Текст книги "Цена правосудия (СИ)"

Автор книги: Кирилл Поповкин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 20 страниц)

Глава 28

В один миг произошло сразу множество вещей – границы зала раздвинулись вверх и в стороны, аколитов вместе с полом разнесло друг от друга, оставив на островках покоя зависших над наполненной клубящейся тьмой пропастью.

Алый призрак, которого отшельник назвал Руброй, замешкался лишь на мгновение, потерял ориентацию в стремительно изменяющемся пространстве. Отшельник воспользовался этим. Заклятье, столь сильное, что четвёрку Брэнда наверняка размазало бы по плитке пола не заметив защиты, оказалось брошено столь стремительно никто не успел даже толком опознать, не то что расшифровать сложное плетение. Всё что успели заметить аколиты – это пять игл света, ударивших в самое средоточие размытого силуэта. Призрак вскрикнул и под ударом магической энергии отлетел назад и вверх.

Хранитель среагировал моментально. Раскинув руки, он бросил ещё одно заклятье, на этот раз защитной. Островок, на котором остались колбы с телами, а также часть сводного отряда гостей, накрыло полупрозрачным куполом, от которого тут же отлетели несколько алых молний: даже в полуоглушённом состоянии Рубра был способен на многое и без этого щита, и аколиты и содержимое колб обрушилось бы вниз, в клубящуюся тьму. Отшельник мог бы рассказать, что случилось бы, если бы удар не совпал с внезапным расширением зала (короткий ответ был прост: ничего хорошего), но в этом уже не было смысла. Мужчина уже начал последний аккорд задуманной давным-давно партии, безо всякой надежды победить. Впрочем, на этом этапе, отшельнику и не нужно было побеждать – лишь продержаться достаточное количество времени.

На впалой груди безумца, под рваным рубищем мелькнул деревянный кругляшок. По тонкой структуре бежали, словно проснувшись, золотистые ниточки, невидимые с такого расстояния ни врагу, ни «союзникам», если кучу неумелых аколитов можно так назвать. Впрочем, эти отголоски эмоции мелькнули в сознании отшельника и тут же снова ушли на глубину – хранитель не мог позволить себя никаких чувств, ведь битва эта должна была забрать у него абсолютно всё.

***

Несмотря на перспективы встречи с призраком на его правилах и тот факт, что отшельник по сути спас всех остававшихся к тому моменту в живых аколитов, спасение это не было нежным. Скорее даже наоборот – сверху на всех обрушился таранный удар чужой ауры, взрыв от столкновений магических энергий, по силе сопоставимый с ударной волной мощного взрыва и до кучи ещё – чудовищный перепад давления, когда Хранитель расширил зал в несколько раз.

Мгновение назад Брэнд переругивался со Стентором, а теперь пространство поломалось, выгнулось и черноволосый обнаружил себя в одиночестве, опирающимся на стеклянный цилиндр колбы. Астер оказался рядом – копейщик лежал на полу и стонал. Остальные аколиты вроде бы пропали… Но нет, впереди раздались знакомые голоса, правда в какофонии не разобрать что и почему происходит.

«Есть и другой вопрос. Почему я на ногах-то?» – Брэнд сам удивился, насколько спокоен он был.

Справка: ментальная защита дара Аспекта правосудия так же защищает от некоторых видов органического повреждения мозга

«Вот и пригодился дар,» – подумал Брэнд.

Он шагнул к Астеру, коснулся шеи товарища и облегчённо выдохнул: копейщик выжил. Кожа была очень горячей, значит последствия удара оказались серьёзными.

Брэнд выпрямился и направился к границе мерцающего барьера, в том направлении, откуда раздавались голоса и крики. Стоило ему сделать шаг, как в голове ожил знакомый советчик.

Внимание! Битва высокоуровневых аколитов в замкнутом помещение очень опасна для неизбранных и даже низкоуровневых избранных аколитов.

«Разве меня не защитит “Алмазная воля?” Ментальная защита, как ты мне недавно напомнила, защищает даже от органического поражения мозга.»

Предупреждение: защита даруемая Аспектом правосудия не безгранична. Под куполом защиты, сотворённым хранителем, человек может продержаться, а вы можете даже сохранить способность двигаться и действовать. Покинув купол, вы окажетесь без этой защиты и предсказать результат такого действия невозможно.

