332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Леонид Млечин » Поздний ужин » Текст книги (страница 23)
Поздний ужин
  • Текст добавлен: 17 сентября 2016, 19:53

Текст книги "Поздний ужин"


Автор книги: Леонид Млечин






сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 23 страниц)

ЛОВУШКА
Повесть

Сначала он обратил внимание на ее стройные ножки, которые неторопливо проследовали мимо него. Он заинтересованно поднял голову и осмотрел остальное.

Девушка была просто одета, но очень красивая. Стройная фигура, но не худосочная, с высокой грудью. Ее главный недостаток состоял в том, что она была сильно накрашена – это делало ее вульгарной. Девушке на вид было лет двадцать пять. Она моложе его почти на целую жизнь.

Он заказал в баре два бокала шампанского и подсел за ее столик:

– Могу ли я вас угостить?

Из всех вариантов ответа она выбрала самый простой:

– Конечно, я люблю шампанское.

Он представился:

– Константин Петрович, Костя.

Она кокетливо склонила голову:

– А я Катя.

Они чокнулись. Он многозначительно сказал:

– За вас!

Она держала бокал у губ и насмешливо смотрела на него: ну, что теперь последует? Шампанское в бокале красиво переливалось в приглушенном свете. Пузырьки стремительно рвались наружу. Он тоже торопился.

– Могу ли я пригласить вас поужинать? – спросил Константин Петрович.

Она кивнула:

– С удовольствием.

На аппетит Катя не жаловалась.

За столиком в углу сидел мрачный бугай в кожаном пиджаке, который с неудовольствием наблюдал за веселящейся парочкой. Он ничего не пил, только ел. Спиртное на работе запрещалось, вот он и страдал. Наверное, ему было обидно, что есть на свете такие вот удачливые и богатые люди, которые могут позволить себе наслаждаться жизнью.

За вечер они выпили две бутылки шампанского. Это коренным образом улучшило их представление об окружающем мире. Катя поглощала шампанское, как губка. Это наполняло сердце Константина Петровича надеждой. Допив очередной бокал, она недвусмысленно посмотрела на часы:

– Вообще-то уже поздно.

И она вопросительно посмотрела на него.

– Я с вами, – сказал Константин Петрович.

Он расплатился, и они, хохоча, вывалились из кафе. Он уже непринужденно обнимал ее за талию.

– Мы можем поехать ко мне, – предложила она.

Он поймал машину.

По дороге он – по ее просьбе – купил розового мартини, апельсиновый сок и еще одну бутылку шампанского.

Они поднялись на четвертый этаж. Катя долго шарила в сумочке, прежде чем нашелся ключ.

Она сбросила туфли и повесила сумочку на крючок. Он снял обувь и пиджак и попытался ее обнять. Она выскользнула из его объятий, многообещающе сказав, что вернется через минуту, и босиком побежала в ванную.

Константин Петрович уселся в кресло и от души хлопнул пробкой от шампанского, сам себя поздравляя с победой. Надорвал пакет с соком и налил мартини в большой бокал – на пробу.

Потом он подвинул к себе телефон и позвонил домой. Трубку сняла дочка – студентка-первокурсница. Она сидела за письменным столом и занималась, одним глазом глядя в телевизор.

– Оля, – сказал он, – передай маме, что я поехал в Шереметьево встречать иностранную делегацию. Буду поздно.

– Хорошо, папочка. Возвращайся поскорее. Ты же обещал отвезти меня завтра в институт на машине.

– Помню. Будь умницей, – сказал Константин Петрович и положил трубку.

Подъезд был грязный и темный. Лестничная клетка не внушала доверия. Тем не менее бугай в кожаном пиджаке, который плотно поел в кафе, отказался от лифта и предпочел подняться пешком. Возможно, он не доверял лифтам и боялся застрять в самый неподходящий момент. С каждым этажом он сопел все больше, но упрямо шел наверх.

