Текст книги "Маленькая голубка (ЛП)"
Автор книги: Лэйла Фрост
сообщить о нарушении
Текущая страница: 22 (всего у книги 24 страниц)
Глава 36. Цель
Максимо
Войдя на территорию завода, я направился прямо к хромому телу, висящему на крюке для мяса за связанные запястья. Я медленно обошел вокруг него. Его раздели до нижнего белья, чтобы проверить, нет ли проводов, маячков или чего-нибудь еще, что он мог спрятать.
Я не удивился, что ничего не было. Добров не стал бы тратиться на дорогое оборудование для слежения, поскольку ему было наплевать на всех, кроме себя. У Дженсона не хватило ума принять меры предосторожности – тупой ублюдок арендовал машину с собственными правами, просто чтобы почувствовать себя важной шишкой.
Эш забинтовал Дженсону глаза, но не из заботы. Это было сделано для того, чтобы он не умер или не потерял сознание до того, как мы узнаем то, что нам нужно.
– Ты быстро работаешь, – сказал я.
Ухмылка Эша противоречила ярости на его лице.
– Это не работа, когда ты любишь то, что делаешь.
Я посмотрел на Коула, который сидел за компьютером.
– Машина и ее аренда?
– Выброшена, а аренда стерта из базы данных, – он набрал текст, прежде чем снова заговорить. – Все было оформлено на Уильяма Дженсона. Тридцать пять лет. Родился в Карсон-Сити. Отбывал срок за хранение наркотиков и незаконного оружия, затем за мелкую кражу и крупный грабеж, – он поднял глаза от экрана и посмотрел на Дженсона. – Мог бы и остановится.
– Откуда ты все это знаешь? – спросил Дженсон, его слова звучали невнятно от боли и адреналина.
– Я настолько хорош, – Коул сделал паузу, прежде чем добавить: – Кроме того, публичные записи являются публичными, тупица.
Я снова обошел вокруг Дженсона, специально делая шаги громче. С каждым моим движением его тело становилось все напряженнее.
Наконец он поднял голову.
– Даже если мне есть что сказать, ты меня убьешь. Так что просто покончи с этим.
– И где же тут веселье? – я снял пиджак и повесил его на спинку стула, а затем закатал рукава.
Начав медленно, я занялся его торсом.
Удар в почку.
Пауза.
Два быстрых удара в грудь, выбивающих из него дух.
Еще пауза.
Два быстрых удара в ту же почку.
Я дал знак, отодвигаясь назад, и Эш бесшумно подошел, нанеся неожиданный апперкот и джеб, за которым быстро последовал правый кросс в рот.
У Дженсона по подбородку потекла кровь.
– Я даже ничего не знаю.
– Господи, ненавижу лжецов.
Я снова стал наносить удары по телу, пока он не застонал и не покачнулся. Взяв перерыв, чтобы он не потерял сознание, я схватил бутылку с водой и прислонился к столу.
Я взглянул на экран компьютера Коула.
– Что у тебя?
– Последние три года он работал вышибалой в "Туз в рукаве".
"Туз в рукаве" был одним из явно названных стрип-клубов Доброва.
– Некоторое время он встречался с танцовщицей, но… ой, тяжелый случай. Банни сейчас живет с барменом.
– Она что? – воскликнул Дженсон. Должно быть, на возмущение у него ушла вся энергия, потому что он поник. Его вес тянул руки и плечи, делая за нас нашу работу.
– Ты не следишь за ней в Интернете? – спросил Коул.
– Она заблокировала меня.
Коул тихонько присвистнул.
– Понятно, почему. Тут много откровенных фотографий.
– Вот дрянь.
Коул рассмеялся.
– Забавно, потому что, судя по ее записи в Facebook, она застала тебя в постели с одной из других танцовщиц.
– Для мужчин все по-другому, – насмехается он.
– Это не так, – сказал я, но это уже не имело для него значения.
Поскольку Дженсон больше не был на грани потери сознания, мы с Эшем возобновили работу. Мы сменяли друг друга, выжидая и нанося удары. Манипулируя его разумом так же, как и телом.
Я сделал еще один перерыв. Выпил воды. Покружил вокруг него.
Играл со своей мишенью.
