Текст книги "Легенда старого вулкана (СИ)"

Автор книги: Ксения Чудаева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 12 страниц)

Поэтому, не имея ответов и желания задавать вопросы, мужчина проводил взглядом стартующих к порталу воинов и побрёл со своей ношей на наблюдательный пункт. Обратил внимание, что некоторые тёмные стартовали от лазарета: раненные вставали на ноги и тут же возвращались в строй.

Привычно усадив аллара, сам взял в руки нож, вынул из кармана заранее припасённую деревяшку и принялся вырезать.

– Что ты делать? – тут же проявил к нему интерес алларийский мальчишка.

– Делаешь, – поправил его произношение мужчина.

– Делаешь, – послушно повторил Арьял и чуть смущённо глянул на отца: они каждый день занимались человеческим, Йорал потихоньку выправлял его произношение, но получалось не всё.

– Фигурку, – ответил Дармин на заданный вопрос.

– А кто… кого? – уже сам исправился малец.

– А кого получится. Вот ты бы кого хотел? – с прищуром глянул на него мужчина.

– Собаку, – уверенно произнёс Арьял.

– Почему именно её? – заинтересовался Дармин.

– Собака… верный… верная. Добрая. И пушистая, – медленно подбирая слова, сообщил мальчишка.

– Ну, пусть будет собака, – с усмешкой согласился мужчина, краем глаза ловя благодарный взгляд Йорала.

Всё-таки Арьялу тут совсем не с кем было поговорить, кроме отца. Так хоть Дармин к нему нормально относится и не пугает.

Под конец дня, вырезав что-то действительно напоминающее собаку, мужчина протянул игрушку мальчишке.

– На, держи.

У того во взгляде загорелось маленькое солнце.

– Это мне, правда? Моё? – неверяще спросил он, сжимая в пальчиках деревяшку.

– Твоё, твоё, – Дармин потрепал парня по блестящим волосам. – Пошли домой, поиграешь там.

Сказал, а сам запнулся. Домой? Та убогая палатка – дом? Видимо, пока что да. Закинул Йорала на плечо и широким шагом пошёл со склона.

– Спасибо, – раздался сдавленный голос аллара. – У меня для этого руки не из того места растут, а игрушек у него в сознательном возрасте не было совсем…

– О, ну хоть сейчас светский раут не разводишь, – хмыкнул Дармин. – Да на здоровье, потом ещё пару поленьев возьму, что-нибудь в пару собаке сделаем.

– Спасибо…

Если бы мужчина мог видеть лицо пленника, то, наверное, попытался найти в его глазах слёзы, настолько надломленным был голос Йорала. Но Дармин не мог этого видеть, придерживая пленника за неработающие ноги.

Глава 15

Когда подходили к лазарету, стали возвращаться воины, лагерь тут же наполнился голосами, звуками, лязгом оружия, жизнью. От травников, раненных и тех, кто занимался основным снабжением войска, обычно особо ничего слышно не было. Но что-то было не так, словно на этот раз тёмные принесли с собой какое-то напряжение. Дармин приостановился, огляделся, пытаясь понять, почему складывается такое ощущение.

– Разошлись! – вдруг раздалось громовое рычание сзади.

Дармин сделал шаг в сторону, развернулся и забыл, что надо дышать. Потому что прямо на него почти бежали Хараш и незнакомый массивный воин, на чьих плечах висел, еле перебирая ногами, Раст. Чёрная кровь заливала пепел по пути за ними, голова тёмного была разбита, с правой стороны не хватало рога и, кажется, глаза. Сложно было точно разглядеть в чёрном месиве. Но второй глаз, свободный от крови, чётко вычислил в толпе Дармина, увидел, как тот рефлекторно рванул к нему, забывая про всё вокруг.

– Назад! – хрипло взревел Раст, выплёвывая кровь и заставляя Дармина вздрогнуть и остановиться.

Воины затащили главу в лазарет, и уже оттуда мужчина расслышал отчётливый рык:

– Дармина не пускать!

– Ещё чего! – мужчина упрямо двинулся к палатке, но тут на его свободное плечо легло что-то странное.

Он вроде бы и ощущал прикосновения острых когтей и тяжесть ладони, но глазами видел только клубящуюся дымку.

– Опасно, – прогудел голос безрукого воина.

