Текст книги "Рожденная на рассвете (ЛП)"
Автор книги: Кристина Девис
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 17 страниц)
Нева кивнула, прикусив губу. Она задавалась вопросом, сколько времени ей потребуется, чтобы забыть страх на лицах своих двоюродных братьев или образ Маргарет, лежащей кучей на полу подвала. Ей никогда не следовало соглашаться на это поручение без сопровождения. Она позволила своей потребности скрывать свою истинную природу и желанию сделать себе имя взять верх над здравым смыслом.
Шон больше ничего не сказал. Ему и не нужно было этого делать. Его страх и разочарование были очевидны для нее, и она чувствовала, как они пронзают ее грудь. Она подвела его и подвела свою семью.
– Нева, Шон. Вы в порядке.
Голос, раздавшийся сзади, удивил ее, оторвав от размышлений.
Это был Адам.
– Иди сюда. – он обнял её, что было неожиданно, но в то же время успокаивающе, и протянул руку её отцу. – Нам бы отвезти всех вас куда-нибудь в другое место. Расчистить – больше здесь уже ничего не поделаешь.
Роджер, который стоял на несколько шагов позади Адама, поднял Маргарет на руки. Нева попыталась разобраться в своих чувствах, позволив своим друзьям привести её семью в скудно обставленную квартиру над ближайшим продуктовым магазином. Одно из убежищ Флинна. Она не могла понять, может быть, она плачет, а может быть дым оцарапал её глаза так же, как и лёгкие.
Покидать свою семью теперь уже не казалось правильным. Но Да'Валиа ранее упоминал о её растущих способностях, да и разве она не причинила достаточно вреда? Нева с трудом сглотнула, зная ответ. Она могла утешаться только тем, что люди Флинна позаботятся о её семье, когда она утром уедет.
Роджер привел Маргарет и мальчиков в спальню вместе с целителем прицепом. Нил, который последовал за ними из таверны с тележкой Невы, начал разливать бренди по чашкам на кухне. Нева некоторое время наблюдала как они устраиваются, прежде чем направиться в единственную другую комнату квартиры.
Она вздохнула, садясь на кровать на полу. От нее пахло дымом. Она медленно сняла рюкзак со спины и сняла куртку, ее лицо исказилось, когда материал потянул осколки стекла и дерева, впившиеся в ее кожу.
Нева зажгла свечу на комоде и попыталась глядеть сквозь слезы, затуманившие её глаза, когда она начала вытаскивать осколки из своего бока.
Дверь скрипнула, и она подняла глаза, чтобы увидеть Адама, стоящего в дверном проеме.
– Что? – она поспешно вытерла слезы.
– Твой отец интересуется, не выпьешь ли ты с нами, – сказал Адам, изучая её в тусклом свете.
– Ща приду, – ответила она, вытягивая осколок стекла из плеча. Её отцу нужно было оплакать эту потерю лучшим из кому бы то ни было известных способов. С чашечкой бренди, предаваясь воспоминаниям с друзьями.
– А вообще – то… – Нева вздрогнула на середине фразы. – Не мог бы ты позвать лекаря, если он не особо занят Маргарет?
– Я посмотрю, может ли он от неё сейчас отойти, – сказал Адам.
Он исчез в дверях и Нева постаралась не обращать внимания на зазубренную занозу, торчащую на талии и сочащуюся кровью. Вскоре она снова подняла глаза и обнаружила, что Адам вернулся с чистой тканью, миской с горячей водой и баночкой мази.
– Он хотел остаться с твоей тетей, чтобы следить за ее дыханием, – объяснил Адам, – просто ложись на кровать, я всё сделаю.
Нева не знала, какое выражение было у неё на лице, но оно, очевидно, говорило о том, что она мало верила в его способность лечить раны.
– Ложись. Не то чтобы я прям никогда не делал этого раньше, – сказал Адам. – У меня была доля своих серьезных проблем.
Воры одного Круга часто ухаживали друг за другом, пока не находили надежного лекаря. Нева слышала рассказы об Адаме и их друзьях, переживших несколько тяжелых ситуаций, так что он, вероятно, уже обрабатывал раны раньше. К тому же, у неё было не так много времени на споры. Она хотела поговорить со своим отцом, чтобы поддержать его перед отъездом, насколько это было возможно. У неё был перед ним долг.
