Текст книги "Контракт с подвохом: убить незабвенного (СИ)"

Автор книги: Лина Каренина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 11 страниц)

– Кхм, – Фавиан прокашлялся, привлекая внимание престарелого худощавого мужчины за прилавком. – Добрый день.

Мужчина недоверчиво окинул взглядом две фигуры, обёрнутые в тёмные плащи и скрывающие лица под капюшонами, то бишь, нас, и ответил:

– Добрый день, уважаемые. Чего вам угодно?

Фавиан кивнул мне. Я развязала мешок, что держала в руках всё это время, достала арбалет и положила его на стол.

– Мы с мисс будем очень Вам признательны, господин Девале, если Вы расскажете нам о том, кто заказал у Вас этот замечательный арбалет, – вслед за мной рука Фавиана осторожно положила на стол увесистый мешочек, в котором приятно звякнули монетки. Мужчина, по всей видимости, владелец лавки, поражённо уставился на нас, затем, взвесив в руке кошелёк, положил его к себе за прилавок и принялся изучать арбалет. Пробормотав вслух номер партии, мужчина полез в увесистый, почти исписанный журнал. Наконец он произнёс:

– Два таких арбалета заказал у меня в прошлом году барон Нейбор Тревер. Могу ли я поинтересоваться, как оружие попало к вам?..

– Не можете, – отрезал Фавиан, забирая арбалет орбатно и помещая его в мой мешок. – Благодарим за содействие, господин Девале.

Мы быстро вышли, пока владелец не счёл нас достаточно подозрительными, чтобы вызвать стражу, и уселись в кэб, приказав кэбмэну трогать к центру.

– Ты знаешь этого барона? – спросила я, когда мы поехали. Фавиан кивнул:

– Виделись на паре приёмов. Довольно неприметный тип, лично с ним не общался.

– Думаешь, он и есть Лис? – предположила я.

– Не знаю, не знаю, – блондин смотрел на Даинвер через окошко, и я разглядела в его взгляде напряжение. Мне очень хотелось поддержать его, подбодрить, но я не решалась. Наверняка после всего, что случилось, он испытывает ко мне лишь презрение… В глубине души, конечно, ничего такого я не чувствовала от него. Но хотела убедить себя в этом, чтобы избавиться от глупых чувств – ведь мы наверняка не сможем быть вместе.

И тут ко мне в голову пришла идея.

– Контракт, – выпалила я, глядя на Дроута. – Проверь на свету печать.

Он всё понял: кивнул и полез за бумагой, затем поднял руку с письмом напротив окошка и вгляделся. Через несколько секунд мужчина произнёс:

– Здесь печать торговой конторы "Альбассин и Ко". Она занимается поставками разных вещей, например, канцелярии. И тут снизу номер партии. Я полагаю, надо проверить, для кого эта партия бумаги была заказана.

– Есть у меня одна догадка, – я чуть усмехнулась. Фавиан задержал на мне свой взгляд и снова отвернулся. Стал как-то неприятно и даже обидно.

Когда мы подъехали к центру, Фавиан вылез и уточнил адрес. Ехать было совсем недалеко, и уже через минут пять мы были на месте. Товарная контора "Альбассин и Ко" располагалась среди других таких же контор, плотно притиснувшихся друг у другу. Мы торопливо пошли в помещение. На этот раз в приёмной за столом сидела девушка и что-то записывала. Когда мы вошли, она улыбнулась:

– Добрый день! Чем могу быть полезна?

– Добрый день, мисс, – вновь проявил инициативу Фавиан, приближаясь к ней. – У нас к Вам дело… деликатного характера.

Ещё один мешочек с монетами, подготовленный заранее, опустился на её стол, и Фавиан заговорил вновь:

– Надеюсь, Вас не утрудит кое-что уточнить для меня, – и он улыбнулся. Я ревностно скрипнула зубами: Дроут что, флиртует с ней?!

Дама зарумянилась, взяв мешочек:

– О, конечно, сэр, благодарю Вас… Что бы Вы хотели уточнить?

– Я сейчас назову номер партии бумаги, недавно поставленной в Даинвер, а Вы расскажете мне, кому она была доставлена, – промурлыкал Фавиан. Я закатила глаза и сложила руки на груди, пока девушка сверяла номер и искала получателя.