В ванной Катя сняла обтягивающее платье и переоделась в коротенькую ночную рубашку, которая, как он убедился, ничего не скрывала. Она села рядом с ним и развязала ему узел галстука, затем начала расстегивать ему рубашку – неторопливо, одну пуговицу за другой. Когда подготовительная работа была завершена, он хотел выключить свет, но она прошептала:

– Оставь, я люблю со светом…

Все было так прекрасно. Но в ту минуту, когда он уже был рядом с ней, чья-то рука сжала его плечо и оторвала от девушки. У кровати стоял бугай и ухмылялся. Видимо, у него были вторые ключи от квартиры и он вошел вслед за ними.

Это была ловушка. Константин Петрович читал в газетах истории простаков, которых таким образом обирали как липку. Вот и он попался.

Ситуация была не в его пользу. Он стоял полуголый, слегка пьяный и расслабленный. А у бугая в руке была еще и милицейская резиновая палка. Бугай не сомневался в своем превосходстве.

– Что вы от меня хотите? – спросил Константин Петрович.

– Давай бабки, – прошипел бугай. – Девочка денег стоит.

– Сколько?

– Все, что есть.

Константин Петрович вытащил из пиджака бумажник и стал отсчитывать деньги. Бугай вырвал у него из рук бумажник и вытряс его содержимое на столик. Когда бугай повернулся к нему спиной, он коротко ударил его в ухо. Бугая отбросило к стене. Константин Петрович крепко схватил его за кожаные плечи и дважды со всей силы ударил головой о стену. Потом еще несколько раз добавил ногой. Когда бугай захрипел, он повернулся к девушке, сидевшей на кровати. Катя курила и с интересом смотрела на него.

– Меня тоже изобьешь? – спросила она.

Страха в ее голосе не было.

– Кто он тебе? – спросил Константин Петрович, кивнув на бугая. – Муж, брат, сват?

– Никто. Квартира его.

– Собирайся, – коротко приказал он.

Катя встала с кровати и начала одеваться.

Он взял ее сумочку, вытряс все и нашел паспорт. Она была прописана на Украине, в Черновцах. Паспорт он положил во внутренний карман пиджака.

В прихожей он бросил на коврик несколько газет и щелкнул зажигалкой. Пламя весело вспыхнуло.

Она ничего не сказала.

Они спустились вниз и вышли на улицу.

Он поднял руку и остановил частника. Катя покорно следовала за ним. Он был ее новым хозяином. В машине он назвал адрес и стал внимательно рассматривать девушку. Если ее приодеть, подумал он, она может ему пригодиться.

Слава Шпагин, глава отдела сбыта только что созданной фирмы, после заключения удачной сделки зашел поужинать в кафе. Заканчивать такой прекрасный вечер в скучной домашней обстановке ему не хотелось.

Слава занял столик у окна и приступил к изучению меню. Сначала он увидел ее стройные ножки, которые неспешно проследовали прямо перед ним. Он поднял голову и осмотрел остальное.

Такого соблазнительного платья он еще не видел. Оно обтягивало девушку, как перчатка. Все, что было достойно внимания, все выпуклости и окружности, все выдающиеся места просто навязчиво лезли в глаза. Отвести от нее взгляд было невозможно. Девушке было что показать.

У него, конечно, возникли некоторые колебания. Такие девушки стоят дорого. Она не была похожа на проститутку. Походка, взгляд, манеры – ничего профессионального. Уверенные в своей неотразимости барышни всегда себя так ведут. Но она определенно была дорогой женщиной. В том смысле, что за право быть рядом с ней придется заплатить.

Прежде чем он окончательно решил для себя, готов ли он и способен ли на это, первый шаг был сделан. Он подсел к ней за столик и заказал шампанского. Она ничего не имела против.

Слава предложил поужинать.

Она покачала головой:

– Я не ем на ночь.

Отстранившись, он нарочито медленно осмотрел ее фигуру и одобрительно кивнул. Он заказал еще шампанского и фруктовый салат – для нее.

