355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Констанс О'Бэньон » Я стану твоей » Текст книги (страница 3)
Я стану твоей
  • Текст добавлен: 9 октября 2016, 11:28

Текст книги "Я стану твоей"


Автор книги: Констанс О'Бэньон



сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 20 страниц)

Ройэл захлопала в ладоши.

– Неужели мне разрешат? – восторженно прошептала она.

– Разве вы не слышали, что я сейчас сказал? – кивнул Деймон. – Кроме того, я написал моему поверенному в Англии, мистеру Вебберу. Он встретит вас в порту в Плимуте и доставит вас и вашу тетушку в Лондон, а там обеспечит вас всем необходимым. Прежде всего вам нужно полностью обновить ваш гардероб и вообще обзавестись всем, что потребуется для учебы.

– Благодарю вас. Можно, тетя Арабелла останется со мной, пока я не устроюсь?

– Конечно. Почему нет?

На глаза Ройэл навернулись слезы.

– Добрее моего отца и вас я не встречала людей, – проговорила она.

Деймон удивленно поднял брови. Кроме Ройэл, еще никто и никогда не называл его добрым.

– Думаю, вы переоцениваете меня, – сказал он. Он взял ее за руку, и она встала.

– А теперь в постель, малышка! – улыбнулся он. – Впереди у вас удивительные приключения. – Деймон повернулся к служанке. – Уложите ее, Альба. Не надо меня провожать.

Ройэл неохотно двинулась к двери. Обернувшись, она одарила Деймона улыбкой.

– Я буду молиться за вас каждый день!

– Не возражаю, Ройэл.

– А вы – будете вспоминать обо мне?

– Еще бы! Каждый день… – кивнул он. – Я вас никогда не забуду.

– Обещаете?

– Обещаю.

Печально улыбнувшись, Ройэл последовала за Альбой. Деймон понимал, что впереди у девушки долгие месяцы одиночества. Конечно, Арабелла обещала навещать племянницу, но в Париже блистательная актриса скоро забудет об этом.

Он накинул плащ и, прикрыв за собой дверь, вышел. Вскочив в седло, он заметил, что дождевые облака поредели и небо озарила красноватая луна.

Пришпорив лошадь, Деймон поскакал к Сванхаузу. До него уже дошли тревожные известия о войне с Англией, но он надеялся, что до здешних мест война не докатится. По крайней мере, до тех пор, пока не вернется Ройэл. Немало воды утечет, прежде чем он снова увидит этого трогательного чертенка.

Он отдал распоряжение Джону Бартоломью отвечать на письма Ройэл и следить, чтобы она ни в чем не нуждалась.

– Какой из меня папаша? – ворчал себе под нос Деймон. – И какого дьявола я ввязался в эту историю?..

Накануне отплытия в Англию Ройэл пришла с цветами на кладбище, где были похоронены родители. Она стояла под старым дубом, и ее сердце взволнованно колотилось. Мысленно Ройэл молилась о том, чтобы побыстрее вернуться домой.

Во второй половине дня в сопровождении Альбы и Тобиаса она вышла из дома. Большая часть комнат была заперта, а мебель накрыта чехлами. Неопределенность пугала ее. Пришла пора уезжать.

Накануне вечером, когда Альба и Тобиас ушли к себе, а тетя Арабелла отправилась спать, Ройэл прошлась по всем комнатам, стараясь как бы запомнить атмосферу родного дома. Забравшись в постель, она предалась воспоминаниям, а потом наконец заснула.

Самым грустным моментом стало прощание с рыдающими Альбой и Тобиасом. Старые слуги стояли на крыльце и махали руками, пока экипаж не скрылся из виду.

Вода искрилась от солнечных бликов. Ройэл стояла на палубе торгового судна «Круиз» и, опершись о перила, смотрела, как исчезает в дымке берег родной Джорджии. Потом она вопросительно взглянула на тетушку.

– Не знаю, когда ты вернешься домой, дорогая, – сказала Арабелла, обнимая Ройэл, – но не падай духом. Все не так уж плохо. Попробуй утешить себя мыслями о предстоящих покупках.

– Черное платье к лицу тебе, тетя, но не мне! – вздохнула девушка.

