Текст книги "Покажи мне космос (СИ)"

Автор книги: Лина Каптейн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 19 страниц)

Глава 84

В любом случае Паше больше нечего терять.

– Значит, вы не врезались в столб? – уточняет директор.

– Какой столб мог сделать такое? Вы сами-то верите? Мой глаз встретился с его кулаком.

Паша указывает рукой на Филиппа.

– Это было за дело. – У меня больше не получается сдерживаться. – Он оборонялся, ведь ты ударил первым.

Кровь начинает закипать от поведения Паши.

Сама не понимаю, как могла его любить. Почему не замечала гнильцу. Почему верила, что вокруг виноваты все, кроме него.

Он вешал мне на уши лапшу, а я никогда не сомневалась в его словах. Следовала за ним, как в танцах. Он же партнер, ведущий. Что на паркете, что по жизни. Мы крайне редко менялись ролями.

Паша был моей первой любовью. Трогательной, чистой, по-детски наивной. Но любовь зла.

Сейчас передо мной сидит совершенно другой человек. Не тот, кого я обожала и кем восхищалась.

Годами Паша медленно, но верно катился по наклонной, а за последние пару месяцев скатился совсем.

Дно еще далеко, и он может продолжать дальше. Однако уже без меня.

Я не стану вытаскивать его оттуда. Пусть выбирается сам, раз вступил на путь драк, пьянства и случайных связей.

– Он увел мою девушку! – Паша с яростью смотрит на Филиппа, сжимая кулаки.

– Мы уже выяснили, что Рита давно с тобой рассталась, – отвечает тот.

– Все в прошлом, – подтверждаю я.

Только Паша не хочет соглашаться:

– А могло быть и в будущем, если бы ты не ошивался вокруг нее!

– Думаешь, что имеешь право решать, с кем ей общаться, а с кем нет?

– Молодые люди! – вмешивается куратор. – Вспомните, где вы находитесь!

Не знала, что хрупкая Наташа способна быть жесткой. Впервые вижу ее с этой стороны. Впрочем, наверняка именно работа со студентами заставила ее выработать командный тон.

Слова куратора отрезвляют разгоряченных парней, как холодный душ.

– Извините, – произносит Филипп, глядя сначала на Наташу, а потом на Ивана Ефимовича.

– Да, извините, – повторяет Паша.

– Так. – Директор кладет ладонь на стол. – Мне все ясно.

– Иван Ефимович, что вы… решили? – с замиранием сердца спрашиваю я.

В кабинете на несколько секунд повисает тишина. Слышно лишь, как шумит листва за окном. А потом директор произносит:

– Маргарита, вы можете остаться. Но за стремление скрыть драку вам объявляется замечание. А вот Павлу и Филиппу придется написать объяснительную и сегодня же выехать из «Звездного».

У меня внутри все обрывается.

Мир вокруг на секунду замирает, будто его поставили на паузу. Даже звуки в ушах стихают.

Происходит худшее. То, чего я так боялась.

Счастье, которое едва успело войти в мою жизнь, вот-вот снова исчезнет. Разрушится, словно замок из песка, накрытый безжалостной волной. Обвалится, рассыпется, сравняется с землей.

– Но… ведь Филипп многое сделал для лагеря, – начинаю бормотать я. – Почему ему нельзя остаться?

Вдруг найдется способ переубедить директора.

Однако он лишь разводит руками:

– Правила есть правила. Драка – крайне грубое нарушение дисциплины. Правда, в счет заслуг Филиппа я не стану сообщать об этом в его вуз, – говорит Иван Ефимович, после чего поворачивается к Паше: – Употребление алкоголя в «Звездном» тоже недопустимо. Не думайте, что я ничего не почувствовал, когда вы ко мне вошли. О вашем поведении мы доложим обязательно.

Тому ничего не остается, кроме как опустить голову. Теперь в университете его возьмут на карандаш. А если проступки будут повторяться, вообще отчислят. Доигрался.

Но я думаю, такого наказания недостаточно. Обязательно выскажу гаду все, когда мы выйдем из административного корпуса.

