Текст книги "Рожденная на рассвете (ЛП)"

Автор книги: Кристина Девис

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 17 страниц)

В середине ночи Вивижи сказала Эмилианду наносить удары в полную силу. Он отнесся к заданию серьезно.

Выстрелы отраженной энергии летали по комнате. Нева была поражена, увидев, как стены поглощают энергию, увеличивая ее собственную силу, но острая боль, пронзившая ее бок, привела ее в чувство, и она начала ставить блоки вокруг себя.

Ее движения были куда более инстинктивными, чем когда ее испытывал Олианд. Тогда она сосредоточилась на попытке показать старейшине то, что он хотел увидеть. Теперь она действовала импульсивно. У нее была большая сила, поэтому, если ее блоки не разваляться, то ей не стоило беспокоиться из-за силы Эмилианда. Как и в случае с Олиандом, она могла настигнуть вспышки и погасить одним движением руки. К сожалению, всплески силы сопровождались его физическими атаками. Ее внимание было разделено, когда она изо всех сил старалась сосредоточиться на обоих аспектах и ​помнить все уроки Вивижи.

– Ты сама заплетаешь себе волосы? – спросила ее Вивижи, когда они остановились выпить воды.

– Да, – подтвердила Нева. Сегодня она заплела волосы в одну косу на спине.

– Хорошо. – Вивижи показали Неве, как плести щит силы. Линии огня вспыхнули перед мастером над оружием, и она переплела их, образовав в воздухе щит размером с ее собственное тело. – Ты чувствуешь свою силу на поверхности своей кожи, не так ли?

Нева задумчиво кивнула. Если сосредоточиться, то она могла ощутить, как мельчайшие частицы выступают из ее кожи, окружая ее как щит.

– Это естественный защитный барьер, – сказала ей Вивижи. – Для высших естественный барьер защитит от ссадины или даже удара, подкрепленного силой. Все равно будет больно, но раны не нанесут большого вреда. Это требует большей концентрации, но барьер выдержит шквальный огонь.

Вивижи завязала края своего щита и продемонстрировала с ним разные стойки. Нева сосредоточенно следила за ней. Она копировала движения Вивижи и управляла элементарным плетеным щитом. Потребовалось больше энергии для поддержания барьера, но ни один из выстрелов Эмилианда не пробил его. Она с нетерпением ждала возможности попрактиковаться в более сложных плетениях.

К концу ночи Нева и Эмилианд оба были окровавлены и измучены. Нева научилась сражаться, призывая свою силу, и это отнимало больше энергии. И хотя выносливость Да'Валиа была примечательной, она не была бесконечной. Волна силы зашевелилась, и ей пришлось приложить усилия, чтобы сдержать ее.

Нева рухнула на коврик у двери, скрестив ноги, Эмилианд присоединился к ней. Ее руки и ноги ужасно болели.

– Где ты наиболее ранена? – спросила Вивижи спокойно, внося в комнату кувшин с водой.

К удивлению Невы, Вивижи опустилась на колени и очистила порезы, а затем использовала силу, чтобы исцелить раны. Когда пламя вырвалось из кончиков пальцев маджилы, мысли Невы вернулись в прошлое. Она вспомнила, как исцеляла Флинна и как Адам лечил ее порезы от огня. Ее мысли унеслись к семье.

Пока Вивижи обжигала ее плоть, Нева стиснула зубы и отогнала воспоминания. Если бы она не думала о доме, возможно, она бы не скучала по нему.

К счастью, Вивижи еще не закончила давать уроки. Она отвлекла внимание Невы от воспоминаний, объяснив, как очистить и зашить раны на поле боя. Суставы пальцев Эмилианда были в очень плохом состоянии, поэтому Вивижи использовала его для демонстрации.

– Если рядом есть проточная вода, смой всё с раны. Убедись, что рана чистая. Ты же не хочешь запечатать инфекцию, – говорила Вивижи не отрываясь от работы. Она также объяснила, что их сила имеет две основные цели: разрушать и исцелять. – Ее можно было превратить в заклинания с помощью многолетних магических тренировок, но боги не желали, чтобы мы посвятили свою жизнь этому делу. Другое дело сила и исцеление.

