Текст книги "Кольцо Событий. Книга первая: Игры (СИ)"

Автор книги: Лидия Миленина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 24 (всего у книги 24 страниц)

– Ки'Айли, приветствую, – сказал Рон'Альд в инфоблоке. – Ты не возражаешь, если я сегодня вечером заеду?

– Приветствую! – весело поздоровалась Предсказательница. – Конечно, заезжай! Я никуда не собиралась! И Эл'Боурн у нас – можно будет снова что-нибудь интересное придумать!

Вот еще не хватало, подумал Эл'Боурн и начал про себя сочинять поводы, чтобы не остаться на ужин с Энио, хоть он и обещал. Но… может быть, лучше все видеть и держать под контролем?

Глава 15. Вместе

 В Белом Замке начинался бал. В необъятном Приемном Зале собрались почти все Древние и множество коралианцев. Небольшие картины на космическую тему украшали белоснежные колонны, а потолок в этот вечер имитировал звездное небо с системой Арейа в центре. Торжественное мероприятие посвящалось окончательному вхождению планеты Арктурус с его гуманоидной расой в Союз, который прежде состоял только из Коралии и Беншайзе. Были на балу и гости с Арктуруса – среднего роста тонкокостные гуманоиды с большой вытянутой головой, безволосые, но наделенные красивыми тонкими чертами лица. Глаз у них было три, и некоторые коралианцы именно это воспринимали как нечто чуждое. Впрочем, все так радовались созданию Союза Трех Планет, как стали величать его с момента присоединения Арктуруса, что внешность инопланетян никого особо не смущала. В галактике коралианцы видели и куда более причудливые расы, многие из которых были наделены разумом.

Эл'Боурн вошел и осмотрелся, встав возле одной из колонн у входа. В Зале звучала приятная музыка, многие танцевали. Вдоль стен стояли длинные столы, сервированные блюдами и напитками. Кроме них, по залу курсировали маленькие столики на силовой подушке – новейшее изобретение коралианцев – уставленные напитками и закусками. Эл'Боурн нашел глазами Правителя – в первую очередь нужно было поздороваться, а затем… Он заскользил взглядом по залу и быстро выхватил среди Древних и коралианцев невысокую фигурку в пышном бело-зеленом платье до колен. Ки'Айли, как обычно, была окружена Древними. Па'Рици – почему-то неуверенный, с виноватым видом, Ал'Гор и трое Древних постарше... Как это часто случалось, контингент менялся, но Ки'Айли никогда не оставалась в одиночестве. Никто из этих Древних не волновал Эл'Боурна, потому что он точно знал, что никто из них не был дорог Ки'Айли больше, чем просто друг. Даже ее бывший парень Па'Рицы и близкий друг Ал'Гор, не отходившие от нее на всех мероприятиях, оба влюбленные в подругу детства. Мальчишки, которых Эл'Боурн когда-то тренировал с силовым мечом, выросли и оставались неразлучными друзьями – в свободное от Ки'Айли время.

А вот это уже было серьезнее: от группы арктурианских гостей, окружавших Эл'Троуна, отделился Рон'Альд и подошел к кружочку с Ки'Айли. Напряжение, так до конца и не оставлявшее Эл'Боурна, снова жестким стержнем вонзилось в грудь. Конечно, ужин у Энио, на котором присутствовал и он, и наследник Правителя, несколько успокоил Эл'Боурна. Ки'Айли была с ним точно так же дружелюбна и внимательна, как и с братом. Ничего особенного не бросалось в глаза. Да и сам Рон'Альд, казалось, просто рассказывает всем о ходе расследования, о срочных делах с Союзом планет, интересуется ее картинами и жизнью. Никакой особой связи между ними, искрящегося напряжения влюбленности Эл'Боурн не заметил. Создавалось впечатление, что им просто легко общаться друг с другом, и девушка выделяет его только как интересного собеседника и человека, способного понять ее с ее Даром. И не более того. Эл'Боурн немного успокоился, но все же напряжение и досада вздернули его струной, как только он увидел, что к Предсказательнице приблизился Рон'Альд. Это уже было серьезнее Ал'Гора и прочих…

***

– И что же, арктурианцы были настолько рады альянсу, что устроили космический фейерверк по всей орбите? – поинтересовалась Ки'Айли у Де'Нейрона, рослого светловолосого Древнего лет девятисот. Он только что вернулся с новой Союзной планеты.

