Текст книги "Князь государственной безопасности (СИ)"

Автор книги: Кирилл Поповкин

Соавторы: Кирилл Поповкин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 19 страниц)

Подняв воротник короткой куртки, я шёл вниз по бульвару. Солнце уже зашло, но фонари не спешили включаться. Впрочем, для моих целей так даже лучше. У стены галдела шумная компания: шипастые куртки, яркие волосы, воняют алкоголем. Эти ребята настолько старательно изображают уличную лихость, что к бандам скорее всего отношения не имеют. И всё же откуда-то начинать надо. Добавив походке некоторой развязности, я прибавил шагу.

Вскоре меня заметили, разговор стал громче. Когда же я проходил мимо, от стены отделился долговязый парень лет двадцати. На лице пересекая глаз – татуировка в восточном стиле, рука с накрашенными чёрным ногтями подбрасывает раскладной ножик.

– Месье заблудился? – на нарочито ломанном французском спросил парень, перегородив мне дорогу, – Может мы помочь?

– Нет, без тебя справлюсь, – бросил я, – Ты даже язык коверкаешь.

– Это квартал Алых Драконов, – другой пацан с чуть более желтоватой кожей и лицом, которое можно было принять за азиатское, встал рядом с заводилой, – Мы здесь говорим как хотим. А ты на нашей земле. Чего надо?

– Чтобы вы с дороги ушли, – вскинул я подбородок, – По-хорошему. Мне не до вас.

Заводилу эти слова рассмешили, повернувшись к друзьям он развёл руки и картинно заявил:

– Вы слышали, аники? Гайдзин просит по-хорошему, а? Что скажете?

Он начал медленно поворачиваться ко мне и вдруг выбросил вперёд пустой кулак. Я повернулся, пропустив не ожидавшего этого пацана мимо себя и придал ему импульс под колени, отчего заводила полетел на асфальт. Остальную шпану конечно проняло. Сверкнули ножи, выскользнули дубинки и через мгновение вокруг меня уже стояла готова к бою пятёрка разгорячённых алкоголем и предвкушающим веселье парней.

– Это ты зря, уродец. Мог просто кошелёк отдать, а сейчас уже так легко не отделаешься, – прошипел азиат.

Я тяжело вздохнул и пожал плечами:

– Да, мне такое часто говорят.

Первый удар я нанёс ещё до того, как азиат успел обдумать мой ответ. Некрасиво, но их всё же пятеро, а уличные драки – вещь непредсказуемая. Первым делом я вогнал локоть в нос долговязому парню, вздумавшему обойти меня сзади. Скользнул вправо, уходя от удара битой другого – крепкого пацана с реденькой бородкой. Бита хрястнула об асфальт, и я вогнал согнутые «кошачьей лапой» пальцы в горло неудавшейся звезде лапты, заставив его повалиться на землю с хрипом.

Остальные бросились на меня все сразу и всё как-то смешалось. Парни бросились вперёд, видимо собираясь схватить меня за руки и дать боссу возможность наделать мне дырок в животе, но мои планы были совсем иными. Я позволил одному схватить меня за руку и в награду за это, впечатал каблук ему в голень. Когда он попытался убрать ногу, я перехватил ладонь, которой он цапнул мой рукав и прикрылся его телом от ножа азиата, а потом толкнул его на замешкавшегося парня.

В это время зашедший сбоку последний член шайки впечатал кулак мне в бок. Я был готов к этому – у парня не было оружия, поэтому я и занялся другим, но всё равно удар оказался неприятен. Парень явно не просто так предпочитал экономить на железе. Подняв руки, он застыл в боксёрской стойке. Мило. Подняв руки, я увернулся от пары джебов, принял на левый бицепс классическую «двойку», а потом вогнал костяшки пальцев правой боксёру в солнечное сплетение. Спортсмен посинел, пошатнулся, но устоял на ногах.

– Неплохая выносливость, – заметил я, обошёл парня сбоку и прицелившись вогнал кулак ему в ухо. На этот раз он упал как срубленной дерево.

Я осмотрел поле боя. Вроде ни у кого серьёзных ран нет, но в сознании только…

– А, вот ты мне и нужен, – я выдернул азиата из-под тела товарища, вывернул ему руку и заявил, – А теперь веди меня к старшему.

– Пошёл ты! Знаешь, что он со мной сделает? – прошипел полузадушенный азиат.

– Как ни странно – знаю даже лучше тебя. Но твоя проблема в том, что я ничуть не добрее, зато намного ближе. И с фантазией у меня тоже всё в порядке. Пошёл!

