Текст книги "# И всё пошло прахом (СИ)"
Автор книги: Кира Сорока
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц)
Глава 18. Это так же больно, как и приятно.
Рамиль
Перешёптываясь, хихикая и целуясь, заскакиваем в лифт. Букет роз зажат между нашими телами. Ловлю Таины щёчки в ладони. Нежно чмокаю в уголки губ.
– У тебя последний этаж? – спрашивает Тая.
– Да.
– Вау, круто! Пентхаус типа?
На самом деле это просто комфортабельные номера. У родителей большой, с двумя спальнями и собственной кухней, которая им без надобности, и джакузи. А у меня – обычный. Спальня, ванная, гостиная…
Дверки лифта открываются, вытягиваю Таю в холл. Девушка осматривается.
– Вау!.. Это что, балкон? Да там же целый вертолёт посадить можно!
– Насколько мне известно, вертолёт садится на крышу. Она выше, – угораю я, показывая пальцем на потолок.
– Да ты что? – пьяно прищуривается она и несётся к перилам балкона.
Да так лихо, что всё внутри меня испуганно вздрагивает.
– Тая, стоп! – негромко, но требовательно прикрикиваю я.
Успеваю поймать эту безбашенную девчонку, когда до перил ей остаётся сделать лишь один шаг. Вжимаю в себя, обхватив руками крест накрест. Тая расслабляется, откидывается на мою грудь, кладёт голову на плечо. Вместе смотрим на море и неспящий посёлок.
Хорошо-то как… Чистый кайф!
Моё сердце гулко отбивает по рёбрам: «Бум, бум, бум». То ли испугался, что она сейчас упадёт, то ли рядом с ней звучать я буду всегда именно так.
Мне нравится, как стучит моё сердце сейчас.
– Пойдём, покажу тебе свой номер.
Увожу её с балкона. Проходим мимо двери родительских апартаментов, заходим в мои. Тая плюхается на банкетку возле двери. Опускаюсь на корточки рядом с ней, помогаю снять кеды. Заглядываю в пьяненькие глаза.
– Ты когда так захмелеть успела?
– Меня Фрегат-пати догнал, – хихикает она.
– А я думал, что ты от меня такая пьяненькая и потерявшая рассудок.
– И это тоже.
Протянув руку, проводит пальчиком по моей шее. Ловлю её и вжимаюсь в центр ладони губами. Тая резко перестает хихикать. Облизывает свои чувственные губы, и я тут же впиваюсь в них. Подхватываю девушку на руки. Не отрываясь от её губ, несу в спальню. Падаем оба на кровать.
– Нужно цветы в воду поставить, – пытается увернуться от моих настойчивых приставаний.
Возможно, я тороплюсь… Возможно, между нами сейчас ничего не будет…
От Таи вообще можно ждать чего угодно.
Надо притормозить или как?
Сдвигаюсь в сторону и ложусь набок, подперев голову рукой. Забираю букет, кладу на подушку и, взяв одну розу за стебель, вожу бутоном по щёчке Таи.
Тяжело вздохнув, она закрывает глаза и откидывает голову. Веду цветком по её шее, по груди, обтянутой майкой. Жадно впитываю эту картинку. Тая, её разметавшиеся по моей кровати волосы, блаженное лицо, рвано поднимающаяся и опадающая грудная клетка.
Роза опускается ниже, к её шортам. Потом скользит по стройным ногам. Бёдра, колени...
– Рамиль, – шевелятся губы девушки. – Я никогда ничего подобного не чувствовала.
Да, я тоже.
И это так же больно, как и приятно.
– Моя мама говорила, что если ты кого-то полюбишь, то почувствуешь это всем своим естеством, – продолжает шептать Тая, вздрагивая от скольжения бутона по своему телу.
– И что ты чувствуешь всем своим естеством? – просаживается мой голос.
Тая открывает глаза и смотрит в мои. В них – гремучая смесь боли и желания.
– Я чувствую, что пропала. В тебе.
– Я чувствую то же самое.
– Это страшно, Рамиль.
– Да, очень.
Придвигаюсь ближе и нежно целую девушку. Она обвивает мою шею руками. Задираю её футболку до груди. Сначала трогаю плоский животик розой, а потом – ладонью. Потому что очень хочу касаться. Хочу взять то, что мне необходимо. Хочу всю Таю.