– К сожалению, ты должна носить траур, – покачала головой Арабелла. – Ничего, скоро ты переменишь платье. Я знаю все модные магазины в Лондоне, и мы выберем тебе для пансиона все самое лучшее… Кстати, не так уж плохо, что ты уезжаешь из этих Богом забытых мест!

Ройэл постаралась изобразить на лице храбрую улыбку.

– Хотя мои отец и мама родом из Англии, я чувствую, что моя родина – Джорджия!

– Конечно, милая. Но Лондон – чудесный город. Там устраивают множество балов и вечеринок. Я уверена, что тебе там очень понравится.

Глядя на пенный след за кормой, Ройэл нахмурилась.

– Мне страшно, неужели между Англией и Колониями будет война?

– Конечно, нет. Всегда найдутся горячие головы, которые рады спровоцировать беспорядки, но здравомыслящих людей гораздо больше. Не думай ни о чем, кроме как о предстоящих приключениях!

– Попробую… – неуверенно проговорила Ройэл, пристально посмотрев на тетушку. – Как ты думаешь, почему Деймон Рутланд так добр ко мне?

– Не знаю, дорогая. Меня это тоже удивляет. Сначала я думала, что причина во мне, но теперь я в этом засомневалась.

– Ты была влюблена в него, тетя Арабелла?

Арабелла покачала головой.

– Нет, но он мне очень нравился. Пойми, он был для меня слишком молод… или, по крайней мере, мне так казалось.

– А он – любил тебя?

– Ему казалось, что да. Но я думаю, что чувство, которое он ко мне испытывал, нельзя назвать любовью.

Ветер играл огненно-рыжими локонами Арабеллы, и Ройэл подумала, что нет на свете красивее женщины, чем ее тетушка.

– Наверное, в тебя влюблялись многие? – проговорила она.

– Пожалуй.

– А как ты думаешь, когда я вырасту, то буду красивой?

– Дорогая, – звонко рассмеялась Арабелла, – когда ты вырастешь, то по обе стороны Атлантики не найдется такой красавицы, как ты! Мужчины будут из-за тебя стреляться и вообще замертво падать у твоих ног… Так же, как из-за меня, – добавила она с улыбкой.

Но Ройэл вовсе не хотелось, чтобы из-за нее умирали. В глубине души она спрашивала себя: а Деймону Рутланду она покажется красавицей? Увы, к тому времени, как она вернется в Саванну, он, наверное, уже успеет жениться…

– Как странно, тетя Арабелла. Я едва знаю мистера Рутланда, а он уже занимает все мои мысли. Что это значит, как ты думаешь?

Арабелла удивленно взглянула на племянницу. Такой она ее не знала. Девушка расцветала на глазах, и ее раннее внимание к мужчинам беспокоило Арабеллу.

– Ты ничем не отличаешься от других женщин, которым довелось узнать Деймона, – сказала она. – Они слетаются к нему как мухи на мед. Вполне естественно, что ты чувствуешь к нему благодарность, но упаси Бог влюбиться в него! Я уверена, что любовь женщины лишь охлаждает такого мужчину, как он. Думаю, что он уже забыл о тебе.

– Он обещал, что никогда меня не забудет, тетя Арабелла, – убежденно заявила Ройэл. – И я верю ему!

5

«Дорогой папочка, мы пересекли Атлантику без приключений. На море было спокойно. К огорчению тети Арабеллы, путешествие не слишком развлекло меня. Большую часть времени я проводила в каюте. Бедная тетушка решила, что у меня морская болезнь, но на самом деле я просто очень скучала по дому…»

Март 1775 года

Экипаж подпрыгивал на ухабах. Ройэл смотрела в окошко. Изумрудно-зеленая листва сверкала под голубым небом. Весенний пейзаж, казалось, сошел с полотен английских мастеров. Лошади несли экипаж мимо холмов, пестревших дикими цветами, и через маленькие деревушки с мощенными булыжником улочками.

Как и обещал Деймон, в порту Плимута Ройэл и Арабеллу встретил его лондонский поверенный Руперт Вебберу. Под присмотром последнего путешествие в Лондон было необычайно комфортным. Он нанял рессорный экипаж, запряженный шестеркой резвых гнедых.