– Не только, – Де'Нейрон отпил глоток прохладительного напитка, – они еще и объявили всепланетные выходные на пять дней и массовые гуляния по этому поводу!

– Радостная раса! – заметил Ал'Гор. – Думаю, нам всем стоит поближе с ними познакомиться.

– И я так думаю, – улыбнулась Предсказательница.

– Могу предложить тебе через три дня слетать со мной на Арктурус, – со светской галантностью сказал Де'Нейрон, обращаясь к Ки'Айли.

– Это надо обдумать, благодарю, – снова улыбнулась девушка. «Как же мне это надоело, – подумала Ки'Айли, – ведь все не то, все не то…»

Неожиданно она ощутила рядом с собой ставшее знакомым проникновенное присутствие. Рон'Альд подошел и, встав справа от нее, приветствовал всех. Вот ему Ки'Айли была рада.

– Ты тоже вчера вернулся с Арктуруса? – непринужденно спросила она у него. И одновременно с этим мысленно попросила: «Уведи меня отсюда». Ки'Айли понимала, что он, наверняка, соблюдает этическое правило не читать мысли других Древних.. Но, может быть, если думать «очень громко» и обратиться прямо к нему, то он услышит.

– Пойдем потанцуем, принцесса, – вдруг сказал Рон'Альд, предлагая ей руку. «Принцесса» утвердительно улыбнулась, изящно раскланялась с окружающими и пошла с ним танцевать. Весь вечер Ки'Айли была окружена Древними, время от времени танцевала с кем-нибудь из них, но только сейчас ей по-настоящему захотелось танцев.

– Для начала, – добавил Рон'Альд, когда они отошли ближе к центру зала. «И верно, услышал», – подумала Ки'Айли. Звучала легкая, в меру быстрая, но очень мелодичная музыка, что-то из произведений современных коралианских менестрелей. Танцевали под нее достаточно свободно и индивидуально. Рон'Альд повел ее не слишком быстро, так, чтобы можно было разговаривать.

– Тебе совсем надоели твои поклонники? – с улыбкой спросил он.

– Да, – спокойно призналась Ки'Айли, делая легкий разворот под его рукой.

– Почему?

– Потому что никто из них не видит и не понимает меня, – искренне сказала девушка. – И от такого внимания устаешь. Одни восхищаются и влюбляются. Другие – постарше, как правило, – рассматривают меня как перспективный вариант для отношений, я им нравлюсь. Но не более того. Эти Древние подчеркнуто внимательны, интересуются моими вкусами, готовы предложить многое, стараются заинтересовать и соблазнить. Иными словами, знают подход к женщинам! Но все они не видят меня, и не понимают. И никто из них, ни обожающие или влюбленные, ни соблазняющие и расчетливые, никто из них не дает мне то, что я хочу. И никому из них я не могу дать то, чем хочу делиться, ни в ком из них не чувствую того, что ищу. Иногда обычные люди, не Древние, даже интереснее. Кстати, у меня есть возлюбленный, – улыбнулась Ки'Айли в развороте. – Он странствующий рыцарь в средневековом мире. Он пытается понять, кто я такая и какая я, посвящает мне свои подвиги и стихи. Я для него загадочна и интересна. И в этом что-то есть…Нечто чарующе-настоящее. Он хотя бы пытается разгадать меня, как загадку.

– Вот прямо возлюбленный? – так же лукаво осведомился Рональд.

– У нас легкие отношения... Я появляюсь там иногда, потом исчезаю. И не связываю ни себя, ни его обязательствами.

Рон'Альд улыбнулся:

– Понятно. А ты не боишься, что я воспользуюсь тем, что ты рассказала в тех же целях, что и все они?

– Нет, – вполне серьезно ответила Ки'Айли.

– Почему же?

– Потому что ты хочешь того же. Не слепого восхищения и обожания, а понимания, глубины и взаимопроникновения.

– Не знаю, как тебе это удается без телепатии! – рассмеялся Рон'Альд и закрутил ее влево. Ки'Айли поддержала элемент и, провернувшись несколько раз, снова приблизилась к нему. Что это был за танец! Вот уж где не было проблемы с пониманием, так это в нем! Музыка стала быстрее, двое Древних практически не отводили глаз друг от друга и танцевали так, словно делали это всю жизнь. Ки'Айли понимала движения, которые он начинал, они продолжали жесты друг друга, не задумываясь, он видел, чего хочется ей. Словно сказка, притаившаяся в ее словах, внезапно стала реальностью. С последним аккордом Ки'Айли резко развернулась к нему и гибко откинулась на его руку.