Он будто специально устроил драку, чтобы испортить остаток отдыха мне и Филиппу.

Ух, как же я зла!

В эту минуту под столом Фил берет мою руку в свою.

– Успокойся, все будет нормально, – шепчет он на ухо, наклонившись ближе.

Хочется ему верить. Очень.

Я делаю глубокий вдох, а затем выдыхаю и в ответ сжимаю ладонь Филиппа.

Глава 85

Минут пятнадцать парни пишут объяснительные, после чего мы наконец-то выходим из административного корпуса. Сдвинув брови, я делаю несколько шагов к Паше.

Однако куратор словно чувствует, что ситуация вновь готова воспламениться, как тлеющий костер от порывов ветра.

Наташа подхватывает моего бывшего под руку и быстро уводит, а я остаюсь стоять рядом с Филиппом. Тот успокаивающе кладет ладонь мне на плечо:

– Оставь его. Он уже получил свое.

– Мало получил, – шиплю я, глядя вслед Паше.

Жаль, у меня нет способности по желанию превращать человека в камень. Сейчас она была бы кстати.

– Ты же не хочешь вылететь из лагеря за компанию.

– Не хочу.

– Тогда отпусти его. – Филипп становится передо мной.

– Но ведь он во всем виноват… – уже не слишком уверенно произношу я.

– Да. Но отчасти и я тоже.

– Это в чем?

– В том, что так сильно расквасил ему лицо. Он меня ужасно выбесил. Если бы не ты с ребятами, от него бы не осталось живого места.

– Фил… – Я смотрю в его грустные синие глаза. – Каждый может разозлиться.

– Потому я и не стал возражать против наказания. Оно заслуженное. Нужно уметь нести ответственность за свои поступки.

Боже…

Меня накрывает очередной волной чувств. Редко встретишь такого человека, как Филипп. Я начинаю уважать его еще больше, чем раньше.

Только одновременно с этим сердце колют острые иглы.

– Но как нам теперь видеться, если ты улетаешь в Томск?

Сибирский город, где я никогда не была, кажется сейчас бесконечно далеким.

Дальше Северного полюса. Дальше Солнца. Дальше той части Вселенной, которую мы не можем увидеть.

– Рита, я никуда не улетаю, – уверяет Филипп, сжимая мои плечи. – Я останусь здесь, просто не в лагере.

– Да?

Я с надеждой смотрю на него. Даже слезы наворачиваются на глаза.

– Да. У меня есть план. Подожди несколько часов. Я напишу тебе, как все устрою, так что держи телефон поближе. Вечером мы обязательно встретимся.

– Обещай мне.

– Обещаю.

Филипп аккуратно обнимает меня и прижимает к себе. Я не могу обнять его в ответ из-за костылей, но могу услышать стук сердца в груди. Оно бьется ровно и спокойно, в отличие от моего, безумного и шального.

Раз Фил не нервничает, я не должна тоже. Надо научиться ему доверять, ведь он из тех людей, кто держит слово.

Надеюсь, сейчас ничто не помешает ему выполнить обещание, и мы действительно увидимся.

Слегка отстранившись, он кладет ладони на мои щеки, а затем целует. Пламенно, но в то же время нежно. Его руки горят, как и его губы. Они передают этот огонь мне.

Чувствую себя спичкой, стремительно и неумолимо исчезающей в костре нашей любви. Его свет кажется настолько ярким, что ослепляет.

Ради таких моментов и стоит жить.

Когда одно мгновение превращается в вечность. Когда эмоции на пределе. Когда все как в последний раз.

Но ты не можешь позволить себе потерять дорогого человека. И отдашь что угодно, лишь бы он остался рядом.

Филипп на секунду прерывает поцелуй и шепчет, не отпуская меня:

– Запомни: это не «Прощай», это «До свидания». Не думай, что отделаешься от меня.

– Тебе тоже легко не сбежать.

На его лице появляется довольная улыбка, а в глазах – задорные искорки.

