Текст книги "Фунт изюма для дракона (СИ)"

Автор книги: Лесана Мун

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 11 страниц)

Глава 5

Рядом со мной тут же усаживается Наташа, слегка надув губки. Но с этим разберемся позже.

– Трогай! – распоряжается лорд, постучав по крыше кареты, а потом обращает все свое внимание на нас. – Чудные погоды сейчас стоят, неправда ли?

– Мне нет дела до погоды, – сразу пресекаю любые попытки мужчины начать беседу ни о чем. – А вот до того, что вы нас заставили сесть в вашу карету – есть.

– Разве заставил? – нагло ухмыляется лорд. – Насколько я помню, вы сами согласились сесть. По собственной воле.

– Не надо мне лапшу вешать на уши, я сегодня уже ужинала, – отвечаю, не спуская глаз с этого скользкого типа. – Заставить можно по-разному, не всегда нужно для этого применять физическую силу.

Лордик какое-то время препарирует меня взглядом, а потом говорит:

– Может, снимите уже эти ужасные чепцы? Словно с одуванчиком разговариваю, а не с красивой девушкой.

– Нет, не сниму, – отрезаю. – И давайте ближе к делу. Зачем мы вам?

– Ладно… светская беседа не удалась, – притворно вздыхает самодовольный щеголь, снимая несуществующую пылинку с рукава своего камзола. – Перейдем к деловым переговорам. Хотя… сомневаюсь, что они вам понравятся.

– А вы заканчивайте думать вместо нас, – говорю ему. – Позвольте нам самим решать, что нравится, а что – нет.

– А ты заканчивай грубить, девочка, – резко меняет тон лорд. – Я ведь могу быть гораздо менее вежливым, чем сейчас. И ты быстро пожалеешь, что открывала свой милый ротик не по теме. Но вернемся к деловому, так сказать, разговору. Я прекрасно осведомлен, кто вы. И также знаю, что уже все дознаватели и стражи в этом захудалом городишке подняты на уши по вашей вине. Вам сейчас опасно ходить по улицам, по идее, вы должны это понимать. Но, как ни странно, именно там я вас и нашел. В самом опасном месте из всех возможных. В связи с этим у меня закралась мысль, что быть может, вы обе не настолько умны, как о вас говорят?

И смотрит на меня издевательски, хочется плюнуть ему в морду, но сдерживаюсь. Мило улыбаюсь и отвечаю:

– А вы верите всему, что говорят?

– Нет. Поэтому навел о вас справки. И что сказать? Я впечатлен. Список темных дел, в которых вас подозревают, очень обширен. И это только за последние два года, между прочим. Вас разыскивают по всему королевству. Но что самое интересное – строго запрещено малейшее насилие в вашу сторону. Воровки, шпионки, бандитки – и чтобы волосок с ваших голов не упал при поимке. Это что-то новенькое даже для тайной канцелярии, всегда славившейся странными приказами.

Я молчу и внимательно слушаю лордика. Вся информация, которую он так щедро на нас льет – нужная. Мы же не в курсе, куда и в кого попали. Понятно, что мы – криминальные личность, но хотелось бы подробностей. Хоть каких-то.

– Впрочем, мы опять отвлеклись от основной цели разговора. Я хочу сделать вам выгодное предложение.

– Какое? – спрашиваю, прекрасно понимая, что выгодным оно будет только для этого хлыща.

– Я увезу вас отсюда. Со мной вместе вы спокойно пересечете границы королевства и сможете уехать туда, где рука правосудия вас не коснется. В империи Грохан никому не будет до вас дела, вы сможете жить как захотите.

– Это очень щедрое предложение. Поэтому мне интересно – чего вы хотите взамен?

– Все-таки умны, – лорд кривит губы в ухмылке. – Конечно, я предлагаю услугу за услугу. Вы делаете кое-что для меня, а потом я – увожу вас из королевства.

– Какой вид услуги вас интересует?

– На приеме у одного очень влиятельного человека нужно будет пробраться в его кабинет и похитить одну… незначительную бумагу.

– Так уж и незначительную, – вопросительно приподнимаю бровь.

– Большего вам знать не надо, – отрезает лорд.

– Что будет, если нас поймают на месте преступления? – спрашиваю просто ради интереса.

– Сделайте так, чтобы не поймали, – уходит от ответа щеголь.

– И все же?

– Скорее всего, вас казнят, – нехотя, но отвечает лорд.

