Текст книги "Маленькая голубка (ЛП)"

Автор книги: Лэйла Фрост

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 24 страниц)

Глава 12. История с еще более сильными скачками во времени

Максимо. Месяц спустя

Прогуливаясь по пустой импровизированной арене, я еще раз проверил, все ли на месте.

Это будет дикая ночь.

Если бокс в “Moonlight” выявлял первобытную сторону каждого, то бои, которые я проводил на складе, выявляли животные инстинкты.

Без правил.

Без ограничений на ставки.

Без регламента.

Первые два поединка были любительскими. Это позволяло моим гостям посмотреть на начинающих бойцов. Тех, кому отчаянно нужны были спонсоры, которые потом могли бы их продвигать.

А богатые ублюдки, заполнившие все зрительские места, отчаянно пытались нажиться на них.

Мероприятие было секретным. Никто не мог пройти без приглашения. Каждый гость должен был пройти проверку. Охрана была жесткой и неприступной.

Ощущение своей важности, осознание того, что они принадлежат к миру "богатства", а не "бедности", придавало вечеру особую атмосферу. Как и не совсем обычная обстановка. Было грязно и сыро.

Неправильно.

Нелегальность была тем кайфом, который нужен был ублюдкам, чтобы снова что-то почувствовать.

Проверяя другую сторону, Серрано встретил меня посередине. Он негромко свистнул.

– Сегодня будет много прибыли. Ортис сказал, что один из гостей уже просадил пару сотен тысяч за столами для блэкджека.

– Хорошо. Надеюсь, у него останется достаточно средств, чтобы сделать ставку и здесь.

Тяжелая дверь открылась, и моя рука потянулась к моему пистолету, пока я не увидел, что это Эш.

– Один из твоих VIP-персон из “Nebula” хочет встретиться, – обратился он ко мне.

– Разберись сам.

Потому что я точно не хочу.

– Я пытался, но он настаивает на разговоре с большим боссом.

Я провел рукой по лицу.

Все мои объекты были высшего класса, но “Nebula” была моим самым роскошным курортом. Это было лучшее из лучшего, поэтому проживание в обычном номере стоило чертову уйму денег. Ночь в одном из люксов или пентхаусов стоила больше, чем ипотечный кредит большинства людей на пару месяцев.

Большинство моих гостей с удовольствием решали свои проблемы сами, но всегда находился тот, кто хотел почувствовать свою важность.

– Он сказал, чего хочет? – спросил я.

– Нет, значит, мистер Дики-Ду, вероятно, хочет киску, член, наркотики или все три одновременно.

– Мистер Дики-Ду? – тупо спросил Серрано.

– Это когда его живот торчит больше, чем его член.

– Черт побери, – пробормотал я, качая головой.

Эш ухмыльнулся, но остался на месте, очевидно, что это не все.

Я почти не хотел спрашивать.

– Что еще?

– Она хочет научиться готовить с Фредди, – поделился он, не уточняя, кого имеет в виду.

Та самая она, которую я не позволял себе видеть, по крайней мере, лично. Я избегал ее с тех пор, как облажался, проведя рукой по ее бедру и наконец-то ощутив ее мягкую кожу.

– Я попрошу другого повара прийти, – сказал я.

– Пробовал. Она хочет готовить с Фредди.

Я нахмурился.

Благодаря своим кулинарным способностям и акценту, Фредди заставлял женщин бросаться на него. При желании он мог бы заполучить еще больше, но его страстью была еда.

Я доверял ему, но мне все равно не нравилась мысль о том, что она будет проводить с ним время. И с его акцентом. На его кухне.

Особенно когда я знал, как легко она может потерять контроль над собой.

Ревновать было неправильно, но это было как удар в живот.

– Ладно, – процедил я. – Скажи ему, чтобы он держал свои чертовы руки при себе.

– Уже сказал.

– Тогда почему ты здесь?

Его ухмылка превратилась в самодовольную усмешку.

– И пропустить шоу, когда ты собираешь свои трусики вместе?

– Ты уволен, – сказал я, хотя он не выглядел ошеломленным.