Наши тормоза вдруг резко срывает. Торопливо, даже истерично раздеваем друг друга. Подминаю Таю под себя. Распяв её на кровати, устраиваюсь между стройных ног. Сплетаю наши пальцы, прижимаю её кисти к матрасу. Зависаю над ней, глядя в глаза.
Из меня рвутся признания. Возможно, розовые и сопливые. Но я так чувствую.
– Я влюбился в тебя, Повелительница огня.
Нежные губы вздрагивают в улыбке.
– А я в тебя, Укротитель мяча. Ты сделаешь мне больно?
Не понимаю вопроса… Когда? Сейчас? Или потом, когда мне и моей семье придётся уехать?
Я не хочу делать ей больно.
– Я ни за что не причиню тебе боль, Тая, – даю нелепое в нашей ситуации, но такое нужное нам обоим обещание. – Правда, сейчас может быть немного дискомфортно.
Она отчаянно кивает.
– Я готова, Рамиль. Я этого хочу.
Глубоко целую девушку. Качнув бёдрами, вдавливаюсь в её лоно. Тихо вскрикнув, Тая зажмуривается.
Для неё это во второй раз. Она быстро привыкает к этой наполненности, и мы проваливаемся в кайфовый неадекват... Кусаем друг друга, облизываем, трогаем, несдержанно стонем.
Страсть между нами какая-то запредельная и чертовски настоящая. Это со мной тоже в первый раз. Чаще всего девчонки просто притворяются, делая вид, что чего-то стоят. Но, в основном, не справляются с моим доминированием. С Таей всё иначе, мы на равных сейчас.
Она умудряется оседлать меня и красиво двигается сверху, отчего мой мозг совсем утекает.
Её лихорадочно трясёт от моих жёстких толчков. Зависаем, глядя в глаза друг другу. Я что-то сумбурно шепчу о любви. О том, как хочу её снова и снова...
Пару часов этой ночи мы всё же умудряемся поспать. Но едва наши тела соприкасаются, мои руки оживают и начинают сами гладить Таю. Грудь её аппетитную, бёдра. А потом и весь мой организм снова оживает. И я набрасываюсь на Таю как голодный зверь, присваивая вновь и вновь каждый сантиметр её тела. А она – моего.
И вновь засыпаем...
А просыпаемся от настойчивого стука в дверь.
– Рамиль, ты тут? Мы с отцом ждали тебя на завтрак. Рамиль!
Это голос матери.
Ждали на завтрак? Это сколько же сейчас времени?
Судя по всему, много...
Глава 19. Столкновение с миром Рамиля.
Тая
Время уже час дня. Отчим оборвал мой телефон бесконечными звонками, а ещё куча сообщений от Антона.
Я пока никому не перезваниваю и не отвечаю на смс. Истерично ношусь по спальне, собирая свои вещи.
Где мои трусики, чёрт возьми?
Отшвыриваю одеяло, подушки… Заглядываю под кровать.
Да Боже! Их нигде нет!
Напяливаю шорты без белья. Влетаю в футболку, прислушиваясь к голосам за дверью спальни.
– Мам, ну можно как-то без меня? Да хорош! Ну какой дельфинарий? Мне что, пять лет? – возмущается Рамиль.
Ему отвечает строгий женский голос.
– Рамиль, посещение дельфинария входит в путёвку. Отец тоже не в восторге, но мы пойдём. Я вот из принципа вас обоих затащу к дельфинам.
– Окей, что ещё там входит в путёвку, мм? Ну чтобы я знал, к чему готовиться, – дерзит ей сын.
– В горы съездим сами, воспользовавшись картой с туристическим маршрутом. Папа возьмёт в прокат джип, – невозмутимо отвечает женщина.
– Да блин... – ворчит Рамиль.
– Можешь взять кого-нибудь с собой, – внезапно понижает она голос. – Девушку, например.
– Я сам разберусь! – огрызается он. – Всё. Скоро спущусь.
И, видимо, выпроваживает мать из номера.
– Мы в баре будем, – успевает сказать она, прежде чем дверь захлопывается.
У меня, должно быть, очень заметно вытягивается лицо от услышанного, потому что вошедший в комнату Рамиль сразу напрягается.
– Ты в порядке? Ничего не болит?
Похоже, неправильно понял причину моего удивления...
Он что, говорил своей маме обо мне? Или речь шла о другой девушке?
Тяжело сглотнув, отвожу взгляд.
– Нет, у меня ничего не болит.
Рамиль подходит ближе, обнимает меня.
– Уверена? – чмокает в макушку. – Я немного пережестил этой ночью.
