Текст книги "Наказание для бандита (СИ)"
Автор книги: Кристина Майер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 14 страниц)
Глава 39
Руслана
– Ты сильно не расходись, русалку я в обиду не дам, – незаметно подмигнув мне, произносит Барсаг. Хасан молча провожает его взглядом до двери.
– Может, сначала приготовим ужин, поедим, а потом поговорим? – ласковым голоском предлагаю я, как только закрывается дверь за его братом. Рассчитываю, что Хасан согласится, а к концу ужина расслабится, успокоится, и наш разговор не будет таким сложным, каким грозит стать, судя по его настрою.
– Ужином займется Барс, он любит и умеет готовить, – достает аптечку из шкафчика. Ставит ее на стол, достает спиртовые салфетки. – Присядь, – разворачивает ко мне стул.
– Твой брат не похож на повара, – озвучиваю свои мысли, но добрую их часть оставляю при себе.
– Барс умело разделывает мясо, – поддевает, будто сумел прочитать мои мысли. Я уже нарисовала себе страшные картины расправы, а Хасан, выдержав секундную паузу, добавляет: – Он любит готовить шашлык. Да и вообще готовит много блюд на огне.
Какое-то время молчим. Хасан обрабатывает ссадины на моем лице. Не заметила даже, что расцарапала ветками лицо. Ничего удивительного, Пашка и вовсе не заметил, как распорол ногу. Морщусь, когда перекись попадает в ранки, а Хасан заботливо дует, чтобы не жгло.
– Я раньше не встречала криминальных авторитетов, но твой брат кажется нетипичным… преступником, – не дает покоя эта тема, хотелось бы понимать, в какую семью я собралась войти.
– Мой брат… – возвращая в аптечку перекись и стерильные салфетки. – Мы не о нем будем говорить.
Поставив аптечку на место, берет меня за руку и ведет в спальню. На ум приходит чисто женское решение проблемы – может, его соблазнить? Для этого у меня недостаточно опыта. Да и проблемы лучше решать, не доходя до постели.
– О чем ты хотел поговорить? – присаживаясь на край кровати, старательно расправляю подол платья.
«Надо его постирать», – прилетает мысль, но тут же улетучивается, потому что исчезает из атмосферы легкость.
Хасан проходит к окну, упирается кулаком в стену, смотрит во двор. В воздухе растет напряжение, затягивается молчаливая пауза. Он застывает у окна, спина и плечи напряжены.
– Почему ты сбежала в деревню, Руслана? – медленно оборачивается, смотрит на меня. Как же хочется в этот момент залезть к Хасану в голову, но его лицо и взгляд не выражают никаких эмоций.
– Я ведь предупреждала, что возьму несколько дней на раздумья, – напоминаю ему. – В квартире оставаться не хотелось, не очень приятно находиться в месте, пропитанном не самыми хорошими воспоминаниями.
– А предупредить нельзя было, что ты уезжаешь? – губы вытягиваются в узкую полоску, ничем другим он не выдает своего недовольства.
– Завтра-послезавтра я собиралась вернуться… – спотыкаюсь на концовке фразы. Я не думала над тем, куда вернусь. Мне нужно подумать, как сказать этому нетерпеливому грубияну, что согласна принять его приглашение.
– В квартиру, где окружают не самые светлые воспоминания? – заканчивает фразу за меня. Мне не нравится жесткий тон голоса Хасана. Мне неприятно, и я не желаю отвечать на его вопрос.
В воздухе повисает молчание. Мое – демонстративное, его – ожидающее ответа. Если выключить в спальне свет, то можно будет заметить разряды электричества, что летают в воздухе.
– Руслана, я не мальчишка, который принимает решения, поддавшись сиюминутному порыву, – подходит ко мне. Хватает за талию, дергает на себя. Взлетаю на несколько сантиметров над полом, а потом медленно скольжу по его телу вниз, касаюсь кончиками пальцев старых крашеных досок. Хасан прижимает к себе с такой силой, что ребра трещат. Зарывшись носом в волосы на виске, продолжает говорить: – Перестань от меня бегать. Перестань отталкивать. Чего ты боишься? – сильнее сжимая в объятиях. – Позволь о тебе заботиться. Позволь оберегать, защищать. Ты не одна в этом мире, Руслана. Теперь не одна, – его сердце бьется словно сумасшедшее. А может, это мое сердце отзывается учащенным биением в ответ на его признания? – Я ведь обещал, что не отпущу? Смирись, теперь ты моя, – таким тоном, что не поспоришь. Да и не хочется спорить. Вряд ли в этом мире найдется человек, которого я смогу настолько сильно полюбить. Как же сильно он отличается от всех парней, которых я знала ранее. Вот он настоящий мужчина, не стал долго выяснять, копаться в моих сомнениях, накручивать себя. Схватил, прижал к себе и сказал, что не отпустит…
– Звучит как предложение руки и сердца, – тихо произношу ему в область сердца. Хотела пошутить, а вышло как-то серьезно, но плечи Хасана расслабляются, его объятия становятся более ласковыми и нежными. Атмосфера в комнате меняется.