– Партия бумаги была доставлена два месяца назад по адресу Аплтон, улица имени сэра Корвина Брамса, поместье "Ленингтон".

– Благодарю Вас, мисс, – Фавиан быстро отступил. – Рад, что нам содействовала столь прекрасная девушка.

И тут же буквально вытолкнул меня из помещения контроки.

– Что такое? К чему такая поспешность? – я нахмурилась, недовольно надув губы, и направилась к кэбу. Дроут, не говоря ни слова, проследовал за мной, сказал кэбмэну адрес таверны "Рога и копыта" и забрался внутрь кэба. Лишь там мужчина заговорил:

– Всё сходится. "Ленингтон" – небольшое поместье на окраине Аплтона, и принадлежит оно барону Треверу. Наши подозрения подтвердились. Выходит, эта неприметная персона вполне может оказаться Лисом…

– Значит, мы должны немедленно отправиться к нему, – заключила я.

– Пробраться туда будет сложно. Если он и есть Лис, то он знает, что мы его ищем, и наверняка обезопасит себя. Но мы можем нанести ему официальный визит, и в силу моего титула Тревер будет обязан принять нас. А для этого… герцог Фавиан Дроут должен вернуться в Даинвер из своей поездки.

Глава 24. Конец – лишь начало

У таверны мы высадились и отпустили кэбмэна. Фавиан объяснил это предосторожностью и нежеланием раскрывать свой новый адрес, однако вскоре признался, что немного голоден, именно поэтому решил зайти в таверну.

– Если хочешь, можем отужинать вместе, – предложил он, пока мы направлялись к кабаку уже привычно торопливым шагом.

– Я бы и так ужинала с тобой, – хмыкнула я. – Опасно тебя одного оставлять нынче.

Краем глаза заметила, как он улыбнулся, но усилием воли заставила не повернуть к нему голову и не уставиться на его солнечную улыбку, глупо радуясь. Должна же я иметь какую-то гордость, в конце концов.

К счастью, наш столик оказался свободен. Заказав себе по порции овсяной каши с куриной ножкой и по стакану фруктового пива, мы уселись и стали ждать.

– Да, это тебе не "Ле Пре Кастеллани", – насмешливо вздохнула я, обращаясь к Дроуту. – Это я-то тут бывала частенько, но могу представить, как тебе тяжело.

Фавиан зыркнул на меня:

– Издеваешься, да? Если так интересно знать, то мне вполне неплохо здесь. Я не какой-нибудь заносчивый лордик.

– Правда? А казался именно таким, – съязвила я. – Избалованным мальчиком.

– С чего ты взяла? – экс-герцог хмуро смотрел на меня из-под капюшона.

– Дорогая одежда, еда, вино, много женского внимания… – мне хотелось сделать акцент именно на последнем. – Разве это всё не балует?

– Привилегии, данные с рождения, не могут избаловать. Они лишь способствуют формированию личности, – заявил Дроут.

– Ух, какие мы слова знаем, – вновь съязвила я: очень уж хотелось выместить своё раздражение… и ревность. Фавиан чуть прищурил глаза, всматриваясь в меня, затем наконец спросил:

– Почему ты злишься?

"А сам-то не догадываешься?" – подумала я, произнося вслух:

– Я не злюсь.

Не хотелось бы, чтобы он мою ревность расценил как слабое место… В ответ Дроут лишь промолчал, задумчиво изучая меня взглядом, чем ещё больше меня разозлил. Вот о чём он думает? В этот момент я бы всё отдала, чтобы получить способность читать мысли… Чёртов мерзавец! Ну почему меня подослали убить именно тебя?..

Наконец нам принесла блюда и кружки улыбчивая белокурая разносчица. Фавиан улыбнулся ей обворожительно:

– Благодарю, милая девушка.

От такого комплимента разносчица раскраснелась, а я отвернулась. Либо это меня окончательно захлестнула ревность и я вижу его флирт с другими девушками там, где есть только вежливость, либо же Дроут намеренно делает это, чтобы вызывать во мне ту самую ревность. В любом случае, показать её ему означало бы продемонстрировать слабость, к чему я отнюдь не стремилась. Пусть лучше думает, что мне всё равно, чем упивается моими чувствами и подпитывает манию величия за счёт моей ревности.