– Мило. А если мы сейчас откажемся от вашего щедрого предложения?

От моего вопроса, лицо лорда моментально теряет всю свою лощеную рафинированность и аристократическую утонченность: кожа наливается багрянцем, глаза вспыхивают красным огнем, а губы приоткрываются в каком-то мерзком оскале.

– Тогда я прямо сейчас отвезу вас стражам. Но сначала мы посетим один очень убогий, мерзкий притон и вы с сестрой пообщаетесь там с местными! А стражам я скажу, что нашел вас именно в таком виде! И кто мне что сделает?!

С каждой своей новой мерзкой фразой, лорд все больше распаляется, все громче кричит. В какой-то момент это становится невыносимым, и я, выставив руку вперед, кричу ему в ответ:

– Хватит! Прекрати! Затихни уже!

И внезапно наступает тишина. Мы с Наташей переглядываемся, а потом обе недоуменно смотрим на лорда. А тот, отклонившись на спинку сиденья, полулежит с закрытыми глазами.

– Что с ним случилось? – почему-то шепотом спрашивает сестра. – Ты убила его?!

Я испуганно дергаюсь.

– Ты что, совсем с ума сошла? Я к нему даже не дотрагивалась. Невозможно убить кого-то, даже не касаясь его!

Наташа все так же с ужасом смотрит то на меня, то на полулежащего лорда.

– Мы в другом мире, – говорит она. – Мало ли, что тут возможно.

И тут мы обе слышим, что карета остановилась.

– Все, к нам пришел писец! – очень оптимистично сообщает Наташа.

– Спокойствие, только спокойствие, – говорю скорее себе, чем внучке. – Мне нужно подумать. Секундочку.

Наш экипаж хоть и остановился, но дверцу открывать никто не спешит и вообще, никаких звуков извне не доносится. Уже неплохо. Я встаю со своего места и планирую рассмотреть поближе лежащего лорда, но Наташа хватает меня за руку.

– Ты что? Не вздумай! А вдруг он сейчас оживет и нападет на нас. Вдруг он стал зомби?

Поворачиваю голову в ее сторону и спрашиваю с сомнением:

– А ты точно специалистка по попаданкам? Много подобного было в тех книгах, что ты читала?

– Не было вообще, – говорит Наташа, – но это не значит, что не будет у нас. Принц ведь за нами так и не приехал! И вообще, мы не графини, не обедневшие дворянки. А воровки нищие, а значит – плохие воровки, раз себе на старость безбедную до сих пор не награбили!

– Так мы же недавно этим занимаемся, – встаю на нашу защиту. – Два года всего.

– С чего ты взяла? – удивленно спрашивает внучка.

– С того, что говорил этот хлыщ.

– Он такого не говорил, – Наташа по старой привычке начинает со мной спорить.

– Он сказал, что отчет о наших делах есть только за последние два года. Из этого я делаю вывод, что ранее мы занимались чем-то другим.

– Или просто не попадались! – вносит довольно интересную версию внучка.

– Вряд ли. Были младше, воровали и не попадались? А потом стали старше, опытнее и вдруг начали везде оставлять следы? Это нелогично.

– Жизнь не всегда логична – разве не твое выражение? – хмыкает внучка-вонючка, тыкая носом меня в мои же изречения.

– Мое. Но не всегда это означает, что логики нет совсем, – парирую. – А теперь помолчи, я таки хочу посмотреть, что с этим лордом.

– Ба… – Наташа снова пытается меня остановить.

– Отстань! – отмахиваюсь и сажусь на противоположное сидение, рядом с лордом-задохликом.

Выглядит он неважно – бледный и осунувшийся. Но… наклоняюсь ближе и улавливаю легкий звук дыхания. Чтобы не радоваться раньше времени, приставляю свои пальцы к мужскому рту и жду. Да!

– Да! Он дышит, – говорю громким шепотом.

– Не поняла… тогда что ты с ним сделала? Оглушила? Он без сознания? В коме? Что вообще с ним? – внучка выливает на меня десяток вопросов одновременно.

– Тихо! – шикаю на нее и снова прислушиваюсь, заодно и всматриваюсь в лицо щеголя. – Он… спит?

– Что? – Наташа присаживается возле меня.

– Говорю – спит он!

Даже сама себе не верю, потому еще раз всматриваюсь. Таки да! Спит! Глаза вон за веками бегают туда-сюда, сны смотрит.