– Я могу продолжать, – сказал я ему. – Не несколько часов или дней. Я могу держать тебя здесь живым неделями. Сломанные кости будут заживать болезненно. Раны будут заражаться, пока твоя плоть не загноится. Я буду продолжать лечить тебя только для того, чтобы снова разорвать на части.
Его тело содрогалось, пульс заметно участился, дыхание стало резким. От него веяло ужасом.
Он открыл рот, и слюна, смешанная с кровью и рвотой, потекла по его подбородку.
– Давай, – выдавил он из себя. – Пока ты это делаешь, Виктор будет пользоваться твоей шлюхой несколько недель. А потом он разорвет ее на части. Искалечит ее, пока от нее не останется лишь изуродованная оболочка. Ты заслужил это за то, что сделал с моим братом.
Моя рука зависла над пистолетом, и все во мне кричало, чтобы выстрелить. Но получить ответы было важнее, поэтому я не стал его убивать.
Я буду причинять ему боль.
Приложив большие пальцы к его забинтованным глазам, я надавил. Его крики отдавались эхом вокруг нас, пока он не захлебнулся ими.
Ослабив давление, я спросил:
– При чем здесь Джульетта?
Он всхлипнул, кровь просочилась сквозь бинты.
Я взглянул на Эша.
– Зазубренный нож и плоскогубцы.
Многие мужчины могут выдержать удар, особенно если они к этому привыкли. Настоящая боль – совсем другое дело.
Дженсон тяжело сглотнул, его губы сжались, пока кожа вокруг них не побелела.
Мгновение спустя Эш передал мне то, что я просил, нарочно заставив их звякнуть друг о друга. Я провел грубым краем ножа по боку Дженсона, достаточно сильно, чтобы сделать порез. Я убрал нож, наблюдая за тем, как Дженсон обмяк. Его крики стали громче, когда я снова сделал надрез, нарисовав крест.
Прижав холодные щипцы к порезам, я сказал:
– Интересно, сколько кожи я смогу содрать с его тела, прежде чем он потеряет сознание.
Я зажал окровавленную кожу между кончиками щипцов и начал тянуть.
– Подожди! – закричал Дженсон, почти задыхаясь. Он наклонил свое тело в сторону от меня. – Если я расскажу тебе, что знаю, ты меня отпустишь? Я перееду на другой конец страны. Ты больше никогда меня не увидишь, – его прежняя бравада давно исчезла, когда он зарыдал, его голос стал густым и надтреснутым. – Мой брат был мудаком. Виктор – еще и жадный мудак. Я не хочу умирать ни за одного из них.
– Ты мне все расскажешь?
– Все. Только не убивай меня, – его тело задрожало, зазвенел крюк над головой, отчего он затрясся еще сильнее. – Я не хочу умирать, – причитал он снова и снова.
– Скажи мне.
– Ты не убьешь меня?
– Нет, если ты мне все расскажешь.
Его голова упала вперед, грудь вздымалась.
– Шамус задолжал Доброву. Очень много. Больше, чем он мог заплатить.
Кровь заледенела в моих венах, сотрясая тело.
– И?
– И он отдал свою дочь в качестве платы.
Почему я удивлен? Даже из могилы он превращает жизнь Джульетты в ад.
Надо было притащить этого ублюдка сюда, а не обходиться быстрой пулей между глаз.
Уже не в первый раз я подумал о том, как повезло, что моя маленькая голубка проявила себя в тот день.
Бог знает, с чем бы она столкнулась, если бы я ее не забрал.
– Мы думали, что Шамус забрал ее, чтобы защитить, – продолжил Дженсон. – Когда Виктор поручил Магси Кармайклу найти их, Магси сказал, что подозревает, что ты убил Шамуса.
Я подумал о визите Кармайкла в мой офис. Он изображал беспокойство за Джульетту, но хотел обменять ее только для того, чтобы спасти свою собственную задницу.
– Что еще? – спросил я.
– Мы наблюдали и ждали некоторое время, пока Виктору не надоело и он не пошел дальше. Но потом до него дошли слухи, что у тебя действительно есть девушка, и он снова заинтересовался, – он сделал паузу, хрипло дыша. – Мне нужна вод".
Закатив глаза, Эш схватил бутылку и влил ее ему в горло, как будто поливал водой.
Дженсон повернул голову и закашлялся, разбрызгивая кровавую слюну.
– Почему ты пришел сегодня? – спросил я, когда он затих.