– Хорошо. – Нева встала и развязала корсет своего платья. Её смену придется сократить.
Адам отводил глаза, пока она не легла на живот, успешно прикрываясь спереди. Ее платье упало на пол, обнажив пропитанную пятнами крови сорочку. Нева не возражала, чтобы Адам увидел её в таком потенциально неловком раздетом виде. Они знали друг друга так давно, что это не должно было иметь никакого значения.
– О, Боги, Нева, – Адам пододвинул свечу. – Да как ты ещё передвигаешься?
Нева не ответила. Ее тело было не особо расположено к чувству боли, но она была уверена, что он не захочет знать правду о ее происхождении.
– Просто режь. – Она закрыла глаза и отвернула голову.
Адам расположил сверток лекаря на кровати рядом с ней. Он разрезал сорочку осторожными движениями и отодвинул материал в стороны. Засыхающая кровь заставляла ткань местами прилипать, но его руки умело очищали раны и покрывали их мазью.
Нева позволила своим мыслям блуждать и они мгновенно вернулись к видениям кубка. Первое сбылось. Означало ли это, что и остальные сбудутся тоже? Она уходила с Да'Валиа, и, если бы они напали на неё, как она видела во втором видении, она не знала бы что сделала.
Ее мысли рассеялись, когда Адам закончил обрабатывать последний порез на её пояснице. Его рука продолжала касаться её кожи и он молчал. Её глаза скользнули к нему, и она почувствовала то, чего не ожидала когда-либо почувствовать с Адамом.
Это было ново и немного пугающе, и совершенно слишком по-человечески на её вкус.
– Я рад, что с тобой все в порядке, Нева, – сказал он. Затем, после паузы, – я слышал, что вы разговаривали с Да'Валиа в Доме ранее.
Как он всегда узнавал, что она что-то задумала? Но потом она предположила, что была довольно заметна. Любой, кто разговаривал бы с Да'Валиа наедине и в открытую, был бы таков.
Она хотела отвести от него взгляд, но обнаружила, что это невозможно.
– Я ухожу, – сказала Нева, – я должна уйти с ними.
Он склонил голову набок, его взгляд скользнул к браслету на её запястье, а затем к её лицу.
– Что? – спросила она, защищаясь. Она невероятно остро ощущала его пристальный взгляд и его близость.
– Ничего, – размышлял он, – просто…
Нева подождала, пока он не закончит мысль.
– Я раньше никогда так пристально не рассматривал твой цвет, – рука Адама поднялась к её щеке и зависла, – ты светлее других с Перевала.
– Адам. – знакомое раздражение закралось в её тон, когда она попыталась проигнорировать некомфортное чувство, накапливающееся внизу живота. Адам не уделял ей такого внимания всю её жизнь, и она не была уверена, что об этом думать.
– Останься, – резко сказал он, беря её за руку. – У меня скоро будет большая работа и ты могла бы поработать со мной. Мы могли бы вместе позаботиться о твоей семье.
Нева открыла рот, затем закрыла его. Она бы солгала, если бы сказала, что однажды не была тайно влюблена в Адама, но она положила конец этим чувствам. Ей пришлось это сделать, потому что она никогда не смогла бы рассказать ему правду о том, кем она была. Наконец, она отвела взгляд.
– Я не могу, – сказала она. Это был нечестный ответ, но это было все, что она могла заставить себя сказать.
– Хорошо, – сказал он, вздохнув. – Полагаю, я должен был знать, что твой ответ будет именно таким, но не мог же я позволить тебе уйти, не попытавшись дать повод остаться?
Адам неловко встал и подошел к комоду, где достал китель и комплект брюк, сшитых с учетом теплой погоды в Кравелле. Он осторожно положил их рядом с ней.
– Я скажу твоему отцу, что ты сейчас придёшь, – сказал он.
– Прости, – прошептала она, думая, что всё могло бы быть иначе, если бы она не была частично Да'Валиа и, если бы она могла быть честной с ним. Но мать хорошо её обучила.