Не обращая внимания на расносчицу, я принялась за еду. Когда тёплая пища проникла в порядком изголодавшийся желудок, я ощутила себя гораздо лучше. Противные ощущения притупились и будто бы ушли, оставаясь где-то на границе сознания. Я заметила, как Дроут пристально смотрит на меня, поднося вилку с насаженным на неё аккуратно отрезанным кусочком курицы ко рту, и, не выдержав, спросила:

– Ну и к чему этот взгляд?

В ответ он вопросительно приподнял бровь, а кусочек курицы замер в воздухе, дожидаясь своего часа быть съеденным:

– Какой взгляд?

– Которым ты сейчас смотришь на меня, – я нахмурилась. – Не очень приятно, когда во время еды на тебя так пристально смотрят.

– Просто это непривычно – видеть тебя такой, – мужчина усмехнулся и наконец отправил кусочек мяса в рот.

– Какой? – не поняла я.

– Свободной от всех этих правил столового этикета. Многие знатные девушки не умеют есть так, как ты это делаешь сейчас, – ответил Дроут.

– Жаль их. Они не могут в полной мере насладиться вкусом пищи, – я вздохнула, продолжая трапезу. На самом деле мне было не жаль – ко всем этим богатейкам я чувствовала лишь безразличие.

Фавиан замолчал. Наверное, в кои-то веки не знает, что сказать. И не надо: я не хотела с ним никакой беседы. Сейчас мне хотелось только одного… Уничтожить все свои чувства к нему. Закончить это чёртово дело и разойтись, как в море корабли. Если удастся передать Лиса правосудию, то не придётся платить ему те двадцать тысяч. А это значит, что деньги, переданные мне в мешке Трудягой, останутся у меня и будет на что жить первое время после ухода из Гильдии. Уйти из Гильдии я решила точно. Потом надо будет устроиться на работу. Может, попроситься ассистенткой к Инес? Или обратиться за помощью к Парвине? В любом случае, варианты у меня есть, не пропаду. И Дроут никогда больше обо мне не услышит.

В задумчивом молчании мы провели остаток ужина. Когда наши тарелки были пусты, а остатки пива допиты, я поднялась со скамьи. Дроут поднялся следом, оставив разносчице пару монет чаевых, и мы, не говоря друг другу ни слова, направились к выходу.

На улице уже порядком стемнело и зажигали фонари. Людей, однако же, было многовато: на площади рядом проводили какие-то гуляния с песнями и плясками. Я поморщилась. Меньше всего мне сейчас хотелось веселиться.

– Погоди, – Фавиан остановился и похлопал себя по карманам, – кажется, у меня в таверне выпал кошель.

– Хорошо, что мы на пару шагов отошли, – я вздрогнула, осознавая, насколько ужасной была бы потеря.

– Жди здесь, я сейчас, – Дроут тут же быстро зашагал обратно. "Надеюсь, кошель никто не заметил и не заграбастал себе, – подумала я, прислонившись плечом к деревянной стене кабака. – Иначе будет драка. Если услышу крики, придётся вмешаться."

Впрочем, Дроут показался довольно быстро. Он торопливо вышел из таверны и повернулся ко мне, как тут его лицо, пусть и скрытое тенью капюшона, приобрело выражение ужаса, который прозвучал в его громком возгласе:

– Глориана, сзади!

Обернуться я не успела. Кто-то схватил меня за голову и силой приложил её об стену. В глазах заплясало множество разноцветных искр, а уши и разум пронзил противный звон. Сильная тупая боль отдалась в затылке, и я, потеряв силы и координацию, сползла по стене, осев на дорогу. Нападающий сразу после удара отпустил меня и бросился бежать. Фавиан тут же сорвался с места. Сначала мне показалось, что он помчится за нападавшим, на Дроут подскочил ко мне и мгновенно подхватил на руки. Оказавшись в теплых объятиях, я невольно прильнула к его сильному телу. Сейчас я уже не соображала, что происходит, – лишь чувствовала, как Фавиан быстрыми шагами куда-то идёт.

Очнулась я уже в мягкой постели. Боль, сковывающая затылок, ощущалась уже не так сильно, ведь моя голова покоилась на мягчайшей подушке. Проморгавшись, я быстро огляделась. Комната, слабо освещённая масляной лампой на прикроватном столике, была мне еле знакома, но приглядевшись, я сделала вывод, что я в новой квартире Фавиана. Вскоре показался и он сам, одетый в холщовую рубашку и штаны – просто и без изысков. Ему очень шло, я не могла не признать. Заметив, что я пришла в сознание, Дроут подошёл ко мне и присел рядом на краешек кровати.