Брэнд оглянулся на Астера, которого била крупная дрожь, и покачал головой. Без помощи кого-то вроде Эрис копейщик не выживет. Не говоря уж о тех, кто остался снаружи.

«Предупреждение принято к сведению. Больше его не повторяй,» – подумал Брэнд и шагнул к мерцающей стене барьера.

Предупреждение: рисунок силовых линий за пределами барьера не известен! При пересечении барьера, возникнут проблемы связи с аспектами. Возможные последствия: ограниечения использования магических сил, ограничение развития способностей, проблемы с использованием умений, требующих прямого участия Аспекта.

Брэнд замер. Остаться посреди бушующего хаоса совсем без магических сил привело бы к мгновенной смерти.

«Поясни, без каких именно способностей я останусь и почему?»

Справка: Использование системной магии возможно только в пределах Доминионов подвластных Аспектам Богини. Пространство за пределами барьера находится по предварительной оценке за пределами привычных доминионов. Следовательно, Аспекты не могут наблюдать, что здесь происходит, а значит невозможно оценить полученный опыт, получить награды за использование навыков и так далее. Возможно, будут и другие ограничения – например, отсуствие доступа к возможностям системного интерфейса. Скорее всего аколит за пределами остаточной зоны влияния аспектов останется и возможность связаться с другими аколитами.

«Понятно. Значит обучение закончилось и впереди экзамен,» – Брэнд хмыкнул и поднял голову, – «Предупреждение принято, больше не повторяй»

Парень глубоко вздохнул и сделал шаг вперёд, сквозь мерцающую стенку барьера.

Стоило ему шагнуть сквозь стенку купола, как навалилась тяжесть, аколиту почти невозможно стало дышать из-за разреженного воздуха, перед глазами поплыли круги. Первый шаг усилил эти ощущения, только теперь до кучи к тяжести, навалилась ещё и потеря ориентации. Брэнд лишь с огромным трудом смог понять, куда нужно двигаться, но начинать движение – это было намного тяжелее. И всё-таки выбора не было. Сжав зубы и стараясь не смотреть наверх, где сверкали разноцветные вспышки, воин медленно пошёл вперёд. Слышать ничего он не мог из-за стучавшей в ушах крови, но пока что слышать ему ничего и не требовалось. Утвердившись с направлением, Брэнд упрямо пошёл вперёд, надеясь, что хоть кто-то из другого отряда выжил.

***

Каким-то чудом, пережившие первый удар дезориентированные аколиты смогли-таки спастись. Это потом Стентор понял, что носительницы печати Рубры интуитивно прикрывались магическими щитами, неплохо защищавшими от всех видов атак. В тот момент, когда пространство раздвинулось в стороны, нарушая все законч физики, а в десятке метров над головой началась битва богов, не иначе, никто не мог мыслить здраво.

Вместо этого все были заняты выживанием – ауры сражающихся в вышине магов давили, прижимали к земле и не позволяли использовать собственные способности. От столкновений заклятий со щитами по земле шли волны энергии. Брэнда сразу выкинуло куда-то назад, вместе с Астером. В первый момент, Стентор даже обрадовался такому событию – черноволосый всегда был занозой в заднице. В следующую секунду пришло то, что следовало за этим ударом. Или может быть просто ударная волна запоздала? Никто не успел понять. Навалилась тяжесть, кто-то закричал. Стентор видел, как силуэт перед ним попал под удар, а потом лопнул и обрушился в разверзшуюся пропасть.

Не обращая в тот момент внимания на погибшего, Стентор шатаясь пошёл вперёд. В каждую секунду мог прийти следующий удар, от которого жрец не то что не сможет спастись – вряд ли он его увидит. А если каким-то чудом удар не придёт, сама реальность доконает выживших – краешком сознания, бывший бандит отмечал, как пузыриться на ладонях кожа, когда на неё попадают капли зловонного газа. Он отметил как порыв ветра коснулся Бестела, одного из копейщиков отряда, но вместо того чтобы скинуть мужчину в пропасть, ветер словно бы сдул с него плоть, кожу и кровь, размазав по стене, за которой тот пытался укрыться. Самое ужасное, что Стентор словно бы видел, как эти внутренности не были мертвы – они жили, глаза вращались, кровь текла, сердце билось, громко и сильно. Даже скелет сделал шаг, словно бы сохранив подобие жизни, а потом всё рассыпался.

