Текст книги "Ты – мой подарок (СИ)"

Автор книги: Ксения Фави

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 16 страниц)

30

Она берёт отца за руку и буквально уводит его к вертолету. Не дает ему продолжить перепалку.

Степан что-то выкрикивает мне напоследок, грозит. Но я уже не слушаю.

Двигатель запускается. Черная машина отрывается от земли, обдавая меня потоком воздуха.

Я стою и смотрю вверх, пока вертолет не превращается в маленькую точку в сером небе.

И в этот момент меня накрывает… Такая тишина, какой я не знал никогда. И пустота – огромная, гулкая, сосущая под ложечкой. Будто из грудной клетки вынули все содержимое, оставив только холодный алтайский ветер.

Я привык заполнять себя трудом, спортом. Поможет сейчас? Не знаю, но мне предстоит заняться делом.

Для начала убрать и закрыть дом. А после выбраться отсюда. За мной вертолет не прилетит.

Дом без нее кажется не просто пустым – он кажется мертвым. Я методично обхожу комнаты, собирая немногочисленный мусор. В целом везде чисто, даже на кухне мы убрали с вечера.

В спальне на мгновение замираю, глядя на примятую подушку с ее стороны.

Тряхнув головой, выхожу. Хватит.

Перекрываю воду. Сливаю остатки из системы, чтобы трубы не разорвало морозом. Щелчок рубильника – и дом погружается в гулкую тишину. Холодильник затихает, лишая это место последнего признака жизни.

Достаю из шкафа комплект– теплый камуфляжный костюм, рассчитанный на серьезные минуса, и широкие охотничьи лыжи. Впереди несколько часов хода через заснеженный лес до ближайшей турбазы.

Не один Алеша способен преодолеть этот путь.

А мое тело требует нагрузки сейчас. Это единственный способ не дать мыслям сожрать меня.

Встаю на лыжи, и снег приятно хрустит под весом. Скольжение ровное, дыхание быстро настраивается на ритм движения.

Лес смыкается за спиной.

В голове всплывает образ матери. Сейчас она, скорее всего, сидит на веранде нашей виллы в теплых широтах. Подставляет лицо тропическому солнцу – оно в этот час мягче. Пьет ледяной сок.

Последние пару лет мама почти не возвращается с этой «дачи». Отец сам летает к ней.

Он вряд ли расскажет, что сегодня вычеркнул сына из жизни. Побережет ее покой или просто не захочет признавать свое поражение.

Я тоже не стану ей звонить. Зачем расстраивать? В ее мире все должно оставаться прекрасным.

Мысли соскальзывают к Агнии. Это уже как привычка – проверять в уме, поела ли она? Все ли с ней в порядке?

Глупо. У своего отца она в полной безопасности. Там большой комфортный дом, родные люди.

Завтра Новый год. У неё будут фейерверки, шампанское и смех.

Она будет счастлива. Снова станет той принцессой, которой была до того, как я ворвался в ее жизнь.

Ночной лес обманчив, но я знаю эти тропы. Глубокой ночью впереди, наконец, брезжит тусклый желтый огонек. Это сторожка на краю турбазы.

У главного въезда своя охрана, а здесь сторож прикрывает тылы.

Мы с братьями часто бегали сюда раньше. Прилетали на лыжах, а потом отогревались у Михалыча.

Домик сторожа крошечный. Сам Михалыч – худой крепкий мужик с цепким взглядом. Открывает дверь на мой стук.

Выглядит удивленным.

– Арсений? – он щурится, узнавая меня. – Какими судьбами в такую темень?

– Своим ходом. Приютишь на ночь? И мне бы как-то до аэропорта добраться.

– Даже так? Проходи, чего там…

Внутри хоть тесно, но уютно. На столе – старенький пластиковый чайник, на стене – календарь, который вот-вот станет не актуальным.

– Завтра утром машина пойдет на аэропорт. Туристов встречать, – говорит сторож, разливая чай по разномастным цветным кружкам. – Посажу тебя с ними, доберешься. Деньги на билет до Красноярска есть?

– Есть, – киваю.

Я давно совершеннолетний, у меня свои карты и счета. Пусть там не столько денег, сколько у моего отца, но на первое время хватит.

Только про Красноярск отвечаю на автомате. Кто и что меня там ждет?.. Идя по лесу, я почти решил, что отсюда улечу в Москву.

* * *

Агния

Пар от какао щекочет нос. На мгновение закрываю глаза, прижимаясь лбом к холодному стеклу.

За окном – идеальная зимняя сказка. Снег искрится под светом садовых фонарей, огромная ель во дворе переливается огнями. До Нового года осталось всего несколько часов.

В доме суета. Малыши то и дело подбегают к окну, высматривая Деда Мороза. Спорят, рискнет ли он прыгнуть в наш камин.

Лада, моя мачеха, порхает между кухней и гостиной. Поправляет что-то на столе. Заглядывает в духовку.

Она – само счастье и уют, и мне совестно, что я не могу поддержать ее энтузиазм.

Из кабинета папы доносятся обрывки фраз – он на телефоне, поздравляет партнеров, друзей, нужных людей.

Я чувствую себя… Черт знает, как.

Новогоднего настроя нет и в помине. Внутри какая-то странная пустота.

В каком-то порыве сварила какао…

Первый глоток обжог язык, и я тут же вспоминаю домик. Тепло, запах дров и Арса. Вспоминаю, как я точно так же обожглась, а он взял мои пальцы в свои большие ладони, обрабатывал ожог… Его движения были такими нежными.

В вертолете я поговорила с папой и дядей. Пришлось приложить немало усилий, чтобы убедить их – со мной все в порядке.

Я твердила им снова и снова, что никто меня не обидел. Арс не позволил никому ко мне прикоснуться, да и сам обращался со мной бережно.

Мне удалось отговорить отца от заявления.

Он долго злился, ворчал. В итоге сдался, взяв с меня слово, что я буду держаться от Щербинских как можно дальше.

– Эта история закончена, Агния. Забудь их как страшный сон, – сказал он.

Арс сам так сказал. Все закончилось.

Но моя память упорно возвращает меня в тот дом, в ту комнату.

У нас ведь ничего не было, кроме поцелуев! Но эти поцелуи были такими, что у меня до сих пор кружится голова… Стоит только вспомнить вкус его губ.

В какой-то момент я ведь реально была готова. Я думала, что он станет моим первым мужчиной, и мне не было страшно. Наоборот, внутри все дрожало от какого-то неистового желания принадлежать ему.

Тогда эти чувства прошли мимолетно. Сейчас вновь и вновь крутятся внутри.

Пора вернуться в свою реальность.

Часы до полуночи тянутся невыносимо долго, но при этом пролетают как в тумане. И вот – бой курантов.

– С Новым годом, коза! – папа называет меня домашним прозвищем, обнимает и целует в макушку.

Он уже переоделся в костюм Деда Мороза, чтобы порадовать мелких. Те визжат от восторга, разрывая упаковочную бумагу на подарках. Лада счастливо смеётся.

Мы выходим из дома. Небо взрывается сотнями разноцветных огней. Салют грохочет так, что закладывает уши.

Все соседи празднуют. Отец запускает наш фейерверк.

А я смотрю на эти вспышки и думаю – где он сейчас? В каком лесу?

– Агния, собирайся, пойдем к дяде. Они ждут нас! – командует папа.

– Пап, – криво улыбаюсь, – можно я останусь дома? Голова что-то разболелась... Посижу в тишине, посмотрю какой-нибудь фильм.

Лада обеспокоенно касается моего лба:

– Ты не заболела, милая? Конечно, отдыхай. Мы недолго. Если что, звони!

Когда дверь за ними закрывается, и воцаряется тишина, я возвращаюсь к окну.