Глава 6

Идти пришлось не так чтобы далеко, но маятно. Дважды малолетний бандит пытался завести меня в места скопления своих дружков, но оба раза волнение выдавало азиата с головой и мне приходилось напутствовать идиота пинками. В третий раз, когда он попытался провернуть такой фокус, я плюнул и прошипел ему в ухо, используя псио:

– Мне начинает это надоедать. Веди меня куда я сказал, иначе… – что именно «иначе» я не развернул, но ментального толчка хватило, чтобы малолетний бандит додумал грядущие Египетские казни самостоятельно, ужаснулся и прекратил попытки меня обмануть.

Район, в которой мы углублялись, был не из приятных. Конечно, совсем уж мерзких мест, куда и жандармы опасаются соваться, в Париже, наверное, не было (всё-таки даже связанная тысячей договорённостей с нынешней элитой, служба Алисы не допускала слишком наглого разгула бандитизма), но местечко, где мы оказались, на мой взгляд было худшим из виденных мной в этом новом Париже. Унылые однотипные дома, фонари, освещавшие лишь центральные улицы, мёртвые коробки дворов, с которых иногда доносилась резкая музыка из числа той, которую любили слушать парни схожие взглядами с подрастерявшим весь гонор представителем Алых Драконов, который уныло брёл на шаг впереди меня. Вывески магазинов не горели, а сами маленькие заведения, мимо которых мы шли, встречали меня тёмными окнами забранными антивандальными решётками, несмотря на не такое уж и позднее время.

Наконец азиат привёл меня к железным воротам, перегораживающим вход в один из дворов, и кивнул на кованую решётку.

– Там.

– Ну так иди вперёд.

– Не могу. Мне… нельзя, – процедил парень, изо всех сил сопротивляясь давлению псио.

Я иронично поднял бровь и хмыкнул:

– Меня задирать тебе тоже было «нельзя», но ты не видел с этим проблем.

– Там законы жандармские, а тут людские.

Вообще парень использовал жаргонное выражение, корнями уходившее ещё во времена Революций, которое являлось прямым аналогом любимого каторжниками покинутой мной Империи заявления о «законах людских и законах ментовских». Последние, само собой, соблюдать было не особо почётно в среде закоренелых бандитов.

– Ну, я не жандарм, так что всё в порядке. Пошёл, – я толкнул азиата в спину.

Малолетний бандит выругался сквозь зубы, но сопротивляться моей воле не мог.

Надо сказать, двор в который мы зашли был куда чище тех многих, которые мы миновали. Никаких рисунков на стенах и мусора под ногами. Двери подъездов тоже ничем подозрительным не измазаны. Видимо, даже бандиты понимают, что лучше не срать там, где живёшь.

Бандит, впрочем, не пошёл к подъездам, вместо этого он направился к небольшой двери в задней части здания, смотревшего на бульвар. Поднялся по ступенькам и замялся на секунду, по подбодренный моим тычком, постучал по выкрашенному чёрной краской металлу. За дверью раздались шаги и хриплый голос спросил на японском:

– Частное владение. Кто это? Что вы хотите?

«Не забывай, что я знаю язык, так что без глупостей и может быть уйдёшь живым,» – прошептал я своему провожатому на ухо и шагнул в сторону.

Парень сглотнул и дрожащим голосом ответил привратнику:

– Дайске Волхан, нужно поговорить с босс, – японский его и правда был не очень.

За дверью раздался короткий смешок, и затем смотровая щель открылась, оценивающий взгляд изучил парня и уже другой голос заявил:

– Ты дверью не ошибся, дурак? Куда лезешь?

– Я… должен сказать… важный новость, – от волнения голос парня задрожал, а произношение стало ещё хуже, – Это есть важно очень.

Привратники перекинулись, а затем первый голос произнёс:

– Ну, твоя шея на кону, таракан. Заходи.

Загремел засов и дверь открылась внутрь. В проёме показался крупный мускулистый мужчина в тельнике без рукавов. Мощные плечи покрыты вязью татуировок.

– Ну? Чего застыл? – прогрохотал бандит гулким басом.

Дайске (наконец узнал, как его зовут) не успел ответить, ведь из-за его спины выступил я и улыбнувшись, сказал:

– Конничива.

После чего толкнул малолетку прямо на бугая. Дайске вскрикнул, вынужденно вцепившись в тельник татуированного, а сила толчка была достаточной чтобы здоровяк вынужден был сделать пару шагов назад.

– Ах ты щенок! – заревел второй голос и слева выскочил второй бандит. Судя по короткоствольному ружью без приклада, судьба Дайске ожидала незавидная.