Стентор бросился вперёд и буквально влетел лежавшего на земле Кевина, который над которым и склонившуюся над ним шатенку-лекаршу. Стентор не думал – только схватил Эрис поперёк талии, чтобы не убежала, повалил на землю, накрыл своей тушей. Девушка истошно закричала тогда, но Стентор этого даже не слышал – его ударило по ушам и глазам так, что он вообще ничего не воспринимал, действовал лишь на инстинктах.

Эрис попыталась выбраться из-под туши перекошенного жреца, но тот не позволил, потянулся к поясу, расстегнул, быстрым движением вырвал из штанов. Но не успела девушка осознать происходящее, как пояс перемотал её руки, а хриплый голос жреца заорал ей на ухо, в то время как ладонь закрыла ей рот:

– Заткнись, дура! Не до того нам… Ты барьер держишь… крепко?

Девушка быстро закивала, запоздало подумав, что Стентор может уже и ослеп – по крайней мере и до того не шибко широкие глаза сейчас заплыли и казались слипшимися от крови.

Не ослеп – он явно уловил её жест.

– Ну и хорошо. Вот и держи. Чем дольше… держишь, тем дольше мы проживём…

– Мы? Я тоже? И он – она кивнула на лежавшего на земле мажора, который оказался тяжело ранен.

– Что толку вас вздёргивать? Работай, – это и в твоих интересах, – он хотел ткнуть пнуть тело Кевина, но не стал, опасаясь что сам не выдержит слишком резкого движения. Испытать же печальный опыт Бестела ему не хотелось.

***

– Сколько у нас времени осталось? – голос Стентора был грубым, сухим.

Кевин ответил, не отрывая глаз от переплетения железных и стеклянных трубок, установленного перед ним на треноге.

– Минут десять, максимум, – каким-то образом блондин смог сохранить механизмы подсчёта времени, при том, что системный интерфейс, изрядная доля умений да и просто – окно статуса оказались в новой реальности аколитам недоступны.

– Так мало? – вырвалось у тощего воина, который сидел с другой стороны треноги и удерживал её на том объекте, на котором она стояла, – И это после всего…

– Да, Миклос, после всего что случилось, – Стентор оборвал стон своего подчинённого, – Жизнь несправедлива, как ты может заметил. Мы можем жаловаться на это, а можем пытаться выжить. Если ты хочешь заняться первым, можешь начать жаловаться Бибе. Уверен, он тебя поймёт.

Миклос бросил взгляд на гиганта, стоявшего в паре шагов позади и сглотнул. Выражение лица культуриста-мажора было лишено всякого подобия сочувствия.

– Не хочешь? Вот и отлично. Тогда держи материал на месте и не ной.

«Решения лучше всё равно ни у кого из нас нет,» – эти слова остались невысказанными, но это и не было надо – за тонкой плёнкой барьера над головами аколитов продолжало разворачиваться такое, что даже охваченный паникой Миклос не готов был предлагать броситься через вихри стали и магических энергий к сияющему маяку

Стентор был необычным жрецом. В других обстоятельствах его класс означал бы фокус на поддержке и вдохновении, но вот беда – бывший бандит не был склонен доверять кому-то кроме себя, а потому не горел желанием оказаться лекарем и усилителем чужих талантов – такие, по его опыту, были первыми кандидатами на забой, когда дела шли не по плану. А по плану в этом идиотской жизни всё не шло примерно с самого начала.

Поэтому мужчина пошёл по куда более странному для жреца пути святого воина. Проблема была в том, что это означало автоматически, что нормального жреца у группы не будет и именно это сейчас и аукнулось.

“Кто же мог знать,” – подумал жрец и тут же отогнал пораженческие настроения. Неважно, кто мог знать, а кто не мог. Важно, что что делать дальше. Переходить к маяку, как бандит для себя называл установленный Хранителем вокруг своих колб купол было… неразумно. После первого удара от десяти человек, которых он сюда привёл и четырёх людей Брэнда осталась лишь пятёрка, да и то в таком состоянии, что ни о каком перемещении через зоны летучей кислоты и прочих магических токсичных зон не стоило и думать. Возможно лучше переждать тут…

К замершему у края барьера бывшему бандиту бесшумно подошёл Биба и кашлянул, привлекая внимание.

– Что такое?

