Текст книги "Вечные Пески. Том 8 (СИ)"

Автор книги: Лео Сухов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 15 страниц)

Глава 186

Рассвет застал нас уже в седле. Семь сотен всадников выехали из восточных ворот Ршета и потекли в сторону восходящего солнца. Пыль под копытами переханов поднималась густая, белая. Она висела в неподвижном воздухе, медленно оседая на придорожные кусты. Я ехал во главе колонны, с Ситранисом и Гелаем. Ехал и смотрел, как разворачивается местность впереди.

К востоку от Ршета поля были другими, не такими, как вдоль торговой дороги. Там земля лежала ровная, возделанная на десятки сиханов вокруг. Здесь же равнина пошла волнистая, с пологими холмами и длинными лесополосами, разделявшими крестьянские наделы. Деревья были чахлые, низкорослые, зато стволы стояли плотно. Поэтому увидеть, что там, за лесополосой, не получилось бы.

Первые два дня прошли без происшествий. Это одновременно радовало и настораживало. Разведчики то и дело уходили вперёд на два-три сихана. Они прочёсывали овраги, заглядывали в перелески и окрестные поселения. Однако ни демонов, ни людей нигде не было. Никто не жёг костры, не прятался в кустах, не оставлял свежие следы на пыльных просёлках. Только старые, подплывшие отпечатки ног.

А ведь раньше эта местность была густо заселена. Маленькие поселения на три-четыре дома попадались через каждые полсихана. Их строили из сырцового кирпича, с плоскими крышами и обязательным колодцем в центре двора. А сейчас практически все стояли пустые. Двери распахнуты, ставни либо сняты, либо закрыты. Внутри домиков привычная картина: брошенная утварь, обрывки тряпок на полу, кое-где опрокинутая мебель. Жители ушли сами и забрали самое ценное. Сожгли то, что не хотели отдавать в руки мародёров и грабителей. Ну и бросили всё остальное на волю ветра.

Однако попадались и другие следы… В полдень второго дня мы наткнулись на посёлок, который не был покинут мирно. Он стоял в низине у пересохшего ручья, окружённый низкой стеной из необработанного камня. Ещё на подходе я почувствовал застарелый запах крови. Да и посёлок выглядел как-то очень уж жалко. Мы спешились у ворот.

Картина внутри была знакомой до отвращения: двери выбиты, окна разломаны, рамы топорщились щепками. Стены нескольких домов несли на себе следы когтей – глубокие, в три пальца шириной. Зачастую они пересекали кладку наискось, как если бы демоны пробовали кирпич на прочность.

На земле темнели бурые пятна. Крови было много, она пропитала утоптанную глину двора. Тел, само собой, не наблюдалось. Сами уже встали глухами, а может, и вовсе гухулами. Была ещё надежда, что выжившие просто сожгли трупы… Но, судя по количеству пятен и по тому, как часто они попадались… Нет, выживших здесь быть не могло.

Я прошёл в дальний конец двора. Там стояла телега, гружённая домашним скарбом. Тюки были обвязаны верёвками, но сама телега стояла косо: одно её колесо съехало с оси. Рядом валялся перевёрнутый сундук. На месте, где должен был быть запряжённый гнур – огромное пятно крови. Даже скотину демоны задрали…

Ситранис подошёл, постоял рядом, сплюнул в пыль.

– Дня три, наверно, как всё случилось… – сказал он. – Может, четыре.

– Следов нет вокруг?

– Не…Наши всё проверили. Никто отсюда не ушёл живым. Можно даже не искать. Есть следы отхода демонов в поля, а там кровь, обрывки одежды, обувь… А вот следов людей, уходивших своим ходом, нет.

Я кивнул:

– Двигаемся дальше.

Мы вышли из посёлка, и бойцы оседлали переханов.

К вечеру второго дня отряд разбил лагерь на вершине пологого холма. Место я выбирал сам: открытое, хорошо просматриваемое во все стороны. С трёх направлений подход прикрывали овраги. А на востоке лесополоса отстояла на три сотни скачков. Достаточно, чтобы заметить приближающегося врага. Переханов стреножили в центре лагеря. Костры жечь не стали.

Когда сумерки сгустились до такой степени, что звёзды стали видны даже на юге, где небо ещё хранило оранжевый отблеск, я сел в центре лагеря и начал шептать. В предыдущую ночёвку я защиту вокруг лагеря ставить не стал, лишь отдал приказ усилить дозоры. А вот сегодня решил, что лучше бы перебдеть.

Чёрный песок поднимался от земли тонкими струйками. Он тянулся вверх, закручивался вокруг лагеря и смыкался тусклым полупрозрачным куполом. Внутри не было ни ветра, ни звуков ночи – только шуршание песчинок вокруг и наверху.

Бодрствовать пришлось всю ночь, и это уже на второй день вылазки. А на следующий день я снова был в седле. Спал урывками: пока бойцы сворачивали лагерь, пока колонна вытягивалась по дороге. В седле клевал носом, проваливаясь в короткое забытьё, из которого выдёргивала каждая неровность под копытами перехана.

На третий день пошли посёлки побольше. Уже не три-четыре дома, а пятнадцать-двадцать. Мы явно приближались к берегу Тихой. Нередко встречались оросительные каналы, тянувшиеся с востока на запад. В одном поселении мы нашли следы недавней резни: те же выбитые двери, те же следы когтей, но следы крови посвежее. Дня два, не больше. Значит, демоны где-то рядом.

К вечеру третьего дня мы достигли первого городка. Он назывался Тасмар, если верить надписи на придорожном камне. Стен у него не было, один лишь земляной вал, поросший колючим кустарником. За валом – улицы, расходящиеся от центральной площади, где стоял храм с покосившимся куполом. Мы въехали осторожно, держа оружие наготове.

Городок был пуст, но не разграблен. Жители ушли организованно. В храме были аккуратно сложены связки свитков и ритуальная утварь. То, что не смогли забрать, оставили с уважением. На улицах много следов телег, однако ни одной сломанной. И никаких кровавых луж. Тасмар покинули до того, как сюда добралась орда. Я мысленно поблагодарил местного старосту или градоначальника за предусмотрительность.

На ночлег встали прямо на площади, заняв опустевшие окрестные дома. Вечер до ужина я проспал, а после еды, когда ночь уже почти наступила, занялся защитой. Здесь, в низине, от земли поднимался самый обычный туман, но демоны в нём могли подкрасться незаметно. Впрочем, эта ночь, к моему облегчению, прошла спокойно.

Четвёртый день принёс перемены в пейзаже. Поля стали меньше, многие из них были залиты водой. Впереди, на горизонте, угадывалась серебристая полоса – река Тихая. Мы приближались к ней с каждым гонгом, и местность вокруг становилась всё более обустроенной. Больше второстепенных дорог и мелких поселений. Ухоженные ограды вокруг полей. А вот следов людей заметно не было.

К полудню мы выехали к следующему городку. Мы заметили его издалека, но смогли оценить, только подъехав ближе.

Мы остановились на гребне холма, глядя вниз. Солнце стояло высоко, заливало равнину белёсым светом, и каждый камень городка был виден как на ладони. Стена – если это можно было назвать стеной – представляла собой каменный забор, сложенный из дикого камня на глиняном растворе. Скачков пять в высоту, не больше. Башен, само собой, не было. Зато имелись площадки для стрелков с внутренней стороны.

Единственные ворота были выбиты. Обе створки лежали на земле, сорванные с петель. С такого расстояния я не мог разглядеть детали, но понимал: мы опоздали.

Бойцы начали спускаться с холма, и по мере приближения городок раскрывался во всей своей мёртвой полноте. Первое, что обратило на себя внимание за воротами – тишина. Неживая. Звенящая. Тревожная. Ни шороха ветра, ни попискивания иуха.

Улица уходила вглубь городка, и мы двинулись по ней, внимательно глядя в обе стороны. Откровенно говоря, я не самый опытный следопыт. Встречаются среди наёмников и получше. Однако мелочи подмечать умею. Так что, пока ехал, восстанавливал в голове картину произошедшего.

Вот здесь, у ворот, стояли защитники. Когда мы подняли выбитые створки, то обнаружили под ними обломки деревянного бруса. Хороший, крепкий, толщиной с мужскую руку. Видимо, он служил засовом. Рядом лежало несколько длинных толстых палок, которыми, вероятно, пытались подпереть створки.

Обломки копий валялись в пыли – три, четыре, пять древков, сломанных пополам. Рядом – кожаный щит, пробитый насквозь чем-то, что оставило рваную дыру размером с кулак. Такие дыры обычно оставляют когтями Кровавые Персты. Демоны ударили по воротам и снесли створки одним натиском. Защитники пытались сдержать их в проходе, но… К сожалению, не смогли.

На площадках для стрелков следы боя тоже имелись. И там, как и внизу, тоже не хватило сил, чтобы удержать голодную орду.

Дальше следы сражения растекались по улице. Здесь сопротивление было сломлено быстро. Люди бежали, а демоны догоняли их. На стенах домов, выходивших к воротам, темнели брызги крови. Высокие, на уровне человеческого роста. Когтистые отпечатки наискось пересекали глиняную штукатурку.

Трупов не было. А должно было быть много. Сразу все они глухами подняться не могли. Значит, стали гухулами и ушли с ордой. Вопрос только, куда ушли. Я отправил отряд разведчиков, среди которых был следопыт. Надо было прочитать следы вокруг городка.

Ну а мы, между тем, двигались к его центру. Картина по обе стороны становилась всё более мрачной. Возможно, это из-за ощущения многочисленных взглядов из тёмных окон. Но, скорее, было неприятно смотреть на последствия бойни. Очень уж она в этом городке выдалась массовой.

Демоны, разобравшись с защитниками на стене, начали вламываться в дома. Двери и окна были выбиты практически в каждом здании. Я бы даже сказал, выломаны. Кое-где на пороге темнели лужи запёкшейся крови. Рядом с одним из домов я заметил глиняную куклу, втоптанную в землю. Рядом – женский платок, пропитанный бурым.

Я скрипнул зубами. Вышло громко. Ситранис подъехал, чтоб похлопать меня по плечу.

В дома мы сразу не полезли. Уже понимали, что внутри враг. Однако с гарантией там хватало и другого: печальных свидетельств чужой боли. И ведь горожане собирались уходить. То там, то тут попадались телеги, частично загруженные скарбом. Просто никто уйти не успел. И уже неважно, какие причины заставили задержаться. Итогом стала мучительная смерть от лап демонов.

Жители пытались сопротивляться. На перекрёстке двух улиц я нашёл место, где бой был особенно жарким. Здесь валялись обломки мебели, которую вытащили из домов, чтобы сложить баррикаду. Стулья, столы, бочки, мешки какие-то… В пыли лежал короткий меч с обломанным клинком. Чуть дальше обнаружился практически целый топор. Кто-то дрался здесь до последнего, пытаясь прогнать вечно голодных тварей. Увы, чтобы остановить порождений Дикого Шёпота, их усилий не хватило.

Я постоял здесь, вновь пытаясь восстановить картину. Баррикаду строили в спешке. Скорее всего, не заранее, а когда демоны успели прорваться через ворота. Часть мужчин встала здесь, чтобы дать женщинам и детям отойти к центру городка. Долго они, к сожалению, не продержались. Следы когтей на стенах шли поверху. Значит, демоны вскарабкались по крышам и зашли с тыла. Баррикаду смяли быстро, за пару чаш.

– Они отступали к центру, – сказал я Ситранису. – Видишь? Все следы ведут туда. Последний бой был, видимо, в здании городского управления…

Мы двинулись дальше. Улица выводила на небольшую площадь. Тут хватало чёрного песка, который гонял по утоптанной земле ветер. Здание городского управления было двухэтажным, из обожжённого кирпича. Самым высоким в этом городке. Двери тоже были выбиты. Ступени потемнели от крови и, опять же, чёрного песка. Вокруг были разбросаны обломки стрел и оружия. Значит, и вправду последний бой был тут. И тут же укрывались последние жители.

Я спешился и подошёл ближе. Оценил размеры разнесённой баррикады, выбитые окна со стороны входа, количество крови и следов… А потом зашептал, поднимая песчаных воинов и отправляя их внутрь городского управления. Их задачей было обойти все комнаты и проверить, нет ли там врагов или, мало ли, выживших. Когда «нашёптыши» вернулись, никого не обнаружив, я и сам отправился внутрь.

Поднялся по ступеням и заглянул. Первый этаж был просторным, с высоким потолком и лестницей на второй этаж у дальней стены. Здесь тоже был бой, но недолгий. Демоны ворвались внутрь и добили тех, кто ещё сопротивлялся. Дальше, в глубине здания, следы тоже были. И много. Несчастные жители пытались укрыться за крепкими стенами.

Я прошёлся по коридору, заглянул в кабинеты. Правда, старался всё же не приглядываться. Слишком тошно было смотреть.

Я вернулся на крыльцо. Весь отряд уже втянулся на площадь, ожидая распоряжений. Я обвёл взглядом пустые улицы, тёмные окна, распахнутые двери. Солнце стояло в зените, и это значило, что если в домах прячутся демоны, они сейчас вялые и медлительные. Лучшего времени для зачистки не придумаешь.

– Прочесать все дома, – приказал я. – Проверять каждый угол, каждый подвал. Демоны, которые не успели уйти на рассвете, прячутся от солнца. Добьём их. Сегодня останемся на ночь в городе. Если где-то поблизости бродит отряд орды, дадим бой.

Вопросов не было. Спешившись, бойцы разбились на триосмии и рассыпались по улицам. Я остался у здания управления. Иногда вновь шептал, отправляя песчаных воинов на подмогу своим. А заодно слушал, закрыв глаза, как по мёртвому городку расползается, пусть и временно, жизнь. Где-то хлопнула дверь. Где-то звякнуло оружие. Вот он, первый крик – не испуганный, не полный боли. Яростный, злой, несущий тварям смерть.

И началось.

Демоны прятались, как я и предполагал, везде. В подвалах и на чердаках, в тёмных чуланах и за закрытыми ставнями. Песчаные люди и Кровавые Персты выскакивали из тени, кидались на моих, тянулись когтями. И один за другим умирали под ударами копий, мечей и топоров. В том числе, и чёрных, нашёптанных.

Один качург засел в бывшей кузне у восточной окраины. Когда бойцы попытались войти, он разнёс дверной проём ударом клешни. Умудрился выбить четырёх «нашёптышей» и ранить троих бойцов, прежде чем рассыпался на солнце чёрным песком.

А уже через гонг всё вокруг стихло. Это была совсем другая тишина. Не та, мёртвая, которая окружала нас, когда мы пришли. В этой новой тишине звенела сталь победы. И жизни. Если мы победим… Если всё человечество победит, когда-нибудь, может, и нескоро, сюда вернутся люди.

А пока на площадь возвращались наши бойцы. Согласно докладам, в домах было обнаружено восемь десятков песчаных людей, пять десятков Кровавых Перстов и один качург. Целая прорва для городка такого размера. Если бы мы позволили им досидеть до ночи, в темноте бы нам дали жару.

Убитых у нас не было, но семеро получили ранения. Алана уже занималась их лечением, так что можно было с уверенностью сказать: через пару гонгов бойцы вернутся в строй.

– Обыскать склады, – распорядился я. – Всё, что годится в пищу нам или переханам, тащите на площадь.

Склады нашлись за зданием управления. Три длинных амбара из сырцового кирпича. Демоны в них не заходили, потому что обычная еда им не нужна, а люди там ночью не прятались. Мы обнаружили мешки с зерном, связки сушёного мяса и бочонки с маслом. Всё это добро пролежало здесь нетронутым с ночи штурма.

Наверняка какие-то припасы были и в домах. Однако их повторно обыскивать, теперь уже на этот предмет, времени было жалко. На площади и без того росла гора припасов, которые нам завтра предстояло забрать с собой, распределив по переханам.

Вернувшись в здание управления, я поднялся на второй этаж и вышел на маленький балкон, откуда открывался вид на весь городок. Солнце уже садилось, окрашивая пустые улицы в цвета заката.

Городок лежал передо мной тихий и пустой. Сотня домов. Когда-то здесь жили люди. Они растили детей, пекли хлеб, торговали, спорили, любили. А потом пришла орда. Ворота рухнули, и за одну ночь поселение вымерло. Я представил, как это было: крики в темноте, топот лап по мостовой и льющаяся повсюду кровь. Баррикада на перекрёстке, отчаянная попытка сдержать неудержимое. Последние защитники на ступенях управления, спина к спине…

Я спустился вниз. Ко мне сразу подошли Ситранис и Гелай.

– Ты точно хочешь здесь ночевать? – уточнил Гелай. – Если да, то хотя бы не в домах! Дрожь по коже, когда там, внутри, оглядываешься…

– Согласен, – кивнул я. – Лучше разбить лагерь на площади.

– Рассчитываешь, что демоны вернутся? – усмехнулся Ситранис, и я растянул губы в улыбке:

– Очень на это надеюсь…

– Ну и как поступим? – снова спросил Гелай.

Глава 187

Ночлег устроили прямо на площади, как я и предлагал. В домах ночевать никто не захотел. И я в том числе. Слишком кровавые картины ждали внутри.

Отряд со следопытом, обходивший вокруг городка, доложил, что демоны ушли на юг. Где-то у них там была лёжка, по всей видимости. А значит, на ночную атаку я рассчитывал не зря. Но чтобы демоны всё-таки пришли, купол я ставить не стал. Если среди нападающих не окажется опасных противников, всех их здесь и положим.

А чтобы бойцы не остались слепыми в ночной схватке, я занимался другим: нашёптывал стрелы. Успел научиться к рейду у других шептунов. Пришлось, правда, снова уговаривать их на подобную систему обучения. Не укладывалось у местных в голове, что знания можно и так передавать. Умеешь ты свет нашептать, например. И когда шепчешь, а рядом сидит другой шептун, он может подслушать через Дикий Шёпот нужные звуки.

А тут обучение зачастую сводилось к спискам мест, где можно увидеть то или иное явление. Чтобы научиться той же «волне холодного света», надо было ехать далеко на восток к Медным холмам, смотреть на ночные вспышки и слушать нужную последовательность звуков. О том, что Дикий Шёпот зафиксирует и искусственный призыв, вроде как догадывались, но никто не чесался.

В свете просьбы богов о возрождении навыков шёпота и передачи знаний… Наверно, мне бы стоило как-то сломать эту привычку местных. Ну дикость же. Обладая такими возможностями, никак их не развивать в каждом, у кого есть нужный дар? До тех Медных холмов ехать – три десидоли, не меньше. У меня просто нет столько времени.

В общем, я научился нашёптывать свет на предметы. В свете предстоящего ночного боя нужно было заговорить сотни две стрел. Чтобы бойцы ночью могли что-то видеть под стеной. Пришлось постараться. К счастью, Алана, закончив с ранеными, помогла. Так что к ужину мы вполне управились.

Ситранис и Гелай выставили на стенах часовых, чтобы следили за округой. А остальных бойцов погнали ужинать и спать. Я последовал этому примеру, пристроился у одного из костров и почти сразу уснул. Ночные мытарства с куполом, без возможности чередоваться с Фертом, сильно выматывали.

Меня разбудили ночью. Судя по всему, проспал я гонгов пять, хотя мог и ошибаться. Были, конечно, редкие умельцы и знатоки, которые по рисунку Светлой Дороги могли оценить, какой сейчас гонг, но крайне мало. Оставалось полагаться на собственные ощущения.

Лагерь уже просыпался. Бойцы подхватывали оружие и бежали на стену, туда, где были ворота. Ситранис и Гелай командовали, расставляя людей. Поднявшись на деревянный настил, я активировал амулет ночного зрения и огляделся.

Я не зря ждал атаки. К городку стягивались демоны. Надо сказать, они не спешили, ведь часть ночи уже прошла. Зато дали мне выспаться. Судя по тому, что я видел, основу подступающей армии составляли песчаные демоны, Кровавые Персты и гухулы. И вот на что я сразу обратил внимание: последних было больше, чем обычно. Гораздо больше, чем мы видели в предыдущих стычках.

Они не прятались за спинами песчаных людей, как раньше. Двигались в первых рядах, хищно принюхиваясь, поводя чёрными уродливыми головами. Скорее, остальные демоны прятались за их рядами. И для нас это было плохо…

Я прикинул расклад и отбросил мысль о вылазке. Слишком много гухулов. Если выйдем в поле, наши длинные копья будут застревать в их телах, и мы очень быстро останемся без оружия. А значит, придётся встречать врага на стене. Ситранис и Гелай верно оценили ситуацию.

Я даже понял, почему гухулов в рядах орды стало больше. Это же высшие демоны, пусть и слабые. Их сила в том, что они не боятся солнечного света, просто слабеют под лучами светила. А ещё умеют накапливать жизненную энергию самостоятельно. Вынужденная голодовка после потери вождя заставила орду переключиться на этот вид бойцов.

Враги сосредотачивались напротив единственных ворот в город. И это тоже было понятно. Демонов, конечно, пришло много. Но недостаточно для того, чтобы штурмовать стену целиком. Скорее всего, это был всё тот же отряд, что ворвался в городок в прошлый раз. Только теперь он пополнил ряды местными жителями.

– Всем приготовиться, – сказал я. – Врага встречаем на стене.

Приказы разнеслись по галерее цепочкой, от бойца к бойцу. Потянулось ожидание. Ворота мы вернули на место, а ещё нашли хороший брусок в городе, чтобы использовать в качестве засова. Он был даже покрепче своего предшественника.

И да, мы не стали допускать ошибку прошлых защитников. Заранее подпёрли створки, чтобы их нельзя было выбить. Ещё не хватало демонов по всему городу ночью ловить… В общем, мы к бою были готовы, а враг по-прежнему не решался на штурм.

Наконец, первые ряды демонов качнулись к стенам. Следом потекло и остальное их воинство. В тот момент, когда они достаточно приблизились к стене, я отдал приказ:

– Стрелы!

Тетивы кочевников хлопнули практически одновременно. Стрелы взмыли в воздух и понеслись к земле, рисуя в темноте пологие зелёные дуги. Они втыкались в землю, ярко вспыхивая и начиная сиять ещё сильнее.

А вскоре уже всё пространство перед стеной было усеяно светящимися точками. Примерно на две сотни скачков демоны оказались, как на ладони. Лучники переключились с освещения на врага и теперь били прицельно, выцеливая тварей. Песчаным людям хватало и одной стрелы. Кровавые Персты выдерживали десяток попаданий, прежде чем рассыпаться. А вот гухулы были свежие и живучие. Стрелы с влажным чавканьем входили в псевдоплоть, и твари замедлялись, но не останавливались.

Как и всегда, наплевав на потери, враг достиг стены. Песчаные люди, как у них это водится, принялись строить живые лестницы. Первые ряды ложились на землю, образуя основание. На них забирались следующие, а на них – ещё. Сколько стен они таким способом покорили, страшно представить.

Однако сегодня был не их день. Точнее, не их ночь. Сегодня «живых лестниц» не будет.

Я свесился над стеной, уставился на землю и принялся шептать. Песок под стеной пришёл в движение. Он вздыбился, закрутился вихрями, а из этих вихрей начали формироваться фигуры. Я ещё не успел собрать жизненные силы, но моих запасов хватило на четыре десятка, которые сразу же бросились в бой, рубя песчаных людей в основании лестницы. И там, где проходили их чёрные топоры, демоны тут же рассыпались чёрным песком. А те, что были сверху, проседали, теряя опору, и скатывались вниз. Под чёрные нашёптанные топоры моих помощников. В итоге, лестница разрушалась быстрее, чем демоны успевали её строить.

И это было лишь начало. Конечно же, демоны не собирались давать «нашёптышам» безнаказанно себя убивать. На созданных мной существ тут же стали нападать, но я уже поднимал новых, собрав первые крохи жизненной силы от убитых врагов. И началось… Одни мои песчаные воины отбивали атаки демонов, другие – ломали лестницы.

Кровавые Персты и гухулы не стали ждать. Пока их собратья возились у стены, они двинулись напрямую. Кровавые Персты просто врезались в каменную кладку и начали карабкаться, вгоняя когти в щели между камнями. Гухулы прыгали, цеплялись за выступы и лезли вверх. Через несколько мгновений первые твари уже показались над зубцами.

Лучники попятились. Это не было бегством, они выполняли приказ. Если враг подбирался слишком близко, стрелки должны были отойти вглубь галереи. А на их место вставали бойцы ближнего боя.

В первой линии – воины с мечами, топорами и булавами. Они стояли вплотную к зубцам и рубили всё, что показывалось над краем стены. За ними – два ряда копейщиков. Эти ждали момента и орудовали длинными копьями из-за спин передних бойцов, вонзая наконечники во врагов. Подобие царского строя, который мы выучили в Илосе, до сих пор работало на стене. Кстати, на сей раз очень радовало то, что среди атакующих нет ахалгов. Эти летающие сволочи умели так насесть, что никакой строй не удавалось сохранить.

А без них система работала, как хорошо отлаженный механизм. Что, в свою очередь, позволяло мне стоять у зубцов чуть левее ворот и продолжать шептать. Жизненная сила, которую я собирал, плыла в воздухе невидимыми потоками. Я тянул её к себе шёпотом, вливал в песок – и под стеной поднимались всё новые воины. Они рубили песчаников, отвлекали Кровавых Перстов, задерживали гухулов. Но демонов было слишком много. Они давили массой, и мои воины гибли так же быстро, как я создавал новых.

Количество «нашёптышей» под стеной достигло полутора сотен, и это был мой предел. Больше я пока не мог увеличить своё песчаное войско. Приток энергии не позволял, да и собственные силы таяли потихоньку. Пока это ещё не сказывалось, но рано или поздно в груди возникнет сосущее чувство пустоты.

На крыше дома неподалёку расположилась Алана. Её ледяные шипы рассекали воздух и, влетая в гущу демонов, пронзали врагов насквозь. Те же, кому повезло увернуться и уберечь средоточие, замедлялись из-за корки льда, возникавшей в местах попаданий и вокруг.

Смерчи из песка и воды поднимались там, где враг скапливался особенно плотно. И пусть эти смерчи не убивали, но тоже мешали противнику. Причём Алана работала почти ювелирно: её заклятия обходили людей, не задевая никого из защитников, и били точно в цель. Я мысленно поблагодарил тот день в Крепости Страж, когда девушка-шептунья к нам присоединилась. И вправду, незаменимый человек.

Бой застыл в шатком равновесии. Так продолжалось гонг, а может, и два. Время в ночном бою течёт иначе, и я не мог сказать конкретно, сколько прошло. Демоны лезли на стену. Мы их убивали. Они лезли снова. Мои песчаные воины под стеной сдерживали тех, кто пытался построить новые лестницы. Алана перемалывала задние ряды. Лучники, перегруппировавшись, били по флангам. Царский строй держал галерею.

Однако у людей есть один недостаток. В отличие от демонов, они устают. Сперва копейщик во втором ряду вскрикнул, пропустив удар и схватившись за плечо. Затем мечник в первой линии замешкался на долю удара сердца, и гухул полоснул ему когтями по предплечью. Бойца оттащили назад, и на его место встал другой, но строй уже дал трещину. Появились первые раненые. Потом – первый убитый: копейщик из сотни Тарса, не успевший отшатнуться от Кровавого Перста. Могучий удар когтями смял его шлем вместе с головой. А такое, как известно, никаким шёпотом не вылечить.

Стиснув зубы, я начал создавать песчаных воинов прямо на стене. Это оказалось сложнее: здесь не было песка под ногами. Приходилось тянуть его снизу, поднимая вдоль каменной кладки, и формировать фигуры в ограниченном пространстве. Они вставали рядом с живыми бойцами, чтобы прикрыть их песчаными телами, и принимали на себя удары когтей. Это помогало. Царский строй выровнялся, бреши в нём закрылись. Вот только я теперь тратил силы вдвое быстрее.

Кровь стучала в висках. В глазах плыло. Я опёрся о зубец, не прекращая шептать, и краем сознания отметил, что демонов становится меньше. И, похоже, не потому, что мы убивали их очень быстро, а потому что задние ряды начали отходить.

– Орда отступает? – удивился подошедший Ситранис. – Вот так новость…

Чашу назад орда давила по всему фронту, и вдруг словно кто-то выдернул пробку. Гухулы внизу, под стеной, развернулись и неожиданно пошли прочь. Кровавые Персты начали отступать, прикрываясь от стрел своими ручищами. Дрались только те, кто ещё был на стене, слишком близко к людям. Однако их добивали прямо на глазах. А поредевшее войско орды уходило в ночь, не дожидаясь солнца.

Я выпрямился, выровнял дыхание и посмотрел вниз. Под стеной лежали горы чёрного песка, тел и лужиц псевдоплоти. Перевёл взгляд на «нашёптышей», и они, повинуясь моему приказу, пустились в погоню. Даже те, кто был на стенах, попрыгали вниз.

Их было почти две сотни. Все, кого я сумел поднять за этот бой. Неплохой отряд, который может серьёзно наподдать демонам. Можно было их развеять, но мне очень уж хотелось отплатить врагу за разорённые города и посёлки.

Вскоре и демоны, и мои песчаные воины скрылись во тьме.

– Всем, кроме дозорных, отдыхать, – приказал я, мой голос прозвучал хрипло, но вроде бы внятно. – Алана, раненые на тебе. Убитых раздеть, сложить в кучу для костра. Утром соберём тела под стеной и всех сожжём.

– Слышали, что воевода сказал? – рявкнул Ситранис. – Убитых в кучу, и быстро пошли отдыхать!

Люди зашевелились. Бойцы покидали галерею, спускались вниз, на площадь, и устраивались на ночлег.

Я остался на стене. Смотрел в темноту, туда, где скрылись мои песчаные воины, и считал потери. Пятеро убитых. Семеро раненых, один тяжело – копейщик, которому Кровавый Перст раздробил плечо. Я знал, что Алана их всех вытащит. Шептуны Воды умели лечить быстро и хорошо. Но всё же…

Убитых раздели: сняли оружие и доспехи. Любые ценности, что ещё могли послужить живым. Тела сложили на свободном пятачке рядом с воротами. Рядом выставили парочку часовых, чтобы следили, не поднимутся ли бывшие товарищи глухами посреди ночи. Можно было, конечно, сразу сжечь, но зачем два раза выполнять одну задачу?

А где-то далеко в поле умирали мои песчаные воины. Они не вернутся, пока не добьют последнего врага. Жаль, сделать этого не сумеют – демонов многовато…

И всё же хорошо, когда есть возможность преследовать отступающего врага.

Утром мы задержались в разорённом городке. Таскали тела, оставшиеся от гухулов, в костёр. Как я и предполагал, основой армии были бывшие местные жители. Укрытые псевдоплотью тела не разлагались и выглядели так, будто погибли пару гонгов назад. Честно говоря, смотреть на эти трупы было тяжело.

Ладно, мужчины. Но женщины и дети… Нет, такое сложно перенести. Не место им на войне. Не должны они умирать. Но мир Вечных Песков жесток. А орда и вовсе безжалостна.

– Что дальше? Поворачиваем на запад? – спросил Ситранис, пока мы рассыпали Порошок Солнца.

– Давай лучше дойдём до реки и пройдёмся вдоль берега на юг, – предложил я. – Я не верю, что найдём выживших, но… Мало ли?

– Ну я-то не против! – согласился регой. – Но ты сам хотел вернуться к уходу гарнизона.

– Успеем, – отмахнулся я.

Вскоре над кучей тел поднялось яркое пламя, а к голубому небу взвился чёрный столб дыма. Всего пару чаш спустя мы собрали свои вещи и вышли из городка. Местные жители были отомщены, а семь сотен всадников двинулись к берегу Тихой.

Берега широкой реки приближались. Уже можно было разглядеть заросли у голубой глади. За рощицами деревьев начиналась стена водных растений, цеплявшихся за дно мелководья. Местами широкий берег переходил в заливные поля, где проклёвывался летний урожай. Жаль, его больше некому было собирать.