Текст книги "Шеф-повар придорожной таверны II (СИ)"

Автор книги: Кирилл Коваль

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 15 страниц)

Глава одиннадцатая
Новые идеи

Едва часть лиеров и дружинников уехали, мы с Яником перетаскали мебель, унеся кровать из комнаты Ивера и занеся туда письменный стол и все стулья. Часть вещей Ивер унёс сам, часть просто закинул в огромный сундук у стены, а оружие, развешанное на стенах, и вовсе оставил. Как выразился, оно и лиеру для декорации не помешает. В общем, уже после обеда лиер Асел переехал в свой новый кабинет и сразу сел за документы. С ним остался один из слуг, который всё время что-то чертил и высчитывал.

Так они там и просидели, лишь выходили пообедать да в туалет пару раз. День на фоне утра вообще прошёл скучно, начал накрапывать мелкий дождик, отчего часть путников ускорились и весь день тянулись небольшими группками, отчего мы безвылазно до самого вечера провели за работой.

А вот на следующий день на небе не оказалось ни единого облачка, и Маша с утра настроилась идти купаться. Едва мы закончили кормить гостей завтраком, как сразу же отослали Млата собрать остальных наших. Кавнат, смотрю, оценил заработок сына и отправлял младшего к нам работать каждое утро и вечер, и только днём привлекал к семейному мастерству.

Я подготовил удочки и, зайдя за сумкой с обедом, увидел уже собранного лиера Асела и Машу, которая ему выдавала горшочки и листочки с бумагой.

– … тут компот с травами, деду такой бабушка готовила. Его надо сегодня выпить, завтра он перейдёт на сторону зла. Тут тефтели на пару. За раз больше одной не есть. Тоже только на сегодня. День жаркий, до завтра не доживут. Тут и тут каши, вот на листочке рецепт, нужно залить водой и дальше всё написано. Я там насыпала столько, сколько надо.

– А тут что? – принюхался Асел к переданной ему последней корзинке.

– А это вам нельзя! Это Оск попросил, на обед для ваших воинов. По гамбургеру и сэндвичу. Нужно чтобы съели в обед, на вечер не оставляли! Там майонез, он долго на жаре не проживёт.

– Тоже перейдёт на сторону зла? – посмеялся лиер, дав понять, что оценил юмор.

– Хуже. От травок пронесёт просто, а от испортившегося майонеза можно ждать чего угодно.

– Так зачем его добавлять, если он такой опасный?

– Потому что вкусный! Если всё делать правильно, то нет никакого риска. По сути он и до вечера доживёт, но я бы поостереглась.

– Ладно, ладно, понял тебя. А когда я смогу твои сэндвичи попробовать?

– Ну, учитывая, что вас не тошнило вчера ни разу, то дней через пятнадцать можно, при соблюдении диеты. Так! Никакого вина!!! Понятно?!!

– Тихо, девочка, тихо! Понял я, что ты по пять раз за день повторяешь! Просто губы вчера намочил. Ты так иной раз как моя тетушка говоришь, я аж забываю, сколько тебе лет. Тебе же всего четырнадцать?

– Будет через… э-э… Блин! Сбилась со счёту. Тут некоторые дни как «день сурка». Ну, в общем, примерно дней через двадцать. Надо записывать.

– Ладно, с меня подарок. Та-ак… Орк, всё, по коням, выезжаем.

Лиер вышел, а Маша продолжила стоять в задумчивости. Я подошёл, коснулся плеча.

– Ты считаешь, сколько тут живёшь? У папы есть ежедневные записи, он записывал твой приезд, могу поискать.

– А? Что? Да зачем? Я тут задумалась, а почему бы нам не внедрить фастфуд?

– Э-э?

– Смотри, у нас охват одного клиента вечером и утром, а мы можем ещё и обед у него захватить, что повысит доходность с одного покупателя на тридцать процентов! Понял?

– Почти, – честно признался я, потому как она опять лихо смешала наши слова со своими, причём делает это с такой легкостью, что это я себя каким-то глупым считаю.