– Я не знаю, сможем ли мы удержать барьер в этом месте, Слон, – глухо произнёс качок, – я достаточно высокое “ощущение энергий” имею, чтобы понимать: эти двое не врут о рисках.

Под «этими двумя» естественно имелись в виду Кевин и Эрис. Биба, хмурый и молчаливый после потери друга-Бобы (прозвища Стентора оказались пророческими), вообще уже никому не доверял, а Сеймор, ещё один боец Стентора, переживший хаос первых минут противостояния Рубры и Хранителя, был вообще довольно поехавшим и кровожадным по отношению к вынужденным союзникам. Что неудивительно – учитывая, сколько их товарищей полегло из-за событий, корнем которых была Эрис. Только Миклос был хоть немного на стороне девушки (в основном конечно из-за того, что именно она его вытащила с того света, ещё там – на поверхности), но и он предпочитал не заступаться лишний раз.

– Ладно, давай послушаем, – сказал Стентор, подходя к центру площадки, где замерла девушка и колдовал над своей астролябией Кевин.

Собственно, чтобы подойти к этому центру от барьер, Стентору пришлось сделать пару шагов всего, но он был уверен, что переговоров с Бибой они не слышали. Слон первым же делом взял заклятье «Полог тишины», делавшее попытки подслушать невозможными. По тому факту, что жрец успел дважды улучшить это заклятье и взять ещё три уровня сверху, можно было судить о том, как именно Стентор предпочитал управлять людьми.

– Ладно, в чём дело?

– Барьер упадёт очень быстро, – ответил Кевин, – я думал, он продержится пару часов, но ошибался – слишком много яда вокруг, и становится больше с каждой минутой. Не хватит… материала для поддержания щита.

Стентор покосился на «материал» – а именно, на изуродованный труп проводницы, который использовали как магическое топливо, наравне с магией самой Эрис.

– И что с того? – ощерился стоявший рядом Сеймор, – У нас ещё живая кукла есть!

Эрис едва заметно вздрогнула от этих слов, а Кевин покрылся потом и в страхе посмотрел на Стентора.

– Да, конечно. А заклятье барьера ты будешь накладывать, Сеймор? Ты перераскинулся в мага, пока мы не видели?

– Нет, но… я не знаю… – то, что атаман вписался за парочку, которая была частью отряда соперника, сбило мужчину с панталыку.

– Вот именно – не знаешь. Потому и не лезь с советами. Кевин, продолжай.

Блондин кивнул и утёр проступивший на лбу пот.

– Нам нужно идти к Барьеру установленному Хранителем. Но для этого придётся усилить заклятье за счёт общей маны, чтобы мы могли отвязать барьер от локации. Слишком уж грубые инструменты, знаю. Но другого выбора нет. Мы либо вольём больше силы в барьер и выиграем время на бегство…

– Либо нам придётся выцарапывать самим себе глаза как Феон, когда барьер упадёт – негромко закончил за Кевина Миклос.

– Ага, а если этой ведьме доверимся – типа не придётся? – Сеймор нашёл более удобную цель для критики.

Они с Миклосом пару секунд сверлили друг друга взглядами, а потом повернулись за поддержкой к Стентору. Но тот не спешил демонстрировать поддержку. Он вообще словно бы не следил за происходящим, погрузившись в свои мысли.

Обычно Слон предпочитал “на хате” поддерживать конкуренцию между группировками “чтобы не расслаблялись”, и в своей новой вотчине лишь убедился в эффективности этого метода, а потому поддерживал подобные конфликты чтобы своей поддержкой удерживать в группе баланс, то сейчас ему пришлось по-настоящему думать, какой путь выбрать.

Вот жрец и думал. А решившись, повернулся к Кевину и спросил:

– Как ты оцениваешь шансы на успех этого действа?

– Не знаю, Стентор. Но… альтернативы нет. Либо создать переносной купол, либо идти к выходу без него, когда этот сгорит.

– С Эрис, или без неё – это будет вопрос нескольких минут разницы, не так ли? – закончил жрец за Кевина и повернулся к спорщику, – Поэтому и смысла спорить нет, Сеймор. Это только на первый взгляд кажется, что у нас есть какой-то выбор, но это не так. Мы либо рискнём. либо сдохнем. Начинайте.

Кевин повернулся к Эрис, положил ладони на агрегат и пробормотал:

– Ну, понеслась…

Некоторое время ничего не происходило, а потом вдруг купол замерцал, в нём образовался прорыв и из него выпал припорошенный снегом человек.