– О-оба-алдеть! – Наташа усаживается на прежнее место, хлопает ресницами, глядя то на меня, то на лежащего в спячке не красавца. А потом заявляет. – Как-то несправедливо все в этом мире.

– Что не справедливо? – спрашиваю, ощупывая спящего на предмет карманов и интересного их содержимого.

– У тебя сильное, красивое тело. А теперь еще и магия! А у меня что? Тощая полудохлая шкурка и веснушки на носу? И все?

Я от удивления даже перестаю шастать по чужим карманам.

– Ты что, с ума сошла? – спрашиваю у внучки. – Всерьез меряешься шириной задницы и странными магическими завихами, которыми никто из нас не умеет управлять?

– Да, меряюсь, – отвечает.

– Значит, заканчивай с этим! Не хватало еще, чтобы мы ссорились из-за подобной ерунды в мире, где нас буквально каждый мечтает схватить и посадить надолго.

Отворачиваюсь от Наташи, заканчиваю с карманами снулого лорда, вытащив из них кошелек с приличным количеством монет разного номинала, часы и какую-то бумагу со схематическим описанием дома. Это, видимо, туда мы должны были забраться.

– Все, уходим! – говорю внучке, заметив, что лорд перестал шевелить глазами под закрытыми веками, а его дыхание стало более поверхностным. – Я понятия не имею, сколько длится эта абра-кадабра, и будет очень неудобно, если лордик проснется именно сейчас, когда мы пытаемся сбежать вместе с содержимым его карманов.

– Да, пора уходить, – кивает Наташа, к счастью, не начав спорить.

Я аккуратно открываю дверцу кареты и высовываю голову. Мы стоим. Медленно и плавно выхожу на тротуар, и уже оттуда поднимаю глаза на кучера. И, не сдержавшись, хихикаю.

– Ну что там? – доносится из кареты громкий Наташкин шепот.

– Вылезай, – отвечаю.

Внучка тоже выходит и становится рядом со мной.

– Писец! Ты их всех усыпила! – ахает.

Меня же разбирает смех. Потому что спит не только лорд в карете и кучер на козлах. А даже лошадь мирно похрапывает!

– Уходим! – поторапливаю Наташу, и мы, подобрав юбки, почти бежим в сторону ближайшего переулка. Надеюсь, переночевать нам удастся без приключений. Если, конечно, найдем, где примостить свои рыжие головы.

К сожалению, с ночевкой у нас не задалось, причем, как-то сразу. На нашем пути встречаются два постоялых двора, но в обоих оказывается не самая благопристойная публика.

В первом я еще на входе сталкиваюсь с пьяным мужиком, который тут же норовит схватить меня грубой лапищей за самое мягкое. За что тут же получает по помидоркам и под дружный гогот таких же любителей медовухи, как он, падает мордой в пол.

На второй постоялый двор мы даже не заходим, еще во дворе заметив уже знакомые нам черные одежды воинов.

– И что будем делать? Ночевать на лавке? – спрашивает совершенно обессиленная Наташа, лежа на деревянной скамье. – Холодно как-то… И есть хочется… Очень.

Мне хочется ответить, что я не знаю, что нам делать, но… у меня нет такого права, просто потому что я старше и опытнее. И потому что она моя внучка, а не я ее. А значит, ответственность на мне.

Аккуратно касаюсь холодного лба Наташи, все еще помня, как она недавно буквально замерзала у меня на руках.

– Нет, на лавке мы ночевать не будем, это небезопасно, – говорю, раздумывая, что делать. – А поесть можно селедку, потому что, по запаху слышу, она скоро испортится.

Вся ситуация ухудшается тем, что у нас нет совершенно никаких знаний о мире, куда мы попали. Может, стоило в какую-то библиотеку зайти? Почитать что-то…

– Наташ, а как обычно эти твои попаданки знают, что им нужно делать? – спрашиваю у внучки. – Как они понимают устройство мира, обращение к людям, вообще хоть что-то? Где информацию берут?

– Ну как где? – полусонно отвечает Наташа. – Они получают знания вместе с телом.

– Надо же, как удобно. Жаль, что мы с тобой – влипанки, а не попаданки. И нам в коробки с этими куклами инструкции по эксплуатации не положили.

– Это потому что сборщик был лентяй, – шутит Наташа, закрывая глаза.

– О, нет. Подъем! – Силой вынуждаю ее принять вертикальное положение. – Спать сейчас не время.

