Текст книги "Ублюдки и стрелочники (ЛП)"

Автор книги: Корали Джун

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 14 страниц)

– Джаред, все в порядке, – мягко сказала я.

– Нет не в порядке, Вера. Я просто хотел убедиться, что с тобой все хорошо. Не знал, что он приедет. Или останется на ночь.

Джаред переминался с ноги на ногу. Я только что поняла, что он что-то держит.

– Я приготовил нам рогалики. Думал, мы могли бы пойти в парк и расслабиться? Статью удалили.

– Что? – спросил Хамильтон.

Джаред проигнорировал его и продолжил говорить прямо со мной:

– Думаю, твой дед это сделал. Люди об этом особо не говорят. Как будто всем сказали этого не делать.

Хамильтон провел рукой по волосам и фыркнул.

– Ага. Я пойду переоденусь, – пробормотал он, прежде чем повысить голос. – Держи свои изящные ручки при себе, любовничек.

Хамильтон зашагал прочь, его внезапный уход заставил меня вздрогнуть. Почему он расстроился? Я не просила Джареда приходить, и это не было похоже на то, что мы встречались или что-то в этом роде. Я ясно дала понять, что Джаред был просто другом. Раздражающим другом, с которым мне серьезно нужно было установить более точные границы.

– Значит, статьи больше нет?

– Да. Я попросил управляющего зданием и службу безопасности кампуса присматривать за Сеинтом. Если они увидят его в кампусе, они арестуют его на месте.

– Вау, Джаред. Спасибо, что сделал все это для меня, – прошептала я, прежде чем посмотреть на свои пальцы ног. Это было неловко. Очень неловко. – Я позвоню тебе позже…

– Ты действительно трахалась с ним? – спросил Джаред. – Или он сказал это только для того, чтобы позлить меня?

Вопрос застал меня врасплох.

– Что? Ты хочешь, чтобы я сказала это громче?

Разве Джаред не видел? Я имею в виду, Хамильтон открыл дверь совершенно голым.

– Ты трахалась со своим дядей, Вера?

Я уставилась на него.

– Ага, – ответил за меня Хамильтон, возвращаясь в комнату. Он был без рубашки, в спортивных штанах, которые низко сидели на его бедрах. Рядом с ним была Маленькая Мама, она извивалась и скулила, чтобы выйти на улицу.

– Хочешь грязных подробностей, извращенный ублюдок?

– Нет, я просто хочу знать, понимает ли она, как плохо это будет выглядеть для ее семьи, – ответил Джаред. – Я вырос в этом мире. Знаю, что такое СМИ. И был жертвой их предубеждений больше раз, чем мне хочется сосчитать.

– И ты думаешь, я не знаю? – лениво ответил Хамильтон, хватая поводок Маленькой Мамы. Бедненькая, выглядела так, будто собиралась помочиться на мою плитку.

– Думаю, тебе все равно, – усмехнулся Джаред.

– Скорее всего, ты прав, – ответил Хамильтон. Мое сердце замерло. Мир раскололся и поглотил меня. Ему все равно? Все равно на что? На меня? – Меня не волнует, что думают СМИ. Мне нужно выгулять собаку. Я бы хотел, чтобы ты ушел к тому времени, когда я вернусь.

Хамильтон схватил толстовку и надел ее, прежде чем обуть туфли и подойти ко мне. Держа одной рукой на поводке Маленькой Мамы, другой он схватил меня за затылок и впился своими губами в мои в собственническом проявлении силы и жара. Его язык прошел мимо моего приоткрытого рта. Его стоны заполнили кухню, и так же быстро, как начался наш поцелуй, он и закончился.

– Это такой пиздец, – выругался Джаред.

– Сейчас вернемся, Лепесток, – прошептал он перед тем, как взять Маленькую Маму на ее утреннюю прогулку.

Только когда входная дверь закрылась, Джаред снова заговорил:

– Ты же знаешь, что это ненадолго, да?

Его вопрос прозвучал правдоподобно в моем сердце.

– Да, – честно ответила я. Это не могло продолжаться долго. Никогда не было никакой гарантии, что что-то будет долго длиться, не так ли? – Давай не будем об этом, ладно? Дай мне рогалик, я проголодалась.

Джаред фыркнул.

– О да, я знаю, что ты проголодалась. Я видел следы укусов и царапины на нем, дикая кошка. Иисус. Это плохо. Для протокола, я не поддерживаю это.

