Текст книги "Вечные Пески. Том 8 (СИ)"

Автор книги: Лео Сухов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 15 страниц)

Глава 183

– Вести разносятся быстро! – с заговорщицким видом подмигнул Ситранис, когда мы сидели за завтраком в шатре для совещаний.

Вместе с нами заседали Тадар, Ферт и Истор. Не то чтобы я не мог поесть у себя в шатре… Однако Ситранис ко мне ломился прямо с утра, очень желая что-то обсудить. Пришлось совмещать полезное с очень полезным.

– Ты о чём? – слегка напрягшись, уточнил я.

– Об убийстве двух вождей! – пояснил регой. – Сегодня утром на мою семью уже вышли представители Гильдии Ремесленников Наговора, хотели выкупить часть одной «короны».

– И как? Хорошо готовы заплатить? – с интересом уточнил Тадар, замерев с лепёшкой в руке.

Тут даже Ферт с Истором отвлеклись от завтрака, ожидая ответа. Мир уничтожают демоны, а наёмники, как и всегда, думают о деньгах, пусть те и стремительно дешевеют.

– Да неважно, сколько ремесленники готовы! – помотал головой Ситранис. – «Демоническая корона» – настолько редкий трофей, что… В общем, прежде всего он попадает под внимание старших семей Междуречья. Продадим Гильдии хоть кусочек, и нас сожрут с потрохами!..

– А сколько предложили всё-таки? – переспросил я. – Нам бы, так сказать, для общего развития…

– Десять тысяч золотых за ноготь, – ответил Ситранис. – Только ты, брат, и не думай соглашаться!

– Нет, конечно, не соглашусь, – отозвался я и побыстрее отхлебнул травяного отвара.

Каким бы привлекательным ни выглядело предложение, но оно было первым, а значит, самым невыгодным. Однако порядок цен, в любом случае, впечатлял! Ноготь…

Редкая мера длины и объёма. Не нужна она обычным людям. Разве всё тем же ремесленникам. Нужно ведь как-то отмерять точное расстояние на небольших предметах. И я как сын кузнеца с ногтём был хорошо знаком. Речь шла о кубике со сторонами в ноготь большого пальца мужчины.

– Думаю, даже если мы вдруг согласимся, у Гильдии не хватит денег, чтобы всё целиком выкупить, – заметил Истор, который тоже, видимо, успел соотнести стоимость и размеры. – Это огромные деньги… Просто огромные…

– Да, но соглашаться-то всё равно нельзя, – рассудительно напомнил Ферт. – Продадим одним по этой цене, так и другие сразу потребуют себе такую же.

– Или решат, что мы слабаки, и можно «короны» отжать бесплатно! – хмыкнул Ситранис. – Это ведь семьи! Они живут по принципу «можно всё, за что в ответ не смогут побить». А значит, если уж продавать короны, то исключительно через торги.

– И с кем мы будем торговаться? – алчно блеснув глазами, вопросил Тадар.

– Мы ни с кем торговаться не будем, – отрезал я. – Мы предложим товар, назначим время и место проведение торгов. А торговаться будут семьи, гильдии и другие, у кого денег много. Однако не забывайте: это требует времени… Пока сообщишь всем желающим, пока найдёшь место, пока съедутся участники…

– И вот тут главная наша беда! – снова активно вступил в разговор Ситранис. – Как сохранить «короны» всё это время?

– Разве организатор торгов не берёт на себя хранение товара? – нахмурившись, уточнил я.

Не то чтобы в этой жизни я знал, как проходят торги… Ещё не доводилось мне здесь с таким сталкиваться. Зато я отлично помнил, как торги проводили в моём прошлом мире. Площадка для торгов обычно брала на себя, в том числе, и охрану лота.

– Из торговых домов не возьмётся, думаю, никто… – задумавшись, ответил мне Истор. – Нет… Точно не возьмутся.

– Я, кажется, понимаю, почему. Но всё же хотелось бы объяснений… – покачал я головой. – И для меня, и для Тадара.

– И для меня, – присоединился Ферт.

– Там, где замешаны старшие семьи, нет силы, которая могла бы от них что-то сохранить! – вместо Истора ответил Ситранис, более сведущий в этой теме. – Они возьмут всё, что плохо лежит. Силой возьмут. Большой силой. Или подкупом и запугиванием. Неважно… Важно, что возьмут.

– Если только охрану не возьмёт на себя другая старшая семья. Или правитель какого-нибудь края, – соглашаясь, кивнул Истор.

– Но края разорены. А значит, этот вариант отпадает, – добавил Ситранис.

– А твоя семья? – уточнил я. – Вы же входите в какой-то союз младших семей, так?

– Да, но силы неравны… – поморщился Ситранис, как будто ему наступили на ногу. – Как стали понятны цены на «корону», тётя Ара сказала, что мы даже рядом постоять не вытянем.

– Вот ты к чему ведёшь… – понял я.

– А к чему он ведёт? – обеспокоенно уточнил Тадар.

– Надо выбрать семью, которая возьмётся нам помогать, – пояснил я.

– Так они же это… Сразу себе долю запросят! – всплеснув руками, возмутился пожилой хан.

– С этим, боюсь, мы ничего сделать не можем, – пожал я плечами, отодвигая пустую тарелку. – Мы либо теряем всё…

В этот момент Тадар просипел какое-то ругательство, и голос у него стал такой хриплый, будто хан недавно его сорвал и ещё не мог нормально говорить.

– … Либо теряем лишь часть, – закончил я. – И выбор семей у нас, прямо скажем, невелик…

– Ага, целая одна! – кивнул Ситранис.

– Это вы про того регоя, которому стабильно не везёт, и которого мы уже дважды спасали? – взметнув брови вверх, уточнил Ферт.

– Ну а про кого же ещё? – Ситранис усмехнулся. – Семья Аравантис – одна из старейших и влиятельнейших в Междуречье. Они напрямую связаны с военной областью. Достаточно того, что члены этой семьи вели войска Междуречья на помощь Кечуну. А мы с Ишером – ветераны Долгой Осады, кстати. Это играет нам на руку. К тому же, мы и впрямь дважды спасли Мариатидиса. И пусть он не из самого влиятельного крыла семьи, но сам факт помощи… Ну и да, парень ещё в городе. Договориться можно.

– Им тоже выгодно нам помочь, – согласился я. – Подобные торги поднимут влияние семьи. Заодно с нашими «коронами» можно распродать свои товары, на которые до того не было смысла и особой выгоды устраивать отдельные торги.

– И много, интересно, они потребуют? – сдвинул Тадар седеющие брови.

– Пятую часть могут потребовать! – откликнулся Ситранис. – От стоимости продажи, конечно.

– Да они просто озолотятся на пустом месте!.. – буркнул хан и залпом допил травяной отвар.

– Привыкай, Тадар, так ведутся дела в Междуречье, – успокоил его я. – Здесь сильный и богатый становится сильнее и богаче. А слабый… Слабый здесь теряет всё, и хорошо если не жизнь.

– Ты как-то говорил, воевода, что никогда не стремился в Приречья и Междуречье… – обхватив свою бороду рукой, вспомнил хан. – Поэтому, да?

– Поэтому, – кивнул я. – В удалённых краях всегда была возможность постоять за себя. И даже перед каким-нибудь наместником. А здесь такой возможности нет. Ты либо часть этого огромного организма, либо он тебя пережуёт и сплюнет. Договаривайся, торгуйся, набирай союзников… Иначе ты здесь никто, и звать тебя никак.

– Хорошо сказал! Надо запомнить! – оценил Истор фразу, вспомнившуюся мне из прошлой жизни.

– А в ханствах проще… У нас там прав был тот, кто сильнее… – с ностальгией вздохнул Тадар.

– И ничего не изменилось! – усмехнулся ему в ответ Ферт. – Просто в Краю Людей, вообще везде, сильнее всегда старшие семьи. А в ханствах вас просто не трогали, потому что взять с вас нечего. Междуречью вы особо не вредили. А тот вред, который твой народ причинял, больше бил по удалённым краям.

– Всё так, – подтвердил Ситранис. – Ханства были маленьким замкнутым подобием Края Людей. Но стоило бы вам высунуться и тронуть интересы Приречий и Междуречья… И тогда вам бы быстро объяснили, кто тут главный.

– Им было бы тяжело! – Тадар заулыбался. – Большие войска в землях ханств умели водить только кочевники, а не чужаки!

– И всё же вы пали под нашествием демонов, – не став щадить его гордость, напомнил я. – Приречья и Междуречье, дай боги мне памяти, это три десятка миллионов человек, Тадар. Они могли отправлять на вас небольшие войска, зато без продыху, постоянно. Сначала бы племена откочевали на запад и вглубь ваших земель, чтобы стойбища с женщинами и детьми не попадали под удар. Это вызвало бы склоки между местными и пришлыми. Те же, кто остался бы на западной, северной и южной границе, постепенно вымерли бы, ведь под регулярными ударами теряли бы воинов и не успевали восполнять их численность. А потом войска Приречий и Междуречья двинулись бы дальше. И так, шаг за шагом, год за годом, вас додавили бы до песков.

– На это ушло бы пару столетий, – Тадар недовольно нахмурился. – Рано или поздно надоело бы им…

– Э, ты не прав! Им не может надоесть, брат! – Ситранис захохотал. – Мне может надоесть. Ишеру может надоесть. Истору может надоесть. Но семье – никогда! Если затронуты их интересы, если они могут на чём-то заработать, они будут драться за это поколениями. И неважно, кто сейчас, на данный момент, во главе семьи. Её интересы остаются прежними. И новый глава семьи, сколько бы их ни сменилось, продолжит эти интересы отстаивать.

– Но пятая часть!.. – взвыл хан, снова схватившись за бороду.

И, надо сказать, я разделял его эмоции. Однако ничего не мог с этим поделать. Можно подчинить себе ветер, можно как-то договориться с песком, можно войти в гармонию с водой…

Но нельзя победить систему, даже если она тебя грабит.

– Деньги мы всё равно получим, – прервал этот горестный вопль Ферт. – Деньги огромные. Даже рядовые бойцы получат долю, которой им хватит на долгие годы. Считай, мы не теряем пятую часть. Мы получаем очень много! Безумно много!

Я покосился на Ферта и еле сдержал улыбку. Шептуны – тоже люди. И тоже, бывает, подвержены алчности. Ничего с этим не сделаешь. Любой человек хочет хорошо жить, вкусно есть и заниматься тем, что нравится, не оглядываясь на деньги. Конечно, это необязательно сделает человека счастливым… Но ему точно будет казаться, что он счастливее тех, кого нет ни дома, ни семьи, ни достатка.

– Я бы всё же предложил задействовать и мою семью! – напомнил Ситранис. – Иначе меня не простят за такое пренебрежение.

– В каком качестве? – уточнил я. – Ты же сказал, что и рядом постоять не сможете.

– Не-не! Это я образно! С нас помощь в организации торгов, – замотал головой регой. – Пусть и не на первых ролях, судя по словам тёти Ары… Но моим такое предприятие тоже на пользу пойдёт. Ну и… Ограничит аппетиты семьи Аравантис. Нет?

– Не переплатим? – засомневался я.

– Будем торговаться, как в последний раз! – решительно заявил Ситранис.

– Значит, надо искать Мариатидиса и договариваться с Аравантис об организации торгов, – подытожил я. – Чем быстрее передадим «короны» на хранение старшей семье, тем лучше будет.

– Вот! Поэтому давай, не мешкай, собирайся в город! – обрадовался Ситранис.

– Подожди, надо хоть новый доспех научиться надевать… – отмахнулся я. – Мне его, понимаешь, выдали, а он великоват. Надо будет подтянуть на себе.

– Пошли, поможем! – предложил Истор, взглянув на регоя, а тот в ответ лишь кивнул. – Заодно узнаем, надо его под тебя подгонять, или ты и так красавчик.

Пошли, естественно, не только мы втроём. Тадар тоже увязался. Может, кочевники тяжёлых доспехов и не носят, но пожилому хану было интересно. А вот Ферт помахал нам ручкой и отправился заниматься своими делами.

Мой доспех не был тяжёлым. Скорее, на той границе, которая отделяет средний от тяжёлого. Он всё ещё состоял из отдельных сегментов, которые не мешали движению, но нагрудник – уже был цельнолитым. При этом бронзовые пластины были толстыми и могли выдержать неслабый удар.

Не мой доспех, если честно. Я привык к чему-то более лёгкому. Зато выглядела броня внушительно, а человек в ней точно не мог быть обычным, хоть и богатым воином. Ну а встречают, как известно, по одёжке. Особенно в этих землях.

Ну а ещё было сложно стянуть ремни по бокам, когда успел облачиться в броню. Требовалось хотя бы зеркало, чтобы подогнать всё ровно, а не вкривь и вкось – когда сразу видно, что доспех с чужого плеча. А зеркала из отполированного серебра – штука дорогая. Не над ирригационной же канавой подтяжкой доспеха заниматься…

Вот я и попросил помощи. А Ситранис и Истор сумели сделать так, чтобы броня села как влитая.

И в тот же момент мне стало прохладно, на землю закапала вода, а глаза моих помощников и единственного зрителя стали заметно круглее, чем полагается.

Опуская взгляд и уже догадываясь, что увижу, я-таки не удержался от удивлённого вздоха. Доспех изменился вновь. Да, это был всё тот же доспех, если судить по форме. И, тем не менее, он приобрёл стальной оттенок с серебристым отливом. А на плечах снова появились два непонятных знака, напоминавших буквы древнего алфавита.

– Демоны меня раздери! Это само так? – удивился Истор, аж отступивший на пару шагов.

– Кажется, твой похищенный доспех искать не надо! – присвистнув, оценил Ситранис. – Сдаётся мне, он теперь всегда с тобой, брат…

– Но как⁈ – не поверил своим глазам Тадар.

– Так боги ведь! – отмахнулся Ситранис. – Ишеру эту штуку боги сделали, ну вот и объяснение.

– И ты так спокойно об этом говоришь?.. – тряхнул бородой пожилой хан.

– Да с Ишером уже давно всё не так просто! – пожал плечами регой, махнув на меня рукой. – Чего удивляться, что боги ему вечный доспех подарили… Интересно, а если он сломается, то как его чинить?

– Давай не будем пробовать! – попросил я, улыбаясь от уха до уха.

Ну люблю я хорошие вещи. А этот доспех теперь был чудо как хорош. Легче, удобнее и наверняка крепче. Металл мне был по-прежнему неизвестен. Да и был ли он металлом? Я ещё при возвращении в Ферунд обнаружил, что под солнцем доспех почти не нагревается. В отличие от бронзовых и стальных.

Стоило задуматься над тем, чтобы заказать доспех точно под себя. А то у местной брони слишком много дыр было, куда можно пробить. Я же примерно знал, как бронироваться полностью. Можно даже кольчугу попросить себе сплести. Проволоку тут тянуть умеют из меди… Так почему бы и нет?

Умереть мне было не страшно. Но раньше я отвечал только за себя. А сейчас под моим началом собралась такая разношёрстная компания, что без воеводы разбегутся быстрее, чем паразиты от света свечей. Не уживутся они вместе, если не будет меня. А выжить у всех этих людей есть шансы только сообща. Так что… Нужно постараться и не помереть в ближайшие годы.

– Ладно, пошли в город, что ли? – предложил я Ситранису.

– Ну пошли… – согласился тот, с живым интересом похлопав меня по наплечнику.

В этот раз нам снова пришлось постоять в очереди на воротах. Беженцы продолжали прибывать, а демоны на юге, судя по обрывкам разговоров, не прекращали наступать. Зато теперь они делали это медленно: хотя бы не по два десятка сиханов за ночь. Орды продвигались осторожно, проходя по сихану-два, что позволяло жителям селений, посёлков и городков к югу от Ферунда собрать пожитки и уйти на север.

Первым делом мы с Ситранисом, само собой, заскочили в представительство его семьи. Располагалось оно в уютном особняке в Первом кольце Ферунда, куда нас доставил нанятый возок. Араилата внимательно выслушала наши предложения. Отказываться не стала, но затребовала за помощь двадцатую часть от доходов – со стороны всего союза младших семей.

Ситранис самоустранился от торгов, потому как был предвзят, и я взялся сбивать цену самостоятельно. В итоге сбил до тридцатой части, если Аравантис разрешат союзу младших семей выставить на торги ещё и свои товары. И до двадцать пятой части, если не разрешат. На большее меня не хватило, хотя Ситранис всё равно меня похвалил.

Ещё одни переговоры с Мариатидисом и Спеноном, управляющим семьи Аравантис в Ферунде, длились почти три гонга. Вот это был торг так торг… Причём ни я, ни Ситранис в нём участия не принимали. Как и Мариадитис с противной стороны. Всю тяжесть взяли на себя Араилата и Спенон.

На стол летели такие аргументы, каких не могло быть у бедных одиноких регоев. И, тем более, наёмников. На весы торга была вытянута история взаимоотношений всех семей, участвующих в торгах. Обе стороны припомнили и старые обиды, и нарушенные договора, и удары в спину, и даже необоснованные подозрения.

Спенон едва не рвал на груди нарядный халат, пытаясь доказать, что семья Аравантис – честнейшая во всём Краю Людей. А значит, необходимо и доплатить мал-мала за доверие. Араилата, к счастью или нет, даже не пыталась ничего на груди рвать, хотя там и было, на что посмотреть – однако не менее твёрдо стояла на своём.

Спустя пару гонгов Мариатидис предложил мне и Ситранису оставить спорщиков наедине. Причём сделал это так умело, что превратил в изящную шутку.

– Мне кажется, мы немного стесняем наших представителей… – повернулся он к нам в какой-то момент. – Они явно не могут развернуться в полную силу, чтобы не вспомнить некоторые доводы, которые не предназначены для наших ушей. Предлагаю нам втроём выбраться во двор, где слуги накроют нам обед. Уважаемые Араилата и Спенон, вы же будете обедать здесь?

– О! Не переживайте, Мариатидис! Мы закончим, и тогда пообедаем! – отвлёкшись на него, вежливо ответила Араилата.

– Да, еда сейчас будет лишней, – кивнул Спенон.

Через гонг, когда мы уже успели насытиться и наобщаться, к нам присоединились довольные представители. А ещё через некоторое время, в возке, который вёз нас обратно, я, наконец, узнал условия соглашения. И, надо сказать, услышав их, посмотрел на Араилату с огромным уважением.

Мы всё равно теряли пятую часть дохода от торгов. Но в эту пятую часть были включены и доли Аравантис, и доли союза младших семей, куда входила семья Транаис. Перевозку, хранение и охрану «демонических корон» брали на себя Аравантис. А вот торги собирались проводить через торговый дом одной из младших семей союза. Подробности предстоящего мероприятия не раскрывались, но длиться оно должно было почти двенадцать дней. Причём я как командир отряда, добывшего «короны», мог дополнительно выставить на торгах, что пожелаю.

А мне было что выставлять. С самого Серебряного Ключа мы возили в обозе сундучок с сеакрами, извлечёнными из слуг Дега. Дело-то было несложное, если знать, где искать… Может, и не настолько ценная штука, как короны, но, уверен, многих заинтересует. Все их я, конечно, продавать не стал бы. Однако избавиться от большей части не счёл лишним.

Ещё одним лотом должны были стать кожи. У кочевников очень много кожи и шерсти. Каждое племя гонит их на продажу в больших количествах. Шерсть, конечно же, с танаков. Она жёсткая и колючая. Зато её много. А кожу кочевники делают и из переханов, и из гнуров, и из танаков… В общем, из всего, у чего кожа есть. А в стойбище наверняка уже накопили такие запасы, что от него тоже стоило бы выгодно избавиться.

И ведь ещё была телега с ценностями, которые воины моего отряда находили по пути. Нельзя сказать, что мы занимались мародёрством, но… Почему бы не прихватить по дороге чего-нибудь полезного, что уже кому-то другому бесполезно? Из того же Священного Храма я не только архив Дарана вывез. К рукам, помимо денег, прилипло немного роскошной утвари. Правда, лишь из той, которую точно нельзя было связать с культом Арахаманы.

Ну и зачем всё это добро с собой возить? Его можно обменять на деньги, а деньги – на товары, пока те окончательно не вздорожали.

В общем, договорённость была достигнута. Вскоре в расположение моего отряда должен был прибыть вооружённый караван семьи Аравантис, чтобы забрать предметы для торгов. А нам, в свою очередь, предстояло готовиться к выступлению на юг. Уже к вечеру в лагерь обещали доставить первых «добровольцев» из Ферунда. Так что… Срочных дел хватало.

Глава 184

Солнце палило так, что утром из шатра я вылетел, едва открыв глаза. Лишь бы быстрее глотнуть свежего воздуха. Внутри было душно, затхло и пованивало потом. Моим, само собой. Ведь, кроме меня, никто в шатре не ночевал. Подступала самая жаркая часть лета, а ночи становились всё теплее. Здесь, в Приречье, в конце лета такое пекло, что кажется, будто в пустыне лучше. Там хотя бы ночью можно охладиться.

Первым, кого я встретил из нужных мне людей, был Борк. И ему же поручил на сей раз вопросы снабжения. Всё-таки человек он ответственный и порядочный. Да и не впервые я ему подобные задачи поручал, чего уж там.

– Ты старший над закупками, – сказал я. – Возьми в помощники людей, сколько будет нужно. Будешь мотаться в Ферунд и обратно. Список того, что нужно, будет у Истора.

Борк хмыкнул, покивал и спросил:

– А он уже список-то составил?

– Нет, – ответил я. – Составит, как первые поставки из города придут.

– А что брать-то до этого?

– Набери древки длинные для копий, – посоветовал я. – С демонами сражаться много придётся. Хотелось бы иметь запас копий, чтобы делать это, не слезая с переханов.

Истора я нашёл следующим. Поручил ему принимать поставки, составляя списки, что мы получили, и что ещё надо закупить Борку. Как говорили когда-то: «Правильное делегирование – половина успешного руководства». Ну или как-то так… Давно это было, ещё в прошлой жизни. Но суть я уловил, поэтому старался сам на все бытовые задачи не кидаться. И перепоручать большую их часть тем, кто справится не хуже меня, а то и лучше.

Забегая вперёд, город выделял нам сухие пайки, зерно в мешках, сушёное мясо. Не могу сказать, что это было полезное и здоровое питание, но сытное – тут без вопросов. Жаль, с учётом нашего количества и планов оно было недостаточным. А значит, стоило докупить провизию в городе.

Ещё нам выделили доспехи и оружие из арсеналов Ферунда. Кожаные куртки с нашитыми бронзовыми пластинами, копья с широкими наконечниками, щиты из прессованного тростника, кожаные шлемы с железным ободом и двумя железными полосами крест-накрест. В общем, всё то же самое, что город выдавал ополченцам.

Ну и, наконец, нам пригнали переханов. Животные были разные по возрасту и откормленности. Однако всех их объединяло одно. Ухаживали за скакунами из рук вон плохо. Так что я поручил кочевникам привести животных в чувство. Нам на них скоро в бой ехать, вообще-то.

Всё остальное мы добирали своим серебром. Сушёные овощи и фрукты, сушёную рыбу… Благо, этого на рынках Ферунда пока ещё хватало. Беженцы везли с собой провизию в огромных количествах, но на другую сторону реки всего не утащить. Вот и старались крестьяне сбыть излишки в городе. В связи с чем рыночные цены даже на какое-то время просели.

А вот древки для копий, да и бронза с железом продолжали дорожать. Это требовалось всем, поэтому денег на закупку оружия уходило много. Впрочем, деваться нам было некуда, приходилось брать за те деньги, которые просили.

Борк выезжал в город четыре раза за девять дней. Каждый раз собирал большую колонну телег, запряжённых гнурами, а возвращался к вечеру с полными кузовами. Деньги уходили быстро, но казна пока что позволяла эти излишества. Да и я часть расходов компенсировал за счёт объединённого войска Приречий и Междуречья.

Истор принимал припасы в лагере. Он разбил учётный шатёр у восточного края и сидел там с табличками, проверяя каждый мешок и каждую связку. Если что-то не сходилось – а не сходилось почти всегда, потому что городские кладовщики воровали, не считая это преступлением – он молча записывал недостачу, сдавал мне, а я шёл разбираться.

Ох, как же я это дело не любил-то… Ругаться с кладовщиками – то ещё удовольствие. Но не доплачивать же разницу из своего кармана?

Хуже всего было с новобранцами. Первые несколько сотен из тех, кого я вытащил из тюрьмы – эти были ещё ничего. А вот потом… Они прибывали каждый день: бывшие селяне и горожане, беженцы из дальних краёв. Все те несчастные, кто оказался за бортом жизни из-за нашествия орды. И хорошо, если они раньше в руках держали что-то серьёзнее, чем вилы.

Одори уже на второй день подошёл с жалобами.

– Места для тренировок нет, – сказал он без предисловий. – Лагерь занимает почти всю площадку. Этих новичков даже селить скоро негде будет. Придумай что-нибудь, Ишер.

И мне оставалось только кивнуть. На всякий случай я всё-таки спросил:

– Что ты сам-то предлагаешь?

– Соседняя стоянка, которая южнее нас. Там пусто. А места раза в два больше, чем у нашего лагеря. Выбей её, а? Ты же можешь, я знаю!

Я мог, я тоже это знал. Пусть и не без труда. Поэтому вздохнул, накинул плащ и пошёл к палатке чиновников. Конечно, легко сказать: «Выбей». Городские бюрократы ничего за здорово живёшь выдавать не хотели. А воздействовать на них смазкой из золотых монет я не хотел. Это вообще-то мы их от орды будем прикрывать, а не они нас.

В конце концов, у меня же были документы! Да ещё какие! С такими документами меня даже демоны орды должны были без лишних слов поставить на довольствие. Жаль, демоны тупые, а чиновники хитрые – а не наоборот. Поэтому задача далась мне непросто.

– Нам нужна южная стоянка, – изложил я проблему, выкладывая на столик все документы. – К югу от нашей. У меня много новобранцев. Им негде жить, а мне их негде тренировать.

Чиновник презрительно смерил мои документы взглядом, поворошил пальцем, отодвинул этим же пальцем всю стопку ко мне… А затем поджал губы, как птица клоаку, и с преувеличенной скорбью сообщил:

– Она занята, к моему глубочайшему сожалению!..

– Кем? – спросил я.

– Шестнадцатой, семнадцатой и восемнадцатой тысячей седьмого формирования объединённого войска Приречий и Междуречья, – перечислил чиновник с очень важным видом.

– и где эти тысячи? – мрачно уточнил я, вспомнив абсолютно пустой участок.

Ответом мне было молчание.

– Ещё не сформированы, – наконец, признался чиновник, покопавшись в своих документах и погрустнев.

– Значит, стоянка свободна, – сделал я вывод.

– Нет, занята… – отрицательно покачал головой мой собеседник.

А мне нестерпимо захотелось взять и стукнуть по этой голове. Чтобы стук получился гулким, будто в барабане. А каким он ещё может быть, если в голове пусто? Но я сдержался, конечно.

«Нельзя просто так бить людей… Нельзя…» – напомнил я себе.

«Ага, надо сначала довести, чтобы они первые начали!» – радостно согласился внутренний голос.

К вечеру площадка была наша. Не могу сказать, чтобы это легко далось, но главное – результат. А остальное не так уж и важно. Я даже простил чиновнику то, как он прямо у меня на глазах попытался пристроить туда караван беженцев. И это когда я уже принёс ему очередную писульку от командования, что будущие тысячи разместятся в другом месте.

Правда, лишь потому простил, что беженцы после моего рёва проявили единодушное желание. Поискать другое место для лагеря где-нибудь к востоку от Ферунда.

Тренировкой новобранцев занялись сразу трое сотников. Одори, как лучший тренер моего отряда, был старшим. Он учил ходить строем, держаться в седле, спать в седле, вставать царским строем и работать копьём. Помогали ему Тавр, взявший на себя тех бойцов ближнего боя, которым достался топор и булава, и Денос, мучивший тех, кому не повезло разжиться мечом. Да, да, именно что не повезло. Работе с мечом несколько лет учиться надо. А многие наши новобранцы мечом могли только порезаться.

Отдельно их учили бить длинным копьём из седла. Для этого выделили самых спокойных переханов, но это не помогало, конечно. Некоторые ополченцы вообще в седло сели в первый раз в жизни. Сперва они просто учились удерживать копьё на скаку. Затем били в мешки, набитые сеном и подвешенные над землёй на деревянных рамах. Промахивались часто, вылетали из сёдел, калечились, пусть и не до смерти… В общем, у шептунов работы хватало.

На четвёртый день прибыл караван семьи Аравантис. Колонна припылила в наш лагерь днём, когда все обедали, собравшись у котлов. Впереди – всадники на юглах. Этих тварей я видел редко: крупные ящеры с чешуёй цвета ржавого железа, хищные морды, мощные лапы. На таких мяса, к сожалению, не напасёшься. Всадников было пятьдесят человек в тяжёлой броне. Нагрудники из толстой бронзы, шлемы с защитой для шеи, длинные копья. Не регои, но уверен, тоже с детства обучены убивать. С ними – ещё сотня всадников на переханах. И снова в тяжёлой броне. А позади – десять повозок, запряжённых гнурами, в семи из которых сидели пешие бойцы в броне попроще.

Три оставшихся повозки были пусты. Как я понял, их оставили специально для наших товаров. Окинув процессию взглядом и оценив её надежность, как удовлетворительную, я распорядился вынести ценности для торгов.

Ну а дальше пошла опись. Каждый мешочек, каждую шкуру и каждый сундчуок взвешивали на переносных весах, которые привезли люди Спенона. После чего всё это упаковывали в крепкие сундуки, обитые железными полосами, и грузили на повозки. Работа заняла практически весь оставшийся день.

К закату три повозки были загружены под завязку, и караван тронулся обратно в город. А у меня как-то сразу отлегло от сердца. Даже не подозревал, как меня тяготило наличие в лагере таких ценностей, за которые нас всех проще вырезать…

На шестой день привезли карты. Я развернул их на столе в шатре для совещаний. Одна показывала земли к югу от Ферунда до самого Губуна: дороги, ирригационные каналы, деревни. На карты были нанесены пометки, оставленные со слов разведчиков. Места, где видели демонов, пустые селения, полупустые селения, ну и разъяснения по местности.

А поскольку местные карты – это ужас и мрак, и я в них разбирался не слишком хорошо, то позвал командиров. Пришли все: Истор, Ситранис, Тадар, Одори, Борк, Тавр, Гвел. Некоторые шептуны тоже подтянулись – Ферт, Ашкур. Стояли вокруг стола, водили пальцами по коже, прикидывали, что и как, пытались расшифровать чужие каракули.

– Значит так, – сказал я. – Через три дня выступаем. Идём на юг. Нужна ставка, где будем принимать новобранцев и отдыхать.

Ситранис сразу ткнул в город у торговой дороги. Прямо посередине между Ферундом и Губуном:

– Ршет. Город небольшой, но пятнадцать тысяч человек и скотину уместим. Там сухой ров, стена, возвышенность… Да ты и сам его видел. Мы тогда мимо проезжали.

Я кивнул, сделав вид, что действительно видел и, возможно, запомнил, хотя это было не так.

– Истор, что с припасами? – спросил я.

– На три десидоли хватит. Если растягивать, – ответил мой заместитель.

– Растягивать не будем. Будем рассчитывать на поставки из Ферунда, – решил я. – Ну или наберём там что-нибудь на месте… Демонам-то еда не нужна.

На том и порешили. Обсудили, конечно, как пойдём. Точнее, поедем, потому что переханов уже хватало на всех бойцов, а нам всё присылали и присылали новых. Обсудили, что ещё надо подготовить, но управились со всеми вопросами быстро.

На восьмой день мы с Ситранисом отправились в Ферунд.

Город встретил нас толпой людей. Пять поясов стен – и каждый кишел людьми. Беженцы, солдаты, торговцы, чиновники. Как ни гони всех за пределы стен, всё равно найдётся один из ста, что пролезет без масла в любую щель. Даже в закрытый для беженцев Ферунд.

Иритис ждал нас во дворце командования – массивном здании из серого камня в третьем кольце. Рядом с ним сидел командующий Вирмин. Оба выглядели уставшими, что и неудивительно. По слухам, шла отправка новых формирований войска на север, где шли тяжёлые бои с ордой.