– Не представляешь, сколько времени я ждал, что ты так скажешь.

Затем он вновь тянется к моим губам.

***

Как бы ни было тяжело, через час приходится проводить Филиппа. Узнав о произошедшем, наши друзья подтягиваются к воротам лагеря, возле которых он стоит с походным рюкзаком на плечах.

Каждый подходит к Филу и крепко его обнимает. Парни хлопают друга по спине, а девочки смахивают слезы с ресниц. Никому не хочется расставаться вот так.

Даже у меня глаза на мокром месте, хотя я прекрасно помню о нашем уговоре.

Пока мы решили держать все в секрете, чтобы слухи мгновенно не разлетелись по лагерю. Правда не должна дойти до администрации раньше времени.

Лучше мы устроим ребятам сюрприз позже. Где-нибудь за пределами «Звездного».

Оттого Филипп не грустит. Напротив, он улыбается своей очаровательной улыбкой. И я сама не понимаю, почему раньше она меня злила.

Сейчас мне нравится в этом парне абсолютно все – высокий рост, правильные черты лица, каштановые волосы, золотистый загар… Даже ссадина на скуле, скрытая пластырем.

В самом конце он крепко обнимает и целует меня. Коротко, поскольку мы на публике, но в губы.

– Не забудь. Сегодня вечером, – тихо произносит он.

– Конечно.

Как я могу о таком забыть?

– Не скучай здесь, – говорит Филипп, а затем разжимает руки.

В груди сразу образуется пустота. Щемящая и тоскливая.

Ужасно не хочется его отпускать, но выбора нет. Задерживаться нельзя, иначе проблем у нас прибавится.

Еще раз улыбнувшись, Филипп скрывается за металлической решеткой ворот. Он продолжает махать нам рукой, и мы машем в ответ, пока рюкзак пропадает из вида.

Только тогда оборачиваюсь и замечаю, что один человек так и не пришел попрощаться.

Злата.

Глава 86

Это кажется очень странным.

Не она ли сходила с ума по Филиппу? Почему же теперь ей нет дела до его отъезда?

Вряд ли Злата не знает о драке и наказании за нее. В «Звездном» новости разносятся со скоростью лесного пожара.

Или причина в том, что мы с Филом начали встречаться? Это гораздо более вероятно.

Правда, он понятия не имеет о чувствах Златы. Если бы она ему призналась, думаю, они бы общались иначе.

– Рит, ты идешь на обед? – спрашивает Настя, отвлекая меня от своих мыслей.

– Как-то нет аппетита, – качаю головой я. – Посижу немного у моря.

– Конечно, хорошо.

Подруга утешающе касается моего плеча. Она и все окружающие прекрасно понимают, что я чувствую.

Хочется немного побыть одной. Послушать плеск волн, посмотреть на летающих над водой чаек и привести в порядок мысли, которые сейчас в полном раздрае.

Потом я вновь стану собой и присоединюсь к ребятам. Общение с ними поможет скоротать время до вечера, когда напишет Филипп. Он сам просил нас не скучать.

Вскоре мы расходимся в разные стороны – друзья поворачивают к столовой, а я продолжаю идти прямо к пляжу. Медленно, но планомерно.

От идеи позагорать приходится отказаться. Небо затянуто легкой белой дымкой, через которую едва просвечивает солнце. Однако прогноз не обещает дождя, лишь духоту и высокую влажность.

Оттого я так стремлюсь выйти на открытое пространство, где безраздельно властвует ветер. Он спасет и позволит дышать свободно.

– Рита! Не хочешь меня проводить? – доносится из-за спины, когда я прохожу мимо нашего корпуса.

Узнаю этот голос, даже не оборачиваясь. А когда наконец оглядываюсь, вижу у дверей Пашу. Он стоит рядом со своим чемоданом и посматривает на экран телефона, явно ожидая такси.

Мой бывший выглядит, как побитый пес. Обиженный и жалкий. Вся его самоуверенность куда-то испарилась.

– Не хочу. Сам найдешь выход, – отвечаю я, собираясь продолжить путь, однако Паша подходит ближе.