– Как ты? – прозвучал его обеспокоенный голос.

– Бывало и получше, – я постаралась улыбнуться, но улыбка вышла никудышняя.

– Тот, кто ударил тебя… Я думаю, это был твой коллега из Гильдии. Он следил за нами и, улучив момент, хотел подобраться к тебе, чтобы вырубить, – высказал своё предположение блондин.

– Почему он не выстрелил в меня? – я чуть нахмурилась, но мимическое усилие отозвалось болью в затылке.

– Наверное, ты нужна была ему живой, – проговорил Фавиан, не сводя с меня пристального взгляда. – Я принёс тебя к себе, обработал йодом твою рану и перевязал. К счастью, повреждение не особо серьёзное. Но была бы у меня целительная магия, она бы справилась лучше.

– Вряд ли, – я прикрыла глаза, стараясь не двигаться.

– Я бы мог хотя бы облегчить боль, – послышалось в ответ.

– Ты и так можешь, – глупость, которую я сморозила и о которой подумала, заставила меня приоткрыть глаза. Фавиан протянул руку, чтобы убрать прядь волос, упавшую мне на лицо. Его палец легко отвёл её в бок и заправил за ухо, затем, легко касаясь, прошёлся по моей скуле и щеке.

– Как? – наконец спросил мужчина, будто бы завороженно наблюдая за мной. Вместо ответа я чуть повернулась, касаясь губами подушечки его пальца. В этот момент все чувства к нему, которые я так старательно выбрасывала из головы, пробудились вновь и заиграли новыми красками. Поддавшись им, я уже более отчётливо поцеловала его палец, покосившись из-под полуприкрытых век на Фавиана. Он чуть приподнял бровь, и в это время его палец прошёлся по моим губам, слегка надавливая. Остановившись на середине нижней губы, он чуть сильнее надавил на неё, будто бы выпуская моё горячее дыхание, и отпустил. Пальцы мужчины обхватили мой подбородок, и он сам приблизился, будто бы желая достичь моих губ. Внутри всё затрепетало, так, как машет крыльями бабочка, стараясь взлететь. Я поддалась ему, позволив горячим мужским губам овладеть моими, моим ртом и языком. Поцелуй получился страстным, горячим, но в то же время нежным и, что самое важное, долгим. Я уже стонала от такого напора, а Фавиан лишь продолжал настойчиво ласкать мои губы. Его руки как-то сами собой легли на мою талию, выправили из штанов рубашку и забрались под неё, неприлично задирая. Забыв в боли, я обхватила своими руками его спину, зарылась пальцами в его волосах. И, оторвавшись от поцелуя, вдохнула свежий воздух, судорожно шепнув:

– Возьми меня, Фавиан.

Глава 25. Откровения

Обычно с наступлением утра я ощущала тепло, которое сохранялось благодаря одеялу. Этим же утром я чувствовала жар, который запомнила ещё с после первой ночи с Дроутом. Именно благодаря его сильной руке, обнимающей меня, его телу, прижимающемуся ко мне, и лицу, уткнувшемуся в мои волосы, я сейчас пребывала в раю. На душе ощущалась исключительная лёгкость; она словно пела и ликовала. "Мне было так хорошо с тобой, – думала я, поглаживая нежно пальцами его руку. – Как же я смогу забыть тебя?.."

Приподнявшись, я потянулась, разминая затёкшие руки и обнаруживая себя обнажённой. Кровь прилила к лицу, но перед Дроутом мне не хотелось стесняться. Наоборот, хотелось, чтобы он смотрел на меня… Это дикое, столь нетипичное для меня желание даже немного пугало.

– Доброе утро, – послышался немного хриплый после сна голос моего любовника. Я чуть вздрогнула и повернула к нему голову. Блондин улыбался, разглядывая меня, но в улыбке его не было похоти. Казалось, она нарисовалась ненамеренно, сама собой – так улыбаются люди, разум и взгляд которых пленён объектом их восторгов и желаний. "Ты с головой ушла в романтику, Глориана… – без сожаления подумала я, улыбаясь Фавиану в ответ. – Пропащая… Утонула в его глазах и растворилась в улыбке. Боже, какие эпитеты! Влюбилась, как маленькая девочка, хотя сама же это и презирала…"

– Доброе утро, – наконец шепнула я, наклоняясь к нему.