– Чтобы предложить отдать Кармайкла и договориться о встрече, – он вздохнул с содроганием. – И чтобы осмотреть твое жилище. Чтобы понять, как проникнуть внутрь.
Джульетта была умной. Милой. Смешной. Она была дерзкой, авантюрной, упрямой, творческой, амбициозной и очень покорной в своей позолоченной клетке.
Но Виктор ничего этого не знал.
– Зачем столько усилий ради одной женщины?
– Чтобы отомстить тебе. У тебя есть власть. Влияние. Он хотел использовать это для расширения своего бизнеса, но вместо этого ты запретил его, и за ним последовали другие. Он потерял связи и деньги. Два его клуба разорились. Он винит тебя. Ты забрал у него это. Теперь он хочет взять что-то у тебя.
Чувство вины тяжелым грузом лежало на моих плечах. Может, ее старик и был тем, кто нацепил мишень на ее спину, но вовлечение Джульетты в мою жизнь только усугубило ситуацию.
– Что-нибудь еще? – спросил я, пытаясь сдержать ярость и чувство вины.
– Все. Это все, что я знаю, – он глубоко вдохнул, прежде чем разжать свои связанные руки. – Теперь отпусти меня.
– Где сейчас Добров? – спросил я Коула.
Дженсон подумал, что я говорю с ним.
– Не знаю, наверное, в одном из своих клубов. Я могу дать тебе список.
Коул щелкнул несколькими кнопками и повернул компьютер так, чтобы я мог видеть. На экране появилась карта, на которой мигала лампочка.
– Раньше он бывал в нескольких своих клубах, но уже некоторое время здесь – "Все или ничего".
– Еще один стрип-клуб? – предположил я.
– Самый популярный, потому что девушки там не только танцуют, – поделился Дженсон. – Он ведет большую часть своего бизнеса в задней части здания. Единственная дверь справа.
Коул закрыл компьютер и собрал свое снаряжение. Эш уже сложил инструменты и направился к двери, готовый к работе.
Дженсон, должно быть, догадался, что мы уходим, потому что его голова дернулась, несмотря на то что он ничего не видел.
– Подождите! А как же я? – он загремел крюком, дергаясь всем телом. Это было бессмысленно, он никогда не освободится.
Даже если бы он это сделал, то, как только дверь закроется за нами, открыть ее будет невозможно. Он окажется в ловушке.
Я как раз выходил, когда он закричал:
– Ты же обещал отпустить меня!
Оглянувшись через плечо, я скривил губы в жестокой улыбке, которую он не мог видеть.
– Я солгал.
Глава 37. Дорога в ад
Максимо
Какая же это дыра.
Припарковавшись за углом от "Все или ничего", я почувствовал, что мне нужен душ, а ведь я даже не ступал внутрь. Весь район был безлюдным– кварталы заброшенных зданий и выброшенного мусора.
– Мы уверены, что он там? – спросил Эш.
– Не дай Коулу услышать, что ты в нем сомневаешься, иначе он будет досконально объяснять тебе процесс слежения, пока твои глаза не остекленеют.
Он скривился.
– Забудь, что я спрашивал.
Мы наблюдали за входной дверью, пока Коул стоял сзади и следил за выходом и трекером. Если только там не было скрытого туннеля, о котором мы не знали, Добров был внутри.
Эш барабанил по рулю, уже на грани.
– Какой план?
Я хотел войти в клуб, опустошить в Доброва свой магазин, а потом отправиться домой к Джульетте. К сожалению, переполненный клуб гарантировал, что это не вариант.
– Ждать, пока все уйдут, затем схватить Доброва и убраться, пока я не заразился чем-нибудь из воздуха, – достав мобильник, я написала Марко сообщение.
Я: Все хорошо?
Марко: Спокойно. Вера уговорила Джульетту посмотреть еще один фильм.
Я: Позвони, если что-то изменится.
Прошло несколько часов, прежде чем машины разъехались. Затем еще час, прежде чем персонал ушел. В помещении было темно и тихо.
Пора было входить.
Я написал Коулу.
Я: Я иду спереди.
Коул: Я пойду сзади.
– Готов? – спросил я Эша, натягивая перчатки. Но он уже надел их и направился к входу.
Мы с Эшем держались в тени, пока шли к двери. Он нацелил пистолет на замок.
– Взломать или выстрелить?