– А когда время? Я устала… день какой-то ненормальный. Все время куда-то бежим.

– Ну давай обойдемся без нытья, ага? Оно ситуацию не исправит, а нервы нам обеим попортит. Слышишь?

Я прислушиваюсь…

– Цокот копыт.

– Вот, блин. Что, опять куда-то бежать? – Наташа едва открывает глаза с воспаленными, красноватыми белками. – Я уже не могу.

– Спокойно. Сиди тут, я сейчас гляну, кто там едет. Не забывай, у нас теперь деньги есть, уверена, здесь, как и в других мирах, звон и блеск монеты помогает решить многие проблемы.

Я выхожу с аллейки, где мы с Наташей прятались, на главную дорогу и вижу медленно едущую крытую повозку. На козлах сидит семейная пара старше среднего возраста. Можно попробовать…

– Стойте!

Подбегаю к повозке, подняв руки.

– Стойте! Скажите, куда вы едите?

– Тпру-у-у!

Лошадь останавливается, а мужик мне отвечает:

– Куда ж ты прёшься прямо под животное-то? Чуть не раздавил, дуреху!

– Извините. Скажите, куда вы едите?

– В Режин едем. А тебе чего? – мужик все так же не любезен, а его жена все больше отмалчивается.

– Ой, как нам повезло. Возьмите и нас с сестрой в Режин, пожалуйста. У нас там отец помирает, письмо пришло. Мы спешим очень, до утра ждать экипаж не можем, боимся не застать любимого тятеньку живым, – для пущей убедительности скривившись, тру глаза. – Мы заплатим, сколько скажете, только помогите нам, дайте увидеть родного отца хоть в последний раз.

На меня прямо вдохновение напало, так легко и складно вранье идет. Рот открываю и из него просто льется. Интересно, означает ли это, что мне досталось тело барышни, любящей и умеющей приврать не хуже меня? Или ничего не означает?

Пара на козлах начинает шушукаться, а мотом мужик говорит:

– У нас тут нет матрасов и одеял. Полежать можно внутри, на сене, укрыться пледом. Если очень хотите есть, то сзади есть мешки с яблоками, грушами, сливами. Везем на ярмарку в Режин. Можете поесть. С вас три медные монеты. И деньги вперед!

– Хорошо. Спасибо вам большое. Подождите минутку, я сейчас сестру свою приведу и сразу же расплачусь с вами.

И не дожидаясь, пока мужик начнет ворчать, бегу за Наташей, бужу ее, уже успевшую уснуть. Не особо объясняю, что и как, просто запихиваю в повозку. А потом, уже расплатившись монетами, с облегчением лежу в мерно покачивающейся повозке.

– Наташ… а где сумка с хлебом и селедкой? – внезапно обращаю внимание, что у внучки в руках ничего нет.

– Так на лавке, наверное, осталась. Ты же меня распихала и потащила, я даже не успела ничего понять, – отвечает внучка, с наслаждением вонзая зубы в сочную мякоть груши.

Досадливо выругавшись, ложусь к Наташе поближе и тоже принимаюсь за поздний фруктовый ужин. Вкусно, но не очень сытно. Сейчас бы кусок мяса. Тяжело вздохнув, укрываю внучку пледом и наконец-то, засыпаю, по-моему, даже не успев дожевать сливу.

Глава 6

Утром просыпаюсь от того, что наша телега стоит. Аккуратненько, чтобы не потревожить Наташу, высовываю голову, дабы посмотреть, что происходит.

– Проснулись? Ох и горазды вы спать, сразу видно городских, – вместо здрасьте приветствует меня женщина.

– Умаялись вчера, перенервничали. Да и ехать в вашей повозке было удобно, тепло, как в кровати. И аромат яблок навевал сладкие сны, – отвечаю комплементами.

– Как в кровати, скажете тоже, – смеется женщина. – У нас остановка, чтобы немного ноги размять да поесть горяченького, потому что ехать еще далеко. Дальше будем останавливаться только если в кустики надо будет. И так до вечера.

– А в Режине когда будем? – спрашиваю.

– Вот к вечеру как раз и будем. Давайте к костру, попьете компот. Из тех самых душистых яблок, которые вам так понравились. Это особый сорт. Запах такой, что все другие запахи перебивает. Вот вы сейчас едете в повозке, а потом ваша одежда будет пахнуть яблоками. Причем, не один день. Красота.

Согласно киваю и бужу Наташу.