– Как твоя голова? – спросил мужчина после очередного долгого поцелуя.

– Лучше, гораздо лучше, – я усмехнулась. – Зря ты сказал, что у тебя нет целительной магии. Ночь любви с тобой стала настоящим лекарством.

Он легко рассмеялся:

– Наверное, у моего "достоинства" проснулся природный дар исцеления от всех недугов.

– Пошляк! – я покраснела сильнее, отчего Дроут снова рассмеялся. Его рука обхватила мою талию, и он притянул меня к себе, позволяя забраться на него.

– Что ты задумал? – моё лицо оказалось над его улыбающимся лицом. Фавиан заправил мне волосы за ухо и шепнул:

– Повторить то, что было ночью. Для профилактики.

***

Позавтракав вновь в таверне "Рога и копыта", мы неспешно прогуливались по площади, вновь набросив на себя плащи, скрывающие наши личности.

– Ну что, дело близится к развязке, – рассуждала я вслух, а Фавиан меня внимательно слушал. – Нам осталось лишь наведаться к барону Треверу.

– Для начало я должен вернуться домой, – ответил Дроут. – Можно обставить всё так, будто бы я ездил за город на отдых вместе с баронессой Альгар'Дан.

– Мы собираемся использовать мой псевдоним? – удивилась я.

– Много кто в Аплтоне знает тебя как Варрию Альгар'Дан, тот же Рейнсли. Ещё один день эксплуатации образа северной баронессы, думаю, не повредит, – рассудил мужчина. – Наоборот, даже поможет. Это прекрасное объяснение, почему я свободно разъезжаю вместе с тобой.

– Хм. Да, вполне, – согласилась я.

Мы свернули обратно на улочку, ведущую к квартире Дроута, как вдруг кто-то сзади окликнул меня:

– Эй, Линнет!

Я обернулась: это был Ханорен, его я узнала сразу, хоть он, как и мы, тоже скрывал своё лицо под капюшоном. Хуст приблизился к нам, а я взяла Фавиана за руку, одёргивая:

– Здравствуй, Ханорен. Ты следил за мной?

– Я повсюду ищу тебя. Повезло, что услышал твой голос, – в его речи мелькнуло раздражение. Хуст остановился напротив меня, и я, ощутив, как Фавиан напрягся, сильнее сжала его руку:

– Что-то случилось?

– Я послал тебя отыскать Седрика, но ты так и не вернулась, не отчиталась мне. Я уж думал, с тобой что-то случилось, – Ханорен сложил руки на груди и бросил подозрительно-заинтересованный взгляд на моего спутника.

– Его квартира пустовала, и по виду в ней не жили уже давно. Седрик скрывается где-то, и я пытаюсь выяснить, где, – ответила я, слегка нервничая. – А вчера он, по крайней мере, я думаю, что это он, напал на меня сзади, но успел лишь треснуть меня головой об стену, прежде чем мой… друг спугнул его.

– Этот? – Ханорен кивнул на Фавиана. – Ты работаешь с ним? Это не в правилах Гильдии.

– Да, кстати, – я чуть подступила вперёд, чувствуя, как Дроут собирается ответить. – Ханорен, я вот что хотела сказать… Я собираюсь уйти из Гильдии.

Между нами повисло напряжённое молчание. Для обоих мужчин эта новость, кажется, стала крайней неожиданностью.

– Глориана… – наконец произнёс Ханорен: вся его раздражённость и командный тон куда-то испарились. – Что случилось? Ты была одной из лучших в своём деле. Мы с тобой так хорошо работали… Неужели это из-за того глупого контракта? Если ты испугалась, что мы собираемся тебя как-то наказать, то напрасно…

– Не нужно пытаться убедить меня остаться, Ханорен, – я нахмурилась. – Я приняла решение. Я больше не хочу связывать свою жизнь с убийствами.

– Раньше тебя это не волновало. Ты… изменилась, Линнет. Откуда вся эта сентиментальность? – Хуст перевёл взгляд с меня на Фавиана. – Влюбилась?

– Это уже не твоё дело, – усилиями воли я заставила себя не залиться румянцем. – Спасибо тебе за всё, Ханорен. За службу и… за дружбу. Было приятно с тобой работать.