– Да плевать я хотел!.. – Дармин попытался сбросить «руку», да не вышло, она держала крепко.

– Раст – сильнейший из нас. Если потеряет контроль, то тебе не выжить, – тёмный покачал головой. – Неси аллара к себе и сиди там, пока не скажут иного.

– Чтоб вам гореть и плавиться! – прошипел Дармин, на этот раз всё-таки вырываясь из хватки тени.

Быстрым шагом дошёл до палатки, несколько грубо сгрузил на спальник хранящего молчание аллара. Его сын тут же забился подальше, ощущая происходящее скорее эмоционально, чем реально понимая, что волнует взрослых.

Дармин сначала сел на свой спальник, сцепил руки в замок. Заставлял себя не двигаться, но не выдержал, встал, начал мерить палатку шагами, пока не замер около выхода.

– Раст – очень сильный воин, – осторожно проговорил Йорал с долей грусти в голосе. – Он справится…

– Он должен справиться! – сорвался Дармин, сжимая в кулаке материал полога. – Это его план, его расчёты, его войско! И его долг, в конце концов! Пусть возвращается и разбирается со всем этим дерьмом!

Постарался взять себя в руки, успокоиться. Но полночи метался по палатке, как зверь в клетке. Неспящий аллар следил за ним взглядом из темноты, но молчал. В итоге к рассвету Дармин молча вырвался из палатки и решительно направился к лазарету. В предрассветных сумерках за ним внимательно наблюдали тёмные глаза.

Дойдя до большой палатки, мужчина проскользнул внутрь. Сразу стало понято, где лежит Раст – часть лазарета отгородили тканевыми стенами, там угадывался маленький костёр и один единственный спальник.

Перед входом в это отделение на полу сидел Хараш. Заметив Дармина, он встал, недвусмысленно перегораживая путь. Но мужчина не стал останавливаться на полпути, подошёл почти вплотную.

– Пусти, – тихо проговорил сквозь сжатые зубы.

– Он плох, нельзя, – покачал головой Хараш, тоже не повышая голоса. – Его очень сильно ранили.

– Как такое вообще могло случиться⁈ – прошипел Дармин, сжимая кулаки. – Это же… Раст!

Мужчина думал, что его вопрос привычно останется без ответа, но Хараш не стал молчать.

– Он – главный. Около него всегда самые сильные враги, – тёмный не проявлял эмоций, но какое-то напряжение от него чувствовалось. – Он убил шестого абсолюта, но тот успел наслать на него армию. Раст может умереть. Или потерять контроль над тенью.

Дармина прошила странная боль. Резко мотнул головой: плевать он сейчас хотел на убитого абсолюта.

– Пусти, – проговорил упрямо. Посмотрел прямо в тёмные глаза и выпалил. – Он мой отец, зорги тебя раздери! И твой, между прочим, тоже! Пусти!

– Раст сказал, чтобы ты…

– Но ты же здесь, рядом, успеешь! – Дармин не собирался отступать. Если придётся применить силу – применит, чем бы это в итоге не обернулось.

Хараш помолчал и вдруг развернулся, давая проход.

– Спасибо, – выдохнул Дармин, тут же проскальзывая за тканевую перегородку.

Раст лежал на спине, накрытый одеялом, из-под которого местами выглядывало перебинтованное тело. Черные от крови бинты, сиплое рваное дыхание, серая кожа, капли испарины на лбу… Дармин заскрипел зубами, готовый убивать. Алларов, абсолютов, бирюзовых… всех, кто причинил ему боль. Всех, из-за кого его отец превратился в это, а теперь и вовсе мог умереть.

Мужчина отступил, прикрыл глаза, подавляя в себе вспышку лютой ненависти, тяжело вздохнул. Опустился на пол рядом со спальником, посмотрел на каменное лицо Раста. Тот спал или был в забытьи, но единственный видимый глаз был закрыт, вторая половина лица была скрыта под бинтами. Дармин сидел молча, таращась на Раста, чьё лицо смотрелось живым в отсветах колыхающегося пламени костерка.

– А ведь, по сути, ты добился всего, чего хотел, отец, – наконец прозвучал в тишине голос мужчины, враз утративший эмоции. – У тебя в руках огромная мощь. Ты сам, да и все эти воины. Они слушаются тебя. Ты убиваешь абсолютов, ты, зорги раздери, роняешь Небесные города! А я ведь до последнего не верил, что у тебя получится. А, может, даже надеялся, что у тебя ничего не выйдет.