– Не суть! Поговорю сегодня с Лаурой, нужно будет много булочек! Мы завтра обкатаем схему! Ты всё собрал? Готов выходить? Тогда вот эту корзинку бери, я там поесть на всех собрала.

Увесистая корзинка! Ладно, главное до деревни донести, а там друзьям спихну.

Ребята нас уже ждали у деревни, увидели корзину, покидали в неё свой нехитрый перекус, и Овер с Гересом, взяв её с двух сторон, пошли в сторону речки.

– Ну ладно, у вас нет рюкзаков, но почему до горбовиков не додумались? – задумчиво протянула Маша через пару сотен шагов, глядя на пытающихся идти в ногу ребят. – И ведь все мучаются с мешками через спину, с корзинками, с сумками через плечо…

– Ну, если сумку сделать, как у тебя за спину, она наполнится и будет в поясницу давить, – пояснил я вроде понятные вещи, но потом сообразил: – Хотя у тебя сумка по всей спине лежит, вот про что ты! Но у нас никто не умеет делать волшебных вещей.

– А отсюда далеко до того дома, где дед корзины плетёт?

– Надо обратно вернуться немного, а потом можно через огород Рии пройти, у неё собак нет, почти к его дому выйдем. А зачем он?

– Ща! Парни! Вы потихоньку идите, мы вас догоним. – И, повернувшись от удивлённых ребят, скомандовала: – Веди к нему! Я вспомнила про одну классную штуку, и одну только что придумала. Сразу обоим и расскажу! А как там дедушку зовут?

Дед Гар по обыкновению сидел на скамейке перед домом, с ворохом коры и прутьев, и обманчиво не спеша собирал корзинки. Увидев нас, он сперва недоумённо уставился, потом стукнул себя по лбу и сходу покаялся.

– Забыл я про вас! Готовы ваши корзины, да забываю внуку сказать, чтобы отнёс! Голова совсем не та…

– Да и не страшно! Здравствуйте, дедушка Гар! У меня к вам деловое предложение!

– А ну давай, послухаю, – скинув всё со скамейки, подвинулся дед, предлагая нам сесть рядом.

– Сейчас-сейчас, – пробормотала Маша, доставая свой альбом и карандаш, и пристроилась на лавочку.

– Вот такая штука, у меня у деда такой был, он его горбовиком называл. – Девочка нарисовала высокую продолговатую корзину, причём один край у неё был прямым, к нему крепились две лямки, так же, как у неё на волшебной сумке. А, и ещё крышка.

– Мудрено рисуешь, – то ли похвалил, то ли посетовал дед, отодвигая рисунок на всю длину руки и щурясь. – А для чего сие? Какой размер?

– Мне по пояс… нет, это у деда такой был, нам покороче, вот так. – Девочка показала до середины бедра. – В него грибы собирать удобно, вещи на расстояния носить.

– Ага-ага… Понял, да тут делов-то на час! Две медяшки возьму. Только лямки-то эти с коры натирать будут.

– А лямки не надо, их из брезента дед делал или из ремней старых… Блин, опять кожемяку просить надо будет.

– А что его просить? – удивил меня дед (похоже, он и не знает о наших разногласиях). – Скажите, он и сделает, вроде от доброй работы не отказывался…

– Да, там долго рассказывать. Тогда на обратном пути заберём? А вот такие ещё корзинки сможете?

Тут девочка рисовала чуть дольше, придумывая на ходу. Маленькая, с две моих ладони, квадратная корзинка и такая же крышка для неё.

– А это под шо? – опять принялся двигать рисунок вперёд-назад, пытаясь найти удобное для зрения расстояние.

– Под фастфуд. Нужно очень много таких. – Потом Маша увидела недоумение Гара и пояснила: – Под еду, для переноски, чтобы не помять.

– А пошто квадратные-то? Круглых я тебе десяток за час сделаю, за медяшку, а квадратных, дай Старые Боги, четыре штуки.

– Э-э… Ну да… – смутилась девочка. – Никакой разницы. Сила привычки!

– Тоже заберёте на обратном пути?

– Да, то есть нет… Деда, а давай я тебе ничего не буду платить за футбоксы, ну за маленькие корзинки, а ты будешь хорошие деньги получать, – сказала какую-то бессмыслицу Маша и лукаво уставилась, ожидая реакцию.