– Всё хорошо… Правда, – задрав голову, смотрю в тёмные глаза парня. – Пойдём. Тебя родители ждут.
– Не хочу с тобой расставаться...
Его губы нежно скользят по моей щеке.
– Мне надо домой! – пищу в ответ, пытаясь выкрутиться из его рук.
Не знаю, почему так себя веду. У нас всё хорошо было этой ночью. Признания, обещания, страсть, секс…
Это будто и не секс, а занятие любовью. Мы любили друг друга этой ночью. Вот.
Но с появлением матери Рамиля наш уютный мирок тут же начал исчезать. Потому что этого мира и не существует вовсе. Есть реальность Рамиля, а есть моя. Просто они пересеклись ненадолго.
Именно так я должна к этому относиться.
Но больно просто зверски...
Рамиль обещание не сдержал. Мне очень больно уже сейчас. А ведь он даже ещё не уехал.
Парень наконец меня отпускает и с подозрением смотрит в глаза. Отворачиваюсь и вновь начинаю метаться по комнате в поисках белья.
– Всё нормально, Тая?
– Да. Только вот трусики потеряла, – краснея, признаюсь я.
– Воу! Я их обязательно найду и, как конченый фетишист, оставлю себе, – угорает он.
Очень, блин, «смешно»... Но я всё равно смеюсь, чтобы не показывать своих истинных чувств.
Рамиль надевает футболку, и мы идём в прихожую.
– Ой, я забыла розы, – оборачиваюсь на дверь спальни.
– Да, сейчас, – подрывается за ними Рамиль.
Когда выносит букет, мрачно произносит:
– Цветы выглядят потрёпанно как-то. Может, выкинуть? Куплю новые.
– Нет! – протестую я. – Дай их мне!
Это мои цветы. Я высушу лепестки, сохраню их навсегда.
Браслет не сохранила... Хотя бы цветы будут напоминать мне об этом мимолётном счастье с приезжим парнем.
Рамиль отдаёт букет и тут же вжимает меня в дверь прихожей, навалившись всем телом. Обхватывает ладонями лицо и с жаром шепчет напротив губ:
– Когда я уеду, мы будем созваниваться. Начнётся учёба, отец снимет мне квартиру, и я тебя заберу. Поедешь со мной?
– Что? – хрипнет мой голос.
– Я хочу увезти тебя отсюда. И очень сожалею, что не могу сделать это сразу. Так ты поедешь?
Киваю, разучившись говорить.
Рамиль глубоко меня целует. Так глубоко, что мы рискуем вообще никуда с ним не пойти.
Он не шутит? У нас ничего не закончится?
Разобравшись с проблемами Ани, я смогу уехать. Смогу!
Боже… Моё сердце сейчас выскочит из груди.
Встав на носочки, чмокаю Рамиля в щёки, скулы, подбородок. Мы трёмся носами.
– Девочка моя красивая... – шепчет парень. – Моя и только моя!
Бабочки внизу моего живота танцуют зумбу. Это щекотно. И так хорошо!
– Нам нужно идти, – напоминаю Рамилю не без сожаления.
– Да, – вздыхает он, отстраняясь. – Да. Долбаный дельфинарий.
Выходим из номера, держась за руки. Ждём лифт. Рамиль вновь ловит мои губы, и мы так и заваливаемся в кабину, целуясь. Рамиль, не глядя, бьёт по кнопкам, и двери начинают закрываться. А потом что-то происходит, и они вновь скользят обратно.
Рамиль резко отшатывается от меня, когда в кабину заходит высокий статный мужчина. Одного лишь его прицельного взгляда достаточно, чтобы понять – это Валиев-старший.
Хмуро посмотрев на Рамиля, мужчина произносит, не скрывая сарказма:
– С добрым утром, сын.
Издевается... Какое может быть утро в час дня?
– С добрым, – глухо отзывается Рамиль.
Мужчина переводит глаза на меня, и бабочки в моём животе дохнут одна за другой. Под тёмным взглядом Валиева я превращаюсь в ничто. Пустое место.
Он касается взглядом букета в моих руках, и его рот кривится в пренебрежительной ухмылке.
Лифт медленно ползёт вниз. Атмосфера такая, что кажется, я сейчас в обморок упаду. Никто ничего не говорит. Но я словно слышу мысли отца Рамиля.
«Какого чёрта ты забыл с этой пигалицей, сынок?»
Напряжение Рамиля я ощущаю кожей. Мне кажется, если к нему сейчас прикоснуться, то его тело будет напоминать камень.
