Текст книги "Фунт изюма для дракона (СИ)"

Автор книги: Лесана Мун

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 11 страниц)

Глава 16

– Алик, ты где вообще?!

Уже успеваю испугаться, когда раздается приглушенный шум и появляется заспанный пончик.

– Ты что? Спал? – спрашиваю.

– Не, – отнекивается Алик. – Так… чуток вздремнул. Но ты сильна, конечно. Учись уже магией управлять, а то устроишь нам тут сказку «Спящая красавица», когда вместе с принцессой и все королевство уснуло.

– Обязательно буду учиться, как только появится свободная минутка, – отвечаю торопливо. – А теперь давай уже свой маячок и я побежала.

– Так уже все готово, – Алик кивает на место рядом с собой, и я вижу… Колобка.

– Серьезно? – переспрашиваю, продолжая рассматривать круглый шар хорошо пропеченного, румяного теста.

– Да куда уж серьезнее. Не волнуйся, доведет, куда надо. Ты только следи, чтобы его собаки не съели, больно уж аппетитный получился. Ну давай, беги.

И не дав мне времени даже ахнуть, Алик пихает Колобка на пол. Тот шмякается с громким плюхом, я почти уверена, что тесто развалилось на ошметки, но тут из-под моих ног бодро выкатывается румяный «мячик» и несется к входной двери.

– Спасибо. Присмотри за Наташей! – Только и успеваю крикнуть Алику, догоняя свой маячок.

Возле двери мы останавливаемся, я накидываю на плечи плащ, все-таки на улице осень и ночи довольно прохладные. Но едва выхожу на улицу, как мой проводник резво спрыгивает со ступеней на улицу и тут же несется вперед, я едва успеваю закрыть дверь на замок.

Сначала бегу за Колобком по главной, уже знакомой мне улице, оббегая выставленные столики кафе, цветочные горшки, лавки. Потом мы выскакиваем на перекресток, тут я едва ли не теряю маячок, не успев заметить, куда тот повернул. Выбираю не ту улицу и бегу по ней, пока мне наперерез не выскакивает Колобок, тут же получивший хороший пинок ногой и улетевший куда-то в кусты.

– Ой! Извини-и-и…

Хлебушек выкатывается с другой стороны изгороди, весь в торчащих тоненьких веточках, словно дикобраз в иглах.

– Это случайно получилось, – говорю ему, словно он такой же живой, как пончик. Но судя по поведению Колобка, он скорее – голем.

Мы возвращаемся на нужную улицу и спустя несколько минут быстрого бега резко останавливаемся возле трехэтажного особняка за высоким забором. Не теряя времени, стучу в ворота.

– Пошла отседова попрошайка! – доносится с той стороны забора грубый мужской голос.

– Я не попрошайка, мне срочно нужен генерал Хейминг! Передайте ему, что пришла Варвара! Варя!

– Вот еще! Стану я ноги бить, чтобы докладывать о всяких попрошайках! Ступай отседова говорю, пока собак не спустил!

Понимаю, что сторожа мне не переубедить, поэтому разворачиваюсь и бегу вдоль забора. Может, тут где-то есть щербинка, пенек, дерево? Хоть что-то, что поможет мне перелезть через забор. Раньше я неплохо лазила. А сейчас у меня даже тело более выносливое, чем было в молодости, так что не время раскисать из-за отказа одного бестолкового слуги!

Колобок неохотно катится рядом, давая понять, что мы отдаляемся от места назначения.

– Я в курсе, – отвечаю ему. – Но там нас не пускают. Значит, надо искать обходной путь.

И вот появляется возможно – на заборе, чуть выше моего колена выбит камень. Как раз в этот уступ хорошо станет небольшая женская ножка. Туфли мешают, они шире. Не раздумывая, перекидываю их через забор, закрепляю подол за пояс, хватаю Колобка в карман и потихоньку лезу вверх.

Хорошо, что тут нет колючей проволоки, только острые железяки, типа копья, но они только помогают. Я хватаюсь за них руками и подтягиваюсь, впихнув ногу в небольшую щель, появившуюся, видимо, из-за воды.