– Как и мне, – в его серых глазах показалось тепло, которое, впрочем, быстро сменилось на холод. – Не забывай нашу ночь, Глориана. Заходи попрощаться, когда будет время.

И он исчез – так же быстро, как и появился. Я молчала, обдумывая всё это, пока Фавиан не отпустил мою руку. Подняв взгляд на него, я заметила в его взгляде недоверие.

– У тебя с ним что-то было? – больше утвердительно, нежели вопросительно проговорил Дроут.

– С ним и его подругой я грабила "Айдерли", – призналась я. – После этого… Я провела с ним всего одну ночь. Понимаешь ли… Мужчины никогда не интересовались мной. Кому нужна хладнокровная убийца, пропадающая ночами на заданиях? По этой причине многие женщины из Гильдии всю свою жизнь оставались одиночками. С Ханореном я была знакома давно: он был как бы нашим куратором в этом районе – перебирал заказы и раздавал их рядовым убийцам. Он всегда пользовался большой популярностью у девушек, поэтому на меня не обращал внимание… Раньше. Что-то изменилось примерно в то время, как я проиграла в карты Трудяге. Мне, конечно, было приятно его внимание. До него у меня никого не было… А потом… Я встретила тебя. И все остальные мужчины для меня перестали существовать. Да, чёрт возьми, я, бесчувственная, независимая и одинокая, влюбилась в тебя! Я должна была убить тебя, но не смогла. Уже тогда в моей голове прочно поселились мысли о том, чтобы покинуть Гильдию. Я больше не смогу убивать, не сумею. Воспоминания о твоём взгляде всегда будут останавливать мои руки от привычной работы. Я планировала закончить это дело, уйти из Гильдии и исчезнуть…

Фавиан не дал мне договорить: он прижал меня спиной к стене и прильнул губами к моим губам, возобновляя тот самый поцелуй. Я обомлела, но прижалась к нему, забираясь рукой под капюшон и зарываясь пальцами в его мягких волосах. На этот раз поцелуй был коротким, так как целоваться на улице было опасно. Дроут сам оторвался от меня и шепнул:

– Я не отпущу тебя, Глориана. Теперь, когда с Гильдией покончено, ты станешь всецело моей. Я хочу, чтобы ты была со мной. Я люблю тебя, Глориана.

– Я согласна… – шепнула в ответ, жмурясь от накативших слёз. Внутри всё взрывалось. Наконец-то самый важный в мире человек сказал мне самые нужные слова… И я готова была навсегда стать его. Только его любовью.

Глава 26. Охота началась

Карета Дроута медленно приближалась к его поместью. Мы сидели рядом в ней; я устроила голову на его плече, Фавиан обнимал меня за талию, утыкаясь кончиком носа в мои волосы. Облачиться мне пришлось в платье, в то время как блондин всего лишь переоделся в свою обычную одежду. На сей раз это нужно было для прикрытия, и я не особо возражала. В конце концов, сколько раз я уже надевала эти платья – и ничего, не умерла же.

Вскоре карета остановилась. Мы выбрались, Фавиан передал сумку с вещами слуге. Однако в доме нас ждал неприятный сюрприз. С порога на Фавиана начала орать какая-то блондинисто-пепельная дамочка в чёрном кружевном пышном платье:

– Ты мерзавец, Дроут! Невыносимый, несносный, невозможный мерзавец! Я проклинаю тот день, когда связалась с тобой!

Фавиан прикрыл глаза, делая глубокий вдох. Я с шоком уставилась на кричащую девушку, и та, заметив меня, грубо выхватила мою руку, до этого крепко сжимающую руку блондина:

– Это ещё кто? Очередная потаскуха?!

Я тут же выдернула руку, и Фавиан встал между нами, грозно проговорив:

– Остынь, Шарлотта. Зачем ты явилась сюда? Я же сказал: между нами всё кончено. Я свободный человек и имею право встречаться с кем захочу.

– Вот мы как заговорили? Не ты ли клялся мне в любви? – возмутилась дама.

"Что? В любви? Ничего не понимаю…" – я растерянно глянула на Фавиана: он выглядел спокойно и уверенно. Таким же был и его ответ:

– Это было много месяцев назад. Сейчас всё иначе. Ты должна принять это и перестать меня преследовать, наконец.