Я потянул за ручку, и дверь распахнулась.
Он пожал плечами.
– Или сделай это скучным способом, все в порядке.
Мы вошли в главный зал затемненного клуба, где все было пропитано запахом секса, тела, дешевых духов и алкоголя. Пройдя мимо большой зеркальной сцены, я протиснулся через распашную дверь в длинный зал. Коул уже стоял в открытом дверном проеме в другом конце, на его лице застыла гримаса. Мне пришлось подождать всего мгновение, чтобы понять, почему.
Звуки шлепков по коже и фальшивые стоны доносились из-за двери слева. Это была не та дверь, о которой нам говорил Дженсон, но и не та, за которой Добров вел свои дела.
Эш сымитировал рвотные позывы.
Протянув руку, я повернул ручку и открыл дверь, приготовившись к любому ужасу.
Но не успел.
Вместо Доброва там оказался голый и потный Кармайкл, трахающий сзади скучающую стриптизершу. Его тело покачивалось при каждом толчке.
На этот раз, рвотные позывы Эша не были имитацией.
– Максимо! – Кармайкл остановился и попятился назад, заслоняя собой все вокруг.
– Никогда не произноси мое имя, пока ты голый, – мне хотелось отвернуться, но я не был глупцом – просто психически травмирован на всю жизнь. -Господи Иисусе, я никогда не смогу выбросить этот образ из головы.
Стриптизерша опустилась на пол и зевнула, ее ошарашенный взгляд был устремлен на стол. Потребовалось две с половиной секунды, чтобы понять, что она под кайфом.
Любая, кто трахалась с Кармайклом, должна была быть таковой.
Эш вернулся в холл, пока я вошел в маленькую импровизированную спальню. Я проверил брюки Кармайкла на наличие оружия, прежде чем бросить их и рубашку в него.
– Одевайся.
Неустойчивый и трясущийся, он с трудом надел вещи, уже начиная оправдываться.
– Я могу объяснить. Это Виктор. Я должен…
– Где он? – спросил я. – Его машина здесь.
– Ему нужны новые тормоза и ремонт. Он ездит на другой.
– В комнатах пусто, – сказал Эш. – Его телефон заряжается в кабинете.
Черт.
Была вероятность, что не вернувшийся Дженсон предупредил Доброва. Также существовала вероятность того, что пока я проверял его собственность, Добров делал тоже самое с моей.
Меня охватила паника. Может, мой дом и был “Fort Knox” с двумя вооруженными людьми, но всякое случается. Даже если принять все меры предосторожности, что-то может пойти не так.
Я вытащил свой мобильный, но из-за блокировки Коула сигнала не было.
– Коул, свяжись с Марко, – позвал я, зная, что его установка может обойти это.
– Уже.
Вернув внимание к Кармайклу, я спросил:
– Куда он мог пойти?
Он быстро покачал головой, выглядя так, будто ему не хватило двух секунд до сердечного приступа.
– Он собирает деньги в других своих клубах в конце ночи, но я не знаю, куда бы он пошел после. На самом деле мы не друзья. Я сблизился с ним только для того, чтобы обезопасить Джульетту. Он хочет ее продать.
– Ту самую Джульетту, которую ты пытался похитить? – Эш хмыкнул.
– Это тоже было сделано, чтобы защитить ее, – его глаза снова обратились ко мне. – Я не знал, что ты серьезно относишься к ней, я думал, она…
– Я слышал именно то, что ты думал. А теперь заткнись нахрен.
Если бы он был умным, он бы послушал.
Но никто и никогда не смог бы обвинить Магси Кармайкла в сообразительности.
– Я был неправ, теперь я это вижу, – он поднял руки в знак капитуляции. – Но мои намерения были хорошими.
Эш подошел ближе, но глаза Кармайкла были устремлены на меня и пистолет в моей руке.
Еще одна ошибка в бесполезной жизни.
– Разве ты не знаешь, что говорят о благих намерениях? – Эш достал из кармана шприц. – Ими вымощена дорога в ад.
Кармайкл наконец посмотрел в сторону, но было уже поздно. Эш воткнул иглу ему в шею, и через несколько секунд он упал. Его бессознательное тело, словно потный мешок с кирпичами, упало на все еще обнаженную стриптизершу.
– Думаю, пословица звучит не совсем так, – сказал я Эшу.
– Я просто импровизировал.
