейчас, вместо того, чтобы заняться неотложными делами и поручить преданному стражнику провести Дину после разговора с отцом в её покои, я вернулся за ней лично.

Дина была необычайно тиха и задумчива, размышляя о чём-то. Она молчала, а у меня в голове крутились мысли о сложившейся ситуации. Создавалось впечатление, что вот-вот состыкуется головоломка и я отыщу виновного во всех покушениях. Слова Музаффара о дворе Каххара и новости о тайной встрече Суфии с сыном Тангара – Каримом, заставили посмотреть на всё по-новому. Но мне всё равно казалось, будто я опаздываю на несколько шагов. Мой противник, кто бы это ни был, слишком умён и изворотлив.

И ведь теперь я опасаюсь не только за свою жизнь. Я посмотрел на хрупкую и беззащитную девушку рядом с собой. Что, если мой враг узнает о её существовании и доберётся к ней? Да, Дина не тихая и слишком добрая Амина, не способная дать отпор обидчику. Но у неё нет ни единого шанса против опытного убийцы.

Мысль об этом заставила сжать кулаки и потянуться к любимому оружию. Нет, допустить подобную потерю снова я не вправе!

– Спокойной ночи! – пожелала она и мой самоконтроль смело.

Захотелось владеть этой жениной безраздельно. Снова ощутить мягкие податливые губы, прижать к себе и почувствовать, как она погрузится в сладкую негу, а из её приоткрытого рта слетит тихий стон желания. Я, словно обезумевший юнец, набросился на свою айну, всем телом растворяясь в этой близости.

Но сегодня я не был настроен на жаркую битву, мной владела нужда быть с ней рядом, чувствовать её, знать, что это не призрачная дымка, которая исчезнет, стоит её коснуться. Я нуждался в ней больше, чем она может себе представить. И не мог насытиться, медленно вкушая, как самый дорогой нектар, совершенно позабыв о том, в каком обличии я сейчас нахожусь.

На несколько мгновений мы стали единым целым. Но что-то изменилось. Такая податливая и отвечающая на поцелуй женщина вдруг стала холодной и отстранённой, а потом и вовсе вырвалась из моих объятий, оказавшись на довольно приличном от меня расстоянии. С опаской посмотрела и спросила:

– Зачем? – и не дождавшись ответа, продолжила: – Впрочем, не важно. Надеюсь, больше этого не повторится, – сообщила она и спокойно, с достоинством, не оглядываясь, оставила детскую часть гаремного сада позади.

Глядя ей вслед, я с досадой думал, что, кажется, традиция с проверкой айны не так уж и хороша, как, впрочем, и мой план с «Ильдаром».

Чёрт! Стукнул по стволу дерева, злясь на самого себя. Всё вокруг как назло не вовремя, и этот отбор, на результаты которого я особо и не надеялся, и план, по которому благодаря отбору заговорщики должны были активизироваться, решив, что я нашёл айну, и выдать себя.

Но ведь по иронии судьбы именно это и произошло. Я ЕЁ нашёл. Время убегало, зеркальная привязка крепла день ото дня, даже проверка верности формально была пройдена, и вскоре, если появятся парные символы, скрыть от опытного мага, кем является Дина, станет невозможно. А расследование практически там же, где и было. Даже хуже. Теперь у меня есть уязвимое место.

Нужно что-то предпринять и как можно скорее.

Оказавшись вновь в своём кабинете, я вызвал Ансара, прикоснувшись к магическому кристаллу, стоявшему на столе.

– Да, мой господин, – вопросительно посмотрел мой личный слуга и помощник в одном лице, – вызывали?

– Ансар, – произнёс я, задумчиво постукивая по подлокотнику кресла, – Нариф ещё не покинул наш гостеприимный дворец?

– Насколько знаю, нет, господин, – подтвердил мою догадку он.

– Хорошо, наведайся к нему и сообщи, что я хочу его видеть. Только воспользуйтесь чёрным ходом, визит будет неофициальным.

Слуга кивнул и поклонился.

– И ещё, Ансар, скажи, кого из моих танцовщиц особо выделял Нариф? Были такие?

Ансар хитро блеснул глазами и уголки его губ слегка приподнялись.

– Да, как вы и просили, я присматривал за нашим дорогим гостем. Нариф в последнее время очень нервничал и частенько приходил полюбоваться на девушек. Одна особенно пришлась ему по вкусу. Кажется, её зовут Ясмин.

– Хм, это неплохо. Приведёшь её вечером в мои покои. Посмотрим, чем она так приглянулась нигальцу.

Ансар отправился выполнять мой приказ, а я хищно улыбнулся. Что ж, попробуем по-другому ускорить события. Надеюсь, мои догадки окажутся верны.

Дина

Мы с Ранией шли, тревожно оглядываясь. Наверняка со стороны наша парочка выглядела совсем уж странно. Молодой невысокий, тщедушный юноша и служанка в гаремной униформе, которой сейчас следовало бы прислуживать на женской половине.

Но несмотря на наши опасения, на пути нам кроме безмолвных стражей никто не повстречался и останавливать не собирался.

Удача сопутствовала не только в этом. Не пришлось уговаривать стражников, застывших истуканами у покоев Музаффара, пропустить нас. Потому что он сам именно в этот момент случайно вышел нам навстречу.

Завидев, кто перед ним, он лишь удивлённо приподнял бровь, но больше ничем не выказал того, что знает, кто скрывается под личиной «гафура Инара».

– Рад вас видеть, Инар, – сделал он ударение на имени. – Я как раз собирался задать несколько вопросов целителю. Так что давайте обсудим вашу просьбу позже. Или же, если хотите, можете составить мне компанию. Это недолго. А потом у нас будет возможность поговорить, – понимающе улыбнулся он. – Согласны?

Амулет, изменяющий голос, Ансар, в отличие от костюма, у меня забрал, поэтому пришлось лишь кивнуть, подтверждая, что второй вариант меня вполне устроит. К тому же, я понимала, какого целителя собирается навестить советник и у чьей постели сейчас находится этот почтенный целитель.

Всё так же играя в немую пантомиму, я отправила Ранию к себе, чтобы та случайно не сорвала наш маскарад своим присутствием. И девушка с облегчением покинула нашу компанию.

Чем ближе мы с Музаффаром приближались к покоям Амира, тем большее количество народа встречали. Слуги, стража, советники. Здесь собралась целая толпа, словно растревоженный улей, в надежде узнать что-то новенькое.

Музаффар пытливо на меня посмотрел и тихо шепнул:

– Сохраняйте невозмутимость, что бы не произошло.

Всё-таки я сделала правильную ставку. Не зря старый советник мне понравился с самого начала.

Несмотря на хмурые взгляды стражи и нежелание пускать нас во святая святых, Музаффар всё же смог добиться разрешения на посещение Амира для нас обоих, представив меня своим новым личным помощником. А я, как и было условлено, делала строгий, сосредоточенный, серьёзный вид, и при этом старалась принять наиболее похожую на мужскую позу.