Это, конечно, нелегкое занятие – лезть на чужую территорию. Хоть и с трудом, но мне удается добраться до верха забора. Тут я делаю небольшую передышку, а потом аккуратненько лезу вниз. И все было бы хорошо, но длинный подол зацепляется за один из торчащих железных кольев, и я повисаю, совсем немного не доставая ногами до земли, с юбкой, задравшейся до головы.

– Да что же это такое! – теряю терпение после нескольких неудачных попыток отцепить подол.

Уже и чепец слетел куда-то в сторону и коса, легко заплетенная на ночь, расплелась. А я все так же болтаюсь тюльпанчиком с подолом на голове, только кончиками пальцев касаясь земли. И тут я слышу тихое, но очень угрожающее рычание, от которого моментально замирает сердце, а руки и ноги становятся ледяными. Мамочка!

Дергаюсь сильнее, раздается треск ткани, но не достаточный, чтобы я могла освободиться, а вот рычание уже громче и яростнее.

– Тише, собачка, – говорю преувеличено дружелюбным тоном. – Видишь, я застряла. Это случайно получилось, я совсем не планировала тебя злить.

– Р-р-р-р…

– Мне тоже не нравится, делаю, что могу.

Дергаюсь резко, вложив всю силу в движение. Громкий треск – и я на свободе. Глаза в глаза с огромным, явно злым псом, неизвестной мне породы.

– Привет, красавчик. Ты ведь хороший пес, не станешь есть пожилую и невкусную бабушку?

От страха я даже забываю, что уже больше недели совсем не бабушка.

– Р-р-р… гав!

Судя по всему, пес не готов к консенсусу. И даже на мирные переговоры не согласен. Внезапно в моем кармане начинает что-то шевелиться. Честно, я едва не заорала, решив, что там мышь! С детства боюсь этим маленьких зверьков.

И только внезапно пришедшая в голову мысль, что вообще-то это Колобок, спасает меня от вопля и, скорее всего, от нападения пса. Аккуратно засовываю руку в карман и достаю круглый хлебушек. Он снова дергается в моей ладони. Собака переводит взгляд на сдобу, заинтересованно принюхиваясь. Может… повезет?

Крепко сжимаю Колобка, чтобы не вырвался и поднимаю руку вверх.

– Смотри, что у меня есть, собачка. Вкусный хлебушек. М-м-м… очень вкусный. Смотри, а теперь… лови!

И я максимально сильно швыряю Колобка как можно дальше от себя и от виднеющегося вдалеке дома генерала. Пес вздрагивает и просто с места, взрыхлив землю задними ногами, бросается вдогонку за круглой булкой.

Я же, не теряя зря времени, подхватываю туфли и оборванный подол платья, несусь в сторону дома. Едва взлетаю по ступеням, принимаюсь тарабанить в дверь. Но никто мне не открывает! Ну и слуги у генерала! Понимаю, что счет идет на минуты. Еще немного и собачка вспомнит, что вообще-то она должна охранять дом, и вот тогда все, считай, что я добегалась.

Увидев свет в одной из комнат первого этажа, спешу туда. Жаль, не видно, кто там в комнате – закрыто плотной шторой. Помедлив лишь секунду, стучу в окно. Громко и требовательно. Каблуками туфель.

Сначала никто не отвечает, тогда я еще раз тарабаню. И тогда штора резко отходит в сторону, являя мне удивленное лицо генерала!

– Впустите меня! – кричу ему. – У меня срочное дело!

Эйнар лишь мгновение колеблется, но потом открывает окно и говорит:

– Может, вы в дверь?

– Нет, спасибо, в дверь меня не пускают, а тут – в самый раз. Только помогите немного.

И совершенно игнорируя приподнятые брови генерала, пыхтя и ерзая, залезаю в окно, благо дело, оно большое – панорамное, а потому приходиться только немножко подтянуться и я уже наполовину в комнате.

– Поможете? Буду очень благодарна, – говорю, вползая на животе, попой кверху.

– Кхм… помогу, конечно, – отвечает хозяин дома.

Его руки тут же ложатся на мои бедра. Один рывок – и я в комнате, тесно прижатая к генералу в странной позе. Мое лицо где-то в районе пряжки его ремня, при этом руками я обхватила его талию. Ну испугалась немного, вдруг уронит…

– Я прошу прощения, что мешаю, – раздается где-то в глубине комнаты молодой женский голос.

Резко встаю во весь рост и отодвигаюсь от Эйнара, едва не наступив на оторванный подол платья. В кресле сидит та же девушка, которую я уже видела вместе с генералом. Да уж… неудобно получилось.

– Я прошу прощение…

Меня перебивает тяжелое дыхания пса, внезапно возникшего позади.

– Рокк, – обращается к нему генерал, – что, дружок? Прозевал неожиданного гостя, да?

Пес обиженно скулит и выплевывает на чистый пол уже не круглого, со следами зубов Колобка. Тот сразу же запрыгивает мне в руки, и я прячу его в карман, сопровождаемая удивленными взглядами присутствующих в комнате.

– Рокк, охраняй. Иди!

Пес фыркает и убегает, внимание генерала снова сосредотачивается на мне.

– Еще раз… прошу прощения, что ворвалась так поздно и без приглашения…

Эйнар движением руки прерывает мои извинения:

– Что у вас случилось? – спрашивает без преамбул.

И в этот момент мне ужасно хочется его обнять за то, что он не заставляет меня терять время в расшаркиваниях, а сразу переходит к сути.

– Натали… она заболела. Высокая температура, озноб. Не могу ничего сделать, не знаю…

– Я понял… – перебивает меня генерал, а я его в свою очередь перебивает барышня.

– А почему вы не послали за лекарем?

Вопрос задан без наезда, просто как рациональное предложение, поэтому я тоже не считаю нужным хамить и отвечаю спокойно:

– Мы только недавно в этом городе, я не знаю к кому обращаться в таких случаях.

– Ой, а вы случайно не из тех леди, которые открыли заколоченный дом? – теперь уже в голосе девушки звучит любопытство.

– Из тех, – отвечаю коротко.

– Ариана, давай закончим с расспросами, – вмешивается генерал. – Нам нужно идти. Будь добра, дождись моего возвращения.

– Да куда же я пойду на ночь глядя. Конечно останусь, – фыркает барышня.

Мы же спешно выходим. Через дверь. Пока идем, генерал интересуется:

– Почему вы выбрали такой экстравагантный способ входа в дом?

– Потому что меня не пустили через ворота. Пришлось искать обходные пути.

Хозяин дома резко останавливается и внимательно на меня смотрит:

– Только не говорите, что вы полезли через забор…

– Хорошо, – пожимаю плечами, – не скажу. Но вам нужно как-то решить вопрос со сторожем и тем фактом, что он никого не пускает на территорию имения. И не имеет значения, что это важно.

– Я подумаю, – отвечает.

К моему удивлению, мы не идем к главным воротам, а ныряем в узенькую калитку на другом конце двора. И выходим гораздо ближе к нужному нам дому.

– Почему вы так взволнованы? Если у Натали просто температура, уверен, вы с таким справлялись не раз, – генерал задает правильный вопрос.

– Да, если это болезнь физическая, – киваю.

– А у нее?

– Алик сказал – это какая-то магия, – говорю как на духу.

– Кто сказал? – переспрашивает генерал.

– Пончик, – увидев подскочившие в удивлении мужские брови, объясняю, – фамильяр, доставшийся нам вместе с домом. Я ничего не знаю о магии, понимаете? Поэтому подумала – вы сможете помочь.

– Я попытаюсь, конечно, – отвечает Эйнар.

Мы заходим в дом и тут же быстро поднимаемся на второй этаж в спальню. Наташа спит. И выглядит не лучшим образом – бледная, стучит зубами от холода.

– Эйнар, помогите ей, – прошу генерала.

Он долю секунды внимательно смотрит на меня, потом присаживается возле Наташи и берет ее за руку. Потом достает из кармана какой-то очередной кристалл яркого, оранжевого цвета. Генерал кладет его в ладошку моей внучки.

Какое-то время ничего не происходит. Мы просто ждем. А потом внезапно кристалл начинает краснеть.

– Эйнар! – восклицаю я, потому что мужчина в данный момент закрыл глаза и, видимо, что-то сосредоточенно делает, отрешившись от всего.