Я огляделся по сторонам, пытаясь понять, как мы собираемся вытащить его оттуда.
– Ты не мог подождать, пока он сам донесет себя до машины?
– Он меня раздражал.
Даже в перчатках я как можно меньше прикасался к забрызганному ДНК одеялу, расстилая его на полу. Я едва успел это сделать, как стриптизерша снова ожила и с криком толкнула Кармайкла на пол.
Как только она вскочила на ноги, я направил на нее пистолет. Девушка не заметила, поскольку подскочила к столу, высыпала горсть таблеток в рот и запила их водкой. Спотыкаясь, она вернулась на кровать, свесила одну ногу и отключилась.
Ей было все равно и, скорее всего, она не вспомнит, что мы были здесь.
Я посмотрел на Эша и поднял один край одеяла.
– Возьмись за угол.
Мы вынесли Кармайкла в коридор как раз в тот момент, когда в главном помещении хлопнула дверь.
– Вот, что я называю: "Убить двух зайцев одним выстрелом", – прошептал Эш.
Мгновение спустя Добров завопил:
– Дженсон ушел! Вытаскивай свой крошечный член из этой шлюхи и вали отсюда! – дверь распахнулась, и он увидел два пистолета, направленных ему в голову.
Это было все, что мы успели сделать, прежде чем он повернулся и побежал.
Мы с Эшем последовали за ним, когда он выскочил за дверь и помчался к машине. Я выстрелил один раз, пуля просвистела мимо него и разбила водительское стекло.
– Черт! – закричал Добров, уклоняясь влево и проносясь мимо клуба. Свернув за угол, он побежал в переулок между двумя полуразрушенными и заброшенными зданиями.
Надо отдать ему должное, для такого громоздкого ублюдка он был быстр. Каждый раз, когда я думал, что у меня есть возможность выстрелить, он менял направление или использовал мусорные контейнеры и штабеля в качестве щита. В отличие от пистолетов в боевиках, мои пули не были бесконечными, и я не тратил их попусту. Добров не придерживался той же теории, выпуская через плечо патроны, которые не попадали даже близко к нам.
Он резко свернул направо, и мы последовали за ним как раз вовремя, чтобы увидеть, как он перелазит высокие деревянные ворота и перепрыгивает через них в переулок.
– Он тренировался к Олимпийским играм? Занимался в спортшколе? Черт, – задыхался Эш.
Я запрыгнул на ворота, но Доброва не было видно. Я уже почти перелез, когда он высунул верхнюю часть тела из-за угла и быстро сделал три выстрела.
Жгучая боль взорвалась в плече, заставив меня потерять равновесия и упасть на землю вперед.
– Черт! – Эш приземлился на ноги рядом со мной, его пистолет был направлен вниз по тропинке.
– Иди, – приказал я.
Он не стал спорить.
Встав, я потратил несколько секунд на то, чтобы наполнить легкие выбитым из меня воздухом. Я побежал по другому маршруту и добрался до конца как раз в тот момент, когда Добров повернул в моем направлении.
Его взгляд был устремлен за спину, он пытался выстрелить через плечо, но единственное, что сделал пустой пистолет, – это щелкнул. Когда он повернулся лицом вперед и увидел меня, его глаза расширились, а шаги стали спотыкаться. Быстро оправившись, он повернулся и увидел, что Эш преграждает ему путь. Ублюдок сделал шаркающий шаг назад, к узкому переулку, но не успел повернуть, как пистолет Коула уткнулся ему в спину.
Пойманный в ловушку, Добров уставился на меня с ненавистью, пылающей в его глазах. Он открыл было рот – хотел бросить оскорбления и изрыгнуть чушь, – но не успел. Шприц вонзился ему в шею, и через несколько секунд он лежал на спине.
– Из-за этих двоих я точно надорву спину, – сказал Эш, уже взваливая на себя мертвый груз Доброва.
Или скоро будет мертвым грузом.
Мы протащили его по тонкой тропинке и бросили на заднее сиденье Коула. Он и Эш занялись телом Кармайкла, а я взял из багажника бутылку с чистящим средством и тряпку. Я вытер все, включая свою кровь с забора и земли.
Это явно было лишнее, поскольку никто не стал бы расследовать исчезновение Виктора Доброва. Даже если бы они и занялись этим делом, на участке, скорее всего, скопилось столько ДНК, что отделить их будет невозможно.
Вернувшись к машине, я бросил вещи в багажник и захлопнул его.
Эш взглянул на мое плечо – всего лишь царапина, но жгло нестерпимо.
– Нам нужно очистить рану.
– Как только мы доберемся до нужного места.
Коул обогнул машину.
– Завод?
Я покачал головой.
– У меня есть идея получше.
Глава 38. Идеально
Максимо
Стоя на огороженной строительной площадке, я смотрел вниз на людей, запертых в глубокой, но узкой яме. У меня не было улыбки на лице.
Когда их не будет, Джульетта будет в безопасности. Никаких оглядок через плечо. Никаких напоминаний об отце-ублюдке или о ее жизни до меня.
Она доверилась мне.
Я дарил ей покой.
Именно поэтому я не улыбался.
Я ухмылялся.
Обойдя вокруг ямы, я ждал, скрывшись из виду.
Невидимый монстр в темноте.
Мое предвкушение усилилось, когда один из них наконец прохрипел:
– Где я? – он закашлялся, его хриплый голос стал громче, когда он крикнул: – Алло? Есть кто-нибудь?
– Заткнись, мать твою, – прорычал другой голос.
– Кто ты, черт возьми, такой?
– Кто-то с гребаной головной болью, кто не хочет слушать, как ты плачешь, словно маленькая сучка.
Я подошел ближе, но они меня не заметили, так как боролись с веревками, пытаясь освободиться.
Виктор Добров выглядел взбешенным.
Магси Кармайкл выглядел готовым обоссаться.
А Уильям Дженсон смотрел… в пустоту. Он не мог видеть.
С усмешкой я пнул немного земли – намек на то, что должно произойти. Двое из трех мужчин наконец посмотрели на меня, и я пнул в их сторону еще немного.
– Нет, нет, нет, – пробурчал Кармайкл.
– Что это было? Что происходит? – закричал Дженсон, ужас сотрясал его слова.
Добров молчал, но выражение его лица быстро менялось от гнева к панике, когда он понял, что сейчас произойдет. Когда он наконец заговорил, его тон был густым и серьезным – голос отчаявшегося человека.
– Я могу заплатить тебе. У меня есть родственники, которые могут достать тебе все, что угодно. Все, что ты захочешь. Выкупи меня. Живым я стою больше, чем мертвым.
Это была чушь. Пока мы ждали, Коул провел небольшое расследование, а Эш поговорил с несколькими знакомыми, чтобы мы могли подготовиться. Если, конечно, кто-то будет мстить за Доброва.
Никто не будет.
Его люди уже дрались за его мусорный трон. Его ограниченная семья давно от него отказалась.
Никто не заплатит за него ни цента. А даже если бы и заплатили, то не было бы такой суммы, которая заставила бы меня задуматься о том, чтобы оставить его в живых.
Он пытался влезть в мой бизнес.
Только за это он должен умереть.
Он пытался похитить Джульетту.
За это он умрет мучительной, ужасающей смертью.
– Я собираюсь построить на этом месте свой офис, – поделился я. – Я увеличу свою империю. Я сделаю здесь миллиарды. Я буду жить, дышать и трахать Джульетту на вашей могиле. И скоро я забуду, что вы вообще существовали.
С осознанием того, что я выиграл во всех возможных отношениях, я поднял шланг и направил на них.
Мужчины закричали, их лица покраснели, а рты бешено открывались. Их бесполезные слова терялись в грохоте бетоносмесителя. И по мере того как мокрый бетон наполнял яму и легкие, их бесполезные жизни тоже скоро исчезнут.
Медленно.
Мучительно.
Именно то, что они заслужили.
Когда их тела были покрыты, я поднял руку, и поток остановился.
Осталась лишь удовлетворительная тишина.
Стив – глава строительной компании – запустил экскаватор и заполнил яму до конца грязью, утрамбовывая и уплотняя ее, пока она не стала похожа на остальную часть участка.
Выбравшись наружу, он подошел к нам.
– Сегодня утром мы заливаем фундамент. К полудню все будет покрыто.
– Ты не против, если я останусь до этого времени?
– Я так и думал.
Я протянул ему конверт, наполненный чертовой тонной денег.
– Спасибо, что пришел пораньше. Я у тебя в долгу.
– Нет, я все еще в долгу перед тобой.
