Текст книги "Легенда старого вулкана (СИ)"

Автор книги: Ксения Чудаева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 12 страниц)

Дармин с благодарностью принял тару у старшего, отпил пару глотков. Приятное тепло разлилось по телу, прогоняя опостылевший уже страх.

– Это что-то особенное? – он с интересом глянул на бутылку, понимая, что от простого алкоголя такого мгновенного эффекта не будет.

– Ага, – легко кивнул Хараш. – Наши травники постарались. Хорошая штука, забористая. Много пить не советую, мозги выключает только так.

– И как назвали? – Дармин сделал ещё один большой глоток обжигающей жидкости.

– Хэдра, – улыбнулась Аргета.

– Странное название, – прогудел Раст.

– Как будто кто-то из ваших травников неудачно чихнул, – хмыкнул Дармин.

– Да ладно, ты своим варевам в детстве и не такие названия давал, – каверзно протянул Хараш.

– Но я же не продавал их другим как реальный напиток, – возмутился Дармин.

– Конечно, не продавал, потому что не покупали, – заржал в голос старший.

Дармин с прыжка повалил его на пол, завязывая шуточную потасовку. Но даже так, Раст разнял их в одно мгновение, а потом ещё минут десять они оба выслушивали от матери, что хорошие братья так себя не ведут. Дармин тут же не преминул нажаловаться на изматывающие тренировки старшего, а Хараш на непослушание младшего. Аргета вступилась за Дармина, а на сторону Хараша встал Раст. Завязался нешуточный спор, тут же переходящий на повышенные тона и с добавлением активной жестикуляции. Но Дармин смотрел на него со стороны с улыбкой. Его семья всегда была довольно громкой, такие разборки не делали её хуже. И смотря сейчас на всех троих, он пытался затолкать поглубже остаток волнения за семью, которое не могла подавить никакая хэдра, сколько ты её ни выпей.

Глава 8

Хараш с некоторым трудом открыл одну из монументальных дверей, ведущих в бункер, шагнул внутрь, огляделся и кивнул сам себе, пропуская Дармина в помещение.

Тот вошёл, видя одинокие металлические стол и стул, которые стояли в небольшом помещении. Дальше шли ещё одни максимально прочные двери, за которыми скрывались многочисленные припасы, заготовленные на острове для дальнейшего пропитания армии. Сглотнув, младший обернулся к брату, ощущая, как сворачивается холодная змея в животе и что-то давит в груди, мешая нормально дышать.

– Хар, тут место только для одного? А травники? Остальные, кто живёт на острове? – внутри зародилось плохое предчувствие. Несмотря на ранние заверения брата, Дармин надеялся, что ему хоть кого-то определят в напарники.

И кривая улыбка Хараша никак не могла развеять его опасения.

– Когда мы впитаем силу вулкана, травники первое время нам не понадобятся. А потом уже будем разбираться с проблемами по мере их поступления. Что до остальных, – старший пожал плечами. – Это не твоя забота. Садись и жди, я приду за тобой, когда мы закончим с ритуалом.

Мужчина развернулся, но Дармин не удержался, шагнул к нему и крепко сжал самого родного человека в объятиях.

– Всё будет хорошо, Дарм, – прозвучали глухие слова Хараша, его широкие ладони на мгновение коснулись рук младшего.

Дармину самому себе не хотелось признаваться, что он слышит еле уловимую дрожь в голосе старшего брата.

– Присмотри тут за всем, – попросил Хараш и, не оборачиваясь, вышел, с усилием затворив за собой толстенную дверь.

Оставшись в одиночестве, Дармин подавил вспыхнувшее желание выбежать и сунуться вмете с братом в самое пекло. В этом ритуале места ему не запланировали, но дали роль, которую он должен был исполнить и не подвести семью.

Ожидание убивало не хуже заклинания, но Дармин заставил себя приблизиться к столу, открыть учётные книги, пробежаться глазами по числам. Но мысли всё равно то и дело убегали к самым дорогим людям, которые сейчас там, наверху, подвергают себя смертельной опасности. Младший гадал, сможет ли он что-то почувствовать при извержении? Долетят ли до него отголоски дикой стихийной магии?