Генерал открывает глаза и едва успевает отбросить побагровевший кристалл к окну, когда тот вспыхивает и взрывается десятками мелких осколков.

Глава 17

– Что? Что происходит?! Все плохо, да? – спрашиваю, испуганно поглядывая на осколки кристалла, рассыпанные по полу.

– Нет, спокойно, – генерал поднимает руку, призывая меня к молчанию. – Ничего страшного. Это сканирующий артефакт, и он наткнулся на мощную защиту, которая его уничтожила. Это неплохо. Не волнуйтесь.

Генерал достает еще какой-то кристалл, похожий на снежинку, но теперь кладет его на грудь Наташе. Туда, где распахнулся ворот ночной рубашки, на кусочек голой кожи. Снежинка лежит и не тает, а потом начинает сверкать розоватым цветом.

– Что это значит?

– Твоя сестра действительно не больна. Тут дело связано с магией. Но из-за мощной защиты, наложенной на нее, я не могу толком ничего разобрать.

– Это она сама себя так защищает? – спрашиваю, пытаясь разобраться.

– Нет. Это кто-то другой… – генерал замолкает, внезапно забирает снежинку и опять лезет в карман, словно ему пришла в голову какая-то новая мысль.

Достает длинную палочку на цепочке, похожую на маятник, каким в моем детстве баловались многие девчонки, пытаясь найти в себе ведьмовские силы. Поднимает эту палочку на цепочке над Наташей и раскачивает. Таки маятник! Потом прячет и смотрит на меня немного озадаченно, а потом пять что-то достает и так по кругу несколько раз. Что-то новое берет, прикладывает к внучке, убирает.

Обращаю внимание, что после последнего раза, Наташа начинает дышать как-то легче и даже легкий румянец возвращается на ее щеки. Зато генерал выглядит озадаченным и еще более хмурым, чем обычно. Встает во весь рост, потом поворачивается ко мне:

– Нам нужно поговорить.

– Чаю выпьете? – спрашиваю. – Натали можно оставить одну?

– Да. Она просто спит. Утром будет как новенькая, – отвечает и первый идет к лестнице.

Мы спускаемся на кухню, я ставлю чайник на печь, выкладываю на тарелочку свежие слойки с изюмом. Сажусь на стул напротив генерала.

– Что происходит? – спрашиваю.

Мужчина делает большой глоток чая, потом поднимает на меня взгляд и отвечает:

– Защиту на Натали поставили вы. Это значит, что у вас есть очень сильная магия. Защитная. Охранная. Неужели ни разу за все это время у вас не было чего-то вроде спонтанного магического всплеска?

Ловлю взгляд темных глаз. Они смотрят испытывающе. Если сейчас совру – считай все пропало. Поэтому на свой страх и риск говорю правду.

– Был один случай…

И рассказываю Эйнару то, что произошло в карете, закончив словами:

– Но я не думала, что это защитная магия.

– А какая еще? Вы обездвижили врага. Да, странным образом, но тем не менее… Думаю, тут наложилась магия не вашего тела и влияние новой души. Возможно… прежде, не вы, а иная девушка, использовала свой дар по-другому. Во всяком случае, щит для сестры она поставила очень мощный. Но знаете, что странно?

– Что?

– Он не защищает Натали от физического вреда. Только от магического воздействия. И к тому же, у меня такое странное ощущение, словно щит еще и зеркалит.

– Не понимаю…

– Словно щит защищает не только Натали от магического влияния, но и находящихся с ней рядом людей от магии вашей сестры.

– Ее магия несет опасность окружающим? – спрашиваю испуганно.

– Не знаю, – генерал хмурится. – Я не смог заглянуть за щит. Не смог понять, что там прячется. Но вот то, что происходит с вашей сестрой очень похоже на магическое истощение.

– Но ведь… если я правильно понимаю, истощение – это когда много делал и не пополнял свои силы, правильно? А Натали ничего магического не делала все эти дни.

– Да, в какой-то мере вы правы на счет истощения. С другой стороны, мы же не знаем, что за магия у вашей сестры. Возможно, ресурс расходовался на то, чтобы удержать что-то в себе, не дать выплеснуться. Это если предположить, что силы Натали несут опасность для нее самой, либо же для окружающих. В общем, мне нужно еще подумать над вашей ситуацией, если вы не возражаете, – генерал встает и идет к входной двери, я следую за ним.

– Нет, конечно, я не возражаю, – отвечаю ему, когда мы останавливаемся на пороге. – Наоборот, я вам очень признательна, что вы вот так… по первому моему зову. Спасибо.

Наши взгляды встречаются, и мы на какое-то время забываем, где находимся и сколько уже времени. Просто стоим и смотрим друг на друга.

– Извините, – я первой прихожу в себя, – что задерживаю вас. Мне действительно стыдно.

– Почему? – генерал действительно удивлен, не притворяется.

– Ну как же, – я даже немного теряюсь, что сказать, – вытянула вас из дома поздней ночью. Отвлекла от интересного общения с… вашей девушкой.

– С кем? – переспрашивает мужчина, словно не понимает, о чем я говорю.

– С девушкой… вы были не один, когда я к вам… вползла.

– А-а-а, вы имеете в виду Ариану? – уточняет генерал.

– Да… наверное. Извините, я не помню ее имени. Девушка и девушка. Поздний вечер, у вас дома. Остальное меня не касается, – кажется, мне пора закрыть рот, что я и делаю.

В глазах моего собеседника загорается яркая искорка, а уголок рта чуть сдвигается в намеке на улыбку.

– Это моя сестра, – зачем-то объясняет мне генерал.

– Да? Я рада… за вас, – отвечаю как-то уж очень поспешно.

– Увидимся завтра, – говорит мужчина на прощание, и все с той же полуулыбкой выходит за дверь.

Закрываюсь на ключ и засов. Задумчиво стою перед дверью. Сестра, значит? А впрочем, мне то что? Ну сестра… У меня теперь вон тоже есть сестра. Перед тем, как лечь спать, проверяю состояние Наташи. Она уже без температуры, но выгляди все равно не лучшим образом.

Быстро ополоснувшись в душе, с тяжелым сердцем ложусь спать. Надеюсь, завтрашний день будет более спокойным.

И в общем-то, утро начинается неплохо. Пончик уже сам управляется с вечерними заготовками слоек, так что мне остается только вытащить их из печи, да уложить красиво на блюдо, чтобы отнести в магазин. Людей сегодня еще больше, чем вчера. Это очень радует, потому что дает возможность заработать на безбедную жизнь. Но и беспокоит, потому что я работаю одна. И просто не могу разорваться, чтобы успеть все сразу.

Наташа спит. Один раз просыпается, нехотя ест несколько ложек бульона, приготовленного мной, а потом опять засыпает. И вроде жара с ознобом нет, но ее состояние мне не нравится.

После обеда я принимаю волевое решение закрыть магазин. Товар весь распродан, новых заготовок я не сделала, поэтому торговать нечем. На улице стоит погожий, осенний день. И хоть солнце светит довольно горячо, ветерок дует уже прохладный. Погода самое то для стирки.

Поэтому я беру салфетки и полотенца, замачиваю их со специальными мыльными орехами, а когда стирка отлежалась, выхожу с ней во двор. Только не на главную улицу, а с черного хода. Сюда же выношу ведро с горячей водой. Постираю тут, пополощу водой из шланга и сразу развешу. Можно было бы и в ванной это сделать, да не хочется бегать по ступеням туда-сюда.

Сосредоточенно стирая, удивляюсь тому, как хорошо работают эти мыльные орехи. Думала, будет тяжело отстирать полотенца, но нет – все идеально, ни одного пятнышка. Выкрутив вещи, откладываю их в другую емкость, сама беру таз и уже собираюсь выплеснуть мыльную воду в поросшую сорняками клумбу, когда моя стирка начинает медленно сползать, намереваясь упасть на грязную землю.

Не глядя, быстро выплескиваю мыльную воду из таза и подхватываю белье. И тут же слышу за своей спиной:

– Спасибо, конечно, но я сегодня уже принимал ванну.

Резко поворачиваюсь и ахаю. Передо мной стоит генерал. В руках держит камзол, который снял, видимо потому что жарко, а по его волосам и белой рубашке стекает мыльная воды.

Что ж такое, а?! Почему наши с ним встречи вечно проходят с каким-то экстримом?

– Ох! Простите! – Кидаюсь к генералу, пытаюсь сухим полотенцем как-то вытереть мыльную воду с его рубашки. Потом понимаю, что это бесполезная затея. – Снимайте. Я быстро промою пятна в чистой воде, а вы просушите, как уже делали раньше.

– Что, простите? – переспрашивает генерал, а сам уже расстегивает пуговицы.

– Снимайте, говорю.

Только повторив, понимаю, почему он переспросил. Видимо, порядочные девушки мужчинам такого не говорят. Пожимаю плечами. Ну, что поделать? Значит, я не порядочная.

И тут генерал снимает рубашку. В кино это обычно показывают под красивую музыку и с замедленной съемкой, чтобы зрительницы успели рассмотреть каждую выпуклую мышцу роскошного мужского тела. В жизни это занято у генерала пару секунд. Но, честно, для меня все это было как в фильме. Даже музыка звучала. Джо Кокер «You Can Leave Your Hat On».

– Варя?

– А? Ой. Я задумалась, – моргаю глазами, тщательно делая вид, что не пялилась сейчас на кубики его пресса, как голодный на кусок отбивной.

Быстренько отворачиваюсь и занимаю руки делом, усиленно глядя на стирку.

– Я всю ночь не спал, – между тем заявляет генерал, делая все, чтобы я на него посмотрела, но я – кремень, сосредоточена исключительно на рубашке.

– Почему? – спрашиваю.

– Думал о том, что может быть за магия у вашей сестры. Утром сразу поехал в контору, порылся в тамошней библиотеке. А еще я нашел документы о вас и Натали. Я имею в виду о прежних вас. Тех девушках, кому раньше принадлежали эти тела. Сестрах Санс.

– И что вы узнали? – отвечаю, не поднимая глаз.

– Что о вас не было никаких данных до того момента, как вы, то есть те, прежние, попались на краже перстня у барона Веринга, два года назад. Это показалось мне странным. Ведь если те девушки были воровками, почем о них нигде не упоминалось ранее? И попались они тогда очень глупо, как начинающие.

– Так, наверное, начинающие и были, – восклицаю, поднимая глаза на генерала и тут же утопаю в его черных зрачках.

– Я тоже так подумал. Поэтому стал искать по фамилии. Нашел несколько семей. Но только у одной из них были две дочери.

– И? Генерал, прошу, не томите.

– И выяснилось что вы, то есть те девушки, были из небогатой, но дворянской семьи. Обе обучались в пансионах, но спешно вернулись домой, когда заболел и умер отец. Поскольку болел глава семьи очень долго, денег на лекарей ушло большое количество. Едва вы приехали, заболела и мать, а потом умерла.

– Ох ты, ужас какой, – вздыхаю.

– Да, но это еще не все. Не успели вы предать родителей земле, как явились приставы, опечатали ваш дом за долги и фактически выгнали вас. Вот так вы оказались на улице и, судя по срокам, тогда-то и началась ваша воровская жизнь. Ну или вернее, не совсем ваша.

– Вас не коробит это? – спрашиваю.

– Что именно? – уточняет генерал.

– Тот факт, что я – воровка, – отвечаю.

– Начнем с того, что воровка – не вы, а другая девушка, Агнешка. Вы – Варя. И к той барышне имеете весьма опосредованное отношение, – очень здраво рассуждает мужчина.

Я протягиваю ему рубашку с влажными пятнами. Эйнар надевает ее и неторопливо застегивает пуговицы, почти гипнотизируя своими смуглыми, красивыми пальцами на фоне белой ткани. Потом проводит ладонью по влажным пятнам, и они прямо у меня на глазах начинают высыхать. Какое все-таки удобное умение!

– Меня коробит другое, – внезапно говорит генерал.

– Что именно?

– То, что мне сейчас придется сказать кое-что, что вам, скорее всего, сильно не понравится. Это касается вашей сестры. И моих подозрений на счет ее магии.