Текст книги "Наказание для бандита (СИ)"
Автор книги: Кристина Майер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 14 страниц)
Глава 22
Хасан
Встретил женщину, в которую влип по самые помидоры, эти самые помидоры опухли и болезненно ноют, а полноценной разрядки – с криками, стонами и оргазмом – мне опять не светит. Видимо, в прошлой жизни я обидел хорошую женщину, и мне в наказание послали Руслану!
Зараза, не понимает, что со мной делает, иначе не стала бы провоцировать. Ее поведение лишний раз доказывает, что у нее нет никакого опыта. Подозревал ведь, что Руслана невинна.
Когда она выпалила свое резкое «нет», наверное, в тот момент я окончательно убедился, что она еще девочка, потому что играть и хитрить Руслана не умеет. Приятное открытие, которое подогревает мои собственнические инстинкты. Я буду первым и единственным у своей женщины…
Девочка словно нектар… как же меня ведет от нее! Неудивительно, что сорвался, когда ласкал ее в реке, чуть не разложил на берегу. Я ее везде готов трахать, но первый раз пусть будь традиционным.
– Хасан? – тянет Руслана низким голосом. Даже у импотента в трусах зашевелится, а у меня и так последние два часа член колом стоит, не падает!
На хрена я вино брал? Наливать ей точно не стоило! Руслана становится слишком смелой, а мне все сложнее держать инстинкты на коротком поводке. Сорвусь ведь, а она может проснуться и пожалеть. После секса она может немного смущаться, но не сожалеть. Поэтому трахаться мы будем, когда Руслана протрезвеет немного.
Закинув рюкзак на плечо, помогаю подняться Руслане. Не только всю поклажу несу, но и Руслану удерживаю за талию, потому что у нее заплетаются ноги и кружится голова. Вокруг темно, в траве полно камней и палок, о которые легко споткнуться. Кто-то совсем не умеет пить. Хоть бы предупредила. В таком состоянии ее через плечо не перекинешь, так бы мы быстрее добрались до дома. Последний бокал точно был лишним, а возле огня ее знатно разморило. Ей бы хватило полглотка. Невесело улыбаюсь, сам себе обломал такую ночь…
– Ты меня не хочешь? – обиженно спрашивает Руслана, прижимается ко мне грудью, выходит не очень удачно, качнувшись, она заваливается на меня. Рюкзак соскальзывает с плеча, тянет за собой, чудом удается устоять на ногах и не уронить девушку. Только такая невинная простота могла задать подобный вопрос. У меня дым из ушей валит, я порой ничего не вижу из-за желания, а она ничего не замечает, продолжает предпринимать невинные попытки соблазнения.
– Постой секунду, – удерживая ее одной рукой за талию, второй сбрасываю рюкзак, потом за ним вернусь. Подхватив Руслану на руки, несу домой.
– Ой, зачем? – пытается сползти с рук.
– Сиди спокойно, пока мы не упали, – сжимаю на ее бедрах чуть сильнее пальцы. Стараюсь не думать о том, что держу на руках желанную женщину, отвлекаю себя мыслями о работе, которую нужно закончить в короткие сроки и укрепить фундамент фермы.
Как бы себя ни отвлекал, но вдыхаю запах желанной женщины, и руки начинают жить своей жизнью – оглаживают и сжимают упругие бедра. Руслана не останавливает, поэтому самому приходится искать точки переключения.
– Кто-то совсем не умеет пить. Ты хоть бы предупредила, – отводя лицо чуть в сторону, чтобы не дышать дурманящим мозг ароматом. Если я сейчас поцелую Руслану, то эта ночь закончится на узкой тропинке.
– Я быстро пьянею, – смущается она, теснее прижимаясь лицом к моей груди. Запускает незнакомые мне ранее механизмы эмоций и чувств.
– Впредь мы ведем трезвый образ жизни, а на праздники пьем детское шампанское, – поддразниваю Руслану, но она думает о чем-то своем. Не приходится долго ломать голову над ее задумчивостью, она сразу же интересуется:
– Ты хотел меня соблазнить? – поднимает лицо.
– Хотел? – усмехаясь. – Я тебя обязательно соблазню, – обещаю ей. Мой ответ не пугает Руслану, привалившись лицом к плечу, она затихает. Вот и хорошо, мои инстинкты и так плывут, не нужно их лишний раз провоцировать.
Последние сто метров до дома мы преодолеваем в тишине. Задняя калитка открывается со скрипом, на это тут же реагирует Лорд, будит всю округу. Соседи наверняка уже стоят у окон. Прикрикнув на пса, заношу Руслану в дом.
– Пришли, – сообщаю, занося в спальню. Она молчит, уснула у меня на руках.
Включив локтем свет, укладываю Руслану на постель. Маловато места для нас двоих, но спать в сарае я больше не собираюсь. Моя красавица дала добро на эту ночь…
Вернувшись за рюкзаком, какое-то время остаюсь на улице. Надеюсь, в прошлой моей жизни не осталось где-то жены, семьи… Не помню ничего, но меня беспокоит всплывающий в голове образ брюнетки, а еще мальчишки, похожего на меня…
Прежде чем вернуться к Руслане, принимаю душ. Весь пропах костром, да и вещи нужно постирать. Вода в бочке теплее, чем была в реке. Накинув чистую одежду, захожу в дом. Свет в спальне не горит, но и Русланы в постели нет. Долго искать не приходится, не успеваю покинуть комнату, как из ванной раздается грохот.
– Вот зачем?! – ругаясь, подлетаю к двери, резко дернув, срываю крючок. Прикрывшись полотенцем, моя выпивоха сидит на унитазе, держится за лодыжку. Впитываю ее образ каждой частичкой тела. Красивая… Глаза уже не плывут…
– Что тебе не спалось? – сажусь на корточки, осматриваю ногу.
– Ты сказал… – закусив губу, не договаривает она. Изнутри обдает кипятком. Я не забыл, что обещал трахать ее всю ночь. Мысленно я уже кусаю ее губы, раздвигаю ее красивые бедра, врываюсь…
Она не до конца протрезвела. Я что, себя отговариваю?
– Забудь, – немного резковато. – Сильно болит? – поглаживая подушечками пальцев щиколотку.
– Не сильно, – для убедительности машет головой.
– Пойдем отсюда, – подхватив на руки, несу ее в комнату. На ней только трусы, я это отчетливо понимаю. Если сорвать полотенце, которым она прикрывает грудь… – Сиди, никуда не ходи, – усадив Руслану на постель.
Возвращаюсь на кухню, умываюсь холодной водой. Из морозилки достаю пакет замороженных овощей. Там есть еще один, может, мне его к паху приложить?
– Ты улыбаешься, – замечает Руслана, когда я возвращаюсь в спальню.
– Я просил не вставать, – перестаю улыбаться, замечая на ней ночную сорочку. Прикладываю пакет из морозильника к месту растяжения.
Чем я больше раздосадован: тем, что она наступала на ногу, или тем, что прикрыла желанное тело? Однозначного ответа себе я дать не могу.
Вместо ночи любви играю в доктора. Руслана сидя засыпает, хотя и пытается сопротивляться.
– Как тебя всю ночь трахать, если ты на ходу спишь? – шучу я над ней.
– А ты меня сонную, – дерзкая пьяная девчонка не теряется с ответом. Сползает по спинке кровати и удобно устраивается на постели, пока я держу пакет на ее щиколотке.
– Ты очень плохая девочка, – Руслана не понимает, какой пожар во мне разжигает своим предложением. – Я хочу, чтобы ты свой первый раз запомнила, а не проспала.
Слышала ли она мою последнюю фразу, остается загадкой.
Закончив с холодным компрессом, возвращаю овощи в морозилку. Вряд ли получится уснуть, но спать я собираюсь сегодня с Русланой. Скинув с себя все до трусов, забираюсь в постель…
Глава 23
Руслана
Будит меня поцелуй в ключицу и эрекция, упирающаяся в спину. Первая реакция непроснувшегося мозга: «Где я оставила чугунный утюг?». Так, стоп, это ведь Хасан. Через пару секунд я расслабляюсь, вспоминаю наше вчерашнее свидание, которое теплым светлым пятном останется в сердце на долгие годы. Вспоминаю наши поцелуи… свои приставания, которые остались без ответа, хотя я отлично помню, что Хасан обещал мне ночь любви. Передумал в последний момент? Не захотел со мной связываться? Сомнения ядовитой змеей заползают в душу.
В голове против воли всплывают слова Ольги: «Ты фригидная и холодная! Да любой мужик с тобой замерзнет, не доходя до постели!», «Руслана, твоя фигура далека от идеала, поэтому ты одна. Сейчас мода на девушек, которые весят меньше сорока пяти килограмм, а в тебе почти на десять килограмм больше, и не надо говорить, что ты высокая!»
Умом понимаю, что неправда, за мной пытались ухаживать парни, я сама выбрала одного недоделанного, а на других не обращала внимания.
Я и Валерке нравлюсь, просто держу его на расстоянии. Вот и Хасан обратил на меня внимание, я замечаю его интерес, вижу желание в его глазах. Я часто слышу комплименты в свой адрес, тогда зачем позволяю сомнениям заползать в голову? Зачем предаю значение злым словам сестры? Тяжело вздохнув, смотрю в открытое окно, где первые лучи солнца окрашивают небо. Спала не больше трех часов, а чувствую себя отдохнувшей.
– Проснулась? – горячие губы обжигают ключицу… – Что тебя тревожит? – спрашивает Хасан, убирая волосы в сторону, касается губами шеи, скользит языком по позвоночнику, обжигает нервные окончания поцелуями. Затаив дыхание, поджимаю пальчики на ногах, сдерживая готовый сорваться с губ стон.
Возможно, позже я пожалею об этом, но это будет потом…
Мое тело ждало именно этого мужчину, оно откликается на каждое касание Хасана. Если мне суждено стать женщиной, то только с этим мужчиной! Я не стану отказывать себе в удовольствии. Никого другого мне не хотелось так, как его. Никто другой не смог разбудить мурашки, что сейчас бегут по моей коже. У меня в животе до встречи с ним никогда не порхали бабочки.
– Не передумала? – обжигая дыханием кожу шеи.
Хасан о чем-то спросил? Веки от удовольствия налились приятной тяжестью, в ушах шумит кровь – ничего не вижу, ничего не слышу. Я вся в ощущениях. Сорочка задралась до самой талии, что не мешает его руке гладить мои бедра. Ныряя под край одежды, рука перемещается на живот, мои бабочки восторженно порхают навстречу шершавой ладони.
– Руслана, если передумала, скажи сейчас. Если пойду дальше, я не остановлюсь, – в голосе Хасана слышатся твердые, жесткие ноты, только это привлекает мое внимание.
– Не передумала, – на выдохе, для убедительности мотаю головой.
– Я бы тебе и не позволил, – самоуверенно. Поддев край трусов настырными пальцами, тянет их вниз. – На тебе слишком много одежды, – возмущенно. Поднимается, помогает мне сесть в кровати.
Он такой красивый. Губы изогнуты в легкой улыбке, взгляд темный, горящий, никто на меня так не смотрел. Видно, что совсем не спал, но это Хасана совсем не портит. Наоборот, делает его каким-то близким, простым, понятным. Нет того крутого, жесткого бандита, каким он предстал при нашей первой встрече.
– Подними руки, – командует мужчина, хватая края сорочки. Стягивает ее с меня, отбрасывает куда-то в сторону. Берет мою грудь в шершавые ладони, сжимает до легкой боли. Обводит соски подушечками больших пальцев. Хватаю ртом воздух, так приятно, так остро… – Хочу видеть всю тебя, – голос низкий, рокочущий, задевающий тонкие струны моего женского начала. Мои трусики не без помощи Хасана отправляются следом за ночной сорочкой. Удерживая мои бедра с внутренней стороны, разводит их в стороны. – Ты невероятно красивая, – поедает меня жадным взглядом.
Ставит одно колено на край постели, нависает надо мной, удерживая свой вес на локтях. Целует жадно губы, смещается вниз, прокладывая горячую дорожку до груди. Мои веки опускаются, когда он проходится языком по соскам. Втягивая в рот, он начинает посасывать сначала один сосок, потом другой. Сминая в пальцах простыню, я выгибаюсь над постелью. Губы Хасана смещаются на живот, а прохладный ветерок ласкает влажную грудь. Разведя в стороны бедра, проходится языком по влажной промежности. Надавливает кончиком языка на клитор.
– Подожди, хочу, чтобы ты была сверху, – прервав сладостные мучения, Хасан садится у изголовья, поднимает меня и усаживает на себя сверху. Мои ноги обхватывают его бедра, каменная головка члена через тонкую ткань боксеров упирается мне в клитор. Запутывается пальцами одной руки в моих волосах, жадно целует в губы, властвуя в моем рту языком.
– Не сдерживайся, я хочу знать, что именно доставляет тебе удовольствие, – требует он.
Поцелуи возбуждают, губы Хасана спускаются к шее, ласкают ее. Сдавливая мою грудь, он опускает к ней голову, прикусывает сосок, обводит его кончиком языка, меня от удовольствия уносит. Сжимаю бедра, сама трусь о головку члена. Я чувствую пустоту внутри, хочется быть заполненной им.
Лаская мою грудь языком и губами, он впивается пальцами в ягодицы, сжимает их, двигает на своем члене. Мне не хватает опыта, поэтому действую по наитию – так, как подсказывает интуиция. Упираясь в твердую грудь ладонями, я поднимаюсь и опускаюсь на его член, трусь о головку влажной промежностью. Это приятно, это больше чем приятно, но раздражает ткань, что разделяет нас. Оглаживая внутреннюю сторону бедер, Хасан пальцами проходится по складкам, раздвигает их, находит чувственный бугорочек и принимается ласкать его.
– Ты очень горячая… такая тугая… – проникая пальцем внутрь.
Шум крови в голове мешает сосредоточиться на его словах. Спираль внизу живота затягивается все туже, посылает разряды удовольствия во все нервные окончания. Хасан то нежно поглаживает клитор, то сдавливает его между пальцами, что усиливает наслаждение. Посылает разряды удовольствия в каждое нервное окончание.
Царапая его плечи, трусь о головку члена, насаживаю себя на него
Мне осталось совсем немного… Еще немного… еще один виток…
– Я больше не могу, – рычит он мне в губы.
Хасан останавливается! Обламывает мое удовольствие. С губ срывается стон протеста. Внутри поднимается злость.
– Сейчас, подожди, кончим вместе, – укладывая меня на спину, стягивает с себя трусы. Раздвигает мои бедра, становится на колени между ними. Горячей головкой водит по влажным складкам. Как же хорошо… – Ты моя, Руслана, – резким толчком проникает в меня, разрывает девственную плеву и тут же останавливается. Громко втягивает носом воздух. – Сейчас боль пройдет, – произносит сквозь сжатые зубы. – Расслабься.
Я думала, будет больнее. Ощущаю всего лишь дискомфорт и несильное, вполне терпимое жжение. Хасан дает мне время привыкнуть к его размеру. Дышит рвано, тяжело, на лбу проступила испарина, ему сложно сдерживаться. Накрыв пальцами мои складки, ласкает подушечкой большого пальца клитор. Наклоняется, целует и ласкает мою грудь. Я окончательно расслабляюсь, спираль внизу живота начинает быстрее и мощнее закручиваться. Следя за выражением моего лица, Хасан толкается в меня.
– Мне не больно, – закрывая от удовольствия глаза. Следующий толчок глубже и мощнее.
– Я не могу больше сдерживаться, – сжимая бедра, двигается во мне, постепенно наращивая темп. – Ты очень тугая, такая горячая… невероятно красивая девочка… моя девочка… – тихий мужской рык сплетается с моими громкими стонами.
Опускаясь на руки, Хасан впивается в мои губы.
– Кончай, Руслана, – командует Хасан, его голос врывается в мое уплывшее сознание. – У меня был слишком большой период воздержания… – продолжая двигаться во мне, он сжимает и поглаживает клитор. На меня это действует как спусковой механизм.
Пружина внутри меня взрывается. Теряясь во времени и пространстве, выгибаюсь над простынями, срывая голос, кричу от удовольствия.
– Твою… – ругаясь под нос, Хасан делает два сильных глубоких толчка, вынимает, прижимает твердый большой член к лобку и кончает мне на живот. Его голова запрокинута назад, через плотно сжатые зубы доносится громкий рык удовольствия. Настоящий мужчина во всей своей красе. Самец…
Мне кажется, я влюбилась…
Глава 24
Хасан
– Ты ведь понимаешь, что я тебя теперь не отпущу? – падая рядом с Русланой, сгребаю ее в объятия.
– Ты не знаешь, что будет после того, как к тебе вернется память, – пытаясь спрятать грусть, произносит Руслана.
– Боишься, что уйду в монастырь? – поддразниваю ее.
– Я сказала это, чтобы ты ко мне не приставал, – улыбаясь. – Из тебя монах как из меня балерина, – перебирая пальцами волосы у меня на затылке. – Мне кажется, в прошлой жизни ты оставил много того, к чему захочешь вернуться, – с ее губ пропадает улыбка.
Мне нечего ей ответить. В словах Русланы есть большая доля правда. Я и сам чувствую, что в той жизни у меня есть близкие люди, не просто так их лица всплывают в моей памяти.
Накрываю ее губы своими. Обожаю ее целовать, но тут я спешу закрыть Руслане рот, чтобы не портила такое прекрасное утро. Она оказалась очень чувственной, податливой любовницей. Я ничего не могу сейчас ей обещать, но точно знаю, что не захочу отпускать, даже если ко мне вернется память. Для меня это был не просто секс. Если бы я хотел разгрузиться, ответил бы на любое предложение местных «красавиц».
Одного раза мне точно недостаточно, чтобы утолить голод. Если бы Руслана не была полчаса назад девственницей, мы бы повторили, а пока заставляю себя оторваться от нее.
– Скоро на работу, – дотягиваясь до тумбочки, достает телефон и смотрит время. – Я в душ, – смущаясь, стягивает с постели тонкое одеяло, закутывается и убегает в ванную.
Не хочу, чтобы она пряталась от меня и закрывалась. С Русланой мне хочется максимальной близости и доверия. Может, решится рассказать, как я оказался в ее доме?
Поднявшись с постели, собираю свои вещи и иду в «душ» на улице. Прохладная вода меня не пугает, а сегодня еще и утро теплое. Захожу за сарай, обливаюсь водой, которая остыла за ночь. Прохладный ветер обжигает влажную кожу, вздрогнув, принимаюсь быстро намыливаться. Смываю пену, натягиваю на влажное тело лишь штаны. Во дворе есть кран, к нему иду чистить зубы. Закончив водные процедуры, поднимаюсь на крыльцо. Мое внимание привлекает шум двигателя. Останавливаюсь, неспешно спускаюсь. Лорд начинает лаять, когда напротив невысокого забора притормаживает черный внедорожник.
Заглядываю в распахнутое на кухне окно, убеждаюсь, что Руслана еще в душевой. Не хочу, чтобы она волновалась. Не люблю непонятливых, а эти «гости» порядком…
Передние двери одновременно распахиваются, из автомобиля выходит…
– Хас, ты охренел?! – возмущается Хуго, подходя к калитке. – Мы с ног сбились тебя искать. Ты хоть предупредил бы, что решил спрятаться в деревне! – возмущается друг, сжимая кулаки. – Какого хрена? – недоуменно осматривает старый домик, бросает непонимающий взгляд на мои штаны. – Объяснишь?
Лорд рвется с цепи. Приходится прикрикнуть на пса, чтобы успокоился. Поскуливая, он с подозрением посматривает на моих друзей.
– Как он объяснит, если ты ему слова сказать не даешь? – встревает Алекс, протягивая мне руку.
В моей голове словно дамбу прорвало, воспоминания полились потоком. Детство… юношество… семья… бизнес…
– Ты представляешь, что мы пережили за эти недели? Благо, что Барс куда-то свалил, он до сих пор не знает о том, что ты пропал, – продолжает Хуго. – Он бы нас всех к стенке поставил и не спрашивал, кто виноват! – сжимает кулаки.
– Говори тише, – кошусь на покошенное крыльцо. Не хочу, чтобы одна маленькая лгунья раньше времени узнала, что ко мне вернулась память.
– Если бы утырки Горбатого не стали распускать слухи, что видели тебя в деревушке в каких-то лохмотьях, мы до сих пор землю носом рыли бы, – в голосе Хуго слышится обида.
– Убавь звук, – предупреждаю чуть резче.
– Мы твою тачку нашли брошенной в аэропорту. По отпечаткам выяснили, что за рулем сидела шалава, которая кинула Астана на бабки. Найти ее не удалось, она улетела сначала в Чехию, потом во Францию, сейчас вроде в Германии…
– Дома все в порядке? – спрашиваю друзей.
– Относительно. Астан переживает, старается не показывать, но на нем лица нет, – сообщает Алекс. Киваю, молча благодарю за то, что присмотрел за домом и сыном. – В офисе только свои в курсе, что ты пропал, – добавляет друг.
– Спасибо, – я всегда знал, что могу положиться на друзей.
– Что ты здесь делаешь? – не успокаивается Хуго. – И что на тебе надето? – с пренебрежением косится на старые штаны.
– Об этом позже. Есть телефон и чистая карта? – спрашивая друзей, поглядываю на крыльцо.
– Сейчас принесу, – Давид уходит к машине.
– Женщина? – спрашивает Алекс, кивая на дом. Оглядываюсь, убеждаюсь, что Руслана до сих пор в душевой, иначе уже стояла бы на крыльце. Впервые рад, что женщины могут по два часа принимать душ.
– Женщина… – киваю. – Алекс, мне нужно несколько дней, чтобы закончить здесь дела, – предупреждаю друга. – Я позвоню, скажу, когда меня забрать, – Хуго возвращается, протягивает телефон, который я тут же прячу в карман штанов. Номера не записываю, я помню наизусть пару десятков нужных мне номеров, среди которых есть контакты друзей и семьи.
– Я все равно не понимаю, что это за перфоманс, – пренебрежительно обводит рукой дом и двор.
– Ты забыл, откуда твои корни? – спрашиваю резко.
– Нет, но меня никогда не тянуло вернуться обратно, да еще никого не предупредить, – продолжает злиться Давид. – Я не помню, когда за последнее время спал больше трех часов…
– Он позже все объяснит, – хватает друга за плечо Алекс. – Я правильно понял, нам лучше свалить отсюда незамеченными? – понимающе улыбается.
– Правильно, – прощаясь, жму руки.
– Он нас с ней даже не познакомит? Я хочу увидеть…
– Хуго, заткнись, – не дает договорить другу Алекс. – Мы за всем присмотрим, заканчивай свои дела, – произносит он. – Пошли, – поторапливает Давида.
– Одними объяснениями ты не отделаешься, – уходя, предупреждает Давид. Через пару часов он успокоится. Сейчас друг злится, для него непонятно, как я мог так с ними поступить. Алекс старше, он более выдержан, умеет слушать и слышать.
Машина разворачивается и отъезжает от ворот. Медленно иду в дом, потираю на голове места ударов. Теперь я вспомнил, что за бандитка отшибла мне память. Тут есть о чем подумать…
– Кто это был? – выглядывает из кухни Руслана. Видимо, она только что вышла из душа, не успела ничего увидеть и услышать. – Это опять те?..
– Искали шиномонтажку, у них колесо спускает, боятся, что не доедут до Москвы, – теперь я выступаю в роли лжеца.
– Сейчас я быстро что-нибудь приготовлю, – Руслана смущается, отводит свои красивые глаза. Тянет к ней невероятно, но мне нужно кое в чем разобраться…
– Я тут кое-что вспомнил…