"Бывшая…" – я выдохнула. Всё немного прояснилось. Дамочка эта выглядела очень эффектно: светлые, почти пепельные волны волос, спускающиеся на спину, яркий макияж глаз, выделяющихся на светлом стройном лице, тёмно-вишнёвая помада на губах, руки, плечи и ключицы облачены в мелкое кружево, остальное тело – в чёрное, тоже с кружевными узорами платье с не менее эффектным вырезом. Про неё так и хотелось сказать: "стерва и скандалистка". Но, боюсь, если бы я сейчас выдала ей такое, она бы разорвала меня в клочья.

После его слов Шарлотта изменилась в лице: злостное выражение в один миг превратилось в жалостливое, будто бы это не она тут пару секунд назад неистово орала.

– Но ты же не бросишь меня, Фавиан?.. – мне даже показалось, что на её глазах показались слёзы.

– Кхм-кхм, – решила я напомнить о себе. Дроут быстро обернулся ко мне, и в его глазах явственно читалась мольба не воспринимать всё это всерьёз.

– Шарлотта, – он повернулся к ней и, когда она уже хотела прижаться к нему, придержал её плечи руками. – Тебе нужно вернуться домой и отдохнуть. Мы с тобой уже всё обговорили. Я не собираюсь по сто раз повторять одно и то же. И вообще, тебе бы уехать куда-нибудь на юг на пару месяцев… Отдых явно пойдёт тебе на пользу.

– Я поняла, – дамочка порывисто смахнула слёзы и грубо оттолкнула мужчину. – Прощай, Дроут.

И с гордо поднятой головой направилась было к воротам, но, приостановившись рядом со мной, ядовито прошипела:

– Ты никогда не получишь его, шлюха. Он мой!

– Не твой он, девочка, смирись с этим, – отпарировала я, сложив руки на груди, а дама от такой наглости чуть было не начала задыхаться и тут же вылетела за ворота, к своей карете.

– Глориана, – Фавиан подошёл ко мне и взял за руку; было видно, что ему тяжело далась эта встреча. – Прости за то, что эта леди наговорила тебе. Она очень… очень импульсивна. Мы расстались около четырёх месяцев назад, но она никак не может принять это. Я в скором времени поговорю с её родителями и добьюсь того, чтобы они отправили её куда-нибудь на юг. Так будет лучше. И для неё, и для нас.

Я кивнула:

– Давай… вернёмся к заданию. Нас ждёт барон Тревер.

***

Уже после полудня, отобедав, мы вновь сели в карету, прихватив всё необходимое, и поехали в гости к нашему барону. Не успели мы отъехать, как Фавиан прикрыл окна кареты шторками и пересел ко мне на тесное сиденье.

– Что ты задумал? – я невольно улыбнулась, заметив на его лице улыбку. Вместо ответа он лишь прижался губами к моей обнажённой шее, отчего меня охватила приятная будоражащая дрожь. Оставив там засос, он поднялся выше и шепнул мне в самое ухо:

– У нас есть минут пятнадцать. Давай проведём их с пользой?

– С пользой? – я ахнула, ощутив, как его ловкие пальцы заползли в вырез. – Э-эй! А если кучер услышит?..

– А ты будь потише, – Дроут игриво куснул мочку моего уха, языком поддевая небольшую серьгу. И, кажется, мне это нравилось…

Все эти пятнадцать минут пути Фавиан активно демонстрировал свою любовь и страсть ко мне, отчего я окончательно убедилась, что он завладел мной, моей душой и телом полностью и безоговорочно; убедилась и в том, что он так же принадлежит мне и готов отдаваться моим рукам даже в таком, казалось бы, непригодном для занятий любовью месте. Последние три минуты езды мы приводили себя в порядок и целовались, всё никак не находя возможности отлипнуть друг от друга. А после, когда карета остановилась, как порядочный джентльмен и приличная леди вышли на свет.

Поместье "Ленингтон" расположилось на окраине Аплтона, у густого, хоть и облагороженного, леса. Дом барона оказался куда меньше особняка Фавиана, что, впрочем, неудивительно, и был изготовлен из серого, потемневшего от времени камня. Не давая мне времени поглазеть, Фавиан подал мне руку и повёл внутрь. Дворецкий Тревера герцога Дроута узнал сразу, а вот мне пришлось назваться. Поняв, какие важные шишки стоят перед ним, дворецкий, не говоря ни слова, повёл нас к кабинету барона. Когда мы приблизились, до нашего слуха долетели звуки голосов, спорящих о чём-то. Мы с Фавианом переглянулись, гадая, наверное, об одном и том же: "Кто бы мог быть сейчас в кабинете барона?" Однако, когда дворецкий постучал, отворил дверь в ответ на наступившую тишину, торжественно провозгласил "Герцог Фавиан Дроут и баронесса Варрия Альгар'Дан" и мы вошли, в кабинете оказался лишь один барон Нейбор Тревер. Мужчина средних лет в тёмно-синем халате сидел за столом с крайне нервным видом. Бурые с проседью длинные волосы были встрёпаны, кустистые брови, за которыми терялись глаза, нахмурены, мелкий нос с горбинкой наморщен, из-за чего жиденькие усики под ним смешно топорщились. Удивлял его аномально большой подбородок, изрядно поросший щетиной.

– Что Вам нужно?.. – довольно раздражённо бросил он и, взяв себя в руки, добавил: – Ваша Светлость, Ваша Милость.

– Есть одно дело, Нейбор, – Фавиан, не церемонясь, прошёл к столу. Я последовала за ним, окидывая быстрым взглядом кабинет. Здесь явно был кто-то ещё… Где же он? Наконец мой взгляд остановился на распахнутом окне позади баронского стола.

– Не холодно Вам тут? – я перевела взгляд на нервного мужчину. – Окно нараспашку.

– Ах да, – он тут же подскочил и прикрыл одну створку, – проветривание кабинета. Полезная штука…

В этот момент Фавиан выложил на его стол арбалет:

– Узнаёте?

Тревер так и застыл, глядя на оружие. Было видно, что оно ему знакомо.

– Откуда… – пробормотал барон, но тут же осёкся. – Нет! Что это Вы притащили?

– Один из двух арбалетов, которые Вы заказали в прошлом году в мастерской "Остракон стрелка", – спокойно проговорил Дроут, глядя на него немигающим взглядом. Тревер затих. Понимал: отпираться бесполезно. Он задал вопрос:

– Как Вы узнали?

– Это неважно, – я глянула на Фавиана и вновь обратилась к барону: – Вы ответите на все наши вопросы.

– А если не отвечу? – он вздёрнул подбородок. – Вы ничего не докажете!

– А нам и не нужно, – я наставила на него свой небольшой складной арбалет, который был заряжен смертоносным снарядом.

– Не совершайте глупостей, – поддержал меня Фавиан. – Отвечайте и не вздумайте кричать. Вам знакомо имя "сэр Лис"?

– Д-да, – напуганный мужчина кивнул.

– Это Вы скрывались под этим именем? – продолжал давить блондин. Тут Нейбор отчаянно замотал головой:

– Нет, это не я, клянусь!

– Это Ваша бумага. Ваш ли подчерк? – и Фавиан продемонстрировал ему контракт.

– Да, мой, но меня заставили! – Тревер дрожал, очевидно, контракт он узнал сразу. – Он заплатил мне, пообещал много денег, славы и титул…

– Кто "он"? – Дроут повысил голос.

– Я не знаю, клянусь! – барон чуть было не сорвался на крик. Я его перебила:

– Кто был с Вами здесь, пока мы не пришли? Отвечайте!

– Это был…

Не успел барон ответить, как что-то быстро прожужжало в воздухе. Мужчина замер, покачнулся и упал. Из спины, меж лопаток у него торчала стрела.

– … Седрик, – я вздрогнула, на секунду потеряв самообладание, но затем быстрым жестом показала Фавиану прижаться к стене, ближе к шторам, что обрамляли окно.

– Седрик спорил о чём-то с Тревером, – проговорила я, не выпуская из рук арбалет. – Как только дворецкий постучал, Седрик вышел через окно. Он подслушал наш разговор и убил Тревера, пока тот не наговорил лишнего!

– Вот чёрт, – выругался Фавиан.

Мой взгляд скользнул по столу, натыкаясь на нераспечатанный конверт рядом с большим арбалетом. Я осторожно потянулась к нему рукой.

– Хватай его, и бежим, – поторопил меня Дроут. Мы осторожно пробрались к двери, опасаясь ещё одного выстрела, и выбрались из кабинета. Теперь надо было бежать к карете, пока Седрик не добрался до неё быстрее нас. Я на бегу прятала всё в сумку, а Фавиан поторапливал меня: