Текст книги "Луны и Творцы (СИ)"

Автор книги: Кирилл Грошков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 23 страниц)

– Дать ему по голове и всего делов. – вымолвил сквозь зубы Андро. – Мне совсем не понравилось то, как он на нас всех смотрел.

Калист повернулась к Лжеспасителю.

– Мы несколько недопонимаем, почему должны идти за тобой, Фитсрой.

Мирко улыбнулся, услышав дурацкое имя этого напыщенного индюка.

– Калист, а скажи ему, чтобы забрался в бочку, а мы его потом в ней закроем и крышку замажем смолой.

Калист не улыбнулась, когда Фитсрой сказала несколько развёрнутых предложений на своём языке.

– Если кратко, – начала Калист, – перед нами Лжеспаситель собственной персоной. И прошу вас, просто примите это как данность. Все вопросы позже, потому что он сказал, что убьёт нас всех, если мы откажемся идти за ним.

Мирко рассмеялся.

– Да, я думаю, что…

Оранец взлетел вверх поднятый за здоровую ногу. Мирко вскрикнул, когда мир перевернулся с ног на голову.

***

– Этот мне не нравится. С виду, дурак какой-то. – Фитсрой посмотрел с интересом учёного на Мирко, что висел вверх тормашками, ругаясь и проклиная всех направо и налево.

– Прошу тебя, опустить Мирко на землю. Он, бывает, немного перегибает с юмором, но он хороший человек и вряд ли заслуживает такого обращения.

Фитсрой что-то сказал себе под нос и всё-таки опустил вниз мужчину довольно-таки небрежно.

– Знаешь, творец, почему мужчин с потоковыми силами не так много? Почему нет Искры Творения?

Калист отрицательно повела головой, то и дело поглядывая на кряхтящего Мирко, над которым хлопотала Фей.

– Дело в том, что во времена Первородной Империи многие мужчины-творцы воевали и война была ими в большей мере проиграна, да так, что женщин-творцов, что не были втянуты в военные действия, либо были, но косвенно или на иной стороне конфликта, стало куда больше. Источники разнятся. Одни говорят о неясном помешательстве творцов, что пользовались иными, чем мы, потоками, об их произвольных самоубийствах через выжигание. Другие же рассказывают о некоем сверхсильном оружии, что убило воинов сразу после смерти Вечного Императора и последующих междоусобиц. Но всё сводится к одному единственному итогу – число творцов мужчин сократилось. Я читал про это. Наследственность. Какие-то «гены». Не знаю, что это

такое, но именно они влияют на возможность рождения мужчины-творца и женщины-творца.

– Хм, что такое Первородная Империя?

Фитсрой посмотрел на женщину ошалелыми глазами.

– Вы что, вообще не знаете прошлого?! Это Империя, что была до всего. До нас, до вас. Огромное государство, распростертое от горизонта до горизонта. Империя, над которой никогда не заходило солнце. А ещё там были чудеса, что работали на первородных потоках.

– Ты застал те времена? – спросила озадаченная Калист.

– Увы, нет. Я родился через пару столетий после. Но некоторые чудеса ещё были на земле при мне. Великий Рельсовый Путь, что использовался многими путниками, как безопасная и прямая дорога, сквозь болотистые и гористые местности Срединных Земель, к примеру. Ранее там ходили, как говаривают, целые кареты без лошадей, вмещающие в себя сотни людей и тонны грузов. Интересное было время… Если убрать некоторые чёрные пятна в виде рабства где-то 75 % населения, отношения к людям без первородных потоков, как к скоту на автофермах и так далее.

– 75 % процентов… из 100, получается? Хм, какой интересный речевой оборот.

Калист вновь поймала себя на том, что не понимает и половины сказанного, как это было с дневником древнего творца, которая…

– Я читала про тебя. – молвила Калист и прищурилась.

– Что? – Фитсрой поднял бровь вверх в удивлении. – В какой-нибудь религиозной литературе?

– Нет. В записях древнего творца. Женщины.

– Не хотелось бы тебя обидеть, Кэл, но как ты уже поняла, в своей жизни я видел очень немало творцов-женщин. Их было банально статистически больше.

– Статисти

– В виде графиков и кривых.

Калист развела руками, вновь показывая, что не понимает слов Лжеспасителя.

– Агх, ладно, забудь. Видимо, вы не знаете этих слов и понятий. Удивительно, как вы вообще живёте… Хотя, насколько мне известно, те же половые заболевания были ликвидированы ещё до Падения Первородной Империи. Также, как и многие иные болезни. Вам повезло.

– Половые?

– Да, это когда мужчина и женщина занимаются весёлыми штуками. Ну, знаешь, а потом ещё дети появляются. Только не говори, что про «коитус» ты узнала только сегодня? Теперь мне и правда становится страшно за вашу Эру.

– Я поняла, что ты имеешь ввиду. – Калист подняла руку в перчатке вверх. – Мне неясно как заболевания могут предаваться таким путём. Ни в одном труде, что я читала подобных сведений не было.

– Ну, сейчас этого уже никак не проверишь… – Фитсрой усмехнулся. – Какие же вы тут все наивные.

– Калист, сколько можно уже?! – Мирко подошёл к Лжеспасителю и творцу. – Мы торчим на месте целый час пока вы болтаете. А ещё, я до кучи уже успел полетать вверх головой.

– Что этот шут опять хочет?

– Он не шут. Не смей его так называть.

– О! Так вы пара! – Фитсрой усмехнулся.

Калист же передала Грацию Мирко и только сейчас поняла, что та молчала едва ли не с самого момента встречи с Лжеспасителем.

«Хм, это странно. Я слышала её голос лишь однажды с того времени.»

Глава 9, часть 2: Memento mori

Глава 9, часть 2:

Memento mori

– Можно я ему башку отрублю? Он же ничего тебе предосудительного не предлагал, да? – Мирко зло посмотрел на Фитсроя.

– Это он выражает так свою преданность? – осведомился Лжеспаситель умилённо.

– Нет.

– Калист, Грация говорит, что… – Мирко закашлялся. – Я хотел сказать, что…

– Мирко, я знаю про твой клинок. Она проклинала меня всю дорогу, но давай попозже об этом поговорим.

– ВЫБРОСЬ ЭТУ ДРЯНЬ. – проговорил Лжеспаситель, указывая на Грацию.

Мирко же отвёл Грацию от пальцев Фитсроя таким образом, будто та вполне могла быть и длинным леденцом. Эмоции на лице оранца были соответствующими.

Неожиданно сзади неслышно подошла Фей и просто крепко обняла Калист. Девушка даже ахнула по поводу столь яркого выражения эмоций.

Мирко немного потоптался рядом, бросил пару убийственных взглядов на Фитсроя и с злым лицом обнял Калист вместе с Фей, едва не вдавив молодую девушку в творца.

***

«Бежать… Нет, сначала убить. Всех убить… всех убить… всех убить…» – молвила Недоверчивость.

«Сначала освежевать, а потом сжечь и умыться их пеплом…» – сказал Жестокость.

«Можно сначала заняться с ними любовью… с женщинами, хотя

бы…» – вымолвила с придыханием Желание.

«Возьми себя в руки, тряпка. Всё позже.» – сказал Власть. – «Все остальные – заткнитесь. Нам нужна концентрация. Вы лишь мешаете. ВСЕГДА.»

«Ты не лучше, сладенький.» – ответила сладострастно Желание. – «Из всех здесь лишь я понимаю, что действительно нам нужно. ЭТО необходимо, так как оно отпечатано прямо в крови. Необузданное, животное, что твой пёс. И нужно сейчас. Я уже изнываю от страсти. Кровь бьёт в голову. Дрожь по коже… Мысли путаются и всё это ради одной цели.»

«Нельзя-нельзя, надо убить всех, чтобы они не предали нас. Лишь когда никого не будет, никто нас не предаст.»

«Нельзя убивать за просто так… всегда есть цель. ИСКУССТВО – это смерть. А я лишь скромный проводник. Мне нужно больше красок, и я изукрашу ими мир, одарю его дивным творением имени меня. Сегодня и завтра в моде КРАСНЫЙ. Особенно на нежной коже.» – Художник вновь проснулся, услышав свою любимую тему для разговора.

«Какая разница. Что за искусство?! Я просто хочу, чтобы всё это закончилось. Убей себя. Убей.» – это был далёкий Нытик.

Раайан посмотрел на нож в своей руке и повертел его перед тем, как вонзить в кусок приготовленного совсем недавно мяса с кровью. Это была говядина, лучший сорт во всём Шпильграде.

– Сын мой, ты в порядке? Ты молчишь уже пять минут? – осведомился Астерзаль, сидящий напротив с засунутой за воротник салфеткой.

– Да, отец. В полном. Что ты говорил про… не помню что?

– Я хотел, чтобы ты…

«Он врёт… врёт. Все врут. И он тоже.»

«Нет сил терпеть. Убей его.»

«Убей!!!»

– Так что ты думаешь, сын?

– Я? – наследник сжал нож в своей руке до посинения пальцев.

– Да, сын мой. Ты в последнее время очень задумчив, мне кажется…

«Он убил твою мать.»

«Надин не могла соврать. Распотроши его. Давай. Здесь никого нет.»

«Папа… но…»

Астерзаль встал со стула и обогнул переносной стол, на котором чуть ранее лежали карты. Походный местоблюстительский шатёр был большим и позволял разместить в нём почти целую комнату Хрустального Дворца со всеми удобствами.

– Сын, – Астерзаль положил руку на плечо Раайана, – я вижу в тебе необычную отрешённость. Что случилось?

Раайан посмотрел в голубые глаза высокого мужчины, некогда его отца, что пал уже давно от рук своего сына…

– Ты убил её, верно? – спросил наследник, не моргая.

Астерзаль сокрушённо покачал головой и начал говорить с придыханием, растягивая слова:

– Ах, сын, мой сын… Это было вынужденно. Твоя кукла слишком много знала. Ну, кто мог поручиться за то, что она окажется под твоим контролем навечно? Мы же это уже обсуждали, сынок. Ты можешь найти себе любую другую. Хочешь, я тебе подберу кого-то в Вельвете? Там они будут куда более покладистые, поверь.

– Беттани, моя мать. Ты убил её. – это было утверждение.

Раайан знал ответ заранее, по внезапно сморщившемуся лбу своего отца.

– Да. – просто сказал он и отвернулся, принявшись поглаживать бороду.

«Ох-ох, как повезло… один точный надрез по горлу, и он утонет в красках и ИСКУССТВО случится!!!»

– Она была глупой, сын, много лишнего болтала и совала свой нос в

дела выше своего понимания. Прости, что говорю это, но… Мне пришлось.

– Ты убил мою мать, но оставил в живых кобелицу проклятого Андро.

– Я исходил из надобности, сын. Ты поймёшь со временем. К тому же мать Андро имела свой ресурс, что ещё не был исч…

Раайан вскочил из-за стола и первый раз ударил отца столовым наточенным ножом для резки мяса в спину.

Астерзаль развернулся и закряхтел. В его глазах отразилась скорбь и отчаяние.

Ещё удар.

Ещё.

Ещё и ещё.

«УБЕЙ!!!!! УБЕЙ!!! УБЕЙ!!!!!!»

«ДА-ДА-ДА!!!»

«СВОБОДА!!!»

«ИСКУССТВО!!!»

«ЗАЧЕМ?!»

Тело Местоблюстителя сползло на землю, увлекая за собой скатерть и еду со стола. Кубок с вином упал прямо на каменистый пол, разлившись. Его тёмно-алое содержимое, смешивалось с кровью.

Раайан посмотрел на свои руки. Он был с головы до ног в крови своего отца.

Полог шатра откинулся.

– Отец, ты сказал мне сообщить тебе, когда последнюю партию оружия из Арсенала вынесут наверх и…

Мерсейл осеклась, уставившись на труп своего отца. Она медленно перевела взгляд на Раайана. Её рот открылся и закрылся в безмолвном крике. Глаза за круглыми очками наполнились страхом.

– Если хоть пикнешь – отправишься за ним во мглу.

Мерсейл закивала с ужасом в широко распахнутых глазах. Девушка вжалась в подпорку шатра, закрывая свой рот ладонями.

– Иди и приведи Надин. Скажи, что мы с отцом пришли к согласию.

***

Калист сделала ещё шаг, попеременно поправляя выбившиеся из причёски пряди, то со стороны одной косы, то с другой.

Девушка машинально коснулась носа. Он ещё болел. Такое бывало после быстрого лечения потоками земли. Разум человека не всегда успевал за телом, обманывая себя таким вот странным образом.

Творец посмотрела в спину Лжеспасителю. Тот был высок и хорошо сложен, даже при условии нахождения в изоляции в течении тысячи лет. Всё это заставляло Калист раздумывать.

«У него не было ни воды, ни еды… значит он питал себя лишь потоками. Возможно ли это? Вполне. Я же это проделывала в свои шестнадцать, а этот мужчина силён настолько, что удерживает несколько конструкций одновременно и даже не испытывает какого-либо дискомфорта. Не чудо ли? Или же просто тысяча лет тренировок.»

– Калист, послушай, а ты… ты цела? Ну, я имею ввиду в общем. – Мирко кисло ухмыльнулся своему каламбуру и потрепал творца перед собой по плечу.

– Всё хорошо, Мирко. – она улыбнулась в ответ. – Я бесконечно рада, что ты тоже жив.

Калист переложила некий «самопал» из левой руки в правую (он был на удивление лёгким для ходовой руки творца) и взялась за ладонь мужчины своей.

Нежное и приятное ощущение близости её любимого человека, чувствовалось даже через перчатку.

Мирко улыбнулся уже менее натянуто.

– Госпожа Калист, вы способны использовать потоки? – это была Фей.

– Да. Но я чувствую некоторые подводные камни, будто бы я пользуюсь не Колыбелью, а чем-то иным. Странно.

– Я потерял связь с Колыбелью вовсе.

Калист приподняла бровь.

– Так вот в чём причина… А я не могла понять почему ты не вылечила ногу Мирко.

– Да, госпожа Калист.

– Значит так. – Фитсрой резко остановился и поднял палец вверх.

Маленькая процессия едва не влетела ему в спину.

– Скоро будет поворот на лестницу наверх. – мужчина обвёл рукой пустые, но диковинно красивые пространства зала. – На самом деле, вы, как мои слуги, очень бы пригодились в бою, но, как я понял, все здесь кроме современного творца настоящие нули.

– Что он лопочет? – угрюмый пуще обычного Андро появился из-за спины Калист.

– Говорит, что скоро будет лестница наверх. – передала девушка слова Лжеспасителя, убрав из них типичные издёвки и унижения.

– Скажу вновь в который раз: мне он не нравится. – слова Вершителя совсем не пестрели добротой и пониманием.

– Поддерживаю. – сказал Мирко и явно нехотя высвободил руку из «объятий» пальцев Калист. – Этот парень какой-то жуткий.

Группа прошла немного дальше и, именно, как и сказал Фитсрой, увидели лестницу наверх.

– Хах, если бы кто-то когда-то сказал бы мне, что через тысячу лет люди будущего будут ютиться на «чердаке» Хрустальграда, то я бы рассмеялся ему в лицо. – Фитсрой испустил сухой смешок.

– Чердак? – поинтересовалась Калист.

– Именно чердак. Вы живёте на верхних площадках города, где

ранее располагались Сады Первых. Всё было в зелени и люди отдыхали там, устраивая пикники и прогулки. Ещё наверху имелось несколько огромных торговых площадок и рынков, а также жилые дома, и когда-то, ещё до Падения, те пространства использовались для посадок вертокрылов.

– Хмммм. – протянула Калист, делая вид, что понимает о чём идёт речь. – Часть Садов, по-видимому, осталась. Хрустальные Сады.

– Название не имеет значения. – Фитсрой принялся подниматься по ступеням. – Главное, что ваше общество умудрилось деградировать до уровня, что был тысячелетия назад. И именно с этим мне придётся разбираться… – он разочарованно вздохнул. – Но это не страшно. У нас есть самопалы. Наладим производство, вооружим боевых самоубийц – и всё, можно смело переходить к этапу захвата мира.

В руку к мужчине лёг самопал, и он улыбнулся.

– Только вот нужно ещё этих самоубийц где-то найти, и, желательно, чтобы они были идейными. Вы четверо не хотите умереть за вашего Императора?

– Как-нибудь перебьёмся крошками от хлеба.

Фитсрой хохотнул.

– Да, согласен с тобой, дорогая глашатай. Вы мои первые сподвижники за тысячу лет. Потерять вас в бою – глупо.

Дорога наверх была очень тяжёлой и прошёл не один час, пока Фитсрой не объявил небольшой привал, где вся пятёрка, глубоко и часто дыша, едва не повалилась на небольшую площадку между лестничными ступенями.

Фитсрой же, весь бодрый и энергичный с неясной ухмылкой заядлого игрока в карты, рассматривал своих «слуг». Вокруг него продолжали летать хороводы побрякушек, карт и самопалов.

– Так. Какие-то вы слабые все. – он кивнул на творца. – Кэл, ты используешь потоки земли на реверс?

Калист уставилась на мужчину с удивлением.

– Как?

– Ясно… – мужчина сокрушённо покачал головой. – Кэл, и ты туда же. От этих дурачков за твоей спиной я ожидал подобной глупости, но от тебя… Хм, ладно. Ты, видимо, не знаешь, что потоки земли можно пропускать через себя взад и вперёд, умышленно расслабляя ненужные и, наоборот, стимулируя нужные мышцы тела, а также в целом облегчая их работу.

– Это… невероятно.

– А ты попробуй.

Фитсрой встал ровно, расставив ноги немного дальше уровня плеч. Глефа взлетела в воздух, присоединяясь к остальным предметам.

Мужчина вытянул руки вперёд в кулаках и закрыл глаза.

– Представь то, что я сказал тебе и ты поймёшь суть… Если что, я помогу.

– Это безопасно? – любой мог услышать скепсис в словах девушки.

– Нет, конечно, тебя может выжечь. – молвил Лжеспаситель буднично. – Но представь какой это скачок для вашего зашоренного общества консерваторов. – он засмеялся. – Это шутка. Ты сама поймёшь, как надо, просто следуй инструкциям.

Калист встала также, как Фитсрой, и закрыла глаза под возглас Мирко рядом.

Девушка сосредоточилась и почти машинально пропустила через себя потоки земли.

Они ударили в края её тела, будто бы в огромный кувшин для вина.

Девушка последовала за ними и… смогла обуздать их и действительно пропустить, как бы в две стороны, изменив течение русла на два маленьких потока, завернув один назад, а другой расширив. Получилось всё таким образом, что часть потоков возвращалась обратно в «кувшин», но уже в несколько ином виде.

Усталость Калист исчезла. Она почувствовала, что её будто бы окатили ледяной водой, прямо с кусками льда в ней. Небольшая дрожь по телу и часть ноющих мышц расслабилась. Калист выдохнула и даже улыбнулась.

– И я о том же, Кэл… – ухмылка Фитсроя стала шире. – Просто поймай ритм. Я чувствую твою ауру. Неплохо. Ты очень точна.

Бывший император раскрыл глаза и глефа упала ему в руки. Он указал ею на лестницу.

– Вперёд!

***

Фей шла позади Мирко и Калист, что в свою очередь шли за Фитсройем.

«Я до сих пор не ощущаю потоков. Мне вновь и вновь становится всё страшнее. Мужчина, что пробыл под землёй тысячу лет, небо из воды, Местоблюститель, что едва не убил меня… Что дальше? С каждой минутой я будто бы погружаюсь в кошмар и тону в нём. Я приехала в Шпильград, чтобы… я уже не знаю зачем. Просто хочется домой, на остров Белого Древа. Ведь это так просто. Сбежать и сжечь за собой мосты. Родители поймут.»

Вся группа достигла новой площадки рядом с огромной дверью в несколько метров. Это была та самая дверь, что, очевидно, была закрыта снаружи, однако…

Фитсрой вышел вперёд и с грустью повёл головой, смотря на полы вокруг створок.

Фей замутило.

Сотни скелетов лежали на земле в истлевшей, папирусовидной одежде, что могла рассыпаться от одного лишь прикосновения. Цвета её уже давно выцвели, а их оружие и элементы доспехов кое-где покрылись

ржавчиной.

Многие тела лежали в самых странных позах. Кто-то прижимался друг к другу, кто-то обнимался, а кто-то находился в очень «живых» позах какого-либо дела. Все скелеты роднило одно – каждый из них смотрел на дверь.

Фитсрой присел рядом с одним из них.

***

Лжеспаситель указала пальцем на один из скелетов с медальоном на шее.

– Ахай, глава моих телохранителей. Сильный и преданный воин. – палец сдвинулся немного влево, на скелет с двумя кольцами на пальцах. – Сала, моя горничная. Хорошая женщина – у неё было четверо детей…

Фитсрой перечислял и перечислял, не зная себе и Калист пощады.

Когда он закончил, даже те, кто не понимал его языка, немного потупили взоры.

– Один, два, три – здесь есть все. Писари, составители, вельможи, секретари, слуги… и нет лишь Рокс.

Мужчина выругался.

– Она предала меня. Заточила в эту клетку, а сама сбежала с частью моих сил. Зачем? – задал он риторический вопрос. – Ответ мне не известен. Возможно, я брежу, однако как-то всё слишком реально.

Калист прошла вперёд.

– Не знаю, что и сказать.

– Тогда и не говори. Молча люди выглядят умнее, даже если они тупее быка.

– Я лишь хотела проявить соучастие.

– Оставь это для неженок.

Калист буквально

мужчины.

– Тебе не удастся всё сделать правильно, если будешь отталкивать своих союзников.

– Мне не нужны «союзники». Они у меня уже были. – он показал пальцем на скелеты. – Мне нужны слуги, что будут бояться вымолвить даже слово поперёк моего. Ведь я их Император. Время переговоров, что загнали меня в клетку, прошло. Они склонятся или же погибнут. Нет тех, кто непричастен. Есть лишь те, кто примет меня и те, кто нет.

– Нас ты также сделаешь своими слугами?

– Так или иначе, да.

– Мы можем напасть на тебя прямо сейчас.

– Попробуйте и вы познаете всю едва ли не первородную мощь потоков на себе. Вы – ничто, Я – всё. – Лжеспаситель сжал свою глефу в руках с остервенением.

– Ты не «всё». Ты лишь человек, что сейчас хочет убить своих спасителей. – Калист спокойно положила левую руку на бедро, источая уверенность.

– Кэл, ты меня раздражаешь…

– Я стараюсь, спасибо.

– Когда я убью всех лжеимператоров, вы склонитесь передо мной и восславите нового правителя Империи Веридиса.

– Это твоя единственная цель, не так ли? Занять трон. А что дальше? Прошу ответить. Ведь как нам служить тому, кого мы даже не в состоянии понять?