– Однажды я прижигала порезы, – сказала Нева, умолчав, что это было сделано непреднамеренно. – Но когда Брайанд вернулся раненым, мне сказали, что я ничем не могу помочь.

Вивижи не слишком деликатно фыркнула.

– Это и не удивительно. Во что бы ни была вовлечена наша донажи, это будет выше твоего мастерства. Я не преувеличивала, когда говорила, что для того, чтобы направить силу в правильную магию, нужны годы обучения.

– Не говоря уже о том, что он в аллиаде, – заметил Эмилианд. – Вторгаться в это – дурной тон.

Комментарий Эмилианда положил конец их разговору, но они продолжили тренировку до поздней ночи. Эмилианд был гораздо опытнее Невы и выиграл все схватки, но ее решимость была непоколебима. Она не позволит своему невежеству или страху перед донажи остановить ее. Она знала, что донажи положит конец их урокам, если о них станет известно. Она лежала в кровати, терзаемая опасениями, и желая, чтобы сон спас ее от боли во всем теле.

Вскоре Вивижи разрешила Эмилианду пользоваться учебным оружием. Это всегда было какое-то новое деревянное оружие: нож, меч или булава. Главной целью Невы было разоружить Эмилианда. Медленно ночи сливались для нее воедино.

Днем Нева старалась не выходить из своей комнаты и не видеться с Астиандом. Отчасти это было потому, что она все еще была слишком зла на него и не хотела его видеть, но и потому, что если бы они часто виделись, он мог заметить, что на ее теле появились маленькие шрамы.

Каждое утро она нежилась в ванне, которую наполнял для нее Миланд. Она не была уверена, знает ли он о ее действиях, но надеялась, что он будет хранить молчание. Позже в тот же день, когда она сидела у постели Брайанда, она украдкой глотнула его целебный тоник. Он ослабил напряжение в ее мышцах и помог двигаться легче.

Тоник творил чудеса и с Брайандом, и с каждым днем ​​он выглядел все лучше. Астианд много времени тратил на обсуждение дел донажи. Они обсуждали стратегии, но в основном ждали известий о местонахождении кубка. Нева знала это, потому что часто прижималась ухом к стене, чтобы подслушать.

Когда Астианда не было рядом, она посвящала Брайанда во все сплетни, которые передавали ей Джоранд или Эмилианд. В ответ Брайанд ответил на большинство ее вопросов об аллиадах и кланах. Его взгляды были очень циничными и немного напоминали ей Вивижи. Однажды он даже сказал, что кланы поврежденны, хотя Нева дипломатично проигнорировала это замечание. Поскольку донажи отвечала за Да'Вода, Нева не думала, что стоило вести эту дискуссию с одним из аллиадо донажи.

Нева много часов проводила с Вивижи и Эмилиандом в тренировочном центре после наступления темноты, поэтому ее разговоры с Брайандом помогали ей скоротать дневное время. Нева не видела никаких признаков того, что Астианд подозревал о ее ночных занятиях. Он по-прежнему не позволял ей съехать, а Нева по-прежнему отказывалась смотреть ему в лицо, разве что для того, чтобы доказать свою точку зрения.

– Наши обязательства перед аллиадой добровольны, но это не значит, что нам всегда нравится то, что мы делаем для неё, – сказал ей однажды Брайанд. – Аллиада – это священное, пожизненное обязательство. По этой и множеству других причин мы идем на компромисс. Мы связаны с донажи, поэтому мы работаем для общей цели. Поскольку она донажи, эти цели диктуются исключительно ею. Она выбрала нас в конце Великой Войны, когда нам обоим было по восемнадцать лет. Это честь, но наш аллиадо с ней отличается от других из-за ее положения и репутации. Даже малейшее публичное оскорбление неприемлемо, а поскольку она донажи, она может нас наказать.

Нева сделала глубокий вдох, пытаясь мыслить беспристрастно.

– Ты хочешь сказать, что иначе он не стал бы держать меня здесь? – спросила она.

– Из-за того, как ты его раздражаешь? – в шутку спросил Брайанд. Потом более серьезно сказал: – Я знаю его давно, но никогда не видел, чтобы он смотрел на другую маджилу так, как он смотрит на тебя, когда думает, что никто не заметит.

