Текст книги "Проза"

Автор книги: Лариса Баграмова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 12 страниц)

Вот задача

Марина ненадолго заехала к Лёле в офис. Та сидела в своём кабинете, погружённая в серьёзные думы.

– Работы много? – сочувственно поинтересовалась Марина.

– Работы всегда много. Дело не в этом. Понимаешь, у меня новый шеф…

– Это проблема, – понимающе кивнула Марина.

– Мариш, это как раз не проблема! Это задача.

Марина удивлённо похлопала глазами:

– А в чём разница?

– Вот посуди сама. Можно стакан воды ему на голову: направлялась поливать цветы и поскользнулась. Как вариант, дамской сумочкой по голове: бежала вместе с ним к лифту и поскользнулась. В крайнем случае, дверью в лоб: открывала дверь и поскользнулась.

– Лёля! – ужаснулась Марина, – А можно ничем его никуда не бить? И не поскальзываться заодно? Вдруг подвернёшь чего?

– Искусство требует жертв, – загадочно произнесла Лёля.

– Ага, дверью в лоб – это искусство… А если просто не торопясь пройти мимо, взглянуть так загадочно-ласково, улыбнуться будто невзначай, незаметно поправить причёску…

– Марина, ты сегодня ещё в театр собиралась, – напомнила подруге Лёля.

– А можно папки на пол уронить, лучше две, вот так, – Марина бросила на пол документы, – И поднять: одну стоя к нему спиной, другую – лицом.

Марина принялась собирать с пола бумаги, и её короткая юбка поднялась выше всех допустимых уровней.

– Марина, опоздаешь, – заволновалась Лёля, потом отняла у неё папки и решительно выставила подругу за дверь.

– Можно ещё чаю с домашними пирожками предложить! – крикнула та уже с лестницы.

Лёля осторожно выглянула в коридор проверить, не видел ли шеф Марину. Вроде нет. Вот всегда она так: приходит не вовремя, отвлекает от работы!

Что такое хабитуальность?

Лёля третьи сутки подряд занята решением крайне важного вопроса: что такое хабитуальность? Поисковики, с помощью которых она терпеливо ищет ответ, нужной информации не выдают.

Ёлы-палы… Может, Марина знает?

Лёля включает скайп. Удобная штука. Подруга в командировке, в Индии, работает там уже почти неделю, а поговорить можно в любое время.

– Мариш, привет! Что такое хабитуальность?

– Лёль, ты уникальна! Только ты можешь спросить такое в четыре часа утра!

– Мариша, прости. Я лишь хотела сказать, что соскучилась.

– Я тоже. Подожди. Я у генерального поинтересуюсь.

По скайпу слышен набор телефонного номера и безупречный Маринин английский: «Yogi, what means „хабитуальность“?»

Спустя пару минут:

– Лёль, он тоже не знает…

– Гони его в шею! Нафиг такой генеральный, который не знает ответа на простой вопрос? Мариш, а нехабитуальность?

– Лёля!!

– Ой, ну да…

– Лёль, я узнаю – напишу.

И ведь узнает! И напишет!

Это Марина. И она уникальна.

Мужчины тоже люди

В дверь звонили и стучали так, словно случился пожар. Лёля вылезла из ванны и, накинув на себя халатик, прошлёпала босыми ногами в прихожую. На пороге, крепко прижимая к себе одной рукой толстую и явно тяжёлую книгу, стояла Марина.

– Лёля, я знаю, как найти тебе мужчину! – уверенно заявила она.

– Это список претендентов? – кивнула Лёля на увесистый том в её руках.

– Не ёрничай! – поморщилась подруга и решительно направилась в сторону кресла в гостиной.

Лёля расположилась в другом и принялась сушить волосы феном.

– Лёля, мужчины тоже люди! – заявила Марина.

– Неужели? – засомневалась та.

– Лёля, я прочитала, что все мужчины подсознательно боятся женщин. Только у каждого по-разному это выражается. Большинство не готовы признаться в своем страхе и нуждаются в том, чтобы женщина выражала свою слабость и покорность…

– Марина, не читай на ночь де Сада! – посоветовала подруге Лёля.

