Текст книги "Покажи мне космос (СИ)"

Автор книги: Лина Каптейн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 19 страниц)

Глава 6

Когда Филипп выныривает из воды, моему взгляду предстает его накачанный торс. Мелкие капли катятся по широким плечам и мускулистой груди.

У меня перехватывает дыхание. От неожиданности, от возмущения или от увиденного – сама точно не знаю.

Этот парень точно занимается спортом. Явно давно. Но каким? Плаванием? Теннисом? Или ходит в спортзал?

Опомнившись через пару секунд, отвожу взгляд в сторону.

Нельзя так откровенно пялиться. Еще заметит, а мне не хочется слишком уж льстить его самолюбию.

Филипп убирает со лба мокрые волосы и, кажется, только сейчас обращает внимание на меня. Его губы трогает усмешка.

– О! Вот мы и встретились снова, амазонка, – лукаво произносит он. – Или, скорее, русалка?

– Вообще-то у меня есть имя, – раздраженно отвечаю я.

– Правда? Тогда, может, представишься?

Услышав эти слова, я прикусываю язык.

Нечего ему знать, как меня зовут. А также в каком корпусе я живу и другие подробности.

– Пожалуй, не буду.

Я не планирую с ним общаться, как и с другими парнями. Сейчас вообще не до них.

– А ты загадочная, – не отстает Филипп. – Не говори, я все равно узнаю.

– Звучит как угроза.

– Это не угроза, а цель.

– Ладно, попробуй, – с улыбкой поднимаю вверх подбородок. – Только зачем тебе знать?

– Просто так, – уголки его губ тоже приподнимаются.

Но что-то во взгляде Филиппа говорит об обратном. Он подходит чуть ближе, а я отступаю к берегу, стараясь не поскользнуться на камнях.

Нельзя позволять ему сокращать дистанцию.

– Мы не станем друзьями. И не мечтай, – продолжаю фальшиво улыбаться. Кажется, он прекрасно все понимает.

– А кто говорил о дружбе? Точно не я.

В глазах его пляшут дьявольские огоньки. А может, просто отражаются блики солнца на воде.

Обжигающе холодная синева затягивает, гипнотизирует, зовет в пучину. Я незаметно для себя в ней тону.

И это пугает.

Но я стараюсь ничего не показывать. Вскидываю подбородок еще выше и произношу:

– Тогда что тебе от меня нужно?

Филипп делает еще шаг вперед и наклоняет голову, внимательно глядя на меня.

Чувствую себя добычей перед охотником. Очень глупой добычей, потому что надо бежать со всех ног, а я не двигаюсь с места.

Никак не получается.

Ни разу в жизни еще не чувствовала себя так. Ни с одним парнем. Невероятно бесит!

– Скоро сама поймешь, – таинственно говорит он.

Но вдруг морок рассеивается.

Филипп резко выставляет руку вверх, а в следующую секунду рядом с плеском падает волейбольный мяч.

– Упс! Простите, ребят! – кричит незнакомый парень, который бежит к нам.

Глядя на него, понимаю, что если бы не Филипп, мне бы попало по голове.

– Осторожнее там! – цедит он.

А затем берет в руки мяч и кидает парню.

– Спасибо! – отвечает тот, когда ловит. – Бро, еще раз прости, что чуть не попал в твою девушку.

Не сговариваясь, мы одновременно выпаливаем:

– Она не моя девушка!

– Я не его девушка!

К щекам от возмущения приливает кровь.

Как можно было такое подумать?

Если я стою рядом с человеком мужского пола и разговариваю, это еще не значит, что мы встречаемся.

– Ой, сорян, – парень неловко улыбается. – Кстати, не хотите тоже сыграть?

– С вами? – интересуется Филипп.

– Нет, мы почти закончили, – говорит незнакомец. – Если что, все в вашем распоряжении. Просто верните потом мяч.

Когда парень уходит, на лице Филиппа появляется хитрая ухмылка.

– Что думаешь? Одну партию до обеда.

– Еще чего, – складываю руки на груди.

Я неплохо играю в волейбол. По крайней мере, на уроках физкультуры нередко приносила победы своей команде, хотя не ходила в секцию.

– На желание, – продолжает уговаривать Филипп, и в его глазах вновь танцуют дьявольские искры. – Если выиграешь, я исполню твое. А если проиграешь, исполнишь мое.

Условия как-то пугают. Кто знает, что в голове у этого парня? Я не доверяю ему ни на грамм.

– Любое желание, – тихо произносит он.

– На любое я не согласна. Подумаю над твоим предложением, только если сразу признаешься, что загадал.

– Ладно. Если выиграю, ты скажешь, как тебя зовут.

У меня вырывается смешок.

– И все?

Мне казалось, он замыслил что-то неприличное. Например, влезть к нам с Настей на балкон ночью или заставить купаться голышом.

– И все, – повторяет он. – Я не извращенец, как ты подумала утром.

Взвешиваю за и против и наконец киваю:

– Хорошо. Тогда если я выиграю, ты оставишь меня в покое, и мы не будем пересекаться до конца смены.

– Идет.

Мы жмем друг другу руки.

Это будет эпичная битва.

Глава 7

Минут через пять мы уже стоим у сетки на волейбольной площадке. В отличие от остальной части пляжа, она покрыта песком.

Филипп успел накинуть белую футболку – видимо, чтобы не обгореть. И я тоже оделась. Но нам нужна еще пара человек для игры два на два.

– Давайте, я с вами. – К сетке подходит еще один незнакомый мне парень и по-дружески хлопает Филиппа по плечу.

У него высокий рост, темные волосы до плеч, собранные в пучок, и выразительные карие глаза. Чем-то неуловимо напоминает Бена Барнса.

Их двоих я точно не обыграю, если они решат объединиться.

– Тогда ты будешь в моей команде, – улыбаюсь я парню, прежде чем Филипп успевает что-то сказать. – Команде черных.

Его футболка того же цвета, что и мой топ, а потому мы неплохо смотримся вместе.

– Я не против. – Незнакомец возвращает улыбку. – Кстати, меня зовут Костя. А тебя?

– Это секрет, – говорю я, пожимая его руку. Она оказывается сухой и горячей.

– Тогда как мне к тебе обращаться?

– Как к капитану команды.

– Слушаюсь, мой капитан!

Смеюсь от того, как Костя это произносит. А он забавный. Думаю, мы сработаемся.

Тем временем в глазах Филиппа вспыхивает недобрый огонек.

– Ты так легко предаешь нашу дружбу, – усмехается он.

– Играть вдвоем против девчонки нечестно, – парирует Костя.

– Да знаю я. Сам хотел предложить тебе перейти к ней. Но мне тоже нужна девушка в пару.

На пляже очень вовремя появляются мои соседки, и я машу им рукой.

– Настя! Дана! – кричу я. – Идите сюда!

К Злате намеренно не обращаюсь, хотя она тоже с ними. На лицах девочек отражается удивление, но они все-таки подходят ближе.

– Кто из вас умеет играть в волейбол? – интересуюсь я.

Они удивляются еще больше.

– Ну, я иногда играла в школе… Но у меня не слишком хорошо получалось, – признается Дана, косясь на парней рядом со мной.

– Тоже ничем не могу помочь, – отвечает Злата и украдкой смотрит на свой маникюр. Видимо, боится сломать ногти. – Вот если бы вы предложили сыграть в шахматы или в «Что? Где? Когда?», я бы составила вам компанию. В них я мастер.

Так и думала, что она не согласится. Ее надо звать на турниры по домино.

– Обожаю волейбол! – восклицает Настя.

Я широко улыбаюсь.

– Знала, что на тебя можно рассчитывать. Тогда ты в команде с Филиппом.

– Правда?

Она, кажется, не верит своему счастью.

– Правда. Вы и по цвету друг другу подходите. – Я киваю на ее белую майку и шорты. – Черные против белых. Это Настя, а это Костя и Филипп. Ну, его ты знаешь.

– П-привет всем, – она неожиданно начинает запинаться, а щеки едва заметно краснеют.