Я выхватила сумку из его рук и направилась к кухонному островку, где вытащила табуретку и сел.

– Почему тебя это так волнует? На тебя это никак не влияет, – сказала я, прежде чем вытащить рогалик и укусить. Это было похоже на рай для моих вкусовых рецепторов, а углеводы были нирваной.

– На самом деле, мы до сих пор толком то и не знаем друг друга, Джаред. То, кого я трахаю, не имеет отношения к нашей дружбе. Если ты боишься, что тебя увидят со мной, тогда…

– Нет, я забочусь о тебе, Вера. Сколько раз мне еще это повторять? – спросил он, прежде чем сесть рядом со мной и достать свой завтрак. – Думаешь, твой отчим разозлится? А как насчет твоей мамы? Джек, кажется, из тех парней, которые тоже хотят сохранить свой имидж в чистоте.

– Они ничего не сделают, потому что никогда не узнают, – ответила я. – Опять же, почему тебя это волнует?

– Ты трахнула своего дядю, Вера. Похоже на какой-то фанфик на Ватпаде. Ты дядетрахалищица!

– По факту, он мне не дядя! – воскликнула я с полным ртом. – А ты читаешь фанфики на Ватпаде?

Джаред откусил свою еду. Я до сих пор не понимала, почему это так его волновало. Я была той, кто должен был справиться с последствиями. Я была той, кто рисковал своими отношениями с матерью. Я была той, кто разбил ей сердце, когда волнение спало, и Хамильтон ушел.

– Это ненадолго, – прошептала я.

– Да, – согласился Джаред. – Так зачем это делать? Зачем рисковать?

Я повернулась на стуле лицом к Джареду. Он протянул руку и провел большим пальцем по моей нижней губе, заставив меня покраснеть.

– Извиняюсь. Крошка.

– Ты когда-нибудь чувствовал необъяснимую связь с кем-то? Химию, которую невозможно избежать.

Джаред сглотнул.

– Да, чувствовал. – Многозначительное выражение его глаз было до краев наполнено обещанием, и я не хотела иметь с этим ничего общего.

Откашлявшись, я продолжила, прежде чем он снова смог признаться в своих чувствах ко мне:

– Я прожила свою жизнь в соответствии с правилами и мнениями моей матери. Я хочу только его.

Джаред откашлялся и сосредоточил свое внимание вперед.

– Верно. Ну, я лучше пойду. Наслаждайся остатком рогалика. Если твой засранец-дядюшка не уйдет сегодня вечером, пригласи его в бар Throwback, ладно? Мы все можем выпить и попытаться вести себя вежливо.

Я подняла бровь.

– Ты хочешь тусоваться с Хамильтоном? – спросила я.

– Только если он пообещает не быть полным придурком. По крайней мере, так я смогу убедиться, что он правильно с тобой обращается. – Джаред встал со стула и на мгновение замер. – Ты заслуживаешь большего, чем каприз, Вера. Лучше, чем секретные отношения.

Я прикусила губу, когда он вышел. Хотела бы я, чтобы мне нравился Джаред, правда. Но я была трагическим романтиком. Я жаждала того, кто погубит меня.

Хамильтон вошел через парадную дверь как раз в тот момент, когда я прикончила свой рогалик.

– Малышке нравится парк для собак в твоем комплексе, – сказал он со смешком, прежде чем посмотреть на меня. Должно быть, я плохо скрывала свои чувства, потому что его игривое выражение лица исчезло. – Что случилось?

Я не хотела быть той самой девушкой, которая требовала ярлыков и выяснения отношений после единственной ночи. Я знала, что это такое. Я и так знала, что мы не должны торопиться. Однако неприятное чувство беспокойства, бурлившее в моем животе, требовало дать о себе знать.

– Джаред только что испортил мне хорошее настроение, – ответила я, пожав плечами, и ухмыльнулась. – Он назвал меня дядетрахальщицей.

– Мы просто обязаны купить тебе футболку с такой надписью, – ответил Хамильтон, пытаясь поднять настроение. – У тебя есть планы на сегодня?

– Не-а. Но сегодня вечером Джаред пригласил нас в бар Throwback. Но я не думаю, что это то место, в которое нам стоит идти, – быстро ответила я.

– Что ты имеешь в виду?