– Злая ты.

– А какой я должна быть? Ты же испортил жизнь себе и другим. Расхлебывай теперь. – Хочется выразиться поконкретнее, но Филипп просил не нагнетать. – И еще… Забудь обо мне. Я больше тебя не люблю. Прощай, Паша.

С этими словами я разворачиваюсь и ухожу, не дожидаясь ответа.

Не важно, что скажет Паша. Важно, что сердце не трепещет, не колет и не болит. А значит, чувства действительно исчезли. Окончательно.

Они забрали с собой горечь с обидой, которые мучили меня в последние месяцы. Тогда я бы не осмелилась сказать бывшему в лицо то, что сказала сейчас.

Мы встречались много лет, вместе росли и шагали по одному маршруту. Но сейчас наши дороги расходятся, ведь каждый выбрал свою.

Теперь мне по пути с другим человеком.

Паша не пытается догнать или остановить меня. Это к лучшему.

Надеюсь, он наконец осознал, что время не повернуть вспять и что я никогда не соглашусь на его условия. Не приму обратно. Не стану терпеть и прощать любые выходки. Самоуважение не позволит.

Через несколько минут я наконец выхожу на лагерный пляж. Как и ожидалось, здесь никого нет. Только легкий бриз колышет волейбольную сетку, а спокойное море еле слышно шуршит галькой.

Небольшая передышка перед тем, как шумные студенты опять вернутся сюда.

Надо пользоваться моментом, поэтому я занимаю лавочку под высокой акацией. Едва успеваю костыли рядом, как издалека доносится еще один голос:

– Рита!

Я удивленно поворачиваю голову и вижу перед собой Злату.

С самого завтрака от нее не было ни слуху ни духу. Вот уж не ожидала, что она станет меня искать.

– Мне сказали, ты здесь, – произносит Злата, подходя к скамейке. – Не возражаешь?

– Нет. – Я позволяю ей присесть рядом.

Конечно, это не входило в мои планы. Но она явно пришла не просто так. Злата никогда и ничего просто так не делает.

Пару минут мы в тишине смотрим на море. Однако соседка нервничает. Она кусает губы и накручивает на палец прядь волос, собранных в аккуратный хвост.

Хочет что-то сказать, но пока собирается с силами. Ее неловкое поведение совершенно не согласуется с образом неприступной Снежной королевы, который Злата себе создала.

– Пообещай одну вещь… – наконец произносит она.

– Какую?

– Не уходи, пока не дослушаешь до конца.

– Ладно, – киваю я, однако в душе поселяется нехорошее предчувствие.

Странный способ начать разговор. Следующие слова Златы и вовсе заставляют меня оцепенеть:

– Я пришла извиниться.

– За что?

– Это я рассказала директору, что Паша с Филиппом подрались из-за тебя.

Глава 87

– Что?!

Я резко вскакиваю со скамейки, забыв про ушибленную ногу, но она сразу напоминает о себе резкой болью. На секунду зажмуриваюсь и опять открываю глаза.

Уму непостижимо! Просто нет слов!

Практически все они улетучиваются из головы, включая бранные. Остается лишь:

– Злата, какого черта?!

Мы не были подругами и почти не общались. Но даже несмотря на то что она положила глаз на Филиппа, я не ждала подобного ножа в спину.

Никогда ее не боялась. И ошиблась.

– Не разговаривай со мной таким тоном! – восклицает Злата, тоже вставая.

– А каким тоном я должна разговаривать?! – Кровь у меня в венах кипит. Наверное, даже из ушей идет пар. – Ты хоть понимаешь, кто ты после этого и что натворила?

– Прекрасно понимаю! И я уже тысячу раз пожалела!

– Правда?

– Да! Иначе я бы к тебе не пришла!

Хм… Звучит логично.

Если бы Злата была довольна результатом своего поступка, она бы молча злорадствовала, сохранив в тайне роль, которую сыграла в этом деле.

Но вот она стоит передо мной и явно хочет оправдаться. А я пока не могу понять ее мотивацию.