Которая не заставила себя ждать. Гар задумался, собрал все морщины со лба к носу и недоумённо уставился на девочку.

– Шото я тебя не разумел. Али не так услышал? Но вроде пока только глаза подводить стали… Как ты сказала?

– Я предлагаю вам у нас, возле таверны, сесть. Пусть внук вам туда материалы и носит. Будете делать мне маленькие корзинки, а по заказу наших клиентов – горбовики. И продавать их по десять медяков. Только лямки надо придумать. Можно из ткани, сложить вчетверо и прошить.

– Ха! Скажешь тоже! По десять! Да кто ж их брать-то будет.

– Дед, вы удивитесь. Соглашайтесь! Что теряете-то?

– Хм, ну попробовать-то и можно, коли зовёшь, да ноги у меня не те, чтобы до таверны шагать. Аккурат вот сил хватает до нужника дойти да до кухни.

– А нам Сарс каждый день телегу с припасами отправляет, – тут же нашёлся я, догадавшись, что хочет Маша. – С ними и доезжать, я сейчас Гереса и предупрежу. А вечером найдём, как домой отправить.

– Ну коли так, попробую. Не заработаю, так хоть на людей посмотрю, а то за пять лет на нашей улице уже все морды до кажной бородавки выучил. Шли завтра свою телегу! Тряхну стариной!

Договорившись, мы бросились догонять друзей лёгким бегом. Маша на ходу пояснила.

– Сервис! Или даже визитная карточка. Сложим гамбургеры в такую корзинку, и у человека будет приятно, что о нём позаботились, и еда будет презентабельной через несколько часов пути, и корзинка останется, где и в дальнейшем сможет еду хранить!

– Я догадался, – улыбнулся я. – Видел, что ты для дружинников не котомку фастфуд положила, а корзинку выделила. А рабочие такими большими корзинками брать не будут.

– Ты погоди, за них не говори! Вдруг так понравится, как раз большими корзинками и будут брать!

– Да я только за. А куда наши делись? Уже должны были догнать?

– Может, спрятались? Чтобы напугать?

– Ну, на них похоже. Тут кусты редкие, а вон там, где деревья, могут засаду сделать…

И точно, не дойдя до деревьев шагов пятьдесят, я успел увидеть, как отогнутая ветка вернулась на место. Ну я вам сейчас…

Мы прошли ещё шагов тридцать, я шепнул Маше, что засёк их и чтобы она не пугалась.

– Ой, Маш, стой! – я показал пальцем в сторону леса, аккурат за местом засады друзей. – Это что, оборотни идут⁈ Прямо к нам?

– Да блин! – завопил тонкий голос из кустов, и оттуда вылетел Млат и бросился бежать, на ходу огибая нас, согнувшихся от хохота.

– Млат, стой! – проорал Овер, вставая и выходя из кустов. – Они нас обманули! Вес нас просто заметил!

Мальчишка отбежал ещё шагов двадцать, прежде чем оглянулся и остановился, а потом пошёл пунцовый к нам неторопливым шагом.

– Вес, нельзя оборотней поминать в лесу, – непривычно строго высказал мне сын охотника. – Услышат и придут!

– Приходили, нормально поговорили, вполне адекватные мужики, – поправив нож, с улыбкой ответил я. – Будем стоять или идём?

– Ну а хорошо же мы спрятались? Как ты нас заметил?

– Я вообще не заметила, – тут же поделилась Маша, отсмеявшись. – Вес как-то понял.

– Понял, что уже должны вас нагнать, а вас нет, значит, спрятались, а тут кроме как в этих кустах и негде, чтобы нас издалека видеть.

Овер тут же начал рассказывать, как он замаскировал Гереса и Млата, как прятался сам и как случайно выпустил ветку вместо того, чтобы плавно вернуть её на место, когда смотрел, идём ли мы.

– Ой, там кто-то купается уже! – расстроенно пробормотал Млат. – Похоже на Криса, с какой-то девкой, тоже голые купаются.

