Текст книги "Луны и Творцы (СИ)"

Автор книги: Кирилл Грошков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 23 страниц)

Глава 10, часть 3: Конец, что был началом

Глава 10, часть 3:

Конец, что был началом.

– Сали, мне жаль. – голос Калист был предательски сухим, хотя девушка и пыталась проявить искреннее сочувствие, но внутри была лишь пустота… пустота её ошибок.

– Я знаю, Калист. – он протёр глаза костяшками пальцев. – Фей захочет плыть именно туда. Это не имеет смысла. Отправляйтесь в Вааль, в Оранию. Я сделаю именно так.

– Ты поплывёшь с нами?

– Нет. Мне нужно вытащить мои сбережения из ряда хранилищ. Я сойду уже в море у островов Пятого Дня. Астерзаль мёртв, но его сын не оставит от города и камня на камне в попытках убить всю семью Дедаст.

– Астерзаль… мёртв? – Калист не поверила услышанному.

– Да. Он не вернулся из-под земли. Точнее вернулся, но уже мертвецом. – Сали сплюнул.

– То есть Раайан теперь Местоблюститель. Этому городу конец.

– Да. Верная оценка. Особенно после бегства Андро. Их сестра не так глупа, как хочет казаться, но едва ли она что-то сможет предпринять против иных обстоятельств.

Мужчина встал с пола.

– Что ж, Калист… Я совершил плохой поступок, ведь не смог сам рассказать всё Фей. – он отвёл глаза. – К сожалению, я слаб. Прости меня за это и за то, что Фей лучше будет с тобой, чем со мной. Меня могут убить, а ты творец и хорошая мать. – он слабо улыбнулся. – У тебя всегда были задатки. Ты чуткая и самая лучшая.

Калист посмотрела на мужчину и тяжко вздохнула.

– Сали, ты же знаешь, что ей нужна не я, а её родители.

– Калист, прошу тебя.

«Что я творю? Я издеваюсь над человеком, пережившим своего ребёнка. Фей стала мне вторым человеком после Мирко. Я возьмусь за её обучение и, если надо, стану для неё матерью… Агх. Я разбита. Не могу более. Слишком много всего.»

– Сали… я постараюсь. – она потрепала мужчину за штанину. – Фей очень способная.

Корабль стал понемногу отходить от места своей швартовки. По мере того, как отдалялась бухта Шпильграда, масштаб кострищ пожаров в городе и объем разрушений становился все более заметным. Это одновременно перехватывало дух и ужасало.

Душераздирающий крик какого-то животного, а затем внезапный хлопок, заставили команду и пассажиров «Лезвия» отвлечься от своих занятий.

Калист подняла голову к небу.

К ним на всех парах летела мужская фигура. Творец никогда ранее не видела такой невероятной скорости.

Когда Калист показалось, что фигура влетит в клиппер и сделает в нём пробоину, она стала замедляться, пока плавно не спланировала на палубу.

Глефа с синим наконечником упала на дерево и Фитсрой ухватился за канат, пытаясь совладать со своим телом.

– Ну, что, Кэл… Я, по-видимому, плыву с вами. Как хорошо, что вы меня подождали.

Плечо Лжеспасителя имело резанную рану, размером с кулак.

Калист, забыв про усталость подлетела к мужчине и принялась производить попытки исцелить его.

Фитсрой стал отмахиваться, но Калист всё же возложила на него руки и сразу же отпрянула.

– Отец Света… что за?!

– Ну, отец света тут явно не при чём… – Фитсрой засмеялся.

– Что за зараза?! Не уж то это Раайан или Надин сделали? Я чувствую в ране какую-то неведомую болезнь, что мешает потокам земли исцелить её. – Калист выражала обеспокоенность, а в голове прикидывала варианты решения лекарской задачки.

На её памяти не было ни одного случая, когда земля не могла залечить раны.

– Всё в порядке. Она понемногу затягивается.

Вновь истошный крик неведомого зверя вдалеке.

Калист посмотрела на город, и её глаза увидели нечто… нечто, что рухнуло прямо в толпы народа.

Ужас пронзил девушку.

– Отец Света…

Началась резня.

– БЫСТРЕЕ!!! – услышала Калист свой голос, будто бы, находясь в аквариуме, как какая-нибудь декоративная золотая рыбка. – Немедленно раскрывайте все паруса и давайте полный ход!

Фитсрой привстал.