Вдруг снова пытается обвести вокруг пальца?

– Ты обещала выслушать до конца, – произносит Злата чуть спокойнее.

– Ладно, говори. – Устав балансировать на одной ноге, я вновь сажусь. На самый край лавочки. Не хочется приближаться к Злате ни на миллиметр. – Какого ч… то есть зачем ты пошла к директору? Из-за нарушения правил?

Ее ответ еще больше сбивает с толку:

– Нет. Чтобы разлучить вас с Филом.

– Разлучить? Но ведь именно его выгнали из лагеря, а не меня.

– Знаю. Я подумала, что если Фил не станет моим, то пусть не достается никому.

– Ты же понимаешь, что человек – не вещь? У него есть мысли, чувства, желания. Он сам делает выбор.

Во фразах Златы чудится речь Паши.

Я лишь недавно поняла, что бывший относился ко мне как к личной собственности. Он думал, я всегда буду ему принадлежать, раз стал моим первым парнем.

Как атрибут статуса и гавань, куда можно вернуться. А еще как опытная партнерша по танцам.

Сам Паша не желал, чтобы кто-то ограничивал его свободу, но и на равноправие не согласился бы.

Потому меня коробят слова Златы.

– Я не смогла смириться с тем, что Фил выбрал не меня. В голове перемкнуло. Я же первой обратила на него внимание, а тебе он был не нужен. Ты вечно шипела, когда кто-то упоминал о нем. И тут выясняется, что теперь вы вместе, хотя я подхожу ему гораздо больше.

– Во-первых, чувства иногда меняются. Во-вторых, с чего ты решила, что больше подходишь Филу? Ты плохо его знаешь.

– Ошибаешься. Я многое о нем выяснила. Мы очень похожи. Прекрасно учимся. Побеждали во Всероссийской олимпиаде. Правда, по разным предметам. Оба собираемся в будущем преподавать и любим бегать. Я с детства привыкла быть лучшей, потому что так воспитана. Он тоже стремится к первым местам.

– Это заочные знания, – усмехаюсь я. – Вы с ним практически не общались наедине.

Неизвестно, понравился бы Фил Злате, если бы вышел из образа благородного рыцаря, готового помочь каждому.

Если бы он стал бы вести себя с ней, как со мной. Придумал бы странное прозвище, отпускал дерзкие шутки и говорил, что думает. Даже самые обескураживающие вещи.

– Да, но я пыталась общаться. Только он не замечал меня. Из-за тебя.

Злата мрачно глядит в мою сторону, будто я – причина ее несчастий. До сих пор не понимает, что изначально не имела никаких шансов.

Филипп давно перестал встречаться с девушками, которые сами за ним бегали. Даже если бы я не приехала в «Звездный», его отношение к Злате осталось бы прежним. Он не стал бы героем ее романа.

– Ты же понимаешь, что дело не во мне? Дело в нем. Сердцу не прикажешь.

– Моему тоже. Но ты сама сказала, что чувства могут меняться.

– Не надо путать равнодушие и раздражение. От ненависти до любви – один шаг, а равнодушие обычно таковым и остается.

– Обычно, но не всегда же. Я надеялась, в какой-то момент Фил меня разглядит.

– Но он не разглядел, и за это ты решила его наказать?

Глава 88

Я потихоньку начинаю понимать логику Златы, хоть и кривую.

– Вроде того. Сначала я не хотела, но… утром увидела с балкона, как он провожал тебя взглядом, когда ты заходила в корпус. А потом вы сказали на завтраке… – Она на секунду закусывает губу, и становится понятно, как сложно ей продолжать. – И я вышла из себя. Я не должна была…

– Но ты не сдала Мишу и Костю.

– Потому что они остановили драку. Честно говоря, я сама прибежала после них.

– Понятно.

У Златы осталось немного совести и здравого смысла для того, чтобы не впутывать в дело ребят.

Однако она сразу сделала вывод, что это моя вина, хотя не видела, как и почему все началось. Что ж, неудивительно.