Единственным признаком того, что он услышал её причитания, была легкая заминка в походке, когда он выходил из комнаты.
Нева вздохнула и встала с кровати, чтобы машинально начать одеваться. На самом деле Адам должен был волновать её меньше всего, но сегодня вечером он её удивил. Она покачала головой. Может быть, в другой жизни.
Нева старалась не зацикливаться на уходе, когда присоединилась к отцу и дядям за столом. В маленькой печке ревел огонь и комната медленно прогревалась. Отец рассчитывал на неё и она упорно старалась быть голосом разума, пока мужчины обсуждали, что её отцу, тете и двоюродным братьям следует делать дальше.
Несмотря на годы тяжелой работы, сгоревшей в огне, отец Невы настаивал на восстановлении. Решительность была их общей чертой, поэтому она перевела разговор на поиск средств и рабочих в сухой сезон. Что касается денег, Джеймс, старший близнец, приносил небольшой постоянный доход взяв на себя её маршрут доставки, а Флинн сделал официальную запись о том, что задолжал Неве за услугу. Он не особо был рад одалживать семье Робертс ещё больше денег на новую таверну, однако, был человеком слова.
Нева оставила разговоры поздно ночью и вздремнула на несколько часов, прежде чем отец разбудил её на утреннюю встречу. Она вылезла из постели и переоделась в одежду из своего рюкзака. Её шерстяные брюки и толстая куртка из овчины вполне могли бы защитить от суровых северных условий. Порывшись в комоде одолженной комнаты, она нашла традиционный синий корсет и оранжевые юбки с тяжелыми мехами для утепления. Она не знала сколько времени займет их путешествие, поэтому засунула одежду и лишнюю пару чулок в свой рюкзак, чтобы было во что переодеться.
Нева нашла Нила и Адама спящими за столом, где они ранним утром поддались дрёме от выпивки. Она схватила три печенья, решив, что Роджер ушел, пока она спала. Нева съела свой завтрак, прежде чем разбудить своих двоюродных братьев, прошептала на прощание и поцеловала тетю в лоб. Маргарет все еще была бледна, и лекарь, стоявший у её постели, выглядел встревоженно. Старик не спал.
– Я вернусь как только смогу, – сказала Нева своему отцу в гостиной.
– Просто будь в безопасности, моя девочка, – он заключил её в крепкие объятия. – Никогда не забывай, что здесь есть люди, которые тебя любят.
– Я не забуду.
Нева впитала ощущение безопасности его объятий, прежде чем выскользнуть за дверь. Она вышла в темное утро с рюкзаком, аккуратно перекинутым через плечо, чтобы не раздражать раны. Морозный воздух пронзил её легкие, прежде чем она поправила платок прикрывая рот.
Нева двигалась тихо, единственным звуком были её ноги в сапогах, хрустевших по тонкому слою инея. Она прошла мимо обугленного остова таверны и вытерла слезы, наблюдая, как рассеиваются последние клубы дыма. В ней поднялась доселе чуждая решимость сделать то, на что она никогда бы не осмелилась раньше. Перспектива искать клан Да'Валиа была пугающей, но у неё на запястье были кандалы Астианда, а её дом исчез. Она уже не могла повернуть назад.
Нева подъехала к Дому за несколько мгновений до того, как солнце выглянуло из-за хребта. Охранники у главных ворот едва удостоили её второго взгляда после того, как нашли её имя в своем списке разрешенных посетителей. Она поспешила в конюшню, где уже кипела бурная деятельность. В то время как торговцы и дворяне отсыпались от оцепенения после Торгов, их слуги спешили, готовя повозки и лошадей. Она была просто телом в толпе.
Брайанд и Астианд спустились по ступенькам из главных строений. Накануне вечером они сменили свою нарядную элегантность на дорожную одежду с приталенными передами, напоминающими солдатскую форму. Они представляли собой зрелище, на которое стоило посмотреть, явную силу тьмы в утреннем свете. Оба носили мечи на бедрах и шагали с мрачным видом.