– Другие, – продолжала та, – настолько сильны, что смирились со своей собственной слабостью и обожают сильных женщин, играющих с ними, как кошка с мышкой…

– И Захер-Мазоха не читай, – добавила Лёля.

– Вообще-то я библейского Самсона имела в виду… А что касается третьих, то они мечутся между первым и вторым вариантом и губят женщин, сходя с ума от любви к ним же…

– Маринка, это ты стянула у меня «Амок» Цвейга? – обвинила подругу Лёля, – Немедленно верни обратно!

– Завтра принесу. Ты вообще, поняла, о чём я говорю?

– Поняла: о придурках. Мне нравится четвёртый вариант: нормальные. Про таких у тебя что-нибудь есть?

– Вот поэтому у тебя и нет мужчин, – грустно заметила Марина.

– Нету, – вздохнула Лёля, – но это лучше, чем кто попало…

Они помолчали.

– А что за книга-то? – поинтересовалась хозяйка у гостьи.

Марина повернула к ней обложку. «Кулинария как способ привлечь к себе мужчину» – прочитала Лёля.

– Марина, я знаю, что с этим делать! – воскликнула она, – Тащи на кухню!

Лёля разожгла огонь в духовке и, положив «Кулинарию» на противень, задвинула его внутрь.

– Лёля, я отдала за неё ползарплаты, – мрачно заметила Марина.

– Отлично! Значит, у тебя остались средства, чтобы купить яблок. А у меня есть кочан капусты.

И они дружно застучали ножами.

Приворот

– Лёля, это грех! – в десятый раз повторила подруге Марина, стоя рядом с ней у плиты на кухне, – Привораживать женатого мужчину – страшный грех. Это ещё хуже, чем неженатого.

– Значит, мне будет уготовано в аду особое место. Ещё хуже, чем адское, – согласно кивнула ей та.

– А мне? – в качестве соучастницы поинтересовалась Марина.

– Ты не считаешься, – успокоила подругу Лёля, – Если и для тебя не окажется места в раю, тогда его вообще могли бы не придумывать.

Марина вздохнула и присела на край табуретки.

На кухонном столе были аккуратно разложены тоненькие церковные свечки, две клеёнчатые, герметично запечатанные полукилограммовые пачки поваренной соли и потрёпанный молитвослов, специально взятый для этих целей у соседки. Лёля надрезала кухонными ножницами края фабричной упаковки и стала осторожно пересыпать соль на сковородку.

– Думай о нём! – напомнила ей Марина, – Ты должна думать только о нём! Вот о ком ты сейчас думаешь?

Лёля нахмурилась:

– О производителях. И чего им было по килограмму не расфасовать?

– Лёля, – повысила голос Марина, – Во время всего процесса ты должна думать только о нём! Иначе ненароком приворожишь производителей!

Лёля представила у своего порога толпы влюблённых в неё работников соледобывающей промышленности и довольно улыбнулась.

– Лёля, а если его жена ещё до тебя тоже его привораживала? Он что, теперь к двум женщинам одновременно будет приворожён?

– Угу, а если ещё и ты его приворожишь, его вообще порвёт на британский флаг, – заметила Лёля.

Открыв молитвослов одной рукой на нужной странице, а другой продолжая непрерывно помешивать соль на сковородке, она затянула «Отче наш».

– Ну, как по покойнику, – прокомментировала Марина, – О ком думаешь? О производителях?

– О соседе, – призналась Лёля, – Он меня из подъезда от окна гоняет, совсем достал в последнее время, может, мне его тоже немножко приворожить, чтобы попокладистее стал?

– Давай всех ворожи, – разрешила та, – Они тут у тебя в очередь будут выстраиваться.

– Не переживай, – успокоила её Лёля, – У меня отворотное зелье есть, я вчера заранее приготовила. Вон, на подоконнике стоит. Если кого-то случайно заденем, сможем сразу же вернуть обратно. Главное, не упустить время, а то потом процесс пойдёт уже самопроизвольно.

– А как ты узнаешь, задела или не задела? – поинтересовалась подруга.

– Если задела, заметно будет. Мужчина о любви молчать не станет. Позвонит, например, сразу. Или письмо напишет.

И тут раздался звонок в дверь. Многозначительно переглянувшись, женщины направились открывать. На пороге стоял тот самый сосед, который запрещал смотреть на луну.

– Началось! – схватилась за голову Марина, – Сейчас и производители подтянутся.

Лёля сорвалась с места и бросилась обратно на кухню. Забрав с подоконника пузырёк с отворотным зельем, она бегом вернулась в прихожую и, сорвав с него пробку, решительно сунула его прямо в лицо гостю:

– Пейте! – её интонация не терпела возражений.

– Это безобразие! – возмутился сосед, – Мало того, что вы сидите с ногами на общественных подоконниках и застудили весь подъезд, так вы ещё и на людей бросаетесь со всякими сомнительными предложениями!

Марина внимательно посмотрела на мужчину.

– Лёля, по-моему, он тебя не любит, – осторожно заметила она.

Придвинувшись поближе, подруги принялись пристально вглядываться в лицо новоприбывшего, и тот на всякий случай попятился назад.

– По-моему, тоже, – наконец, согласилась Лёля.

Сосед покрутил пальцем у виска и, подозрительно косясь через плечо, с видом оскорблённой добродетели скрылся за дверью своей квартиры.

Женщины вернулись на кухню. Раскалившаяся почти до прозрачности соль обстреливала помещение ритмичными залпами.

– Пригнись! – скомандовала Лёля и, прикрывая собою подругу, на четвереньках добралась до плиты, чтобы выключить газ.

Минут пять они ещё посидели на полу, опасаясь продолжения обстрела.

– Лёля, она в нас попала, – кивнув на остывающую сковородку, заметила Марина, – Теперь мы, может, сами с тобой приворожённые.

Виновница событий протянула подруге бутылку:

– Пей давай, а то и правда влюбишься в кого не надо.

Напиток отдавал чесноком и уксусом. Девушки распили пузырёк на двоих и выкинули пустую тару в мусорный пакет.

– Ну, вот и славно, – подвела итог хозяйка квартиры, – А ты всё боялась нагрешить. Баловство все это.

И тут снова раздался звонок в дверь…

Ужас

Лёля стояла в ванной комнате перед зеркалом, и глаза у неё были, как у Андерсеновской собаки: с чайные блюдца. В волосах Лёли висели надёрганные из старой простыни папильотки.

В ванне появилась Марина.

– Лёля, ты с ума сошла? Я звоню, звоню, а ты не открываешь. Я чуть дверь не выломала.

– А как зашла? – поинтересовалась Лёля.

– Она открыта была.

Марина внимательно посмотрела на подругу.

– Судя по твоему ошалевшему виду, ты всё-таки встретила мужчину своей мечты…

Лёля вздрогнула и обернулась на Марину, глаза её стали ещё в два раза больше.

– Не дай бог! – воскликнула она.

– То есть как это? – опешила Марина, – Ты же белугой завывала: хочу любви. А тут на тебе…

– Хочу, – упрямо заявила Лёля, – но не сейчас. Марина, ты меня в зеркале видела? Ну, то есть ты вообще меня видела?

Марина захлопала ресницами и на всякий случай заглянула в зеркало. «Что-то у меня тоже большие глаза», – отметила она про себя.

Отражение Лёли, так же, как и её собственное, в зеркале присутствовало. Ничего нового и особенного, кроме накрученных на волосы белых тряпочек, Марина в подруге не находила.

– А что? – задала она уточняющий вопрос.

– Марина, – несчастным голосом заявила Лёля, – если он меня сейчас увидит, он меня больше никогда видеть не захочет.

– Сними папильотки, – посоветовала Марина.

– Дело не в них! Ты вот это видела? – и Лёля протянула к подруге руки.

– Ой, ноготь сломала… Да через два часа у маникюрши будешь, как новенькая, – успокоила её Марина.

– А это? – встав боком к зеркалу, Лёля похлопала себя по животику.

– А что такого-то? – изумилась Марина, – Если не нравится, носи корсет…

– Ну, не всегда же я буду в корсете! Рано или поздно его же придётся снять…

– Так, – Марина присела на бак с бельём, – Лёля, когда мужчина любит женщину, ему абсолютно всё равно, что находится у неё под корсетом!

Лёля покрутила у виска:

– Мариш, ты сама-то поняла, что сейчас сказала?

– То есть наоборот, ему это очень интересно…

– Вот именно!

– Лёля, я не о том! Он ничего этого не заметит! Влюблённый мужчина слеп, как сова при полуденном солнце.

Лёля стала задумчиво вытаскивать из волос папильотки. Тугие локоны пружинили и закручивались в спирали.

– Лёля, ужас, – покачала головой Марина.

– Вот и я говорю: ужас, – согласилась Лёля.

Свидание

Истинной причиной пессимистических настроений порой бывает отчаянная любовь к жизни

Эмиль Сиоран «Горькие силлогизмы»

Марина нашла Лёлю в ванной – всю в слезах.

Дверь в квартиру была нараспашку, по полу разбросаны одежда и предметы дамского туалета. На журнальном столике – горы косметики и открытая шкатулка с украшениями.

– Лёля! Что случилось? – бросилась к подруге Марина.

– Я собираюсь на свидание, – сквозь слёзы сообщила Лёля.

– Где здесь повод для того, чтобы так убиваться?

– А если он не придёт?

– Лёля, ты пригласила его на встречу под дулом пистолета? Ты шантажировала его? Подкупала? Вводила в заблуждение относительно кристальной честности твоих намерений? – поинтересовалась подруга.

– Нет, это он меня пригласил, – всхлипывая, созналась Лёля.

– Почему же тогда он не придёт?

– А вдруг он меня обманет?

– Тебя что: обманывали? Ты вроде не рассказывала про такое никогда…

– Нет. Я не давала шанса…

Марина силой вытащила её из ванны и усадила за кухонный стол.

– Лёля! Что случилось? Чем он отличается от других?

Та залилась новым потоком слёз. Марина стала трясти её за плечи:

– Лёля! Говори, а то я сама пойду к нему на свидание!

Лёля несколько раз глубоко вздохнула, потом села прямо и механическим голосом сообщила:

– Я его боюсь…

– О-па…

Марина подошла к окну и выглянула наружу, тщательно оглядев двор, возможно, в поисках машины скорой помощи… Затем обернулась к подруге:

– Он что, похож на Квазимодо? Он мафиози? Это он тебя шантажировал, угрожал, вводил в заблуждение?

Лёля отрицательно покачала головой:

– Нет, он хороший.

– Лёля, почему ты боишься хорошего мужчину, который пригласил тебя на свидание?

Лёля низко-низко опустила голову и прошептала чуть слышно:

– Он мне нравится…

Марина открыла шкаф и налила себе валерьянки.

– Лёля, – осторожно спросила она, – Ты что, хочешь сказать, что ни разу не была на свидании с мужчиной, который тебе нравится? А как же?.. – Запнулась Марина, но всё-таки промолчала.

Лёля, не поднимая головы, потрясла ею из стороны в сторону.

– Понятно, – кивнула Марина.

Потом засучила рукава и достала из-за кухонной двери веник.

– А ну пошла быстро! А то опоздаешь! – заорала она дурным голосом и шарахнула Лёлю куда пришлось, – Двигай живо! Чтобы я тебя сегодня больше не видела! И завтра! Чтобы я тебя три дня не видела! И вообще можешь дома не появляться!

Соседка, выскочившая из своей квартиры на громкие крики, наблюдала, схватившись за сердце, как Марина веником гнала зарёванную, но страшно счастливую Лёлю по лестнице на улицу.

– Господи, у этих двух истеричек каждый день что-то новенькое, – позавидовала она им и пошла досматривать сериал.

Психологические зарисовки

Влечения любви

Встану же я, пойду по городу, по улицам и площадям, и буду искать того, которого любит душа моя

Песнь песней Соломона, 3:2

Кто-то из мудрецов писал: влечение ума порождает уважение, влечение сердца – дружбу, влечение тела – желание; и лишь единение этих трёх влечений порождает любовь.

Тело подрагивает от пульсаций в разгоряченной крови, завлекая разящим дурманом, словно бы это – любовь… Сердце тянется к единению и пониманию, и так непреодолимо-наивно хочется верить в то, что это, возможно, – любовь… Разум восхищается непознаваемым совершенством и покидает себя в безумной надежде, что может быть, это и есть любовь…

О, если б всё соединить,

Смешать едино ум и чувства!

Чтобы явилась на свет она. Оттуда – из самой глубины, из недоступных ни глазу, ни разуму тайников обнажённо трепещущей души – из самых-самых её сокрыто-загадочных закоулков – из обволакивающе-горячей и нежной, сокровенно-пульсирующей её сердцевины…

И поглотила бы собою всё, унося в мир грёз и желаний – в бесконечную, единственно возможную реальность истинной и бессмертной любви – чтобы навечно оставить там, откуда уже совсем не бывает возврата…

О безумной нелюбви

Есть люди, у которых отсутствует любовь к себе самому. И эти люди – герои. Потому что иметь силы жить, не любя самого себя, – это подвиг. Это постоянная, непреходящая боль от осознания собственного недостоинства.

Они – обнажённые среди одетых. Закованные в броню по причине своей сверхчувствительности. Нападающие на других, чтобы осознать себя хоть немного равными. Непрерывно ищущие у Бога ответ на вопрос: за что?

Если же человек обладает ещё и высоким интеллектом, ему никогда не найти отгадку, и – это пытка, вечная пытка. Это ад на земле.

Единственное, чего они страстно хотят: чтобы их любили, но в то же время они не верят в то, что это возможно. И они занимаются «проверками», подвергают «испытаниям» всех, кто проявит к ним хоть какие-то положительные эмоции. И испытания эти таковы, что нормальному человеку пройти их не представляется возможным.

Их нельзя за это винить.

Их можно только любить. Бесконечно. Безумно!

Любить и верить, что однажды они всё же сделают шаг навстречу. Шаг к доверию, к пониманию, к принятию. Потому что у них нет другого выбора.

Конечно же, он любил её

Конечно же, он любил её. Безусловно. Безумно.

Он бесконечно много молчал о ней, потому что о любви – лишь молчанием. Он молчал каждый день, каждую ночь. И глядя на себя по утрам в зеркало, молчал снова и снова только о ней.

Конечно же, из тысяч встреченных им женщин ни одна не смогла хотя бы слегка быть похожей на ту, которую он боготворил. Он убеждался в этом каждый раз. И обязательно убеждал в этом женщин.

Он возвращался в своём молчании к ней снова и снова, и каждый раз образ его любимой менялся, трансформируясь в нечто ещё более прекрасное и совершенное. И он удивлялся её загадочности и непознаваемости.

Конечно же, эта любовь являлась единственной и исключительной. А какой она ещё могла быть – у него?

Так и жизнь прошла. А любовь осталась. Куда она денется? Она же вечная.

Молитва о любви

Она никогда не любила взаимно. Так вышло. А может, так всегда и бывает.

Любили её – сильно, преданно, пугающе неотступно. Любила она сама – болезненно, безнадёжно, изнуряюще. Вместе не получалось.

Чужая любовь удивляла, пугала, вызывала чувство неловкости. Хотелось извиниться за причиняемые неудобства и куда-нибудь спрятаться. Иногда, хотя и редко, бывало смешно, и тогда становилось немного стыдно.

Её любовь причиняла ей страдания. Боль захлёстывала целиком и лишала привычного хода жизни. Дела не делались, отступали на второй и третий планы, время растягивалось в бесконечность и безвозвратно глотало дни. Она всегда просила, чтобы боль прошла и отпустила её. Ждала освобождения.

Всегда, но не сейчас. Что-то новое, другое было в том, что происходило с ней. Да, боль была, она посещала её, но словно сама по себе… Она не выматывала, не лишала воли и сил. Она созидала. Создавала смысл. В этой боли хотелось остаться. Быть. Купаться. Наслаждаться каждым моментом.

И на место привычного опасения, что это не пройдёт никогда, пришёл страх того, что оно может закончиться. Говорят, любовь не ведает страха. А страх её потери считается?

«Господи, не позволь этому уйти», – просила она теперь, – «Пусть сохранится, пусть останется со мной. Любой болью, любыми переживаниями. Я хочу находиться в этом. Я не хочу это терять».

О женском теле. Афоризмы

Старость – вот преисподняя для женщины

Ларошфуко

Старость женщины – это преисподняя для мужчины, который живёт в нелюбви к ней. Тело любимой не стареет, оно лишь меняет свои очертания.

Если женщина плохо выглядит при муже, это означает то, что её муж никуда не годится. Менять жену при этом бессмысленно – он и другую доведёт до такого же состояния.

Когда мужчина замечает в женщине только тело, он лишает себя возможности обогатить себя познанием её души. Когда мужчина не замечает её тела, он лишает себя вообще всех возможностей.

Красотой женского тела Бог наградил мужчину, а женщину наказал тем, что эта красота не вечна.

Чтобы разгадать секреты женского тела, мужчине необходим разум. Чтобы разгадать секреты её разума, необходимо задействовать тело.

Мы разные

Женщинам интересны мужчины, мужчинам нравятся женщины.

Как при столь разных жизненных увлечениях можно понять друг друга?

Мужчина как инструмент для управления миром женщины и мужчина как инструмент для управления миром женщиной – это один и тот же мужчина. Разные только женщины.

Мужчины необычайно честны. И если они говорят, что лгут, этому следует верить, поскольку так оно и есть на самом деле. Женщины же лгут постоянно, даже когда говорят правду. Более того, именно в этом случае они лгут особенно сильно.

Чтобы у мужчины возникли претензии к женщине, ей необходимо сделать что-то не то; чтобы у женщины возникли претензии к мужчине, ему достаточно ничего не делать.

Я хочу, чтобы ты

На основе миниатюры Хорхе Букая

«Я хочу» из сборника «Истории для размышлений»

Высказывания от лица мужчины принадлежат Хорхе Букаю, от лица женщины – автору

– Я хочу, чтобы ты меня слушала, не осуждая

– Я хочу, чтобы ты слышал меня, не пренебрегая моим мнением

– Я хочу, чтобы ты высказывалась, не давая мне совета

– Я хочу, чтобы ты, давая мне советы, оставлял за мной право выбора

– Я хочу, чтобы ты мне доверяла, ничего не требуя

– Я хочу, чтобы ты верил мне, ничего не проверяя

– Я хочу, чтобы ты мне помогала, не пытаясь решать за меня

– Я хочу, чтобы ты принимал решения за меня, когда я не могу сделать этого самостоятельно

– Я хочу, чтобы ты обо мне заботилась, не унижая

– Я хочу, чтобы ты заботился обо мне не по принуждению

– Я хочу, чтобы ты на меня смотрела, не пытаясь чего-то от меня добиться

– Я хочу, чтобы ты смотрел на меня так, чтобы мне хотелось что-то делать

– Я хочу, чтобы ты меня обнимала, но не душила

– Я хочу, чтобы ты обнимал меня так, чтобы мне не хотелось покидать твои объятия

– Я хочу, чтобы ты меня воодушевляла без принуждения

– Я хочу, чтобы ты умел подчинять меня своим воодушевлением

– Я хочу, чтобы ты меня поддерживала, не отвечая вместо меня

– Я хочу, чтобы ты говорил от имени нас обоих

– Я хочу, чтобы ты меня защищала, но не лгала

– Я хочу, чтобы ты оберегал меня, не считая мои фантазии ложью

– Я хочу, чтобы ты была ближе, но оставляла мне личное пространство

– Я хочу, чтобы ты стремился понять мою душу

– Я хочу, чтобы ты знала о моих самых непривлекательных чертах, приняла их и не пыталась изменить

– Я хочу, чтобы ты не замечал моих недостатков, при этом помогая мне от них избавиться

– Я хочу, чтобы ты знала, что ты можешь рассчитывать на меня без ограничений

– Я хочу, чтобы ты знал, что я последую за тобой везде, куда ты меня позовёшь

Выйти из круга

1

– Мужчины все неправильные! Им только одного и нужно! А потом фюить – и только его и видели, – обиженно заявляет девушка лет восемнадцати с ярко накрашенной чёлкой.

У неё очень эффектная внешность. Чуть приспущенные на бедрах джинсы, плотно облегающие фигуру, обнажают ниже поясницы татуировку-змейку. Короткий топ открывает живот с пирсингом в районе пупка. Броский макияж и причудливо переплетённые цепочки бижутерии дополняют картину. Несколько девушек в не менее боевой раскраске старательно кивают головами, выражая своё согласие со всем сказанным.

– Каким ты бы хотела видеть мужское поведение? – задаёт ей вопрос ведущий.

– Ну, чтобы они за мной ходили, – не очень уверенно отвечает участница.

– Хорошо, – соглашается тренер и приглашает на середину зала всех присутствующих мужчин.

2

Те встают напротив неё плотной группой, и тренер очерчивает вокруг них на полу круг, оставляя между обувью мужчин и меловой линией около полуметра. Затем он приглашает принять участие в происходящем и остальных желающих женщин. Они рассредоточиваются вокруг мужчин, окружая их кольцом.

– Господа мужчины, – обращается тренер к сильной половине человечества, – Ваша задача – любой ценой остаться внутри круга. Милые дамы! – улыбается он девушкам, – Ваша цель – вытащить их оттуда любым способом, какой вы сочтёте возможным.

Девушки озадаченно смотрят на мужчин. Те с отрешённым видом смотрят куда-то в стороны.

– Пойдём со мной, – наконец решается одна из участниц, обращаясь к конкретному человеку. Тот отрицательно мотает головой и отворачивается.

Девушка меняет своё местоположение и пытается заглянуть ему в глаза:

– Пойдём, ну что тебе там делать? Со мной тебе будет хорошо.

– Мне и тут хорошо, – пожимает плечами её собеседник.

– Так не получится, – с сомнением заявляет другая, – Их чем-то привлечь надо. Приманить.

Она чуть наклоняет голову в сторону и манит другого мужчину пальчиком:

– Кыс-кыс-кыс…

Тот хмыкает и, подёргивая бровью, убирает руки в карманы, однако по его довольному виду можно предположить, что он заинтересован в происходящем.

– Кыс-кыс-кыс, – игриво повторяет девушка, но на этот раз следует совсем другая реакция:

– Сама кыс-кыс! – крутит он рукой у виска, и она обиженно отворачивается.

3

Женщины с задумчивым видом начинают двигаться вокруг мужской группы, высматривая слабые места и обдумывая тактику дальнейших действий. Неожиданно та, что с пирсингом, пересекает меловую линию, хватает зазевавшегося противника за руку и резко дёргает на себя. Тот фактически вываливается из круга в её объятья.

– Есть! – победоносно восклицает она и обводит присутствующих торжествующим взглядом.

– Хорошо, – соглашается тренер, – Теперь пусть он повсюду ходит за тобой, так, как ты и хотела.

Лицо девушки вытягивается, и она с сомнением смотрит на свою жертву. Тот обречённо опускает плечи, и вообще вид его весьма унылый…

Но правила есть правила, и он начинает перемещаться за выбравшей его женщиной буквально по пятам. Та шагает из угла в угол, недовольно оглядываясь через плечо, а потом поднимает палец кверху, привлекая к себе всеобщее внимание:

– Дамы! Нам разрешены любые способы. Дружненько хватаем каждого по одному все вместе.

Мужчины тут же смыкают свои ряды и обнимают друг друга за плечи. Женщины концентрируются на первом попавшемся крайнем и начинают тянуть его на себя за руки, шею и полы одежды. Мужчины тянут его обратно с другой стороны. Вид у обеих команд самый решительный. Силы явно не равны, но женщины не сдаются. Покинувший круг мужчина с ошарашенным видом смотрит на происходящее и, по всей видимости, пытается принять решение, к какой из групп ему следует присоединиться. Оставшиеся в рядах зрителей женщины хватаются за головы.

– Деффки!! – вопит несчастный избранник, – Пощадите! Вы мне руки оборвёте! Зачем вам мужчина-инвалид??

Наконец женщины отступают. Обессилев, они опускаются на пол и собирают военный совет. Вырванный из круга участник с печальным и потерянным видом сидит вместе с ними. Мужчины тем временем поправляют одежду и подшучивают над виновником последних событий, ободряюще тыкая тому в бока кулаками и похлопывая по спине. Затем снова обнимают друг друга за плечи.

4

После недолгого совещания девушки требуют у тренера музыку и выключить верхний свет, оставив только боковое освещение у лестницы. Одна за другой они расстёгивают или закатывают под бюстгальтеры блузки и разминаются в танцевальных движениях.

В рядах мужчин наблюдается заметное оживление. Девушки опять рассредоточиваются вокруг них и одновременно начинают танцевать, совершая самые заманчивые телодвижения. Под быструю громкую музыку они жизнерадостно крутят бёдрами и животами, и мужчины один за другим расплываются в довольных улыбках.

– Мужики, я готов остаться тут навечно! – радостно заявляет один из них.

Девушки удваивают усилия, и мужчины осклабливаются вдвое шире.

5

Из рядов зрителей поднимается женщина лет сорока в строгом деловом костюме и обращается к тренеру:

– Можно, я им помогу?

– Ты можешь помочь только сама себе, – отвечает тот.

Женщина выходит на середину зала и знаком просит девушек остановиться. Неспешно обходя кольцо мужчин по кругу, она на некоторое время останавливает взгляд по очереди на каждом из них и внимательно смотрит в глаза. Музыка заканчивается, но женщина не обращает на это никакого внимания. Мужчины вопросительно смотрят на неё. В полной тишине она завершает один круг и начинает новый. На лицах большинства мужчин появляется выжидающее выражение. Женщина продолжает третий круг и останавливается глазами теперь только на некоторых их них. Затем – ещё один оборот вокруг стоящих, и наконец, она принимает решение, выбрав мужчину, который смотрит на неё с явным одобрением.

Остановившись прямо напротив него, она медленно расстёгивает пуговицы своего пиджака, и тот, соскользнув с её рук, падает на пол. Потом она неспешно распускает волосы и погружает в них обе руки, окутывая свои плечи волнистыми потоками густых прядей. Затем медленно-медленно, словно изучая саму себя, начинает скользить руками по своему телу: лицу, шее, груди, талии. Когда руки доходят до живота и бёдер, её таз начинает ритмично покачиваться из стороны в сторону, ресницы опускаются, а губы чуть-чуть приоткрываются, обнажая зубы и кончик языка.

Мужчина непроизвольно сглатывает и делает полшага вперёд. На его лице во время всего действа отражаются попеременно радость, гордость, восхищение и наконец – желание. На лицах его товарищей написаны досада и плохо скрываемая зависть. Мужчина дёргает плечом, делает ещё полшага, и руки стоящих рядом с ним разжимаются. Следом за своей спутницей он покидает круг и занимает место в рядах зрителей.

6

Девушки задумываются и снова садятся на пол.

– Не, я, конечно, тоже так могу, – с сомнением заявляет та, что силой выдернула участника из круга, – Только стоят ли они того? Я же говорила, им всем только одного и нужно! И надо нам вот так перед ними выпендриваться? Уже два часа прошло, а эти остолопы так и стоят, как французская Бастилия!

Она вскакивает и обращается теперь напрямую к мужчинам:

– Любуетесь? Довольны собой? Мы тут перед вами должны скатертью расстилаться? Задницами крутить и позориться на весь свет? А сами? Сами? Чего вы сто′ите? Ради чего я должна звать вас за собою? Вот ты! Да-да, ты! Ты же смотрел на меня ещё до занятий, ещё в перерыве, как кот на масло! Почему ты не подошёл ко мне? Почему я должна сейчас звать тебя, а не ты сам? Я тебе нравлюсь? Скажи, нравлюсь?

– Нравишься, – севшим голосом отвечает ей мужчина, – Ты очень красивая и привлекательная женщина.

– Ну так почему? – вопрошает она, – Почему? Пойдём со мной. Ты нравишься мне. Я нравлюсь тебе. Чего ещё?

Мужчина качает головой и показывает взглядом на спутника за её спиной. Женщина оборачивается и с изумлением смотрит на свою тень.

– Этот? – она решительно хватает его за руку, разворачивает спиной к себе и заталкивает обратно в круг.

– Всё, – сообщает она своему собеседнику, – Я свободна. Пойдём со мной.

Тот мрачнеет и опускает глаза. Потом молча ещё раз отрицательно качает головой.

– Почему?? – почти кричит девушка. Но тот отводит взгляд в сторону.

7

Девушка ссутуливается и опускается на пол. Прикрыв лицо ладонями, она сидит, раскачиваясь направо-налево. Её бывший спутник порывается сделать шаг из круга, но стоящий рядом останавливает его движение:

– Будь мужиком, ты ей не нужен. Никто не пойдёт за ней.

– Я пойду! – раздаётся из центра круга голос, – Я.

Девушка убирает руки от лица и поднимает голову.