– Привет, Настя, – хором говорят ребята, отчего та смущается еще больше.

В подобное состояние моя одногруппница впадала в прошлом семестре из-за одного преподавателя, которому еще не исполнилось тридцать.

– Зови меня Филом, – уточняет мой соперник.

– Ага, – кивает Настя.

– Ну что, раз все в сборе, давайте играть, – говорю я.

Дана со Златой тем временем устраиваются на полотенце в тени дерева. Кажется, они передумали купаться и решили посмотреть матч.

– Можешь поснимать нас на телефон для моего канала? – Настя подбегает к Дане. – Потом отправишь мне.

– Но я никогда не снимала игры… – растерянно говорит та.

– Ну пожалуйста! Просто нажми на красную кнопку и следи за тем, куда полетит мяч.

– Ладно.

– У тебя получится!

Показав Дане большие пальцы вверх, Настя уходит за сетку к Филиппу.

Наличие зрителей, как и запись на видео, меня не смущает. Но смущает то, что я ничего не знаю ни о товарище по команде, ни о способностях наших соперников.

Если Настя действительно любит волейбол, она должна быть в нем хороша. И судя по тому, как прямо и уверенно держится Филипп, он тоже играет далеко не впервые.

– Одна партия. До двадцати одного очка, – говорит он, подтверждая мои догадки.

– Всего одна? – мои брови сами собой поднимаются.

В пляжном волейболе обычно две или три партии.

– Больше мы не успеем, скоро обед.

– А, понятно. Тогда не будем терять времени.

Встречаю синие глаза Филиппа. В них снова начинают плясать искры. Но я больше его не боюсь и не хочу уступать.

Внутри просыпается азарт, а сердце начинает биться чаще.

Сегодняшний матч – шанс избавиться от общества Филиппа до конца смены. Его нельзя упустить.

Я приехала сюда отдохнуть и расслабиться, но кожей чувствую – этот парень может разрушить мои планы, если ему позволить.

Мы знакомы пару часов, но при виде его у меня внутри все переворачивается. Надо сделать так, чтобы он держался подальше. Тогда я спокойно проведу следующие две недели.

Мы с Костей должны задать ему жару!

От автора: следующие проды будут выходить через день. Приятного чтения!

Глава 8

«Камень, ножницы, бумага» помогает определиться с тем, кто будет подавать первым. Накрываю камень Филиппа своей бумагой и с торжествующей улыбкой забираю у него мяч, направляясь к задней линии.

– Ты так улыбаешься, как будто уже победила, – бросает Филипп мне в спину.

– А я и победила сейчас, – отвечаю я, поворачиваясь к нему.

Потом выставляю левую ногу вперед, подбрасываю мяч и ударяю по нему ладонью. Он пролетает прямо над сеткой, но не касается ее.

Филипп принимает подачу в последний момент. Кажется, он вообще не ожидал, что я смогу ее сделать.

Вот это сюрприз! Вечно мальчишки недооценивают девчонок.

Филипп отбивает мяч Насте, подставив под него сложенные вместе руки. А я уже бегу к Косте, чтобы защитить нашу половину поля. Нельзя оставлять место у сетки пустым.

Моя подруга пасует обратно своему капитану, и тот атакует, но напарывается на Костин блок. В результате мяч падает на песок на стороне наших противников.

– Супер! Дай пять! – Я ударяю по ладони Кости.

– Ты тоже молодец. Хорошая подача! – подмигивает он.

– Рано радуетесь! Это только первое очко, – кричит Филипп, отдавая нам мяч.

Кажется, кто-то недоволен.

– Скоро будет второе, – улыбается ему Костя.

Однако следующий розыгрыш идет не по плану.

Я снова подаю, а Настя принимает и делает пас Филиппу.

– Давай, давай! – кричу товарищу.

Но он не успевает отбить атаку. Мяч даже не касается его пальцев и падает на нашей половине.

– Отличная работа! – бросает Филипп Насте, и та вся сияет, а потом поворачивается к нам. – Ну что, один – один!

– Поехали дальше, – во мне просыпается злость.

Подбираю мяч, передаю его Филиппу, и следующую подачу он выполняет в прыжке.

На этом розыгрыше нам удается сравнять счет.

Костя принимает мяч. Мы пасуем его друг другу, не нарушая правила трех касаний, а потом перебрасываем соперникам. Но Настя неудачно отбивает, и он улетает в аут.

Однако мы торжествуем недолго. В новом розыгрыше после Костиной подачи мяч опять оказывается вне игры.

Так мы и идем – нос к носу.

После каждых семи очков меняемся местами на поле, но ситуация остается прежней. Если одной команде удается вырваться вперед, другая вскоре сравнивает счет.

Это потихоньку начинает меня бесить.

Каждый из нас периодически допускает ошибки, но каждый использует и свои сильные стороны. У меня выходят успешные планирующие подачи, а у Кости – блоки. Но Настя хорошо играет в защите, а Филипп удивляет ловкостью и скоростью.

Мои ноги вязнут в песке, в то время как его будто вообще не касается эта проблема. Он бегает по площадке быстрее, чем все мы вместе взятые. И чем дальше, тем больше меня злит.

Он явно хочет победить так же сильно, как и я. О его желании говорят хитрая улыбка, взгляд исподлобья, агрессивные силовые подачи.

Но, с другой стороны, я начинаю уважать Филиппа.

Он не играет в поддавки. Не уступает просто потому, что я девушка и это лишь игра. Игра в пляжный волейбол в студенческом лагере, а не в финале Олимпиады.

Вокруг площадки постепенно собирается народ. Зрители начинают кричать, подбадривая нас. Кто-то болеет за определенную команду, а кто-то – за обе сразу.

Партия близится к концу, но счет опять одинаковый – восемь – восемь. Еще пять очков, и определится победитель.

Я максимально мобилизуюсь. Сейчас нельзя проиграть.

Как удобно, что мяч снова в моих руках. Готовлюсь подавать, но вдруг до уха доносится высокий голос:

– Рита! Рита!

Поворачиваю голову и вижу нашего куратора. Наташа активно машет руками, пытаясь привлечь внимание.

Вот черт!

Что ей понадобилось? Она же сказала, что у нас до вечера свободное время. Испортила целую игру!

– Значит, Маргарита, – весело произносит Филипп мне в спину.

– Значит, – бросаю на него раздраженный взгляд. – Ты узнал все, что хотел?

– Далеко не все.

Усмехаюсь, услышав ответ.

– Вот как? Твои аппетиты растут с каждой секундой.

– Такой уж я человек. Любознательный.

– Тогда почитай энциклопедию. Не трать время на меня.

Тем временем к нам подбегает взволнованная Наташа.

– Рит, я повсюду тебя искала! – запыхавшись, произносит она.

– Да? Что-то случилось? – интересуюсь я, пытаясь скрыть то, насколько ей не рада.

Наташа отвечает за всех наших студентов, и с ней нельзя портить отношения. Тем более в начале смены.

– Случилось. – Куратор берет меня под локоть и уводит в тень деревьев.

– Но мы играем… – Я оглядываюсь на ребят.

– Я скоро тебя отпущу.

– Хорошо, рассказывай.

– Тут такая ситуация… Очень нужна твоя помощь.

Наташа заглядывает мне в глаза, и ее пальцы сильнее сжимают мою руку. Она словно боится, что я в любую секунду вырвусь и убегу.

– Пожалуйста, можешь выступить вечером на концерте?

– На концерте?

Хлопаю глазами, недоуменно уставившись на нее.

– Ну, ты же занимаешься танцами. Пожалуйста, исполни что-нибудь от нашего университета? Эля с экономфака собиралась петь, но вдруг потеряла голос, так что нам срочно нужен номер на замену.

Я застываю, как вкопанная, когда слышу ее слова.

Только не это!

Глава 9

Только не выступление!

Да, я случайно положила в чемодан танцевальные туфли. Однако я приехала в лагерь не за тем, чтобы бередить раны. Они совсем недавно начали затягиваться.

Но взгляд Наташи – громче любых слов. Он полон отчаяния и мольбы.

– Рит, ты – наша последняя надежда. Мне уже почти все отказали.

Стены, которые я вокруг себя возвела, начинают медленно осыпаться. Понимаю, что куратор мной манипулирует, но ненавижу видеть людей в таком состоянии.

Из груди вырывается тяжелый вздох, после чего я сдаюсь:

– Ладно, уговорила.

– Правда? Рит, ты лучшая! – Наташа крепко меня обнимает, и в ответ я слегка хлопаю ее по плечу.

Для меня несложно сделать ей небольшое одолжение.

Танцы – вся моя жизнь. Я занимаюсь ими сколько себя помню.

Фокстрот – это мой воздух. Танго – кровь в моих венах. Самба – ритм моего сердца.

К тому же на кону честь университета, и мне не впервой ее защищать. Я уже выступала на новогоднем на балу, а потом на Студенческой весне.

Но тогда я танцевала не одна, а сейчас… Сейчас у меня больше нет партнера.

Это грустная история.

Раньше у меня был партнер. За шесть лет мы с ним прошли огонь, воду и медные трубы. Сотни конкурсов и показательных выступлений. Тысячи часов тренировок.

Я доверяла ему как себе. Но он воткнул мне нож в спину, когда я не ожидала. А ведь все начиналось просто чудесно!

В тринадцать лет тренер поставил нас в пару, и я впервые поняла, что такое бабочки в животе. До этого я лишь читала о них в книгах и брезгливо морщилась, видя в кино поцелуи.

Но мне хватило одного взгляда на Пашу, чтобы пульс подскочил до сумасшедших высот.

Он был гораздо выше ровесников. Светлые волосы, серо-голубые глаза, невероятно обаятельная улыбка.

Почти как молодой Леонардо Ди Каприо.

Хотя я не страдала от стеснительности, мои щеки обдало жаром, когда на первой тренировке мы встали в шаге друг от друга, и он взял меня за руку, а другой коснулся спины.

Я положила ладонь ему на плечо и склонила голову влево, после чего мы закружились в венском вальсе под счет раз, два, три. Вскоре закружились и наши отношения.

Паша стал для меня не только партнером по танцам.

Он стал моей первой любовью, первым парнем, первым мужчиной. И оставался до прошлого апреля.

Помню этот проклятый день, будто он был вчера.

Мы еще с двумя парами выступали на Студвесне с танго, и нам специально сшили одинаковые костюмы. Парням – торжественные черные фраки, а девушкам – длинные красные платья с широкими юбками и черным кружевом на лифе.

Идеальные наряды для того, чтобы показать страсть и чувственность танца.

Но когда я накрасилась, переоделась и вышла из гримерки, то увидела, что Паша решил не ждать выхода на сцену.

Мой парень за кулисами обжимался с кудрявой ведущей в розовом брючном костюме. Целовал ее шею, а та в ответ игриво смеялась. Они не замечали меня, но я прекрасно все видела.

Внутри будто оборвалась струна. Резко и бесповоротно.

Козел!

Никогда не думала, что он вот так поступит со мной. Не хотелось в это верить, но глаза не лгали.

Кто бы знал, как хотелось плюнуть на все! Просто развернуться и уйти!

Только я не могла подвести других ребят. Если бы выступали одни мы с Пашей, черта с два я бы прикоснулась к нему хоть пальцем. Но мои друзья были ни в чем не виноваты.

Пришлось на время притвориться, что я ни о чем не догадываюсь, натянуть на лицо фальшивую улыбку и оттанцевать положенное танго.

Я еле удержалась от того, чтобы не отдавить гаду ноги своими каблуками, а после высказала все и дала отличную пощечину. С размаха.

Надеюсь, щека у него еще долго горела.

Естественно, после этого мы больше не могли танцевать в паре.

Я даже ушла из клуба, так как Паша был племянником тренера. Но вместо поиска другого партнера записалась на соло-латину, чтобы не терять форму. Самбу, ча-ча-ча, румбу и многое другое можно исполнять в одиночку.

А еще я обстригла густые волосы, оставив каре. Хотя раньше мне нравилось делать гладкую прическу с низким хвостом для выступлений.