– Вполне заслуженно, – направляясь к двери, он сказал через плечо: – Не забудь разобраться с мистером Дики-Ду. Я пришлю номер его комнаты.

Черт возьми.

Мне нужен отпуск на острове без сотовой связи, с запасом виски…

И красивой голубкой.

Джульетта

Три недели спустя

Я сделала это.

Я уставилась на экран, быстро моргая, чтобы увидеть, изменилось ли на нем изображение. Когда все осталось по-прежнему, я протерла глаза.

Даже ущипнув себя, я ничего не изменила.

Я закончила школу.

Не в смысле “выпускник с неопределенным результатом” или поддельным дипломом.

Я действительно закончила “Melbrook Academy”.

Может быть, мистер Рид и помогал мне за стенами академии, но, занимаясь самостоятельно утром, днем и вечером, я получила зачет. И вся моя работа над собой подготовила меня к экзаменам.

Я следила за появлением оценок в Интернете, и наконец они появились.

– Ну что? – спросил Эш с порога.

Я планировала сделать грустное лицо и притвориться, что у меня ничего не получилось, но когда пришло время исполнить свою выходку, я была слишком взволнована.

Вскочив со своего места, я повернула ноутбук к нему лицом.

– Я сдала!

– Даже математику?

По математике я получила семьдесят шесть баллов, но это не имело значения – сдала, значит сдала.

Огромная ухмылка расплылась по моему лицу, отчего щеки заболели.

– Даже математику!

Эш подошел и крепко обнял меня.

– Горжусь тобой.

Может быть, это было потому, что я никогда не слышала этих слов раньше.

Может быть, потому, что я была так чертовски счастлива.

Может быть, потому, что я не могла вспомнить, когда в последний раз кто-то обнимал меня.

А может, просто потому, что Эш приложил немало усилий, чтобы найти методику преподавания, которая закрепилась в моем мозгу, а потом из кожи вон лез, чтобы убедиться, что я смогу сдать экзамен.

Какой бы ни была причина, слезы потекли по моему лицу, когда я всхлипнула:

– Спасибо, что помог мне.

Он отстранился, но оставил руки на плечах.

– Эй, это все ты. Ты была так настроена на победу, что сделала бы это со мной или без меня.

Я рассмеялась и икнула, вытирая щеки тыльной стороной ладони.

Позади него раздалось горловое рычание, и он опустил руки, словно мои плечи обожгли его.

Когда Эш отошел в сторону, я увидела Максимо, который стоял по другую сторону стола, скрестив руки на широкой груди.

– Ну как?

Когда я не ответила, Эш подтолкнул меня.

– Скажи ему.

– Я сдала, – сказала я, ухмыляясь, несмотря на то, что меня пугал Максимо с его задумчивыми черными глазами.

– Все предметы?

– Все. Мистер Рид сказал, что я официально отвечаю критериям для получения диплома.

– Значит, Рид остается с коленными чашечками, – сказал Максимо, как будто это был обычный комментарий.

Вспомнив обо всем, что он для меня сделал – о вымогательстве… э-э, точнее использовании долга мистера Рида, о покупке моих принадлежностей, о том, как уговорил Эша помочь, – я совершила глупость.

Обойдя стол, я встала перед ним и обняла. Я обняла его.

Его тело было напряжено, а руки по-прежнему скрещены.

Мне было все равно.

В этот момент объятия были для обнимающего, а не для обнимаемого.

Он разжал руки и опустил их, чтобы обхватить меня за талию. Я подумала, что он собирается оттолкнуть меня, но его ладони скользнули к моей спине, когда он обхватил меня руками и вернул объятия.

– Я горжусь тобой, маленькая голубка.

То, что Эш обнял меня и сказал, что гордится мной, значило очень много.

Максимо, обнявший меня и сказавший, что гордится мной, значило для меня все.

Отпустив меня, он отошел в сторону.

– Хочешь пройтись по сцене? Я договорюсь с Ридом.

Мне пришлось физически прийти в “Melbrook Academy”, чтобы сдать экзамены под присмотром комиссии. Дети глазели и перешептывались, а от резкого запаха дезодоранта “Axe” у меня разболелась голова.

Мне не хотелось выходить на сцену с незнакомыми людьми перед незнакомой аудиторией.

– Нет, – сказала я. – Я в порядке.

– Ты все равно будешь праздновать, – заявил он, что прозвучало скорее как угроза, чем как план.

– Я попрошу Фредди научить меня его рецепту макарон с сыром, а потом попрошу его сделать мне торт с посыпкой.

Фредди сказал, что это было оскорблением его французского происхождения, но я же закончила учебу. Это что-то должно значить, верно?

– Он это сделает, – сказал Максимо, и в его тоне снова прозвучала угроза. Он обратил внимание на Эша. – Готов?

Эш кивнул, слова улыбаясь мне.

– Еще раз поздравляю, Джульетта.

– Спасибо.

Я смотрела, как они уходят, прежде чем опуститься на стул.

Вот черт. И что мне теперь делать?

Глава 13. Последний скачок во времени

Джульетта. Четыре месяца спустя

Черт. Вот это отстой.

Приняв душ, я полезла в шкаф, чтобы одеться, и обнаружила там пару новых вещей. Это было не в первый раз, но меня это не переставало удивлять.

Одним из нарядов был серый комбинезон, который я сразу же примерила, но он оказался не по размеру. Я была слишком маленькой, поэтому все сидело не на тех местах.

Нахмурившись, я осмотрела себя в зеркале, чтобы понять, действительно ли все так плохо, как я думала.

Все оказалось еще хуже.

Я выглядела как ребенок, одевшая на себя одежду старшей сестры.

Вообще-то, благодаря слегка округлой попке, я выглядела как ребенок с полным подгузником.

Может быть, я попрошу перешить его.

Или, может быть, смогу справиться сама…

Я понятия не имела, смогу ли я вообще это сделать. Я уже давно ничего не шила – только мелкие вещи и дырки в них.

Но я также давно не пробовала заняться новым хобби. Мне было не по себе.

Узнав о том, что я закончила школу, я поискала несколько колледжей. Я не была в курсе, как все устроено, ведь я являлась несовершеннолетней без гроша в кармане, но это было неважно. Я опоздала подать документы на осенний семестр. Не имея возможности сосредоточиться на учебе, я переключилась на различные хобби, на которые у меня не было ни времени, ни денег.

Я попробовала снова взяться за клавиши, на этот раз с помощью уроков терпеливого учителя музыки. Не потребовалось много времени, чтобы понять, что проблема заключалась не в недостатке знаний.

Но когда я попробовала вязать, то практически приковала себя к пряже.

Вязание было лучше, но ненамного. Даже медленно, с помощью видеоинструкции, мой шарф был скорее сплетением узлов и петель, образующих абстрактный прямоугольник.

Фредди научил меня готовить и печь – в том числе и мягкое шоколадное печенье.

Пришло время попробовать что-то новое.

Переодевшись в подходящую одежду, я направилась в прихожую.

Я была уверена, что Максимо дома, но не пошла к нему. Как бы странно это ни было, ведь он финансировал все мои хотелки, мне было неловко просить его о чем-то. Намного проще притвориться, что вещи появляются волшебным образом.

Как будто у меня были неограниченные желания от джина.

Спустившись вниз, я поискала кого-нибудь из мужчин или мисс Веру, но безуспешно. На кухне тоже было пусто, поэтому я стащила пару “Starbursts”. Когда я собиралась уходить, вошел Марко.

Он выглядел виноватым, пока его глаза не сузились.

– Что ты здесь делаешь?

Я спрятала конфеты за спину и ответила:

– А ты что делаешь?

– Просто ищу Фредди, – он поднял большую кастрюлю, как будто случайно ее осматривал.

– Фредди переложил “Oreo”.

– Черт возьми. Куда?

Я пожала плечами.

– Что ты прячешь?

–”Starburst”. В банке с мукой.

– Спасибо, – он схватил гораздо большую горсть конфет и сунул их в карман. – Что ты задумала?

– Можешь дать мне иголку и нитку?

Его глаза насторожились, и он осмотрел меня, как будто искал рану.