Наконец лифт замирает, и дверки открываются.
– Ну наконец-то! – слышится радостный голос матери Рамиля.
Я не вижу её за спиной Валиева-старшего. А она не видит меня. И мне очень хочется сейчас провалиться в шахту лифта. Есть там что-то ниже первого этажа?
Сначала выходит отец Рамиля и, что-то негромко сказав жене, идёт дальше. Следом выходим мы. Женщина, которую я вижу впервые, с первой секунды кажется мне доброй. Во всяком случае, у неё очень нежный взгляд.
– Здравствуйте, – тихо говорю ей.
– Мама, это Тая, – представляет меня Рамиль. – Тая – это моя мама Ирина Альбертовна.
– Очень приятно, – отвечает женщина и оборачивается, чтобы взглянуть на удаляющуюся фигуру мужа.
Воспользовавшись этой заминкой, шепчу Рамилю:
– Я пойду…
Пытаюсь уйти, но парень успевает схватить мои пальцы.
– Будь, пожалуйста, на связи, – негромко говорит он.
– Хорошо… До свидания, Ирина Альбертовна. Хорошего Вам дня, – добавляю, обращаясь к его матери.
– Спасибо, и тебе.
Дальше она что-то говорит сыну, но я уже ничего не слышу, унося ноги из отеля.
Глава 20. Третий раунд может меня убить.
Тая
Прижимая букет к груди, торопливо иду по посёлку. Солнце палит так, что голова моя кружится. А ещё меня тошнит от всей этой ситуации.
От контраста между словами Рамиля о том, что он меня заберёт, и такой вот нелепой встречей с его родителями.
Его мать, скорее всего, меня пожалела, потому что я выгляжу как замарашка на её фоне. А отец Рамиля уничтожил своим пренебрежением.
Мы из разных миров. И теперь я увидела это особенно чётко.
Зарываюсь носом в цветы. Слёзы жгут глаза. Пару раз зажмуриваюсь, выдавливая эти слёзы, чтобы они поскорее исчезли.
Не хочу реветь. Я же сильная! Справлюсь, да?
Когда до дома остаётся не больше тридцати метров, замечаю фигуру, притаившуюся в тени дерева. Закатив глаза, сбавляю шаг.
Антон собственной персоной... Выходит из-за дерева и идёт мне навстречу.
И давно он меня тут поджидает?
Вообще-то, я совсем не готова воевать с ним сейчас. А Антон, очевидно, настроен на бойню.
– Нагулялась? – цедит сквозь зубы парень.
Злой взгляд сначала буравит моё лицо, потом вонзается в букет в моей руке. Его ноздри агрессивно раздуваются, а губы плотно сжимаются.
– Антон, я так устала. Давай потом поболтаем.
Пытаюсь его обойти, но он хватает меня за кисть и больно сжимает. Так больно и неожиданно, что я непроизвольно вскрикиваю.
– Не ори!.. – шипит на меня и тянет в сторону. – Сюда иди.
Запястье моё будто в капкане, и мне невольно приходится следовать за Антоном. Встаём у чужого забора, и парень тут же набрасывается на меня.
– Тай, ты охренела? Боря, бл*ть, там негодует. Напялил форму брата, припёрся в условленное место, а тебя нет! Он рисковал, время своё потратил! Какого чёрта, а? Ты что, приезжего пожалела? Где теперь бабки будем брать?
Ох, а Боря, оказывается, действительно неплохой актёр. Даже перед Антоном натурально сыграл.
– Во-первых, не трогай меня! – рычу в ответ и с силой выдёргиваю руку. – А во-вторых, я с проблемами сестры сама разберусь. Ясно тебе?
– Сама? Да чё ты можешь сама, дура? – рявкает Антон и вмазывает кулаком по забору прямо над моей головой.
Металлическая конструкция начинает дрожать, за ней истошно лает собака.
Там шпиц Бэмбик, я его знаю. Теперь до вечера не замолчит. А его хозяйка обязательно выйдет и начнет орать, что мы посягаем на её собственность. Пойдет к Булату жаловаться. Мне это всё точно не нужно.
– У тебя ни связей, ни мозгов! – продолжает Антон, переходя уже на крик. – Где деньги будешь брать, чтобы заплатить за информацию?
– На работу устроюсь! – почти выплёвываю ему в лицо.
А хочется плюнуть. Очень.
– На работу? Кем? – скалится Антон. – Хотя могу свести тебя с парой щедрых клиентов. Как раз для тебя работка теперь, – обжигает взглядом мой букет. – Ты же теперь даёшь, да, Тая? Надеюсь, не слишком разборчива в связях?
Сжав кулак, бью Антона в лицо. Это выходит машинально. Потому что я могу за себя постоять.
Антон хватается за нос.
– Бл*ть! Ты чё творишь?
Схватив меня за плечи, больно припечатывает к забору спиной. И ещё раз. Вышибая весь воздух из моих лёгких.
Шпиц лает так, что сейчас сюда вся округа сбежится.
Пинаю Антона в колено, и он, взвизгнув, как девчонка, ослабляет хватку. Вырываюсь и несусь к дому. Залетаю в калитку, и за спиной тут же раздаётся удар по металлической решётке. Обернувшись, едва не попадаю в новый капкан – просунув руку между прутьями, Антон пытается меня схватить. Отпрыгиваю в сторону, уворачиваясь от его грязных пальцев.
– Тая, выйди!
– Пошёл к черту! – почти выкрикиваю я, потому что нервы мои сдали окончательно.
– Дело не только в нас, Тая. У тебя есть обязательства перед другими. Ты когда в это вписывалась, знала, на что шла. Я всё тебе объяснил ещё в самом начале.
Антон теперь говорит тихо, но агрессия из его голоса никуда не делась.
Да, я знаю, во что вписалась. Мне хотелось помогать людям. Хотелось, чтобы и мне когда-нибудь помогли.
Наверное, это было даже первостепенным. Стремление к личной выгоде. Я – алчная лицемерка и лгунья…
Но ради сестры я готова на многое даже в ущерб себе. Только вот теперь в моём сердце поселился Рамиль, и я не могу так с ним поступить.
– Я выхожу из игры, – бросаю Антону.
Он мрачно усмехается.
– Ни хрена. Нет. Не получится.
– Спорим?
И чтобы не быть голословной, достаю из кармана телефон, открываю нашу группу в ВК и удаляю себя из админов. Следом удаляюсь из группы.
– Вот, полюбуйся, – поворачиваю к Антону экран. – Меня нет. Всё.
– То есть на Аню тебе похер?
– Мы сами разберёмся. Помогай другим.
– Ладно, посмотрим, как ты «сама», – зло цедит он, изобразив в воздухе кавычки на последнем слове, и уходит.
Провожаю Антона взглядом. Походка у него нервная, дёрганая... Разворачиваюсь, намереваясь пойти в дом, и вижу перед собой отчима.
Ох... У меня раунд номер два, походу. Хотя, может, уже и три. Первый был с родителями Рамиля.
Последний явно может меня убить.
Под недобрым взглядом Булата мне хочется превратиться в маленькую точку. А может, и испариться вовсе.
Слёзы вновь начинают душить.
Господи… Оставьте меня все в покое!
Булат какое-то время молчит, лишь сурово сжимая челюсти. Мой букет его тоже явно заинтересовал.
– С чего это ты решила, что после своего совершеннолетия тебе необязательно показываться дома?
Его тягучий голос вроде довольно мягкий, но мне страшно до жути.
– Я… Я гуляла с другом, – а мой голос предательски дрожит.
– Тогда можешь разворачиваться и уходить, Тая.
– Куда? – столбенею я.
– Гулять с другом, – недобро усмехается Булат.
Он шутит, да?
Но, судя по тому, что на крылечке начинает рыдать Анька, совсем не шутит.
– Не надо, пожалуйста! – воет она. – Тая так больше не будет!
Делаю шаг вперёд, подхожу к отчиму ближе.
– Серьёзно? Выгоняешь меня? – из меня льётся сарказм. – И что бы сказала моя мама?
– Твоей матери тут нет.
– Её вообще нигде нет! – взрываюсь я. – Она погибла из-за тебя, кусок ты дерьма! Ты запихнул её в своё дурацкое шоу! Ты сделал её циркачкой!
А моя мать была гимнасткой! Потрясающе гибкой, красивой, жизнерадостной.
– Рот закрой! И пошла вон отсюда! – тихо рявкает Булат.
Но меня уже прорвало, и я не затыкаюсь.
– А вторая жена? Утонула, да? Прям сама, да? Или всё-таки кто-то подтолкнул её?
Аня рыдает ещё громче. Потому что именно о её матери я сейчас говорю. Булат со своей женой катались на катере. Он – за рулём, в стельку пьяный. И на них не было спасательных жилетов.
– А последняя жена, м? Ванькина мать! Куда ты её дел, Булат? Что с ней сделал?
– Она оставила мне сына, – цедит сквозь зубы.
– Нет. Ты его отнял! Чтобы жить на пособия. Многодетный ты наш! Но теперь за меня ни черта не получаешь, поэтому и гонишь!
Булат молча толкает меня к калитке и почти выпинывает за неё. Сопротивляясь и брыкаясь, ломаю и теряю все розы. Но прежде, чем калитка захлопывается перед самым моим носом, даю обещание своей рыдающей сестре:
– Я ещё вернусь!
Убегаю прочь под громкий лай соседской собаки.
Глава 21. Где Тая?
Рамиль
С кислой миной на лице выхожу с дурацкого детского шоу с участием дельфинов. Нет, эти млекопитающие выглядели совсем неплохо. Но всё же я бы лучше инвестировал своё время в Таю.
Отец уже вызвал такси, и мы втроём грузимся в него. Однако едем явно не в сторону отеля. Смотрю на мать, сидящую рядом, но она старательно избегает моего взгляда.
Через пару минут такси высаживает нас возле закрытой территории пляжа. Молча выхожу и тут же спрашиваю у отца:
– Ну и зачем мы тут?
– Проводим время все вместе. Твоя мама этого хочет, – без энтузиазма отвечает отец.
Мама возмущённо вспыхивает.
– Да, я этого хочу! И буду хотеть за нас троих. Всё, пошли.
И мы идём на пляж...
Оказывается, родители забронировали бунгало на целый день. Депозит на каждого по двадцатке. Ешь и пей всё, что хочешь.
Мама заказывает целую гору раков. Отец пьёт крепкий алкоголь, и плевать ему, что на улице под тридцатку.
Мать причитает:
– Наиль, побереги своё сердце! Ну нельзя же всё время злоупотреблять.
– А я не всё время. Я только в отпуске, – парирует отец. – К тому же вискарь у них явно разбавленный.
Положив свой телефон на колено, быстро проверяю ВК. Таи не было со вчерашнего дня. Пишу сообщение Дену.
«Займи мне денег, бро».
Ответ от Гольдмана приходит довольно быстро.
«Без проблем. Сколько?»
«Полтос».
Через полминуты телефон вибрирует от банковского уведомления. Пополнение карты на пятьдесят тысяч.
«Спасибо, друг».
Гольдман: «Я пока не буду спрашивать, почему ты не берёшь деньги у отца».
Я: «Не заморачивайся. При встрече объясню».
– Рамиль, пойдём купаться, – касается моего плеча мама. – Или давай на сапах, мм? Научишь меня.
Она уже успела переодеться в купальник и надеть соломенную шляпу с огромными полями. И смотрит на меня так, словно отказаться я просто не имею права.
Возможно, она хочет поговорить со мной о Тае?
Оставляю телефон на диване.
– Хорошо, пошли.
Сорвав с себя футболку, выхожу из бунгало. Плавательные шорты уже на мне.
С нами проводят инструктаж по пользованию сапом. Я слушаю вполуха, время от времени оглядывая пляж. Народу тут немного. В основном здесь такие же, как мы. Люди, не считающие денег.
Инструктор помогает матери забраться на доску, вручает ей весло, показывает, как грести. Через пару минут мы уже отплываем от берега на двух сапах. На маме – спасательный жилет, на мне нет. Гребём сидя, опустив ноги в воду.
– У меня нормально получается? – смеясь, спрашивает мама.
– Ну для твоего возраста – вполне, – отвечаю шутливо.
Негодующе взглянув на меня, она черпает рукой воду и брызгает в меня.
Блин, кайф какой... Капли освежающей водички ползут по моей спине и плечам.
– Брызни ещё, – прошу я.
И мама щедро плещет на меня водой. А я – на неё. Смеёмся, бортуемся досками.
– Ай! Ай! Я сейчас перевернусь! – паникует она.
– Ты же в жилете. Не страшно.
– Страшно! – грозно тычет в меня пальцем. – Представь, как я буду забираться обратно. Это будет страшно некрасиво! Всё равно, что тюлень, заползающий на льдину.
– Ахахаха! – угораю я.
Когда мама вне общества отца, она вот такая – лёгкая и весёлая. А с ним она другая. Более серьёзная и полностью подавленная им.
Я бы не хотел подавлять свою избранницу.
«Таю. Я бы не хотел подавлять Таю», – мысленно исправляю себя. Ведь я обещал себе и ей, что у нас есть будущее.
К чёрту Лейлу! К чёрту брак по расчёту! Я хочу жить так, как хочу!
– Рамиль, что с тобой? – спрашивает мама, вглядываясь в моё лицо.
Видимо, на нём отражается буря моих мыслей.
– Ничего. Просто я должен быть сейчас не здесь, – отвечаю довольно резко, хотя совсем этого не хотел.
– Тебе плохо с нами?
– Нет, не плохо, – смягчаюсь я. – Просто мне очень хорошо в другом месте. Хотя и место не важно. Мне очень хорошо с другим человеком.
– С Таей, – кивает мама. – Она очень, мм… яркая девушка, – тщательно подбирает слова. – Этакая зажигалка. Я права? Наверняка с ней нескучно.
Зажигалка…
Улыбаюсь, повторяя про себя несколько раз это слово. Да, она зажигает меня. Но мне с ней не просто нескучно, мне с ней до отвала башки.
Даже не думал, что так бывает. За такой короткий срок вот так пропасть в чужом по факту человеке.
– Она местная, да? – уточняет мама.
– Да.
– Ты не думал, что это часть её жизни? – осторожно спрашивает мама.
– Что ты имеешь в виду?
– Ну... За летний сезон столько ещё таких мальчиков рядом с ней будет. Девушке приятно, когда за ней ухаживают…
Да Боже! Я не хочу это слушать!
– Мам, стоп!
– Рамиль…
– Всё, я сказал!
Усиленно гребу вперёд, чтобы немного оторваться от матери.
Бля… Что она несёт, чёрт возьми? Что Тая – шлюха, цепляющая приезжих?
– Рамиль, ты слишком остро реагируешь! – слышится за спиной её строгий голос. И тут же она добавляет более мягко: – Я очень волнуюсь за тебя. Не хочу, чтобы ты был обманут, облапошен, кинут.
Опускаю весло в воду, останавливая сап. Через минуту мамин сап равняется с моим, и её взгляд жжёт мне щёку. Я же смотрю вперёд, на горизонт. На то, как филигранно небо тонет в море.
Я точно так же тону в своих страхах и сомнениях.
Нужен ли я Тае?
Может, это всё игра?
Вспоминаю её глаза в момент нашей близости. Её слова о любви и боли.
Нет.
Нет, она не притворялась тогда.
– Мам, знаешь, о чём тебя попрошу? – перевожу взгляд на её обеспокоенное лицо. – Не лезь в это, пожалуйста. И прими любое моё решение, касающееся моей личной жизни. Я не прошу тебя идти против отца. Но и против меня не иди, пожалуйста.
Её губы вздрагивают, и она с шумом втягивает воздух через нос.
– Ох, Рамиль!
В глазах матери – полнейшее понимание происходящего. А именно – того, что я не собираюсь жениться на Лейле.
– Давай не будем торопиться, ладно? – вдруг шепчет она, будто отец нас может услышать. – Пригласи завтра девушку поехать с нами. Прокатимся в горы, пообщаемся.
– Ну и что это даст?
– Пусть отец увидит, что она для тебя важна. Твой папа не монстр, Рамиль. И иногда он меняет свои решения.
Я что-то такого не припомню.
– Я подумаю, мам.
– Хорошо.
– А теперь поплыли к берегу, – разворачиваю сап.
Меня тянет к телефону, оставшемуся в бунгало. Я хочу написать Тае.
– Стоп! Как это – к берегу? – наигранно возмущается мама. – А как же понырять? А как же посмотреть на то, как тюлень таки забирается на льдину?
– Ахахаха! – угораю я.
А мама снимает свою шляпку, ловко встаёт на ноги и прыгает в воду.
Прыгаю за ней.
***
Заказав коктейль, сижу возле бара. Родителей ненадолго оставил, чтобы избежать разговоров о Тае с отцом. Он же по поводу встречи в лифте ещё не высказался. И я уверен, что ему есть, что сказать.
Моей девочки всё ещё нет в ВК.
Где же ты, Тая?
Написал ей уже кучу сообщений. О том, что жду нашей встречи. О том, что безумно по ней скучаю.
Впервые меня прошибает на такие розовые сопли, но вот так.
Барная стойка сделана по принципу квадрата. Все бармены внутри, а гости снаружи. Ловлю взгляды двух девушек, сидящих на противоположной стороне. Они чуть старше и немного навеселе. Игриво машут мне пальчиками.
Вот не цепляет нисколько.
Зарываюсь в телефон, листаю страницу фангруппы нашей команды. Кто-то выставил мою фотку с последней игры. Снимок был сделан после того, как прозвучал финальный свисток. На нём я сдираю с себя футболку. Комментов к этому посту под сотку, но я их даже не открываю.
Не цепляет и это меня больше, хотя раньше я бы с упоением читал всю эту пошлятину и похвалы от девиц.
Выхожу из группы, чтобы даже уведомления не получать. Возвращаюсь к родителям.
– Нам не пора, а?
На часах уже шесть вечера, хотя солнце продолжает жарить.
– Не пора, – отбривает отец.
Ну да... Депозит же не потрачен ещё.
Поэтому мы ужинаем там же. А потом катаемся на гидроциклах. И отправляемся на часовую прогулку на яхте.
На этой самой яхте мобильного интернета вообще нет, и мой телефон превращается в бесполезный кусок пластика.
Пляж мы покидаем уже в сумерках. Мама определённо счастлива, ведь папа даже пофотографировался с ней, чего он обычно не любит делать.
Пока едем в такси, уточняю по гугл-карте, до скольки работает торговый центр. Успеваю.
– Можно мне тут выйти? – обращаюсь к водителю, когда мы как раз проезжаем мимо него.
– А куда ты, Рамиль? – спрашивает мама.
– Хочу погулять. Программа на сегодня ведь выполнена, да? – я вновь немного резок с ней.
Отец оборачивается и взирает на меня хмурым пьяным взглядом.
Исправляюсь:
– Прости, мамуль. Денёк был супер. Увидимся завтра.
Чмокаю маму в щёку и выскакиваю на улицу. Моя цель – ювелирка. Хочу купить Тае новый браслет.
И какого же моё удивление, когда я вижу на витрине такой же, как был у неё. Хотя когда я его покупал, он был такой единственный – с ключиком.
– Новую партию, что ли, подвезли? – интересуюсь у продавца-консультанта.
– В каком смысле? – непонимающе моргает она.
– Вот этот браслет, – стучу пальцем по стеклу. – Я покупал точно такой же совсем недавно. И он был последним.
Мне показалось, или её щёки на секунду вспыхнули? А по шее вообще пошли красные пятна.
– Да. Новая коллекция, – мямлит она. – Показать?
– Покажите.
Разглядываю браслет. Он мне по-прежнему очень нравится и не хочется выбирать для Таи что-то другое.
Расплачиваюсь за него своей картой. Сегодня без всяких скидок – пятнадцать тысяч. Отказавшись от упаковки, кладу в карман и рву когти к площади, где должна выступать Тая.
Прибегаю и врезаюсь в толпу, когда шоу уже в самом разгаре. Выступление её сестры, Булата. А вот самой Таи нет. И клетки, в которой её почти сжигают заживо – тоже нет.
Я в таком ахере, что не передать словами.
Когда представление заканчивается, подхожу к мелкой. Увидев меня, она вздрагивает и отшатывается. Узнала, я уверен.
– Привет. А где Тая?
– Она…
– Аня! – рявкает Булат за моей спиной. – Сюда иди.
И девчушка уносится к нему, не поднимая на меня глаз.
Звиздец!..
Нет уж, бл*ть, пусть скажут мне, где моя девочка!
Иду прямо к Булату. Тот напрягается и скрещивает руки на груди. Вблизи он выглядит внушительно. Атлетично сложен, высок. Смазливое лицо в сочетании с грозным взглядом.
– Где Тая? – спрашиваю я.
– А ты кто ей?
– Друг.
– Все её друзья знают, где она. Если ты не знаешь, значит, ты ей не друг.
Вот так вот ловко этот тип подводит черту под нашими отношениями.
Мол, Тая меня избегает.
Но ведь этого быть не может!
Через несколько минут они с Аней уходят. А мне остаётся лишь гонять в башке свои мрачные мысли. Одна паршивее другой.
Может, Тая заболела? Плохо себя чувствует, поэтому и пропустила выступление? Или реально меня избегает? Или Булат ей запретил?
Плетусь домой, еле-еле переставляя ноги. Может, в баре каком накачаться до беспамятства?
Отбросив эту мысль, захожу в отель. Поднимаюсь на свой этаж, и неведомые силы почему-то вытягивают меня на балкон. И как только я туда выхожу, сразу понимаю, что тут ещё кто-то есть. На маленьком диванчике в углу маленькая фигурка свернулась калачиком и спит.
Это Тая.