Нева открыла рот, чтобы спросить, как именно смотрел на нее Астианд, когда она не обращала внимания, но ее прервал стук во входную дверь.

За все время, что Нева жила в доме Астианда, никто, кроме Олианда, не навещал ее.

– Она здесь, – как ни в чем не бывало сказал Брайанд.

– Кто? – спросила Нева

– Донажи…

Глава 20

Шестой Кравелл, 1632 год

Какая-то часть меня действительно сомневалась, что мы справимся, но наши исследования показывают обратное. Я решила сделать это. Я призову Руку в себя. Если Тринижи получит Глаз, как говорят ее сторонники, я заставлю ее разделить власть. Может быть, тогда я смогу спасти кланы от ее жадности и злых намерений.

Если перевод Бенжаманда верен, на одни только заклинания мы потратим несколько дней. Еще есть кровавое жертвоприношение… Это потребует от меня всего, что у меня есть, но это должно быть сделано.

– Монажи Да'Вода-Лира

–

– Можешь бросить мне рубашку? – спросил Брайанд Неву, пододвигаясь к краю кровати.

Нева схватила шелковую рубашку и бросила ему, а сама выскользнула в коридор, чтобы дать ему немного уединения. Когда Миланд двинулся в сторону входной двери, она прокралась вперед, чтобы выяснить что происходит. Вокруг донажи развевался плащ, подхваченный ветром у порога дома. Нева не удивилась, что Брайанд оказался прав насчет их гостей. Может быть из-за какой-то магии аллиадо они могли настраиваться друг на друга. Она задумалась, всегда ли он чувствует, где находится донажи, и если да, то взаимно ли это чувство?

Миланд принял плащ донажи и повернулся к Арройанду, который тоже вошел в дом.

Движения Арройанда были целеустремленными и плавными. Он скорее крался, чем просто шел. По сравнению с этим действия Миланда казались неуклюжими. Слуга взялся за плащ Арройанда, но тот не отпустил его, так что Миланд не мог сразу отодвинуться.

– Прошло слишком много времени, Миланд, – тихо проговорил Арройанд. Он поднял руку и погладил Миланда по щеке. И от этого движения по спине Невы пробежала дрожь.

До нее доходили слухи. Эмилианд упомянул солдата, явившегося на тренировку с ножевыми порезами на руках, на лице были синяки, как будто его кто-то избил. Многие говорили, что Арройанду нравится причинять боль партнеру в спальне, и он не скрывает свои похождения, если только это не мешает его отношениям с донажи.

Миланд наклонил голову, так что Нева не видела его лица, и попятился от Арройанда. Нева взглянула на донажи и увидела, что маджила смотрит прямо на нее своими серебристо-белыми глазами. Нева почувствовала волну негодования, но донажи, казалось, этого не заметила. На ее губах заиграла изящная улыбка

– Неважи! Спускайся и присоединяйся к нам, – голос донажи был милым, но Нева знала, что это притворство.

Хотя Нева не находилась за решеткой, но она чувствовала себя пленницей в этом доме. И это было по указу донажи. Дружелюбное поведение донажи только заставляло Неву опасаться ее еще больше. Тем не менее она подчинилась. Нева повернулась, чтобы спуститься по лестнице, когда мимо нее пронесся Брайанд, и она последовала за ним.

– Скажи мне, что ты не первый раз встаешь с постели, – сказал Арройанд, окинув взглядом небритого Брайанда.

В ответ Брайанд просто посмотрел на вновь прибывших Да'Валиа.

– Я старался больше двигаться, – наконец сказал Брайанд. – Но колдуны Да'Ксана использовали не обычные заклинания мирного времени. Полагаю, это самое малое из того, что мы можем ожидать, когда сеем недоверие между кланами.

– Дай-ка я посмотрю на тебя, – сказала донажи Брайанду, не обращая внимания на перепалку хиланов.

Донажи провела пальцами по щетине на его подбородке и снова улыбнулась. Казалось, она видела в нем что-то, что не видели остальные.

– Снова сильный. Ты очень скоро сможешь покинуть этот дом.

– Я очень на это надеюсь.

– А теперь дай-ка я посмотрю на тебя, – донажи повернулась к Неве.