– Крис – это сын мельника, ему пятнадцать, почти шестнадцать, – пояснил я для Маши, останавливая других на выходе из леса, давая парочке время одеть исподнее. – Отец сильно вложился в его образование, так что он умён, но из-за этого стал заносчивым, просто ужас. Считает себя лучше других.

– Драться будет? – сразу уточнила льера, оценивающе осматривая рослую фигуру мельника.

– Нет, мы не враждуем, – вместо меня ответил Овер и добавил: – Но твой настрой мне нравится. Хотя довольным он точно не будет, мы им та-акое уединение обломали.

– Ну так и шли бы куда в другое место, – пробурчал Герес, недолюбливающий мельника за то, что им приходилось постоянно платить, как он считал, слишком большие деньги за то, что делает ветер.

– Да ладно, – беззаботно пропела Маша, выбегая вперёд. – Места всем хватит. Вес, ты там за камнями, проверишь, нет ли змей?

Пока льера переодевалась, Крис и девушка полностью оделись и быстро ушли, причём Крис несколько раз недовольно оглядывался, а девушка была аж пунцовая. Как Маша стесняется быть обнажённой? И как она в баню ходит?

– Да, похоже, мы их на самом интересном прервали, – хохотнул Овер и, разбежавшись, прыгнул сперва на камень у самой воды, а потом в воду.

– О! Так тоже хочу-у! – пропела Маша и было побежала, но потом всё же уточнила: – Там же глубоко?

– Вот как Овер прыгай, – подсказал ей Герес. – Главное, влево не уйди, там ещё камни есть…

Маша так и сделала. Разбежалась, прыгнула и как стрела помчалась на другой берег. Вообще без шансов догнать, я в воду-то только заходить начал.

Мы проводили взглядом удаляющуюся фигурку Маши, которая уже через пару десятков гребков была на середине пруда и даже не думала останавливаться.

– Ну и как нам за ней угнаться? – обречённо спросил Млат, стоя по колено в воде и почесывая мокрый живот.

– Никак, – вздохнул я. – Она нас в воде сделает, даже не вспотев.

Овер окатил нас брызгами и рванул вперёд, на ту сторону. Я последовал его примеру, пытаясь вспомнить всё, чему меня прошлый раз учила Маша. Получалось плохо на её фоне, но всё же лучше, чем когда я плавал по-своему.

Маша тем временем уже доплыла до противоположного берега, развернулась и, сидя на мелководье, махала нам рукой.

– Давай быстрее! – донеслось до нас сквозь плеск воды. – Тут мелко, можно стоять!

– Легко ей говорить, – пропыхтел Овер, когда я поравнялся с ним. – У неё, похоже, точно жабры есть.

Доплыли мы до того берега, когда Маша уже успела обследовать берег и теперь сидела на большом плоском камне, болтая ногами в воде и наблюдая за огромной улиткой, которую она положила рядом.

– Друга вам нашла, такая же медленная, – улыбнулась она. – Я соскучилась даже успела.

– Я тоже! – тут же прохрипел Овер, отдавший все силы, что я не сильно от него оторвался. – Готов обнять тебя, чтобы убрать тоску и…

– А мы устали, – честно признался Герес, бесцеремонно прерывая словоизлияния друга и плюхаясь рядом с ней на камень. – Ты как так быстро плаваешь?

– Техника, – многозначительно подняла палец Маша. – И тренировки. Если хотите, могу показать упражнения. Но не сегодня, мы же отдыхать пришли.

– О, отдыхать – это мы любим! – оживился Млат, попробовал тоже залезть рядом, но не удержался и полетел с камня, окатив нас, только начавших согреваться, фонтаном брызг.

– Млат! – заорали мы хором, но было поздно. Маша только рассмеялась и тоже нырнула следом, ловко уйдя под воду и вынырнув уже метрах в пяти от него.

– Кто меня поймает⁈ – крикнула она и поплыла вдоль берега.

Началась водная потасовка с брызгами, нырянием и попытками схватить друг друга за ноги. Мы не столько ловили девочку, сколько мешали друг другу это сделать, особенно Оверу, бросавшемуся за льерой как одержимый. Это было проще – так как Маша оказалась на удивление верткой, уворачивалась, как рыба, и то и дело выскальзывала в последний момент, когда казалось – один рывок, и она в руках. Мы сперва ныряли, потом носились за ней по пояс в воде, плавали, снова ныряли, переплыли на свою сторону, где ещё подурачились на мелководье, пока окончательно не выдохлись и не попадали на теплые камни у берега.