Новая стрижка – значит, новая жизнь. Жизнь, где я буду счастлива, ни с кем не встречаясь.

Так проще.

Никто не разобьет сердце, не обманет доверие и не предаст. Станет незачем лить слезы во время посиделок с подругами, а потом объедаться мороженым под сериалы.

И не захочется кричать на весь мир от того, что разрывает изнутри.

Шторм в душе утихнет, наступит штиль.

Он уже почти наступил. И пришло время продемонстрировать, что не только парные танцы имеют право на существование.

Хотя бы самой себе.

Глава 10

Стою за занавесом, ожидая своего выхода, и руки слегка трясутся.

Вечер уже начался – актовый зал полон народа, а студенты постоянно сменяют друг друга на сцене. Их объявляет долговязый парень в форменной футболке «Звездного».

Я рада, что это не Филипп. Но точно знаю – он сидит где-то в зрительном зале, потому что здесь собрались все.

Сегодня открытие новой смены, участие в которой принимает не только наш университет, но и вузы из других городов.

Партию в пляжный волейбол мы в итоге не доиграли, так что окончательно избавиться от этого парня мне не удалось. Поскольку желание Филиппа сбылось, он шепнул мне на ухо новое. И выполнить его в случае проигрыша я точно не могла.

Он захотел каждый день сидеть со мной и девочками на обеде. Да еще и предлагал, чтобы к нам для ровного счета присоединился Костя.

Еще чего!

Перетопчется!

Наверняка Филипп специально загадал это, зная, что я откажусь играть до конца. Но рисковать тоже не очень хотелось. Иначе пришлось бы всю смену обедать в каком-нибудь другом месте.

– Первоначальные условия были несправедливы, амазонка, – сказал он. – Мое желание ни в какое сравнение не шло с твоим.

– Но ты все равно согласился, – возразила я. – Или думал в два счета меня обставить?

Его улыбка на секунду померкла, и я поняла – на это он и рассчитывал. Как удачно для него появилась Наташа!

– Ладно. Если не хочешь, не будем доигрывать, – развел руками Филипп.

На том мы и закончили – объявили ничью.

Костя и Настя были не против. Они тоже подустали, да и солнце поднялось довольно высоко. Все пожали друг другу руки и договорились, что победила дружба.

После игры мы с девочками сходили на обед, а потом они пошли гулять по территории лагеря, а я осталась в комнате репетировать выступление.

И вот момент настал.

Из-за софитов тяжело разглядеть лица людей в зале. Они скрыты во мраке, в то время как свет ламп над головой бьет по глазам.

На мне платье без рукавов длиной до колена, не стесняющее движений, но подчеркивающее талию. Белое, с принтом из зеленых пальмовых листьев.

Оно совсем не похоже на конкурсное – никаких страз, перьев и бахромы. Но его я, конечно же, не взяла. Пришлось выбирать из вещей, которые нашлись в чемодане. Однако то, что я надела, тоже напоминает о далекой и жаркой Латинской Америке.

Еле слышно постукиваю шпильками по деревянному полу. Еще пара номеров, и придет моя очередь.

Я никогда раньше так не переживала перед показательными выступлениями. То есть вначале, естественно, каждое было волнительным, но я скоро привыкла.

А теперь все иначе.

Это мой первый выход на сцену без Паши.

От злости кусаю губы, вновь вспоминая о нем. Мерзавец как будто забрал половину моей уверенности.

Я слишком привыкла полагаться на него. Видимо, теперь придется отвыкать.

Вздрагиваю, когда слышу усиленный микрофоном голос долговязого:

– А сейчас Маргарита Орлова, первокурсница Южного федерального университета, покажет нам самбу.

Вижу, как парень указывает в мою сторону, и понимаю – пора. Делаю глубокий вдох, а потом выхожу в центр сцены.

Вот он, момент истины.

Передо мной точно больше ста человек. Смотреть на них из-за кулис было не так страшно, как встать под прицелы взглядов.

Ведущий что-то спрашивает про мои достижения, и я даже отвечаю, вызывая улыбки и возгласы восхищения. Но все заглушает гулкий стук сердца, отдающийся в ушах.

