Текст книги "Идущий тропой мёртвых 9 (СИ)"

Автор книги: Крафт Зигмунд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 17 страниц)

Тем временем личный слуга Итаелонара уже развёл огонь в кострище. Этриан, не теряя времени, перехватил у волчицы её добычу и поспешил к огню, чтобы заняться разделкой птицы.

Я же повернулся к аранскому аристократу и кивнул в сторону дороги, по которой мы приехали.

– Раз уж мы решили размять ноги, как насчёт тренировки на мечах? Пока ужин готовится.

Итаелонар смутился и инстинктивно сделал полшага назад.

– Наверное, откажусь. Я посредственный боец. Мой удел – дипломатия и переговоры. Я не смогу составить тебе достойную конкуренцию.

– Отказы не принимаются, – жёстко отрезал я, ухмыляясь как заядлый садист. – Боги дают хранителей не за красивые глазки или умение искусно чесать языком на светских приёмах. Если тебе оказали такую честь, значит, ты обязан быть настоящим защитником. Это огромная ответственность! А если тебе так нравится сидеть в безопасном городе и перекладывать бумажки, то и хранитель тебе не нужен.

Итаелонар опустил взгляд. Его руки нервно скомкали ткань походного халата.

– Ты должен определиться, чего ты хочешь на самом деле, Итаелонар, – уже мягче, но всё так же настойчиво продолжил я. – Хватит прятаться за чужими ожиданиями. Тебе нужно понять, кто ты есть.

– Я… я сам уже не знаю, на самом деле, – тихо признался он, поднимая на меня полный сомнений взгляд. – Встреча с тобой перевернула мой мир. Ты породил во мне столько вопросов к самому себе, что я совершенно потерялся.

Я ободряюще похлопал его по плечу и кивнул в сторону тракта.

– Физическая нагрузка неплохо разгружает мозг. Бери меч, пошли на дорогу. И не вздумай поддаваться, а то я обижусь!

Парень явно прибеднялся, когда говорил о своей посредственности. Он уверенно владел мечом даже без применения магии, а тело его не закостенело и было на удивление гибким. Конечно, все эльфы имели очень эластичные связки до глубокой старости, но Итаелонар отличался плавными танцевальными движениями. Он уходил от моих атак очень грациозно, обтекал словно вода. Единственный его минус – правильность. Он не был готов к грязным приёмам.

В общем, спарринг вышел довольно познавательным для меня. Всегда приятно прощупать нового противника.

А ещё мне было очень интересно, как он будет вести себя в столице. Не мог же я его «поломать» настолько, что он снова стал искренним ребёнком?

* * *

Мы шли по широким, богато украшенным коридорам королевского дворца в Ниндамосе. И чем ближе мы подходили к заветным дверям, тем сильнее немели и предательски подрагивали мои руки. Эльфы физиологически почти не потеют, но стресс всё равно находил выход, выдавая моё внутреннее напряжение. Хотя, казалось бы, с чего вдруг? Я сам принц, мой отец такой же король. Но всё равно понимание, что скоро встречусь с главой целой страны, давило. Я ведь совершенно ничего не знал о нём.

Забавно. Я ловил демонов голыми руками, вёл переговоры со своенравными богами и погружался в саму Бездну. Но нервничал перед встречей с очередным старикашкой, наделённом властью. Причём я знал, что он явно положительно настроен ко мне, раз водит дружбу с учителем, особым указом остановил судебное преследование, дал разрешение на повышение моего допуска в вопросах национальной безопасности и много чего ещё. Но я всё равно ощущал внутренний иррациональный мандраж.

Итаелонар, шедший впереди, преобразился на глазах. Куда делся тот сомневающийся паренёк с нашего лесного привала? Сейчас это был вылизанный, манерный аристократ с идеальной осанкой. Такой, каким я его помнил по первым встречам.

В приёмной нас встретил секретарь. Итаелонар выступил вперёд и, чеканя каждое слово с возвышенной интонацией, официально представил меня как третьего принца Амротского королевства, а Этриана как моего личного слугу и сопровождающего.

Секретарь вежливо кивнул.

– Его величество уже ожидает принца Адмира, – сообщил он. – Поскольку аудиенция носит сугубо личный характер, сопровождающим надлежит подождать в приёмной.

Вот ведь… Уверенности в себе мне это заявление не добавило, хоть и понимал, что никто меня там не съест за закрытыми дверями.

Этриан ободряюще улыбнулся мне, а я, сглотнув тугой ком в горле, шагнул к массивным двустворчатым дверям.

Кабинет короля давил не роскошью, а атмосферой абсолютной власти. Ларонгар Ксилхарис сидел за огромным рабочим столом из тёмного дерева. Его густые каштановые волосы, которые, как и у всех аранцев, с возрастом не седели, а становились лишь на полтона светлее, идеально ложились на плечи. Он не заплетал их, но выглядел при это довольно мужественно. Среди эльфов его внешность наверное можно было бы назвать заурядной, но лично меня она приятно удивила. Холодный, пронзительный взгляд тёмно-синих глаз, который он поднял на меня, внушали образ не идеального красавца эльфа, а именно опасного создания. И вместе с этим эти глаза буквально пригвоздил мои ноги к ковру.

Я остановился. В голове образовалась звенящая пустота, я забыл все протокольные приветствия, которые знал и собирался говорить. Причём я не ощущал давящей ауры магистра как таковой, моё состояние было иррациональным. Да почему я так волнуюсь?

Но к чести короля, стоило ему заметить мою заминку, как ледяная маска на его лице мгновенно растаяла. Ларонгар тепло улыбнулся мне и встал с кресла.

– Проходи, Адмир, не стой на пороге, – его голос оказался удивительно мягким и глубоким, почти как у моего прадеда Адмира. – Эта встреча неформальная. Оставь придворный этикет за дверью и не переживай так.

Он жестом пригласил меня в уютную чайную зону с мягкими креслами. Проходя мимо стола, Ларонгар мимоходом нажал на небольшое устройство. Я едва сдержал облегчённую улыбку: у моего отца-короля стояла точно такая же магическая кнопка для вызова прислуги. Эта крошечная, но такая знакомая бытовая деталь внезапно сбросила градус моего напряжения.

Ларгонар сел напротив, тепло улыбаясь мне.

– Я рад нашей встрече, – начал он. – До этого очень много слышал о тебе заочно, и такое ощущение, будто мы знакомы давно.

«Ага, только вы для меня дядька незнакомый»– думал я, между тем.

– Последний мирный договор нанёс тяжёлый политический удар по верховному дому Даэрин. Твой старший брат был готов пойти на что угодно ради победы в той войне, но я никак не ожидал, что в итоге в очередной сотне клоафов окажется третий принц Амрота. Совру, если скажу, что не знал, что это твоё личное решение. Разведка у нас умеет отрабатывать свой хлеб. И то, что ты добровольно вызвался отправиться сюда, несмотря на все уговоры и запреты отца… Это очень ответственный и смелый поступок.

Никогда не любил лесть. Сейчас же вообще не понимал, зачем он всё это говорил.

Стоило королю ненадолго замолчать, как дверь отворилась, секретарь быстро расставил на столике изящный сервиз, налил нам чай и так же незаметно исчез. О моих вкусовых предпочтениях он уже знал, так что было много сладостей и специально для меня сливочный пшеничный напиток.

– Твоё героическое рвение не осталось незамеченным, – продолжил Ларонгар, отпивая свой напиток. – Я читал подробный отчёт старейшины Ангруилета о результатах работы комиссии. То, что ты сделал… Твой вклад в безопасность Болот неоценим. Ты помог выявить предателей жизни и до этого существенно улучшил защитный конструкт в Найатисе. Помимо этого, ты уладил множество опасных инцидентов на Болотах, и потому я расширил твои полномочия. Чтобы ты мог помогать в том числе и в Найатисе, и далеко за его пределами.