– Всё, – простонал Млат, раскинув руки. – Сдаюсь. Ты победила, льера. Мы твои пленники.

– Ну раз пленники, то для вас у меня только хлеб и вода, – важно заявила Маша, выбираясь на берег и заворачиваясь в полотенце. – Но для друзей найдётся кое-что повкуснее.

– Мы друзья! – хором заявили все, сразу же оживая.

Из корзинки принялись извлекаться гамбургеры и раздаваться в голодные руки. Следом достали глиняные стаканы и был разлит компот.

– М-м-м! Что это такое? Я никогда не ел ничего подобного! – стонал Герес, работая челюстями с бешеной скоростью.

– Это гамбургер! – важно просветил Млат, успевший сегодня утром продать несколько штук гостям. – По три медяка стоит!

– Кхе-кхе, – подавился Овер. – Сколько⁈ А почему так дорого?

– Потому что там майонез! – с чувством превосходства пояснил Млат. – Королевский соус! До вчерашнего дня его только короли ели! Да, льера?

– И то не все! – смеясь, подтвердила Маша, доставая всем ещё по сэндвичу. – Кто ещё будет?

– А не сильно дорого? – осторожно уточнил Герес, голодно облизываясь на булку в руках Маши.

– А-а, я ещё сделаю, берите! Эх, кетчупа бы ещё… Но нужны помидоры свежие. Ладно, ешьте, я пойду позагораю. Вес, посмотри, вон там змей нет?

Домой возвращались усталые, но довольные… К деду Гару заходить не стали, всё равно завтра утром приедет и наверняка привезёт горбовик. Хотелось пару часов поспать перед готовкой ужина. Даже корзинку с посудой оставили Гересу, чтобы легче было идти, так отрубало после купания и плотного обеда.

– Вес! – окликнул дядя, едва мы вошли во двор. Он что, нас тут стоял ждал? – Вам там управляющий Хорда не попадался?

Мы с Машей удивлённо переглянулись.

– Нет, с чего бы он должен был попасться?

– Да два стражника с обходом по дороге ехали, он их обогнал. Сейчас эль пили, да про него и рассказали. На такой жаре лошадку галопом гнал. В таверну-то не заезжал…

– Может, и не к нам, а дальше по тракту, на рудник, например? – предложил идею я, но сам в неё не поверил, почему-то.

– Да вон в пыли следы лошади, которая уже сильно устала. В деревню ведут. Не нравится мне это… Да твою ж…!

Я оглянулся, проследил его взгляд и похолодел. К нам, с двумя мешками, связанными между собой и перекинутыми через плечо, шёл оборотень, одетый в обычные штаны. Тот, самый молодой, что нож мне принёс, Оверовский. Да, зря я в лесу оборотней помянул, вот кто за язык-то тянул?

– Что хотел? – совсем не любезно спросил Ивер, перегораживая дорогу парню, предварительно отстегнув ремешок на ноже, чтобы можно было быстро выхватить.

– Я не к тебе, великий воин, – вежливо поклонился оборотень, почти не отличаясь от обычного человека, только голос звучал несколько глухо. – Я с миром и даю слово, что мой визит не несёт вам убытков.

– Что хотел? – уже не так враждебно и заметно расслабившись, повторил вопрос дядя.

– Я хочу поговорить с маленькой госпожой.

– О чём? – не отходя в сторону и не пуская оборотня, продолжал допрос Ивер.

– Позволь, это я скажу ей сам, – проявил твёрдость парень. – Я с предложением от вожака.

– Я слушаю! – Маша смело обогнула Ивера, вставая рядом. – Или, может, пройдём внутрь?

– Вы меня приглашаете в дом⁈ – изумился парень, впервые продемонстрировав эмоции. – Нет, не стоит, я распугаю ваших гостей.

– Тогда давай тут, – легко согласилась девочка, увидев моё и дядино лицо. – А ты говорливее, чем в лесу.

– Я Ирлакамаль, – поклонился оборотень Маше и ловко, быстрым движением развязал оба мешка. – Я часто общаюсь с людьми. Больше, чем кто-либо в племени…

– Какая прелесть! – завопила Маша и бесстрашно подбежала к чужаку, запустив руки в мешок.

Я тоже шагнул, хоть и заметно мандражируя. Шкурки. Полные мешки пушных шкурок. В одном серебристый соболь, в другом что-то рыжее. Девочка, перебрав шкурки руками, недоумённо подняла голову на оборотня. Тот с готовностью пояснил.

– Мы раньше работали с одним торговцем, но сейчас ушли из тех мест и нам нужно это всё продать. А тут никого не знаем, кому можно доверять. Кроме вас, маленькая госпожа. Купите? Всегда сможете перепродать.

Маша растерялась, но быстро собралась.

– Я не знаю ни цен, ни как определить качество. Позвольте посоветоваться с тем, кто в этом разбирается?

– Да, разумеется! – тут же поклонился Ирлакамаль. – Я приду завтра, в это же время!

И, спокойно оставив мешки с целым состоянием посреди заезда во двор, парень, не прощаясь, отвернулся и быстрым шагом исчез в кустах через дорогу.

– Прикольно! – Маша достала ещё пару шкурок. – Такие мягкие!

– Вес, бери мешки и занеси внутрь, – ожил дядя, впавший в ступор с момента, как оборотень представился по имени. – Быстро, пока никто не увидел. Лучше оборотней никто пушнину не выделывает, очень дорого стоит. Тут целое состояние.

Я подхватил мешки, которые, оказывается, были не такие уж и невесомые, как выглядели в руках Ирлакамаля, и бегом побежал в комнату отца. Маша помчалась следом, держа по шкурке в каждой руке. Поставили, вернули пушнину на место, завязали и вышли в коридор, где нас и догнал Ивер.

– Я отправил Яника к Гергу, пусть с утра придет и приценится. Больше никому не болтайте. Там минимум на десять империалов. А то и больше. Я не разбираюсь в мехах.

Я кивнул.

– Да и в мыслях болтать не было. Да и не поверит никто.

– Ну и хорошо. И имя оборотня никому не говорить. Мы его не должны были слышать, оно только для льеры.

По-моему, он впервые наедине назвал Машу льерой.

– Можно мы поспим часика два? – совершенно не заморачиваясь о богатстве за дверью, протянула Маша и зевнула. – Герг же не сегодня придет? А то я сейчас упаду и вырублюсь…

Вечером, отдохнувшие, мы подготовились к приёму гостей и несколько раз порадовались, что удалось отдохнуть днём. Народу шло как никогда. Съели всё, что мы наготовили, и спасались только гамбургерами. Маша стояла, жарила котлеты, Лаура собирала всю конструкцию, Яник только успевал их выносить. И цена никого не пугала. Жаловались только на эль, раздобытый вчера где-то Сарсом. Но другого не было, и хоть и ворчали, но пили.

Внезапно Ивер, стоящий у окна, напрягся.

– Вес, быстро помоги облачиться. Яник, встреть там мужчин, но иди только с Млатом. Пусть он с крыльца постоит.

– Дядь, что такое? – встревоженно спросил я, так как снаряжался в броню он за всё время пару раз за зиму, когда по трактам шныряли банды.

– Не знаю пока. Просто тревожно.

Когда вооружённый дядя вышел в зал, с улицы зашли трое мужчин, в капюшонах, в кольчугах и при оружии. Воины осмотрели его и молча ушли в самый тёмный угол, но и там капюшоны не сняли. Взяли всё не торгуясь, не кривясь насчёт цен, потребовали лучшую комнату, даже доплатили, чтобы мы туда затащили третью кровать.

– Дядь, кто это? – спросил я обеспокоенно. Нехорошие предчувствия Ивера передались и мне.

– Понятия не имею. Яник спит с тобой. Машу положим в комнате Лауры, там дверь тяжелая. Я сегодня в коридоре подежурю. Не нравится мне всё это.