Поскольку я вытащил его из-под мафиозного давления до того, как они убили его жену и детей, я готов был поспорить, что он никогда не почувствует того, что его долг выплачен.
Убирая конверт, его хмурое выражение лица сменилось ухмылкой.
– Но если ты в щедром настроении, я уже давно пытаюсь увезти Марию на выходные в "Nebula". Если бы ты потянул за пару ниточек, чтобы забронировать номер, я бы не отказался.
– Назови дату.
– Я буду чертовым героем.
Направляясь к воротам, где стояли Эш и Коул, я сказал:
– Готово.
Эш выдохнул, ярость и напряжение, накопившиеся за месяц, улетучились, и на его лице появилось удовлетворение.
Может быть, теперь он сможет забыть о чувстве вины и двигаться дальше.
Подойдя к внедорожнику, я снял с себя грязную, окровавленную рубашку. Повязка, которую наклеил Эш, была еще чистой, поэтому я не стал ее менять, а надел свежую рубашку, которую держал на всякий случай.
– Ты едешь домой? – спросил Эш.
– Нет, пока не уложат бетонный блок.
– Я тоже подожду.
– Нет, иди домой. Возьми отпуск на неделю. Насладись передышкой перед тем, как разразится новая буря дерьма.
– Ты просто хочешь в одиночку насладиться видом работы экскаватора и бульдозера, – проворчал Эш, но уже направился к машине Коула.
Вернувшись на стройплощадку, я приготовил чашку дерьмового кофе из офисного трейлера.
Затем я подождал, пока зальют бетон, что было почти так же захватывающе, как наблюдать за высыханием краски.
***
Черт, я устал.
Подъехав к своему дому, я заглушил двигатель и вышел из машины как раз в тот момент, когда входная дверь распахнулась.
Джульетта вылетела наружу на полной скорости. Я раскрыл объятия, когда она бросилась на меня. Ее руки крепко обхватили мою шею, и я вздрогнул от давления на плечо.
Но это не помешало мне обхватить ее сладкую попку и поднять на руки.
– Где твоя обувь?
– Ты дома, – вздохнула она вместо ответа. Девушка откинулась назад, чтобы встретиться с моими глазами. – Все в порядке?
Когда-то я сказал Джульетте, что ради нее стоит начать войну, и я имел это в виду.
Но я не начинал войну. Это сделали Виктор Добров, Магси Кармайкл и ее собственный дерьмовый отец.
Я только закончил ее.
Поэтому мои слова были правдой, когда я сказал:
– Все прекрасно.
– Так всегда и бывает, – прошептала она.
Я перевел взгляд с ее усталых зеленых глаз на темные круги под ними.
– Ты не спала, Джульетта?
Ее тело вздрогнуло от моего тона.
– Не совсем. Ты же знаешь, я не могу заснуть без папочки, который обнимает меня.
Чертовски идеально.
Когда я занес ее в дом, Марко уже ждал.
– Все готово? – спросил он.
– Готово. Я введу тебя в курс дела позже. У вас, ребята, выходной.
– Понял, – сказал мужчина, а после закрыл за собой дверь.
– Он очень многословен, – пробормотала Джульетта.
Мне очень хотелось, чтобы она поднялась наверх, приняла со мной душ, а потом легла на меня в постель. К сожалению, я не успел сделать и шага, как из гостиной появилась Вера.
Она открыла рот, но я заговорил первым.
– У тебя выходной.
– Я только возьму свои вещи, – улыбаясь, она добавила: – А ты можешь приступить к тому, о чем мы говорили.
С этими словами она выбежала из комнаты.
– Что она задумала? – сузившиеся глаза Джульетта проследила за Верой. – У нее озорная улыбка. Это ее знак.
– А какой у меня знак? – спросил я, избегая ее вопроса.
Она опустила глаза.
– Я не скажу, потому что тогда ты не будешь этого делать, а мне нравится наблюдать за этим.
– Мне тоже нравится наблюдать, – я сжимал ее попку до того момента, пока она не заскулила, мой голос был низким и грубым. – Сейчас мы примем душ, а потом мне чертовски хочется понаблюдать, как ты скачешь на моем члене.
Она задрожала еще сильнее.
– Я могу это сделать.
– Это моя хорошая девочка.
Подняв ее по лестнице в ванную, я опустил девушку на пол. Кончики моих пальцев скользили и дразнили ее тело, пока снимал одежду. Отвлеченный видом обнаженного тела и отчаянно желая ощутить его на себе, я не задумываясь расстегнул рубашку и снял ее.
Когда она вздохнула, я посмотрел на ее нахмуренные брови. Взгляд девушки был устремлен на окровавленную повязку на моем плече.
– Что случилось?
– Просто царапина, – сказал я, притягивая ее к себе.
Ее большие зеленые глаза метнулись к моим.
– В тебя стреляли?
– Задели.
– Пулей? – тело Джульетты напряглось, и из нее хлынула ярость.
У каждого есть свой предел. Судя по тому, как она смотрела на меня, я подумал, не нашел ли я предел Джульетты.
Прежде чем я успел предложить объяснение, ее полные ярости глаза устремились на меня.
– Ты убил его?
Мне следовало бы лучше знать, чем сомневаться в ней.
Потому что Джульетта с самого начала поняла, кто я такой. Она знала, с каким чудовищем связалась. В кого она влюбилась.
Кем был ее папочка.
И она никогда не пыталась меня изменить. Она хотела меня таким, какой я есть, отдавала мне свое тело, доверие и сердце, потому что знала, что я убью, чтобы защитить это.
Сейчас все было иначе. Моя девочка не злилась на меня.
Она хотела отомстить за меня.
Я кивнул.
– И Кармайкла тоже.
Ее брови взлетели вверх, когда все детали сложились в единое целое.
– Погоди, Магси Кармайкл был замешан? Ты выяснил, на кого он работал? И почему он пытался забрать меня?
Я не стал бы лгать Джульетте, но и не стал бы говорить ей всю правду. Шамус и так уже достаточно навредил. Знание о том, что он продал ее, чтобы расплатиться с долгами, уничтожит ее.
Я взял на себя часть вины, но, чтобы защитить ее, я возьму на себя всю.
Взяв ее за хвост, я наклонил ее голову назад, чтобы она встретилась с моими глазами.
– Это была часть какой-то дерьмовой мести против меня, и ты оказалась втянута в нее. Я облажался.
Любая обида или злость, которую она испытывала, была бы оправдана из-за мишени, которую я помог поставить на ее спину.
Но когда она посмотрела на меня, в ее взгляде не было ничего, кроме благодарности, облегчения и любви.
– Нет, они облажались. И теперь мне больше никогда не придется беспокоиться о жутком Магси, – как будто произнося слова вслух, она прошептала: – Все действительно кончено, да?
– Все кончено.
После долгого мгновения на ее лице появилась ухмылка, и последнее напряжение, которое она в себе таила, исчезло.
– Ты всегда заботишься обо мне.
– До самой смерти.
Ее глаза разгорелись, когда кончики ее пальцев прошлись по моему прессу.
– Я хочу позаботиться о тебе.
– Тогда нам лучше побыстрее принять душ.
Сбросив с себя остатки одежды, я включил воду и потащил ее под струи. Я смыл с себя грязь и копоть, а затем дразняще намылил ее.
– Ты мне нужен, – пробормотала она, сжимая мои руки, пока я работал между ее ног.
Джульетта была сильной. Упрямой. Независимой. После того как она так долго была сама по себе, ей нелегко было признать в этом.
Но я был ей нужен.
И это сводило меня с ума.
Выключив воду, я быстро вытер нас, прежде чем поднять ее на руки.
Донеся девушку до кровати, я опустил ее на матрас и накрыл своим телом. Ее кожа была теплой и раскрасневшейся. Мягкая. Чертовски красивая.
Именно то, что мне было нужно после столького хаоса.
Мне нужно было почувствовать ее. Я сжал в кулаке свой член и прижался к ее влажной киске.
– Подожди, – прервала она, когда я ввел кончик в рай. Положив руку мне на плечо, она толкнула меня. – Ты сказал, что хочешь посмотреть, как я оседлаю твой член.
Господи.
Используя время, чтобы взять себя в руки, пока я не кончил так неловко быстро, я позволил ей перевернуть меня на спину. Я схватил подушку и подпер голову, чтобы видеть все.
Джульетта уселась на меня, ее киска терлась о мое тело, пока она извивалась, пытаясь найти свое положение. Поднявшись на колени, она обхватила меня кулаком, а затем опустилась, чтобы принять мой член.