– Ну, например, ходить куда-то как пара. А разве мы пара, Хамильтон? – пробормотала я.

Хамильтон ухмыльнулся мне, как будто мое неудобство позабавило его.

– Сейчас мне нужно уехать навестить друга, но после этого я действительно хочу заняться с тобой разными вещами, как пара, Лепесток.

Волосы на моем затылке стали дыбом.

– Правда? – спросила я скрипучим голосом.

Он схватил меня за бедра и притянул ближе к себе.

– Я хочу проявлять свое внимание к тебе как лично, так и публично. Хочу поцеловать тебя на глазах у Джареда и видеть его ярость. Хочу положить тебя на эту стойку, раздвинуть ноги и вылизывать твою киску, пока все твое тело не затрясется. Я за то, чтобы вести себя, как пара.

Его губы нашли мой висок, и он оставил там дорожку из горячих поцелуев, идущих вниз к моей челюсти.

– Тогда давай будем, как пара, Хамильтон, – ответила я, прежде чем потянуть за пояс его штанов и позволить ему сделать то, что он так красочно описал.

Глава 18

У меня не было времени нормально подготовиться к походу в бар, в основном потому, что мы с Хамильтоном были ненасытны. Мы едва успели выйти за дверь, мои растрепанные волосы были собраны в небрежный пучок на макушке, а наша одежда помялась от того, что лежала кучей на полу у моей кровати. Хамильтон пригласил Джесс и Инфинити пойти с нами на свидание, и я с нетерпением ждала встречи с ними снова.

– Значит, Джаред пригласил нас на законных основаниях, хм? – спросил Хамильтон, сворачивая на стоянку бара. Он держал одну руку на руле, а другую на моем бедре, большим пальцем слегка массировал мою кожу, пока вел машину. С тех пор, как он вернулся, он все время прикасался ко мне.

– Должно быть, он что-то замышляет.

– Почему твоя ревность кажется мне такой сексуальной? – пробормотала я в основном про себя.

Хамильтон затормозил и заглушил машину.

– Потому что за тебя никогда раньше никто не дрался, Лепесток, – прошептал он, наклоняясь над центральной консолью и целуя меня в губы.

Удар ладони о капот его машины заставил меня подпрыгнуть. Джесс и Инфинити стояли снаружи с одинаковыми ухмылками. Я покраснела. Джесс уже знала, что между мной и Хамильтоном что-то не так, но я все еще чувствовала инстинктивную потребность держать это в секрете.

Мы вышли из машины, и Джесс тут же обняла Хамильтона. Она была в черных обтягивающих джинсах с дырками на коленях и ярко-красной фланелевой рубашке. Он искренне улыбался, когда она крепко обняла его, а затем ударила кулаком по руке.

– Теперь я знаю, почему ты не отвечаешь ни на одно из моих сообщений. Я приглашаю тебя позавтракать в нашем заведении и не получаю от тебя ответа. – Джесс ухмыльнулась мне, прежде чем снова посмотреть на своего лучшего друга.

– А потом ты говоришь мне, что мы идем в этот чертов претенциозный бар. Я видела, как мужчина в костюме вошел внутрь, Хамильтон. В костюме! – Джесс нахмурилась для еще большего эффекта.

Хамильтон усмехнулся.

– Не вини меня! Парень Веры пригласил всех нас на свидание. Ты же знаешь, я больше люблю тусоваться дома, чем пить дорогое пиво в переоцененном месте.

Мне не нравится, что Хамильтон назвал Джареда моим парнем. Может моя дружба с ним беспокоила Хамильтона больше, чем он показывал? Его собственничество и ревность были горячи, но, казалось, уходили глубже.

– Я думала, ты бросила этого чувака, когда вы с Хамильтоном кончили в туалете? – спросила Джесс.

После этого вопроса Инфинити с раздражением ткнула девушку локтем в ребра. На ней были джинсы и прозрачная блузка. К счастью, Инфинити умело сменила тему своим красивым голосом и мягкой улыбкой.

– Ну как дела, Вера? Так приятно снова тебя увидеть!

Я сглотнула и покраснела, все еще сбитая с толку вопросом Джесс. Хамильтон обнял меня и поцеловал в висок, пока я пыталась придумать ответ. Джесс и Инфинити уставились на такое проявление привязанности, их рты приоткрылись от шока, пока они смотрели на меня.

– У меня все действительно великолепно, – ответила я, прежде чем посмотреть на Хамильтона. Он встретил мой взгляд с таким горящим взглядом, что я перевела взгляд.

Это продлилось всего одного недолгое мгновение.

– О, девочка, мы обсудим это позже, – визгом прервала Джесс, прежде чем схватить меня за запястье и обхватить мою руку своей. Инфинити схватила меня за другую руку, и мы втроем пошли внутрь, Хамильтон, посмеиваясь, пошел за нами. При входе в бар уже стояла очередь.

– Ты это видела? – шепотом спросила Инфинити у Джесс.

– Это искренняя забота.

– Абсолютно искренняя забота, – эхом повторила Джесс.

– Я вас слышу. И я умею искренне заботиться о людях, знаете ли, – крикнул Хамильтон мне в спину. – Кроме того, не хотите мне вернуть мою девушку? Это хуже, чем когда я рассказал тебе, что переспал с нашей учительницей по истории в выпускном классе. Сплетница.

Джесс остановилась, подавившись.

– Я до сих пор не могу поверить, что ты спал с мисс Глэдд. Она была помолвлена с футбольным тренером! А ты взял ее прям за трибунами во время игры.

Я оглянулась через плечо, чувствуя себя немного не в своей тарелке, когда мы встали в очередь, чтобы войти в бар. На лице Хамильтона появилась застенчивая ухмылка.

– Я бы сделал это снова. Она была горячей.

Порыв ветра растрепал мои волосы.

– Но это было не так плохо, как в тот раз, когда ты трахнул свою няню, – добавила Джесс, косясь на меня, словно пытаясь оценить, как я отреагирую на их поддразнивание.

– Это было просто неловко. Я кончил только после третьего отсоса.

Хамильтон поморщился при воспоминании, а я вздрогнула, но совсем по другой причине.

Инфинити хихикнула, прежде чем вмешаться.

– Не забывайте, что у вас двоих был настоящий роман, – сказала Инфинити тихим голосом, указывая между Джесс и Хамильтоном.

Мои брови взлетели вверх. Джесс закатила глаза, прежде чем заговорить.

– Всего один раз. Один раз! Мы были пьяны, и мне было любопытно, из-за чего весь этот шум. Во всем было виновато виски, и я даже не кончила, и не потому, что не пыталась. В этом есть смысл, только если ты достигаешь кульминации.

– Ты и Хамильтон? – недоверчиво спросила я.

– Было много алкоголя, – проворчала она. – Никогда больше такого не сделаю.

– О, да ладно. Нам было здорово вместе, детка, – игриво промурлыкал Хамильтон.

– Меня стошнило на тебя! – воскликнула Джесс, заставив человека перед нами в очереди обернуться и посмотреть через плечо.

– Ты единственная лесбиянка, с которой я когда-либо спал, и которую стошнило на мой член. Это было хорошо для моего эго, – сухо ответил Хамильтон. – Я имею в виду, что это был не самый худший опыт, который у меня когда-либо был. Это было лучше, чем те близнецы, которых я когда-то трахал в саду моей матери.

Я отстранилась от Джесс и Инфинити, чтобы потереть затылок и оглядеться. Где Джаред? У Хамильтона определенно был богатый сексуальный опыт. Хотя весь этот разговор вызывал у меня дискомфорт, я знала, что мне нужно услышать нефильтрованный отчет о распутстве Хамильтона, он напомнил мне, что Хамильтон не из тех, кто задержится надолго. Он был хорош в постели, но не для моего сердца.

– О, я и забыла о них, – ответила Джесс. – Разве одна из них не проткнула презерватив?

– Мне пришлось заплатить ей, чтобы она приняла таблетку, – с дрожью ответил Хамильтон.

Я пожевала внутренней стороной щеки. Это было прекрасно. Я знала, что Хамильтон был помешан на сексе. И почему-то мне кажется, это похоже на какое-то испытание. Он надевал презерватив каждый раз, когда мы трахались, а я принимала противозачаточные таблетки последние два года, но нам нужно было быть осторожными.

– Вера, все хорошо? – спросила Инфинити, пристально глядя на девушку и Хамильтона.

– Да, – ответила я с фальшивой улыбкой, прежде чем подойти к вышибале. Хамильтон тихо выругался, но я проигнорировала его.

– Меня зовут Вера, – сказала я вышибале, когда он спросил имя. Слава богу, мы здесь, и перестали говорить о сексуальной жизни Хамильтона.

– Ах, с Джаредом? – спросил он, набрав что-то на своем iPad.

– Да.

– Добро пожаловать в «Возвращение».

Он убрал бархатную веревку, и мы вошли внутрь. Я действительно хотела покончить с сегодняшним вечером. Все было проще, когда мы просто трахались. По крайней мере, я могла притвориться, что это что-то значит, когда Хамильтон поклонялся мне своим ртом.

Джесс и Инфинити встали перед нами, а затем двинулись сквозь толпу к пустому столику. Этот бар был определенно шикарнее, чем я ожидала. Джесс была права. Парни в костюмах выстроились вдоль табуреток, а студенты, которых я узнала, потягивали мартини и тихо сплетничали. Мы выделялись, как белые вороны.

Я осмотрела комнату в поисках Джареда, но его еще не было. Хамильтон схватил меня за локоть, не давая последовать за Джесс и Инфинити.

– Ты расстроена, – прошептал он, обнимая меня. – Скажи мне, что случилось, Лепесток.

– Я не знаю, о чем ты говоришь, – ответила я, прежде чем отстраниться. – Ты можешь говорить обо всех женщинах, которых ты трахал. Ты даже можешь уйти сегодня вечером с кем-нибудь, если хочешь. Я ничем не отличаюсь от них.

Я зашла слишком далеко, но мне нужно было верить в то, что я говорю, если собиралась избежать разбитого сердца. Многие люди устраивали случайные шумные игры, но я не была уверена, что смогу сделать так с Хамильтоном.

Хамильтон ухмыльнулся.

– Итак, если я уйду с… – Он оглядел комнату и остановился, когда его взгляд наткнулся на красивой блондинке, сидящей на баре. На ней была короткая юбка и завитые волосы до середины спины. Ее губы были неестественно пухлыми, гармонируя с ее большой грудью. – Ней, – закончил Хамильтон. – Ты не против?

– Не-а, – ответила я резким голосом.

– А что, если бы я захотел ее трахнуть, а потом пришел бы к тебе домой? Ты позволила бы мне израсходовать тебя, пока моя кожа все еще пахнет ее Шанель № 5?

Я разозлилась. Жестокие слова вылетали из моего рта без моего согласия:

– Возможно, сначала мне бы пришлось вышвырнуть Джареда из своей постели, но я бы обязательно тебе позволила.

Хамильтон нахмурился.

– Приятно знать, что мы оба на одной волне.

– Верно? Джесс рассказала мне, чего стоит ожидать от этого.

– Серьезно? – спросил Хамильтон. – Что именно она тебе сказала?

Я посмотрела на стол, за которым сидели Джесс и Инфинити, и они наблюдали за нами.

– Она сказала только то, что ты шлюха, и мне не следует питать никаких надежд.

Моя неуверенность глубоко поселилась в моем сердце.

– О, я шлюха, милая, – прошептал Хамильтон, прежде чем схватить меня за бедра и дернуть вперед. – Мне нравится трахаться. Жестко. Долго. Я бы нагнул тебя над одним из этих столиков на глазах у всех и не раздумывал бы об этом. – У меня перехватило дыхание от его слов. Я чувствовала, как его твердая длина давит на меня. – Но сейчас я для тебя всего лишь шлюха, ясно?

Хамильтон закусил губу, словно размышляя, что еще сказать.

– Ты нравишься Джесс. Но она самый самоуверенный человек, которого я только знаю. Джесс высказывает свое мнение, и она не знает, как это правильно делать, потому никогда не видела меня таким. Ты беспокоишься о том, что я трахаю других девушек, но при этом мы с тобой вроде как пара, поговори со мной об этом, хорошо? Не ставь на нас точку, пока мы не насытимся друг другом. Джесс любит меня дразнить, но она многое недоговаривает. Мисс Гладд? Она была в абьюзивных отношениях. Я помог ей сбежать. Я увидел синяки и наткнулся на тренера, который ударил ее по лицу. Я убедил ее уехать и уговорил отца найти ей работу в школе-интернате за границей. – Ух ты. Такого от Хамильтона я точно не ожидала. – И да, чтобы прояснить, я был влюблен в Джесс, когда мы были подростками. Это был пьяный трах из жалости, потому что она знала, что никогда не полюбит меня так же, как я ее.

Мои брови взлетели вверх, миллион вопросов сразу же заполнил мой разум.

– Я ее больше не люблю, по крайней мере, таким образом, – добавил Хамильтон. – Насчет близнецов, это было просто весело. Моя няня была педофилом. Мы смеемся над этим, потому что правда далеко не так забавна. Думаю, я использую юмор, чтобы справиться с ситуацией.

– О, – ответила я, потому что не знала, что еще сказать.

– Если ты хочешь, чтобы я составил список всех людей, которых трахал, то хорошо, я сделаю это. Но ты должна знать, что ни одна из них не сравнится с тобой, это не лесть, а правда. И это страшно, Лепесток. Я хочу тебя. Только тебя. Просто верь в это, хорошо? Я не пойду трахать какую-нибудь дешевую блондинку, если ты пообещаешь никогда больше не шутить о том, что Джаред окажется в твоей постели. Я ему не доверяю. Что-то не так с этим парнем. Я терплю это, потому что мне нравится, что ты счастлива рядом с ним.

Я посмотрела на Джесс и Инфинити. Они бросали в нас вопросительные взгляды.

– Хорошо, – ответила я. Хамильтон улыбнулся и поцеловал меня в губы, прежде чем схватить меня за запястье и потащить к столу.

Когда мы сели, Хамильтон придвинул мой табурет как можно ближе к своему и обхватил рукой спинку моего стула. Я чувствовала себя сбитой с толку. Я все еще была поглощена мыслями о Джесс и Хамильтоне.

Хамильтон откашлялся, затем схватил меня за руку, чтобы поцеловать, а Джесс смотрела на это движение.

Она и Инфинити уже заказали напитки и потягивали их, глядя на нас.

– Так это серьезно? – спросила Джесс, кивая на нас двоих. Ее глаза сверкали озорством.

– Очень, – легко ответил Хамильтон.

– Насколько серьезно? – спросила Джесс. – Я думала, что это…

– Платан, Джесс, – хрипло ответил Хамильтон. Ему стыдно? Что это вообще значило?

– Явор? – Джесс издала долгий низкий свист. – Вау, Хамильтон.

– Что это значит? – спросила я, глядя на них.

Было странно, что обо мне так открыто говорили.

Инфинити махнула рукой.

– Это какое-то кодовое слово, которое у них еще с подросткового возраста. Что-то связное с деревом в парке между их домами, у которого они встречались.

– Наше убежище, – ответила Джесс. – Мои родители были чудаками. Они думали, что смогут выбить из меня непослушание.

Она откашлялась, прежде чем продолжить. Мое сердце разрывалось.

– Хамильтон был моим единственным другом. Он всегда защищал меня. Мне просто нужно было написать ему «Явор», и он бросил бы все, чтобы быть рядом. Это стало своего рода кодексом, но это трудно объяснить. Думаю, вам придется это испытать. Помнишь, ты угрожал моему отцу?

Джесс сделала глоток своего напитка, а Инфинити обняла ее.

– Твой папа – мудак.

Хамильтон не стал вдаваться в подробности их прошлого, он просто посмотрел на меня и снова схватил меня за руку.

– Однозначно, – ответила Джесс.

Я отбросила эту информацию. В Хамильтоне было так много такого, что не соответствовало моим первоначальным представлениям о нем. Он был из тех людей, которые помогали своему учителю истории. Он бросил все ради своих друзей. Он серьезный. Справедливый. Преданный. И сильный как физически, так и морально. У него было тяжелое детство. С каждым его секретом, он все больше меня интересовал.

К счастью, мы перевели тему. Мне нравилось легкое отношение Джесс ко всему. Она не боялась тыкать и подталкивать ответы, а мне нужно было отдохнуть от серьезности. Они с Инфинити расслабились и начали целоваться, а Хамильтон повернулся ко мне.

– Я ненавижу этого чувака, но Джаред умен, – тихо сказал Хамильтон. – Он выбрал место, известное всем своей осторожностью.

Я наморщила лоб.

– Что ты имеешь в виду?

Хамильтон кивнул на соседний столик.

– Вон там наследник одной из крупнейших корпораций во всей стране, – сказал он. Я проследила за его взглядом и уставилась на худощавого мужчину, стреляющего глазами на нас в ответ. Он выглядел примерно моего возраста. Я уже собиралась спросить, в чем смысл всего этого, когда рядом с ним сел пожилой мужчина с глубокими морщинами и зубными протезами и начал целовать шею молодого человека.

– Это своего рода заведение, которое не допускает камеры и не задает вопросов.

– А, – ответила я, прежде чем поерзать на своем месте. Откуда Джаред знал об этом месте? Было ли это просто одной из общеизвестных вещей, или ему нужно было тайное место, чтобы тусоваться с друзьями?

– Ты нервничаешь, – заявил Хамильтон. Это был не вопрос. Он просто знал это.

– Все было проще, когда мы просто трахались в моей квартире, – ответила я. Джесс фыркнула.

Хамильтон схватил меня за бедро и снова поцеловал в висок. В последнее время он стал часто это делать. Это был такой нежный и искренний жест.

– Привет! – прогремел голос Джареда. Я встала со стула, чтобы обнять его. В типичной манере Джареда он был одет в слаксы, рубашку на пуговицах и пиджак, который стоил больше, чем моя квартплата. Его светлые волосы были зализаны набок, а гигиеническая помада заставляла его губы сиять. Он крепко обнял меня, немного приподняв с пола. Я чувствовала, как Хамильтон сурово смотрел на нас.

– Я рад, что ты смогла прийти.

– Ага. Спасибо за приглашение. Это место…

– Слишком крутое, черт возьми? – Джаред закончил за меня.

– Точно, – ответила Джесс.

– Обычно я сюда не хожу, но я подумал, что тебе нужно немного уединения, ну, знаешь, раз уж ты сейчас трахаешься со своим дядей.

Инфинити подавилась напитком, а Хамильтон сжал кулак. Мы с Джаредом сели, и моя кожа внезапно вспыхнула. С сердитым Хамильтоном с одной стороны от меня и чрезмерно ласковым Джаредом с другой, я чувствовала себя зажатой между двух огней.

– Если я пересплю с кем-то, кто не готов выйти из туалета, я приведу его сюда, – Джаред посмотрел на пустой стол передо мной. – Хочешь, я принесу тебе выпить? Я знаю, как ты любишь джин с тоником.

– Я была бы тебе оч…

– Я понял, – ответил Хамильтон, прежде чем помахать рукой одной из официанток. Через несколько минут мы все выпили и погрузились в неловкое молчание. Я надеялась, что, возможно, это сблизит нас, но это только усугубило ситуацию. Ошалевшие Джесс и Инфинити скрылись в ванной десять минут назад и до сих пор не вернулись. Я отчаянно нуждалась в передыхе, но что-то подсказывало мне, что это будет ненадолго.

– Так по какой ты там программе учишься в колледже? – спросил Хамильтон, положив руку на мою ногу, его рука была в опасной близости к вершине моего бедра.

– Этика и политика, – ответил Джаред. – Ты учился в Колледже?

– Не-а. Я начал работать, как только закончил школу. Почему политика?

Джаред поерзал на стуле.

– Мне просто всегда это было интересно. Я вырос в политике.

Казалось, что все в Гринвиче имели политическое прошлое. Я попыталась вспомнить, что Джаред рассказывал мне о своей семье. Я знала, что его мать владела некоммерческой организацией.

– Семейный бизнес? – спросил Хамильтон. – Я просто не могу избавиться от чувства, что я тебя откуда-то знаю.

Джаред откашлялся и вежливо улыбнулся, но я почувствовала в нем беспокойство.

– Не уверен, что я тебя когда-либо встречал.

Хамильтон опрокинул свой напиток и усмехнулся.

– Ты уверен? Я просто чувствую, что ты мне знаком.

Джаред снова откашлялся и потер затылок.

– Не-а. Я тебя не знаю, ну, если не считать того, что мне сказала Вера.

– Держу пари, она рассказала тебе обо мне все, а? – сказал Хамильтон, прежде чем схватить мою руку с моего колена и поцеловать внутреннюю сторону запястья. Мое дыхание сбилось. – Повтори, какая у тебя фамилия?

Я смотрела, как они разговаривали друг с другом, это напоминало теннисный матч.

– Андерс.

Хамильтон ухмыльнулся, прежде чем хлопнуть в ладоши.

– Вот откуда я тебя знаю. Ты стажировался у Джозефа в прошлом году, не так ли? Обычно я не так вовлечен в семейный бизнес. Но ты из тех, которых нельзя просто так забыть. Ты был на праздничной вечеринке. Я помню, потому что видел тебя, когда уходил с одной из официанток.

Я повернула голову к Джареду.

– Ты работал на Джозефа? – выпалила я.

Джаред облизал губы.

– Я собирался сказать тебе…

– Стой. Стой. – Я оттолкнула руку Хамильтона, прежде чем встать. – Ты работал на Джозефа. Ты все еще работаешь на него?

– Твои родители просто хотели убедиться, что ты в безопасности. Джозеф пообещал мне работу после выпуска, если я…

Я покачала головой.

– Ты мудак! Я думала, ты прилипчивый, но на самом деле ты был моим телохранителем. Это тоже было частью этого соглашения?

Я сказала это слишком громко, но мне было все равно, кто меня услышит.

– Твоя мама надеялась, что, если мы сойдемся, ты прекратишь эту нелепую интрижку с Хамильтоном, – объяснил Джаред. – Но ты и в правду мне нравишься, Вера. Все началось как работа, но…

– Остановись. Просто перестань. – Я помассировала виски. – Что ты докладывал моей матери? Ты рассказал ей о нас с Хамильтоном?

Джаред отвел глаза и посмотрел в пол.

Ублюдок.

Я отпрянула назад и ударила его как раз в тот момент, когда взъерошенные Джесс и Инфинити вышли из туалета.

– Ты дебил! Не разговаривай со мной. И, блядь, даже не смотри на меня.

Я повернулась и посмотрела на Хамильтона, который выглядел раздражающе довольным собой.

– Пойдем.

– С радостью, солнце, – сказал он, прежде чем ухмыльнуться покрасневшему Джареду. Я выбежала из бара и направилась к машине, а Хамильтон следовал за мной.

– Блин, хотел бы я заснять это на камеру, – прохрипел он.

– Это не шутка, Хамильтон. Моя мама знает о нас!

Он толкнул меня к машине и взял меня за щеки.

– И что? – спросил он.

– Значит, она будет вне себя от ярости.

– И что? – повторил Хамильтон.

– Джаред скармливал им всю информацию, – захныкала я.

– Блядь, и что?

Хамильтон крепко и грубо поцеловал меня. Джесс и Инфинити засмеялись, направляясь к тому месту, где они припарковались. Кажется, они сказали нам, что позвонят позже, но я была слишком поглощена поцелуем с Хамильтоном, чтобы уловить смысл их слов. Это продолжалось и продолжалось. Его язык прошел мимо моих губ и лизнул их. Я выгнула спину и схватила его за рубашку. Я дрожала при каждом прикосновении его талантливого рта к моему. Он оторвался от меня с улыбкой.

– Ну, и что?

Я судорожно выдохнула.

– Ну и ничего, – повторила я, прежде чем прижаться лбом к его груди. – Пойдем домой, – прошептала я, а потом на мгновение задумалась. – Боже мой. Он же мой сосед. Как ты думаешь, это Джозеф тоже специально продумал?

– Хочешь, поедем ко мне? – спросил Хамильтон.

Я потянулась, чтобы поцеловать его в челюсть.

– Ага. Поехали.

Глава 19

Я проснулась от того, что мой телефон снова зазвонил. Пронзительный звук отразился от моего черепа и был высокочастотным раздражителем, который заставил мое тело напрячься. Ее звонки были постоянными. Джаред и моя мама отчаянно пытались дозвониться до меня. Мне не нужно было смотреть на определитель номера, чтобы понять, что это снова моя мама, пытающаяся разыскать меня и помешать мне разрушить ее маленькую счастливую семью. Часть меня хотела, чтобы она села на самолет и поговорила со мной лично. Я хотела, чтобы она посмотрела мне в глаза и сказала, что ее фиктивный брак с Джозефом был важнее моего счастья.

Я ненавидела эту неопределенность. Я разрывалась между тем, чтобы избегать ее, и желанием встретиться с ней лицом к лицу, и чем дольше я игнорировала мамины сообщения, тем грубее и бесцеремоннее они становились. Это была та сторона ее личности, которую я хорошо знала, но смотрела на нее свежим взглядом. Я всегда считала, что ее амбиции и эгоизм были результатом постоянной борьбы за выживание. Теперь это казалось… другим. Темнее. Я любила свою мать. Я знала, что она любила меня. Но я также не думала, что она понимает, на что похожа здоровая любовь.