– Какие только казусы не преподносит нам судьба. Разве я мог предположить, что женюсь на девушке, которая даст мне по голове утюгом и лишит памяти? – зато у Хасана получается отлично шутить.
– А может, я тебе там что-то повредила? – пихнув его кулаком под ребра.
– Главное, что ниже все работает, как прежде, – толкаясь каменной эрекцией мне в живот. Внутри тут же растекается знакомое тепло, но в этот момент звучит отборная ругань со двора.
– Что случилось? – дергаюсь к окну, но Хасан не выпускает меня из объятий.
– Там все в порядке, – совершенно спокойным тоном.
– Ты уверен?
– Руслана, ты можешь не отвлекаться на моего брата? Лучше подумай, что мы расскажем журналистам.
– Журналистам? – испуганно.
– Да, журналистам. Нас обязательно спросят, где и как мы познакомились, нам лучше придерживаться выдуманной истории, – серьезно произносит Хасан.
Получив долю стресса, я ничего не могу придумать, а он стоит и улыбается.
– Я тебя дразню, – сообщает шутник. – Твоя сестра выльет на нас столько грязи, что никакие наши слова ее не смоют. Люди верят в то, во что хотят верить.
Я немного расстраиваюсь. Впервые настолько счастлива, а тень сестры все равно маячит на горизонте. Вот что с ней делать?
– Я предлагаю забрать не только козу, но и утюг – как соединитель судеб. Поставим его на постамент в центре гостиной, – продолжает шутить Хасан.
– Подпишем, что сей агрегат соединяет сердца и души? – подхватываю волну и тоже шучу.
– Будем передавать дочерям по наследству, – обыденным тоном. Его слова отзываются во мне тихой радостью. Хасан хочет от меня детей… – А внукам я расскажу правду, – тем временем продолжает он, в его голосе слышится хитреца.
– Скажешь, что их бабушка привела тебя в ЗАГС, держа утюг за спиной?..
**** ****
Руслана
Хасан перестает шутить, взгляд меняется, в нем появляется знакомый мужской голод. Он берет мое лицо в теплые шершавые ладони и произносит:
– Ты много говоришь, – накрывает мои губы поцелуем. По телу проходит знакомый жар. По коже бегут мурашки. Растолкав мои губы языком, проникает в рот, сплетает наши языки. Руки Хасана спускаются по спине на талию, скользят на бедра. Сжимая ягодицы до легкой приятной боли, задирает платье…
Забыв, что не одни в доме, мы немного увлекаемся. Пальцы Хасана проникают за край трусиков, добираются до влажной промежности. С моих губ срывается продолжительный стон, когда он начинает кружить подушечкой пальца по клитору. Цепляясь за плечи, пытаюсь устоять на ногах. Мне хочется, чтобы он заполнил меня собой…
Неожиданно раздавшийся на кухне грохот заставляет меня отпрыгнуть от Хасана. Возбуждение мигом пропадает, на меня словно вылили ушат холодной воды. Ударившись ногой о ножку кровати, заваливаюсь на постель, Хасан хочет поймать меня, но я неудачно задеваю ногой область паха, мы заваливаемся на матрас вместе. Матрас новый, но кровать старая и скрипит, будто мы на ней кувыркаемся. Хотя именно это мы и делаем.
– Все нормально, мне просто чашка нужна была. Не мешаю, продолжайте… общаться, – раздается из-за двери. Мне кажется, у меня даже волосы покраснели.
– Скажи ему, что ничем таким мы не занимаемся, – пихаю Хасана, который, вместо того чтобы выполнить мою просьбу, начинает смеяться.
– Занимаемся, и я собираюсь продолжить, – Хасан сгребает меня в свои объятия.
– Иди, помоги ему, – упираясь ладонями в крепкую, накачанную грудь, тихо произношу.
– Он справится без моей помощи, – отмахивается Хасан.
– Я в этом сомневаюсь, – не уступаю. С улицы вновь раздаются удары топора. – Он, по-моему, от скуки их рубит.
Тяжело вздохнув, Хасан встает с постели и идет помогать брату.
Пока братья колдуют у огня, я скрываюсь в душе. Привожу себя в порядок, сушу и укладываю волосы, подвожу глаза, прохожусь тушью по ресницам, подкрашиваю губы. Есть желание надеть красивое платье, но на улице прохладно, а ужин у нас сегодня будет на свежем воздухе. Надеваю теплый костюм. Выхожу на улицу, вдыхаю свежий осенний воздух. Мужчины о чем-то тихо переговариваются у мангала, ощущение, что обсуждают что-то важное. При моем появлении вектор настроения меняется, улыбнувшись, меня приглашают к огню.
Садимся за стол, который поставили поближе к огню. На улице прохладно, но Хасан подбрасывает дровишек в костер. Мясо вкусное, сочное, пальчики оближешь. Как же вкусно есть на свежем воздухе, особенно если ты голодный. Запах разлетается на всю округу, наверняка за нами наблюдают соседи.
Мужчины обсуждают дела, но ни о чем важном не говорят. В конце ужина вспоминают детство, смеются. Мне тепло в их компании, и греет меня не огонь, а что-то незримое, что человек ощущает, только находясь в компании близких и родных людей. С Барсом мы познакомились только сегодня, но с ним мне комфортнее, чем с членами семьи. Стоит вспомнить о семье, я чувствую укол вины. Так и не позвонила маме…
– Нужно ложиться спать, – обнимая за талию, прижимает к себе Хасан.
– Да, давайте расходиться. Я сплю в машине, – заявляет Барс. – Буду благодарен, если поделитесь одеялом.
Негостеприимно оставлять Барса спать на улице, но… дом маленький, ночью слышен каждый шорох, вряд ли у нас получится тихо провести ночь.
Мужчины остаются на улице, а я иду в дом за одеялом и подушкой. Выбираю самое теплое одеяло, все-таки на дворе не лето. Хасан, увидев меня на крыльце, подходит, забирает одеяло, вручает его брату, но тот не успевает его забрать, отвлекается на звонок.
– Слушаю, Леший… Да... – говорит с собеседником резко и отрывисто. – А кто слил?.. Инфа точная?.. Понял... – отбивает звонок. – Мне нужно уходить, – спокойно произносит он.
– До утра не подождет? – спрашивает Хасан.
– В запасе у меня есть несколько часов, но будет лучше, если эти часы я потрачу с умом и уберусь как можно дальше.
– Тебя здесь будут искать? – не получается скрыть волнение в голосе.
– Вряд ли, но отсиживаться здесь… – скептически обводит взглядом округу.
– Тебя ищут полицейские? – спрашиваю, потому что беспокоюсь. Если Валерке придет ориентировка на Барса… я окажусь в непростой ситуации.
– Нет, – улыбаясь во все тридцать два зуба, будто мое предположение выглядит смешно, но я ему что-то не очень верю. Не успеваю уточнить, кто его ищет, в моем кармане трезвонит телефон. Кто может звонить так поздно?
Валера…
Вдруг что-то случилось?..
– Извините, нужно ответить, – Хасан выгибает вопросительно бровь, но я принимаю вызов.
– Валер, что-то случилось? – не здороваясь.
– Не разбудил? – спрашивает друг.
– Нет, – тру лоб пальцами.
– Извини, что так поздно, нужна твоя помощь, – произносит друг. Я слышу гул мотора его автомобиля на нашей улице. Что бы ни произошло, но уже через полминуты он остановится у моего дома, а у меня тут… криминальный авторитет во дворе стоит. Что делать?..
Глава 40
Руслана
Не дожидаясь моего ответа, друг сбрасывает звонок. О том, что за помощь ему нужна, я догадываюсь. Скорее всего, что-то случилось с коровой, а я пока единственный ветеринар в деревне. Конечно, я помогу, но ситуация…
– К нам полицейский едет, – виноватым тоном произношу я, переводя взгляд с Хасана на его брата.
– Сдала? – лицо Барсага становится серьезным, из голоса пропадает легкость. Вот теперь я верю, что он криминальный авторитет. Жмусь ближе к Хасану, он ведь не даст меня в обиду?
– Нет… – мотая головой. – Валера не знает, что ты здесь. Можешь спрятаться… – обегаю взглядом двор в поисках надежного укрытия.
– Барс, – одергивает веселящегося брата Хасан.
– Руслана, прости, – произносит Барс. – Ты выглядела такой напуганной, не смог удержаться и не подшутить над тобой, – раскаивающимся тоном. – Пусть твой друг… – не успевает договорить, у ворот останавливается служебный уазик Валерки.
– Я выйду, – пытаюсь протиснуться мимо мужчин, но они выходят первыми за калитку. При виде Дауровых брови Валерки сходятся на переносице, он здоровается с мужчинами, подозрительно косится на Барсага. Видимо, вспоминает все, что успел на него раскопать.
– У нас корову раздуло. Заливали водку с подсолнечным маслом, не помогло. Мать боится, что она сдохнет, если не сделать прокол, поможешь? – спрашивает меня друг.
– Конечно. Поехали? – при этом бросаю взгляд на Хасана.
– Поехали, – произносит Барс. – Мы с Хасаном в деревне выросли, запачкаться не боимся. Думаю, лишние руки не помешают, – не спрашивает, а ставит перед фактом.
Подозрительно косясь, Валерка кивает на свой «внедорожник». Барса совершенно не смущает, что он полицейский. Он ведет себя свободно и раскованно, а еще очень уверенно, сразу видно, привык командовать людьми. Закидывает подушку и одеяло в свою машину, потом мы все дружно загружаемся в уазик Валерки.
Дома у меня нет троакара, приходится заезжать на ферму. Охрана меня узнает, как и Валерку, пропускают без проблем. Беру все необходимое, руминаторные средства и троакар, но надеюсь, что обойдемся без прокола.
Пока ездим, успеваем договориться, что козлят Валерка сам заберет из монастыря, а Сметанка, видимо, отправится на новое место жительства.
Корову действительно раздуло так, что ей нечем дышать. Тяжело наблюдать за мучениями животного. Осмотрев и ощупав, понимаю, что придется прибегнуть к крайней мере – делать прокол. Опыта у меня в этом деле немного, пару раз приходилось применять на ферме подобный метод лечения, но тогда меня страховал наш завхоз. Он всю жизнь проработал на фермах, там и научился, а потом обучил меня. В университете подобной практики не было.
Помогать и страховать вызвался Хасан. Матушку, которая очень громко переживала за свою «кормилицу», Валерка отправил в дом, за что я была ему очень признательна. И так волнуюсь, а тут еще под руку: «Руслана, ты ей поможешь?», «Ой, мне кажется, она не выживет. Может, лучше прирезать?» «Куда девать столько мяса?»…
Другое дело Хасан, который, заметив мое волнение, придавал мне уверенности, говорил, что все у меня получится. И ведь получилось. Обработав место прокола, смахнула незаметно слезы радости и облегчения, только после этого развернулась к Валерке, который все это время стоял в сторонке с Барсом. О чем они все это время говорили, я не слышала, но друг больше не выглядел хмурым и напряженным.
– Валер, нужно «Тимпанол» ей дать… – объясняю, что необходимо делать, чтобы корова поправилась, и обязательно следить, чтобы не было повторного вздутия.
– Завтра возвращаешься в город? – тихо спрашивает друг.
– Возвращаюсь, – смотрю Валерке в глаза. Мне нечего стыдиться, я не обманывала его, а то, что влюбилась в другого… так это жизнь.
– Будь счастлива, – пытаясь скрыть за улыбкой грусть. Мне тоже грустно, но я желаю другу счастья, желаю ему встретить женщину, которая будет его любить всем сердцем.
– Спасибо…
Мы собираемся уходить, время почти два часа ночи. В знак благодарности мать Валерки приглашает нас за стол, но мы дружно отказываемся, время позднее, им нужно поухаживать за коровой, а нам сходить в душ и ложиться отдыхать. Вряд ли меня хватит на страстную ночь, глаза уже слипаются.
Три минуты, что мы едем до моего дома, я сплю на плече Хасана. Захватив с собой сменные вещи из машины, Хасан вместе со мной заходит в душ. У меня нет сил возмущаться и думать о том, что о нас подумает Барсаг. Мне все равно, что он подумает, я лишь хочу добраться до постели.
– Держись за стойку крана, а то упадешь, – командует Хасан. – Я тебя намылю, – мылит руки, кладет их на плечи, принимается водить по телу. Приятно…
– Ты пытаешься меня соблазнить? – сонным голосом.
– После того, как ты отдохнешь, – серьезным тоном. Я хочу что-то ответить, но глаза закрываются против воли. – Не спать, Руслана! – вздрагиваю, услышав окрик Хасана. Он успевает подхватить меня до того, как я свалюсь. – Потерпи две минуты, я тебя сейчас сполосну и отнесу в постель, – берет в руки лейку, начинает меня поливать.
– Нельзя выходить неодетыми, за дверью твой брат, – мой мозг еще не совсем уснул.
– Он не войдет, пока я его не позову…
Завернув меня в полотенце, Хасан относит меня в постель. Не позволяет сразу лечь, потому что сушит мокрые волосы, чтобы я не спала на сырой подушке. Уткнувшись лбом ему в живот, закрываю глаза, но уснуть не получается, что-то утыкается мне в подбородок. Открыв глаза, дергаюсь от неожиданности, бьюсь головой о фен, который Хасан тут же выключает.
– Не обращай внимания, – низким хриплым голосом. – Твои губы были очень близко, я не смог его остановить, – продолжая сушить волосы. Я не знаю, какой должна быть реакция, но мне любопытно попробовать с ним все.
– Не надо, – перехватив руку, которой я тянулась к его члену. – После того, как ты отдохнешь, я весь твой, а сейчас ложись спать, – укладывает меня в постель. Как только моя голова касается подушки, я засыпаю…
Глава 41
Руслана
Прохладный утренний воздух касается теплой кожи. Пытаюсь вернуть обратно одеяло, а оно ускользает все ниже и ниже…
Недовольно промычав, тянусь рукой за одеялом. Окончательно меня будят жаркие горячие поцелуи, которые недолго задерживаются на ключицах, а потом почти сразу опускаются к груди…
– М-м-м… – тихий стон срывается с моих губ, когда горячий язык принимается ласкать сосок. – М-м-м… – значительно громче. Хасан втягивает в рот пику груди и начинает ее посасывать. Ласками он заставляет меня взмывать над землей.
Его горячие губы скользят ниже, проходятся по боковым впадинам живота, находят пупок...
Раскидав в стороны мои ноги, он устраивается между ними. Раздвигает пальцами складочки. Наверное, я не до конца еще проснулась, потому что мне совсем не стыдно.
– Моя страстная девочка, ты блестишь от влаги, – произносит хриплым голосом, касаясь кончиком языка клитора. Меня словно несколькими разрядами тока пробивает одновременно, выгибаясь, я громко кричу…
Лаская там, Хасан доводит меня почти до оргазма. Еще один виток, еще одно касание языка или пальцев…
– Я хочу быть в тебе, когда ты начнешь кончать, – поднимаясь надо мной на руках, обламывает мой оргазм Хасан. Выразив недовольство стоном, обхватываю его талию и толкаюсь навстречу его возбужденному члену.
– Скоро ученица превзойдет своего учителя, – со смешком. – Ты прекрасна, – более нежным и хриплым голосом.
– Да… – срывается с моих губ, когда Хасан начинает совершать резкие, глубокие толчки. Он не жалеет меня, берет грубо и напористо. К финишу мы приходим одновременно. Хватаясь за его плечи, я содрогаюсь в его крепких объятьях. Контролировать эмоции не получается, меня разрывает от счастья и удовольствия. Я кричу от наслаждения, а по щекам текут слезы.
Снимая их поцелуями, Хасан негромко шепчет:
– Я люблю тебя…
– Повтори, – требую я. Хочу убедиться, что это не фантазия моего растекшегося мозга.
– Я люблю тебя, Руслана. Порой я бываю сух и немногословен, но хочу, чтобы ты сейчас и навсегда запомнила: я не разбрасываюсь словами. Я люблю тебя. Вряд ли в нашей жизни обойдется без ссор, но всегда помни, что ты моя жизнь, – накрывая губы поцелуем. Я таю, моя душа цветет от счастья. Я хочу остаться в этом мгновении навсегда, но ведь я еще не сказала…
– Я люблю тебя, – разрывая поцелуй, произношу я. – Я не обещаю, что между нами не будет ссор, не обещаю, что буду идеальной, но всегда помни, что я люблю тебя… – мое признание вызывает на его губах нежную улыбку.
– Как порядочный мужчина, после таких слов я обязан на тебе жениться…
– Ты не обязан… – не дав ему договорить.
– Я хочу жениться на тебе. Нет, не так. Я женюсь на тебе, даже если ты будешь упираться, – властным, не терпящим возражения голосом. – Я должен был вчера надеть тебе на палец кольцо, но ты от меня сбежала…
– И где теперь мое кольцо? – опять его перебив.
– Дожидается тебя в нашей спальне. Оставил его, когда возвращался домой сменить машину, – рассказывает Хасан. Поднимаю руку, смотрю на свои пальцы. На безымянном пальце будет замечательно смотреться кольцо…
Наблюдая за мной, Хасан расслабляется, на его губах блуждает улыбка. Выскользнув из меня, скатывается и ложится рядом. Только сейчас я осознаю, что он кончил в меня.
– Ты…
– Я говорил вчера, но повторюсь: я хочу, чтобы ты родила мне дочь. Ты согласилась стать моей женой, не вижу препятствий для того, чтобы откладывать это событие, – заявляет серьезным тоном. Прислушиваюсь к себе, понимаю, что я полностью с ним согласна, а поэтому не стоит злиться, что этот вопрос мне не задали официально. – Когда родится наш следующий ребенок, будешь решать ты, – идет на уступки.
– Следующий? – переспрашиваю его
– Мы вряд ли остановимся на одном, – укладывает меня на себя, рука запутывается в волосах. Чувствую, как его орудие, уткнувшись мне в живот, готовится к еще одному сражению…
Барс давно проснулся. Мы слышали, как за дверью раздавались его «тихие» шаги, когда он шел в ванную комнату. Потом зашумели сковороды на плите…
Хасан первым ушел в душ. Вернулся в комнату через десять минут:
– Ванная комната свободна. Барс на улице жарит оставшееся со вчерашнего дня мясо. Где нам накрыть стол? – спрашивает он, вытирая влажные волосы полотенцем.
– На улице холодно, давайте завтракать в доме…
Когда я, полностью одетая, выхожу из ванной, стол уже накрыт. Притянув меня к себе, Хасан отодвигает стул и усаживает меня рядом с собой.
– Мы женимся, на свадьбу придешь? – спрашивает брата. Я привыкла к прямолинейности Хасана, поэтому меня это не смущает. Да и статус «жены» – не та вещь, которой стоит стесняться. Я хочу скорее получить свое кольцо.
– Блин, а я только решил отбить ее у тебя, – шутит старший брат, но почти сразу становится серьезным.
– Свою ищи, – отвечает ему Хасан.
– Постараюсь прийти, но не обещаю. Ты же знаешь, что сейчас в Москве мне появляться нежелательно, – заинтересовывает своим ответом Барсаг. Мне хочется знать подробности, но мужчины не раскрывают их. – Сегодня возвращаетесь в город? – спрашивает он. Я кошусь на Хасана, он кивает. – А дом? Оставите без присмотра? – спрашивает меня. – Скоро зима, если не протапливать, все отсыреет, – добавляет Барсаг.
Обидно бросать дом, но я не знаю, что с ним можно сделать. Пустить постояльцев? Где их в деревне взять? Если только какую-нибудь молодую семью, но проблема в том, что я не хочу доверять жилище кому попало.
– Есть конкретное предложение? – ухмыляясь, спрашивает брата Хасан.
– Есть. Хочу остаться здесь до весны, может, чуть дольше. За домом присмотрю, может, построю баньку на территории, – предлагает Барс. Мои подозрения растут: от кого он прячется? – Обещаю порядок. Шуметь и пугать соседей не буду, – улыбается он Хасану. Видимо, я что-то упустила.
– Ты будешь жить один? – спрашиваю его. Хочу понять, есть в его жизни постоянная женщина или нет.
– По большей части один, но иногда ко мне будут заезжать гости, если ты не против, – поддевая вилкой самые сочные кусочки мяса, кладет их мне на тарелку. – Могу еще за козой твоей присмотреть…
– Я не против, – быстро соглашаюсь, пока он не передумал. Это ведь идеальное решение проблемы. За домом будут присматривать, а Оля не сможет требовать продать его.
– Вот и договорились…
Приезжаем мы в дом Хасана после обеда. Увидев огромный особняк, я понимаю, что мне ко многому придется привыкнуть, многое в себе изменить, но теперь мне не страшно. Я не одна в этом мире, за моей спиной огромная надежная скала. Какие бы трудности ни ждали нас на пути…
Как сказал мой будущий муж: «всегда помни, что я люблю тебя»…