Интересно, он бывший военный, коммандос или что-то в этом роде?

Я закатила глаза.

– Мне не нужно накладывать швы, я просто хочу шить.

– Нужна ткань?

Я покачала головой.

– Просто серые нитки.

– Понял, – мужчина схватил еще одну горсть “Starburst”, а затем проверил другую кастрюлю, прежде чем уйти.

Я немного подождала, а потом пошла наверх планировать свое новое хобби.

Максимо

– Что она делает?

Джульетта сидела на полу, сгорбившись, но я не мог понять, чем она занимается.

Эшу не нужно было смотреть на экран, чтобы ответить:

– Она переделывает один из своих нарядов.

– Я могу попросить своего портного сделать это.

– Марко уже предложил это, когда занес материалы и увидел, над чем она работает. Она сказала, что хочет сделать это сама.

Поскольку она почти не двигалась в течение нескольких часов, она была достаточно решительна.

– Почему Марко сказал тебе? – спросил я.

– Чтобы предупредить, что девушка вооружена острыми ножницами для ткани.

Я не беспокоился. И не только потому, что меня не было дома, чтобы меня зарезали.

У нее было бесчисленное множество возможностей уйти. Она не была заперта в своей комнате. Входная дверь не охранялась. Черт возьми, у нее был доступ к ножам Фредди, и она могла бы использовать один из них, чтобы потребовать машину для побега.

Но она так и не попыталась.

Моей голубке нравится ее позолоченная клетка.

Я отвел взгляд и перешел к теме, которая была гораздо менее заманчивой.

– Какие-нибудь новые наблюдения за Добровым?

Он покачал головой.

– Никаких.

Было несколько подозрительных встреч, но это могли быть случаи ошибочной идентификации – в Вегасе полно желающих стать плохими парнями из фильма про Джеймса Бонда.

Но я не доверял этому.

Мой взгляд вернулся к мониторам над плечом Эша.

– Пусть Коул проверит оптику систем безопасности в качестве меры предосторожности.

Он встал.

– Займусь этим.

Когда он ушел, я откинулся в кресле и провел ладонью по лицу. Я не мог избавиться от ощущения, что дело вот-вот пойдет наперекосяк.

А моя интуиция никогда не ошибалась.

Джульетта

Неделя спустя

Держа в руках ткань, я осмотрела свою работу.

Отрегулировав бретельки, чтобы они не спадали, я просмотрела кучу видеоуроков, прежде чем превратить комбинезон в сарафан.

И это сработало.

Вроде как.

Швы были неаккуратные, подол не совсем ровный, и была большая вероятность того, что ни один из швов не выдержит.

Но если не всматриваться и почти не двигаться, то все было хорошо.

Побежав в гардеробную, я переоделась в сарафан и покрутилась перед зеркалом.

У меня действительно получилось.

Я надела босоножки на танкетке и отправилась на поиски мисс Веры. Далеко идти не пришлось. Она вышла как раз из одной из гостевых комнат, когда я уже подходила к ней.

Увидев меня, она остановилась и прижала руки к груди.

– Красавица! Переделанный комбинезон гораздо красивее.

– Я тоже так думаю.

Я работала над этим, исправляя и переделывая его, пока моя спина не онемела, а пальцы не превратились в подушечку для булавок.

Но мне нравилась каждая удручающая секунда.

Окончание работы было горько-сладким, потому что другого занятия у меня пока не было. Я просмотрела всю свою одежду, но кроме как переделать футболки в топы или переделать топы в футболки, я ничего не могла сделать.

– Можно мне взять какую-нибудь обычную ткань? – спросила я.

– Составь список, и завтра мы сходим.

Я кивнула, хотя не имела ни малейшего представления о том, что я собираюсь делать, не говоря уже о том, что мне для этого понадобится.

Выяснить это можно было только одним способом.

Вернувшись в свою комнату, я взяла блокнот, ручку и свой MacBook. Затем в своем красивом сарафане я села на пол и занималась исследованиями всю вторую половину дня, до обеда и пока не заснула за журнальным столиком.

Рождество

Постучать.