– Чем вы занимаетесь? – спросил Слава.

– Преподаю французский язык в педагогическом.

Он ей не поверил, но это не имело значения. О себе он тоже не хотел говорить правды. Девушку звали Катя.

Шампанское она пила так же легко, как он кока-колу. Когда вторая бутылка опустела, Катя посмотрела на часы:

– Вообще-то я хотела попасть на второе действие в Театр сатиры.

– Я очень люблю театр, – рассмеялся он.

Он расплатился, и они вышли. Она вытащила ключи из сумочки:

– Я на машине. Не боитесь ехать с пьяной женщиной?

Он поцеловал ее в губы. Они хранили вкус шампанского. От нее приятно пахло дорогой туалетной водой. Она уселась в потрепанные «жигули» и открыла ему дверцу. Слава плюхнулся на сиденье и сразу же склонился к ней. Поцелуй затянулся. Когда он оторвался от нее, ему в голову пришла мысль, показавшаяся в высшей степени разумной:

– А надо ли нам ехать в театр? Такой хороший вечер мы могли бы провести и вдвоем.

Катя включила зажигание, пожала плечами и не нашла в себе силы возразить ему.

– Мы можем поехать ко мне, – предложила она.

Он был на вершине счастья. Красивая женщина с собственной машиной, которая в первый же вечер после бокала шампанского приглашает его к себе домой – да такое только в кино бывает!

Возле дома она попросила его купить мартини, апельсинового сока и еще шампанского. Рядом с винным ларьком продавали цветы. Слава заколебался, но подумал, что цветы уже не нужны.

– Имей в виду, я живу в коммунальной квартире, – предупредила Катя, – но не беспокойся – сосед в командировке.

Они вошли во вполне приличную прихожую с двумя вешалками. Комната соседа была рядом с кухней. Проходя мимо, он на всякий случай нажал на ручку – заперто. Катя провела его в комнату с широкой кроватью, достала бокалы и поручила раскупорить шампанское и мартини. Она многообещающе сказала, что вернется через минуту, и ускользнула в ванную.

Слава сел в кресло и распустил галстук. Это была жизнь, о которой он мечтал.

При этом он был достаточно осторожен и, заметив телефонный аппарат, позвонил своему заместителю. Сказал, что завтра утром задержится, а заодно попросил записать номер Катиного телефона. Это была страховка. Он ни в чем плохом ее не подозревал, но в наше время всякое случается.

Едва он повесил трубку, как появилась она. Слава чуть не выронил бокал. Что-то из одежды на ней еще оставалось, но это не имело никакого значения…

Когда он открыл глаза, она сидела в кресле и, как ни в чем не бывало, смотрела телевизор. Он вновь закрыл глаза и проснулся уже утром. Она напоила его крепким кофе, запах которого распространился по всей квартире, и холодным апельсиновым соком. Она мило извинилась, что не может довезти его до работы, – как только он уйдет, она немедленно опять ляжет спать.

– Ты утомил меня, – томно сказала Катя.

Слава Шпагин ушел от нее, млея от счастья. На работе он держал чистую рубашку и бритву. Он привел себя в порядок и сел за письменный стол. Слава решил, что в конце дня позвонит ей. Может быть, они встретятся в пятницу. Он уже придумал, что скажет жене. Что он должен уехать в Питер с иностранными гостями. Это объяснение всегда действовало безотказно.

Когда в восьмом часу вечера он уже завершал свои дела, курьер принес из экспедиции большой бумажный пакет. На нем аккуратным почерком было написано его имя и полное название фирмы. Слава равнодушно распечатал конверт, из которого на стол высыпались цветные фотографии.

На этих снимках был запечатлен он сам. С ней. В разных ракурсах. Выходит, эта ночь была бессонной не только для него. Еще кто-то пожертвовал сном ради того, чтобы получить удовольствие.