Он запнулся, горло перехватило, мешая говорить. Подождал, пока немного отпустит, продолжил:

– Я малодушно надеялся, что ты останешься собой, что мама будет мамой, а Хараш не станет чёрным забывчивым ублюдком, – скривил губы в усмешке Дармин. – Но ты победил, как и всегда. Зоргов упрямый старик. Всё рассчитал. Даже свою собственную смерть. Ты же хотел, чтобы я тебя лично убил, так куда ж ты так торопишься?

Что-то в рваном ритме дыхания Раста изменилось, мужчина вскинул взгляд на него и дёрнулся, оказался рядом, видя, как на него смотрит один глаз. Чёрный от натёкшей из лопнувших капилляров крови, но белок виднелся, а, значит, Раст себя контролировал.

– Дар-рмин, – раздался его рычащий голос.

Тёмный с усилием поднял дрожащую мокрую от пота руку, положил её на плечо Дармина, придавливая ощутимой тяжестью.

– Раст, ты как? Позвать… – начал было мужчина, но рука главы сдавила его плечо, заставляя замолчать.

– Ты спр-равишься, Дар-рмин. Всё будет хор-рошо, – рык скатился до свистящего шёпота, единственный глаз вдруг закатился, а рука безвольно упала с плеча мужчины на пол.

– Раст! – встряхнул его Дармин. – Раст!

Но тот не подавал больше признаков жизни, мужчине даже показалось, что тёмный перестал дышать.

– ХАРАШ! – взревел Дармин во всю глотку.

Воин тут же ворвался в отделение, оттолкнул Дармина, прильнул к груди главы, прислушался.

– Салах! – рыкнул Хараш.

Травник явился через мгновение, упал перед Растом на колени, сбросил с тела одеяло, сложил ладонь лодочкой и пробил когтями, объятыми тенью, грудину главы. Дармин большими глазами смотрел, как Салах рукой сжимал сердце Раста, качая кровь и пытаясь запустить его ход. Минуты растянулись в вечности, травник что-то рычал, тело Раста содрогалось, его тень то выходила за пределы кожи, то втягивалась обратно.

– Ну же, давай, старик! – требовательно прошептал Дармин, не отрывая взгляда от серого тела.

Травник вложил больше тени, воздух словно завибрировал от её насыщения, Раст выгнулся дугой, его рот приоткрылся, но не издалось ни звука.

Вдруг Салах опустился на пол, вынул окровавленную руку из грудины, однако сердце Раста не стало биться само. Глава остался неподвижен.

Как и все сейчас здесь. Замершие, неподвижные, придавленные тяжестью случившегося.

– Выйдите, – раздался вдруг женский грассирующий голос.

Дармин поднял голову, уставившись на стоящую на входе Аргету.

– Ты… – начал было Хараш.

– Я сказала – выйдите все! – рявкнула она, при этом на её лице замерла неподвижная, словно каменная маска.

Салах встал и ушёл первым, за ним удалился Хараш. И только Дармин остался сидеть на полу, так и не найдя в себе силы подняться.

Аргета перевела на него тяжёлый взгляд.

– Уйди.

Мужчина сглотнул и наконец подчинился. Что-то было в её голосе, позе, глазах… Что-то такое, что требовало дать ей время побыть наедине с Растом. Дармин ещё сам не знал, как относиться к смерти главы. И к тем словам, что он сказал ему напоследок. Он всё-таки что-то вспомнил? Или услышал его последние слова? Почему он вообще это сказал? Вопросы без ответа…

– Ведро воды и ткань! – скомандовала Аргета.

Салах тут же среагировал, дал всё требуемое и снова отдалился. Дармин на нетвёрдых ногах дошёл до стоящего у выхода Хараша.

– И что теперь будет? – тихо спросил мужчина у закаменевшего воина.

– Передача старшинства, – коротко ответил Хараш, мазнув взглядом по отделению с телом Раста. – Через час нам вылетать. План мы составили ещё вечером, так что ничего не изменится.

Дармин сглотнул, не понимая, что он чувствует от этих слов.

– Пошли, – Хараш открыл полог.

Дармин вышел следом за ним, оказываясь на улице. Ничего не поменялось. Тот же пепел, те же палатки, тот же портал, который скоро откроется. А Раст умер. Его теперь нет. Просто нет. Осталось лишь пустое тело. Это не помещалось у Дармина в голове.