Я перехватил оружие за цевье прежде, чем бандит успел осознать новую угрозу и толкнул ствол вверх, одновременно впечатывая металл в подбородок второго привратника и выворачивая оружие из рук. Может быть, бандит и удержал бы его, но на правой руке не хватало фаланги мизинца и безымянного пальца, так что хват был не очень крепкий. Бандит выругался, скорее растерянно, и потянулся к поясу, ещё не до конца понимая, что случилось, так что я перехватил ружьё второй рукой и ударил дезориентированного бандита задней стороной короба. Вот что за мода – спиливать приклады?

На этот раз привратник упал оглушённый и я повернулся к татуированному. Тот уже успел отцепить от себя Дайске и выхватить из-за пояса пистолет.

– Тебе конец, ублюдок, – заявил он, поднимая оружие.

Я же сказал на японском, вложив в голос изрядную долю псио:

– Приставь ствол к виску. Затем замри.

Бандит хрюкнул, его лицо перекосилось, но он вынужден был подчиниться. Я выбросил ружьё за стоявший в углу небольшой проходной стол, подошёл к бандиту, вытащил из-за его пояса нож-танто и посмотрел на Дайске.

– Смотри и запоминай что бывает, когда я серьёзен, – с этими словами я обнажил клинок и плавно, почти нежно провёл лезвием по шее бандита. Кровь ручьём полилась на белый тельник, пистолет задрожал в слабеющей руке, и я поспешил вынуть оружие из пальцев. Надо сказать – мужик был крепкий, он смог простоять ещё почти полминуты, прежде чем сердце остановилось, и он осел на пол.

Я подошёл ко второму бандиту, который вс ещё валялся на полу, и погрузил клинок танто ему в сердце, повернул и выдернул, завершая и эту криминальную карьеру.

– Вставай и пошли дальше, – бросил я побелевшему Дайске.

Тот моргнул и дёрнулся к двери, я поймал его за плечо:

– И куда ты собрался?

– Закрыть. Увидят же. Тут в доме напротив все жильцы из членов семьи.

– Пускай видят. Поймут, что я серьёзен. Пойдёшь впереди, и без глупостей, а не то, как ты понимаешь мне даже это, – я поднял пистолет, – не понадобится.

Дайске кивнул и направился к двери внутрь здания. Я же посмотрел на коротконосый пистолет в руке. Металлическая рамка, ребристая рукоять, кнопка сброса магазина под большим пальцем, сам магазин – однорядный, на восемь патронов плюс один в стволе. Изящная игрушка, в руке лежит легко, предохранитель судя по всему – полувзводом курка. Вообще я обычно не использовал огнестрел, но пистоль после коротких раздумий решил оставить. Он мог пригодиться.

Сунув оружие в карман, я кивнул парню на дверь: открывай, мол. Тот открыл и вошёл внутрь, я прошёл следом, бросив короткий взгляд на распахнутую дверь проходной. Кровь попала на перила и ступени, да и дверь забрызгала. Если кто-то заглянет внутрь, ему не составит труда понять, что случилось.

«И хорошо», – подумал я, прикрывая за собой внутреннюю дверь

Вслед за Дайске я прошёл по короткому коридору до двух дверей. Азиат уверенно подошёл к той, что была не в торце коридора, а в левой стене. Я вопросительно поднял бровь.

– Прямо – магазин, он закрыт сейчас, – хмуро заметил парень, – а вот слева спуск в подвал, там оябун в карты играть любит.

– Надо же, целый оябун, – с улыбкой заметил я, – Играет в подвале в карты со своими парнями.

– Ну да, а что такого? – захлопал глазами мелкий

– То, что тебя это не удивляет, говорит мне, босота, что о порядках островитян ты знаешь даже меньше, чем я думал. Правда я не понимаю, почему ты так боялся сюда идти, если явно тут не раз бывал и знаешь, что и когда босс твой любит делать.

– Я знаю, что его в такие моменты лучше не беспокоить, – хмуро заметил Дайске, – Именно потому, что видел, что он делает с теми, кто навещает его в такое время.

– Допустим, допустим.

Спуск по короткой лестнице занял чуть больше времени чем я думал – приходилось контролировать, чтобы Дайске не выкинул глупость, но тот видимо решил, что после случившегося наверху, ему теперь только одна дорога, и потому смирился.

«Парень смышлёнее, чем я думал».

Ещё один короткий коридор и перед нами очередная дверь. Я приложил ухо к доске и услышал голоса, говорившие на японском:

– Если выложишь второй шан, то твой долг прощён, – уверенный тембр, почти незаметный акцент. Думаю, только один человек мог бы так говорить в этом здании, – Давай, Юсуке, шанс – один к двум.