– Пошли поедим наконец-то нормально, – распихиваю ее, не желающую вставать.

– Поедим? Это хорошо, – внучка выползает из повозки даже раньше меня. – Еда – это просто чудесно.

Мы сначала наведываемся по своим делам, потом моем руки и умываемся холодной речной водой, поздоровавшись с мужчиной, который нас вчера согласился подвезти, а сегодня сидел на берегу с удочкой.

На завтрак нас ждет горячая каша, похожая на мелкую кукурузную, у итальянцев ее называют полентой, а у нас кличут мамалыгой. В тарелке видно кусочки сыра и грибов. Немного пресновато, не хватает соли, но очень вкусно. Мы с Наташей очищаем наши тарелки за считанные минуты, а внучка еще и добавку получает.

Мне же достается большущая чашка с горячим компотом из яблок и слив и кусок чуть засохшего, но все равно очень вкусного пирога, наподобие нашего тертого, с вареньем внутри.

Когда сутки не ешь, а потом резко наедаешься, то разом покидают все силы и хочется только одного – спать. Поэтому, когда мужчина-возница возвращается с уловом, мы, поблагодарив наших хлебосольных попутчиков, зарываемся в сено и чуток задремываем.

Сквозь сон мне чудится цокот копыт и вроде, разговор какой-то. Но когда я высовываюсь из повозки, то никого не вижу, кроме наших попутчиков, уже снимающих котелок с огня.

– Мы скоро поедем? – спрашиваю.

– Через несколько минут, – отвечает жена возницы.

– Я успею сбегать… по надобности?

– Конечно. Мы все равно без вас никуда не уедем.

Быстренько поправляю платье, беру несколько яблок, чтобы помыть их в реке и иду туда, где шумит вода. Еще только выхожу на берег, когда слышу мужские голоса, и резко останавливаюсь. Прячусь за деревом и слегка высунув голову, осматриваюсь.

Возле реки находятся четверо мужчин. Судя по одежде, принадлежащие к тем самым воинам в черном, что разыскивали нас в предыдущем городе. Все четверо перебрасываются словами, раздеваются до рубашек, пьют воду, умываются. Видимо, отдыхают от дороги, как и мы недавно. И скорее всего, это у них надолго. Поэтому мне надо тихонько отсюда…

Застываю, уставившись в спину одного из мужчин. Белая рубашка обтягивает крепкую мускулатуру, черные волосы спадают на воротник. Где я уже видела эту спину? И тут мужчина наклоняется к воде, чтобы умыться и я вспоминаю! Точно! Это же тот генерал, который недавно нам денег дал, пожалев «слепую».

Ох, неспроста у нас опять встреча. Надо отсюда уходить, пока не застукал. И только подумала, генерал резко выпрямляется и застывает с напряженной спиной. А потом поворачивается в профиль, и я вижу, что он… принюхивается??

Ой-ей! Неужели услышал аромат яблок? И не дожидаясь, пока меня поймают, бросаю фрукты, подбираю юбки и даю оттуда деру. Очень надеясь, что никто меня не заметит.

Запыханная прибегаю к повозке и бегом залезаю внутрь.

– Ты чего? – спрашивает удивленная Наташа.

– Я сейчас на реке видела тех воинов, в черном, которые нас искали, – говорю, торопливо распихивая по карманам сливы и груши. – Думаю, нам не стоит так уж доверять тем, кто нас везет. Мне кажется, я слышала, как они с кем-то разговаривали, пока мы спали. Вполне возможно, что с воинами. Едва приедем в город, как нас, еще тёпленьких повяжут и отвезут в тюрьму.

– Ну и фантазия у тебя, бабуль, – Наташа вгрызается в яблоко, разбрызгивая сок по подбородку.

– Пока что мои, как ты называешь фантазии, очень даже нам помогали. Думаю, в этот раз тоже пригодятся. Давай, собирайся. Нам в этом мире лучше всего полагаться только друг на друга. К остальным – с подозрением.

Наташа хоть и вздыхает показательно, но все быстренько, как и я, распихивает по карманам фрукты.

– Удобно устроились? – окликает нас возница.

– Да! – отвечает дуэтом.

– Тогда поехали. Следующая остановка будет уже в городе.

– Отлично! – отвечаю преувеличенно бодро, а сама шепчу Наташе. – Как только мы достаточно далеко отъедем, я выберу место получше, чтобы лес вокруг густой, и мы с тобой тихонечко сбежим. Только нужно будет спрыгивать с повозки так, чтобы нас не услышали.