Эта сущность Да'Валиа мало чем отличалась от самой смерти. Да'Валиа могли причинить боль тем, кто противостоял им. Они двигались с грацией, которую Неве обычно приходилось скрывать. Она потратила немного времени на их изучение, задаваясь вопросом, правильный ли выбор она сделала пойдя с ними, прежде чем они к ней подошли.
Астианд был выше примерно на три дюйма, хотя оба хилана были выше шести футов. Цвет лица Астианда был темнее и он был стройнее. Она могла бы сказать, что он был бы более жестоким из них двоих в ситуациях, когда жестокость была бы добродетелью. Кроме того, он был гораздо привлекательнее.
Брайанд был менее утонченным, с более лохматыми волосами и шрамом. Его глаза были такими же, как у его спутника – затравленными и расчетливыми. Нос Брайанда дернулся и темно-серебристые глаза Астианда уставились на Неву, когда они к ней подошли.
– Пошли, – сказал Брайанд.
Астианд, не останавливаясь, направился прямо к плацдарму.
Брайанд разговаривал с конюхами, в то время как Астианд стоял в стороне, сердито глядя на все, что двигалось рядом с ним. Он ничего не сказал.
Вскоре Нева и Астианд забрались в компактную карету, запряженную четверкой лошадей. Хитроумное устройство было сделано из окрашенного дерева и темного металла и выглядело быстрым из-за своих размеров. Брайанд забрался на переднюю скамейку, чтобы вести.
Нева выглянула в окно, когда они медленно выезжали из ворот Дома. Она никогда раньше не покидала Ледниковый Перевал. Было странно осознавать, что она, возможно, еще какое-то время не будет ходить по этим улицам.
– Сядь поудобнее. Здесь не на что смотреть, – проворчал Астианд, откидывая голову на мягкую спинку сиденья.
Он явно устал и был раздражен. Её взгляд должен был бы внушать ему страх, но вместо этого он напомнил ему надутого ребенка. Большого, красивого надутого ребенка.
Нева сделала, как он приказал. Но когда они миновали впечатляющую каменную стену, оставив городские улицы позади, она бросила последний взгляд на Ледниковый Перевал, запечатлев в памяти образ своего дома. Она позволила себе слегка улыбнуться. Астианд не заметил, как она снова отдернула занавеску. Его голова мягко покачивалась, он спал.
Глава 8
Десятый Вестайв, 1632 год.
Бенжаманд сказал нам имя человека, который нам поможет. Если мы сможем заполучить Рот Дианца, второй зубец Тришулы, до саммита, этого должно быть достаточно, чтобы склонить кланы в мою пользу. Однако, мы должны сделать это до того, как Тринижи опередит нас и попытается украсть его. Она достаточно решительна, чтобы попытаться. Я никогда не видела другого маджилу, столь жаждущего власти.
– Монажи Да'Вода-Лира
–
Они ускорились, как только выехали на главное шоссе в направлении на юго-запад. Человек не мог сравниться с безжалостным оркестром природы, но войска Ордена содержали Старое Королевское шоссе в хорошем состоянии после месяца домашнего очага. Они делали это отчасти потому, что регулярно перемещались между всеми Домами, а Дом Трескони добавлял стимул в виде монет, чтобы торговцы могли участвовать в Торгах.
Нева держалась за стенку кареты, чтобы не упасть то в одну, то в другую сторону. Час спустя она убедила себя в том, что они хорошо проводят время. Сила её убежденности была обратно пропорциональна тошноте. Ещё час езды, и ее тошнота переросла в мучительный дискомфорт. Озноб пробежал по её шее, заставляя хотеть выкинуть обратно печенье, которое она съела.
Она уставилась в угол потолка, сосредоточившись на том, чтобы успокоить свой желудок, когда глаза Астианда приоткрылись. Он потянулся в тесном пространстве, его мускулистое тело было впечатляющим.
Нева старалась не обращать на него внимания.
– С тобой всё хорошо? – спросил он, оценивая зеленоватый цвет лица и белые костяшки пальцев.
– Я что, хорошо выгляжу? – выдавила она из себя и концентрация нарушилась. Её вот-вот стошнит, она это чувствовала.