Ответом на его немые вопросы стало то, что пол под ногами вдруг задрожал, и следом вибрация пошла по стенам и потолку. Дармин покачнулся, чуть не падая. Земля заходила ходуном, влитой в пол стол заскрипел, с него полетели бумаги и письменные принадлежности, но младший не обратил на это никакого внимания, бросившись к дверям.

Добежав, упёрся обеими ладонями в дверцу, надеясь открыть её, но тут же с хриплым криком отшатнулся, смотря на красные обожжённые руки: металл успел раскалиться за несколько секунд! Не думая больше ни о чём, наскоро намотал на ладони рукава, чувствуя, как в подвале становится всё горячее, вновь упёрся руками в двери, но тут невидимая сила откинула его назад.

Упав на пол, Дармин тут же вскочил, но не смог сделать и шагу, его окружил переливающийся полупрозрачный щит, состоящий из пропитанной магией воды.

– Хараш… – прошептал Дармин ошарашенно, узнавая характерную технику брата. – Выпусти меня сейчас же!

Но старшего здесь не было, и быть не могло, откуда тогда?.. Дармин бросил взгляд в угол, куда в первую очередь смотрел Хараш, когда заходил. Младший заскрипел зубами, видя любимый накопитель брата, который сам когда-то для него и сделал.

– Хараш! Выпусти меня! – Дармин ударил кулаками по щиту, ещё раз, и ещё, разбивая обожжённые руки, но словно бы не чувствуя этого.

Однако поверхность укрытия лишь слегка гнулась под его ударами, не поддаваясь натиску.

– Брат… – Дармин медленно опустился на колени, обречённо оглядывая комнату и понимая, что все металлически предметы от распространяющегося жара начали терять свои очертания, раскаляться и плавиться, бумаги сгорели до состояния пепла. Лишь входные двери оставались неизменными в дрожащем раскалённом воздухе, да те, которые вели к складам.

Дармин закашлялся: щит не пропускал пепел или смог, но жар всё-таки проходил и поднимался его уровень очень быстро, переходя от терпимого к реально невыносимому. Рефлекторно заслонив лицо рукавом, младший сжал зубы, пытаясь сдержать крик от обжигающей температуры воздуха. Запахло палёными волосами, брови и ресницы сворачивались, кожа горела, краснея и покрываясь желтоватыми волдырями, одежда тлела.

Градус боли поднимался всё выше, Дармин забился внутри щита, оглохнув и ослепнув от охватившей тело агонии, не имея возможности вдохнуть раскалённый воздух даже чтобы банально закричать. Жар словно проникал под кожу, вплавлялся в мышцы, кости, нервы, заставляя тело биться в судорогах.

Тренированное сознание не позволяло упасть в спасительное забытье, минута за минутой продолжая пытку. Дармин потерял счёт времени, не понимая, что происходит, в голове билась только одна мысль с просьбой прекратить, унять боль.

– Я БОЛЬШЕ НЕ ВЫДЕРЖУ! – младшему казалось, что он кричал, но из обожжённого распахнутого рта не вырывалось ни звука.

Сколько это всё продолжалось, Дармин не знал, но вдруг боль как будто замерла, а затем стала снижаться до терпимого значения, возвращая возможность сделать судорожный вдох без попытки потратить его на крик.

Щит вдруг опал, вода расплескалась по полу, шипя от воздействия раскалённых плит, но магия, всё ещё хранящаяся в ней, заставила жидкость заледенеть, остужая покрытие и даже, казалось, сам воздух вокруг.

Дармин ещё толком ничего не видел, но разогнулся из позы эмбриона, в которую его загнала боль, вслепую пополз вперёд, обдирая обожжённое тело о ледяной пол.

Мозг уже настолько отупел от боли, что не реагировал на неё толком, спасаясь в состоянии шока. Но даже доползя до дверей, Дармин смог только нащупать их, открыть сил не хватило. Подтянув на руках непослушное тело, младший опёрся спиной на двери и прояснившимися глазами обвёл своё убежище.

В полумраке каким-то чудом сохранившегося одного светильника можно было рассмотреть уродливо оплавившиеся подсвечники, поплывшие своды, обгоревший стол. Воздух был тяжёлым, но Дармин пил его, дышал им, словно самым чистым горным ветром. Однако сложно было понять, сохранила ли свою работоспособность вентиляция, или её банально завалило обломками. Правда, если забилась она, то и двери снаружи тоже должны быть засыпаны. И ему просто так их не открыть… Но Хараш справится, прорвётся к брату в любом случае.

Дармин хрипло рассмеялся лающим смехом:

– Ну… с голоду точно не помру, – услышал он собственный хрипящий голос словно со стороны, бросая взгляд на чуть поплывшие, но сохранившиеся двери к припасам. – Сдохну я от чего-нибудь другого.

Прошедший жар никак не должен был повлиять на качество припасов, сохранённых за ними и за пачкой охранный артефактов.

Какое-то время Дармин тешил себя надеждой, что вот сейчас дверь за ним натужно заскрипит, толкнёт его в спину, опрокидывая на пол. Он поднимет голову и увидит в образовавшемся проёме укоризненно качающего головой старшего брата. Выслушает всё, что тот думает о магической подготовке младшего, но встанет на ноги уже с его помощью.

Однако шли минуты, возможно, часы, Дармин пришёл в себя настолько, насколько это вообще было возможно в текущей ситуации, но никто за ним не явился. Снаружи вообще не доносилось ни звука, хотя при такой толщине металлических дверей это не было чем-то странным.

Опираясь на створку, младший поднялся с некоторым трудом, выровнялся, сделал короткий вдох и упёрся двумя руками в дверцы. Но они ожидаемо не поддались, сплавившись между собой. Оплавку, превратившую его убежище в клетку, пришлось буквально прорывать по сантиметру. Благодаря щиту Хараша, магический потенциал младшего не был растрачен, так что даже мысли не возникало о том, что он не сможет отсюда выбраться сам. Дармин делал перерывы, пытался плавить магией, вливал море энергии, делая перерывы на восстановление, но всё равно хоть как-то заставить шевелиться створки смог лишь через приличное количество времени. То, что за ним до сих пор никто не явился, начинало не просто напрягать, а откровенно пугать. Пытаясь удержать рвущуюся панику, мужчина протиснулся в образовавшийся небольшой проём, с шипением обдирая обнажённую кожу о неровный металл дверей.

За дверьми была темнота, основной выход действительно оказался завален, но уж тут разметать камни для мага труда не составило, он сконцентрировался, отваливая основной камень, который служил заслонкой выхода. На этот раз тоже пришлось прорываться и срывать оплавку уже с пород, но Дармин приноровился за время возни с дверьми, так что справился быстрее.

Когда камень с глухим ударом упал, младший с недоверчивым прищуром уставился на облачко пепла, которое поднял рухнувший кусок скалы. Попытался дождаться, когда светло-серая пыль осядет, но… Пепел не переставал кружиться в воздухе, продолжая падать с небес. Мужчина закашлялся от тут же попавшего в лёгкие мелкого пепла, попытался заклинанием разогнать его в небольшом радиусе от себя, чтобы получить возможность дышать, но выиграл лишь небольшой участок.

Сделав несколько шагов на неверных ногах, Дармин вышел наружу. Пошатнулся, рефлекторно хватаясь рукой за оплавленный и всё ещё очень горячий камень в поисках опоры. Замотал головой, неверяще таращась на пепел. Серые хлопья были везде, всё видимое пространство было им захвачено от самой земли до неба. Ругнувшись, вложил больше магии в порыв ветра, расчищая пространство перед собой, ожидая увидеть очертания вулкана. И обмер, ощущая зарождающуюся дрожь во всем теле.

Потому что Хараташа, который должен был возвышаться прямо перед ним, больше не было. Глазам Дармина предстал край огромного кратера, оплавленного, осыпанного серым пеплом. Словно бы всё, что когда-то представлял из себя величественный вулкан, всё, что когда-то его окружало, абсолютно всё это превратилось в лёгкие серые хлопья, из которых теперь состояли тёмные облака, затянувшие всё небо в пределах видимости.