Не ожидая такого поворота, Нева замерла под испытующим взглядом донажи. Молчание затянулось. Нева надеялась, что донажи не найдет ничего примечательного. Брайанда, возможно, она могла легко читать, но Нева и донажи не разделяли особой связи.

– Как ты тут живешь, Неважи? – спросила донажи, задержав взгляд на почти зажившем синяке под глазом Невы.

– Хорошо, донажи, – склонила голову Нева. – Благодарю за беспокойство. – Нева не говорила полностью ложь, в ее словах все же была доля правды.

– Вообще-то ей здесь не нравится, – протянул Астианд из гостиной.

Все повернулись к нему, и он небрежно пожал плечами.

– По-моему, она считает нас слишком отвратительными.

Нева видела, как донажи прищурилась, переводя взгляд с Астианда на нее.

На самом деле Нева была уверена, что все под крышей Астианда понимали, что не должны вести себя с ней по-свински. Кроме самого Астианда. Брайанд и Миланд большую часть времени вели себя так, словно не хотели ее спугнуть. Она на мгновение задумалась, какова будет их реакция, если они когда-нибудь узнают о ее тренировках с Вивижи и Эмилиандом.

– Хм. Ну, на мой вкус, иногда вы все слишком отвратительны, – невесело заметила донажи, обращаясь к своим аллиадо. Однако в этом замечании Нева почувствовала какой-то подтекст, и тщательно проанализировала заявление Астианда.

– О, любовь моя, не говори так, – Арройанд обнял донажи за талию и притянул к себе, прикоснувшись губами к одному из ее рогов. – Иногда немного жестокости приносит удовольствие.

– Что привело тебя сюда? – спросил Астианд, игнорируя их проявление чувств.

Донажи отошла от Арройанда. Он опустил руки по бокам, делая вид, что его не волнует ее отказ.

– Нам нужно поговорить, – сказала донажи.

– Хорошо, – ответил Астианд, проведя донажи и Арройанда в гостиную.

Брайанд остался стоять рядом с Невой.

– Это дела нашего аллиадо, так что тебе придется найти себе какое-то другое занятие, – сказал Брайанд.

Он говорил извиняющимся тоном.

Нева смотрела, как он закрыл дверь в гостиную. Она бросила быстрый взгляд на Миланда. Слуга посмотрел на нее в ответ.

– Кого мы пытаемся обмануть? – пробормотала Нева. – Ты ведь никому не расскажешь, если я буду подслушивать?

Как она и ожидала, он не ответил.

Нева бесшумно прошла по коридору и прижалась ухом к стене. Присутствующие в комнате Да'Валиа не были ее врагами, но Нева была полна решимости узнать все, что сможет об их намерениях. Встреча между донажи и ее аллиадо может быть почти священной, но Нева не позволит этому помешать ей.

Нева прислушалась и смогла разобрать каждый из голосов. У Астианда всегда был жесткий тон, у Брайанда – невероятно глубокий, а Арройанд медленно растягивал слова. Однако сейчас говорила донажи.

– Джасанд и Ханажи вернулись из последнего конвоя, – сказала донажи. – Они верят, что Да'Фоха завладели предметом. Нам нужно будет забрать это у них.

В комнате воцарилось неловкое молчание.

– Они знают, чем завладели? – спросил Астианд, голосом мрачнее обычного.

– Нет, – уверенно ответила донажи. – Они знают, что это важно, и знают, что мы хотим это вернуть. Но они не знают, что это такое.

Нева побледнела при воспоминании о кубке. Кража была самым волнующим и ужасным событием в ее жизни до прихода к Да'Вода.

– И у них есть ведьма Вуду, – добавила донажи.

– Значит, они пытаются выяснить, чем завладели, – сказал Брайанд.

– Если у них есть ведьма, у них не займет много времени, чтобы со всем разобраться, – вмешался Астианд. Кандалы на запястье Невы ожили. – Возможно, они уже знают.

– Они не знают, – сказала донажи. – Иначе они не держали бы ее рядом.

– Значит, мы пошлем отряд, чтобы договориться о компромиссе, – сказал Арройанд. – Внесите в предложение изрядное количество золота, и даже если мы им не нравимся, они все равно заключат сделку. И сейчас мы говорим не о Да'Бруна.

– А если это не сработает? – спросил Астианд.

– Это должно сработать, – сказал Брайанд.

Донажи молчала, и Астианд нарушил тишину.

– Нет, возможно это не сработает. Должно быть, мы что-то упускаем. Почему, например, Да'Фоха пришли так далеко из пустыни? Где Ханажи нашел их?

– Они разбили лагерь в лесу за стеной вокруг Ледникового Перевала, – ответила донажи.

– Вот видишь? Разве вы не находите это подозрительным? – спросил Астианд. – Если бы Да'Фоха заключили контракт до того, как наткнулись на этот предмет, у них все равно был бы приказ вернуться в свой клан. Здесь нужна другая стратегия. Золото не изменит ситуацию, если примут решение коллективно.

Нева вспомнила застывшее лицо Флинна в роще, где они нашли его тело, его вены, кишащие насекомыми, и пожар, уничтоживший таверну ее семьи. Нет, золото ничего не изменит.

– Что ты предлагаешь? – спросила донажи.

– Ты прекрасно знаешь, о чем я думаю, – ответил Астианд.

– Это нелепо, – сказала донажи, начиная сердиться. – Они не должны знать, что мы пытаемся сделать.

– Думаешь они еще не знают? – с вызовом спросил Астианд.

– Это означало бы, что один из нас разбил этот аллиадо, – вмешался Брайанд.

– Я знаю, что это значит, – холодно отрезал Астианд.

– Ну, мы все еще здесь, не так ли? – рассуждал Арройанд. – Мы, бесспорно, преданы друг другу, так что, если ты прав, значит кто-то другой должен знать.

– Больше никто не знает, – уверенно сказала донажи.

– Ты не учитываешь все варианты, – обвинил ее Астианд. – Это подвергает всех нас опасности.

– Это невозможно, – сказала донажи все так же твердо.

– Ты здесь, чтобы обсуждать или диктовать, Тринижи? – спросил Астианд. – Прими решение.

Итак, у донажи было имя. Тринижи. Нева мысленно представила свирепый взгляд донажи.

– Я хочу, чтобы к концу недели выслали отряд, – решительно заявила донажи.

– Группа зверей отправится на встречу с Да'Роха, – задумчиво произнес Брайанд. – Если они выйдут одновременно, никто ничего не заметит. В противном случае нам, возможно, придется привлечь других.

– Мы больше никого не будем привлекать, – сказала Тринижи. Астианд навязал Тринижи роль диктатора, и она решила соответствовать ей. – Во всяком случае, пока что. Я хочу, чтобы Брайанд отправился на переговоры с Ханажи и Джасандом. Если мы пошлем еще кого-нибудь, другие кланы могут заинтересоваться. А нам не нужно, чтобы Шаундражи или Пержи проявили любопытство.

– Вынужден не согласиться, – вмешался Арройанд.

Неве захотелось увидеть как отреагировала Тринижи.

– Думаю, мне стоит пойти, – продолжил Арройанд. – Мы оставим Джасанда здесь, если ты беспокоишься о распространении слухов, но у Брайанда нет опыта общения с ведьмами Вуду, а у меня есть.

Тринижи молчала.

– Он прав, – сказал Астианд. – Ведьмы Вуду могут быть опасны, если ты не знаешь их трюков. Посылать Брайанда без этого знания было бы неразумно. Если ты не хочешь, чтобы я пошел, значит Арройанд – наш лучший шанс на успех.

– Ты остаешься здесь, – сказала ему Тринижи. – Ты должен присматривать за полукровкой. Ее мать была для меня бельмом на глазу, и я рассчитываю, что ты не позволишь ей идти по стопам Монажи. Арройанд и Брайанд, спокойно идите с Ханажи. Джасанд может остаться. Мы должны позаботиться об этом.

Нева гневно прищурилась. Ее раздражало то, как донажи пыталась контролировать ее. И теперь Нева еще больше радовалась, что она украла дневник своей матери из сейфа Астианда. Из прочитанного она поняла, что Монажи была исследователем, и у нее были хорошие отношения с Да'Валиа из других кланов. Но Нева сомневалась, что донажи говорила именно об этом. Что еще сделала ее мать, чтобы причинить такие неприятности донажи?

Нева почувствовала, что разговор в гостиной подходит к концу, поэтому оставила свой пост и поднялась наверх. Она хотела убедиться, что Тринижи увидит ее на втором этаже, когда донажи будет уходить. Неве не пришлось долго ждать, и она даже помахала на прощание рукой. Возможно, это было бесполезное усилие, потому что все выглядели рассеянными.

Как только гости ушли, Нева обратилась к Астианду, который поднимался по лестнице.

– Ты сказал ей, что я считаю всех здесь слишком отвратительными? – спросила Нева.

Он нахмурился, но она не стала дожидаться ответа, который он без сомнения уже приготовил. Она не хотела больше слышать его мнение. Это был идеальный предлог, чтобы уйти в свою комнату и оставаться в ней до конца ночи. Она резко развернулась и захлопнула за собой дверь.

Ее настроение испортилось. Может быть, это была ее сторона Да'Валиа, но она чувствовала растущее желание сражаться.

Нева мерила шагами комнату, пока день не сменился ночью. Она не могла сосредоточиться и прочитать дневник матери. Она жаждала вернуться в тренировочный зал с Вивижи и Эмилиандом, изучать жизненно важные техники боя, которые помогут ей не быть дурой среди расы, воспитанной с оружием в руках. Ей нужно было чем-то заняться, и ей не терпелось ударить кого-нибудь.

Снова под покровом темноты она выскользнула из окна и спустилась вниз по зданию.

– Я хочу сегодня попробовать драться с оружием, – сказала она Вивижи, когда они встретились в тренировочном зале.

Вивижи, как всегда, критически посмотрела на нее и коротко кивнула. Возможно, Вивижи почувствовала суматоху в ее душе. Нева не могла знать наверняка, и ей было все равно. Ей просто хотелось ударить кого-нибудь. Хотелось освободить сторону Да'Валиа, прежде чем снова ее запереть.

– Эмилианд? – позвала Вивижи партнера Невы по тренировкам.

Растянувшись на циновках он ответил даже не глядя в их сторону:

– Думаю, она готова.

Глава 21

Шестой Кравелл, 1632 год

Мы сделали это! Призыв занял три дня. Я так устала, что едва могу поднять перо. Но я чувствую себя как-то по-другому. Я ожидаю, что изменения придут со временем.

– Монаджи Да'Вода-Лира

–

Нева и Эмилианд сначала кружили напротив друг друга, все еще держа в ножнах заколдованное тренировочное оружие. На поясе у нее были резные кинжалы Вивижи, но она еще не видела лезвий. Однако Эмилианд согласился на ее просьбу, так что она не сомневалась, что оружие у него под рукой. Она была готова ко всему, что он наколдует.

Нева ставила на его физическую силу и мастерство, но не ожидала того, что произошло дальше.

Она почувствовала, как он вторгся в ее разум. Такого она еще не испытывала раньше. Он проник в ее мысли струйкой дымчатой силы, которую она могла ощущать, но не видеть.

– Ты все еще стоишь неправильно, – сказал Эмилианд мысленно. – Расширь свою позицию.

Нева была застигнута врасплох и он атаковал, словно, чтобы доказать свою правоту. Ее руки двигались с бешеной скоростью для блокировки его ударов, но он был прав. Ее стойка была неправильной, и он не дал ей ни секунды, чтобы собраться с мыслями.

– Убирайся из моей головы! – ее разум ухватился за нить, которую он использовал, чтобы соединить их, и толкнула свои мысли в него. Она не знала, как он это делает, и ей это не нравилось.

Она отпрыгнула назад, едва избежав удара кулаком в лицо. Его удар прошел мимо ее колена и попал в бедро, когда она метнулась в сторону.

– Почему? Боишься того, что я увижу? – спросил Эмилианд.

На этот раз она не ответила ни единой мыслью. Вместо этого отпрыгнула назад, приземлившись на пятки и выпустив волну силы. Она пролетела по комнате, сбив Эмилианда на пол, но его щит поглотил взрыв.

– Вот видишь, – послышался его голос в ее мыслях. – Всегда скрываешь кто ты есть на самом деле.