– Пойдем отсюда, – улыбнулся Рон'Айльд, приподнимая ее, и повел в сторону открытой террасы, которая примыкала к Приемной Зале и выходила на восток. Многие взгляды устремились в сторону двух фигур – высокой и изящной, покидающих Зал вдвоем. Среди них был и взгляд Эл'Боурна.

 ***

Они танцевали! Танцевали так, словно делали это всегда. Как будто репетировали много раз и теперь выступали среди профессиональных танцоров. Все Древние танцуют прекрасно, любые сложные элементы, па, поддержки. Но тут было другое, не природная пластика и ловкость, не врожденная координация движений и отличные физические данные. Все это было неважно. Это был танец понимания, проникновения друг в друга, танец чувств – такой, какие редко случаются между партнерами. И видел это не только он. Кто бы мог подумать, что недоступная Предсказательница и загадочный Рон'Альд… – говорили переглядывающиеся лица Древних в зале.

Душа Эл'Боурна упала. Все, о чем он подозревал, в чем убеждался и разубеждался снова, но все же не верил до конца, все оказалось правдой. Все внезапно, раз и навсегда, стало ясно. Да, то, что мнилось и чудилось, то, что выплывало или скрывалось снова – призрак чего-то недоступного, чего-то глубокого и стихийного, неподвластного, уносящего от него Ки'Айли – все оказалось реальностью.

Боль, режущая душу до слез, сжала грудь, втоптала в пол. Эл'Боурн прислонился к колонне. Он никогда не думал, что душе может быть настолько больно. Что можно ощущать настолько сильное горе, что становится сложно устоять на ногах. И даже тело, тренированное сверхчеловеческое тело Древнего, теряет силы. Он смотрел на них, хотел, но не мог отвести взгляд. И ведь это было красиво! И она была красивой, как всегда – и как никогда до этого. Даже сейчас, когда она кружилась, движимая руками другого, Эл'Боурн любовался ею. И знал, что теряет навсегда... Почему, ну почему он не сказал ей раньше, что любит ее?! Может быть, все было бы по-другому! Эл'Боурн на секунду прикрыл глаза рукой, словно пытался смахнуть тревожное наваждение... Но вновь посмотрел в зал и увидел, как кисть его любимой – прозрачно-светлая – сплетается в танце со смуглой ладонью Рон'Альда.

– Оставь все идти своим чередом, – на плечо Эл'Боурна легла большая, но тонкая холеная рука, умеющая прикасаться. К его удивлению, от этого прикосновения боль словно ослабла, растеклась, устремилась в пол…

Эл'Боурн обернулся. Справа стояла Ор'Лайт – высокая блондинка с волнистыми волосами и идеальной фигурой, в облегающем длинном платье голубого цвета. Примерно тысячу лет назад погиб муж Ор'Лайт, с которым она была связана Одобренным браком. Мало кто мог представить себе, что пережила при этом Ор'Лайт. Но она пережила. Замуж снова она не пошла, хоть от желающих не было отбоя. И всю последнюю тысячу лет славилась своей любовью к мужчинам, которой, вероятно, пыталась утешиться от невообразимой потери. Меняла мужчин она часто и регулярно, но все же была изысканно разборчива, поэтому вряд ли среди Древних нашелся кто-нибудь, кому не польстил бы ее интерес.

– Приветствую, Ор'Лайт, – почтительно поздоровался Эл'Боурн.

– Привет, Эл'Боурн, – высокая красавица слегка улыбнулась. И повторила:

– Оставь все идти своим чередом. Сейчас ты ничего не сможешь сделать.

Она устремила взгляд туда же, в центр зала, где Предсказательница Ки'Айли танцевала с наследником Эл'Троуна.

– Просто знай, что время всегда на нашей стороне – пока мы живы. Она хочет понимания и глубины, поддержки и внимания к своей молодой парящей личности. И пока он рядом, все это у нее будет. Но когда-нибудь ей по-прежнему будет хотеться всего этого, но его не будет рядом. И тогда рядом с ней можешь оказаться ты.