– Вообще-то Паша первым полез к Филиппу, – говорю я, чтобы восстановить справедливость. – У меня не вышло их разнять.

Злата опускает голову и цедит сквозь зубы:

– Козел.

– Да.

Хоть в чем-то мы согласны.

– Он погубил наш план.

– Какой план? – Мои брови сходятся на переносице.

Что еще скрывает Злата? Она – ходячее подтверждение пословицы про тихий омут. Никогда не знаешь, чего ожидать от подобного человека.

После секундной паузы я слышу:

– Мы… оба хотели поссорить вас с Филом и договорились помогать друг другу.

У меня вырывается невеселый смешок.

Какой же я была глупой!

Думала, Паша оказывает знаки внимания Злате. Пыталась предостеречь ее насчет него. Боялась, что он разобьет ей сердце.

А на самом деле эти двое спелись. Видимо, на дискотеке.

Наверняка Паша проявил инициативу первым. У него нюх на такие вещи. Сразу просек, что Злата влюблена в Фила, а потому подошел прямо к ней.

Однако попытка вызвать ревность не удалась, и они продолжили портить нам жизнь.

– И как помогать? – Сложив руки на груди, я испытующе смотрю на Злату. – Неужели записка от моего имени – твоих рук дело?

– Кстати об этом… За нее я тоже прошу прощения.

– Невероятно!

Я хлопаю себя по бедру.

Злата имела серьезный мотив для вредительства. Ее кандидатура даже приходила мне в голову, когда я пыталась понять, кто подделал мой почерк. Просто не было доказательств. Ни одного.

Записку под дверь Филиппа подсунул один из его соседей по этажу, когда увидел ее на полу в коридоре. Остальное мы не успели выяснить.

– Каким образом вы все провернули? – спрашиваю я. – Очень интересно.

– Была длинная цепочка, – признается Злата. – Мы рисковали, но надеялись, что записка найдет своего адресата. И она нашла.

– Ясно. А на морской прогулке ты тоже специально утащила меня за борт?

Благодаря предыдущим откровениям легко поверить в ее умысел.

– Нет! – тут же начинает махать руками она. – Это произошло случайно!

– Правда?

– Да. Почти. На самом деле я хотела сделать вид, что поскользнулась. Тогда Филипп мог бы меня спасти. Только вышло наоборот. Я поскользнулась по-настоящему…

Усмехаясь, заканчиваю фразу за нее:

– А рядом вместо Фила оказалась я.

В ответ Злата кивает.

– Мне жаль. Купаться в открытом море не входило в мои планы.

– В мои тоже.

Мы одновременно смеемся, и на краткий миг атмосфера немного разряжается. Впервые вижу Злату такой. Обычно даже улыбка на ее лице – большая редкость.

– Рита, ты сможешь… меня простить? – говорит она, вновь став серьезной.

– Не знаю, – честно признаюсь я. – Нужно время.

– Ясно.

– Слушай, а зачем тебе мое прощение?

Раньше Злату практически не интересовало, что думаю я или другие люди. Но вдруг она не настолько равнодушна к чужому мнению?

– Мне правда очень стыдно за свои поступки. Дана предупреждала, что нельзя лезть в чужие отношения, а я не слушала. Хотела только получить Филиппа. Была буквально одержима им. Думала, это настоящая любовь. Только теперь в зеркало смотреть противно. Может, если ты меня простишь, я тоже прощу себя.

– Пока ничего не обещаю. Но почему бы тебе не извиниться перед Филом? Он пострадал куда больше.

Злата переводит взгляд вдаль, на спокойную гладь моря.

– Я не могу… Не могу сейчас смотреть ему в глаза. Он всегда был добр ко мне, а я вот так ему отплатила!

– Ты все равно попробуй.

– Слишком поздно. Он же уехал.

– Нет, не поздно. Хоть письмо напиши, если боишься сказать в лицо. Или сообщение в мессенджер.

– Думаешь, стоит?

Злата поворачивается ко мне, и я замечаю в ее зеленых глазах слезы.

– Да.