– Но я не… – тихий и нервный голос, неуверенная речь.

– Давай так – если ты выиграешь, то списываешь долги, а если проиграешь, то делаешь для меня ту работу и я не трогаю твою семью. Ты же хороший парень, заботишься о подружке, о матери, зачем им проблемы?

– Господин Канеда, у вас ведь никто не выигрывал.

– Ну вот и будешь первым! – расхохотался главарь.

Я решительно распахнул дверь.

– Или не будет, – заявил я, окинув взглядом комнату, – хозяин ведь не играет по правилам.

Четверо сидели за столом для маджонга, стоявшим в центре комнаты, ещё двое занимали стулья в углах и сейчас вскочили на ноги. Из сидевших один был в светлой рубахе и штанах. Он выглядел точь-в-точь как японец, которого мы положили на площади. Ещё двое походили на братков – молчаливые, в строгих костюмах с чёрными галстуками. А вот четвёртый, который занял игровое место напротив бледного японца – четвёртый был интересен. Во-первых, он единственный из сидевших не был чистокровным японцем, и выдавали его даже не европейские черты лица и голубые глаза, а ярко-рыжие волнистые волосы, заплетённые в хвост на затылке. Впрочем, за исключением этой детали, выглядел мужчина именно так, как я привык наблюдать боссов якудза ещё в своём мире: яркая рубашка монотонного красного колера, светлый костюм, золотая цепь на шее, браслеты на запястьях и кольца на пальцах. Но главное – никакой суеты во взгляде и движениях. Если телохранители (а это несомненно были именно они) отодвинулись от стола и сунули руки под пиджаки, а несчастный лошок-японец весь сжался за своим столом, то Канеда даже не дёрнулся. Поднял руку, заставив остальных бандитов замереть и улыбнулся мне.

– Почему ты решил, дорогой гость, что я не играю честно?

– Потому что тебе нужно ещё мясо, которое ты хочешь в меня кинуть, – ответил я на улыбку, – А такие как ты не склонны играть честно, когда хотят чего-то достичь. Они живут по своим законам, не так ли?

Канеда рассмеялся моим словам как хорошей шутке:

– Ты входишь в мой дом, незнакомец, утверждаешь, что я обманываю своих клиентов чтобы напасть на тебя? Интересно. Настолько интересно, что я даже выслушаю причины для таких заявлений.

Лёгким движением руки он приказал своим людям занять места и пригласил меня подойти. Хороший ход, надо признать, ведь теперь я как бы выполнял его волю. Эх, бандиты-бандиты, вот как не назовут себя, какой код не придумают, какие татуировки не изобретут, а всё равно всё сводят к дешёвым понтам и игре на публику.

«Сказал играющий на публику из этой самой босоты князь. Для дела, конечно, но всё же…» – самоиронично подумал я и сделал пару шагов к столу, окинул взглядом доску и заявил:

– Причин у меня несколько: во-первых, точно такой же несчастный, как и этот вот, – я кивнул на жертву, – только этим утром превратился в демона на площади Бастилии. Поскольку задачу он не выполнил, тебе, Канеда, понадобился другой дурак. Во-вторых, ни один уважающий себя глава клана не позволил бы такому как ты называть себя «оябун», полукровка-сан, – на этих словах Канеда дёрнулся как от удара, и я этим воспользовался, шагнув вперёд и хлопнув ладонью по столу, после чего кивнул на камни опрокинутой «руки» главаря – Ну и в третьих, насколько я знаю, в наборе должно быть в три раза меньше вот этих костяшек.

– Ну, я развлекал тебя достаточно, гайдзин, – теперь изволь представиться и сообщить, какого демона тебе здесь надо и как ты вообще сюда попал. А потом мы научим тебя манерам.

Мои губы изогнулись в ухмылке. Я сунул руки в карманы, отчего куртка распахнулась.

– Не говори мне, что не помнишь тех, кого пытался убить, «оябун». Не далее, как восемь часов назад ты натравил на меня демона, из-за которого мне пришлось избавляться от местной охранки, напяливать на себя эти плебейские шмотки и тратить время на поиски того, кому я понадобился на этот раз. И честно говоря, видя тебя и такие дешёвые разводы, я не впечатлён. Так что я спрошу ещё раз, Канеда-сан. Вежливо. Почему ты пытался меня убить и кто тебе за это заплатил?

– А, я понял, ты дурак. Вбил себе что-то в голову и теперь перекладываешь проблемы на меня, – главарь покачал в воздухе ладонью, – Успокойся, никто тебя убить не пытался. Но вот как тебя сюда пустили парни на входе, это действительно интересно.

– Я сам себя сюда пустил, перешагнув через их трупы, – я откинул полу куртки, продемонстрировав заткнутый за ремень танто, – Узнаёшь?

– Догза! Ах ты… В расход его!

Телохранители повскакивали со своих мест, сунули руки под мышки, но тут же застыли, остановленные моим псио-приказом:

– Замерли!

Телохранители не двигались, лишь бешено вращали глазами. Канеда зашипел, ему досталась ослабленная версия команды.

– Кто… ты… такой…

– Я – князь Святослав Ростиславович Вронский. А в присутствии благородных такому отребью как вы полагается вставать на колено.

Пистолет рявкнул восемь раз, превращая карман моей куртки в опалённые обрывки. Телохранители с криками рухнули на пол. У каждого было прострелено колено и плечо правой руки. То, что я не любил огнестрел не означало, что я не мог с ним обращаться.

Вытащив руку с пистолетом из кармана, я прижал раскалённый ствол ко лбу оябуна.

– Спрашиваю ещё раз, и этот раз будет последним. Кто заказал мою смерть такому отребью как ты?

– Никто, – бандит зашипел, когда раскалённый ствол вынудил его кожу задымиться, – Я вообще про тебя не знаю, придурок!

– О, значит ты хочешь, чтобы я поверил, что твой карманный дурачок оказался на площади одновременно со мной случайно? И так же случайно на меня напал? Ври да не завирайся.

– Это правда! Целью был просто обычный теракт, паника!

– Вот как? Чьей же целью? Не говори, что твоей – ты не маг, не владеешь истоком. Ты всего лишь пешка в кричащем костюме. Кто за тобой стоит? Кто желал моей смерти?

– Не знаю! Мы вообще не знали, что ты там будешь, думаешь нам самим нужны, были проблемы с магом-аристократом? План был простой – наделать трупов, продемонстрировав слабость КГБ. Если бы в процессе положили ещё пяток легавых или белобрысую ведьму из охранки – тем лучше. Но про тебя никто не знал, клянусь! Мы и сами не хотели влезать, но Кентаро-сан из Адзума-гуми настоял на том, что это необходимо сделать.

– В якудза нет аристократов, а потому нет и магов. Кто даровал тому дураку способность обращаться?

– Не знаю имени, его привёл Кентаро-сан. Невысокий, плотный, лицо скрыто маской лиса.

– Очень полезная характеристика – искать человека в маске лиса, – фыркнул я.

– Я ничего не могу поделать – он не назвал имени. Но в одном я уверен – он был шинсенгуми. Я видел его меч, а на нём – знак сёгуна Аризоны. Это не ложь, клянусь.

«Ари-сонне но тамени! Во имя Аризоны, так вот про что лопотал тот парень» – понял я. Интересно у Японии дела в этом мире обстоят, конечно.

– Что ж, я верю тебе. Как мне найти этого Кентаро?

– Он убьёт меня если я скажу!

Я пожал плечами:

– А я убью тебя если не скажешь. Хватит валять дурака.

Канеда закусил губу и прошипел:

– Бордель на набережной Гран Огюстен, Кентаро Муракай – владелец. Спроси его.

– Спрошу, – кивнул я.

– Теперь ты меня отпустишь?

– Нет, – сообщил я и нажал на спуск.

Мозги Канеды забрызгали безвкусную мозаику на стене, и я повернулся к несостоявшемуся камикадзе:

– Закрой уши.

Тот поспешно сделал как я сказал – это не требовалось мне для исключения его из псио, но зачем раскрывать карты? Посмотрев на валявшихся на полу телохранителей, я приказал:

– Вытащите то, за чем тянулись

Мужчины, неловко корячась и стоная от боли сунули левые руки за пазухи и извлекли на свет разномастные пистолеты.

– Приставьте стволы к вискам и сдавите спусковые крючки.

Прогремело ещё четыре выстрела, после которых мозаика на стене приобрела совсем уж фантасмагоричный вид. Я повернулся к двери, снял псио с застывшего у стены Дайске и сказал:

– Отведи этого парня домой, и чтобы волос с его головы не упал. Тебе ясно?

– Да, – прохрипел тот, – Сделаю.

– Хорошо. Но учти, если ты меня обманешь…

– Не обману, – пацан замотал головой так яростно, что я испугался, как бы не оторвалась. – Я уже понял, как вы поступаете с теми, кто вам лжёт.

– Вот и умница. Надеюсь, выход найдёте сами, – сообщил я и покинул игорный зал