Он встал на ноги и бросил в нее две сферы силы. Она легко потушила одну и отклонила другую. Он знал, что после стольких совместных тренировок требовалось больше, чем двойные атаки, чтобы отвлечь ее.

– Я сказала, убирайся! – закричала Нева. В обычной ситуации она промолчала бы, но сейчас могла легко кричать мысленно.

– Притворяешься человеком среди воров и притворяешься Да'Валиа рядом с нами? – спросил Эмилианд.

Нева проигнорировала слова Эмилианда и бросилась на него. Он пригнулся и откатился в сторону, как она и ожидала. Взлетев в воздух, она вытащила свои кинжалы и повернулась, следуя за его инерцией. Она не могла позволить ему оставить между ними какого-либо расстояния.

– Как долго ты живешь в страхе перед тем, кто ты есть? – насмешки Эмилианда начинали ее бесить.

Нева полоснула его по животу, и у него в руке мгновенно оказался нож. Удар. Удар. Удар. Их оружие столкнулось. Ей хотелось игнорировать его насмешки, но было бы легче, если бы он не копался в ее мыслях. Она вложила все силы в кинжалы, чтобы сделать каждый удар мощнее, довольная тем, что их магия работает так же, как и щиты. Ее мысли метались, когда ее тело действовало и реагировало инстинктивно.

Как она могла не бояться себя? Олианд проверил ее, но у нее не было реального способа узнать, насколько она сильна. Она все еще не осмеливалась выпустить то, что жило глубоко в ней. Что, если последнее видение, которое показал ей кубок, сбудется? Что, если она может уничтожить поле битвы одним махом? Она была опасна, и никто не подозревал, насколько.

– А как мне быть? – крикнула Нева, боковым ударом оставив длинную царапину на предплечье Эмилианда. – Я мерзость!

Ее голос звучал громко в комнате, эхом отражаясь от стен. Краем глаза она заметила, как напряглась Вивижи. Маджила не знала о мысленном разговоре между ней и Эмилиандом.

– Хорошо! Ты права. Значит, только потому, что ты изменилась после огненного обряда, ты потеряла то, кем была раньше? – спросил Эмилианд, уклоняясь от серии ударов. – Полагаю, нам всем следует держаться от тебя подальше на случай, если ты решишь нас убить?

Из горла Невы вырвался рык, и она замешкалась от этого незнакомого звука, воспользовавшись этой заминкой, Эмилианд сбил ее с ног. Они вместе покатились по коврикам, когда он пытался сдержать ее.

– Может, и стоит! – толкнула его Нева.

Эмилианд почти не шевелился, пока она пыталась вырваться из его хватки.

– Донажи знает это! Астианд знает это! – крикнула она ему. – Так почему ты все еще здесь? Почему ты все еще рядом со мной?

Неве стало не по себе от слез, и она в поражении опустила голову на коврик. Она смотрела в глаза Эмилианду, ища причину, любое объяснение, почему она не может быть опасна для него как для других.

– Потому что… – он посмотрел на нее. – Мы созданы друг для друга. Мы должны быть вместе. Разве ты не чувствуешь этого? Между нами есть связь, Нева.

Она покачала головой, отрицая его слова. Ее мысли вернулись к тому моменту, когда она впервые встретилась с ним. Она чувствовала влечение к нему, и была смущена этим чувством, которое никогда не ослабевало, хотя она и пыталась забыть о нем. У них была родственная связь, и она не хотела думать, какой опасности это его подвергало.

– Нет, – прошептала она, чувствуя, как по щекам текут слезы.

– Ты не это имеешь в виду.

– Между нами нет никакой связи, – сказала она, затаив дыхание. Она не хотела ему верить.

Он, молча, замер на месте. Затем взял себя в руки и вышел из комнаты.

Нева перевернулась на бок и прижав колени к груди, смотрела как он уходит. Он был не просто зол. Она причинила ему боль. И от этого на ее сердце словно легла

свинцовая гиря. Отвернуться от него было правильным поступком, но почему это причиняло такую боль?

Вивижи подошла к ней.

– Ты не сможешь оттолкнуть его навсегда.

Нева с трудом сглотнула. Она могла попробовать. Чем меньше людей было рядом с ней, тем меньше шансов на то, что она причинит им боль, и что они умрут рядом с ней.

– Ты должна знать о том, что донажи и Астианд наблюдают за тобой не потому, что боятся того, насколько разрушительной ты можешь быть, – сказала ей Вивижи. – А потому, что она хочет использовать тебя. Мы были созданы для битвы. Каждый из нас – оружие, но ты особенная. Аллиадо с Эмилиандом поможет тебе пройти через это. Потому что он не хочет использовать тебя. Он предпочел бы, чтобы ты его использовала.

Нева понимала о чем говорила Вивижи, но это ее не устраивало, потому что она не хотела делать что-то подобное. Может быть, было бы лучше иметь рядом друга, но она не думала, что может позволить себе такую ​​роскошь, если это означало, что она его все равно потеряет.

– Я чувствую это, Вивижи. – Нева была удивлена ​​тем, насколько спокойно звучал голос, в нем не было бури эмоций. – Я чувствую, что утащу его за собой в могилу.

– Никто из нас не будет жить вечно, Нева, – Вивижи была больше раздраженной, чем доброй. – Возможно будет легче, если есть за кого сражаться? Половина Да'Валиа в этом клане может завтра выйти на поле битвы ради тебя и отдать свои жизни, потому что мы видим, что ты предназначена для чего-то большего.

– Я этого не хочу, – Нева села. Слова Вивижи должны были ее утешить? Что, если бы она смогла убедить клан добровольно пойти на смерть?

– Я знаю, что это не так, – голос Вивижи смягчился. – Но среди нас есть те, кто верит в тебя, даже если ты еще не веришь в себя. Эмилианд верит больше всех. Хочешь сказать мне, что сможешь игнорировать это?

Слова Вивижи вызвали воспоминания. Нева вспомнила, как Эмилианд пожал ей руку в знак приветствия после матча в «Тигрином Глазе». Он сразу же пригласил ее на тренировочное поле, как только она дала понять, что хочет научиться драться. Он легко принял ее, обе ее стороны, как человека и как Да'Валиа. Он верил в нее. И он принял ее. Она могла сосчитать людей по пальцам одной руки, кто обнимал ее, зная правду о том, кто она такая, но все они были ее кровными родственниками.

– Что, если мне придется игнорировать это? – спросила Нева, встревоженная тем, что доводы Вивижи были так разумны. – Что, если у меня нет другого выбора, потому что за мной следят, и аллиадо с кем-либо может быть слишком большой угрозой для донажи. Вдруг она не сможет это игнорировать, если я создам аллиадо с еще одним полукровкой?

Вивижи говорила медленно и уверенно:

– Ты, конечно, можешь сдаться просто потому, что боишься, но не думаю, что ты этого хочешь. Я думаю, ты боец, Неважи. Я думаю, что ты можешь отрицать кровь Да'Валиа в своих венах, не больше, чем можешь отрицать желание, которое приводит тебя сюда каждую ночь. Неужели ты готова поддаться страху?

Ответ воспламенился в груди Невы. Мать и отец воспитали ее сильной. Она не могла опозорить их, струсив.

– Нет, – ответила Нева.

– Тогда ты должна все исправить.

Нева знала, что Вивижи была права. Она кивнула.

– Просто скажи, что я должна сделать, – попросила Нева.

– Мы найдем его в «Тигрином глазе», – сказала Вивижи. – Встретимся там.

–

Некоторые люди в пабе были знакомы, но многих Нева не знала, и когда она проходила мимо, они подозрительно на нее смотрели. Вивижи ушла вперед, чтобы никто не понял, что они пришли вместе, а Нева потратила несколько запасных минут, чтобы привести себя в порядок. За это время она превратилась в клубок нервов, но была рада, что теперь не выглядела так, словно плакала.

Нева сразу же заметила Эмилианда у стойки бара. Он стоял рядом с Роландом, Джорандом и несколькими другими из клана Да'Вода. Ей показалось, что он бросил на нее взгляд, когда она вошла в дверь, но сейчас он не смотрел на нее. Ей хотелось подойти к нему и оттащить в сторону, чтобы объясниться, и ей очень нужно за многое извиниться, но она так нервничала, что не смогла этого сделать.