Около палатки мужчина вдруг заметил безрукого воина. Он подошёл к Харашу, встал рядом.

– Ты второй после Раста, – прогудел воин.

– Теперь первый, – коротко ответил Хараш.

Безрукий кивнул. А Дармину хотелось кричать. Просто орать, пока не выйдет то сжавшее его горло чувство, которое не давало нормально дышать. И что-то странное царапало в груди так, что хотелось ногтями стянуть кожу и вытащить его оттуда. Жжение разгоралось, становилось невыносимым, мужчина рефлекторно приложил ладонь к рёбрам, но легче не стало. Он закашлялся, захрипел, обхватил голову руками, сжимаясь и глухо закричал. Перед зажмуренными глазами сами собой пролетали картины из прошлого. Не те, где они ругались до взаимных атак магией, не те, где Дармин сыпал ругательствами, собираясь на север, а очень далёкие. Практически первое воспоминание мужчины о своей жизни. Вот он подлетает вверх, в самое небо и тут же падает вниз, но ему не страшно. Потому что знает, что там, внизу его ждут большие сильные тёплые руки, которые поймают, удержат и снова пустят летать под облаками. Что бы в жизни Дармина не происходило, отец всегда стоял за его спиной. Немой гарант того, что всегда будет на кого опереться. Кто прикроет, обеспечит защиту.

И вот его больше нет, за спиной лишь чёрная пустота. А здесь, в реальности, только каменные лица, которым абсолютно всё равно, что умер Раст. Они просто сдвинут счёты на одно деление и пойдут дальше.

– Надеюсь, ты счастлив, старик, – через силу проговорил Дармин, успокаивая дыхание. – После твоей смерти прошло несколько минут, а твой старший сын обсуждает не похороны, а то, как займёт твоё место.

Мужчина отвернулся, не желая смотреть на такого Хараша. На произошедшую вспышку эмоций никто из тёмных не обратил внимания. Блуждающий полный боли взгляд наткнулся на вышедшую из лазарету Аргету. Её руки были в кровавых разводах. Дармин посмотрел ей в лицо и зашептал, чувствуя, как небо падает на землю:

– Нет, нет, нет…

Потому что на него глядели опустевшие, затянутые тенью глаза. Тело Аргеты вдруг резко согнулось, словно сломалось. Вырвавшаяся тень распахнула крылья за её спиной. Рывок – и она летит прямо на Дармина. Но мужчина не мог двинуться с места, не мог… поднять руку на мать. Он с каким-то обречённым принятием глядел, как на него стремительно надвигается смерть.

А в следующее мгновение ей в бок врезался объятый тенью монстр. Только в отличие от Аргеты, его тень равномерно покрывала тело.

– Дармин, в сторону! – рыкнул монстр голосом Хараша.

Мужчина не пошевелился, тогда его просто оттолкнули большие руки, созданные из дымки. Удар о землю привёл Дармина в чувство, он вскочил на ноги и хрипло заорал:

– Хараш, нет, ты не можешь! – хотел уже было метнуться к двум отчаянно сражающимся теням, но безрукий вдруг перегородил ему путь.

– Подожди, – тёмные глаза воина цепко следили за боем.

– Она наша мать! Хараш не может её убить! – задёргался Дармин в объятиях тени, которые не давали ему ступить и шагу. – Это безумие! Отпусти! Я должен!

– Я тоже, – вдруг странно ответил безрукий и в какой-то момент припал к земле, запел.

По-другому назвать этот низкий гортанный звук Дармин не мог. Но от его голоса, казалось, вибрировали рёбра. Голос воина набирал силу, а тень вновь начала колыхаться вокруг него. Руки из дымки отпустили Дармина, но он больше не стремился разнять Хараша и Аргету, во все глаза смотря на тёмного и его странный ритуал.

А тот вдруг выбросил в сторону сражающихся одну из теневых рук и что-то рявкнул, мужчина не смог разобрать слов. Вторя ему, вдруг замерла, закричала Аргета.

– Мама! – вырвалось у Дармина.

Тело тёмной замерло, а потом затряслось, словно в припадке, тень вырывалась из неё рывками, скапливаясь, как живая колыхающаяся стена между нею и замершим тяжело дышащим Харашем. По виску безрукого потёк пот, но он выкачал из Аргеты всю тень, после чего уронил её тело, а вся накопленная дымка вдруг накинулась на Хараша, моментально обволакивая и скрывая его под собой.

Дармин кинулся к Аргете, приложил руку к шее и со стоном выдохнул: тёмная была жива. И тут же вздрогнул от дикого крика Хараша. Воин заметался по небольшой площадке, другие тёмные от него отшатывались, тень колыхалась вокруг него, словно разрывая его на куски. Он то увеличивался в размерах, то уменьшался, причём непропорционально, то одной половиной тела, то другой. Кости влажно трещали, с каким-то хлёстким звуком рвались мышцы, чёрная кровь лилась рекой.

Дармин бросился к безрукому, который наблюдал за этим, тяжело дыша.

– Останови всё сейчас же! – встряхнул мужчина его за плечи. – Убери тень! Отдай ей другой приказ!

– Он теперь глава, он должен справиться. Иначе они все рано или поздно взбесятся, и ему придётся их убить одну за другой. Ты не хотел смерти матери, я пресёк её приступ. Но это, – воин кивнул на мечущегося в агонии Хараша. – Это цена, которую платит глава. Он справится.

Он справится… эти слова прогремели набатом в голове Дармина. Йорал так же говорил о Расте всего за несколько минут до его смерти.

– Хараш! – закричал Дармин, с болью смотря на тёмного. – Хараш, ты должен! Слышишь, садюга зоргов, ты должен выдержать! Входи в свой транс, магичь, отрасти всё, что хочешь, но ты должен выжить! – и прошептал уже еле слышно. – Брат, пожалуйста! Не оставляй меня одного…

Тёмный в безумной дымке вдруг остановился. Его рогатая голова в каком-то страшном изломе безошибочно повернулась к Дармину. Никто из живых не смог бы так изогнуть шею. Безрукий воин молча поднялся, словно на этот раз он был готов вступиться за мужчину, если тёмный неожиданно кинется.

А Хараш вернул голову в нормальное положение, повёл плечами, послышался глубокий вдох, и тень медленно втянулась под чёрную кожу. На Дармина смотрели тёмные глаза на фоне нормальных белков. Хараш поднял свою руку, призвал тень, она запылала, словно пламя. И так же по его повелению исчезла, полностью подчиняясь.

– За Хараша! – взревел вдруг безрукий. – За Хараша и его чёрное пламя! Вы будете служить ему от лавы до пепла! Он поведёт вас в бой!

– За Хараша! – ту же вскинулись стоящие неподалёку воины.

– От лавы до пепла!

– За Хараша и его пламя!

– ЗА ПЛАМЯ ХАРАША! – грохнули сотни лужёных глоток.

Глава 16

Тёмное воинство колыхнулось, расправило крылья и рвануло в открывшийся в вышине портал. Дармин проводил их воспалённым взглядом. Зверем рявкнул на Салаха, который хотел поднять всё ещё не пришедшую в себя Аргету с земли. Дармин сам её взял на руки, отнёс в лазарет, бережно уложил на спальник, поправил одежду, волосы. Стёр кровь с рук.

– Как она откроет глаза, пусть кто-нибудь из ваших меня найдёт, – проговорил мужчина, почему-то даже не сомневаясь, что его просьба будет исполнена так или иначе.

Сам же прошёл за ограждение, где до сих пор лежало тело Раста. Аргета успела снять бинты и отмыть кровь с торса, но всё остальное было нетронуто. Видимо, именно тогда её настиг приступ безумия.

Взяв лежащую тут же тряпицу, сполоснул ткань в остывшей воде и принялся оттирать тело от крови. Никто не пожелал ему ни помочь, ни помешать. Травники тихо передвигались по лазарету, еле слышно шаркали раненные, но к Дармину даже не приближались.

Мужчина начал с ног тела, постепенно дошёл до головы. Осторожно, словно глава всё ещё мог что-то чувствовать, осмотрел лицо. Оказалось, что левого глаза Раст действительно лишился. Дармин мягко промыл пустую глазницу, уложил волосы, запутавшиеся за обломанный рог.

Вышел, нашёл чистую одежду. Вернулся, принялся с натугой ворочать большое тело, одевая. Когда закончил, поднялся, слегка покачнулся. Мысли в голове словно остановились, но даже таким заторможенным мозгом Дармин понимал, что до кратера Раста просто не дотащит, даже если кишками наизнанку вывернется.

Побродив по лазарету, нашёл носилки, перекатил на них тело главы и волоком потащил на выход. И снова никто не стал препятствовать. Только безрукий воин, что-то тихо напевающий у своего костра, проводил его внимательным взглядом.

Дармин упирался, потел, скрипел зубами, но продолжил тащить. В кратер пришлось спускать с трудом, пару раз чуть не скатился вместе с тяжёлыми носилками, ноги скользили по пеплу. Но справился, остановился около края, понимая, что если потащит куда-то дальше, то на могилу сил уже не останется.

Вернулся в лагерь за лопатой, остановился около своей палатки. Молча зашёл, посмотрел на сидящего аллара. Тот, словно без слов понимая, что ему предлагает Дармин, кивнул. Мужчина приблизился, закинул его на плечо и вместе с ним и идущим позади мальчишкой они спустились в кратер.

Дармин усадил пленника на выступ, а сам принялся копать. Он мог применить магию и за пару секунд создать могилу нужного размера и глубины. Но не делал этого, упрямо ковырял лопатой камни. Стоял громкий лязг от соприкосновения металла с минералами, рубашка Дармина промокла насквозь, сорванные о черенок руки кровоточили, алые капли скатывались до самой земли, утопая в пепле.

– Да чтоб тебя! – взревел Дармин, понимая, что за час работы не продвинулся и на несколько сантиметров.

В бешенстве отбросил лопату, сжимая кулаки.

Йорал продолжал безмолвно сидеть на камне, смотря на тело Раста. Проследивший за его взглядом мужчина тоже уставился на труп. Длинно выдохнул, прикрыл глаза, успокаиваясь. Взмахнул рукой, рассылая алые капли, поднял пласт земли. В образовавшуюся яму с натугой перекатил тело Раста с носилок. И засыпал, не желая больше на него смотреть.

– Покойся в пепле, – тихо проговорил Дармин, сжимая кулак и орошая свежую могилу кровью.

– Покойся в пепле, – эхом повторил Йорал.

Они встретились взглядами, мужчина кивнул. Вернулись в палатку, Дармин, ругаясь сквозь зубы, переоделся. Сел, чтобы натянуть ботинки, как вдруг его руки коснулись детские пальцы.

– Чего тебе? – хрипло спросил мужчина, глянув на Арьяла.

– Я… помогу, – подобрал слова мальчишка.

В руках маленького аллара Дармин только сейчас заметил бинты и склянку с настойкой. Причём с правильной, зелёной, запомнил, видимо, когда мужчина лечил его отца.

– Давай, – Дармин развернул израненные ладони.

Арьял поставил склянку на пол, старательно размотал бинты, взял тряпицу, тщательно смочил её настоем и принялся неумело, но осторожно обрабатывать раны мужчины. Дармин сглотнул, от чего-то ком встал в горле, перехватывая дыхание. Мужчина поднял голову, нашёл взглядом Йорала. Тот мягко улыбнулся, кивнул. А Дармин понял, что у него всё перед глазами расплывается и теряет чёткость. Глаза защипало, на рукав упали капли. Арьял удивлённо посмотрел на него.

– Ты плачешь? Тебе больно? Я сделал? – в больших глаза заплескалось беспокойство.

– Нет, – прошептал мужчина, порывисто обнимая худые плечи мальчишки. – Нет, не ты. Всё хорошо, не переживай.

На несколько мгновений Дармин позволил себе так замереть, чувствуя, как слёзы неудержимо текут из глаз. Одновременно с ними растворялся и выходил из груди застывший там камень. Дышать становилось легче, напряжение пусть хоть немного, но отпускало.

Выпрямившись, мужчина вытер мокрые щёки, с кривой улыбкой вновь протянул Арьялу ладони.

– Извини, помешал. Продолжай, – проговорил чуть сипло.

Мальчишка кивнул, вновь обрабатывая и бинтуя ранения. Некоторое время Дармин старался не смотреть на Йорала, давая себе прийти в какое-то подобие порядка. Но вот его лечение закончилось, и мужчина поднялся, направился за завтраком.

Через полчаса они уже снова были на наблюдательном пункте, Дармин проверял записи с кристаллов, отслеживая, не произошло ли ещё каких происшествий. Мало ли как могли отреагировать воины на смерть главы, учитывая, как они все связаны.

Наблюдая за лагерем, мужчина вдруг тихо выругался, смотря, как Аргета выходит из лазарета. Но тут следом за ней вышел Салах, махнул рукой в сторону пригорка. Дармин с некоторым удивлением смотрел на то, как тёмная сама довольно стремительно приближается к его местоположению. Её движения не были скованны болью, каких-то проблем не наблюдалось.

Подошла, окинула взглядом.

– Ты хотел меня видеть, – проговорила глубоким грудным голосом.

Дармин внимательно осмотрел Аргету, отмечая, что и при осмотре вблизи никаких повреждений у тёмной не было. Выкачивание тени она перенесла на удивление хорошо.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил он.

– В бой меня больше не возьмут, – скривилась Аргета, поднимая руку и сжимая кулак. Видимо, хотела призвать тень, но та не отозвалась.

– Ты вышла из себя, – тихо произнёс Дармин.

– Знаю, – дёрнула уголком губ тёмная. – Не справилась. И поплатилась за это. Теперь буду отвечать за функционирование лагеря.

– Хорошо, – кивнул мужчина, не зная, что ещё добавить.

Аргета правильно поняла паузу как завершение разговора, развернулась и направилась вниз.

– Знаешь, Дармин, – раздался задумчивый голос Йорала. – Я никак не могу понять твоего положения в иерархии этого войска. Они тебе словно… подчиняются. И одновременно с этим нет.

– Не поверишь, сам понять так и не смог, – усмехнулся мужчина. То, что его мать больше не будет летать на боевые выходы, его даже порадовало. Губ коснулась кривая улыбка, он помнил, как Аргета ненавидела заниматься домашними делами, два брата вечно делили их между собой. А тут такой казус.

Вечером, когда армия вернулась, Дармин первым делом нашёл по кристаллам Хараша, убедился, что с ним всё в порядке. Выдохнул, начал собирать Йорала, чтобы унести его вниз, как вдруг Арьял вздрогнул, а за спиной раздалось:

– Дармин, ты мне нужен в штабе.

Дармин и сам слегка содрогнулся, потому как, только что видя Хараша по кристаллам в районе лазарета, никак не ожидал услышать его голос за своей спиной.

– Да что ж ты так подкрадываешься⁈ Сейчас, отнесу Йорала в палатку и приду, – кивнул мужчина, водружая аллара на плечо и разворачиваясь к тёмному.

Новоиспечённый глава кивнул и стал спускаться с пригорка.

– Ты видел, как он подходил? – почему-то шёпотом спросил Дармин у Йорала.

– Нет, – так же тихо ответил аллар.

– С ума сойти, – мужчина свободной рукой потёр лицо. – Никак не привыкну к их чудовищным способностям. Ну нельзя при таких размерах двигаться так тихо и бесшумно! И, кажется, до вливания тени Аргеты Хараш так не умел…

Дармин выгрузил Йорала в палатке, обеспечил их с сыном ужином и только после этого пошёл в штаб. И был несколько удивлён тем, что там не оказалось ещё живых представителей первого круга, которые обычно обитали там при Расте. На этот раз в палатке были только Хараш и тот безрукий воин.

– Набор образов, что есть у тебя на том пригорке, – новый глава не стал тянуть, сразу же начал говорить, как только мужчина подошёл. – Мне нужен здесь такой же как можно скорее.

– Так, – Дармин напряг память. – В моём убежище ещё должны быть принимающие кристаллы, я подсоединю тебя к моей сети, чтобы заново не раскидывать записывающие камни, – он пожал плечами. – Как будто бы не вижу никаких трудностей.

Хараш обернулся к безрукому, тот кивнул.

– Только нам нужно больше обзора вот здесь, – раздался его глубокий голос. Воин сделал шаг к столу с картой, обвёл местность теневым когтем. – Мы должны видеть всё.

Дармин приблизился, осмотрел от руки нарисованную карту лагеря. Всё сводилось к тому, что этот тёмный требовал максимально обширное наблюдение для места, где стояли палатки тёмных воительниц.

– Хочешь всех их в него перегнать? – криво усмехнулся Дармин.

– Всех не смогу, – совершенно серьёзно ответил безрукий. – Но он сможет, – тёмный кивнул на Хараша.

– Да ладно, – с сомнением протянул мужчина. – Ты можешь так же петь, как этот? – Дармин посмотрел на главу.

– Если потренируюсь, – кивнул Хараш, не став скрывать.

– И почему ты раньше так не делал? – Дармину хотелось взорваться. Потому что, начни безрукий проворачивать этот фокус раньше, то ему бы не пришлось убивать того воина… Но не торопился обвинять.

– Не умел, – подтвердил его догадку тёмный. – Наблюдал, понял, научился.

– Ещё бы вы говорить нормально научились, – буркнул мужчина еле слышно. И продолжил уже нормальным голосом: – Ладно, задачу я понял. Что-то ещё?

Хараш покачал головой, безрукий вообще никак не отреагировал. Дармин уже хотел было уйти, но остановился, обернулся к воину.

– Как тебя зовут? – пока жили на острове около вулкана, мужчине не помнил, чтобы знакомился с кем-то похожим.

– Фадир, – отозвался безрукий.

– Спасибо, – серьёзно проговорил Дармин. – За Аргету и за Хараша.

Фадир почему-то не стал, как все, говорить что-то про общую цель, а только кивнул в ответ.

На следующий день Дармин, привязав Йорала себе на спину, занялся наведением дополнительной системы наблюдения для Хараша. Аллар из-за плеча давал советы, а иногда и просто устанавливал кристаллы – ему было проще с такой высоты. Соединив все записывающие кристаллы между собой, Дармин беспрепятственно вошёл в пустой штаб. Ссадил Йорала при входе, сам же углубился в палатку. Остановился, осматриваясь. Почему-то хотелось найти хоть какое-то доказательство, что здесь жил Раст. Но старый глава никаких своих вещей не оставил, да и не было у него ничего своего. Хараш ничего не стал менять, даже спал на том же спальнике.

Дармин поёжился, он бы так не смог… Начал расставлять кристаллы приёма. В итоге как раз к возвращению войска собрал подходящий набор образов. Хараш вошёл в штаб в момент, когда Дармин доделывал последний. Аллар на входе воина нисколько не смутил, а вот впечатлительный Арьял вжался в отца. Сам Йорал же с любопытством наблюдал за тёмными.

Следом за Харашем вошёл и Фадир. Дармин рефлекторно ждал остальных из первого круга, но нет, больше никого не показалось.

– Вот, принимай работу, – взмахнул рукой мужчина.

Хараш подошёл, внимательно посмотрел на сменяющиеся образы.

– Хватит? – повернулся он к Фадиру.

Безрукий внимательно проследил за набором мест, которые Дармин выбрал для наблюдения.

– Да, этого достаточно, – одобрил воин.

Благодарности от них Дармин не дождался, что, в принципе, было им ожидаемо.

– Как слетали? – задал он вопрос чисто наобум.

– Продуктивно, – на удивление быстро отозвался Хараш. – Сегодня в море упал самый западный Небесный город.

Дармин хищно улыбнулся, но тут же бросил обеспокоенный взгляд на Йорала. При нём радоваться разрушению цивилизации его расы казалось как-то неправильно. Взор аллара задумчиво бродил по стене палатки, лицо не выражало ничего, поэтому сложно было понять, что он чувствует.

– Ну хорошо, что всё хорошо, – поторопился Дармин. – Тогда мы пойдём.

Он подсадил аллара, взял Арьяла за руку и зашагал к их палатке. Шли в тишине, но долго мужчина не выдержал.

– Ты знал кого-то в этом городе? – всё-таки выдавил из себя Дармин.

– Клан матери Арьяла когда-то жил там, – с лёгкой заторможенностью ответил Йорал. – Красивое было место. Жаль, что теперь он под водой. Но там много порталов, жители должны были успеть уйти.

– Вы ж летать умеете, – брякнул Дармин и тут же прикусил язык. Это как безногому говорить о беге.

– И это тоже, – как-то туманно ответил аллар.

Мужчина не стал спрашивать дальше.

Несколько следующих дней Дармин из любопытства наблюдал за Харашем и Фадиром. Эти двое взяли за привычку после прилёта войска ходить по всему лагерю и внимательно присматриваться ко всем воинам. Дармин чувствовал, что это не спроста. И в скором времени в этом убедился – одна из тёмных после очередного вылета одичала, напала на своих.