– Что за…

– Стойте! Ваше заклятье увидят – воскликнул гость, вскакивая на ноги.

Стентор прищурился и удивлённо воскликнул:

– Брэнд? Откуда ты здесь?

– Пришёл на ваш маяк. И думаю, не я один им заинтересовался.

Глава 29

– Брэнд, это точно ты? – негромко спросил Кевин.

Стентор признал, что вопрос не был бессмысленным – выглядел рыцарь куда хуже, чем когда они видел его в последний раз. За сколько-то там субъективных минут, прошедших с начала развернувшегося над ними противостояния убермагов, черноволосый парень постарел словно бы пару десятков лет. Кожа высохла, губы потрескались, под глазами – круги как у наркомана.

«Но всё же он как-то прошёл через грязную зону, в то время как мы там едва выжили, торча на одном месте»

– Да, это я. Стентор подтвердит, – воин посмотрел на жреца и бандит кивнул на автомате. Спохватился, помотал головой и сказал:

– Это он, я вижу по ауре. Зачем вернулся? Простым путешествие не было, судя по твоему виду.

– Надо было во-первых вытащить своих, а во-вторых… что-то сделать с тем, что творится там, – костлявый палец указал наверх, где в вышине происходила битва могучих магов, – у меня есть чувство, что если мы не вмешаемся, последствия этой драки будут очень неприятными. Только вот надо бы…

Брэнд закашлялся, на губах выступила кровь. На секунду у Стентора возник в голове заманчивый образ – взять чванливого урода за шкирку и выкинуть из-под купола. Скорее всего, сейчас такой фокус удался бы без проблем…

«К сожалению, он тоже должен был это понимать. А блефовать и врать этот дурак не особо умеет,» – вздохнув, бандит оставил заманчивые мысли на потом и произнёс:

– Иди к Эрис и Кевину, лечилки дадут. Иди, от тебя мало толку будет, если говорить не можешь.

***

Рубра Плага (по крайней мере, здесь он был известен именно под этим именем) был вне себя от гнева. Человек на его месте орал бы от ярости, но Плаге мешало отсутствие голосовых связок и подавленные эмоции – роевая структура его тела не предполагала таких деталей. Впрочем, внутри жужжащего роя алых жуков, ос, мух, стрекоз и прочей живности, части которой даже не было названия в общем языке, всё ещё горела ярость от того, что долго готовившийся и внедрявшийся план, рисковал сорваться в самый последний момент из-за одного прекраснодушного идиота.

Форма роя многоликого была крайне удобной в разведке, но отдельные гнусы были очень уязвимы, а потому внедрение их в пространство Распорядителей заняло очень много времени. Процесс пошёл быстрее, когда Рубра наконец-то смог найти подходящих носителей, которыми можно было управлять и подчинять своей воле. К сожалению, носители эти, а точнее носительницы, во-первых все были на одно лицо, а во-вторых одна из них убила создателя, сбежала и нашла себе спутника жизни, который поклялся сделать всё, чтобы защитить их от влияния Рубры.

Действие этого идиота были Алому Рою непонятны в принципе – для него клон выращенный со вполне конкретными целями, заданным характером и прошлым был лишь инструментом, наподобие молотка. Как можно влюбиться в молоток, Рубра не понимал, но с другой стороны, он давно перестал пытаться осознать людскую мотивацию в некоторых вопросах. Какая-то часть коллективного сознания ещё помнила о том, какого это – быть человеком, но большая часть Роя гнала эти мысли и воспоминания как нерациональную трату энергии.

С другой стороны, сейчас эти воспоминания могли пригодиться. Хранитель, давший ему бой, оказался на удивление хорошо подготовлен. Конечно, сам рой тоже здесь был не в полных силах, но даже так. Возможно, стоит прибегнуть к переговорам?

– Присоединись к нам, – прошелестели крылья жужжащих стрекоз, – Мы даруем силу, которая недоступна простым смертным, даже избранным Богиней.

Хранитель не ответил. Только передёрнулся от отвращения. А вот выстрелившую в его сторону нить невидимого полимера сжёг на подлёте.

– Мы лишь хотим единства всех внутри одного разума. Не будет боли, страданий и разлуки. Бесконечная жизнь в рамках одной великой сущности.

Ещё два щупа-заклятья улетели в сторону облачённого в белую хламиду всклокоченного отшельника. Тот отбил заряды безо всякого труда и токсичные ошмётки, в которые превратились сгорвешие нити, полетели к земле.

– Не путай единство разумов со своим желанием жрать, – это были первые слова, которые Плага услышал за те десятки минут, которые длился бой.

Естественно, он уцепился за них.

– Но ведь это правда. Ты хочешь объединиться со своей возлюбленной – так где же лучше это сделать, чем внутри нашей огромной семьи? Присоединяйся к Рою и твоё сознание будет всегда рядом с ней.

По лицу Хранителя пробежало выражение, которое Плага даже не сразу распознал. В конце концов, то, чем не пользуешься – забываешь, а пожирающий сам себя рой вряд ли мог иметь представление о том, что такое гадливость

– Хватит разговоров, – пробормотал отшельник, вытягивая руку, – Я не для того тебя сюда заманил.

– Действительно – хватит, – ответил рой, но когда с пальцев отшельника сорвалось заклятье, тело Плаги рассыпалось и понеслось вниз.

Туда, где мгновение назад сотни тысяч рецепторов заметили вспышку необычной магии. Той самой, которая позволила Рою воплотиться на этом закрытом острове, вотчине личинок Алчности.

Заклятье отшельника прошло впустую, бессмысленно испарило тысячи специально оставленных позади выводящих жуков, токсичных скарабеев и прочего балласта. Те лопнули, обрушив облака токсинов вниз, на уже залитую ядом землю, на купол, под которым скрывались тела клонов.

В первые секунды, маг даже не понял, что случилось. А потом, как и ожидал Рой, с проклятиями устремился следом за летевшей к земле тучей насекомых. Прямо в расставленную Плагой ловушку.

***

Эрис замерла на коленях, перед грудой мяса с торчавшими из неё металлическими штифтами. Руки шатенки были воздеты к царившему под потолком безумию. Левая, до этого скрытая нарукавником, предстала во всей красе – испещрённая отверстиями, похожими на соты, высохшая и с болезненно блестящей кожей. Именно из этих отверстий шли нити энергии, энергии, оплетали ажурную конструкцию прибора и тот уже генерировал магический барьер над головами выживших.

Но главное, девушка и правда была жива и в сознании. Заметив приближение Брэнда, она повернула голову и медленно произнесла:

– Привет… я держу щит. Я сама вызвалась…

– Неужели? – поднял бровь Брэнд и покосился на её помощника.

Кевин, сидевший рядом с прибором кивнул, подтверждая её слова:

– Ну, в той мере, в которой у нас был выбор. А с тобой-то что? А с Астером?

Брэнд захотел ответить, но вместо этого закашлялся.

Кевин хлопнул себя по лбу, вытащил из Арсенала зелье лечения.

– Извини, я не догадался предложить сразу.

Брэнд принял лекарство, кивком поблагодарил блондина и продолжил уже почти нормальным голосом:

– Спасибо. А то мои банки кончились. Астер жив, восстанавливается. Нас с ним закинуло под купол.

– Купол?

– Да, барьер почти как у вас, его Хранитель поставил над своими колбами с телами. Барьер похож на ваш, только прочнее и не требует… этого – Брэнд кивнул на гору плоти, в которую был воткнута конструкция из стержней и дуг, – Что это такое, кстати?

Кевин замешкался и за него ответила Эрис:

– Это остатки Второй… Так я называю… мою… сестру? Клона? – девушка наклонила голову, и неестественно медленная речь замерла.

– Я догадываюсь, кому в голову пришла столь светлая мысль, – Брэнд посмотрел на бандита.

– Пофиг мне на твой обвиняющий взгляд. Пальчиком в меня ткни ещё. Главное что мы живы, – бандит осёкся, по лицу его пробежала тень – Счёт шёл на секунды, и мне повезло заметить, что девки защищены от воздействия этого ада. Тогда и пришла в голову идея со щитом. Только вот долго он не протянет.

– Да… магия перерабатывает… Плоть, которая была исполнена… для того чтобы… Трансформировать её в энергию было… просто…

– Не думай об этом, – голос Брэнда прозвучал немногим более эмоционально речи девушки, – Это не твоя вина.