– Откуда ты это знаешь? – спросил Эл'Боурн, не в силах скрыть в голосе горечь.

– Поверь мне, Эл'Боурн. Мне пять тысяч лет, я хорошо знаю, что время меняет все. Я знаю, как живут, чувствуют и думают живые существа. И еще, – Древняя шаловливо рассмеялась, – я немного подсмотрела ее мысли!

– А его? – с живым интересом спросил Эл'Боурн. Ор'Лайт конечно же владела телепатией, а этический закон не читать без разрешения мысли других Древних, вероятно, нарушала. Ор'Лайт вообще нарушала многие законы, но никто не смел ее осудить. А если бы кто-нибудь осмелился – Эл'Троун лично поставил бы наглеца на место. Он многое ей прощал, понимая, как сказалась на ней невосполнимая потеря. Он и сам состоял в Одобренном браке и знал, что означает эта неразрывная связь, прервать которую может лишь смерть. Прервать и оставить вечную пустоту и тишину в том месте, где раньше было другое живое существо – в половине себя.

– О! – снова рассмеялась Ор'Лайт. – У этого мальчика такая защита, что мне не просочиться! К тому же он обнаружил бы любую попытку подглядеть. Так что, Эл'Боурн, нам придется довольствоваться тем, что имеем. Оставь. Просто знай, что у тебя еще будет шанс. Подожди. Ты не должен допустить только одного. Чтобы их связал Одобренный брак. Тогда и только тогда она станет недоступной для тебя на всю жизнь.

– Но как я могу не допустить? – удивился Эл'Боурн. Он не сомневался, что Ор'Лайт подсматривает и его мысли, поэтому скрывать, что его тревожит и о чем он думает, все равно было бесполезно. Да и рука, касающаяся его шеи, легко гладившая его плечо и спину, слишком сильно ему помогала… Она словно стирала часть боли и горечи, размазывая ее во времени и пространстве.

– Никак, – улыбнулась красавица, изящно поведя бровью. – Но если очень захочешь, то ты сможешь это сделать.

– Не понимаю! – горько рассмеялся Эл'Боурн. – Ты говоришь, я не должен допустить, но при этом утверждаешь, что сделать это способа не существует.

– Противоречия нет. Само наше сильное желание или нежелание делает что-либо возможным или невозможным. Бывают случаи, когда другие вмешательства недоступны.

– Ты говоришь загадками. Я хотел бы понять точнее.

– Что же… – Древняя махнула в сторону зала. Эл'Боурн и не заметил, что уже несколько секунд не смотрел туда, что его взгляд отлепился от танцующей фигурки с каштановыми волосами. – Посмотри, они уходят! И мы уйдем... – теперь ее рука, скользнув на его шею, коснулась легко, невесомо. По телу пробежали холодные искры, но тут же нагрелись и растеклись горячими томными нитями.

И все же он видел, как две фигуры шли к террасе. Они привлекали взгляды, но не видели этого, не слышали шепотки вокруг. И Эл'Боурн хорошо понимал, что им все равно. Он словно сам чувствовал то, что в этот момент чувствовали они – одновременно с душераздирающей болью.

– Достаточно надуманной эмпатии! – вдруг властно сказала Ор'Лайт. – Пойдем, Эл'Боурн! Я помогу тебе!

Теперь обе ее руки обвили его шею, и он увидел рядом прекрасные голубые глаза почти на одном уровне со своими, эта Древняя была очень высокой. На долю секунды ему показалось, что через ее руки протек электрический разряд, и мир вокруг расплылся… Остались только голубые глаза – манящие, мудрые, чувственные мягкие губы, чарующие изгибы.. Вечность, в которой хотелось потонуть. Эл'Боурн обнял ее за восхитительную талию, притянул к себе, изгибы устремились к нему, поддались.

– И... я предпочитаю теплое море, – прошептали губы возле его губ. – Поменяй мир как можно скорее...

***

Они стояли возле белых перил террасы. В темном небе горели яркие звезды, сегодня они словно специально высыпали во всей красе. Воздух дышал теплой свежестью. Рон'Альд слегка облокотился на перила и смотрел на Ки'Айли. Все-таки он был такой проникновенный… Она чувствовала и видела его, вдыхала и искала его – и обретала душой, в глубине этого вечера.

Ки'Айли шутливо вздохнула:

– Мне кажется, для двух смертников мы неплохо танцуем!

Рон'Альд ничего не ответил. Просто смотрел на нее, она ощущала это темечком. И вдруг он взял ее за руки. Очень бережно, словно она была не крепкой Древней, а человеческой девушкой. Так брал ее за руку поклонник из средневекового мира, понятия не имевший, что она может голыми руками переломать ему кости.

Ки'Айли подняла голову, посмотрела Рон'Альду в лицо, встретилась с черными глазами. И в этот момент она увидела будущее. Они будут любить друг друга. Долго, сильно, нежно. По-настоящему. Никогда он не обидит ее, не скажет грубого слова. Никогда она не уйдет, не изменит, не усомнится в нем. Он будет вести и защищать ее, заботиться и понимать. Она будет любить и понимать его, вдохновлять и радовать. И они будут беречь друг друга, как величайшее в мире чудо.

А дальше… А дальше неважно. Ки'Айли было достаточно этого – сколько бы это ни продлилось… Может быть, вечность?

– Ты научишь меня водить космический корабль? – спросила она.

– Да. А ты меня рисовать?

***

Карасев ушел, можно было спать, но сон не приходил. Просто ни в одном глазу. Карина укуталась в пушистое одеяло и постаралась расслабиться. Они с Андреем все расставили по местам, рассмотрели все возможные объяснения. Но этот разговор расстроил ее. Версия, что Рональд просто водит их за нос, демонстрируя Карине интерес, выдавая те сведения, которые, на его взгляд, нужно знать землянам, казалась очень логичной. Так ведь он с легкостью может сформировать у них нужное ему отношение к Союзу, к Брайтону…

Это расстраивало до невозможности. Ошарашивающая, но возвышенная растерянность прошедшего вечера спустилась с небес на землю, ударилась об нее и превратилась в противное чувство разочарования, которое делало собственные иллюзии особенно обидными.

Но в то же время сердце и другая, более импульсивная и гибкая, часть сознания, упорно утверждали, что она не могла ошибиться. Он действительно хотел ее поцеловать. Она же не каменная и не маленькая несмышленая девочка! Карина подумала, что никогда не забудет, как улыбка стремительно сползла со смуглого лица, а в черном космосе просквозило нечто невыразимое, бездонное, как пропасть. Что его так задело в ее шутке? «Можно подумать, сам он лучше пошутил?!» – с возмущением подумала Карина. Все чувства, ощущения и вся ситуация говорили только об одном. Она ему небезразлична. Но почему тогда он не стал ее целовать?

О, Господи! Как с ним все непонятно, с этим Тарро! Нуу… Может быть, потому что ему нет смысла заводить отношения с таким недолговечным созданием, как человек, пусть даже с коралийским сроком жизни.. Она ведь не Древняя и не эльфийка какая-нибудь… Да, но… Но поцеловаться-то можно! Карина устыдилась собственных мыслей и попробовала вернуться в конструктивное русло. А конструктивное русло однозначно гласило, что единственное рациональное объяснение было дано Карасевым. Тарро подыгрывает, эпатирует ее. И все. Это было обидно, больно, сердце сжималось при этой мысли, а сознание ощетинивалось иголками.

Но чувства снова стремились к тому, что она почувствовала на берегу. Сердце рвалось к этому осознанию – и разрывалось от него, закручивая мысли в новый водоворот. Он был Хранителем Вселенной, Хранителем Миров, единственным теперь, когда ушли другие Древние. И только Бог знает, сколько одиночества и боли могло быть на этом пути. Ки'Айли – Карина хорошо запомнила имя Древней из прошлого Рональда – какая-то, вероятно, трагичная история любви, потом умершие жены и приемные дети – столетия потерь... Представить это было невозможно, только понять душой и сердцем, тут же рвавшимися от этого и стремящимися к нему.

Он поцеловал бы ее, если бы не… Если бы не что? Неожиданно сердце замерло от осознания. А может быть, он не просто решил не целовать ее? Может, он решил больше с ней не общаться? Ведь молчал всю дорогу… Сердце облегченно вздохнуло и снова забилось – тогда он не поцеловал бы ей руку… Но, может быть, на прощание? Карина задохнулась от этой мысли и перевернулась на другой бок. С этими размышлениями нужно было заканчивать. Артур… Почему она не думает о нем? Почему она, как последняя дурочка, думает, что ее не поцеловал другой человек? По идее, она вообще должна быть возмущена. Причем не тем, что не поцеловал... А тем, что вроде как собирался? А если, нет… А если ей показалось?

Карина перевернулась на спину и попыталась расслабиться. Не помогло. Тело отпускало напряжение, руки и ноги расслабленно таяли на кровати, но ум, словно лазерный пучок, концентрировался на одном и том же. Ну не могло быть по-другому! Ресторан, платья, тренировка… Но ведь и Карасев может быть прав… Нет, это пытка какая-то! Чему верить?

«Да ничему, – неожиданно спокойно сказала какая-то ее внутренняя часть. Что-то, глубоко запрятанное и все это время спокойно и отрешенно наблюдавшее ее метания. – Ничему – ты вообще не должна об этом думать. Скоро все опять изменится. Ты вернешься на Коралию, и снова будет Артур. И все понятно. Все снова будет понятно… И что, я тогда никогда его больше не увижу? – возмутилась другая, тонкая, растерянная и падающая в черную космическую бездну, часть Карины. – Не увидишь – и не надо, зачем тебе?»

О, Господи! Карина открыла глаза. Поплакать по-прежнему не получалось, в груди набирал обороты вихрь, который закручивал и мысли. Но как же так… Ведь все очевидно – она ему небезразлична, Хранителю Вселенной с бездонным теплым космосом в глазах, которого только и стоит любить... И он ей небезразличен... Карина замерла. Чувства остановились, как у порога, замерли и снова пошли. Уфф… Надо взять себя в руки. Еще ничего непонятно. Но почему он молчал всю дорогу обратно… И почему поцеловал ей руку – он, правитель Тайвани, Хранитель Вселенной и настоящий наследник Эл'Троуна, между прочим... Она попробовала остановить вихрь и неожиданно для самой себя резко, решительно села.

Все, так нельзя. Пытка сомнениями, неопределенностью стала невыносимой. Она должна расставить точки над «и» прямо сейчас. Иначе она с ума сойдет. Она должна поговорить с ним. Посмотреть на него, понять, решил ли он дальше с ней не общаться или что вообще! И в конце концов! Задать все вопросы о балансе, об уходе Древних…

Почему она должна лежать здесь, как пятнадцатилетняя девочка, и мучиться, что это ее не поцеловал какой-то мужик? Почему она ведет себя с ним, как ребенок, смущается, теряется, сначала задает кучу вопросов, потом раскаивается в этом… Что это вообще за ерунда. Надо все выяснить прямо сейчас. Взрослые люди, когда у них есть вопросы к другому – договариваются о встрече, спокойно обсуждают все, что их интересует. А не валяются полночи без сна, думая и гадая, как школьница, которой мальчик не ответил на смс.

Карина решительно взяла инфоблок. Он Древний. А значит, маловероятно, что спит сейчас. К тому же Карина уже выучила, что если человек спит, то инфоблок, умеющий сканировать «состояние жизненных функций», так и сообщает звонящему, мол, абонент спит.

– Вызов. Тарро, – решительно произнесла Карина. Но на самом деле голос дрожал от волнения и бессонницы. Собственное решение казалось ей наполовину безумным. Но желание действовать быстро и сразу поощряло даже безумные поступки. Главное не думать. А то точно передумаешь.

– Такого абонента не существует, – сообщил инфоблок.

Тьфу… Карина еще никогда не звонила Рональду и не знала, как правильно назвать его имя инфоблоку. Причем, странно, когда он звонит, инфоблок говорит «Тарро», а тут, видите ли, не знает такого абонента.

– Тарро Рональд, – уточнила она.

– Такого абонента не существует.

Ну что ты будешь делать! Что тебе надо-то, долбанная инопланетная машинка?! Карина постаралась отпустить раздражение и собраться. Так, при вызове они всегда называют фамилию. Какая у него может быть фамилия… Может быть, родовое имя? Как у Артура – Эль.

– Тарро Рональд Эль, – твердо сказала Карина. При слове «Эль» в груди защемило, как от ностальгии. Как от чего-то давнего, несбывшегося, потерянного. «Вот уж никогда не думала, что буду так ностальгировать, называя «фамилию» Артура, – подумала она, – мы и расстались-то всего несколько недель назад. А чувство такое, словно прозвучало что-то из далекого прошлого, потерянное давно и безвозвратно».

– Секундочку, идет поиск абонента, – с обычной внимательной вежливостью произнес инфоблок. Искал он на редкость долго для молниеносной тайванской связи. И наконец, когда Карине захотелось грызть ногти от волнения, сообщил:

– В доступном радиусе связи абонент отсутствует.

Ну все, подумала Карина. Мозг еще кидал рациональные объяснения. Что он Древний и ходит по мирам, когда все нормальные люди (и гуманоиды) спят. Логично ведь, что днем он занимается Тайванью, а ночью – бродит по своим делам в других частях Вселенной. Или отправился шпионить в Союз. Разумных объяснений было сколько угодно. Но сердце камнем упало вниз, а в голове громом прозвучало осознание: пропал. Пропал.

***

Потом, когда на террасе стало людно, Рон'Альд отнес Ки'Айли в сторону, где в стенах были укромные темные ниши. Она сидела в одной из них, а он стоял рядом, и они целовались, радовались друг другу, смеялись и разговаривали. На этот раз – о самом сокровенном, чем живут, что тревожит и что, напротив, – наполняет жизнь. О детских страхах и взрослых обретениях, о чувствах и желаниях, о мыслях по ночам и самых тонких мечтах.

И вдруг Ки'Айли обнаружила, что плачет у него на плече. Искренне, горько, но с облегчением человека, встретившего понимание среди всеобщего равнодушия.

– Я ведь никогда не могла делать то, что хочу… – всхлипывала она. – Сначала меня не пускали, угрожали Запретом и прочим… Потом… потом я выросла и сама приняла этот долг, сама запретила себе… И так и не могу хранить, как все..

Рон'Альд мягко обхватил ее лицо ладонями.

– Послушай, Ки'Айли… Может быть, однажды придет время, когда мы не будем принадлежать самим себе. Об этом свидетельствует твое предсказание, – сказал он, с каким-то немыслимым выражением вглядываясь в ее глаза. С такой заботой и нежностью, с чем-то невыразимым, как космическая глубина… – Но пока мы будем жить так, как захотим, как сами сочтем нужным. И то, что ты называешь долгом, свое предназначение, исполним по собственному желанию.

– Мы? – сквозь слезы улыбнулась Ки'Айли.

– Да – вместе. Если ты захочешь, – впервые в его голосе послышались нотки неуверенности, смешанной с надежной. Но тут же он обрел обычную глубину и спокойствие, а ладони, все так же обнимавшие ее лицо, стали еще бережнее.

– Анте ви а, тери'н Ки'Айли*, – прозвучали слова древнего языка уалеолеа, прозвучали и снаружи, и у нее в голове, растекаясь по всей душе, по всему телу, проникли в каждый закоулок, в каждую клеточку Ки'Айли.

Ки'Айли снова улыбнулась сквозь слезы. От глубины и счастья, которое вдруг сломало все сомнения и тревоги. Уже совсем неважно, что они «смертники», ничто не важно. Потому что до всего, что может случиться, у них есть океан дней, в которые они будут вместе. И будут жить, как сами захотят, как сами сочтут нужным. Вместе. Вдвоем.

– Ва Анте ви а, Рон'Альд ин делла Эль**, – глядя ему в глаза, мысленно ответила она на древнем языке любви. И смешала свою ласку, свое доверие с безбрежной нежностью во взгляде черных глаз. Руки сплелись, губы закружились в танце, и глубина обретения друг друга разлилась вокруг, пропитывая ночь.

– Куда ты хочешь сейчас, антеоли***? – прошептал Рон'Альд.

– К тебе, – ответила Ки'Айли и обвила его руками и ногами, прижалась душой и телом к тому, кто стал ее антео****.

(* – Я люблю тебя, предсказательница Ки'Айли.

** – А я люблю тебя, Рон'Альд из Рода Эль.

*** – любимая

**** – любимый ).

КОНЕЦ ПЕРВОЙ КНИГИ

«Кольцо Событий. Книга 1. Игры» открывает трилогию «Кольцо Событий» и цикл «Хранители Вселенной».

Вторая книга «Кольцо Событий. Книга 2. Одобренный брак» появится в ближайшее время.

Третья книга «Кольцо событий. Книга 3. Истинный дракон»