Даже не стучи. Просто скажи «Счастливого Рождества», а затем иди завтракать. Два слова. Ничего особенного.

Идя по коридору, я смотрела на закрытую дверь кабинета. Мои шаги замедлились, когда я приблизилась к ней.

Мисс Вера и мужчины ушли. Он, наверное, тоже ушел.

Используя этот хлипкий предлог, чтобы не струсить, я прошла мимо и спустилась вниз.

Было рождественское утро, и во всем огромном особняке никого не было, отчего было жутко тихо.

Пройдя на кухню, я открыла холодильник и обнаружила, что в нем находились готовые блюда. Я взяла две тарелки, помеченные как "Рождественское утро", и открыла их, практически пуская слюнки при виде фруктового салата и запеканки на завтрак.

Я поставила запеканку в микроволновку и повернулась, чтобы взять вилку, как вдруг мой взгляд уловил посторонний предмет.

Что-то волшебное.

Что-то с моим именем на нем – буквально.

Настоящее рождественское чудо.

Фредди уже был в моем списке хороших знакомых, поскольку обещал научить меня готовить бинье, когда вернется из Нового Орлеана, где гостил у родственников.

Но оставив мне заначку кофе, он попал в мой список “Супер-пупер” приятных людей.

Я последовала его письменным указаниям, используя штуку для заваривания.

Вполне хватило бы и “Mr. Coffee”.

Когда все было готово, я сделала глоток.

Забудьте.

Вот это нектар богов, а “Mr. Coffee” – грех против кофе.

За большим столом я есть не стала, так как там была только я. Я села за барную стойку и ела, наслаждаясь вкусной едой и попивая кофе.

Для кого-то, возможно, это был бы отвратительный способ провести рождественское утро.

Но для меня это было лучшее Рождество в моей жизни.

У меня была еда, а не замороженная индейка.

Никто не был пьян.

Не было никакой случайной официантки из бара, которая готовила мне просроченные яйца, потому что ей было жаль, что я ем сухие хлопья в доме без украшений и подарков.

Вместо этого мне было тепло. Я была сыта. И у меня был кофе.

И, что самое главное, здесь было спокойно.

Немного жутковато во всей этой обширной пустоте, но все же лучше, чем пьяные крики или еще что похуже.

Сытая и довольная, я вернулась наверх. Я пыталась решить, хочу ли я вздремнуть или посмотреть один из пятидесяти миллиардов рождественских фильмов по телевизору, когда заметила кое-что.

Одна из обычно закрытых дверей была приоткрыта.

Раньше она была заперта.

Так ведь?

Я не была уверена. Мое внимание было направлено на кабинет Максимо, который находился напротив приоткрытой двери. Вполне возможно, что я ее пропустила.

Я замедлила шаг, чтобы заглянуть.

Скорее всего, это просто кладовка.

Или еще одна скучная комната для гостей.

Или там прячут государственные секреты, заложники и Джимми Хоффа.

Но когда я заглянула внутрь, то не увидела ничего из перечисленного.

Мой взгляд зацепил нечто еще более невероятное.

Полагая, что это галлюцинация, я толкнула дверь до конца и уставилась вперед.

В центре комнаты стоял стол, на котором стояла швейная машинка. Рядом с ним стояли два манекена с безголовыми туловищами. Вдоль стены стояли стеллажи, заполненные всевозможными насадками, приспособлениями и рулонами ткани.

Очень много ткани.

Очень много.

Слишком много.

Больше, чем я просила.

Комната была прекрасна, удивительна и идеальна.

Слишком идеальна.

Не может быть, чтобы это было для меня.

Ни за что на свете.

У таких, как я, на Рождество были игрушки, которые доставались нам от семьи, выбравшей имя на благотворительном вечере.

У таких, как я, были дешевые подарки из церковных раздач.

У таких, как я, был отец, который заложил все подаренные подарки, потому что чувствовал себя счастливчиком и утверждал, что сможет выиграть достаточно денег, чтобы купить лучше.

У таких, как я, был отец, который так и не заменил ни одного из заложенных подарков, не говоря уже о более качественных.

Такие, как я, были бедными отбросами, у которых не было прекрасной жизни, даже временно.