В доме тепло, пахнет хвоей, шампанским и шоколадом. Но мне кажется, что я всё ещё там – в холодном лесу…

Даже этот его запах… Так, стоп!

Мне мог почудиться запах. Тем более в гостиной камин и дрова. А от него пахло кедром.

Но неужели я совсем сошла с ума, раз вижу эту фигуру во дворе?! Замираю. Сердце пропускает удар, а потом пускается вскачь.

В тени заснеженных елей человек… Высокий, широкоплечий, он просто стоит и смотрит на мои окна. Свет садовых фонарей выхватывает знакомый силуэт, который я узнаю из тысячи.

Арсений?!

Я не думаю. Не ищу куртку. Быстро обуваюсь и срываюсь с места.

Распахиваю тяжелую дверь, ноги утопают в свежем снегу. Я бегу по дорожке, задыхаясь то ли от бега, то ли от неверия.

В усадьбе сегодня два охранника. Молодые, не семейные. У них будет хорошая оплата.

Папа не стал давать сегодня выходной из-за недавних событий. Попросил только не ходить близко у дома, просто следить за периметром. Чтоб не нарушать семейную атмосферу праздника…

Я слышала запах Арса в доме. Такое чувство, что он вышел оттуда во двор. Но как он туда попал?!

Это парень создан, чтоб задавать мне задачки!

А может, он мне снится? Я прикорнула у телевизора?..

Останавливаюсь в паре шагов от него. Он здесь.

– Ты…. ты настоящий? – шепчу я.

Как будто боюсь, что если заговорю громче, он рассыплется снежной пылью.

Арс делает шаг ко мне. В его взгляде – странная смесь нежности и холода. Как будто он сам до сих пор не верит, что здесь.

– Настоящий, принцесса, – его голос звучит хрипло. – А вот без куртки на мороз выбегать – это ты зря.

Он тут же расстегивает свою тяжелую, огромную куртку и одним движением накидывает ее мне на плечи. Она ещё хранит тепло его тела. Я кутаюсь в нее, как в кокон.

Но тепло – не главное. Меня мгновенно накрывает его запах. Кедр, морозный ветер и что-то ещё, присущее только ему одному.

Этот запах кажется мне сейчас самым родным на свете. Я вдыхаю его полной грудью.

– Я думала, мы больше никогда не увидимся… – снова шепчу, глядя в его темные непроницаемые глаза.

* * *

Арсений

Я тоже так думал, принцесса….

А теперь стою посреди ее двора. Чувствую, как мороз пробирается под толстовку. Но мне плевать. Все, на чем я могу сосредоточиться – это Агния.

Она стоит напротив, смешно утопая в моей куртке.

Выскочила ко мне прямо из тепла, в чем была, и теперь похожа на маленького напуганного воробья.

В глазах – такая смесь шока и надежды, что у меня внутри все стягивается в тугой узел.

Смотрю на нее и понимаю – я не имею на это права.

Не имею права стоять здесь, вдыхать этот морозный воздух пополам с ее запахом. Смотреть, как она дрожит.

Я должен быть уже в самолете на Москву. Должен был вычеркнуть этот «алтайский инцидент» из памяти. Для своего, и в первую очередь, для ее блага.

Но ноги сами привели меня в ее поселок.

Я был уверен, такое может быть только в сопливой мелодраме. Считал их сказками для дураков.

А теперь сам застрял в одной из них, не в силах пошевелиться.

– Я думала, мы больше никогда не увидимся, – тихо говорит она.

Ее голос дрожит. Я не знаю, от холода это или от чего-то другого.

Я криво усмехаюсь, пряча за этой ухмылкой желание обнять ее.

– Мне теперь негде остановиться в этом городе, принцесса, – добавляю в голос усмешку.

31

Ложь. Я мог бы снять номер в отеле. Не все они принадлежат моей семье.

Впрочем, отец мог добавить меня во все черные списки этого города. Я не проверял.