– Ага. Эта дрянь, Низведённый, и отделала меня до состояния, что ты видишь сейчас.

Команда «Лезвия», сначала попыталась понять, что происходит, однако после реакции юнги и его криков, все резко бросились выполнять свои обязанности.

Рык был слышен ещё долго. Бессильный, злой и совершенно нечеловеческий, и даже не живой.

***

Мирко завис во тьме. Сегодня он был один. Мужчина помнил, как специально повесил Грацию на отдалении от своего спального места в небольшой одноместной каюте, что выделил ему капитан.

– Странно… – изрёк он, почёсывая макушку. – Я не умираю, и никто не тянет меня вниз. Здесь тихо и спокойно. Однако как-то пусто.

Мирко сделал пару движений, смешно барахтаясь во тьме.

– Эй! – крикнул он. – Как вернуться обратно? Это всё, конечно, не плохо, но я хотел бы видеть сны, а не кувыркаться в какой-то кляксе из чернил.

Тишина была ответом.

– Хех, в прошлые разы всегда появлялся свет. Почему сейчас нет?

Мужчина расслабился, решив, что со временем свет появится сам по себе, однако ничего подобного не произошло и Мирко зло выругался.

– Чтоб вас тот Низведённый с пристани драл!!! Верните меня в моё тело, сказал я вам! Так и знал, что надо было брать с собой Грацию!

Молчание было ответом мужчине вновь.

Мирко выдохнул и попытался расслабится. Это получилось, но с большим трудом.

– Странно, но…

– Таранталь… – услышал он шёпот у себя над ухом.

– Что?!

Мужчина извернулся, но ничего не увидел, кроме тьмы.

– Энарэра. Таранталь. – повторил шёпот.

– Кто ты? И почему тебя не видно.

– Энарэра. Таранталь.

– ЭЙ, ТЫ ЗДЕСЬ ГЛАВНАЯ, ДА?! ВЫПУСТИ МЕНЯ!!!

Новый шёпот оборвался.

– Кто это?

– Ну, наконец-то! Хоть с голосом поговорю. Я МИРКО! А КАК ЗВАТЬ ТЕБЯ?!

– Не говори имён в этом месте, незнакомец. Они значат больше, чем ты думаешь. – шёпот вновь дошёл до ушей мужчины.

– ОТЛИЧНО! НО ЗАЧЕМ ТЫ ЗВАЛА КОГО-ТО?! – продолжал надрывать горло оранец.

– Тише. Я сейчас попытаюсь подойти ближе.

Мирко замолчал, подумав о том, что и взаправду ничего не смыслит во Внутренней Империи. Мало ли чья эта самая Империя?

– Незнакомец. – голос перестал быть шёпотом и доносился будто бы на расстоянии нескольких метров. – Как ты тут оказался?

– Я не знаю. Это уже не в первый раз. Просто заснул и попал сюда.

– Это… интересно. Если всё верно, то я нашла тебя не случайно. На всё есть воля Отца Света.

– Отца Света? Того парня в блёстках? Пфф, ну он, конечно, страшный, но я бы не сказал, что я иду по его воле.

– По его, незнакомец, по его. Мы все здесь именно из-за него… Хотя, я бы скорее сказала, что вопреки.

– Вопреки? То есть он не хочет, чтобы мы жили? – задал вопрос запутавшийся Мирко.

– Нет-нет. Вопреки не нам, а тем, с кем идёт бой за наши жизни.

– Бог ведёт с кем-то бой?! А он побеждает?

– Сложно сказать… – послышался безрадостный вздох. – Седьмой Мир более не существует в понимании «мира», но остальные в относительном порядке.

– Что за творщевщина… – выругался Мирко, вновь не понимая сказанного. – Но кто тогда ты? И почему я должен бояться чего-то в своей собственной голове, ведь всего вокруг не существует. Это лишь плод моего разыгравшегося воображения.

– Вряд ли «плод твоего воображения» способен сделать так, дружок.

Из тьмы возникла изящная женская рука и схватила испугавшегося мужчину за ворот камзола, потянув непонятно куда.

Свет.

Мирко раскрыл глаза в своей каюте и на своей койке.

Он глубоко дышал, а по лбу его тёк пот.

– Отец Света… – выговорил он в ужасе. – Да, чтоб вас, это какое-то безумие.

Мирко посмотрел на Грацию, висевшую на гвозде, укутанную ножнами, что едва ли ни чудом сохранились, как и доспехи, не смотря на все невероятные события последних нескольких дней.