– Я научу тебя трюку, которому давным-давно научился на поле боя, – сказал он. Удар от холодного укола от кандалов поднялся вверх по её руке, а затем исчез.
– Ау, – Нева потерла руку, – и чем это поможет?
Но ее желудок уже не беспокоил как раньше.
– Да'Валиа может использовать боль, чтобы сосредоточиться, – сказал Астианд. – Посмотрим, сможешь ли ты её использовать для того, чтобы контролировать свою тошноту. Я бы предпочел ехать остаток пути без запаха твоей рвоты.
Нева сердито посмотрела на Астианда, но попыталась прислушаться к его словам. Даже когда боль исчезла, она отодвинула воспоминание об этом на передний план своего разума, чтобы подавить восстание желудка. Удивительно, но это сработало.
Астианд откинулся на спинку сиденья и отдернул занавеску, закрывающую окно.
– Мы скоро должны остановиться, – сказал он.
Нева в изумлении уставилась в окно. Сверкающее голубое небо и облака пролетали мимо, когда пейзаж менялся гораздо быстрее, чем следовало бы. Она никогда не бывала далеко от Ледникового Перевала, но этот вид был не похож ни на что, что она могла себе представить. Пропитанный аурой магии.
– Что это? – спросила Нева, медленно приближаясь к окну, прежде чем Астианд опустил занавеску, закрыв ей обзор.
– Пардон? – ответил он с целеустремленным упрямством.
Нева махнула рукой в сторону окна.
– Это! – воскликнула она. – Ты знаешь, что я имею в виду. Это неестественно.
– Этот экипаж не совсем естественный – по твоим меркам, во всяком случае, – сообщил он ей, – благодаря искусному мастерству Да'Валиа и коням.
Нева нахмурилась. Она видела экипаж до того, как они покинули Перевал. Он был хорошо спроектирован, добротен, но в нём не было ничего такого, о чём пишут в открытках домой.
– Посмотри на лошадей, когда остановимся, ты поймёшь, что я имею в виду.
Вскоре карета остановилась у обветшалой таверны у дороги. Нева вылезла вслед за Астиандом и изучила их остановку. Слова «Грианч Инн» были вырезаны на деревянной вывеске, висевшей над крыльцом. Грианч был популярной остановкой для тех, кто путешествовал на Ледниковый Перевал и обратно, что также означало, что однодневная поездка заняла всего час. Нева осмотрела лошадей, в то время как ее спутники передали поводья хозяину гостиницы. Гладкие черные животные выглядели вполне обычно, от них на холоде шел пар. За исключением одной вещи. Глаза лошадей были ярко-красного цвета.
–
Даже выйдя из кареты, желудок Невы был не в настроении есть, поэтому она отказалась от всего, кроме воды. После того, как Астианд и Брайанд плотно позавтракали мясными пирогами с маринованными овощами и оплатили свои счета, Да'Валиа вывели её обратно на улицу. Они удивили её, когда пошли за экипажем за постоялый двор к роще.
– Куда мы идём? – спросила она, её отработанная человеческая походка плохо сочеталась с их скользящей манерой ходьбы.
Астианд не ответил, а Брайанд издал тихий звук.
Нева замолчала.
– Ой! – голос девочки-подростка донесся из-за угла кузницы. – Перестань, мне больно!
Последовал звук удара тела о деревянную конструкцию.
Нева повернулась на шум, но Астианд и Брайанд уже изменили направление, в одно мгновение проскочив мимо неё. Она поспешно последовала за ними, и ей не понравилось то, что она увидела. Два рыжеволосых подростка стояли за кузницей. Мальчик, более высокий из двоих, прижал пухленькую девочку к стене и рылся в карманах её халата.
– Перестань орать и скажи мне куда ты его положила.
– Проблемы? – прорычал Астианд.
Пораженный, мальчик резко обернулся, дикий и готовый к драке. Его глаза расширились, когда упали на Да'Валиа, направлявшегося к нему. Он поспешно отступил от девушки и солнце сверкнуло на чем-то блестящем в его руке. Астианд остановился в нескольких дюймах от мальчика, глядя вниз со своей более высокой позиции, в то время как Брайанд ждал поблизости.