Он засунул фотографии обратно в пакет. Решил спрятать их в сейф, потом сообразил, что второй комплект ключей хранится у начальника отдела безопасности. Положил конверт в портфель – он намеревался сжечь эти снимки. Хотя какое это имеет значение? Они могут их напечатать в любом количестве экземпляров.

Когда зазвонил телефон, он уже понял, что сейчас услышит.

– Вы получили наши фотографии? – спросил его приятный баритон.

– Да, – ответил Слава.

– Снимки стоят пять тысяч долларов. Это не дорого. Посудите сами, какая большая работа проделана. Завтра после обеда я вам позвоню. Или послать сразу два комплекта – вашей жене и начальству?

– Я заплачу, – сказал Слава.

Ровно пять тысяч лежали дома в кожаном бумажнике – отложенные на новую машину. Утром, потихоньку от жены, он забрал деньги и с двух часов сидел у себя в кабинете как на иголках. Неизвестный позвонил около четырех:

– Все готово?

– Да, – тусклым голосом ответил Слава.

– Напротив вашей фирмы в кафе сидит ваша знакомая, – объяснил приятный баритон. – Отдайте, пожалуйста, ей деньги.

Слава Шпагин перешел на другую сторону улицы. Катя сидела за дальним столиком в том же обтягивающем платье и курила. Увидев его, она улыбнулась. В ее улыбке не было ничего иронического, словно она и в самом деле рада была его видеть.

Он подошел к ней, протянул конверт и, нагнувшись к самому уху, внятно произнес:

– Ты дрянь.

Не переставая улыбаться, Катя сказала:

– Я привела тебя к себе потому, что ты мне понравился. И в постели ты был прекрасен.

Слава повернулся и вышел. Он вернулся к себе в офис, но тут же вышел через другую дверь и устроился на скамеечке, откуда ему все было видно. Ему не пришлось долго ждать. Она вышла из кафе в сопровождении высокого широкоплечего мужчины. Они сели в машину и уехали.

Он хотел записать номер автомобиля, но передумал. Он не собирался ничего предпринимать. Ему скандал не нужен.

Собственно говоря, винить ему некого. Он с первого же взгляда понял, что перед ним дорогая женщина. Теперь ему только оставалось решить для себя, стоило ли полученное удовольствие пяти тысяч долларов…

После работы Константин Петрович заехал за дочкой в институт и привез ее домой. Он всегда ее баловал, ни в чем ей не отказывал и гордился своим ребенком.

Они сели ужинать, но Оля что-то поклевала и убежала к себе в комнату переодеваться.

– Куда это ты? – удивился он.

– Меня пригласили в гости, – гордо сказала Оля.

– Кто это?

– Лида, с которой мы занимаемся спортом.

– Я отвезу тебя, – предложил он.

– Папочка, я иду с Витей.

Вечеринка была в самом разгаре. В большой комнате с зашторенными окнами было душно и накурено. На столе выстроилась батарея раскупоренных и частично опорожненных бутылок. В тарелках остатки еды, пепельницы заполнены окурками. Магнитофон играл на полную мощь, но сидевшая на диване девушка что-то упрямо наигрывала на гитаре.

Собравшимся давно перевалило за двадцать, лишь одна Оля была значительно моложе. Она пришла со своим кавалером Витей, трогательным мальчиком ее возраста. К его неудовольствию, Олю уговорили выпить водки, и жизнь показалась ей чудесной.

Ее расцветающая красота подействовала на собравшихся. Самый красивый в компании парень, высокий и спортивный, решительно отодвинул мальчика Витю в сторону и, крепко ухватив девушку за талию, повел ее танцевать.

Ей льстило его внимание, и Оля с удовольствием с ним кокетничала. Она смотрела ему прямо в глаза и, внутренне замирая от страха, позволяла ему то, что не дозволялось ее сверстникам.

Мальчик, уязвленный в самое сердце, сел за стол и, не спуская с танцующих глаз, одну за другой выпил три рюмки водки. У него колотилось сердце и горел лоб. Витя не мог понять, почему Оля так поступает. Он еще не понял, что это обжигающее чувство и называется ревностью.

Оля уже целовалась с самым красивым в компании парнем, чувствуя, как перед ней открывается чудесный мир взрослой жизни. Парень, не выпуская ее из объятий, медленно уводил ее из комнаты. Продолжая целоваться, они вышли в коридор.

В эту секунду Витя выскочил из комнаты.

– Оля! – закричал он. – Не уходи!

Девушка испуганно отстранилась. Мальчик схватил ее за руку:

– Оля, останься со мной!

Парень раздраженно оттолкнул Витю:

– Отвали!

Мальчик смело поднял голову:

– Это моя девушка!

Парень ударил его прямо в лицо. Мальчик отлетел к стене. В глазах у него потемнело. Девушка охнула, но парень закрыл ей рот поцелуем. Он легко вытолкнул Витю на лестничную площадку и захлопнул за ним дверь.

Константин Петрович чуть с ума не сошел. Что могло случиться с дочкой? Оля обязательно должна была вернуться до двенадцати, но не пришла.

Он не ложился спать, ожидая ее возвращения, но ее все не было. Он так и промучился до утра в кресле. Он не поехал на работу, бросался к телефону, когда раздавался звонок, и швырял трубку, убедившись, что это не она. Он проклинал себя за то, что не спросил адреса этой Лиды, к которой ушла Оля.

Она появилась только в одиннадцать утра, когда они с женой уже решили, что не остается ничего иного, кроме как идти в милицию.

Оля была не похожа на себя. Одежда и прическа были в порядке, но она не улыбалась и глаза у нее были пустые. Она прошла мимо родителей на кухню, достала из холодильника бутылку минеральной воды и закрылась у себя в комнате. Отец попытался заговорить с ней, она наотрез отказалась разговаривать. Такого еще не было.

Мать все-таки проникла к ней, чтобы выяснить, не случилось ли с ней дурного, не надо ли обратиться к врачу, пока не поздно? Оля в одежде лежала на диване лицом к стене и на вопросы не отвечала.

Константин Петрович уехал на работу, но, вернувшись раньше обычного, подстерег Витю на улице и пытался узнать от него, что же произошло в ту ночь. Витя молчал.

Оля с того дня сильно изменилась. Она стала замкнутой, почти не разговаривала с родителями. Вечерами, ничего не сказав, одевалась и молча уходила из дома. На вопрос: куда ты идешь? – не отвечала.

Константин Петрович с ужасом представлял себе, какие опасности подстерегают молодую девушку, но не знал, как ее уберечь.

В свое время он не очень прислушивался к своим родителям. Теперь история повторялась. Только в роли встревоженного отца был он сам. Разница состояла в том, что он благополучно миновал все ловушки, которые расставляла жизнь…

Он уже собирался уезжать домой, когда коллега из соседнего отдела зазвал его к себе в кабинет, закрыл дверь и, хитро улыбаясь, включил видеомагнитофон.

Он скептически улыбнулся, понимая, что ему предстоит увидеть. Коллега был известным любителем порнографии и покупал ее по всему миру.

– Откуда привез? – поинтересовался Константин Петрович.

– Наше производство, – гордо ответил коллега. – Отечественное.

На экране появились первые кадры: парочка, снятая со спины, занималась любовью. Качество записи было вполне приличным. Константин Петрович собирался произнести обычную в таких случаях фразу насчет того, что могут же наши, когда хотят. И в этот момент ракурс изменился, камера показала крупным планом лица парочки, и у него перехватило дыхание.

Несколько секунд он молча вглядывался в изображение, потом вырвал кассету из видеомагнитофона и бросился вон из комнаты. Коллега, разинув рот, смотрел ему вслед…

Приехав домой, он закрылся у себя в комнате и поставил видеокассету. Константин Петрович не ошибся. В порнографическом фильме главную роль исполняла его дочь. Фотография смеющейся Ольги в рамочке стояла рядом на телевизоре.

Он не стал ничего спрашивать у дочери. Оля ни в чем не виновата. Он решил, что разберется сам. Кто-то еще в городе занялся сходным бизнесом и пошел дальше него. Он только делал фотографии, а этот снимал целые фильмы. Теперь надо найти тираж и оригинал пленки и все это уничтожить.

Он понял, что Олю сняли в тот самый день, когда она пошла на вечеринку и вернулась только на следующий день. Ее, видимо, напоили. Один негодяй уложил ее в постель, а другой негодяй снимал все на камеру.

Как найти этих людей? Он знал, что в гости Олю пригласила девушка по имени Лида.

Лида была на десять лет старше Оли. Но они вместе занимались в спортивном клубе, и разница в возрасте им не мешала. Оля, как это часто бывает, тянулась к старшей подруге, старалась ей подражать.

Константин Петрович подкараулил Лиду возле клуба, поехал следом за ней. Она жила в обычной новостройке на четвертом этаже.

Ему надо было осмотреть квартиру, но как это сделать? Влезать в квартиру в отсутствие владельца – это не для него. На этом можно погореть. Как же быть? Разве что попробовать познакомиться с самой Лидой?..

На следующий день он был возле спортивного клуба. Когда она пошла заниматься спортом, он подошел к ее машине. Сигнализации не было, он быстро открыл ее, поднял капот и вырвал из гнезда тонкий шланг. Ущерба для машины никакого, но уехать она не сможет.

Он сидел в своей машине и с живым интересом наблюдал, как она тщетно пыталась завести «жигули». Заглянуть под капот ей и в голову не пришло. Возможно, она и не знала, что там находится. Увидев на ее лице признаки отчаяния, он, не торопясь, подошел:

– Помочь?

– Да вот не заводится, – раздраженно сказала Лида. – Разбираетесь в машинах?

Константин Петрович покачал головой:

– Нет, но такую красивую женщину могу подвезти. Куда вам надо?

Секунду она колебалась, глядя ему прямо в глаза, потом приняла его предложение.

– Мне нужно заехать в два места, – объяснила она, – я опаздываю.

– Хорошо.

Они путешествовали по Москве часа два. Она посещала каких-то людей, у одних брала тяжелые пакеты, другим оставляла. Наконец она довольно сказала: все! И посмотрела на него:

– Чем же я могу вознаградить вас за ваше терпение?

– Пообедайте со мной.

Константин Петрович был щедр и обаятелен, что было оценено по достоинству. Он почувствовал, что Лида готова провести с ним вечер и ночь. Ему только обидно было сознавать, что скорее всего она заигрывает с ним из профессионального интереса.

Она предложила поехать к ней.

Когда подошли к квартире, Лида предупредила, что квартира коммунальная, но соседа нет, вторая комната закрыта.

Он был поражен. Хозяин этого бизнеса просто копировал его методы. Это плагиат, нарушение его авторских прав… Лида оставила его одного в комнате и пошла в ванную.

Услышав шум воды, Константин Петрович вышел следом за ней в прихожую. Комната мнимого соседа была рядом с кухней. Она была заперта, но замок был несложным. Он бесшумно распахнул дверь. В комнате, которая должна была быть пустой, сидел какой-то коренастый мужичок в расстегнутой рубашке и в тапочках. Увидев нежданного гостя, он оторопел и промямлил, что он здесь ни при чем.

Но он был очень даже при чем. Перед ним на штативе была закреплена профессиональная видеокамера. Объектив уткнулся куда-то в стену, где, видимо, было замаскированное отверстие.

Отверстие пробили как раз напротив кровати, стоявшей в соседней комнате. В этой замечательной квартире совмещали приятное с полезным: кто-то наслаждался общением с чаровницей Лидой, а мужичок снимал это на видеопленку.

Здесь же, похоже, снятое тиражировали. Комната была забита видеокассетами. Константин Петрович с интересом знакомился с опытом коллег. В эту минуту из ванной комнаты выплыла Лида в неглиже. Она все сразу поняла. Прежде чем она успела открыть рот, он спросил:

– Олю тоже здесь снимали?

Лида запахнула халат:

– Вы из милиции?

– Нет.

– Тогда уходите отсюда, – зло сказала она. – Быстро!

Ее хладнокровию можно было позавидовать. Константин Петрович только ухмыльнулся.

Оля вернулась после занятий поздно вечером. Она долго торчала у подруги. Они вместе выпили. Когда Оля пришла, дома никого не было. Мать улетела в командировку. Отец, как всегда, задержался на работе. Оля не знала, чем занять себя. Включила телевизор. Ничего интересного не показывали. Она решила посмотреть какой-нибудь видеофильм. У отца была приличная коллекция кассет, надо было только порыться. Она села прямо на пол возле шкафчика…

Лида оказалась решительной женщиной. Она схватила нож и бросилась на него. Пришедший в себя мужичок в тапочках тоже осмелел и попытался перейти к наступательным действиям.

Константин Петрович ударил Лиду по лицу. Это был сильный и болезненный удар. Она выронила нож и упала на пол. Мужичку тоже хватило одного удара под дых. Он схватился за живот и от боли не мог вздохнуть. Когда он обрел способность говорить, Константин Петрович взял его за горло:

– Где хранишь кассеты?

Тот с трудом прохрипел:

– Здесь все. Мы только начали. Не раскрутились еще.

Константин Петрович позвонил своему приятелю. Через сорок минут приехали два крепких парня и, ничего не спрашивая, вынесли камеру и все кассеты. Мужичок затравленно наблюдал за происходящим. Лида смотрела зло.

Константин Петрович подошел к ней:

– Вы тут сняли одну девочку, несовершеннолетнюю… Ее зовут Ольга… Кто с ней был?

Лида молчала. Мужичок, который все понял, подал голос:

– Это ее брат. Но девчонка не знала, что мы снимаем. Думала, что парень на нее польстился.

За это он получил еще раз в живот и скрючился в углу. Константин Петрович нагнулся над ним, раздумывая, не добавить ли, но решил, что достаточно. Почему-то его лицо показалось ему знакомым.

Прежде чем уйти, он вырвал из сети шнур телефонного аппарата. Отобрал у Лиды ключи от квартиры, закрыл дверь снаружи, сломал ключ в замочной скважине. «Теперь они не скоро сумеют выбраться», – злорадно подумал он, спускаясь по лестнице.

Оля перебрала несколько кассет. Все это были фильмы, которые она уже видела. Ей хотелось посмотреть что-нибудь смешное – отвлечься. Но отец собирал в основном боевики и гангстерские фильмы. За коробкой она увидела еще одну кассету. Вставила в видеомагнитофон и включила его…

Уже спустившись на первый этаж, Константин Петрович вдруг понял, почему лицо мужичка показалось ему знакомым. Это же был один из первых клиентов, которые попались им с Катей. Кажется, его зовут Слава. Этот Слава безропотно заплатил пять тысяч долларов, когда получил пачку своих фотографий. Значит, парень решил воспользоваться ценным опытом и вознаградить себя за утерянное.

Константин Петрович улыбнулся, и вдруг его словно кольнуло в сердце. На секунду ему стало плохо. Он был совершенно здоров, никогда не жаловался на сердце. Что же это такое? Секундный туман в глазах рассеялся, он глубоко вздохнул и вышел из темного подъезда на улицу. От яркого света он зажмурился.

Оля остановила кассету. Вытащила ее из видеомагнитофона и разломала коробку. Вырвала пленку, положила ее на пепельницу и подожгла. Потом вышла на балкон. Перевесилась через поручень и бросилась вниз.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю