![](/files/books/160/oblozhka-knigi-druzya-ili-semya-lp-372697.jpg)
Текст книги "Друзья или семья (ЛП)"
Автор книги: Л. С. Стоун
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 25 страниц)
Голая
Из-за того, что папа уехал, я возвращалась домой позже обычного. Натан дождется Коту, потом отвезет Габриэля домой. Сегодня очередь Люка охранять меня. Он незаметно сопроводит меня до дома, потом поднимется на крышу, доберется до моего окна и подождет, пока я его впущу.
Войдя в дом, я замерла от неожиданности: на кухне была Мари. Она склонилась над кастрюлей с макаронами, перемешивая их с сырно-молочным соусом. Что-то изменилось в ее облике. По-новому накрасилась? Как она не боится расхаживать по дому накрашенной? Если мама увидит, то, наверняка, накажет ее – поставит на колени или еще что придумает. Не думаю, что парни захотят её спасать.
С Мари было что-то не так, но я не могла понять, что именно. Не обращая на меня никакого внимания, она продолжала помешивать свое варево, поэтому и я не стала задерживаться и пытаться о чем-либо поговорить. Да и не было подходящей темы для разговора.
Поднявшись по лестнице, толкнула свою дверь, но не смогла войти. Дверь лишь немного приоткрылась и резко остановилась, сзади что-то мешало и не давало ей открыться до конца. Я толкнула посильнее, чтобы хоть как-то протиснуться в комнату.
Прямо за дверью была свалена куча одежды. Я быстренько закрыла и заперла дверь. Окно было распахнуто, а посреди комнаты стоял Люк и с озабоченным выражением лица смотрел на раскрытый шкаф.
Я закрыла окно и вернулась к куче одежды, что мешала открыть дверь. Мари снова рылась в моих вещах? Это не в первый раз!
Мое сердце пропустило удар: я рванула к чердачной двери. Закрыта, но я все равно проверила, на месте ли сотовый телефон. Да, он на месте, там, где я его и спрятала, в стене.
Я вздохнула с облегчением.
– Твоя одежда пропала, – прошептал Люк, стоя у дверцы шкафа.
Мои глаза расширились:
– Что? – я закрыла дверь чердака и встала рядом с ним.
Шкаф был пуст. На полу валялись остатки моих вещей, в основном нижнее белье и лифчики. Раньше они лежали в шкафу на полке.
Люк помог мне собрать с полу одежду и сбросить ее на кровать. В основном это была одежда Мари, но были и явно чужие вещи, которых я не узнавала. Футболки, джинсы – перебирала и пыталась понять, что из этого я смогу носить. Пропали все мои блузки и юбки. Самое обидное, что исчезли рубашки Натана и Люка, которые они мне подарили.
– Это сделала твоя мать? – спросил Люк потирая затылок и переминаясь с ноги на ногу.
Я прикусила губу, в голове был сумбур, но я покачала головой:
– Нет, это на нее не похоже. Она никогда не интересовалась нашим гардеробом. Обычно одежду нам покупает отец оптом раз или два в год. Не знаю где, но догадываюсь, что на гаражных распродажах. Одежда всегда разных размеров и мы с Мари сами выбираем, что кому достанется.
– Тогда кто? – Люк пожал мою руку.
– Наверное, Мари, – я покачала головой, недоуменно моргая и краснея. – Но я, все равно, не понимаю: ей не нравится одежда, которую я ношу, да и не подходит она ей. Сестра сейчас внизу, пойду и поговорю с ней. Надо выяснить, в чем дело.
Честно говоря, меня очень удивило произошедшее. Время от времени Мари одалживала что-нибудь из моих вещей, но забрать всю мою одежду и оставить взамен свою? Это очень странно.
Люк кивнул.
– С этим надо разобраться. Я подожду на чердаке, но возвращайся сразу, как поймешь, что происходит. И не лезьте с этим к маме, даже если все было с ее согласия.
Я спустилась вниз и зашла в кухню. Мари собрала волосы в конский хвост, открывая узкие глаза. Она сидела на стойке, болтая ногами, и ела из миски макароны с сыром. Я обратила внимание на её одежду: джинсы и футболка, не новые, но таких у нее раньше не было. Сейчас я поняла, что именно это и зацепило меня сразу, как я вошла в дом. Футболка была простой, нежно-зеленой, с низким вырезом и слишком обтягивающей, узкие джинсы.
– Мари, где моя одежда? – спросила я. – И что за одежда свалена у меня в комнате?
– Я поменялась с тобой, – ответила она. – Можешь забрать то, что я тебе оставила.
– Ты не можешь меняться одеждой без моего согласия. Твоя одежда мне не подходит. Верни мне мои вещи.
– Я не должна просить твоего согласия, – ответила Мари, – это не твоя одежда, это наша одежда. Мама сказала…
Я вышла из кухни, не желая слушать, что она говорит.
– Не смей копаться в моих вещах! – крикнула она мне вслед.
Я побежала наверх, в её комнату. Это было действительно странно: она все время фыркала, называя мою одежду дурацкой, и, вдруг, такой внезапный интерес к моему гардеробу. А вещи, что на ней сейчас, я вообще не узнавала. Так где же она их взяла?
Войдя в ее спальню, я рывком распахнула дверцу шкафа. Там было всего несколько футболок и джинсов, а на полу лежали небольшие стопки белья, мятых футболок и нестираных джинсов, но не было ничего похожего на мои вещи.
Мари вошла следом за мной.
– Я сказала, не входить сюда.
– Ты сказала, что поменялась со мной, – я полезла в шкаф и вытащила одну из футболок. – Откуда это взялось? И где мои блузки?
– Я обменяла их.
Что-то в ее тоне поразило меня.
– Мари, и с кем же ты поменялась?
– Мы с Даниэль обыскали шкафы друг друга.
– И мой шкаф тоже? – у меня отвисла челюсть.
– Это и мои вещи. Мы их просмотрели и рассортировали. Она…
– Забрала мою одежду! – закончила я за нее, бросив футболку на пол. Я прижала ладонь ко лбу. – Зачем ты это сделала?
– Просто убирайся отсюда, – зашипела она и ее рот скривился в ужасной гримасе. – Это не твое дело! Почему тебя это волнует?
– Ты не можешь отдавать вещи, которые тебе не принадлежат. Зачем Даниэль понадобились мои юбки? – я почти кричала, ничего не могла с собой поделать. И рубашка Натана! И Люка тоже! Где они теперь? – Как она попала в дом?
– Я впустила её, – ответила Мари и сморщила свой острый нос, – ты всегда носишь одну и ту же дурацкую одежду и понятия не имеешь о стиле. Все думают, что ты ботаник. Теперь будешь носить джинсы.
Я поджала губы. Эмоции зашкаливали, я не могла больше препираться с сестрой, поэтому поспешила вернуться к себе.
Мари знала, что жаловаться матери я не пойду – это нарушило бы тонкую грань договора, установившегося между нами. Она легко могла рассказать маме, что я гуляю с мальчиками, или что у меня есть ключ от дома, или еще что-нибудь, что может навлечь на меня неприятности. Возможно, она знает, что мальчики заходили в дом? Поэтом решила, что и Даниэль может зайти? Спальня сестры расположена прямо над комнатой родителей. Как она не боялась, что мать услышит, как они с Даниэль разговаривают? Я думала, что нам с мальчиками это сойдет с рук только потому, что моя спальня находится на другой стороне дома.
В общем, жаловаться не кому: отец в командировке и возможности связаться с ним нет. Маме жаловаться я не рискну, она или ударит, или наказание какое-нибудь странное придумает. На чердаке Люк. Он, конечно, вытащит меня, но это тоже не лучший вариант. Какая-то безвыходная ситуация получается: если я буду бороться с Мари, она нажалуется маме, и я все равно окажусь наказана.
Я вернулась в свою комнату, закрыла и заперла за собой дверь, прижалась к ней спиной и прикусила язык, чтобы сдержать слова, обжигающие мои губы. Ничего из того, что я могла сказать, не помогло бы. Надо успокоиться. Я даже не могу поговорить с Даниэль, я с ней не знакома, а у нее моя одежда. Меня это пугает.
Я проскользнула к чердаку и осторожно постучала. Появился Люк, заправляя свои светлые локоны за ухо.
– Что случилось?
– Даниэль была здесь, – сказала я. – Они с Мари "поменялись" одеждой со мной.
Я подошла к кровати, чтобы снова просмотреть вещи, надеясь, что рубашки мальчиков, все-таки там, и я пропустила их в первый раз. Не повезло.
– Даниэль забрала мою одежду. А свою отдала Мари, а мне скинули то, что им не понравилось, я думаю.
Люк нахмурился, подошел к кровати и провел пальцем по джинсам.
– А ты не можешь их вернуть?
– Как? – воскликнула я. – С Даниэль я даже не знакома, а маме я пожаловаться не могу.
Я вытащила из кучи несколько джинсов, приложила к поясу одни, другие. Бесполезно, они слишком большие. И слишком длинные, вон, какой кусок на полу лежит.
Люк сел на кровать.
– Ты не можешь ходить в школу голой, – сказал он. – Мы должны вернуть твою одежду. Пойдем к Даниэль и все ей расскажем.
– Мы должны держаться подальше от неприятностей, помнишь?
Люк шумно вздохнул, обнял меня за талию, притянул к себе, усадил на колени и прижался щекой к моему лбу.
– Сэнг, ты не можешь позволить, чтобы с тобой так обходились. Они украли твою одежду.
– И что я могу сделать? – прошептала я ему, рассеянно глядя на свои колени.
Он вздохнул, крепко прижал меня к груди и погладил кончиками пальцев по внешней стороне бедра.
– Хотел бы я знать. Но она не может так поступать с тобой. Она использует тебя в своих интересах.
– Если я пойду к маме, у нее тоже будут неприятности, – ответила я.
– А ты бы пошла? – спросил он, откинув голову назад и пристально глядя мне в лицо. – Ты можешь припомнить, когда твоя мать в последний раз разговаривала с твоей сестрой? Или просто спрашивала о ней?
Я неуверенно моргнула.
– Даже не знаю. Иногда бывает.
– А когда ты в последний раз видела свою сестру на коленях?
Я попыталась вспомнить, но не могла сосредоточиться. Сегодня был сумасшедший день, а потом еще и одежда исчезла, от этого всего в голове был полный раздрай и мысли разбегались во все стороны.
– Я не помню.
– А может, это было настолько давно, что ты не можешь вспомнить? – спросил он. – Милая, за те несколько недель, что я тебя знаю, ты успела сделать очень много. На тебя обращают внимание, а на Мари нет. Ты считала, что в школе тебя никто не замечал? А здесь, дома, невидимка твоя сестра.
Неужели это правда? Если да, то как, когда это произошло? Как же я не заметила? Я думала, что, когда что-нибудь случалось с ней, меня просто не было рядом. Она никогда не удивлялась, если видела меня на коленях, или на табуретке, или при любом другом наказании за эти годы. Отец вечно на работе, почти не замечал нас… но именно мне он рассказал о своей командировке, не так ли? И моя мать всегда звала меня, а не Мари, когда ей что-то нужно или она хотела нас проконтролировать. Неужели родители забыли о ней?
– Даже, если её наказывают так же, как тебя, – продолжил Люк, поглаживая кончиком пальца мое колено, – это не дает ей права использовать тебя. Мне хочется ее пожалеть, но я не могу.
Я, вздохнула, окончательно сбитая с толку.
– Ладно, что теперь поделаешь, – сказала я. – Думаю, сестра получила то, что хотела. Они с Даниэль обменялись одеждой, а мне достались остатки, – не хотела больше говорить о проблемах, которые не могу решить. Возникшие вопросы о том, почему Мари невидима в доме и почему меня искали для экзотических, необычных наказаний, не были тем, чем я хотела бы заморачиваться сейчас. – Я найду что-нибудь, что смогу носить.
Люк вздохнул и отпустил меня. Я сползла с его колен, возвращаясь к куче на кровати. Я выбрала самые маленькие джинсы из всех, отмерила длину, взяла ножницы, чтобы отрезать и сделать шорты.
Выбрала самую маленькую футболку. Она была похожа на мальчишескую. Другие джинсы и рубашки тоже выглядели как старая мальчишеская одежда. Что-то подсказывало, что они принадлежали Деррику.
Я подумала о том, что одежду, которую я собираюсь оставить, надо бы постирать, а шорты слишком коротки по школьным правилам. Может быть, рубашка. Что еще тут можно выбрать? Я не могу ходить в школу в одних и тех же шортах и рубашках.
Люк тихо сидел на кровати, пока я возилась с одеждой. Я отбросила все, что было слишком большим. Он аккуратно сложил эти вещи и отложил в сторону.
– Я могу сходить за твоей одеждой, – тихо сказал он.
Я моргнула, обводя взглядом мягкие черты его лица, заметила, как уголки его гладких губ опустились вниз.
– Каким образом?
Наши глаза встретились. Его обычное, счастливое настроение исчезло, сменившись чем-то холодным.
– Я заберу её обратно.
То, как он это сказал, заставило мое сердце замереть, а воображение подкинуло картинку, как Люк пробирается в дом Даниэль и крадет одежду. Если он умеет очень тихо, крадучись пробираться в мой дом, неужели он думает, что сможет так же попасть в дом Даниэль, чтобы никто не заметил? Он это имел в виду?
Одежда, которую я держала, выскользнула из моих рук и упала на пол. Я медленно подошла к нему, обняла за шею и уткнулась лицом в плечо. Он откинулся назад, словно удивленный моим внезапным объятием.
Мне было невыносимо смотреть ему глаза в таком состоянии. Я не переживу, если его поймают на краже в доме Даниэль. Тогда он, действительно, попадет в беду.
– Не делай этого, – взмолилась я. – Пожалуйста.
Его ладонь соскользнула на поясницу.
– Я сам этого хочу. Но ты не можешь носить вот ЭТО в школу, Сэнг.
Я крепче обхватила руками его шею.
– Нет, – прошептала я. – Не надо, пожалуйста.
– Я должен это сделать. Она должна понять, что сделала.
Он ставит меня в известность о том, что собирается сделать и хочет чтобы я это одобрила? Я силилась найти подходящие слова. Готова сказать ему что угодно, лишь бы он передумал.
– Я… Я больше никогда не буду с тобой разговаривать, если ты попытаешься!
Слабая попытка, и я никогда не сделала бы так. Какая-то детская угроза получилась, да? Только других у меня не было. Что я смогу сделать, если он пойдет и попытается украсть мои вещи и принести их обратно?
Услышав мою угрозу, он напрягся. Схватил меня за талию и прижал к себе сильнее, чем когда-либо прежде.
– Сэнг, не смей!
Я поняла свою ошибку: Норт не разговаривал с ним, когда появился в его доме много лет назад, а теперь я угрожала не разговаривать с ним. Ему это не понравилось. Он же не знал, что я не смогу так поступить, что это просто пустая угроза. Смогу ли я, вообще, когда-нибудь перестать разговаривать с таким милым парнем, как Люк?
– Прости, – прошептала я. – Не будем больше о проблемах, ладно? Я надену то, что есть. Мы разберемся с этим позже. А пока, давай просто переживем пятницу.
Он прижался лбом к моему плечу, пряди его волос щекотали мне шею.
– Если ты не хочешь, я не буду.
– Я не хочу, не надо, – поспешила ответить я.
Он кивнул, отстраняясь и хмурясь. – Может, стоит позвонить Габриэлю? – предложил он.
– Давай не будем беспокоиться об этом сегодня вечером, – сказала я, а сама подумала о том, каким усталым выглядел Габриэль. Ему, действительно, необходимо выспаться. И последнее, что ему нужно – это напрягаться по поводу того, что я надену в школу.
– Завтра. Завтра мы пойдем в школу, расскажем обо всем ребятам и вместе со всем этим разберемся. Может быть, сможем поговорить с Даниэль. Мы сделаем это завтра, когда успокоимся. Может быть, она не знала, что это была моя одежда, а та, что она оставила в замен, слишком велика мне.
Взгляд Люка потемнел.
– Не думаю, что она, вообще, думала о тебе.
Я вздохнула, отстранилась от него, чтобы столкнуть эту кучу одежды с кровати. Затем подошла к выключателю и выключила верхний свет. Мне больше не хотелось об этом думать.
Казалось, Люк понял меня. Он упал на кровать поверх одеяла, сбросив обувь. Я примостилась рядом, как можно ближе. Парень обнял меня, притянул к себе и прижался лицом к моим волосам. Мой молчаливый хранитель ночи. Я знала, что это не по правилам – он должен спать на чердаке, но в этот вечер мне было все равно. Я спрятала лицо у него на груди.
Мы понимали, что кто-нибудь может войти, обнаружить нас и устроить сцену. Если моя мать будет меня искать, зайдет сюда и узнает, все изменится. Мир между мной и сестрой стал хрупок. Теперь она легко может разбить эту тонкую грань и разоблачить меня и мальчиков. А Даниэль, девушка, которой я еще ни разу не сказала ни одного слова, послужила причиной этой безмолвной войны, о которой сама она даже не подозревает.
Люк знал. Я знала. Положение изменилось. Мы ждали, пока все успокоится, а теперь отсчитываем моменты до взрыва бомбы замедленного действия.
Как одеть девушку
В мое окно влетела туча крошечных зеленых жучков. Они заполонили мою постель, садятся на подушку, на меня, заползают в нос, в рот. Я не могу дышать! Я задыхаюсь, закрываю уши, чтоб не слышать их жужжанья и… проснулась.
Рядом спал Люк. Он проворчал что-то, убрал руку с моего плеча, достал телефон из заднего кармана и поднес к уху.
– Что? – спросил он, не открывая глаз. Молча слушал, потом сел на кровати и потер лицо. – Извини, – сказал он. – Извини. Мы сейчас придем. – Он ткнул большим пальцем в телефон и повернулся ко мне. – Сэнг, мы опаздываем.
Я резко встала с постели. Опаздываем! Который час? На сколько мы опаздываем? Мой мозг еще не проснулся и не включился. Я зависла посреди комнаты, пытаясь взять себя в руки и понять, что мне делать.
Люк, видимо, понял моё состояние, схватил приготовленную с вечера одежду и бросил мне.
– Просто умойся, на душ нет времени, – сказал он. – Одевайся, выходи и жди меня на улице. Твою школьную сумку и скрипку я вынесу.
Я кинулась в ванную, чтобы помыться, и привести в порядок ноги – я собиралась надеть бежевые джинсовые шорты, по крайней мере, они были чистыми, и длинную мешковатую футболку, доходившую мне до середины бедра, выцветшего синего цвета с какой-то незнакомой мне группой.
Я быстро привела себя в порядок и вышла из ванной. Сразу же наткнулась на свои сандалии: они ждали меня в коридоре. Как бы не забыть позже отругать Люка за неоправданный риск. Обувшись, я спустилась по черной лестнице и вышла через гараж.
Люк успел надеть чистую рубашку и блейзер и ждал на подъездной дорожке. Я взяла скрипку, он схватил наши сумки с книгами и мы побежали к Коте.
Шорты были великоваты и так и норовили соскользнуть, приходилось все время подтягивать и придерживать. Люк бежал впереди, я за ним, опустив голову и стараясь не упасть: трава была мокрой и скользкой.
Натан и Кота уже были на месте и болтали с Дерриком. Я открыла рот, чтобы поздороваться, когда заметила Мари и Даниэль, стоящих рядом, и у меня отвисла челюсть. Люк застыл рядом со мной и поймал мой взгляд.
На Даниэль была моя юбка и синяя рубашка Люка на пуговицах. А, поскольку ноги у нее подлиннее моих, да и бедра пошире, юбка выглядела как мини, едва прикрывая попу. Рубашка застегнута на несколько пуговиц посредине так, что когда распахивалась, открывался бледный живот, а сверху обнажалось декольте. Она ухмылялась, болтая с Мари, а большие солнечные очки закрывали пол лица.
Мари была в каких-то джинсах и рубашке Натана!
– Что случилось, Сэнг? – спросил Кота, внимательно рассматривая меня.
– Что на тебе надето? – спросил Натан, наклонив голову на бок, – что это за футболка?
Деррик озадаченно уставился на мою футболку.
– Кажется, у меня есть такая же.
– Я думаю, это она и есть, – сказала я, подойдя поближе, чтобы не услышали Даниэль или Мари. – Вчера вечером моя сестра поменялась одеждой с Даниэль.
Загорелые щеки Деррика порозовели.
– А я ещё и подумал, где она взяла эту юбку, и сказал ей, что она слишком маленькая.
– У Даниэль сегодня, явно, будут неприятности в школе, – сказал Кота, касаясь пальцем переносицы своих очков. На его лице появилось недовольное выражение. – Учителя ни за что не позволят ей находиться на уроках в такой одежде. Это не соответствует правилам.
– Она забрала у Сэнг всю одежду, – сказал Люк. – Все её блузки и юбки, а то, что оставила взамен не подходит – оно все огромное. То, что сейчас на ней, более-менее подошло по размеру, и то, спадает.
– Эй, – сказал Натан, не сводя голубых глаз с Мари. – Разве это не мое… – Он повернулся, расправляя плечи.
Я схватила Натана за руку. Девочки начали замечать, что мы на них смотрим.
– Да, – сказала я сквозь зубы. – А эта синяя рубашка, которая на Даниэль, принадлежит Люку. Если мы сейчас устроим скандал…
– Мне плевать, – сказал Натан. – Я ей это не давал. – Он сжал кулаки и двинулся через дорогу.
– Я верну ее, – сказала я, вставая перед ним и упираясь руками ему в грудь. Кажется, это помогло. Он остановился и посмотрел на меня сверху вниз. – Дай мне время. Я не хочу, чтобы она рассказала матери, что у меня есть чужие вещи. Тем более, чужие МУЖСКИЕ вещи. Мы же не хотим, чтоб моя мама об этом узнала?
Он, прищурившись, глянул на девушек, но они, казалось, ничего не замечали. Взгляд его стал злым, а губы сжались в тонкую линию. Он убрал мои руки со своей груди и отвернулся. Мне показалось или он, действительно, сжал мою руку, сдерживая клокочущую внутри ярость? Неужели он так сильно переживает из-за этой рубашки? Не понимаю. Клянусь, я верну ее любым способом, пусть даже украду, при первой же возможности и спрячу. А потом верну Натану, если он, конечно, захочет. Я не хочу, чтобы рубашка была испорчена или Мари крутила ею над нашими головами.
– Они тебе, вообще, ничего не оставили? – спросил Кота и встал рядом с нами.
– Только кучу огромных джинсов и футболок, – ответила я.
Люк подошел вслед за Котой, бросив к ногам наши сумки и расправляя надетую впопыхах одежду. Деррик тоже встал рядом с нами, было заметно, что ему неловко.
– Я верну тебе вещи, чтобы ты мог их пересмотреть и забрать то, что тебе еще нужно, – сказала я Деррику. – Мне очень жаль, что так получилось.
Он пожал плечами.
– Не заморачивайся, я все равно давно уже не ношу эту футболку: она старая и стала мала мне.
– Неужели ты ничего не можешь с ней сделать? – спросил Натан. – Она же твоя сестра.
– Даже не знаю. Попробую поговорить с ней, – он продолжал смотреть на свою сестру, возможно, жалея, что застрял с разговором с нами. Он казался озадаченным.
Я снова поправила сползающие шорты.
– Разберемся с этим позже.
– У нас есть время переодеться? – спросил Натан посмотрев на Коту. – Может, взять что-нибудь у Джессики…?
Но тут из-за угла появился школьный автобус, направляясь в нашу сторону.
– Нет, времени нет, – сказал Кота и выудил из кармана мобильник. – Может быть, ребята успеют прихватить что-нибудь, если они еще не вышли.
Подъехал автобус, я упала на сиденье рядом с Котой, а Натан умостился рядом со мной. Люк занял соседнее сиденье. Деррик прошел назад и сел не рядом с сестрой и не слишком близко к нам, чтобы не считаться "с нами". Мне это показалось странным – ребята не то, чтоб дружили, но неплохо ладили. Возможно, они не были слишком популярны, но были хорошо одеты и выглядели вполне нормально. Почему же у меня возникло такое чувство, что Деррик не хочет общаться с ними на публике?
Из автобуса мы вышли последними. Проводили взглядами Мари и Даниэль из любопытства: школьный двор огласился улюлюканьем, как только Даниэль приблизилась к переполненному кафетерию. Она смотрела вперед с хмурой ухмылкой и покачивая бедрами немного больше обычного. Мари, в своих джинсах и футболке выглядела рядом с Даниэль совершенно нелепо.
– О, да, – пробормотал Натан рядом со мной. – Кричи на девушку, которая не знает, какой у нее размер платья.
Кота снова проверил свой телефон. – Пошли на стоянку, – сказал он. – Габриэль сказал, что ждет нас у машины Виктора.
Натан взял у меня футляр со скрипкой, и я поспешила за Котой, придерживая рукой шорты на бедре, чтобы не потерять. Кота заметил, что я отстала из-за того, что приходится придерживать шорты, вернулся, обнял меня за талию, просунув большой палец в петлю ремня и положив руку мне на бедро. И дальше мы пошли вот так, обнявшись, стараясь выглядеть непринужденно. Думаю, у меня получалось не очень хорошо: я краснела от того, что чувствовала его руку на своей талии. А может и от того, что я чувствовала себя не в своей тарелке рядом с ними, одетыми в красивые брюки и рубашки с галстуками.
Машины еще въезжали на стоянку, и нам пришлось медленно ползти к заднему двору, где Виктор припарковал свой БМВ. Виктор и Габриэль стояли, прислонившись к багажнику машины, и ждали нас. Габриэль выглядел напряженным, но тени под глазами исчезли. Все таки хорошо, что мы с Люком не дозвонились до него прошлой ночью. По крайней мере, он хоть немного поспал.
– О боже! – воскликнул Габриэль, скользнув взглядом по моей одежде. – Ты не шутил!
– Сможешь как-топомочь? – спросил Кота.
Габи кивнул, сжал пальцы, а потом заставил меня немного покрутиться перед ним.
– Черт. Ладно, держись! – он сел на пассажирское сиденье, вытянув ноги, притянул меня за бедра, пока моя талия не оказалась на нужном расстоянии. – Ладно, ребята, прикройте нас. Я не хочу, чтобы кто-нибудь подумал, что я ее домогаюсь.
Я покраснела, а ребята столпились вокруг, выстраивая стену, а открытая дверца машины прикрывала с другой стороны. Габриэль потянулся к своей школьной сумке и вытащил ножницы. Затем, потянув шорты вниз, ухватив за промежность, начал разрезать их вдоль.
– Габриэль… – меня окатила волна жара.
– Постой спокойно минутку, – сказал он, – я собираюсь превратить их в юбку. Это все равно будет выглядеть как дерьмо, но будет чуть лучше. И какого черта Даниэль украла твою одежду?
– Она хотела внимания, – сказал Кота. – И она его получила.
– Чертовски неприятно, – сказал Натан.
Люк скривился, нахмурился и уставился на парковку.
Виктор стоял на страже, скрестив руки на груди, сверкая во все стороны своими огненными глазами.
– Почему бы просто не купить ей что-нибудь?
– У нас нет времени, – сказал Кота. – Ближайший магазин – "Уол-Март", и ты не успеешь вернуться до первого звонка.
– ОК! Я знаю, чем мы займемся в эти выходные, – сказал Виктор. – Мы пойдем за одеждой!
Он произнес это так, будто они планировали что-то сделать со мной в тот уик-энд, и сейчас подтвердили это намерение.
– Нет, ребята, – тихо сказала я. – Не надо…
– Тебе нужна одежда, Сэнг, – резко сказал Виктор. – И ты поедешь с нами за покупками.
Я чуть повернулась, намереваясь ответить что-то Виктору, но Габриэль хлопнул меня по бедру:
– Хватит извиваться, – сказал он. – Если не прекратишь, я тебя случайно порежу.
Я стояла неподвижно, краснея и надеясь, что никто из проходящих мимо ничего не заметит. Габриэль работал над преображением шорт. Он сложил их, чтобы сделать подол, и использовал немного клейкой ленты внутри импровизированной манжеты. Ему как-то удалось закрепить юбку на талии, чтобы она сидела туже.
– Ничего такого, чего не могла бы решить маленькая клейкая лента, – сказал он. – Теперь нам нужна рубашка.
Виктор подошел к багажнику своей машины, достал чистую белую рубашку:
– Всегда носите с собой запасную.
– Я могу переодеться в туалете, – сказала я.
– Надень ее здесь, – сказал Габриэль. – Никто не смотрит.
– Я не могу…
– Просто сделай это быстро.
Мои щеки загорелись. Я взяла рубашку. Виктор отступил на место, повернувшись ко мне спиной. Габриэль повис на открытой дверке, загораживая окно своим телом. Ребята делали вид, что рассматривают машины вокруг нас, отвлеченно.
Я сорвала с себя футболку. Теплый, влажный южный воздух коснулся обнаженной кожи. До этого я никогда не раздевалась на улице. Быстро просунула руки в рукава рубашки, поймала этикетку. Армани. Я почти уверена, что это дорогой бренд, и что одна эта рубашка стоит, наверное, дороже всей моей старой одежды, вместе взятой.
Хотя рубашка и была мне велика, но сидела намного лучше, чем футболка Деррика. Я застегнулась на все пуговицы до самой шеи.
– Ну, как? – спросила я.
Ребята обернулись, оценивая готовый результат. Подол рубашки прикрыл верх шорт-юбки, скрывая морщину, где Габриэль исправлял размер при помощи клейкой ленты.
Огненные глаза Виктора сузились до тлеющего огонька:
– Это не так уж плохо. Тебе очень идет моя одежда.
– Пока так, – сказал Габриэль, потянул меня за запястье, расстегнул рукав и закатал его по моей руке, чтобы сделать манжету выше запястья. – По крайней мере, сегодня ты не споткнешься о свои шорты.
Облегчение нахлынуло на меня. Габриэль одобрил на данный момент. Ребята снова спасли меня. – Спасибо тебе. Правда, я имею в виду… спасибо, – сказала я, путаясь в словах и эмоциях. Просто не находила слов, способа выразить чувства, которые испытывала к ним в тот момент. Сколько раз они делали все возможное, чтобы помочь мне? Я уже начала терять счет. Это заставило меня задаться вопросом, почему они так беспокоятся обо мне? Стараются быть рядом, оберегают, когда со мной, действительно, много проблем.
Взгляд Габриэля упал на мое лицо. Он уставился на меня на мгновение, его губы двигались, но ничего не выходило.
Натан взял меня за запястье.
– Давай выбираться отсюда, пока никто не подумал, что мы здесь по очереди.
Я понятия не имела, что он имел в виду, но остальные последовали за ним.
После уроков Даниэль не было в автобусе.
– Ее отправили домой после третьего урока, – сказал Деррик, направляясь к задним сиденьям.
– Карма – сука, не так ли? – сказал Натан себе под нос, приподняв уголок рта.