К счастью, вскоре долговязый уходит со сцены.

Начинает играть ремикс «Bailando» Энрике Иглесиаса, который я попросила поставить, и зрители исчезают.

Остаются только я и любимая музыка. Мы сливаемся в танце.

Чувствую знакомый зажигательный ритм. Колени слегка пружинят вверх-вниз, бедра начинают выписывать соблазнительную восьмерку, и в нужный момент я вступаю.

Руки двигаются одновременно и плавно, делая акценты в нужных местах, а ноги исполняют шаги и повороты. Тело само знает, что делать. Без участия головы.

Раз-и, два-и.

Каждое движение отточено до совершенства. Не зря сотни часов ушли на их отработку перед зеркалом. Все идеально сложилось в связку, которую я придумала сегодня днем.

Сейчас пространство сцены принадлежит мне. Оно становится холстом, где стопы рисуют особый узор, а из-под каблуков летят невидимые искры.

Я думаю лишь о том, как показать душу танца.

Бразильская самба – это страсть, праздник, фейерверк эмоций.

Это карнавал в Рио, где конфетти сыплются с неба на красочные платформы и танцоров в сверкающих костюмах.

И я чувствую, что у меня получилось, когда музыка затихает, а потом зал взрывается аплодисментами.

Сердце бьется часто-часто. Ни на одном мероприятии я не встречала такого теплого приема.

Поднимаю руки и делаю легкий поклон, ослепительно улыбаясь.

А потом разворачиваюсь, чтобы уйти за кулисы, и мои глаза слегка расширяются от удивления.

Там, где пару минут назад ждала я, стоит Филипп в футболке «Звездного». Сколько раз за сегодняшний день мы уже столкнулись? Кажется, я сбилась со счета.

Выражение его лица настолько обескураженное, что у меня вырывается легкий смешок.

– Подними челюсть с пола, – говорю я, когда подхожу ближе. – Совсем за ней не следишь.

Филипп моргает и наконец приходит в себя:

– А ты, как обычно, остра на язык.

– Мои шпильки еще острее. Так что будь осторожнее. Не подходи слишком близко, иначе могу случайно наступить.

– Учту, – с легкой улыбкой кивает Филипп, а потом вдруг становится серьезным. – Не знал, что ты чемпионка России.

– Чемпионка юга России в категории «Молодежь», – поправляю я.

Он, кажется, вполуха слушал то, о чем упоминал ведущий. Но лучше бы не упоминал.

Во рту появляется привкус горечи.

Стану ли я когда-нибудь чемпионкой России? Это большой вопрос. Тем более в категории «Взрослые», куда пора переходить по возрасту и где так много крутых танцоров.

Кроме того, с другим партнером хоть и не придется начинать с нуля, но надо будет сработаться. Потребуется время.

– И все равно… Рита, ты очень красиво танцуешь, – вдруг произносит Филипп.

– Спасибо, – очаровательно улыбаюсь в ответ.

Я привыкла к комплиментам, но замечаю в синих глазах моего собеседника нечто новое. То, чего я раньше не видела.

Уважение?

И еще он обратился ко мне по имени. Не ожидала, что Филипп действительно его запомнит. С первого раза, хотя в лагере полно людей.

Я уже давно забыла большинство ребят, которые пытались познакомиться со мной сегодня, потому что в голове все смешалось. Будет неловко, когда я снова их встречу. А это обязательно случится. Например, завтра.

– А ты… что здесь делаешь? Готовишься выступать? – спрашиваю я, в очередной раз глядя на футболку Филиппа.

– Нет. Просто помогаю с техникой, – отвечает он. – Надо же кому-то настроить колонки, чтобы не хрипели.

– Так, значит, ты отвечаешь за звук? Неплохая работа. А вот с освещением надо что-то делать. Я чуть не ослепла.

– Подумаю, как это исправить.

– Ага.

Я киваю Филиппу, разворачиваюсь и ухожу. И вновь кожей чувствую, будто моя спина горит. Он точно смотрит на меня.