– Ты не устала, моя дорогая? – спросила Арабелла Ройэл, заметив, как раскраснелась девушка. – Плавание утомило меня, но шум и толпа в порту были просто невыносимы.

– А я совсем не устала, тетя, – сказала Ройэл. – Путешествия хороши с познавательной точки зрения. Папа всегда говорил, что английская провинция необычайно живописна, и теперь я могу полюбоваться на нее сама.

Мистер Веббер одобрительно кивнул.

– Ах, молодость, молодость! Мне бы ваши годы, мисс Брэдфорд!

Ройэл покосилась на этого маленького человечка со сбившимся париком и поспешила отвернуться к окну, чтобы не рассмеяться.

– Уверяю вас, мисс Брэдфорд, – продолжал поверенный, – вы без труда приспособитесь к здешнему образу жизни. Все в Англии зиждется на обычаях и традициях.

– Моя родина – еще очень молодая страна, – серьезно сказала Ройэл. – Мы только ищем свой путь.

Он внимательно посмотрел на нее.

– Вы говорите страна? Моя дорогая мисс Брэдфорд, что-то я не знал, что колония Джорджия успела отделиться от Британии!

– Я этого и не утверждаю. Просто Англия находится от нас за тридевять земель, и мы не признаем себя колонией.

Поверенный весело рассмеялся.

– Подобный образ мыслей доставляет немало хлопот Парламенту… Постарайтесь выражаться осторожнее, мисс Брэдфорд, – добавил он, посерьезнев, – иначе вас могут отчислить из школы Фулгам.

Его совет был абсолютно искренним, и Ройэл задумалась над этими словами.

Арабелла, которая следила за разговором, обратилась к Вебберу:

– Моя племянница всегда говорит то, что думает. Надеюсь, так будет и в будущем. Даже если ее высказывания кому-то не по душе.

Маленький человечек снова улыбнулся, и по его лицу разбежались веселые морщинки.

– Мистер Рутланд поручил мне охранять интересы вашей племянницы, и я обязан предупредить ее насчет порядков в Фулгаме. Признаюсь, добиться ее зачисления в пансион было очень нелегко.

– Но почему? – удивилась Арабелла. – Ведь там училась жена моего брата. Что-то я не припомню, что у нее там были какие-то осложнения.

– Эта школа для детей благородного происхождения. Многие матери начинают хлопотать о зачислении туда дочерей, едва те появляются на свет. Большинство учащихся принадлежат самым высшим слоям общества.

– Я не допущу, чтобы Ройэл в чем-то ущемляли, – гордо заявила Арабелла. – Уверена, что моя племянница ничуть не хуже любой из учениц!

– Конечно, конечно! – согласился Веббер. – Когда я сказал миссис Фортескью, что ваша матушка тоже училась в Фулгаме, – сказал он, обращаясь к Ройэл, – директриса отнеслась к вашему зачислению более благосклонно.

Ройэл смотрела в окно и думала, сможет ли она чувствовать себя как дома в стране, где люди поделены на классы. Она ступила на путь, который не выбирала, но решила, что сделает все, чтобы мистеру Рутланду и тетушке Арабелле не было за нее стыдно.

– Смотри, Ройэл, – воскликнула Арабелла, – мы подъезжаем к Лондону!

Городской пейзаж, представший перед взором девушки, мало отвечал ее ожиданиям. Улицы были узки и грязны, дома обшарпаны. Порой запах гнилых овощей и сырой рыбы становился нестерпимым. Экипаж загремел по булыжной мостовой, проезжая мимо дешевых гостиниц и ветхих частных домов, опутанных веревками, на которых сушилось белье. На улицах толпились бедно одетые мужчины и женщины и бегали чумазые дети.

Впрочем, когда экипаж переехал через деревянный мост, картина начала меняться. Они словно въехали в другой мир. В небо уходили шпили соборов, сверкающие на солнце, и зубчатые башни.

– В этом благородном районе Лондона, между Пикадилли и улицей Святого Джеймса, – сообщил поверенный, – живет вся знать. Здесь находится и ваш новый дом, мисс Брэдфорд, пансион Фулгам.

Мистер Веббер попытался ободрить Ройэл, но у него это не вышло. С каждой минутой девушка чувствовала, что погружается в чуждую ей атмосферу, и ничего не могла с этим поделать.

Мимо катились кареты, украшенные гербами. Вдоль широкой улицы, словно строгие часовые, ровными рядами стояли старые деревья. В фешенебельные магазины заходили красиво одетые мужчины и женщины. Ройэл с удивлением отметила, что особняки здесь окружают лишь крошечные островки зелени, совсем не так, как в родной Саванне.

Когда экипаж остановился у подъезда роскошной гостиницы, поверенный с улыбкой сказал:

– Здесь вы поживете, пока не переедете в пансион. Мистер Рутланд распорядился провести вас по магазинам. Сегодня понедельник… Думаю, уже через неделю вы обзаведетесь всем необходимым, чтобы предстать перед миссис Фортескью.

Ройэл взглянула на Арабеллу, та ободряюще улыбнулась. Собравшись с духом, девушка покинула экипаж. Что бы ни ждало ее в будущем, она решила, что встретит все без страха.

Кабинет директрисы Фулгама был обставлен с намеренной скромностью. Все здесь было безлико и неуютно. За письменным столом, перед которым стояла пара жестких стульев с высокими спинками, восседала женщина с холодным и строгим лицом. Едва Ройэл вошла, директриса смерила ее с головы до ног пристальным взглядом. Девушка в ответ посмотрела на нее с нескрываемым любопытством.

Трудно было определить возраст директрисы. Ей было не то пятьдесят, не то шестьдесят лет. Она была высокой и худощавой. Волосы тщательно зачесаны назад и спрятаны под белый чепец. На носу очки с толстыми стеклами.

Мистер Веббер предупредил, что в пансионе директриса чувствовала себя как королева в королевстве: вся власть была в ее руках. Ройэл поняла, что он был не далек от истины.

Взглянув поверх очков на вошедших, директриса снова уткнулась в толстую книгу. Наконец она соизволила приветствовать гостей.

Она так впилась взглядом в Ройэл, что девушка невольно поежилась от страха. Директриса указала на два стула, и Ройэл с тетушкой покорно присели.

– Я заждалась вас, Ройэл Брэдфорд, – раздраженно произнесла директриса. Она выбрасывала слова, словно острые камешки. – Если вы собираетесь учиться в моей школе, то должны быть пунктуальны, независимо от ваших прежних привычек.

– Моя племянница приехала в Англию только девять дней назад, – вступилась за девушку Арабелла. – Мне сказали, что вы будете ждать ее на этой неделе.

Миссис Фортескью смерила Арабеллу холодным взглядом.

– Все верно. Нужно лишь учесть, что уже вторник. А я ждала ее в понедельник с утра.

– Но мы не могли прийти раньше. Ройэл должна была обзавестись новым гардеробом. Не так легко подобрать темные платья, которые бы пришлись к лицу моей племяннице. Вы ведь знаете, что она носит траур по отцу… – Арабелла перевела дыхание. – К тому же ее обувь…

На губах директрисы появилась натянутая улыбка.

– Здесь у нас действует одно непререкаемое правило: никаких оправданий, важен только результат.

– Простите, миссис Фортескью, – извинилась Ройэл. – Больше это не повторится.

– Посмотрим, – последовал ответ. – Вам следует также знать, что обычно мы не принимаем в Фулгам девушек из Колоний… – Последнее слово она произнесла с особым отвращением. – Школе Фулгам двести пятьдесят лет, и в ней учились только девушки из самых аристократических семей.

– Я не стыжусь своего происхождения! – воскликнула Ройэл, и ее глаза заблестели.

Однако директриса пропустила это восклицание мимо ушей.

– В Фулгаме учится одновременно не более двадцати пяти девушек. Из этих двадцати пяти девушек только вы и внучка лорда Эдинбургского не имеете достаточно благородного происхождения. Однако… – продолжала она ледяным тоном, – поскольку здесь училась ваша мать, а также благодаря тому, что у вашего опекуна, мистера Рутланда, большие связи, мы решили принять вас. – Она прищурилась. – С испытательным сроком, конечно. Если вы будете прилежно учиться и примерно себя вести, все будет хорошо…

Взбешенная Арабелла вскочила со стула и воскликнула:

– Я не позволю себе оставить Ройэл в заведении, где ее будут унижать! Пожалуй, мне следует немедленно забрать ее отсюда!

Миссис Фортескью даже глазом не моргнула.

– Вряд ли у вас есть на это право, мисс Брэдфорд. С того момента, как Ройэл переступила порог этого кабинета, она целиком перешла под мое попечительство. Кстати, ставлю вас в известность, что на протяжении трех месяцев вам не разрешается навещать племянницу. Мы считаем, что наши ученицы лучше приспосабливаются к новым условиям, если не видятся с родственниками.

– Мне нет дела до ваших варварских правил! – проворчала Арабелла. – Это просто дикость – не разрешать девушке видеться с родными. Вы не можете мне этого запретить!

– Могу. И запрещаю.

Две женщины не отрываясь смотрели друг другу в глаза, пока Арабелла не отвела взгляда, понимая, что преимущество не на ее стороне.

– Прежде чем я уйду, – попросила она, – пообещайте мне хотя бы, что к Ройэл здесь будут относиться по-доброму!

– Одно могу вам сказать, – пожала плечами директриса, – у нас ваша племянница научится обращаться с иголкой и ниткой и выполнять очаровательные вышивки. Она будет изучать историю, математику и географию, а также латинский и французский языки. Если она несильна в чтении и правописании, здесь ее этому научат. Если у нее есть склонность к музыке, ей будут давать уроки вокала и она сможет выбрать музыкальный инструмент по душе. Ее научат танцам и хорошим манерам. После окончания Фулгама ее с радостью примут в любом доме и любом кругу. Несмотря на то, что она отстала от программы почти на год, ей придется догнать своих сверстниц.

– Значит, – неуверенно пробормотала Арабелла, – у меня нет другого выхода, как поручить ее вашим заботам. Перед отъездом из Англии могу я попрощаться с Ройэл?

– Нет, – отрезала миссис Фортескью. – Если хотите попрощаться, то сделайте это сейчас. Вы и так отняли у меня целое утро. Как вы понимаете, кроме вашей племянницы, у меня есть и другие воспитанницы.

Ройэл встала и обнялась с тетушкой.

– Я должна остаться, тетя Арабелла? – прошептала она.

Арабелла взглянула на директрису и печально вздохнула. Спорить не имело смысла.

– Боюсь, что да, моя милая, – кивнула она. – Ни о чем не беспокойся. Я буду в Лондоне еще неделю. Потом я вернусь в Париж, но не забуду о тебе. – Она снова взглянула на миссис Фортескью. – Надеюсь, вы не станете возражать против нашей переписки?

– Письма не запрещены. Мы не разрешаем лишь посещать воспитанниц.

На глазах у Ройэл показались слезы, но она быстро смахнула их ладонью.

– Не тревожься обо мне, тетя Арабелла, – храбро сказала она, бросив сердитый взгляд на директрису. – Все будет хорошо.

– А теперь вам лучше уйти, – сказала Арабелле миссис Фортескью. – Я прослежу за тем, чтобы вашу племянницу устроили как полагается. Можете не беспокоиться.

В последний раз обняв Ройэл, Арабелла нерешительно шагнула к двери и вышла из комнаты. Она чувствовала, что бросает дитя на произвол судьбы, но что тут можно было сделать?

Когда Арабелла садилась в экипаж, у нее перед глазами все еще стояло грустное лицо Ройэл. Она вздохнула и приказала кучеру ехать в гостиницу.

Миссис Фортескью критически оглядела Ройэл.

– У вас будет своя служанка, мисс Брэдфорд? – поинтересовалась она.

– Да, мадам. Тетушка наняла для меня девушку. Сегодня она приедет.

– Прекрасно. На этом разговор окончен. Можете отправляться устраиваться… Вам здесь будет нелегко, мисс Брэдфорд, – добавила директриса сочувственно. – Это время вы не будете вспоминать как самое лучшее в вашей жизни… Вы очень похожи на меня в девичестве…

С этими словами миссис Фортескью подошла к двери и позвала кого-то. На пороге тут же появилась полная, сурового вида дама, домоправительница миссис Герфорд. Директриса представила ей Ройэл, и та повела девушку за собой.

В коридоре новенькие башмачки Ройэл громко застучали по натертому до блеска полу. Девушка попробовала идти на цыпочках, однако домоправительница бросила на нее неодобрительный взгляд.