Мне было стыдно смотреть на него, и даже неприятно. Вся эта лесть была неприятна, я был её не достоин. Потому что всё это я совершил по сути мимоходом. Это не требовало от меня какого-то героизма. Мне просто нравилось общаться с животными и уничтожать демонов, решать их загадки, раскрывать планы. Играть на той самой неожиданности, что я умел использовать их же силу – препрану. И менталистикой я так же увлёкся не проблемы отчаявшихся мужиков решать, а чтобы однажды «прочитать» демонов, и так получить ещё больше знаний. Стать ещё ближе к тому миру неизведанного, к которому я всегда стремился. По крайней мере я уже мог бороться с демонами в чужих сознаниях, пусть это и были ослабленные сноходцы.

Ларонгар видел героя, но я всегда следовал исключительно своей эгоистической цели. Дальше от скучного и лицемерного социума. Мёртвые манили своей искренностью, не умением лгать. Политика существовала и у них, но она была куда понятнее и потому приятнее мне, нежели таковая у живых. Потому что демонам были не нужны деньги и власть как таковые, им нужно было то, что возможно получить этим инструментом. Да, это души живых, их эмоции, часто даже со смертельным исходом. Но это куда понятнее для меня, чем слепая месть или ненависть. Или желание помыкать другим, возвысится за чужой счёт. Лгать и выглядеть при этом в глазах тех, кому на тебя плевать, лучшей версией себя. Сами стремления мёртвых, какими бы чудовищными и хищническими они не являлись, были ближе моему пониманию, чем нелогичные живые со своими нелогичными страстями.

Я опустил глаза, ощущая неприятные эмоции от этого диссонанса. Хотелось орать, что всё не так, что все вокруг просто идиоты, не желающие видеть истины. Но в то же время понимал, как глупо это звучит, и я не самый умный парень на свете. Но мироощущение от этого всё равно никуда не девалось.

– По общей совокупности твоих поступков, – медленно произнёс Ларонгар, – ты уже сейчас с лихвой заслуживаешь титул почётного лейтенанта.

Я нахмурился. Почётный лейтенант? Я стремился к этому титулу, но не как к чему-то уважительному, значимому, а как к инструменту и тем преференциям, что он давал.

– Скажи мне, Адмир, – король чуть подался вперёд, и в его глазах блеснул цепкий, изучающий огонёк. – Если бы я распорядился издать указ о присвоении тебе этого титула прямо сейчас… ты бы остался служить на Жутких Болотах и дальше, верно?

Пресветлый Кореллон! Он издевается? Это что за прямолинейные намёки? Конечно я бы остался, но ведь суть было совсем в другом – я тебе плюшку, и ты мне что-то взамен. Только мне не хотелось быть ему обязанным.

Глава 18

– Ваше величество, я… я правда не сделал ничего сверхъестественного, – попытался я перевести тему. – Это не только моя заслуга. Всему, что я умею, меня обучил мой учитель.

– Твоя скромность делает тебе честь, – Ларонгар мягко усмехнулся. – Тайритрон Аиратэйлин личность экстраординарная.

Я спокойно кивнул. Я прекрасно знал о дружбе короля с учителем, и о том, что Ларонгар его даже слегка побаивается, считая стихийным бедствием наравне с Пожирателем.

– Сам факт того, что эльф такого уровня взялся обучать тебя… говорит о твоей абсолютной исключительности, Адмир, – тон короля стал философским. Он выдержал паузу, а затем мягко спросил: – Твой отец знает об этом?

Этот разговор, или точнее его монолог, нравился мне всё меньше и меньше. Я вроде бы пришёл сюда говорить совершенно о других вещах.

– Нет. Я не говорил ему, – ответил я тихо.

– И правильно сделал, – неожиданно тепло отозвался Ларонгар. – Эту тайну стоит сохранить. Ты должен понимать мотивы Калдира. Его непримиримый настрой против колдунов имеет под собой конкретную причину – то проклятие, которое обрушилось на твою мать, когда она носила тебя под сердцем. Если отец узнает, что его сын вступил на этот путь… боюсь, его хватит удар.

– Но я не колдун! – возмутился я. – И не собираюсь им быть!

– С таким учителем ярлыки не имеют значения, дорогой Адмир, – по-доброму усмехнулся Ларонгар. – Но тебе не о чем переживать. Мы, аранцы, называем себя защитниками жизни не просто так. У нас нет строгих запретов на нестандартные виды магии. Для нас магия – это просто инструмент. Неважно, как именно ты сражаешься с демонами, важно лишь то, что ты стоишь между Бездной и нашим миром. В наших интересах интегрировать такого гения в свой социум.

Он отпил напиток, внимательно наблюдая за мной. Я пока не притронулся к угощениям, лишь пару глотков сделал.

– Запомни, Адмир. Что бы ни случилось, если правда выйдет наружу и от тебя отвернутся на родине – Аранское королевство всегда с радостью предоставит тебе политическое убежище.

Я слушал его, и моё первоначальное расслабление медленно сменялось холодным пониманием. Ларонгар говорил мягко, обволакивающе, но сквозь эту заботу проступал чёткий политический расчёт. Он не просто хвалил, а пытался привязать меня к Арану. Король прекрасно понимал, что Тайритрон – неуправляемое бедствие, а вот я, юный мессия и ученик этого монстра, могу стать идеальным, контролируемым оружием короны. В перспективе, разумеется.

Мне очень не нравилось то, к чему пришла эта встреча. Он пытался кормить меня сладкими речами, дать столько свободы, сколько я желал, и даже больше. Вот только… я хотел независимости. Мне категорически не нравился этот неясный намёк «мы сохраним твою тайну от отца… пока ты с нами». Ларонгар плёл вокруг меня золотую клетку, предлагая идеальные условия в обмен на верность. Несмотря на все его попытки казаться добрым дядей, я отчётливо осознал, что расслабляться с этим эльфом ни в коем случае нельзя.

Плавно наш разговор свернул от политических гарантий и военных заслуг к куда более щепетильной теме. Ларонгар отставил пустую чашку и посмотрел на меня с нескрываемым интересом.

– Слухи о тебе опережают даже официальные донесения, Адмир. Альверские паломники, чудеса на Болотах… Твой статус мессии будоражит умы. Твоя связь с богами, и с самим Кореллоном в частности, неоспорима. Мне бы очень хотелось узнать, как ты пришёл к этому. Если это не тайна, разумеется.

Мне захотелось закатить глаза, но я сдержался. Меньше всего хотелось обсуждать теологию с монархом.

– Честно говоря, ваше величество, мне особо нечего сказать, – я пожал плечами, стараясь звучать максимально нейтрально. – Я и сам не до конца понимаю причины такого внимания с их стороны.

Король тихо, по-доброму рассмеялся, продолжая играть роль услужливого и безопасного дядечки.

– Твоя скромность поистине не знает границ.

– Это не скромность, – твёрдо возразил я, решив немного приоткрыть карты, чтобы сбить его с толку. – Я просто знаю истинную суть богов и их власти. Именно поэтому мне гораздо проще их понимать, а потому и наладить диалог становится легче. Они не так непостижимы, как принято считать.

Мои мысли при этом были куда более циничными. Я прекрасно понимал, что тот же Кореллон – такой же дух, как Айлинайн или Эрлик. Разница лишь в том, что в своё время он захотел власти, смог подчинить других, захватил динами и создал собственный культ, научившись разделять и властвовать. Но говорить подобные вещи вслух было сродни самоубийству – в этом мире религия строилась на слепой вере в великого защитника, о котором полагалось говорить либо с благоговением, либо никак.

Взгляд Ларонгара мгновенно заострился. Он подался вперёд, словно хищник, почуявший добычу.

– И в чём же, по-твоему, кроется эта истина? Поделись.

Я отрицательно покачал головой.

– При всём уважении, я бы предпочёл оставить это при себе. Подобные откровения не принесут мне ничего хорошего. Религия слишком тесно связана со светской властью, а ломать чужие устои не в моих интересах.

– Очень зрелое, здравое суждение, – качнул он головой после небольшой задержки. – Наверняка это учитель познакомил тебя с тем миром.

– Нет, я и до… него…

Ой, зря я это сказал, конечно.

– Полагаю, именно поэтому ты и попал к Тайритрону, за свой живой ум и умение видеть скрытое.

Ага, конечно, из другого мира он меня притянул, на смену убитому Адмиру. Причём от рук собственного братца. Интересно, почему же я не хочу продолжать играть в эти политические игры после такого? И если б вовремя не сбежал, сожрали бы меня Ларгосу на радость. И почему всё так сложно и вместе с тем противно? Другое дело чистейшая магия. Она красивая и без всех этих двойных и тройных смыслов.

– Даю слово, я не стану тебя осуждать, – мягко, но настойчиво пообещал король. – Мой разум открыт для любых знаний.

– Я ценю это, ваше величество, – я вежливо улыбнулся. – Но мы с вами не настолько близки, чтобы я делился секретами такого масштаба.

Ларонгар несколько секунд молча изучал моё лицо, а затем его губы вновь растянулись в располагающей улыбке. Он мастерски отступил, не теряя лица.

– Что ж, справедливое замечание. Значит, нам просто необходимо укреплять эту дружбу, чтобы однажды ты смог мне довериться, – он сделал паузу, словно меняя тактику. – И начать мы можем с малого, с взаимопомощи. Как мне сообщили, Элрик требует отдыха, да и ты сам не в восторге от всей этой дополнительной ответственности. Не затем ты пришёл на Болота, верно?

Я настороженно кивнул.

– Моё предложение будет таково. Поскольку поток паломников не уменьшается, система квот просто необходима. Но встаёт закономерный вопрос, а кому отдавать эти места? Как насчёт того, чтобы здесь, в столице, раз в месяц организовывать аукцион?

– Аукцион? – я ошарашенно уставился на него.

– Именно, аукцион. Пусть самые обеспеченные покупают себе места. Вся прибыль будет идти пополам.

Я напрягся, неужели…

– Да, дорогой принц, я в курсе ваших договорённостей с Айераволом. Но нет, это не он мне сообщил. Повторюсь, наши спецслужбы не зря едят свой хлеб. Но я продолжу. Разумеется, ты официально не имеешь права получать подобные выплаты, так что я позабочусь о способах оплаты своих услуг, ваша амротская служба безопасности не сможет ничего доказать, твой статус не пострадает.

Ага, очередной намёк «я всё о тебе знаю». Страшный эльф этот Ларонгар, однако. Истинный политик.

– А руководить всем этим процессом и сопровождать делегацию будет, например, Итаелонар. Как ты на это смотришь?

– Я? Мне кажется, спрашивать нужно самого Итаелонара… Но да, раз в месяц это очень щадящий график…

– Вот и отлично. Я рад, что мы нашли общий язык.

Что? Он издевается? Вот это он умелец выкрутить всё в свою пользу, Этриан нервно курит в сторонке с таких финтов.

– Кстати, настоятель нашего столичного храма уже очень давно просит меня познакомить его с юным мессией.

Меня будто холодной водой облили. Храмовники! Только их мне для полного счастья не хватало.

– Нет, пожалуйста, – я в ужасе округлил глаза. – Я совершенно не готов к теологическим диспутам с верховными жрецами. Я солдат, а не проповедник.

– Адмир, успокойся, – король примирительно поднял руку. – Настоятель исключительно мудрый и разумный эльф. Он прекрасно осведомлён о том, что ты не проходил официального обучения как служитель храма, и не собирается упрекать тебя в незнании канонов или ритуалов. Более того, он понимает, что мессия и не должен быть служителем храма. У тебя совершенно иная, более высокая роль.

Я с сомнением поджал губы, всё ещё пытаясь найти повод для отказа. Общения со жрецами я избегал всеми способами. А что, если они начнут задавать неудобные вопросы? Я ведь не подключён прямым каналом связи с Кореллоном! Альверцы меня достали своим пространными разговорами и просьбами то совета, то помолиться за них, то ещё что-то. Будто я паж у этих богов и могу передавать послания.

– Это будет лишь короткое знакомство, – мягко, но с нажимом продолжил Ларонгар. – Я не оставлю вас наедине, обещаю.

И каким образом это вообще должно меня успокоить⁈

– Я буду присутствовать при разговоре, и если тебе станет некомфортно, ты сможешь прервать беседу и уйти в любой момент. Это ведь не такая сложная просьба с моей стороны, надеюсь? Просто беседа, ни к чему не обязывающая.

Страшный… Очень страшный эльф! Вот как это изящно выкрутил, чтобы я не мог отказаться! Когда он мне тут золотые горы обещает с аукционов и в противовес «всего лишь» разговор с настоятелем просит. И как я вообще вляпался во всё это? Не нужно было вообще соглашаться на подобное. И ведь у меня язык не поворачивался отказать ему! Какие бы я аргументы не привёл, он бы смог их перебить, уверен.

С другой стороны, вряд ли бы я мог всю жизнь бегать от храмовников. Возможно, судьба мне подкидывает прекрасный шанс провести разговор в контролируемых условиях с минимальными рисками. Всяко лучше, чем если подобное случится внезапно и паника накроет меня. Чем подобная встреча могла закончиться, я и думать не хотел. Да, лучше иметь хотя бы представление, что это такое.

– Хорошо. Я согласен, – выдохнул я, сдаваясь. И чувствуя, что ещё очень сильно пожалею об этих словах. Но это и правда было нужно сделать.

На этом моя аудиенция с королём Арана завершилась. Ларонгар проводил меня до дверей с неизменной отеческой улыбкой. Выйдя в приёмную, где меня терпеливо дожидались Итаелонар и Этриан, я с огромным облегчением выдохнул.

Разговор оказался изматывающим, сложным, но… я поймал себя на мысли, что король действительно сумел расположить меня к себе. Он был хитрым манипулятором, но ведь и правда не обделил меня своим предложением.

Интерлюдия

Просторный кабинет погрузился в тишину. После того как за юным амротским принцем закрылась дверь, король Ларонгар Ксилхарис ещё долго сидел неподвижно, сцепив пальцы в замок и глядя на остывающую чашку. Принц оказался куда более сложной и глубокой фигурой, чем описывали шпионы. В нём не было той надменной спеси, свойственной королевской крови, вместо этого король увидел перед собой скромного мальчишку. Который, между тем, всё прекрасно понимал, Ларонгар это чувствовал. Именно поэтому он создавал ощутимо выгодные условия сотрудничества.

А ещё этот пугающий потенциал, о котором говорили все отчёты. В это совершенно не верилось, но чутьё говорило об очень глубокой многогранной личности. Иначе и быть не могло с таким учителем.

В то же время терзали сомнения. А что, если этот мальчик лишь приманка Тайритрона? Но чего он тогда добивался? Тем более сам просил особого отношения к своему ученику. Куда уж ещё «особеннее»? А ещё интерес ксилтарского кронпринца Ширейлина Веройонис к этому юноше не давал покоя. Адмир неоднократно называл его своим другом приэльфно, что говорило о многом. И уступать потенциального архимага другой стране Ларонгар не собирался.

Тихий стук прервал размышления монарха. Створки отворились, и в кабинет уверенным шагом вошли двое его взрослых сыновей – старший, Гаэлин, и младший, Кейлин.

Лицо Ларонгара мгновенно потеплело. Он откинулся на спинку кресла, с гордостью глядя на своих наследников.

– Проходите, – тепло поприветствовал их король, жестом указывая на кресла в чайной зоне. – Я как раз обдумывал итоги встречи с нашим гостем.