– Ба, ну ты чего? Мы же убьемся, или покалечимся, – внучка недоверчиво смотрит на каменистую дорогу, быстро бегущую под колесами повозки.

– Все будет нормально, – возражаю. – Если подойти с умом, то все обойдется. От тебя только и требуется, что сидеть тихонько, а потом действовать по моей команде и не спорить, как ты это любишь.

Едем мы довольно долго, пока подворачивается подходящий момент. Но едва повозка замедляет ход на повороте, мы с Наташей, как заправские ниндзя, только с карманами, набитыми фруктами, сползаем на дорогу и быстро исчезаем в гуще деревьев.

– Ладно? И куда пойдем? – задает хороший вопрос внучка.

– Понятия не имею, – отвечаю ей. – Но самое разумное – идти вдоль дороги. Так и не заблудимся, и если что – спрячемся.

Сказано-сделано. Впрочем, я даже не приходится идти слишком долго. Буквально через час, или может, час с небольшим, нам встречается повозка, груженная сеном, которой управляет средних лет женщина.

Поздоровавшись, я спрашиваю, не знает ли она, далеко ли до Режина?

– Так вы его уже прошли давно, – отвечает крестьянка. – Поворот на Режин был много километров назад. Я вот сейчас буду ехать направо, это к хутору Сосновому. Но там работы нет, если вы хотите туда пойти. Там плохая почва, каменистая. Зато мужиков много. Кузнецов, кожевников. Вы– девки молодые, замуж там быстро выйдите.

– Спасибо, мы пока не собираемся, – вмешивается Наташа.

– Ну ты то, может, и не собираешься, – осмотрев внучку с ног до головы, отвечает крестьянка, – а вот подруге твоей уже давно пора. Лица я разглядеть нормально не могу из-за этих ваших чепцов, но по фигуре вижу, что девка она справная, давно созревшая. И я вам обеим скажу со своего опыта – с замужеством тянуть не надо. Помяните мои слова. Это мужики могут ходить в бобылях до сорока лет и дольше, а наш, бабий век, короткий. Не успеете оглянуться – а уже только вдовец с кучей детей и сватается. Так что? Поедите на хутор, али нет?

– А если налево, там что? – спрашиваю.

– Налево дорога в город. Соврас. Большой город. Второй после столицы нашей. Работы там много, но и соблазнов хватает. Так что вы, как честные девки подумайте…

– Мы уже подумали. Пойдем в Соврас, – снова перебивает женщину Наташа. – Спасибо вам за ценную информацию и до свидания.

Крестьянка, недовольно поцокав языком, уезжает. Мы же поворачиваем налево и идем по широкой дороге, которая все время только расширяется.

– Видишь, я все-таки права была на счет наших попутчиков. Они говорили, что везут нас в один город, а сами везли вообще не понятно куда, – говорю Наташе.

– Да, ты была права, – соглашается внучка. – Посмотрим, что нас ждет в городе.

Все будет нормально, – отвечаю. – Главное – чепцы поглубже на голову натянуть.

Так мы и заходим в город. Как два гриба с огромными шляпками. Время уже близится к ночи, надо искать ночлег. Мы как раз проходим мимо городского фонтана, где рядышком сделано несколько типа умывальников, из которых бьет тоненькой струйкой питьевая вода.

– Пить! – Наташа тут же устремляется к фонтанчику.

Наклоняется и довольно долго пьет. Я сама стою рядом, постоянно облизывая губы. Шли мы долго, жажда замучила. Яблоки – это хорошо, но воды они не заменят.

Наташа разгибается, довольно вытирая рот и отходит, чтобы дать возможность и мне попить. В этот момент, к фонтану подлетает целая стая птиц. Я таких не знаю. Большие, размером с нашу ворону, с синим и белым пером, острым, словно хищным клювом.

Они пролетают слишком близко и низко возле нас, сбивают чепчик с головы Наташи. Тот падает в воду. Я поспешно достаю головной убор, но поздно, он промок. На секунду допускаю мысль, что можно было бы не надевать его, но тут вижу, как в нашу сторону показывает пальцем какая-то женщина.

А потом к ней присоединяется еще одна и еще. Та-а-акс, кажется, и в этом городе мы не останемся! Недолго думая, нахлобучиваю на голову Наташе мокрый чепец и, игнорируя ее возмущения, тащу в другую сторону от тыкающих пальцами женщин.