– Она твоя сестра? – спросил Астианд.
Последовало молчание.
– Отвечай мне! – Астианд потянул рукоять своего меча на несколько дюймов, чтобы обнажилось древко, отчего мальчик взвизгнул, а его кожа покраснела настолько, что почти затенила веснушки.
– Дда, сэр. Да, она моя сестра. – мальчик сделал ещё шаг назад.
– Позволь мне сказать тебе кое-что, мальчик, – Астианд говорил тихо и близко к лицу юноши, – в твоей жизни будет много врагов, я уверяю тебя. Оставь свою кровь в покое. Однажды ты можешь обнаружить, что она единственная, кто станет тебя спасать.
Астианд вырвал золотую монету из пальцев мальчика и бросил ее Брайанду, который поймал ее и протянул девочке. Она вытерла слезы со своих широко раскрытых голубых глаз и нерешительно потянулась вперед, чтобы схватить монету, прежде чем убежать, ее рыжие кудри развевались позади нее. Только когда она скрылась из виду, Астианд отступил от мальчика.
– Убирайся с глаз моих.
Мальчик пробрался по неровному снегу через заднюю дверь кузницы, в спешке ударившись плечом о здание.
– Удовлетворен? – Брайанд казался покорным, как будто он привык к подобным действиям Астианда.
Нева спрятала улыбку, думая, что это хорошо, что Астианд вмешался. В противном случае она бы сама вселила в мальчика страх перед богами.
– Это должно было быть сделано, – ответил Астианд.
– Тобой?
Астианд пожал плечами.
– Мы опоздаем, – сказал Брайанд и они пошли дальше.
В конце деревни они повернули к лесу и вошли в уединенную сосновую рощу, снег хрустел под их ногами. Они остановились и Брайанд выругался, когда они с Астиандом осмотрели повреждения. Нева бочком подошла к ним на узком пятачке земли между двумя деревьями. Она посмотрела поверх плеча Брайанда и увидела причину его проклятий.
В центре рощи лежало тело мужчины с перерезанным горлом и лужей крови, просачивающейся на окружающие листья и снег. Легкий ветерок трепал его длинные светлые волосы, но больше движения почти не было.
Нева заставила себя дышать ровно. В этой безжизненной фигуре было что-то слишком знакомое.
Брайанд быстро двинулся по кругу вокруг рощи, проверяя окрестности, а Астианд бросился к дороге. Нева знала, что Брайанд хочет убедиться, что этот район безопасен, но она не могла удержаться от того, чтобы броситься вперед. Она добралась до тела и обнаружила, что ее опасения подтвердились.
Теперь на лице Флинна не было улыбки. Черты его лица застыли в смерти.
Листья на земле были спутаны и разбросаны. Флинн сражался со своими убийцами, но порез на его горле был чистым.
Нева быстро проверила у Флинна ли кубок, закрывая телом свои действия от Брайанда.
– Отойди в сторону, – прогремел над ней голос Брайанда.
Нева отступила.
– Он мертв. – Констатировала она очевидное в надежде, что Брайанд не заметит, как долго она медлила. Если бы он думал, что она находится в состоянии шока, то с меньшей вероятностью стал бы задавать вопросы об её интересе. И, по правде говоря, она и была в шоке. Флинн был таким живым, когда она видела его в последний раз, а теперь он был таким неподвижным. Даже его глаза застыли на месте и по их направлению Нева поняла, что его убийцы, должно быть, стояли там, где сейчас находилась она.
Последствия его смерти поразили её. Её отец может уже никогда не восстановить таверну, Амбер будет опустошен, а воровское сообщество получит сокрушительный удар. Роджер был следующим в очереди на прежнюю должность Флинна, но остальные претенденты заставляли его слишком усердно бороться за её сохранение. С помощью Адама, одного из лучших торговцев оружием в городе, у Роджера были хорошие шансы.
Но кубок исчез, и это встало выше многих забот Невы.
Брайанд копался в пустых карманах и рюкзаке Флинна, когда Астианд вернулся с развевающимися на ветру волосами.