Не знаю, для кого это, но не для меня.

Пока отрицания проносились в моем пессимистичном сознании, в сердце расцветало что-то другое.

Надежда.

Эта глупая эмоция, которую я думала, что я слишком умна, чтобы чувствовать, росла по мере того, как я рассматривала детали. Огромный зеленый и красный бант, прикрепленный к верхней части швейной машинки. Хлопковые шорты для сна, которые я недавно начал шить, были расположены на столе. Записка с знакомым мужским почерком.

А на стене висели картины.

Они были разных размеров, развешанные вокруг комнаты. Рисунок был простой, всего лишь одна белая голубка на сером фоне, но именно этот минимализм и делал их захватывающими.

Даже без записки и банта, эта птица ясно давала понять, что эта комната должна принадлежать мне.

Словно она была напичкана ловушками, а я – нарушителем, я сделала неуверенный шаг внутрь. Затем еще один. И еще один. Когда я подошла к столу, сердце забилось так сильно, что я удивилась, как оно не выскочило прямо из груди. Я провела кончиками пальцев по швейной машинке, на которой было столько кнопок и настроек, что я не могла представить, на что она способна.

А после взяла в руки открытку.

“С Рождеством, маленькая голубка.”

Это действительно для меня

Нет.

Нет, нет, нет.

Как бы мне ни нравилась эта комната – а мне нравился каждый ее аспект, – я не могла ею воспользоваться.

Я осталась, чтобы избавить его от вины.

Я воспользовалась его помощью, чтобы получить диплом, потому что я не была настолько глупой, чтобы отказаться от бесценной возможности.

Я согласилась на одежду, потому что она была необходима. К тому же, стоимость всего этого, скорее всего, была меньше, чем платеж за одну из его машин.

Даже принадлежности для хобби, которые я попросила, должны были быть дешевыми и неважными.

Временными.

Как и я.

Комната для шитья – это не то, что я могу взять с собой, когда мне исполнится восемнадцать.

А если бы я позволила себе пользоваться ею – если бы я полюбила эту работу, – как бы я вернулась к неумелому ручному шитью?

Поворачиваясь, чтобы покинуть комнату, я застыла.

Как и мои движения.

Мое дыхание.

Мои мысли.

На стене напротив швейной машинки висела самая большая картина на холсте.

Голубка в замысловатой клетке.

В черно-белом изображении сверкающие прутья изысканной клетки и ярко-белая птица контрастировала с темным фоном. Это было прекрасно, каждая тень и свет идеально сочетались друг с другом.

От этой красоты у меня все перевернулось внутри по причинам, которые я не могла до конца осознать и тем более объяснить.

Я была уверена, что именно такие чувства должно вызывать хорошее искусство.

Оторвав взгляд от полотна, я посмотрела на выход, где напротив этой комнаты была закрытая дверь

Он должен вернуть все.

Все.

Кроме, может быть, этой картины. Я позволю себе оставить ее.

Я выпрямилась и вышла за дверь, репетируя, как отказаться от его заботливых подарков и не показаться неблагодарной.

Но когда я дошла до кабинета, в нее ударил не кулак, а лоб. Это был мой лоб, приземлившийся с легким стуком.

Потому что за этот краткий миг я успела подумать о том, как меня поддерживали. В учебе. С чтением или плаванием. С моими не слишком удачными попытками хобби. И с шитьем.

Возможно, это начиналось как способ убить время и переделать комбинезон, но это переросло в то, что я полюбила.

И кто-то это заметил.

Задыхаясь от эмоций, я не стала настаивать на том, чтобы он взял все обратно. Мои слова выражали глубокую, искреннюю благодарность, переполнявшую меня:

– Спасибо. Мне это нравится.

Насколько я знала, я говорю с пустой комнатой, но это было нормально.

Я сказала то, что мне было нужно.

Повернувшись, я направилась в спальню и к iPad.

Если я хочу научиться пользоваться этой швейной машинкой до своего дня рождения, мне придется пересмотреть видео.

Я вспомнила обо всех переключателях, кнопках и настройках, которые я видела.

Очень много видео.