Они поднялись по лестнице, прошли по длинному сумрачному коридору и остановились перед какой-то дверью.

– Я скажу привратнику, чтобы он забрал чемоданы, а когда приедет ваша служанка, я пришлю ее к вам. Ужин в семь часов. Если вы опоздаете в столовую, то останетесь голодной, – строго предупредила миссис Герфорд, чуть не клюнув Ройэл крючковатым носом. – К ужину полагается переодеться…

Ройэл кивнула в знак того, что все поняла, а домоправительница, проворчав что-то, исчезла. Девушка растерянно взглянула на раскрытую перед ней дверь. Эта комната должна была стать ее домом.

Комната оказалась не слишком большой, но на удивление милой. Кровать была застелена белым льняным покрывалом. Занавески на окне были раздвинуты, и солнечные лучи освещали каждый уголок. Здесь располагались письменный стол, туалетный столик и стул. Вся мебель из полированного вишневого дерева. Мраморный камин делал комнату еще более уютной и теплой.

Ройэл подошла к окну, из которого открывался вид на длинную улицу. Улица была запружена экипажами и каретами. На противоположной стороне располагался парк, а за парком виднелись крыши богатых домов.

Перед девушкой лежал совершенно незнакомый мир, и она горестно вздохнула.

Неужели здесь ей предстоит провести целых четыре года?

Май 1775 года

Было уже за полночь, но в доме на плантации Сванхауз горел свет. В библиотеке собралось человек тридцать. Они обсуждали последние новости из Массачусетса.

Деймон Рутланд поднял руку, призывая к тишине.

– Господа, господа! От наших досужих предположений мало пользы! Единственное, что нам известно, это то, что под Лексингтоном произошло сражение.

– Война непременно начнется, – настаивал Джозеф Грэхем. – Британцы вынудят нас. Это только вопрос времени. Я лишь хочу знать, кто будет с нами в этот момент. Кто будет бороться за свободу против угнетателей?

Раздались громкие крики. Некоторые подняли вверх руки. Другие реагировали более сдержанно.

– А ты что скажешь, Деймон? – спросил Джозеф. – Ты не поднял руку!

Калеб Эдвардс пришел на выручку соседу.

– Мы и так знаем, что Деймон предан Джорджии!

– Если кто-то сомневается в моей верности, – сказал Деймон, – то я готов заявить, что в случае войны буду на вашей стороне. Я не служил и не собираюсь служить английскому королю.

– Но если начнется война, ты многое потеряешь, – предупредил его Джозеф. – Плантация Сванхауз самая большая во всей Джорджии. В случае войны тебе нужно вести себя осторожнее.

– Повторяю, господа, если начнется война, я буду на вашей стороне. Можете в этом не сомневаться… Но как вы сами – ко всему готовы?

– Нам нужно организоваться. Создать что-то вроде армии, – озабоченно проговорил Калеб.

– Мое мнение: сейчас ничего такого не требуется, – сказал Деймон. – В таком деле нельзя спешить, чтобы не навлечь на себя преждевременный удар. Скоро все решится само собой. Нам нужно лишь быть наготове.

Некоторые одобрительно закивали. Они понимали, что Деймон прав. Если война охватит Юг, они будут готовы к бою.

– Я не собираюсь покидать насиженного места, – заявил старый Эзекиль Элман. – Если я и буду воевать, то только здесь.

– Тебе вообще не место в армии, – сказал ему Калеб. – Ты слишком тяжел на подъем.

– Может, оно и так, – признался Элман, – но среди вас я самый лучший стрелок. Лучше меня разве что Деймон. Да и то – я сам учил его стрелять.

Деймон приветливо взглянул на старика. Когда-то Эзекиль обучал его искусству охоты и выживания на болотах. Старик действительно был отменным снайпером, однако ему было уже за семьдесят.

Деймон посмотрел на остальных. Здесь были либо плантаторы, либо лавочники. Среди них вообще не было военных людей. Если война начнется, им придется уповать лишь на Господа Бога.

– Итак, я предлагаю ничего не предпринимать. Будем просто ждать и держать ухо востро, – сказал он. – И молиться, чтобы в случае войны Господь не оставил нас…


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю