Текст книги "Грешный брак 2 (СИ)"

Автор книги: Кристина Юраш

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 11 страниц)

Грешный брак 2

Пролог

– Эрцилия! – орал дракон, а в избушке даже стеклышко на окне дрожало от его рева.

кажется, он пролетел над нами и не заметил маленького убежища. Я зажмурилась.

– Эрцилия!

Сестра вздохнула:

– Так я и знала, что тебе не понравилось помолвочное кольцо!

– Какое кольцо? – прошептала я, глядя на сестру.

– С вот такенным камнем! – заметила Тесс, высунув руку и показав камень, размером с голубиное яйцо.

– Я ему сразу сказала, что этот стеклорез пусть сам носит! – фыркнула сестра. А я не понимала, что она говорит. Точнее, не верила. – Такое неуважение! Ты же даже перчатки с ним не наденешь. А если носить его поверх перчатки, то ты его потеряешь! Я тебя не первый день знак! Ты год назад на балу потеряла мое кольцо! Я сразу так и сказала герцогу, а он уперся, мол, кольцо должно быть соответветствующее статусу! Аспен ему тоже говорил, что колечко должно быть не ‘таким! Например, как мое!

Сестра высунула руку и показала мне изящное кольцо, похожее на покрытоекаплями росы золотое кружево.

– Но герцог решил все по-своему! И вот что из этого вышло! – вздохнула Тесс.

То есть, получается, Даниэль, не собирался разрывать помолвку? Он просто хотел подарить мне кольцо, как и полагается, при наличии симпатии между будущими супругами.

– Я бы ему в лицо швырнула этот стеклорез! Совсем дурак! – фыркнула сестра. И

высунулась в окно. – Летай, летай! Так тебе и надо! Надо слушать, что тебе говорят!

А не твердить свое: -Я герцог! Я герцог". Ну и что, что ты герцог. Носить -то не тебе?

Тесс закрыла окошко, фыркнула и уселась рядом со мной.

Ну все, сейчас вернется папа! И все ему объяснит. На пальцах! Он зачем у меня твое кольцо взял? Я же ему все объяснила даже! Аспен – свидетель. Кстати, а кольцо я положила на место или нет? Не помню. Не важно! – махнула рукой Тесс.

– Завтра мы с тобой поедем в город, возьмем твой стеклорез, вернем его в ювелиру и возьмем что-нибудь приличное! А не это позорище!

Я до сих пор не могла поверить, что Даниэль согласился сохранить помолвку. И не просто сохранить.

По местным обычаям помолвка на словах – это одно депо. От нее можно отказаться в любой момент Не получилось, не срослось, лишили наследства и умерла любимая канарейка. Отношения держаться на честном добром слове и добром имени.

Но помолвка с кольцом – это совсем другое.

– Эрцилия!

Голос дракона, словно раскаты грома сотрясал лес.

– Пойдем, – вздохнула я, растирая слезы.

– Ага! Конечно! Сиди пока! – неожиданно заметила сестра. – Пусть страдаем мужчинам страдать полезно. Чем больше они страдают, тем больше ценят!

И мы посидели еще. Ветер завывал за окнами. Над лесом страдал дракон. Я же сначала чувствовала, что Тесс права. Потом я стала чувствовать бессердечной сволочью, слыша раскаты рева: “Эрцилия".

– Пусть думает, что тебя волки съели! – усмехнулась Тесс, потирая запотевшее от тепла окошечко.

– Ежики унесли и белки обесчестили! – фыркнула я, не зная даже который сейчас час. -

Нянюшка, небось, опять с ума сходит.

– Не переживай, у нее есть Донна. Донна, услышав новость, что ее граф сбежал не знает радоваться или плакаты – заметила Тесс, а я слышала, как лес снова сотрясается от рева:

“Эрцилияг. – А вдругон сбежал, чтобы убить ее?

Вот об этом, кстати, я не подумала.

– Ну все, пор;-заметила Тесс. – Теперь можно!

Мы стали по очереди вылезать. “Пока, домик!’ – попрощалась Тесс, которая очень любила его. – Пока, Эллеонор.

Любимая кукла сестры провожала нас остекленевшим взглядом. Рядом сидела моя

“любимая кукла" из детства Аврора. Она была лысой и напоминала Голлума.

– ВОт смотрю я на твою любимую куклу, понимая, что это не тебе за него должно быть страшно замуж выходить. А ему на тебе жениться! Будет себя плохо вести, я ему эту куклу покажу! – усмехнулась сестра, когда я аккуратно ставила ногу на ступеньку. После избушки все на улице было так холодно. А мы почему-то шли на полянку. Когда деревья закончились, Тесс взяла снег и насыпала его на меня.

– Ты.._ Ты что делаешь?! – спросила я, пытаясь стряхнуть его с волос и капюшона.

От такой наглости я не удержалась и тряхнула на нее целую ветку.

– Значит так, да? – усмехнулась Тесс, запустив в меня снег и промахнувшись. Я же попала ей в спину, когда она отвернулась, чтобы бежать.

– Что ты делаешь? – проворчала я, сплевывая снег.

– Учу тебя флиртовать – задохнулась раскрасневшаяся Тесс, набирая в перчатки побольше снега. Ей хорошо! Она в перчатках! У нее руки не мерзнут! – Придем домой, а я скажу, что нашла тебя бедную, несчастную, продрогшую в сугробе.

– Ага, почти объеденную медведем! – фыркнула я, ловко отклонившись от снежка.

– Отлично! Герцог найдет свою половинку! – прыснула сестра.

– Осталась одна рука! Так, кто тут жениться хотел? Рука ест усмехнулась я.

Я попятилась в сугроб от приближающейся сестры, на которую стряхнула ветку.

Потом вторую.

– А ничего, что обманывать – не хорош – фыркнула я, стряхивая третью ей на голову.

– Мы – не обманываем. Мы – флиртуем! А почему мужчинам можно нас обманывать, а нам нет? – наступала сестра.

Моя нога провалилась в снег а я неожиданно для себя не смогла ее вытащить.

выставив руки вперед, чтобы успокоить сестру, я попыталась встать. Но не смогла.

Я увязла в снегу.

– Руку. – протянула мне Тесс, пытаясь меня вытащить. Она не смогла, а в моей руке осталась ее перчатка.

– Отлично! Так и сиди! – потерла руки Тесс и задрала голову.

– Помогите ! – пронзительно закричала она_ А я зашевелилась, пытаясь самостоятельно покинуть сугроб. – Помогите!

– Тише! – одернула ее я, но Тесс уже выбежала на поляну, размахивая руками. -Сейчас сама выберусь.

–Лежи, как лежала! – фыркнула Тесс, а я увидела, как над нами пронесся огромный

‘дракон. – Не умеешь флиртовать – доверься мне!

Глава 2

– Помогите! – заорала Тесс во все горло. Я уже уцепилась за ветку, пытаясь вытащить себя сама. Но ветка с треском хрустнула, оставшись в руке, а я все сильней увязла в снегу.

– Тесс! Любовь моя! – послышался крик, а я видела, как по снегу, почти не продавливая его, бежит Аспен. – Что случилось?

Он схватил Тесс, а потом увидел меня. И ломанулся спасать.

– Любимый! Со мной все в порядке! – выдохнула сестра, ловя его за полу камзола и дыша ему в лицо паром. – Спрячься за дерево! Я тебя прошу!

– Но она же в беде! – выдохнул Аспен.

– Это должен сделать герцоп За дерево! Я тебя умоляю! – взмолилась Тесс, – Не мешай герцогу становиться мужчиной, таким как ты!

Аспен послушно спрятался за широким деревом, пока Тесс орала, глядя на небо.

– Помогите! – орала она, оборачиваясь к высунувшемуся от любопытству Аспену.

И тут на поляну с грохотом упал дракон. Огромный, черный, свирепый и готовый порвать любого. Тесс бесстрашно стояла перед огромной пастью.

– Помогите! – пискнула она, а дракон обернулся герцогом. – Я нашла ее! Бедняжка провалилась в сугроб! Она почти замерзла!

Сестра бросилась ко мне, но упала.

– Она еле живая... Совсем замерзла! – всхлипывала по– детски сестра. И тут же шепотом добавила уже мне. – Еле живая! И почти без сознания! Глаза закрой!

Распаленный герцог бросился ко мне. Как же он был красив. Черные волосы, в которых запутались снежинки. Снег на меховом вороте черного пальто, перчатки и расстегнутый на возле горла камзол.

– Осторожней! – взвизгнула Тесс из-за спины герцога. – Она очень хрупкая!

Я прикрыла глаза, как вдруг герцог рванул меня на себя, прижав к груди.

– Бедная, – рыдала Тесс. – Я шла, шла... А потом слышу слабый крик! У бедняжки едва хватило сил позвать на помощь! А что было бы, если бы никого рядом не оказалось? О! Я

этого бы не пережила. А все из-за твоего стеклореза!

– Она его еще не видела! – рыкнул герцог отряхивая меня от снега.

– Мы – женщины. Мы – чувствуем, – всхлипнула Тесс. – Я говорила тебе! И нянюшка тебе говорила! И Аспен тебе говорил! Из-за тебя я чуть не осталась без сестр: Бездушная чешуйчатая ящерица.

– Что здесь происходит? Я услышал крик! О, Тесс! Ты цела! – вылетел Аспен, а герцог укутал меня в плащ, прижимая к своему телу. Я чувствовала, как бьется его сердце, как сильные руки бережно прижимают меня к себе.

– Я чуть не остался без невесть! Она бросилась за сестрой, а я не успел ее удержать! Ты!

Это ты во всем виноват! Все из-за твоего стеклореза! Я говорил тебе, что такое дарить нельзя! Но кто будет слушать лучшего друга!

– Да! – поддакнула Тесс.

Герцог нес меня в сторону дома, мужественно выслушивая сразу в два уха претензии сестры и ее жениха.

– Нашли?! – послышались голоса, полные надежды, а я открыла глаза, видя, как навстречу выбегает нянюшка и отец. На нем все еще был снег Кажется, он сам только вернулся с поисков.

Я не знаю, что вы сказали моей дочери, или что сделали, герцог. Но ваш проклятый стеклорез... – начал было папа, но Тесс остановила его.

– Хватит! – рявкнул герцог – Я уже все понял!

– Если бы понял, то принес бы нормальное кольцо! А твой стеклорез только на портретах рисовать. Чтобы доказать, что он ваш! А то вдруг как со шкатулками будет! – кипятилась няня.

Дракон со мной на руках поднимался по лестнице. Нянюшка хлопотала и кричала, чтобы слуги готовили горячий чай.

– Замерзла, бедняжка! А тут еще и оборотень проклятый сбежал! Мало ли, вдруг он возле поместья рыщет! Вдруг поквитаться удумал! – суетилась нянюшка, а меня укладывали в кровать.

Даниэль бережно сложил меня, пока нянюшка снимала с моих ног туфли и утаскивала отцовский плащ.

На мгновенье наши взгляды с драконом встретились. На бледном лице не читалось ни одной эмоции, кроме слова “стеклорез”.

– Я увидела ее... в сугроб провалилась – рассказывала Тесс кому-то историю моего

“чудесного спасения", а я почувствовала, как герцог подвинул кресло к себе, сел в него, беря меня за руку.

– А ну пошел вон! – проворчала няня, неся горячий чай. – Делов уже наворотил!

Ласточка моя, вот тебе в рученьки... Или тебя с ложечки попоить? Как скажешь, так и сделаем.

– С ложечки! Только с ложечки! Сил-то у нее нет. А все герцог со своим стеклорезом! -

послышался голос Тесс из коридора.

Мне кажется, что дракону это в кошмарах снится будет.

Я чувствовала себя не намного хуже, чем до побега. И втайне понимала, что герцог хочет мне что-то сказать. Сердце замирало, но обязательно в этот момент кто-то да врывался в комнату, чтобы удостовериться, что со мной все в порядке.

– Я хочу поговорить с Эрцилией! – рыкнул герцог требуя, чтобы нас оставили одних.

Он выхватил у служанки бульон.

– Сначала купят стеклорез, а потом ухаживают. Нельзя было сразу нормальное купить! -

вздохнула она, а герцог посмотрел на ложечку. Чай стоял на столике.

Все ушли, деликатно закрыв дверь. Кресло герцога скрипнуло, а я смотрела на его руку, которая держала мою.

– Ты как себя чувствуешь? – спросил он, сжимая ее.

– Лучше, чем в сугробе, – прошептала я, представляя, как где-то Тесс показывает мне кулак. – Ах, кажется, мне плохо.

– Ты подумала, что я решил разорвать помолвку? – спросил он негромко. Мне показалось, или на портрете шевельнулись глаза. Подсматривают.

– Да с чего ты вообще могла решить, что я разорву помолвку? – произнес герцог сжимая мою руку.

– Наверное, потому что вы считаете, что я недостаточно красива для вас, – слабым голосом произнесла я, опуская глаза на теплое одеяло. – Я понимаю, что никогда не смогу приблизиться к вашему идеалу женщины.

То есть, ты не хочешь выходить за меня замуж? – прошептал Даниэль.

Глава 3

– Ты могла бы сразу сказать, что не хочешь выходить за меня замуж! – почти строго произнес Даниэль.– Не понимаю твоего решения. Ты же лучше меня знаешь, как живут леди, с которыми разорвали помолвку?

После пронизывающего холода улицы комната казалась уютной и жарко натопленной.

Чувствовался запах смолы в потрескивающих в камине дровах. Холод выходил из меня постепенно, мягкое одеяло на лебяжьем пуху, шелковистое и огромное согревало меня.

– Ну, что же Мисс Эрцилия Шепард, – коротко и отрывисто произнес дракон, беря миску с желтоватым куриным бульоном и серебряную ложечку. – Начнем!

Неужели он собирается кормить? Дом притих. Не слышалось ни беготни слуг Словно все замерли, чего-то выжидая. Герцог скрипнул креслом, усаживаясь поудобней. Он снял перчатки, глядя на бульон и на меня.

Даниэль подул на ложку, удостоверился, что не горячее и отправил ее мне в рот.

Бульон был терпким, с пряностями. Нянюшка считала, что лучший способ согреться -

добавить больше пряностей. Больше, но в меру.

Кресло снова проскрипело, а я подняла взгляд на Даниэля. Когда он успел снять свой плащ? Черный камзол, застегнутый почти под самое горло был расшит серебристым узором. В свете люстры поблескивали застежки. В комнате остался цветочно – мыльный запах нянюшкиных духов.

– Вы очень расстроили вашего отца, – голос его был тихим, но твердым. – И дали повод слугам для сплетен. Вы поставили меня в унизительное положение. Не удивлюсь, если завтра до столицы дойдет слух, что невеста герцога, выбирая между обсуждением свадьбы и сбежать ночью в опасный лес, выбрала второе!

Герцог остановил свою речь, дуя на ложку и снова раздвигая ею мои губы. У меня сохранился на них вкус живительного бульона, способного разгулять любой аппетит Его слова, словно бульон на израненную терзаниями душу. Он не хотел разрывать помолвку.

Тогда зачем женится на мне? Я ждала одного. Ждала признания в любви. Мне очень хотелось его услышать, особенно сейчас, когда я чувствовала себя такой ранимой и такой уязвимой. И мне хотелось, чтобы меня любили. Но вместо этого меня отчитывали!

Я перевела взгляд на стену, где среди темно– бордовых обоев со старинным рисунком висел ряд картин в золотых помпезных рамах. Только я собралась увести взгляд, как вдруг заметила, что глаза на картинах моргают. Несколько крупных портретов висело в ряд, как и подобает интерьеру приличного дома.

Один из них изображал сцену охоты на лису. Среди зеленых крон мчался лихой молодой чернявый с усиками, похожими на стрелки часов, всадник – наш доблестный псевдопредок, в алом камзоле, черных, заляпанных грязью штанах и сапогах. Он перепрыгивал лужу. как бы намекая, что первую он все-таки пропустил.

Конь был цвета молочного шоколада и рвался вперед, вот-вот затопча копытами несчастную лисицу.

И вот глаза коня и всадника пришли в движение.

Шевелились глаза и у удирающей лисы, которую художник вынес на первый план.

Герцог помолчал, делая вдох. Свет люстры подсвечивал его темные волосы, скользя по ним бликами. Разговор давался ему непросто. Он о чем-то думал, но вслух не говорил. Но потом забыл, что не подул на ложку и дунул на нее, в очередной поднося ее к моему рту.

– Вы понимаете, что вы портите репутацию вашей сестры! Мой друг Аспен, конечно, будет вызывать всех на дуэли, но однажды его все-таки убьют! И разговоры продолжатся! И

тогда вашу сестру защищать будет некому. А во всем будете виноваты вы!

Глаза закатились одновременно у всех! И у ошалелой лисы, которая выглядела бешенной, и у лихого коня и у всадника. Создавалось чувство, что на них сверху, где художник нарисовал пушистые облака приближается метеорит. Или конец света помахал своим концом.

Я едва сдержала улыбку, хотя ситуация смешной не была. Я чувствовала себя неуютно, не имея ни малейшего шанса встать и уйти.

Герцог движения на картине упорно не замечал. Все разворачивалось за его спиной, поэтому увидеть, что происходит никак не представлялось возможным.

– Я стараюсь вести себя достойно, чтобы не бросить тень на Аспена, которого многие по незнанию считают моим младшим братом, – выдохнул Даниэль, понимая на меня бирюзовые глаза.

Еще одна ложка отправилась мне в рот Бульон был чуть-чуть сладковатым, словно няня добавила в него ложку сахара. И лошадь, и всадник лихой и даже офигевшая от такого художественного расклада событий, лиса, согласились, переглядываясь.

– Герцогиня не должна убегать в лес, сломя голову при малейшей размолвке! Что скажут люди? А слуги? Они же тут же разнесут сплетню по окрестностям? В глазах „людей я стану ужасным мужем, тираном и извергом. Хотя я вам ничего плохого не сделал!

Глаза коня на портрете закатились, а глаза всадника зажмурились. Кажется, лиса чертыхнулась. Теперь они смотрели на нас взглядами тех, кто потерял все. Такими глазами люди смотрят на догорающие руины своего дома.

На соседнем портрете оживилась глазами дама солидных лет. Чуть полноватая, весьма колоритная брюнетка с тоскливыми глазами старой девы, как бы вздыхая медальоном между двумя белыми полушариями. И внезапно вместе с дамой оживился ее дохлый песец, лежащий на плечах. Дама с песцом переглянулись.

Но в этот момент герцог сделал глубокий вдох. И выдохнул на ложку, сбивая своим дыханием пар. Что-то мне уже жарковато! И есть совсем перехотелось.

– Надеюсь, вы меня услышали, и думать перед тем, как что-то делать, – постановил герцог

– А разговор о свадьбе мы отложим до вашего полнейшего выздоровления.

Лиса выразительно посмотрела на коня, конь несколько раз моргнул, а потом выругался.

всадник крепко зажмурился. И лиса, и конь, и всадник, привставший в седле смотрели на герцога, как на говно. Причем, лиса еще при этом тихо ругалась.

Дама подняла одну бровь, дохлый песец две сразу.

Внезапно писец остался без глаз. В коридоре послышались шаги. Дверь открылась с таким грохотом, что подскочили портреты и зазвенели стекла.

– Ахты, паразит! – порога заявила няня, упирая руки в боки.

– Разве можно такое девушке говорить! – в сердцах воскликнула няня, делая шаг в комнату. – А потом удивляются, почему девушки сбегают! Такое брякнуть. Уж…

Няня схватила тряпку, которую оставила горничная на столике. Видимо, меня принесли как раз в тот момент, когда в комнате была уборка.

– Наговорил девушке всяких глупостей! – кипятилась няня. – И ведь не посмотрю, что ты герцог. Я твоего предка голыми руками завалила. Вы мне еще платье должны всем семейством! А ну марш отсюда!

И она замахнулась на герцога пыльной тряпкой.

– Разговор он отложи.

Сейчас кирпичи на новый замок отложишь – орала няня на герцога.

И тут же ласково посмотрела на меня.

– Ты как себя чувствуешь, ласточка? – нежно проворковала она. – Может, что-нибудь принести? А то один уже принес! Чушь он принес! Пусть несет ее дальше!

Тут же ее брови нахмурились, полная рука ударила герцога тряпкой. Герцог встал с кресла, а его бирюзовые глаза сверкнули. Лицо стало строгим, как у судьи.

– Прекратите, – произнес он величественно, но тут же пыльная тряпка прошлась по его лицу. Даниэль отмахнулся от и чихнул. Если бы это был просто человек, то, вероятно это было бы неприлично. Но это был дракон! И чихнул он внезапно огнем!

Причем, попал прямо на кровать. Одеяло загорелось, а он стянул его с меня и потушил.

Бросив на меня взгляд, он резко вышел из комнаты, пока няня хлопотала вокруг меня:

“Несите новое одеяло! Не дракон, а нервный убыток!"

Глава 4. Герцог

– Ты опять? – спросил Аспен, когда я стоял в коридоре, отряхивая камзол от пыли.

–Вместо того, чтобы сказать девушке что-то хорошее, ты начал ее ругать. Разве так можно?

– Я не это хотел сказать, – негромко произнес я, чувствуя, как внутри до сих пор все сжимается. А если бы я не успел? Она бы замерзла насмерть. Невеста герцога замерзла насмерть в лесу после разговора с женихом!

– Но сказал-то ты именно это! – возмутился друг заставив меня сжать губы и вздохнуть.

Состаренные портреты тоже смотрели осуждающе, а я смотрел осуждающе на них. – Ты отругал бедняжку Эрцилию! Она сейчас наверняка лежит и переживает! Ты свой тон слышал?!

– Ты что? Подслушивал? – резко спросил я, глядя на друга, который внезапно покраснел.

– Нет я еще и подглядывал, – признался Аспен, гордо тряхнув головой. – Я контролировал!

– Ты знаешь, я не умею ни говорить всякие нежности, ни утешать, ни... – произнес я, вздыхая. И правда. Получилось совсем не так, как я думал.

– Я тебя жалеть не буду, Даниэлы Ты – сухарь – произнес Аспен, а его брови нахмурились.

– Ты – просто сухарь. Я же тебе говорил! Тебе нужно было просто повторить? Ну в чем же дело?

– Дело в том, что я не умею говорить нежности! Сколько раз я тебе это буду повторять! -

прорычал я, отмахиваясь. Мне хотелось побыть одному. Но Аспен не отставал. Он даже не думал прекратить разговор, хотя я всем видом показывал, что этот разговор мне не нужен!

– А разговор о свадьбе мы отложим до вашего полнейшего выздоровления! – передразнил меня Аспен. – А это что такое? Прозвучало, как угроза! Я тебе клянусь. Еще бы сказал:

“Посмотрим на твое поведение“.

– Я и хотел это сказать, – рыкнул я, открывая дверь в комнату. Камин не горел, в комнате зажегся свет а я скривился, глядя на вычурные шторы с золотыми узорами, которые должны подчеркнуть достаток хозяев.

– Разве это правильно, что невеста герцога ведет себя, как девчонка?! – повысил голос я, все еще чувствуя вкус пыли на губах. – Хочу сбегаю, хочу не сбегаю! А что скажут подданные? Герцогиня должна быть примером!

Я оперся на мраморную каминную полку двумя руками. Чувствую, я сейчас выломаю ее.

– Или ты считаешь, что слуги, видя, как моя невеста в чем была прячется в лесу, в комнатных туфлях и платье, промолчат? О, нет! Они молчать не будут. Все будут считать меня тираном, раз молодая герцогиня после каждого разговора прячется в кустах.

Герцогини так себя не ведут! – повысил голос я. – Или мне ее к связывать, когда я с ней разговариваю, а потом после разговора отвязывать?

– Как хорошо, что я – не твоя невеста! – выдохнул за моей спиной Аспен. – А ведь родители были уверены, что у них будет девочка. Магия показывала девочку! Они даже к твоим приходили свататься!

– Не дай богиня! – поежился я, представляя себе женскую версию Аспена. – Я бы тут же разорвал помола!

– Очень смешно, дорогой друг – фыркнул за моей спиной Аспен. – И что ты собираешься теперь делать? Там такое неизгладимое впечатление ты произвел на няню, что утюгов не хватит загладить. А няня, между прочим, глава этой семьи.

Если ты еще не понял. Он заменила девочкам мать. А мистер Шепард, как мне кажется, но между нами, ее побаивается! Сейчас няня поговорит с Эрцилией, и плакала твоя свадьба!

А няня поговорит. И Эрцилию в срочном порядке выдадут замуж за Риона.

– Он как бы простой учитель, с сомнительной репутацией. Ты же сам видел его так называемый оркестр. Рион – наемник. А репутации Шепардов есть куда падать Остается только выдать дочь замуж за наемника! – рыкнул я. – К тому же, чем ближе свадьба, тем больше я думаю о том, что сделали с бедной девочкой той страшной ночью.

– Ну, во-первых! Тебе что? Пять лет? Порезал руку, испачкал простыню и вывесил по традиции! Нашел проблему! – буркнул Аспен. – Тебя всему, как маленького учить приходится!

– Думаешь, что я не знаю, что делают в таких случаях? – прорычал я. – Но я же буду знать правду? Если она меня не подпустит себе в первую брачную ночь это будет означать только одно. Она – не девственница.

– То есть, ты уступаешь невесту Риону! – ехидно заметил Аспен, пока я выдыхал Мысли о том, что Эрцилия скрывает от меня страшную тайну, заставляли злиться неимоверно.

– Шепард ни за что не выдаст дочь за наемника! – ответил я, глядя на старинный подсвечник, покрытый позолотой. Свечи в нем оплавились, а сам он стоял в качестве украшения. У меня было такое желание проломить голову этому Риону этим самым подсвечником.

– Хочешь, я открою тебе секрет? А то мне кажется, что ты один не в курсе, -прокашлялся

Аспен, подходя поближе. – Рион – принц. И не просто принц. Он принц соседнего государства. Дракон. Как и его отец – король. Это то, в котором осложнения со снегарпиями. Так что… Аспен опустил руку на мое плечо.

– Мы должны при виде него полы камзола растягивать и в реверансе попой земли касаться! – усмехнулся друг.

Что? Принц? Как? Я не знал, что на моих землях находится принц чужого государства.

Скажу больше, я не знал, что он тоже сватался к моей невесте!

– Ты просто успел чуточку раньше, – заметил Аспен. – Хотя принц был бы намного лучшей партией для Шепардов, чем один вредный и упрямый герцог.

– Откуда ты знаешь? – резко спросил я, глядя на Аспена. Он никогда не врал, и его слову можно было верить.

– Тут все знают. Я услышал разговор. Ты же знаешь, слух у меня намного лучше, чем у людей. А все дело в эльфийской крови. Я не мог не сказать Тесс, поскольку она – моя невеста. И между нами не должно быть секретов! Она сказала нянюшке.

Мистер Шепард знал изначально. Рион просил его не афишировать его визит.

Иначе всякие герцоги задолбут его приглашениями на балы, а он не успеет сделать все свои дела праздно шатаясь по званым ужинам и прочим увеселениям.

– А Эрцилия? Она знает? – внутри все напряглось. Точно выломаю эту полку.

– Она подслушала разговор Риона с ее отцом. И, да. Она в курсе, – вздохнул Аспен.

– В этом доме ни у кого нет секретов. Мне жаль тебя, друг Мистер Шепард уже наверняка потирает руки. Твоим отказом, ты очень помог ему пристроить Эрцилию замуж за принца.

А то в последний раз речь шла о Донне и пяти лесопилках в качестве приданного за маленький недостаток невесты.

– Но я же не отказывался от помолвки! – произнес я, оборачиваясь на стену с картинами.

Рядом с невзрачным натюрмортом с разрезанным арбузом с яркими солнечным бликами на зеленой кожуре и просвечивающимся виноградом был нарисован портрет пушистой плоскомордой кошки возле камина. Так вот мне показалось, или кошка с арбузом переглянулись.

“Он нас заметил", – послышался шепот. Кошка сказала это арбузу. Все встало на свои места, глаза исчезли, а в дальней комнате послышались шаги.

– Аспен, друг мой. Я хочу взять немного времени на раздумья. Нам нужно уехать, -

вздохнул я, положив руку на плечо Аспена. Тот усмехнулся.

– Это тебе нужно время, – тихо произнес Аспен. – Я уже все решил. И хочу это время провести с будущей женой! А ты можешь уезжать куда хочешь. И думай там, сколько влезем. Только смотри, приглашение на свадьбу Эрцилии и Риона не пропусти!

– Помогите! – послышался истеричный женский крик на улице и хлопанье дверью.

Я бросился из комнаты, сбежал вниз по ступенькам, видя до смерти перепуганную служанку, которая плечом подпирала входную дверь.

– Что стряслось? Что случилось? – неслись все. Аспен поймал Тесс, прижав ее к себе. Даже

Эрцилия, кутаясь в одеяло встала с кровати и спешила на крик. Мне хотелось ее прижать к себе, как это сделал Аспен, но тут появилась няня: “Этот день когда-нибудь кончится?"

– Мистер Шепард! Мистер Шепард! Там оборотены Серый, с черными... -задыхалась служанка, показывая на себе рукой пятна. – Этими... как его... Сначала вышла, смотрю, мужчина стоит. Я его не знаки Он стоит такой и на дом смотрит... А потом обернулся волком! У-у-у! Мамочки, сколько страха я натерпелась!

– Это же граф Адам! – вздрогнула Донна, и задрожала в руках няни. – Он же сбежал из темницы!

– Ну, мистер Шепард. Давайте встретим графа, как полагается. С оркестром, послышался насмешливый голос Риона. – Я не собираюсь бегать из одного конца поместья в другое, если он все-таки пришел свести личные счеты.

– Да-да! конечно! Зовите! Мы всех накормим, примем! – испуганно пробормотал мистер Шепард, кивая, пока няня нянчила полуобморочную Донну.

– А что? Дракона мало, чтобы защитить поместье? – прорычал я, глядя на принца.

Тот посмотрел на меня пристальным взглядом.

– Зови, зови, мой хороший, – кивнула няня, глядя на меня. – А то дракон от нас улетать собрался! Ему подумать надо! В тишине и одиночестве!

Я бросил взгляд на Эрцилию, которая смотрела на меня пристальным взглядом.

– Кошка или арбуз? – спросил я, видя как няня покраснела. – Арбуз?

– Обижаете! – фыркнула няня. – Мяу!

Глава 5

– Разве можно терпеть такое обращения от жениха, когда столько видных женихов вокруг тебя вьется! Рион! Ты посмотри, какой красавец! – причитала няня, поправляя мои подушки. Она зыркнула на двери, а потом пухлой рукой взбила подушки, засовывая мне их под спину и накрывая меня новым одеялом. Старое одеяло лежало на полу, свернутое в ком и дожидалось горничной.

"…и дракон", – вспомнила я оборот на лесопилке.

– Да он ради тебя горы готов свернуть! С ним, как за каменной стеной! – заметила нянюшка.

– Совершенно согласна! – кивнула Тесс, которая присела на мою кровать. – Я бы заставила бы герцога поревновать! Мужчине нужно дать последний шанс! Я бы, на твоем месте, проявила бы к Риону интерес. И ждала, что будет При любом раскладе, ты замужем! Если герцог откажется от брака – вот тебе готовый жених.

Если герцог проявит себя, заревнует то еще один жених! Мне кажется, что ревность -

лучший способ привязать мужчину! Пусть знает, что он – не единственный! А то он явно уверен, что облагодетельствовал бедную девочку. Словно монетку бросил нищей из кареты.

Няня убирал бульон, звеня ложечкой и негодовала, бурча себе под нос такие слова, которые я решила запомнить для лесопилок! Там, под сенью леса, на свежем воздухе, я выгуляю их!

– Ох уж этот герцог – фыркнула няня, сгребая одеяло и посуду. – И ох, уж эти горничные. -

Нервотреп! Пойду хоть посмотрю, что он там делает. А то притих, понимаешь ли! Когда мужик притих – жди беды!

Она боком вышла в дверь, закрывая ее за собой. Мы с сестрой остались вдвоем. Нежный пудровый запах цветочных духов и бисквита, идущие от сестры наполняли комнату. Я же любила хрустальные духи с ярким сладким запахом.

– Что-то пошло не по плану, да? – вздохнула я, понимая, что слов любви я сегодня не услышу. После разговора с герцогом остался странный осадок недосказанности.

Тесс вздохнула.

– Доверься Аспену, – кивнула она. – Он сейчас пошел поговорить с герцогом. Скажи мне, ты правда его любишь?

– Не знаю, Тесс, – прошептала я, ау меня в глазах стояли слезы обиды.

– Я так понимаю, ты ему тоже небезралична, раз он кормил тебя с ложечки. Но до любви, увы, еще далеко! – поджала губки сестра. – Впрочем, я бы на твоем месте действительно бы уделила внимание Риону. Хоть Аспен и просил меня тебе это не говорить.

– Мне кажется, что это – вымученный брак, – проворчала я, чувствуя, как меня переполняет отчаяние. Впервые за все время, проведенное в этом мире мне понравился мужчина, а тут все вот так вот Может мне действительно стоит присмотреться к Риону. Он хоть сможет защитить меня от Сигурда.

– Я виделась с альфой, – прошептала я, а Тесс, которая задумчиво прошептала я.

Тесс показала мне знак: “Тс" и посмотрела на портреты.

– Так, что ты там говоришь про герцога? – громко сказала она, подкрадываясь к портретам с другой стороны. Она поднесла пальцы к оживленной старой деве.

– Дочь – внезапно произнесла старая дева голосом мистера Шепарда. – Я должен знать все, что происходит с моими детьми! Я уже потерял вашу маму, и не хочу потерять вас!

– Ну папа! – произнесла Тесс. Послышался шорох закрываемой заслонки голос отца в соседней комнате: “Пойдем, Доннаг. Песец тоже зашуршал. “Девочки хотят посекретничать", – донесся удаляющийся голос мистера Шепарда. И вздох: “А когда-то у них не было секретов от папы. Я все про них знал! Я же занимался детьми и землями! А