– Нет… – вырвался сиплый шёпот из пересохшей глотки Дармина.

Младший сделал шаг, другой, побежал. Ноги подгибались, мужчина несколько раз плашмя падал в пепел, который, казалось, уже забил все его внутренности, но он продолжал бежать из последних сил, пока не добрался до края кратера и, не удержавшись, скатился в него кубарем, больно отбивая все тело о выступающие оплавленные камни.

Облачённый в кокон пепла, Дармин кое-как поднялся, выровнялся на коленях. Он крутил головой, пытаясь найти хоть кого-нибудь из живых. Хоть что-то. Другого края кратера мужчина не видел, но то, что можно было разглядеть за пеплом представляло собой мёртвую серую пустыню, в которой чёрными зубами выступали редкие оплавленные камни.

– Нет, нет, нет, – голос Дармина словно тонул в звенящей тишине, но тот продолжал повторять, отказываясь верить в то, что видели его глаза.

Словно ослепший безумец, он зашарил руками в горах серой каменный пыли в попытке найти то, что было когда-то смелыми и безрассудными людьми. Его семьёй. Кашлял, задыхался от мелкой золы, забивающей нос и застилавшей глаза, но продолжал копать.

– Хараш! Мама! Отец! – Дармин метался на коленях, будто в припадке. – Вы не могли… Хараш! Ты не мог! Ты обещал! Ты! Мне! Обещал!

Но крики разрываемой отчаянием сущности не слышал никто, некому было откликнуться на зов. Некогда оживлённый остров превратился в пепельную пустыню, кладбище без единого тела, братскую могилу, гоняемую ветром.

Дармин заскрёб поломанными ногтями по высохшей земле, сжимаясь. Из раскрытого искривлённого рта вырывался хриплый гортанный рёв, который словно бы и не принадлежал человеку, а раненому обезумевшему животному, бьющемуся в предсмертной агонии.

Две тяжёлые капли прокатились по щекам и упали с подбородка на пепел, тут же теряясь в его слоях.

Сейчас Дармин больше всего на свете хотел бы лишиться разума. Просто упасть и умереть тут, вместе со всеми, кто был ему дорог. Перестать чувствовать эту разрывающую сущность боль, перед которой меркло всё пережитое ранее, Дармин словно весь был соткан из боли, но израненное и обожжённое нагое тело не имело к этому никакого отношения. Однако безжалостный тренированный мозг уже начинал думать и давать оценку происходящего, не опираясь на эмоции, пусть и будучи ими оглушённым.

Выплеск магии был чудовищным, аллары не оставят это без внимания. По-хорошему надо было вставать и уходить. Попытаться обойти остров по кромке, всё осмотреть, вдруг кто-то сумел уцелеть. Это было крайне маловероятно, но мужчина обязан был так поступить. Может быть хоть кого-то, кто стоял у подножия в ритуале, получится найти живым.

Дармин вытер руками лицо, оставляя серые разводы, вновь поднялся на колени. Качнулся, но удержал тело, уже в который раз обводя взглядом ненавистную пепельную пустошь.

И вдруг колени почувствовали вибрацию, прошедшую по земле. Дармин замер, расширившимися глазами уставившись на пепел под ногами. Хараташ ещё не умер? Что-то ещё готово извергнуться из-под земли? Пусть артефакты, подготовленные отцом, практически полностью подавили последствия извержения вулкана для острова, но их хватило бы только на один раз. И если вдруг сейчас пойдёт повторное извержение, то сдерживать его будет уже некому.

Первым чувством Дармина было… Облегчение. Он умрёт здесь же, вместе со всеми. Ему не придётся ни разбираться со всем, ни жить с этим дальше. Серые обожжённые губы младшего растянулись в широкой страшной улыбке, делающим его лицо ещё более безумным.

Земля стала дрожать ощутимее, Дармин прикрыл глаза, блаженно раскидывая руки в стороны и словно приглашая смерть прийти за ним.

Но из-под земли вырвалась не лава. Ни жара, ни света, ни раскалённого месива. То здесь, то там вдруг стал вздыбливаться слой пепла. Дармин поднял веки и всё увеличивающимися глазами смотрел на то, как из пепла рождаются огромные серые фигуры. Объятые чёрной дымкой, они лишь отдалённо походили на людей, сходясь с ними только общими силуэтами.

Дармин, не помня себя, бросился осматривать поднимающихся. При более детальном рассмотрении стало ясно, что они были существенно выше и шире людей, лица нельзя было увидеть из-за дымки, да ещё и на головах словно появилась какие-то наросты, но младший всё равно судорожно вглядывался в каждого, мечась от одного к другому, но так никого и не узнавая.

– Мама! Отец! Хараш! – закричал он, в изнеможении хватаясь за голову с такой силой, что от обломанных ногтей на коже оставались красные борозды.

Существа медленно приходили в движение, делали первые шаги, поднимали ладони, подносили их к лицам, словно заново разглядывая себя, но понять, что они при этом чувствовали, было невозможно, дымка вокруг них не рассеивалась. Она двигалась, словно живая, при этом была явная согласованность между её колыханиями и движениями тел существ.

– Хараш, я же тебя предупреждал, – простонал Дармин, не понимая, что ему теперь делать, и заорал во всю глотку. – ХАРАШ!

– Хар-раш, – раздалось вдруг слева глухое рычание.

Дармин дёрнулся, рванул на звук, наплевав на израненные босые ноги, застыл перед одним из существ, которое медленно поворачивало к нему рогатую голову.

– Хараш, это ты⁈ – лицо невозможно было разглядеть, но младший вцепился в кисти существа, потому как выше не доставал.

Боль пронзила обожжённые руки, но Дармин лишь заскрипел зубами, но не отдёрнул ладони от чрезмерно горячей плоти, скрывающейся под дымкой.

– Хар-раш… – повторило рычащее существо.

Глава 9

Дармин затряс существо за руки, но оно словно было сделано из камня и даже не пошевелилось.

– Ты не помнишь меня⁈ Ты вообще хоть что-то видишь? Помнишь⁈ Я – Дармин! – попытался докричаться до него младший, испытывая жгучую смесь из надежды и отчаяния. – Хараш, ну же, вспомни, кто ты!

– Хар-раш… Это моё имя? – голос, идущий из-за дымки, не казался Дармину знакомым, как он ни пытался вслушиваться в рычание. – Оно… моё…

Младший судорожно оглянулся, озарённый ещё не полностью осознанной мыслью.

– Раст! Раст, где ты⁈ Уж кто-кто, а ты точно не мог потерять память, упрямый старик!

Одно из существ неподалеку повернуло голову на звук.

– Р-раст, – прогремело его рычание. – Это моё имя.

– А я – твой сын! И он тоже! – Дармин хлопнул того, кто представлялся ему Харашем, по руке.

Но существо, оторвавшееся на «Раста», медленно покачало головой.

– У меня нет… детей. Нет… ничего, – медленно, но словно неотвратимо проговорил он. – Только цель.

Последние слова заставили Дармина поежиться, почему-то он чувствовал исходящую от них силу и явную угрозу.

Между тем Раст повёл головой, словно разминая шею. Из его открывшейся пасти раздался рёв, потрясший само небо. Все существа подхватили его, дымка за их спинами вздыбилась, формируя… Крылья. Огромные массивные крылья, состоящие из клубящейся тьмы.

Раст первым сделал сильный мах и взмыл в небо, остальные, все как один, следили за ним взглядами.

– ЗА МНОЙ! – оглушающе проревел он.

Дармин рефлекторно зажал руками уши, боясь, что перепонки просто разорвёт звуковой волной. А все монстры вокруг расправили крылья и взлетели несколькими тяжёлыми взмахами, поднимая волну пепла.

Дармин закашлялся, белая пыль по новой забила нос, глаза и рот, но даже сквозь хлынувшие слёзы он смотрел на то, как отдаляется от него тёмное воинство, как вспыхивает в вышине портал, который когда-то располагался над жерлом вулкана. Крылатые тени без промедления рванули в него, исчезая из зоны видимости, при этом заполоняя собой небо, но соблюдая строгий порядок перемещений и не создавая давки у портала.

– У них получилось… – прошептал он, таращась в небо. – Получилось…

Только вот ожидал ли отец, что все, кто участвовал в ритуале, действительно перестанут быть людьми? Или что-то всё-таки пошло не так? Чем они вообще таким стали?..

Дармин долго смотрел вслед улетевшей чёрной туче, не представляя, как это войско теперь управляется, если никто из них даже собственных имён не помнит… Младший сжал зубы, делая над собой нечеловеческое усилие и пресекая все мысли о том, как он будет возвращать память своим родным, когда они вернутся. Но тот факт, что они вообще живы, заставил воющее внутри отчаяние слегка ослабить хватку. Сейчас стоило позаботиться о том, ради чего его вообще оставили в том бункере, не взирая ни на что.

Дармин вернулся к своему убежищу, спустился, прошёл до внутренних дверей, призвал огонь и за пару часов освободил сплавившиеся створки.

Распахнув их потоком воздуха, мужчина шагнул в помещение склада. Как только вся эта крылатая орава вернётся, их надо будет размещать, кормить, лечить… Дармин не представлял, как он будет делать это в одиночку.

Покачав головой, мужчина подошёл к первому стеллажу и вдруг ощутил поток магии. Нахмурившись, Дармин наблюдал за тем, как перед ним словно из воздуха соткался полупрозрачный образ отца.

– Если ты это слышишь, значит, ритуал прошёл успешно, но не по самому лучшему сценарию, – раздался в пустом помещении густой бас Раста. – Раз я не смог прийти сюда сам, значит, магия всё-таки выжгла либо часть памяти, либо всю. Хочу сразу тебе сказать, что это с высокой долей вероятности будет необратимо, поэтому не пытайся как-то нам помочь или помешать, сейчас всё, что имеет значение – это война с алларами, которую мы должны выиграть любой ценой. Наши жизни не имеют значения. Как и смерти, если мы всё-таки смогли удержать магию извержения, но не выдержали нагрузки и погибли.

Дармин грязно, но глухо выругался, попытался по старой привычке опереться голой спиной на стеллаж, но тут же отпрянул и зашипел от боли. Чувство стыда, которое появилось из-за проявления слабости даже перед образом отца, Дармин поторопился задавить, выравниваясь и делая шаг к полупрозрачному Расту.

Отец предполагал, что могут быть такие последствия, подготовился… Младший терпеть не мог эту черту Раста – просчитывать всё до мельчайших деталей, использовать для дела абсолютно всё, включая чужие смерти, да и свою собственную тоже.

Иллюзия Раста вздохнула, отец с лёгкой досадой потёр шею, Дармин невольно дёрнулся, словно даже в такой ситуации хотел успокоить того, от кого осталась только тень.

– Раз я не могу сделать это сам, то тебе придётся сделать это за меня, – тяжело выговорил Раст, смотря прямо на младшего сына. – Надеюсь, тебе хватит сил, и ты справишься. В западной части острова есть ещё один такой же бункер. Подробную карту найдёшь в двойном дне второго ящика твоего стола. Он дополнительно укреплён камнем, не должен был сгореть. Бункер доверху набит накопителями, которые поддерживают защиту и функционирование всего магического на острове. После извержения они должны были зарядиться до максимума, так что следить за системами острова тебе не придётся. Но, сын, когда мы завершим свою миссию, когда упадут Небесные города алларов, ты должен будешь сделать то, ради чего я позвал тебя обратно. Ты спустишься в бункер и запустишь заклинание на втором кристалле абракаса, на нём будет моя метка. Я полагаюсь на тебя, Дармин. Ты должен это сделать. Не подведи меня.

– И что же это за заклинание такое? – с горечью в голосе спросил младший.

Но лишь тишина была ему ответом. Иллюзия отца ещё какое-то время повисела в воздухе, но больше ничего Дармин от отца не услышал. Где-то внутри заныло, Дармин сжал обожжённую грудь в районе сердца. Пусть он прекрасно знал отца, но всё равно надеялся, что тот хотя бы в прощальном сообщении добавит что-то кроме инструкций. Но нет, Раст себе изменять не стал даже на пороге смерти.

Дармин сглотнул, чувствуя ком в горле, однако всё-таки мотнул головой и заставил себя улыбнуться. Криво, саркастично, но растянул губы, несмотря на боль.

– Я не такой, как ты, – бросил он, глядя в то место, где секунду назад был образ отца. – Не такой, как мать или Хараш. Я не буду слепо слушаться твоих приказов и верить в твои расчёты. И память я вам вернуть очень постараюсь. Что бы ты ни говорил, – бросил Дармин, мысленно закрывая тему, и наконец решил заняться тем, для чего пришёл сюда изначально: проверкой состояния припасов.

Двери и все магически защиты выдержали испытание диким температурами, продукты и вещи остались нетронутыми огнём, только приобрели характерный горелый запах. Найдя нишу с вещами для армии, Дармин наугад вытащил себе рубаху и штаны, удивляясь тому, что вместо боковых швов на одежде были странные завязки. Но сейчас это не имело особого значения, мужчина, морщась от боли и ругаясь сквозь сжатые зубы, кое-как обтёрся смоченным полотенцем, натянул жёсткую ткань на себя, подобрал подходящую по размеру обувь.

Уже выходя из складского помещения, младший бросил взгляд на чудом сохранившийся оплавленный кусок зеркала.

Глаза сами собой округлились, взирая на собственное отражение: кожа была покрыта уродливыми волдырями с мутной белёсой жидкостью, бровей и ресниц не было вообще, как и волос.

– Может, они всё-таки не потеряли память?.. – вырвался хриплый смешок. – Понять, что вот эта страхолюдина – я… Тяжело.

Дармин бы не удивился, потому что сейчас он бы сам себя не узнал. Этот страшный лысый мужик в зеркале по какой-то насмешке судьбы повторял его движения, но совершенно точно не был им.

Проверив припасы, Дармин занимался чем угодно, лишь бы не смотреть на небо в томительном ожидании: первым делом забрался на возвышенность и огляделся: в стороне, где должна была стоять лечебница, теперь была непроглядная слегка колыхающаяся серая стена. Силы артефактов, которые позволяли дышать без опасности задохнуться, хватало не на весь остров, чётко выделялся полукруглый контур, внутри которого находился кратер, бывший некогда вулканом, и небольшая территория вокруг него. А вот всё, что было за ним, даже не просматривалось от густого облака пепла.

Дармин коротко выдохнул, понимая, что делать марш-бросок по острову бесполезно, да и невозможно: даже если кто-то пережил магическую вспышку, то все они задохнулись от забившего лёгкие пепла, кружившего за магической границей. Дышать им было нечем.

По поводу смерти безумных магов или полукровок мужчина не чувствовал сожаления. Только всё же надеялся, что их смерть не была мучительно долгой.

– И как теперь обеспечивать всю эту ораву провиантом? – со вздохом цинично спросил он сам у себя, понимая, что в ближайшее время такое количество пепла не осядет, и до побережья ему просто не дойти. Да и не поплывёт сюда никто. Приходилось рассчитывать, что на первое время им хватит того, чем наполнили бункер. А потом уже хоть какое-от решение придёт. Хотя бы те же порталы можно будет использовать, пусть и с некоторым риском.

Вернувшись к бункеру, выгрузил палатки, перетаскал дрова, рассортировал продукты. Несколько самых больших палаток установил на площадке недалеко от кратера, в одной организовал лазарет, натаскав воды и расставив столы с травами и настоями. Оглядел блестящие бока рядов банок и склянок.

– Молитесь всем богам, чтобы в ваших чёрных котелках ещё осталось что-то о том, как всё это использовать, – скривился Дармин. – Ибо я понятия не имею…

В его подготовку курс первой помощи пусть и входил, но далеко не полный, в армии севера в каждом подразделении был свой целитель, так что бойцы знали только минимум, необходимый для того, чтобы дожить до посещения зелёной палатки эльфов.

Однако найти пару мазей для своих ожогов и дезинфицирующий раствор сумел, обработал всё, до чего смог дотянуться сам, наскоро перевязал особо сильные раны, шипя ругательства. Пару раз от боли темнело в глазах, приходилось пережидать, закусив кусок кожаного ремня от аптечки.

Окончательно выбившись из сил, Дармин вернулся к кратеру и в изнеможении уселся прямо в пепел, поднимая небольшое облачко серой пыли в воздух. Пока была занятость, он мог отбиваться от разрывающих голову мыслей, но когда сил не осталось, они вновь накатили, словно раскаляя черепную коробку вопросами.

Чем в итоге стали все участники ритуала? Как много магии им удалось поглотить? Хватит ли этого на то, чтобы уронить хотя бы один Небесный город, или всё это было напрасно? И как их теперь возвращать обратно в нормальный вид?.. Эти и ещё сотня подобных вопросов без ответов жужжали, словно рой, заставляя Дармина морщиться. Ещё этот второй бункер, про который упоминал отец… Что он там спрятал? Почему-то Дармин был уверен, что ему не понравится то, что от него потребуется. Хотя, сделать ситуацию хуже, чем сейчас, было сложно…

Мягко опустившись в пепел, мужчина лёг на спину, направляя расфокусированный взгляд в серое небо. По-хорошему надо было перекусить самому, но желудок сводило только об одной лишь мысли о еде, поэтому Дармин обошёлся парой глотков из фляжки.

Внутри защитного купола почти не было ветра, никакого движения, всё вокруг словно замерло в ожидании возвращения чёрного воинства. И вдруг Дармин ощутил лёгкий удар по нервам. Словно где-то очень далеко произошёл сильный выброс алларийской магии. Приподнявшись на локтях, мужчина попытался определить направление, откуда прилетел отголосок, но в окружении пепла ориентироваться было не на что. А следом прилетела ещё одна вспышка, но она была уже совершенно другой: магия, которой всё вокруг наполнилось, была чуждой, непонятной. В следующую секунду открылся портал в вышине, и оттуда посыпались чёрные точки. Они стремительно пикировали вниз, раскрывая крылья только у самой земли, от чего вокруг них тут же поднимались серые облака пепла.

Дармин, поминая зоргов всех видов, поднялся и поторопился на максимально возможной скорости убраться из кратера, который быстро заполнялся тёмными, объятыми чёрной дымкой существами.

Соскальзывая и помогая себе руками, почти на четвереньках Дармин выбрался на возвышение, оттуда огляделся: всё видимое пространство заполонило это колыхающееся тёмное море.

Одна из точек, которая вышла из портала последней, вдруг спикировала точно на него. Дармин отшатнулся, еле удержался на ногах.

– Да чтоб тебя зорги драли, смотри, куда летишь! – выругался он, со злостью за испуг смотря на приземлившееся рядом существо.

– Цель была вполне конкретной, – прогудело оно. – Мне нужен был ты.

Существо сделало глубокий вдох со свистом, крылья опали, и вдруг вся колыхающаяся вокруг него дымка стала втягиваться в тело, пока полностью не поглотилась кожей. В итоге перед взором Дармина предстал… Раст. Чёрная кожа, ещё более широкий размах плеч, бугрящееся мышцами нагое тело, роговые наросты на голове и слегка искажённые черты лица – но это всё равно был именно он.

– Ты меня вспомнил? – как ни пытался сдержать голос Дармин, но с неудовольствием отметил в нём заметную дрожь.

– Нет, – бесцветно проговорил Раст. – Мой ответ остался тем же. У меня нет семьи. А вот у тебя есть обязанности. Где наш лагерь?

Дармин сжал зубы, пытаясь в каменном лице отца разглядеть хоть что-то, что могло бы хоть намекнуть на возможность возвращения памяти. Но нет, на него смотрели совершенно пустые почерневшие глаза.

– Там, – махнул наконец рукой мужчина, указывая на площадку, где расставил несколько палаток. – Обустраивайтесь.