– И не на наша тоже, – заметил Стентор резко, но тут же помотал головой и продолжил намного мягче, – Но вышло как вышло. И раз уж все мы здесь все в одной и той же жопе, наслаждаемся одним и тем же ароматом, разговор по душам стоит отложить. Брэнд, я полагаю ты сюда не от большой любви к прогулкам пришёл. Сможешь нас провести к этому твоему куполу на колбах?

Рыцарь облизнул губы, которые под действием эликсира уже начали восстанавливать естественный вид,

– Не уверен, там… – Покосившись на вздрогнувшую Эрис, черноволосый оборвал сам себя, – сложно идти.

Стентор поймал его взгляд кивнул и кивнул на каменные ступени у самой границы барьера.

– Пойдём присядем там, ты сможешь отдышаться, а потом поговорим никому не мешая.

Брэнд кивнул и последовал за жрецом. Когда они дошли до ступеней и присели, Стентор пошевелил пальцами, сотворив заклинание.

– «Полог тишины», так нас не услышат. Хоть по ним и не скажешь, Эрис и мажор твой на взводе, а задача у них и так нервная.

– Спасибо, мне показалось что все на взводе и не хотелось никого разочаровывать, – сухой голос Брэнда несколько контрастировал с его словами, – Я прошёл там, но это было нелегко. Мой покровитель одарил меня «алмазной волей» что сдержало воздействие чуждой магии на мой разум, а это уже в свою очередь позволило использовать внутренние резервы, чтобы защититься энергетическим барьером. И даже с этим даром путь не был лёгким. Я потратил все эликсиры лечения, выжег ману и в результате всё же был вынужден прибегнуть к помощи пространственного перехода. Хоть маяк и видно даже отсюда и кажется, что он недалеко, за пределами защитных куполов отказывают чувства и само пространство ведёт себя… очень странно. Даже у меня были проблемы с нахождением маршрута, а ведь я защищён от ментальных воздействий. Идти же без такой защиты мне кажется неразумным.

– Понятно. Есть другие варианты?

– Да, есть. Мы должны воспользоваться способом, похожим на тот, который привёл нашу четвёрку в покои Хранителя. Пространственный тоннель. Мы изначально использовали созданный Кевином и Эрис инструмент на основе желёз биомехов, но во время боя с одним особо сильным зверем я смог адаптировать идею под своё заклятье перемещения, когда сражался с одним из волков, чтобы заманить врага внутрь пограничной зоны и закрыть проход.

– Я полагаю, есть причина, почему ты не предложил этот способ сразу?

– Да, есть. Во-первых, я не знаю как пограничная зона подействует на кого-то кроме меня. Во-вторых – волк всё ещё там, в каком-то смысле. Я видел его внутри, когда использовал заклятье чтобы добраться досюда.

– Мы встречали биомехов, они довольно живучие, но всё же не бессмертные – ответил Стентор, – Так что если он жив, это как минимум говорит нам, что выжить в твоей «пограничной зоне» можно. И всё же риск велик…

Жрец осёкся, видя как Брэнд поднял голову и взглянул на что-то за пределами барьера. Проследив его взгляд, Стентор усмехнулся.

– Это по наши души? – спросил он, увидев приближающуюся волну магической энергии, которая рисковала смести щит.

– Хуже, эта волна сожжёт щит, поставленный Хранителем. И тогда… я думаю произойдёт что-то очень плохое.

– И что же?

– Этого я не знаю. Я просто чувствую, что баланс между дуэлянтами нарушится, – Брэнд скривился, – сам не хочу говорить загадками, но ничего не поделать. Сам не понимаю, откуда ко мне эти ощущения приходят.

– А откуда мы понимаем, где берём магию? – философски заметил Стентор, – Сколько у нас времени?

– Минута, – ответил Брэнд, не сводя взгляда с приближающихся облаков яда.

– Хорошо.

Жрец поднялся на ноги, повернулся к оставшимся аколитам, снял «полог тишины» и крикнул:

– Планы изменились, мы уходим через коридор Брэнда. Он объяснит, что делать.

– Я открою проход и буду держать его не пройдут те, кто не занят щитом. Последним войду я и Эрис.

– Это почему это? – возмутился Миклос, – хочешь, чтобы мы в том тоннеле сгинули?

Стентор тяжело вздохнул и посмотрев в глаза своему подчинённому ответил:

– Нет, дурак, это потому, что кто-то должен щит держать. Не трать время на идиотские вопросы.