Перекантовался бы в аэропорту до рейса на столицу.

Хотя кого я обманываю? Не просто так я прилетел в Красноярск.

Эта встреча должна стать последней... Вспышка перед вечной темнотой.

Я просто хотел увидеть ее ещё раз в нормальной обстановке. Убедиться, что она в порядке, прежде чем навсегда исчезну из ее мира.

Или я снова себе вру?

Хотя бы потому, что ни хрена она не в безопасности! Недавние годы Строганов жил мирно и спокойно – охрана у него соответствующая! С этим надо разбираться.

Агния делает шаг ко мне, берет за руку. Ее пальцы ледяные.

– Пойдем в дом, – шепчет она, оглядываясь на широкие ворота. – Пока папа с остальными не вернулись.

Она ведет меня к двери, и я иду за ней, как привязанный…

Внутри пахнет праздником: хвоей, мандаринами и чем-то домашним, уютным. Мы проходим на кухню. Здесь темно, только свет от уличных фонарей падает через широкие окна, выходящие на задний двор.

Для начала Агния включает нижний свет на кухонных шкафах. Здесь все по последнему слову техники. Строганов хорошо обставил свое логово.

Агния достает большие белые тарелки, накладывает мне еду – праздничный ужин.

Сажусь за стол, наблюдая за ее тонкими запястьями. За тем, как она то и дело замирает и прислушивается к любому шороху за дверью.

Она кормит меня тайком. Как бродячего пса, которого подобрала на улице.

И самое бредовое, что мне это нравится. Мне нравится эта наша маленькая тайна. Этот украденный вечер.

– Ешь, – шепчет принцесса, двигая ко мне тарелку. – Ты, наверное, совсем замерз.

Я беру вилку, но не набрасываюсь на еду.

Прямо сейчас, на этой темной кухне, я чувствую себя более живым, чем за все свои сознательные годы до встречи с ней.

Я жую салат – кажется, оливье. Классика жанра!

И в следующий миг ощущаю себя полным идиотом. Сижу на кухне человека, дочь которого похитил. В его же доме, пока он где-то празднует Новый год.

Абсурд чистой воды!

– Я думал, ты меня на порог не пустишь, не то что кормить начнешь, – говорю я, глядя, как она подпирает щеку рукой и не сводит с меня глаз.

Агния криво усмехается. В полумраке кухни ее глаза кажутся совсем темными.

– Ну ничего, я тоже много чего думала, пока ты скрывал от меня свои планы. Почему отец шантажировал тебя мной?

Я замираю с вилкой в руке. Начинается. Опять эти вопросы, на которые у меня нет простых ответов.

– Вот только не надо по новой, принцесса, – отрезаю я, стараясь звучать жестче, чем на самом деле.

Мне хочется сказать ей совсем другое.

Но я сам не понимаю, какого черта я здесь. Она зацепила меня так сильно, что все мои жизненные принципы полетели к чертям.

Рассказать ей, что я чувствую? Глупо. Она не поверит.

Я и сам до конца не верю, что какая-то девчонка заставила меня перекроить все планы.

А она даже не была со мной знакома.

Для нее я – похититель, наглый тип, который ворвался в ее жизнь. Пусть так.

Так безопаснее для нас обоих.

Агния тяжело вздыхает и отводит взгляд в окно, где кружится редкий снег.

– Я убедила отца не подавать заявление в полицию.

Чувствую, как внутри вскипает задетая гордость.

– Я этого не просил, – бросаю.

– Знаю, – спокойно отвечает она. – Щербинские никогда ничего не просят. Они просто берут.

Наши взгляды встречаются. И теперь у меня вылетает само собой:

– Спасибо.

Агния лишь хмурит лоб.

– Что было дальше? Когда мы улетели? Тебя мы не забрали с собой… Но это, наверное, к лучшему.

– Зришь в корень, принцесса, – усмехаюсь, – твой отец просто бы сбросил меня где-то в лесу. А так я через этот лес вернулся своим ходом.

– На лыжах? – она поднимает брови.

– По следам Алёши, – хмыкаю.

Агния снова хмурится.

– Это он сдал нас?

– Меня, ты хотела сказать? – смотрю, как она закатывает недовольно глаза. – Не знаю. Не выяснял пока.

– Но собираешься?

– Спускать точно не собираюсь.

– Ой, Арс! О себе лучше подумай!

Внезапно со стороны входа доносится звук – открывается дверь. Потом голоса, смех. Родственники вернулись.

Агния реагирует за долю секунды. Она вскакивает, хватает меня за руку и тянет за собой.

Вцепляется в мою руку так крепко. Я чувствую, как ее пульс частит прямо мне в пальцы.

– Быстро! – шепчет.

Мы срываемся с места, стараясь не шуметь. Я едва успеваю не задеть плечом картину на стене в коридоре.

Взлетаем на второй этаж, пока внизу раздается крик Строганова: «Коза, не спишь? Мы привезли торт!»

– У вас есть, где спрятаться… – констатирую факт шепотом.

Этаж кажется бесконечным. Строгий отгрохал себе просторный особняк.

Агния толкает одну из дверей и затягивает меня внутрь. Щелчок замка звучит в тишине комнаты. Я оглядываюсь.

Мягкий свет ночника – деревянная композиция по мотивам маленького принца. Запах цветов и каких-то кремов. Девчачья территория.

– Это моя спальня, – переводит она дух и говорит, прямо как я когда-то. – Ты должен быть у меня на глазах.

Спальня просторная, как и все помещения в доме. Белая мебель, широкая кровать под пушистым пледом. В открытом шкафу книги вперемешку с коллекционными игрушками и виниловыми пластинками.

Стою посредине. Чувствую себя огромным черным пятном на этом светлом фоне.

Мы одни. Внизу шумят дети, а здесь – только ее сбивчивое дыхание и мой взгляд, который я никак не могу от неё отвести.

Я стою не шевелясь, стараясь не дышать громко. В тишине дома отчетливо слышны шаги.

Легкий стук.

– Агния, солнышко, ты спишь? – голос ее мачехи звучит по-доброму, приглушенно.

Она явно не хочет будить девушку, если та уже в сонном царстве.

Агния застывает.

Смотрит на ручку двери, и в ее глазах читается стыд. Она молчит, закусив губу.

Шаги за дверью медленно удаляются. Агния выдыхает.

– Пусть думают, что я уже легла, – шепчет она, глядя куда-то в пол. – Эта комната далеко от их спальни и детской. Если не шуметь, никто не услышит.

32

Я ещё раз осматриваюсь. В огромном белом кресле ворох одежды, косметички, ноутбук.

– Ты что, приехала к ним на праздники? – спрашиваю, понизив голос.

Она ведь жила постоянно не здесь, а в городской квартире.

– Папа настаивает, чтобы я пока пожила с ними. Ему так спокойнее, – она поднимает на меня взгляд. – А ты... ты со своим отцом больше не общался?

Я усмехаюсь. Вспоминаю наш последний разговор, больше похожий на объявление войны.

– Нет смысла, Агния. Он пообещал превратить мою жизнь в ад… Старик свое слово держать умеет. Для него я теперь – предатель.

Агния делает шаг ко мне. Она выглядит такой встревоженной, будто это ее жизнь только что рассыпалась на куски.

– Но как же ты? – ее голос срывается. – У тебя ведь там всё… работа, дом. Куда ты теперь пойдешь? Как же учеба?

Вижу, что в ее глазах начинают блестеть слёзы. Они копятся на ресницах, дрожат, и одна всё-таки скатывается по щеке. Черт.

Ее жалость бьет по мне сильнее, чем угрозы отца. Если она сейчас разрыдается, я окончательно потеряю контроль над ситуацией.

– Эй, принцесса, только не надо разводить сырость, – подхожу ближе и аккуратно, одними кончиками пальцев, смахиваю соленую дорожку с ее кожи. – Щербинские и не из таких передряг выбирались. Выживу.

Она всхлипывает, но уже со смешком. Так лучше.

Но мне всё ещё не по себе. Слишком много эмоций на один квадратный метр этой милой комнатки.

Нужно переключиться. И не помешает смыть с себя запах долгой дороги.

– Слушай, – говорю, сменив тему. – К слову о воде… Можно я приму душ?

Агния замирает, моргает своими огромными глазами. Смаргивает последние слезинки и быстро кивает, будто очнувшись.

– Да, конечно. Вот, – она указывает на дверь в углу комнаты. – Там ванная. Иди. Чистое полотенце в самом большом шкафчике.

Киваю и направляюсь к двери, чувствуя ее взгляд на своей спине. Захожу в ванную.

* * *

Агния

Арсений в душе, и дверь он не закрыл – оставил щель. Думал, захлопнется сама, или не обратил внимание…

Сначала я хочу просто подойти и закрыть ее, чтобы звуки воды не разлетались по всему дому.

Но рука замирает на полпути. Я застываю, не в силах пошевелиться.

Через прозрачное стекло душевой кабины я вижу его спину. Он стоит под струями воды, и это зрелище буквально пригвождает меня к месту.

У него потрясающее тело… Широкие плечи, мощный разворот спины, узкий таз.

Мышцы перекатывается под кожей, когда он поднимает руки и запускает пальцы в мокрые волосы.

Уф-ф…

Настоящий брутальный красавец, от одного вида которого перехватывает дыхание. Ещё десять минут назад я размазывала слёзы по щекам, а сейчас у меня вот-вот побежит слюна.

Господи, я и не подозревала, что так соскучилась по этому человеку! Всего за пару дней!

Каждая линия его тренированного тела кажется до боли знакомой и в то же время новой, манящей.

Я стою, боясь даже вздохнуть, и просто смотрю.

Пока в один момент глаза сами собой не закрываются, и в голове не всплывают картинки… Как он прижимает меня к себе, как его сильные руки обхватывают мою талию.

Вспоминаю, как мне было с ним надежно и жарко…

Плеск воды, резкое движение – и я не успеваю даже охнуть.

Сильная влажная рука хватает меня за запястье и буквально втягивает в ванную комнату. Дверь захлопывается. Вот теперь со щелчком.

Арсений прижимает меня к своему горячему мокрому телу. От него пахнет моим цитрусовым гелем для душа. Но его собственный запах, как ни странно, перебивает.

Вода с его волос течет прямо мне на одежду, но плевать.

– Иди сюда, принцесса, – шепчет он прямо мне в губы, и в его голосе слышится усмешка. – А то увидит кто-нибудь, как ты пялишься на голого парня.

Я в полном шоке. В голове чехарда из мыслей, но тело реагирует быстрее разума. Моя чувственность мгновенно откликается на него.

Кожей ощущаю каждый изгиб его мускулов. Его твердость и напор.

Треск мокрой ткани кажется оглушительным – Арс ловко и быстро избавляет меня от одежды. Не дает времени опомниться.

Его губы накрывают мои в требовательном поцелуе. Окончательно теряю связь с реальностью. Отдаюсь в его руки.

Я не привыкла быть обнаженной перед парнем, но сейчас это как будто неважно.

– Сладкая принцесса… – его надрывный шепот сводит с ума.

Арсений целует меня так, что в голове вспыхивают искры. Это не просто поцелуй, это какой-то захват, жадный и неистовый.

Его губы, всё ещё влажные от воды, и я чувствую вкус свежести и запредельного желания.

Я задыхаюсь. Пальцы сами впиваются в его мокрые плечи, пытаясь удержать равновесие в этом безумии.

В следующее мгновение он подхватывает меня под бедра. Я инстинктивно обнимаю его талию ногами, и он в два шага переносит меня к широкой мраморной тумбе.

Усаживает на прохладный камень, и этот контраст – мрамор под ягодицами и его обжигающее тело передо мной – заставляет меня вздрогнуть.

Арсений отстраняется, чтобы взглянуть мне в глаза. Его ладони медленно скользят по моему лицу, очерчивают скулы. Спускаются ниже, к ключицам. Я чувствую каждый его палец, словно через меня пропускают ток. Он не торопится, наслаждается моментом, и это сводит с ума.

Его руки опускаются к моей груди. Арс накрывает ее ладонями, сжимает, пробуя на вес. Пальцами находит соски и дразняще оттягивает их.

Внизу моего живота всё скручивается в тугой узел. Я до боли прикусываю нижнюю губу. Из последних сил сдерживаю стон, который рвется наружу. В ванной слишком хорошая акустика.

Арсений смотрит на меня как загипнотизированный, словно я – самое прекрасное, что он видел в жизни. И это шокирует. Ведь за ним бегает весь университет, самые красивые девушки могли побывать в его постели.

В какой-то момент сквозь туман возбуждения пробивается мысль: у меня ведь ещё никого не было.

Я понимаю, что должна сказать, предупредить его, но слова застревают в горле от жуткого смущения.

– Арс... я... мне нужно сказать... – пытаюсь я выдавить из себя, глядя в его темные, шальные глаза.

Но он не дает мне договорить. Прикладывает указательный палец к моим губам, заставляя молчать.

Мягко надавливает большим пальцем на нижнюю губу. Поглаживает ее, словно успокаивая.

– Шшшш, принцесса, – шепчет он. – Я всё знаю. Тебе не нужно ничего говорить.

Снова впивается в мои губы поцелуем, но на этот раз он более глубокий, властный. Арсений прижимается своими бедрами к моим, и я чувствую его плоть – твердую, горячую, пульсирующую.

Он упирается членом прямо в мою изнывающую промежность и начинает медленно, ритмично потираться.

Это невыносимо прекрасно. Он держит мой затылок одной рукой, направляя поцелуй. Второй продолжает ласкать грудь, не давая мне перевести дыхание.

С каждым его движением, с каждым толчком бедер во мне нарастает напряжение. Я чувствую, как влага скапливается там, где он касается меня кожа к коже. Этот ритм лишает меня последних остатков воли.

Тихо постанываю ему в губы, уже не в силах сдерживаться. И в какой-то момент меня просто накрывает. Теплая волна наслаждения захлестывает с головой.

Я крепче сжимаю его плечи, пряча лицо у него на шее, и просто тону в этом ощущении. Чувствую себя желанной и абсолютно защищенной в его руках.

Всё остальной перестает существовать.

Арс ещё очень близко. Отрывистыми поцелуями покрывает мои скулы, щеки. А сильным движением руки доводит себя до пика. Крупные капли спермы орошают мой живот…

Я чувствую себя до безумия странно. Непривычно. И в то же время так хорошо и естественно.

Хотя разумная часть меня, наверно, сошла бы с ума.

– Принцесса… – Арс хрипло зовет меня, прижимаясь всем телом.

Обнимаю его за плечи, впиваясь ногтями.

Этот парень решил, что нам не по пути. Он даже не стал заниматься со мной настоящим сексом. Завтра, а то и раньше, его здесь не будет.

Но почему моей глупой внутренней «принцессе» кажется, что всё ещё может быть не так…

Мы стоим в обнимку, пока кожа не покрывается мурашками. Тогда Арсений снова поднимает меня и теперь несет в душ. Без лишних слов смывает с меня свои следы.

Хотя мне кажется, теперь он пометил меня навечно.

Глупость….

Арс выключает воду. Берет полотенца, откуда я сказала, и одно накидывает на меня. Другое повязывает вокруг своих бедер.

– Будем спать?.. – говорю, стараясь не поднимать на него глаза.