– Он здесь? – спросил Астианд.
– Нет, – вставая ответил Брайанд, – они забрали его.
Астианд с ревом развернулся и ударил кулаком в большую сосну. Она содрогнулась в земле. Посыпались сосновые иголки и снег. Запястье Невы болело, и ей не нужно было смотреть вниз, чтобы понять, что кандалы творят свое волшебство. Она была благодарна, что Брайанд стоял между ней и Астиандом. Ширма между ней и воплощением абсолютной ярости.
– Их следы исчезли на шоссе, – сказал Астианд, его голос дрожал от разочарования, – мы не знаем, в какую сторону они уехали.
– Тело всё ещё немного тёплое, – сказал Брайанд, – они могли уйти даже после того, как мы прибыли.
– Если бы это были Да'Фоха, – подумал Астианд вслух, – они бы отправились на юг, а если бы это были Да'Ксана, они бы направились на восток. Это могли быть любые из них, но более вероятно, что это были Да'Ксана. Они присматривались повнимательнее.
Нева нахмурилась, пытаясь не отставать от их разговора. Понять их быстрое изъявление на Да'валианском оказалось для неё труднее, чем она надеялась. Она предположила, что они говорили о кубке, и знала, что они говорили о других кланах Да'Валиа.
– Есть шанс, что они не знают, что у них. – В голосе Брайанда звучала надежда.
Астианд отбросил это предположение.
– Даже если они не знают, Да'Ксанам не потребуется много времени, чтобы это выяснить.
Нева молча стояла, пока они спорили. Она мало что знала о Да'Валиа, в основном слухи и несколько историй, которыми поделилась с ней мать. Ученые могли проследить союзы и нарушенные клятвы между группами по рассказам о человеческих битвах и войнах на протяжении сотен лет. Когда Да'Валиа были изгнаны из пустыни столетия назад, вражда в конечном итоге привела к их расколу. В результате появились пять закрытых кланов Да'Валиа.
Да'Ксана были надежными хранителями древних писаний и текстов, относящихся к Да'Валиа и их богу. Истории о великой белой крепости Да'Ксана, построенной в скалах Пикеро, были предметом легенд. Клан Да'Фоха был родом из пустыни Бракан. Да'Бруна и Да'Фоха, по слухам, остались верны старым обычаям. Говорили, что они едят своих покойных соплеменников.
– В худшем случае он у Да'Ксана, так что я отправлюсь на восток, – сказал Брайанд. – если же это Да'Фоха, то у нас есть больше времени, прежде чем они обнаружат, чем обладают. Я доложу, как только что-нибудь узнаю.
– Если каждый пойдёт по одному из следов, у нас будет больше шансов вернуть его.
– Если мы разделимся, то она, – Брайанд указал на Неву, – не успеет вовремя добраться до огненного круга и нам придется отвечать перед кланом.
– В любом случае мы будем отвечать перед донажи, – сказал Астианд, доведя до конца мысль, которую Неве нетрудно было понять. У каждого клана был донажи, правитель маджилы, вроде королевы, хотя её титул и не передавался по наследству. Нева начинала понимать, что Да'Валиа было поручено добыть для нее кубок.
– Ты надел на неё кандалы и теперь ты должен довести дело до конца, – сказал ему Брайанд. – Игнорировать обещание опекунства – значит отказаться от Дианца и законов, которым мы следуем в его честь.
– Прекрасно, – Астианд вскинул руку, движение которой, несомненно, причинило ему боль, после того как он с такой силой ударился о дерево, – не теряй время, возвращайся, как только сможешь.
Брайанд пустился бежать. Он не стал дожидаться, пока Астианд закончит говорить, прежде чем покинуть рощу.
Нева наблюдала, как Астианд провел своей безупречной рукой по волосам.
– Пойдем. – сказал он, направившись обратно к экипажу и не дожидаясь её.
Нева опустилась на колени перед телом Флинна и нарисовала знак мирной кончины у него на лбу, произнеся быструю молитву Риске. Вероятно, он не получит надлежащего погребения в течение некоторого времени, потому как земля будет заморожена в течение ещё нескольких недель и она не хотела, чтобы его духу помешали спуститься в Подземный мир.
– Тебе придется оставить свою человеческую природу, если ты хочешь выжить в клане. – предупредил её Астианд, нетерпеливо оглянувшись через плечо.
Нева сунула ожерелье, которое сняла с шеи Флинна, в карман. Если бы она не чувствовала некоторой лояльности к Эмбер, то не рискнула бы еще больше разозлить Астианда, потратив время на то, чтобы забрать памятный сувенир. И если бы она не чувствовала некоторой лояльности к человеку, который столько лет давал ей постоянную работу, она бы тоже не стала рисковать временем ради благословения. Но, находясь рядом с Астиандом, она не могла не думать, что, возможно, ей действительно нужно занять сторону Да'Валиа – ради самосохранения.
Глава 9
Первый Кравелл*, 1632 год.
Человек Бенжаманда совсем не такой, как я ожидала. Шон Робертс, как он себя называет. Если честно, поначалу он сводил меня с ума, всегда настаивая, чтобы мы следовали его указаниям, но есть причина, по которой мы так хорошо ему платим. Я узнала, что он опытный вор и благородный человек. Он заставляет меня думать о вещах, о которых я даже не должна думать. Он поможет нам запечатать Рот и ничего больше.
– Монажи Да’Вода-Лира
*Кравелл (craw-vell) – Сезон после Вестайва и до Аутона. Когда погода теплая.
–
Если вождение Брайанда оставляло желать лучшего, то Астианд нуждался в этом еще острее. Нева собралась с духом, пытаясь расположить свое тело так, чтобы толчки не раздражали порезы, пронизывающие ее спину, когда они пробирались через горы к Стэггу. У них осталось две лошади вместо четырех, так как Брайанд умчался на двух других, так что они преодолевали меньшее расстояние. Когда после наступления темноты они наконец остановились перед двухэтажной гостиницей, Астианд бросил монету юноше на улице с приказом присматривать за лошадьми и молчать.
Нева наблюдала за серебряным мерцанием света лампы и в глубине ее сознания возникло воспоминание. Астианд ранее бросил Брайанду золотую монету. Золотая монета, принадлежавшая крестьянской девушке из проезжего городка. Почему Нева не заметила и не подумала сказать что-то раньше? Она не знала у кого был кубок, но у них было достаточно средств, чтобы воспользоваться услугами Тэтчера и доставить его на Ледниковый Перевал сразу после месяца домашнего очага. И то, и другое требовало денег. Много денег. Если бы только она подумала об этом раньше, они могли бы расспросить молодых людей и послать Брайанда за кубком в более многообещающем направлении.
Нева последовала за Астиандом внутрь, зная, что ничего не может сказать. Намек на подсказку сейчас вызвал бы его гнев, а она не хотела поднимать вопросы о своей профессии. Чем меньше подробностей знал Астианд, тем лучше.
Заплатив за свои комнаты, они поплелись вверх по лестнице. Хозяин гостиницы последовал за ними с подносом еды, пахнущей свежеиспеченным хлебом, выдержанным сыром, соленым мясом и сухофруктами. Жена этого человека осталась внизу, очевидно, слишком нервничая, чтобы подавать Да'Валиа. Нева увидела как женщина за стойкой регистрации заламывает руки и с озабоченным выражением смотрит вслед Неве. Никогда бы не подумала, что она и Астианд выглядят как странная пара. Молодая женщина и чудовищный Да'Валиа. Нева помахала рукой, пытаясь унять страх женщины.
В комнате Астианда Нева села за столик на двоих под окном с облегчением от того, что выбралась из экипажа, и поблагодарила хозяина гостиницы за еду.
– За ваше благоразумие и благоразумие вашей жены. – прежде, чем закрыть дверь, Астианд вложил монету в руку трактирщика.
– Его благоразумие? – спросила Нева, когда Астианд снял пальто, обнажив дорогую шелковую рубашку.
– Последнее, что нам нужно, это чтобы жители деревни тревожились из-за Да'Валиа и его симпатичной пленницы. – сказал Астианд, кладя пальто на край кровати, прежде чем присоединиться к ней.