Мужчина покосился на своё мокрое от пота одеяло и выругался. Он поскорее стянул с себя рубашку, что тоже насквозь промокла и переоделся в чистую одежду.

«Ещё повезло, что на корабле оказалась неожиданная парная комната. Очень странное решение, но удобное, хотя и несколько пожароопасное. Так что от меня не несёт за километр, как это было под Хрустальным Дворцом.»

Мужчина подошёл к двери каюты и вновь посмотрела на Грацию.

– Подруга, ну, как же так? – молвил мужчина с горечью. – Зачем ты так со мной? Я доверял тебе до того дня. Ты говоришь, что была уверена в помощи Калист, но… Если бы нет? Зачем? Просто зачем ты подвергаешь моё доверие таким испытаниям?!

Оранец двинул головой и вышел за дверь в смятении.

Палубу слегка качало, на море был день и солнце проникало своими лучами с верхних палуб. Моряки, к слову, были очень странным и суеверным людом, что не мешало им работать днём и спать как раз ночью. Это очень смешило Мирко.

«Ну, как можно бояться всяких примет, но при этом забывать про самую главную.»

Мужчина решил пройтись на палубу и подышать свежим воздухом, однако проходя мимо каюты Калист он остановился, услышав знакомую мелодию.

Он улыбнулся и открыл дверь.

Когда мужчина оказался внутри и дверь сама за ним закрылась, оранец легко улыбнулся.

– Мирко… – глаза Калист были красными, а под ними были мешки, и сидела она на стуле в огромной горе измятых листьев бумаги из своей книжечки с заметками.

Мирко вздохнул, увидев на полу пустую бутылку рома и ещё одну в правой руке девушки. Одежда на творце была лёгкой. Белая почти прозрачная рубашка и облегающие штаны оливкового цвета с завязками по ногам.

Волосы Калист не были заплетены в косы. Девушка лишь собрала их в длинный и обширный толстый хвост.

– Калист, думаю, даже если бы я хотел тебя споить, то точно бы не выбирал ром. – мужчина по-доброму улыбнулся и подошёл ближе, взяв из рук девушки бутыль и положив её поодаль. – И чем же вызван столь обширный процесс саморазрушения, дорогая моя?

Калист посмотрела на Мирко и выдохнула. Щёки её были румяными и это было так притягательно, что мужчине пришлось отвезти взгляд.

– Мирко, родители Фей – погибли.

Улыбка исчезла с лица оранца.

– Мгла…

– Да, Мирко. Я стала проводником их смерти, а теперь на мои плечи возложили важную миссию – рассказать про всё бедной девочке.

– То есть она до сих пор не… – мужчина грязно выругался.

– Именно так.

– Калист, нет здесь твоей вины.

– Я до второй бутылки уверяла себя в том же… – слова её были непривычно быстры, словно она говорила скороговорки.

«Странный эффект опьянения.» – отметил мужчина про себя.

– Так оно и есть. – мужчина сел на койку напротив девушки. – И, ещё, Калист, если захочешь приятно провести время – зови меня, а не ром.

Зрачки Калист расширились, и она как-то странно улыбнулась. Задвижка на двери закрылась.

– Эм… Калист, ты чего это? – Мирко приподнял брови в удивлении.

– Я хочу забыться. – сказала она, растёгивая пуговицы рубашки.

– Калист, знаешь, лучше не усугубляй происходящее. Следующей ночью ты итак точно проснёшься с раскалывающийся, как от ударов кузнечного молота, головой. Ещё не хватало, чтобы…

Последняя пуговица была расстегнута, и мужчина прикусил язык.

«Луны-Охранительницы… Ну, за что… Калист сама же и убьёт меня, когда станет трезвой.»

Мужчина стоически не двигался, а вот Калист встала со стула и сбросила с себя рубашку. В один шаг она прильнула к нему, удобно обхватив его спину руками. Творец теперь смотрела на него слегка сверху вниз. Торс женщины оказался прямо перед взором оранца. Запах её прекрасных духов, которые стали для него внезапным и приятным открытием, вскружил ему голову, заставляя уходить всё дальше и дальше от мыслей, что были в голове плута ещё секунды назад.

Руки Мирко сами легли на талию Калист, не решаясь идти вперёд.

– Калист, не делай этого. Помнишь? Ты же сама хотела сделать всё правильно, понимаешь?

– Мирко… замолчи.

Она жадно вцепилась в его губы, а мужчина под таким напором потерял контроль и отпустил ситуацию. Его левая рука упала на плечо девушки, что так страстно прильнула к нему, а правая укуталась в длинные шелковистые волосы цвета недавно выпавшего снега на её гладкой и приятно тёплой спине.

Сознание уплывало, уходило, сбегало, оставляя лишь желание, что жгло как огонь.

Мирко на секунду вырвался из объятий губ Калист и заговорил, попутно целуя её шею, не в состоянии уже остановится, уходя всё дальше и дальше, вдыхая её запах, касаясь её, желая её, как глоток воды в знойной пустыне из сказаний.

– Калист, ты великолепна. Ты самая лучшая, истинно…

Он поцеловал её в ключицу и услышал лёгкий рваный звук ее сбивчивого дыхания, обрывистого и такого живого…что он не смог предать её доверие.

Внезапная интуитивная боль в груди.

Мирко остановился с таким диким калейдоскоп чувств, что описать он бы их и не смог.

Продолжение являлось кощунством, чем-то неверным и, с его точки зрения, аморальным.

Он откинулся назад и специально больно ударился затылком о деревянную стену за самим собой.

Это слегка проясняло разум, занятый лишь любовью.

– Калист, пожалуйста, это не ты.

Он посмотрел на лицо девушки и ужаснулся. По её щекам беззвучно шли ручьями слёзы. Она рыдала.

– Луны! – мужчина притянул творца к себе в объятия. Девушка начала всхлипывать и вздрагивать. – Калист, ну, только не так. Не плачь. Я знаю, что дурак и всё всегда порчу.

Странно, но и у Мирко на глазах появились неясная влага, чувства также прорывались наружу.

Тепло её тела согревало мужчину и на место желанию пришло чувство сопереживания и нежности, что было куда более глубоким и… правильным.

Мирко погрузил свою руку в волосы девушки, аккуратно гладя их и приговаривая на ухо всякие глупые, но утешающие слова. Мужчина иногда и сам не понимал, что говорит, но это помогало. Калист понемногу успокаивалась.

Она крепче обхватила Мирко и сильнее зарылась в его рубашку. Запах цветущих деревьев белого ореха и зелёного чая ударил в нос вновь.

– Дорогая моя, а я ранее думал, что это город так благоухает, а это всё время была ты, верно? Помнишь, нашу первую встречу, тогда, в городе? Цвёл белый орех, и я встретил тебя. – он смахнул слезу с глаза. – Калист, прости. Я не отверг тебя, просто… я не хочу так. Ты самая лучшая девушка, что я видел, самая лучезарная, талантливая творец, та, что заставляет… хм. В общем, лучшая. У меня закончились эпитеты.

Вновь он прошёлся по её волосам.

Она перестала вздрагивать и тихо проговорила:

– Я сама виновата. Поставила тебя в дурацкое положение. Прости. Если хочешь, мы можем продолжить и…

– Ох. – Мирко скривился. – Самое плохое для меня, Калист – это когда ты за что-то извиняешься передо мной. МНОЙ. Не смей так делать. Я тот самый плут, а ты идеал правильности.

Она обняла его сильнее и Мирко сделал тоже самое.

– Я… я просто подумала, а что, если мы погибнем. Просто и без прикрас. Ведь то существо на пристани, его не смог победить даже Фитсрой.

– Этот напыщенный тысячелетний мешок с песком? Калист, у меня подозрения, что он был очень даже плох в своё время и выделяется сегодня лишь из-за своих небольших знаний, что внезапно из маленькой лужи превратились в океан в сравнении с нашими.

– Мирко, ты знаешь, о чём я…

– Да. Я думал об этом. Но ты же меня и переубедила. К тому же тебя явно гложет что-то иное, верно?

– Я пыталась написать речь для Фей.

– Да, уж, дед Сали сделал нам отличный подарок, чтоб его. – пробурчал Мирко. – Скинул сестрёнку на нас, а сам исчез, как ракушки после прибоя. Молодец, ничего не скажешь.

– Мирко, мы причастны к случившемуся.

– Возможно, но не так, как ты думаешь… – пространно выразился Мирко. – За пару дней, люди Астерзаля никак не могли успеть доплыть до острова. Он всё предугадал. Родители Фей были обречены.

– Ты… ну, не побудешь со мной? Я имею ввиду просто объятия. Я после нескольких исследований пришла к выводу, что они помогают с…

Девушка немного изменила свою позу в некотором стеснении и уселась на коленях мужчины боком.

– Не оправдывайся, Калист. Я кончено же останусь. Как же иначе? Луны, я вообще уже не знаю, что говорю. – он усмехнулся. – Просто первые попавшиеся слова. Глупо, да? Да я вообще дурак.

– Не говори так. – сказала она ровно дыша. – Если бы не ты – я бы была мертва и много раз. Пусть ты иногда и прямолинеен, но ума тебе не занимать. Про качества тебя, как человека, я и говорить не буду. В тебе есть великое терпение. Это заставляет восхищаться.

– А ещё я хорош собой и конечно же скромен. – он усмехнулся.

– Я лю… – она заведомо остановилась.

– Не надо, Калист. Только не эти два слова. – он нежно погладил девушку по руке. – Истина не в них. Они удел – детей.

Творец прильнула к мужчине и поёжилась. Мирко обнял её, чувствуя, как девушка медленно засыпает, понемногу расслабляясь.

– Мирко, ты самое дорогое, что есть у меня. – молвила она своим нормальным голосом, без примеси хмеля. – Ты спас меня, сделал лучше. Я хочу, чтобы у нас всё вышло. Чтобы мы были счастливы. Мы обязаны получить хотя бы частичку этого.

– Калист, ты тоже. Ты тоже. И мы сможем. Должны.

Мирко аккуратно поцеловал Калист в лоб и закрыл глаза, сев поудобнее. Его рука продолжала гладить волосы девушки, а его разум, наконец за несколько дней, медленно нашёл покой. Здесь, с его любимой женщиной.

***

Фитсрой стоял на носу корабля, всматриваясь в горизонт. Заходящее солнце было не самым лучшим спутником творца, но мужчина любил так стоять и раздумывать… в другой жизни, до пленения в клетке его самым близким человеком.

Рана на плече почти заросла, но боль всё ещё терзала его. Руки мужчина держал сложенными за спиной.

«Тысяча лет. Столько возможностей упущено. Столько воды утекло. Рокс, жива ли ты вообще? Судя по моей охране, слугам и тем фанатикам – вряд ли. Но где же тогда моя парная регалия? Рокс, где же ты?»

Мужчина вздохнул. В радиусе нескольких метров не было ни души. Все, матросы, их офицеры и даже первые знакомцы в новом мире обходили его стороной. Первые и вторые просто боялись, а третьи не знали всеобщего. Лишь Калист болтала с ним периодически при помощи артефакта. Даже оксианского, что знал Император без трона и земли, не хватало для общения, ведь и этот язык успел измениться до едва заметной узнаваемости.

Он вздохнул и вновь посмотрел вдаль.

«Мир пал и возродился. Удивительно. Почему именно сейчас? Зачем этому миру Император? Возможно, и не нужен. Плевать мир хотел на людей.»

Солнце едва освещало морскую гладь томным оранжевым светом.

– Нам нужно попасть в Зеркальный Город. Если он всё ещё функционирует – то это единственное место, что сможет помочь мне разобраться. Будущие и прошлое. Я должен увидеть и осознать. Наверняка что-то ещё осталось, а если так…, то мы сможем сразиться с этими существами из сказок. – говорил он шёпотом, хотя даже если бы он и кричал во всю глотку его всё равно никто бы не понял.

«Мне нужна цель. И теперь я вижу её яснее чем никогда за тысячу лет.»

Эпилог: Sol omnibus lucet

Надин раздражённо поправила своё платье, пригубив чая из чашки. Она по привычке попыталась принюхаться к напитку, но забыла, что уже как десять лет не чувствует запахов из-за третей ступени раскрытия Искры Творения.

Женщина выругалась и ударила воздушным хлыстом служанку, от чего та вскрикнула и упала ниц.

– Уйди отсюда, шваль! – она вновь ударила хлыстом, раскроив служанке спину.

Та взвизгнула и кинулась к выходу, ловя ещё один удар, посланный вдогонку.

Надин ехидно улыбнулась, сложив ногу на ногу, но сразу же нахмурилась, вспомнив про тот бардак, что устроил этот проклятый монстр в доспехах в городе, да и в Тронном Зале.

«Шлак*1 оказался слишком… грязным. Не знаю, как им удалось взять его под контроль и направить сюда, однако в каком-то смысле всё кончилось и не так уж и плохо, но тел оказалось слишком много, а это отвратительно. Так много сора.»

Надин встала с кресла и достала из большой шкатулки рядом «Призму».

“Сколько можно, Надин?! Где моё тело? Почему…“

– Астерзаль, у меня теперь иной повелитель.

“Что?! “ – вскричал голос в голове.

– Мои заслуги были отмечены. Я, буду честна: никогда не понимала всей сути Гранд Плана, но после писем самого Ариана… Всё встало на свои места, Астерзаль.

“Ты предаёшь меня, погань?! Да, как ты смеешь?! Я создал тебя! Я взрастил тебя, как собственную дочь! Я поставил твои интересы выше моей любимицы, Калист! Я выбрал тебя, а не её!“

– Так, что же «твоя» Калист не пришла за тобой и не спасла, о «повелитель»? – Надин ехидно усмехнулась.

“Потому что я ошибся. Надо было быть умнее. Калист бы не…“

– Плевать я хотела на эту меченую! – кординатор рассмеялась. – Для меня открылась истина. Полог занавеса приоткрыт, и я вижу сцену. Астерзаль, ты лишь шестерня в механизме. Да, большая и доселе эффективная, однако более нет.

“Что ты хочешь этим сказать?“ – голос бывшего Местоблюстителя стал более дипломатичным и менее высокопарным.

– Тебя более не существует для Архонтов. Ты в полной моей власти. Твоя дочка скоро погибнет от несчастного случая, упав с балкона, а твой сын – моя марионетка. Ты потерял всех. И, да, – она с желчью добавила, – Калист и Андро живы, проклятый ты маразматик!

Послышался звук, похожий скрип зубов.

– Да, Астерзаль, кусай локти. Твоё время прошло. – вновь смех женщины, что уселась обратно в кресло и отпила ещё чаю, оставив «Призму» у себя на коленях.

“Ариан… что ж, он дурак, если думает, что Гранд План сработает без его создателя. Я потратил на это шестьдесят лет своей жизни.“

– Ты сможешь насладиться чужим триумфом прямо из этого прекрасного многогранника. – Надин провела ногтями по стеклоподобной поверхности «Призмы», оставляя на ней царапины.

“Вы обычные глупцы. Не ведаете что творите. Человечество без меня погибнет! Я его единственный шанс.“

Надин фыркнула и в этот самый момент о дверной косяк кто-то постучал.

Надин вскинулась, посчитав, что это всё та же горемычная служанка, однако…

– Над, дорогуша, мне кажется, мы так и не договорили в прошлый раз.

В дверях стояла Мерсейл. В новом платье синего с белым цветов, на котором красовался герб семьи Кентиджерн– мифический лев, стилизованный вышивкой золотой нитью.

Надин встала с сиденья и грубо бросила на столик регалию, хранящую души.

– Да, верно.

Надин едко улыбнулась и махнула рукой, с силой захлопнув дверь за девушкой потоками.

«Хах, как это прозаично. Астерзаль убил свою вторую жену, своего старшего сына, умер сам, а теперь он станет наблюдать за смертью своей дочери. Ирония жизни, как она есть.»

Мерсейл тоже улыбнулась. Девушка с рыжими непослушными волосами слегка опустила подбородок, так что глаз в очках не стало видно из-за бликов света Лун-Охранительниц из окон напротив входа.

– Ты же знаешь, что сейчас произойдёт, верно, кобелица? – Надин отвела руку в сторону, готовя конструкцию воды и желая разрубить Мерсейл напополам.

– Верно. Поэтому я сюда и пришла. – Мерсейл положила руку в карман и улыбнулась совсем иной зловещей улыбкой. Блики Лун так и плясали в линзах круглых очков с почти невидимой металлической оправой.

Надин на секунду помедлила, что-то в этой юной дряни заставляло её чувство самосохранения вопить об опасности, словно юнга, завидевший на горизонте шторм.

Наконец Надин собралась с духом и ударила рукой воздух по направлению к Мерсейл.

Из чайника с чаем вырвалась струя жидкости, сформировав в воздухе линию.

Вихрь тьмы возник прямо перед Надин, заставив женщину отшатнуться. Линия жидкости врезалась в вихрь и разбилась на капли.

– Мгла! Эта рега…

Она не успела договорить, как её левую руку что-то больно укусило.

Надин непонимающе посмотрела на странную маленькую стрелу с оперением из перьев и с длинной продолговатой стеклянной ёмкостью выше иглы, впившейся в кожу.

Надин выругалась и вырвала из руки дротик.

– Проклятая дрянь!

Надин выкинула вперёд руку и попыталась сотворить конструкцию молнии, но потоки по какой-то причине перестали чувствоваться, ровно также, как и левая рука.

Вихрь завершился и из него вышла Мерсейл, что продолжала улыбаться.

Надин вновь предприняла попытку воспользоваться потоками, однако всё было без толку. Покалывать стало по всему телу.

– Можешь не пытаться, Над. Это «Облака». Я проверяла их на Раайане. Он не смог и ниточки сотворить перед тем, как начал дрыхнуть. Прекрасное средство.

Надин сделала несколько шагов и поняла, что ноги немеют. Ещё шаг и она опёрлась о книжную полку.

Мысли путались, а мышцы сами по себе то напрягались, то наоборот расслаблялись. В теле чувствовалась невероятная лёгкость и поминутно приходил экстаз, волнами, как головная боль.

– Тварь… – выговорила она еле шевеля языком. На лбу выступил пот, а причёска всегда опрятная и величественная, рассыпалась прядями прямо на лицо.

– Что ты, Надин. – лёгкий издевательский смешок. – Я всего лишь человек, что знает свою место в механизме, в отличии от тебя.

– Где… антидот…? – прошипела она с безумным видом. Левая рука повисла плетью вниз.

– Анти… что? Я не расслышала. Ты очень тихо говоришь.

– Анти… дот. Дай… его… – Надин вцепилась ломающимися ногтями в полку. Ноги подкашивались. Ещё немного и она упадёт.

– А! Антидот. Я поняла. – Мерсейл наигранно сокрушённо покачала головой. – Надин, к сожалению, от чистого концентрированного 100 % Розового Порошка, основы «Облаков», нет никаких средств детоксикации.

– Что…?

Полка рухнула под весом женщины и кординатор упала на пол, ударившись головой. Перед глазами забегали искорки.

– Знаешь Над, а ведь мои слова про «место» в механизме – чистая правда. Это моё личное наблюдение, если тебе так будет легче.

Надин заметила, как обувь на широких каблуках стала приближаться к ней. По телу прошлись судороги, и женщина затряслась, дрожа. Зубы прокусили язык и с губ стали капать капельки крови.

– Не стоило обсуждать свои планы насчёт меня со слугами. Особенно с Нориком. – она присела рядом на корточки, не заботясь о задравшемся выше колен подоле платья. – Они имеют свойство болтать с теми, кто их не убивает и не калечит, а ещё и раздаёт очередные бесплатные дозы эфирной пасты.

– Кобелица… – вымолвила Надин из последних сил.

– Что ж, не самые лучшие у тебя последние слова.

Мерсейл встала.

Глаза Надин рефлекторно последовали за искусно вышитым подолом платья девушки, а потом кординатор перевернулась на спину, хрипя, и не в силах сделать вдох.

– Ох, началась анафилаксия. Очень хорошо.

Нога Мерсейл вместе с каблуком легла на шею кординатора, сдавливая и пригвождая к полу.

Это было последнее, что ощутила Надин перед тем, как её разум окончательно угас во вспышках боли и радужного экстаза.

***

«Это тебе за то, что ударила меня на балу, проклятая тварь!»

Мерсейл держала каблук на горле Надин какое-то время и по мере возможного постаралась остановить поток эмоций.

«Это не должно выглядеть, как прямое убийство.»

Девушка убрала ногу и присела на колено, попытавшись нащупать на шее Надин пульс двумя пальцами. Оный отсутствовал.

– Ну, вот и всё. – Мерсейл хмыкнула. – Неплохо для эфироманки, не так ли? Чисто и даже почти не осталось следов.

Девушка встала с колена и спокойно уселась в сиденье напротив такого же, но с регалией, в которой хранилась душа её отца.

– Что же делать с тобой Па? – Мерсейл откинулась на спинку сиденья, вспоминая все те издевательства, все те лишения, что она пережила благодаря своему «папе».

«Всё очевидно, отец. Всё было очевидно с самого начала. Я уже ступила на эту дорогу, значит нельзя с неё сворачивать.»

Она встала с сиденья и взяла «Призму» в руки.

“Дочь! Наконец-то! Ты спасёшь меня! Эта проклятая ведьма околдовала твоего отца, поганая дрянь. Я так рад, что ты оказалась рядом. Если бы не ты, то Гранд План рухнул окончательно! А теперь, найди верного мне творца и пусть он перенесёт меня в моё тело. Ведьма успела залатать в нём все дыры. Время ещё есть и…“ – Астерзаль принялся лебезить и извиваться, словно червь, которого рубят лопатой.

– Отец, я пришла сюда не спасать тебя.

“Ах, ты проклятая…“

– Послушай наконец меня, мужчина, что зовётся моим отцом! – Мерсейл повысила голос, заглушая им ругательства в своей голове. – Я думала, что скажу тебе, готовилась к этому дню, считала часы. Однако лишь сейчас я поняла, что совершенно не нуждаюсь в тебе. Я полноценна. Ты мне не нужен.

“Нет, стой, девочка моя! Ты всё не так поняла. Я могу всё объяснить. Я лишь хотел, чтобы ты стала лучше, закалилась, как меч в кузнице…“ – его голос стал жалобным и больным.

– Вновь игра, отец. Игра и игра. Одна большая Арад та Сэ. – она с искренней горестью вздохнула. – Я думала, что что-то изменится, когда ты… Впрочем, это не имеет смысла.

Мерсейл протянула руки вперёд.

“НЕЕЕЕЕТ!!!“ – завопил Астерзаль, когда «Призма» упала.

Мерсейл закрыла глаза.

Звук разбитого стекла.

Крик, что медленно и тягуче исчез из головы девушки.

Мерсейл наступила на разбитые куски многогранника туфлёй и с блаженной улыбкой на устах принялась давить осколки.

С её сердца, будто бы упал груз и девушка чувствовала себя свободной, как никогда.

***

Мерсейл размашистым движением рук открыла двери Тронного Зала. Тот был пуст. Слуги немного прибрали его, но кучи битого камня и трещины повсюду всё также декорировали огромное помещение, ровно, как и огромная дыра в потолке, а также разбитое витражное окно.

Девушка вытянула вперёд руку, ладонью вверх, ловя снежинки, что уже припорошили пол помещения.

– Я новая Местоблюститель.

Она рассмеялась своим словам, как какой-то дурацкой шутке, что часто повторяют и желают увидеть реакцию слушателей, которым всё уже приелось.

Девушка подошла к трону Местоблюстителя. Он был весь в пыли, но слуги поставили его на прежнее место. Огромный же хрустальный трон истинного Императора был разбит и восстановлению не подлежал.

В правой руке девушки была корона её отца.

Она посмотрела на неё.

– Ничего лишнего. Лишь то, что нужно.

Мерсейл надела её на свою голову, а потом уселась на трон, перекинув обе ноги через подлокотник и развалившись в нём, как на подушках.

Её улыбка и блеск очков были ритмом сегодняшнего и ритмом завтрашнего дня. А может даже и прошлого.

Шпильград же за окнами оживал от ужасной бойни недельной давности. По улицам, как по артериям передвигались фургоны с эфиром и каждый мог получить свой свёрток с пастой. И любой знал, кто помогает городу, ведь к каждому свёртку прилагалась личная печать нового Местоблюстителя.

Мерсейл закрыла глаза.

– Власть – это прекрасно. Остаётся лишь не забывать подкармливать Раайана дурманом и всё будет хорошо.

Она вздохнула.

– Разве не этого хотел народ? – она усмехнулась. – Счастья. Я дала его им.

Она повела рукой, подзывая, когда в дверях появился слуга с письмом.

Мерсейл с ленцой вскрыла конверт и расплатилась с мужчиной очередным свёртком с личной печатью.

Тот радостно закивал, ухватив оный, и удалился.

Письмо было уважительным и от того пугающим.

«Приветствую, Мерсейл.

Очень приятно, что ты проявила самостоятельность и закончила наши общие проблемы одним взмахом. Поздравляю с восхождением на престол. Это был неожиданный, но крайне приятный сюрприз. Твой брат совершенно не подходит для правления. Всегда хорошо иметь дело с леди, что знает себе цену. К слову, превращение Шпильграда в Дурманную Империю заставило многих ухмыляться. А от себя я могу сказать, что это практично. Однако, я пишу не просто так. Дело в том, что твой отец Астерзаль, задолжал нам всем пару-тройку десятилетий жизни своим сумасбродством и этой его Экспедицией Эры. Времена меняются, также, как и наше скромное общество. Время диктует свои условия, и оно не ждёт. Ведь, то, что смог выпустить наружу Астерзаль ставит под удар весь Гранд План. В связи с чем, я бы порекомендовал тебе подготовится к моему визиту. Я буду не один.