Когда принцы заняли свои места, Ларонгар перевёл внимательный взгляд на младшего сына. Именно Кейлину уже доводилось пересекаться с Адмиром. Он выступал официальным гарантом от третьей стороны, когда Ларгос забирал юного брата у ксилтарцев. И пусть лично они тогда не общались, Адмир его видел.

– У меня есть для тебя задание государственной важности, Кейлин, – произнёс король. – Я хочу, чтобы ты сблизился с Адмиром, вошёл в его круг доверия, стал ему другом и опорой здесь, в столице.

Кейлин удивлённо приподнял бровь, явно не ожидая такого поручения.

– Сблизиться с ним? Отец, при всём уважении, зачем? Я помню его ещё подростком, которого Ларгос забирал как грязный трофей. Да, он как-то проявил себя на Болотах, но стоит ли тратить на него столько политических ресурсов и личного времени королевской семьи? Он ведь всего лишь третий принц чужой страны, его вес ничтожен на международной арене.

Ларонгар снисходительно усмехнулся и покачал головой.

– Ты смотришь на ситуацию слишком поверхностно, позволь мне разложить всё по полочкам. Первое: он больше не тот мальчишка, которого ты встретил несколько лет назад. Адмир стал мессией Кореллона, он имеет колоссальное влияние на альверцев и обладает уникальной связью как минимум с зимним богом Элриком. Одно это делает его бесценным политическим активом.

Король загнул второй палец.

– Второе: его магический гений. Он в одиночку модернизировал защитные конструкты аванпоста и спас умы солдат от влияния глубинного демона. Нам нужны такие творцы. Третье – он ловит демонов голыми руками и уничтожает. Напомню, что он клоаф при этом. Четвёртое – не только альвенрцы нацелены на него, но ксилтарцы. Пока только алдарцы не проявляли к нему активного интереса, но мне видится, что это недолго продлится. Так что его политический вес гораздо выше, чем ты думаешь, сын. И, наконец, пятое, самое главное. Он единственный личный ученик Тайритрона Аиратэйлина.

Оба парня потрясённо замерли. Они неоднократно слышали от отца предупреждение об этом могущественном колдуне.

– Калдир до дрожи ненавидит колдовство, – продолжил Ларонгар, сузив глаза. – Рано или поздно эта тайна вскроется, и Амрот отторгнет Адмира. И когда это случится, мы должны быть рядом. Мы, аранцы, станем его новой семьёй, его домом. Если мы привяжем к себе потенциального архимага уровня Тайритрона, но с более контролируемой и созидательной силой, то наша страна обретёт неоспоримое преимущество среди всех эльфийских земель.

В кабинете повисла многозначительная пауза. Принцы переваривали услышанное, осознавая истинный масштаб отцовской многоходовки.

Внезапно Гаэлин, до этого молчавший, решительно подался вперёд.

– Отец, позволь мне взять эту миссию на себя, – твёрдо заявил старший принц. – Кейлин слишком ассоциируется у Адмира с тем унизительным эпизодом передачи из Ксилтара. Даже если они не говорили, одно его лицо может стать подсознательным барьером для искренней дружбы, напоминая о прошлом. Я же для него чистый лист. Мне будет гораздо проще наладить с ним неформальный контакт.

Ларонгар несколько секунд изучающе смотрел на старшего сына, обдумывая этот аргумент, а затем его губы тронула довольная улыбка. Он ценил стратегическое мышление.

– Разумный довод, Гаэлин. Хорошо, я поручаю это тебе, – кивнул король. – И начать мы сможем уже завтра утром. Я пригласил Адмира сопровождать меня в храм на встречу с настоятелем. Ты пойдёшь с нами. Это будет отличная возможность показать ему наше радушие и заложить фундамент вашей будущей дружбы.

Гаэлин с усмешкой посмотрел на брата, на что тот закатил глаза. Их тандем всегда умудрялся поровну разделять обязанности, и новый случай не стал исключением.