Текст книги "# И всё пошло прахом (СИ)"

Автор книги: Кира Сорока

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 16 страниц)

Глава 38. Отрицание.

Октябрь 2020

Тая

Мы с Женей сидим на полу, мой телефон лежит между нами экраном вниз. Обе траурно молчим.

– Я даже не уверена, что это был он, – говорю почему-то шёпотом.

Хотя Вика не спит и ползает в манеже. Своими карими глазками с интересом наблюдая за мультиками на телевизоре.

– Ну а кто, если не он, Тай? Конечно, это был он.

– Тогда почему ничего не сказал?

– По той же причине, что и ты до сих пор с ним не поговорила. Вы не поставили точку оба. И пока не можете найти слова, чтобы объясниться друг с другом.

Наверное, Женя права… Во всяком случае, я точку не поставила. И если той ночью мне звонил Рамиль, значит, и он ещё со мной не закончил.

Ну или я просто наивная дура, и кто-то номером ошибся.

– Сегодня его свадьба, Тай, – давит на больное Женя. – Просто позвони по тому номеру и узнай, кто это был.

Я не могу…

Боже, как же это сложно!

Дёргаными движениями собираю волосы в гульку на макушке, фиксирую резинкой, которую ношу на запястье. Сжимаю пальцами виски.

– Представляешь, что со мной сделает его родня, если я сорву ему свадьбу?

– Да к чёрту пусть все идут! – психует она шёпотом. – Я бы папашке его всю рожу разукрасила. Тоже мне, вершитель судеб. У него, блин, внучка растёт – точная копия сына. А они там какую-то удобную девку ему подсовывают. Возьми своё, Тая! Кто, если не ты? Только ты сама можешь за вас побороться! Мне же ты не разрешаешь.

Она обиженно поджимает губы.

– Я не знаю.

Вскакиваю с пола, достаю Вику из манежа. Вообще-то, ей и там было неплохо, но я очень часто ношу её на руках.

– Да хватить её таскать, – строго говорит Женя. – Ты Викой как щитом прикрываешься. И ещё она – твой личный панцирь. «Ой, больше никаких свиданий, у меня дочь!» Что же ты с Кириллом больше не встретилась, а?

– Потому что он – не моё.

– А кто твоё, Тай?

Хмуро молчу. Женя почти силой забирает у меня Вику и всучивает телефон.

– Быстро звони! Пока не поздно.

– Я не могу…

– Я же не говорю: звони Рамилю. Я прошу лишь позвонить по тому номеру. Три дня уже прошу, Тай. Но сегодня всё – настал день X. Да ты только вдумайся – если не сегодня, то никогда. Никогда! Это очень страшное слово, Таечка. Никогда ты не отмотаешь всё назад и никогда не поступишь как-то иначе. Никогда не сможешь исправить эту ошибку. НИКОГДА НЕ БУДЕШЬ С РАМИЛЕМ! – прикрикивает подруга.

Вика ожидаемо начинает кукситься.

– Тише-тише, моя маленькая, – сюсюкаю я, пытаюсь забрать дочку себе.

Женя делает шаг назад и смотрит на меня предупреждающе. Щекочет малышке пяточку, и Вика, тут же передумав плакать, начинает улыбаться.

– Я её покормлю, – Женя решительно идёт к двери. – А ты делай уже что-нибудь.

Останавливается в дверях гостиной, оборачивается.

– Клянусь тебе, что если ты прямо сейчас ничего не сделаешь, я больше НИКОГДА не подниму эту тему. Поверь, мне тоже плохо, Тай. Глядя на тебя, на Вику… Мне тоже очень плохо.

Я верю. Женя тратит слишком много себя на мои проблемы.

– Прости меня, – пищу в ответ.

– Пфф!.. – фыркает она и уносит Вику на кухню.

Нервно кручу в руках телефон. Потом лезу в диван, достаю из внутреннего ящика свой старый рюкзак. Сев на пол, раскладываю документы. Досконально перечитываю каждый.

Я отказываюсь от Рамиля. Я не называю его отцом своего ребёнка. И никогда не появлюсь в его жизни.

Тут моя роспись. Я поставила её собственноручно.

Обняв руками колени, долго смотрю в одну точку. Сердце моё болезненно бьётся, фантазия рисует образ невесты Рамиля.

Она будет в национальной одежде? А он?

Наверняка она будет очень красивой невестой, стилисты с ней поработают.

Я не буду никому звонить…

И больше НИКОГДА не буду думать о нём.

Но в следующую же секунду беру в руку телефон и быстро нахожу тот номер, с которого мне позвонили в час ночи три дня назад.

Когда раздаются гудки, прихожу в себя.

Что я делаю, Боже? Я же и правда звоню!

– Алло, – в трубке раздаётся звонкий детский голосок.

– Эм… Вероятно, я ошиблась, – мямлю, окончательно растерявшись.

– Шашка в душе, – вещает маленькая девчушка. – Што ему передать?

– Ничего. Я просто ошиблась… номером.

– Ну ладно, – говорит она и отключается.

Возможно, и тогда, ночью, эта девочка баловалась с телефоном брата и случайно позвонила мне...

Так себе версия, конечно. Но другой у меня нет.

Ещё раз глянув на бумаги от нотариуса, в порыве гнева рву всё в клочья.

– Та-ак… Гнев пошёл, – комментирует мой психоз Женя, заходящая в комнату с Викой на руках. – Мы ведь в обратном порядке двигаемся, Тай. Принятие было в самом начале. Ты приняла, что Рамиль не твой. Потом депрессия. Потом ты внутренне торговалась сама с собой, я ведь права?

Но я молчу. Хотя она права, конечно.

Вика снова в манеже. Женя садится на пол, собирает остатки документов.

– Теперь ты злишься, это отлично. Только давай уже ускорим и перейдём в отрицание, ок? Ты отрицаешь, что всё закончилось, и звонишь Рамилю.

Я что, и правда прохожу эти пять стадий в обратном порядке?

– Мне подлить маслица в огонь? – поднимает брови Женя. – Рамиль пропустил рождение дочери. Тяжёлые ночи, больной животик. Непринятие смеси для кормления и поиски другой... Ты вывозила всё это без него. А он там где-то мячик пинал и жил в своё удовольствие. Как тебе такое?

Стискиваю зубы. Злость вскипает мгновенно.

Я вывожу всё это без него!

И тяжёлый месяц в больнице после родов. И осуждающие взгляды врачей, потому что очень много необходимого для развития дочери не могу позволить себе купить. Тот же чёртов массаж! Потому что денег лишних нет!

– Да, чёрт возьми! Я злюсь! – психую я.

– Тогда звони этому жениху недоделанному!

Но позвонить я не успеваю. Мой телефон начинает звонить первым.

Тот ночной абонент.

– Да!

– Я так понимаю, ты Тая, – раздаётся мужской голос в трубке.

– Да, – выдыхаю взволнованно, растеряв весь свой гнев.

Женька смотрит на меня, не моргая.

– Кто звонил мне ночью? – дрожит мой голос.

– Есть догадки? – отвечает он вопросом на вопрос.

– Нет… Просто скажи.

– Так не получится, Тая. Если догадки есть, то ты знаешь, кому надо позвонить. И у тебя ещё есть время, чтобы всё исправить.

Звонок обрывается.

Вот доморощенный философ, чёрт возьми! Они бы с Женькой спелись.

– Ну? – нетерпеливо взвизгивает она.

– Похоже, это друг Рамиля.

– Слава Богу! – вскидывает она руки вверх. – Ты ведь уже на стадии отрицания, да?

Неуверенно киваю.

– Слава Богу! – вновь ликует Женя. – Наконец-то процесс запущен! Главное – не опоздать.

Глава 39. Свадьба.

Рамиль

Ничего не видящим взглядом смотрю в окно. Там пасмурно, серо и накрапывает дождь. Погода соответствует моему «праздничному» настроению.

Лимузин тормозит у новомодного отеля в центре. Выкупать свою невесту я должен тут.

Я хотел отказаться от этой традиции тоже. Отец не позволил. Видите ли, Азимовы и так разговаривают с ним через губу после моего отказа от никаха.

– Ты готов, Рам? – толкает меня в плечо мой кузен Макс.

– К чему? – вяло уточняю я.

– Ты где плаваешь? Приехали же!

Ну да, приехали. Вот только выходить не хочется.

Макс напяливает мне на голову тюбетейку.

– Всё, пошли, – первым выбирается из лимузина.

Макс – мой самый ближайший родственник, не считая родителей, и почти ровесник. Поэтому он здесь. А родители и вся остальная родня встретят нас у ЗАГСа.

Выхожу из машины. У входа в отель меня поджидают братья Лейлы. Макс уже разводит их на лёгкий выкуп.

– Да хорош! Скажите этаж, номер. Чё мы, бегать по всему отелю будем?

– Побегаете! – ржёт Данис.

– Ну или платите, – хмыкает Камал.

У Макса полные карманы денег, он начинает торговаться. Я безучастно стою рядом. В кармане брюк сжимаю махр*. Это золотая цепочка с кулоном, которую вручила мне мать сегодня утром. Вообще-то, я должен был купить махр сам, но мама побеспокоилась об этом за меня. Судя по брюликам на кулоне, стоит этот презент как подержанный ВАЗ.

Я вытащил его из футляра и засунул в карман. Так удобнее.

– Этих денег хватит только на этаж, – веселится Данис, пересчитывая наличку Макса. – Ладно. Скажу. На последнем она.

Задираю голову, считаю этажи отеля. Их шесть. Идём с Максом внутрь.

– Предлагаю по лестнице, – дёргает он меня за рукав, заприметив тамаду и подружек Лейлы, которые сгрудились у лифта.

Забегаем на лестницу. Первый этаж, второй, третий…

– Чё, мы всех опрокинули, что ли? – ржёт кузен.

Да, похоже, что так. Подружки невесты готовили для нас конкурсы, чтобы мы смогли попасть в лифт. А на лестнице вообще никого нет.

Однако на шестом у двери одного из номеров толпятся родственнички Лейлы. Её мать, бабка, кузины.

– Мимо этих не прорвёмся, – хмыкает Макс.

– Ой, какой хитренький у нас жених!.. – прищурившись, говорит бабка Лейлы.

А её мать заключает меня в объятья и, вопреки недовольным воплям остальных, проталкивает в гостиничный номер, где меня ждёт будущая жена.

Макс врывается следом, соря остатками денег, и захлопывает дверь перед носом остальных. Ложится на неё спиной. Но с той стороны начинается такой кипиш... Дверь наверняка в конце концов выбьют. Может, подружки Лейлы с первого этажа прибежали, а может, и её братья.

Перевожу взгляд на невесту. Лейла предстаёт передо мной в белом, расшитом золотыми нитями платье в пол. На его подоле – драгоценные камни. На голове Лейлы – феска, к которой прикреплена фата, сейчас покрывающая её лицо.

Меня совсем не будоражит её безупречный образ. Да, красиво. Но это всё, что я могу сейчас сказать и о чём подумать.

Красивое платье. Красивый номер отеля, в котором мы проведём нашу первую брачную ночь. Здесь всё такое беленькое, свеженькое, с флёром невинности.

Подхожу к невесте, убираю фату с её лица. На меня смотрят огромные чёрные глаза с чересчур длинными, немного пошловатыми ресницами.

Губы Лейлы не накрашены. Наверное, я должен их поцеловать. Толпа, всё же ворвавшаяся в номер, громко гогочет и буквально требует этого – поцелуя.

Шарю по карманам в поисках цепочки. Бля… Её там нет.

Вот совсем недавно была, а теперь пропала!

Обернувшись, растерянно смотрю на Макса. Он вопросительно приподнимает брови.

– Я махр потерял, – говорю одними губами.

Кузен ударяет себя по лбу.

– Пипец...

А чё тут ещё скажешь?

Разворачиваюсь обратно к Лейле, быстро касаюсь её губ своими. Она цепляется за мою кисть, встаёт на носочки и пытается продлить поцелуй. Целую в ответ. С отчаянием и напором. Пошло. Жадно. Желая вызвать у неё отторжение.

Но его нет.

Когда поцелуй заканчивается, Лейла вполне невинно улыбается. Правда, в её глазах этой невинности нет от слова «совсем». Покрепче взяв её руку, вывожу девушку из номера под громкие поздравления родни.

На лифте мы едем вдвоём. Молча.

Потому что посторонним, по сути, людям и говорить-то не о чем.

Выходим из отеля, забираемся в лимузин. Братья Лейлы как раз садятся в припаркованный рядом БМВ. Камал – за руль, Данис – на пассажирское. Остальная родня пакуется в автобус. Макс поедет с ними, он этого сам захотел. Сказал, что там полно потенциальных невест.

– Ты в порядке? – спрашивает Лейла, когда лимузин трогается.

Мы сидим с ней каждый у своей двери. Между нами полтора метра.

– Я потерял подарок для тебя. Где-то в отеле.

– Жаль. Может, найдётся? А что там было?

– Цепочка с кулоном.

– Но ты же купишь мне другую, да? – уточняет она.

Киваю. Этот театр абсурда обретает всё новые и новые грани...

Основной выкуп за невесту мой отец отдал отцу Лейлы. Суммы я не знаю. Кажется, там что-то запредельное. Словно моя будущая жена – такой эксклюзив, какой нигде больше не сыскать.

Мой же отец купил нам квартиру, в которую мы заедем после трёх дней свадебных гуляний.

А теперь вот невеста требует новый махр.

Прибываем к ЗАГСу. Тут ещё больше родни. Все в национальных костюмах. Родственники и случайные прохожие снимают наш лимузин на телефоны.

Первым выхожу из авто и открываю дверь для Лейлы. Подаю ей руку.

Нас облепляет родня. Все что-то кричат, радостно поздравляют, хотя нас даже ещё не расписали. Всё расплывается перед глазами, лица сливаются в одно размытое пятно. Ничего не вижу, не разбираю слов...

Теперь я, наверное, знаю, что такое паническая атака. Мои руки трясутся, пульс клокочет в горле, бухает в ушах. Хочется упасть на колени и стиснуть руками голову. А потом вскочить и убраться отсюда к чертям собачьим.

Но я не могу. Обещал отцу. Да и люди эти здесь ради нас собрались.

Мне чертовски не хватает моих друзей. Но они будут присутствовать лишь на последнем дне гуляний. Так решил отец.

Друзья – не главное в жизни. Важна лишь семья. Примерно так он сказал.

Прибывает автобус с подружками невесты, Максом и матерью Лейлы. БМВ её братьев уже не помещается на парковке у ЗАГСа. Они оставляют тачку у дороги.

Подружки уводят невесту в дом бракосочетания типа попудрить ей носик. До церемонии всего десять минут.

Наши с Лейлой отцы стоят в стороне и о чём-то эмоционально спорят.

– Первый ребёнок и будет наследником, – отрезает Азимов. – Если это будет сын, конечно.

– Договор был другой, – сатанеет мой отец. – Наследник – Рамиль, и уж потом – его дети.

– Рамиль пренебрёг традициями! Я меняю контракт. И не забывай про Камала с Данисом, они тоже претендуют на наследство наряду с детьми Рамиля и Лейлы.

– Другими словами, я свой бизнес должен разделить ещё и на твоих сыновей? Очень умно, Азат. А если твоя Лейла пацана не родит?

– Так пусть твой сынок не плошает…

Мне противно это слушать, отхожу подальше. Макс подходит ко мне, вертя на пальце какой-то брелок.

– Никто не терял ключ от бэхи? – осматривается по сторонам.

Отнимаю у него брелок, сжимаю в кулаке. Пульс мой ещё больше учащается.

– Ты чё, Рам? Знаешь, кто потерял?

– Знаю… Я.

– В смысле «ты»? – нервно улыбается Макс.

Смещаюсь в сторону тачки, взглядом подзывая его к себе.

– Макс, передай моему отцу, что мне очень жаль. Скажи, что я осознаю, что всех подвёл.

– Чего?.. – вытягивается его лицо. – Рамиль, ты чё несёшь? Пошли в ЗАГС! Там церемония сейчас начнётся!

– Я не могу, – пячусь к бэхе.

– Не можешь чего?

– Жениться на Лейле. Это будет самый тупой поступок в моей жизни.

– Тупой поступок – это нагибать Азимовых, – говорит одними губами Макс.

Я знаю, что это тоже самоубийство. Но так кто-то грохнет меня, а не я собственноручно загоню себе пулю в лоб.

– Рамиль, блин! – тихо рявкает Макс.

Но я уже забираюсь в тачку братьев Лейлы. Вставляю в замок ключ, завожу мотор и давлю на газ.

*махр – подарок/выкуп от жениха невесте по случаю никаха.

Глава 40. #И всё пошло прахом.

Октябрь 2020

Рамиль

Держась одной рукой за руль, тянусь к бардачку и проверяю, есть ли здесь документы. Страховка есть, но только она.

Из полезного нахожу мини-бутылку с вискариком. Сейчас бы влить это всё в себя, чтобы успокоить нервы.

Нащупываю пачку сигарет, достаю.

Никогда не курил. Даже в подростковом возрасте не баловался. Не тянуло как-то.

Бросаю пачку на сиденье.

Так… Побухать, покурить – это всё лирика. А дальше-то что?

Выжимая всю мощь из бэхи, мчу по городу. Не знаю, куда. Надо просто ехать, и всё. Как можно дальше от этого дурдома.

На этой бэхе я до Сочи не доеду, конечно. Меня повяжут на ближайшем посту ГАИ.

Да и кому я там нужен? Тае, что ли? Пфф…

Держа телефон у лица, наговариваю голосовуху Дену.

– Бро, я со своей свадьбы слинял. И, скорее всего, меня четвертуют за это. Вот такой вот прикол.

Безрадостно хмыкаю.

Потом – голосовуху Саньку.

– Шура, я в бегах, если что. Невесту кинул прямо у ЗАГСа. Ты прав, я не могу что-то начать, пока где-то там не закончил. И пусть не закончил только я. Плевать. Но чё делать сейчас, не знаю.

Мой телефон оживает звонком. Это отец. Принимаю вызов, ставлю на громкую.

– Да, пап.

Трубку не брать – это несерьёзно.

– Рамиль, где бы ты сейчас ни был, – цедит отец без предисловий, – разворачивай машину, и чтобы через пять минут был здесь.

– Я не вернусь, пап.

– У тебя выбора нет! – рявкает он. И тут же гораздо тише, но так же твёрдо продолжает: – Ты обрекаешь нас на войну с Азимовыми. Они сожрут наш бизнес, найдут выход на европейских конкурентов и потопят нас без всяких угрызений совести. Я не воспитывал тебя эгоистом, Рамиль. Ты же знаешь, что такое долг и честь!

Бля…

– Пап, я правда не могу, – рвётся из меня болезненно. – Я! Её! Не люблю!

– Полюбишь.

– Нет!

– Даже если не полюбишь – это не проблема. Я же позволил тебе продолжать играть в футбол и жить на всю катушку. Брак с Лейлой – это формальность. Будешь мотаться на свои сборы, заводить любовниц.

– Ты именно так действуешь, да?

– Нет. Я свою жену люблю.

Да, помню. Отец женился по любви, и поэтому слово моей матери имеет хоть какой-то вес в нашей семье. Именно из-за любви они иногда конфликтуют, спорят, мирятся. У них есть чувства друг к другу. А мне отец хочет подсунуть пустышку. У меня не будет НИЧЕГО.

Жить с послушной куклой я не буду.

– Значит, тебе повезло пап, раз любишь, – вздыхаю опустошённо.

– Рамиль, всё будет хорошо. Сынок, обещаю, пройдут годы – и ты не пожалеешь об этом браке, – мягко уговаривает он меня. – Лейла станет хорошей женой. Ты сможешь её полюбить. Ну или как минимум будешь уважать.

– На меня всегда будут давить её братья.

– Я с этим разберусь. Возвращайся, сынок. Не обрекай нашу семью на войну с Азимовыми, а потом на нищету. Твой прадед основал этот бизнес. Хоть его не подводи.

Я уже почти добрался до выезда из города. Впереди виадук. С него можно уйти на разворот и вернуться. Или просто ехать вперёд.

ААААА!

Вашу мать!

Стискиваю руль с такой силой, что костяшки пальцев белеют. Лечу по виадуку. Через пятьсот метров тот злосчастный поворот. Надо просто снизить скорость и повернуть руль влево. И я должен сделать это ради своей семьи.

Отец прав, я никогда не был эгоистом. Никогда.

Что я делаю, чёрт возьми?! Мой поступок реально полный треш!

– Рамиль, ты меня слышишь?

– Да, пап, я здесь.

Бросаю телефон на соседнее кресло. В этот момент приходит уведомление, что Санёк прислал мне голосовуху. И следом – сообщение. Я вижу только часть текста.

«В общем, всё сходится, Рам. Она тоже о тебе думает…»

«Кто думает?» – дёргает меня.

– Рамиль, твоя мама пытается успокоить мать Лейлы, – продолжает давить отец. – Скажи мне, что ты уже едешь обратно. Чтобы я мог успокоить плачущих женщин.

Слышу голоса братьев Лейлы. Они кроют меня, на чём свет стоит, изрыгая проклятья и угрозы. Обещают что-нибудь отрезать.

Не сбавляя скорости, пролетаю мимо поворота. Ставлю отца на удержание, включаю голосовуху от Санька.

– Мне позвонила твоя Тая. Я уверен, она знает, что это был ты той ночью.

Читаю сообщение.

«В общем, всё сходится, Рам. Она тоже о тебе думает. Ты прав, ты с ней не закончил. Как минимум вам надо поговорить. А потом решишь с женитьбой. Ты всё правильно сделал».

Да, правильно. Только вот её звонка моему другу чертовски мало! В моей жизни она так ни разу и не появилась с тех пор.

Тая просто перезвонила по номеру, который побеспокоил её ночью.

Беру в руки телефон, чтобы вернуться к разговору с отцом. Сказать ему, что вернусь. И будь что будет.

Но не успеваю переключиться на отца, потому что приходит сообщение от абонента…

Повелительница огня: Рам, ты мне очень нужен.

И всё. Моё сознание плывёт. Ничего не вижу перед собой. Онемевшими руками пытаюсь держать руль, но у меня ничего не выходит.

Повелительница огня: Рам, скажи, что это всё ещё твой номер.

Повелительница огня: ...

Тачку куда-то ведёт. В последний момент успеваю вдавить педаль тормоза, но от столкновения меня это не спасает. Последнее, что вижу перед глазами – это облако пыли и столб.

Бах! Меня швыряет вперёд. Успеваю сгруппироваться и повернуть голову. Висок обжигает короткой, но охренительной вспышкой боли. И эта боль расползается по всему телу.

Кажется, на пару секунд отключаюсь...

Прихожу в себя с жутким треском в башке.

Мля… Я ещё жив? Или всё?

Откидываюсь на спинку кресла, медленно моргаю. Всё как в тумане. Перед глазами – пелена. И как-то чертовски темно стало.

За окном сумерки…

Это вообще не вписывается в мою реальность.

Сколько я был в отключке?

Пытаюсь восстановить картинку произошедшего.

Я сбежал с собственной свадьбы. А дальше?

Никак не находятся нужные пазлы для всей картинки. Вроде я говорил с отцом…

Ничего не соображая, пытаюсь завести тачку.

Зачем? Хрен его знает.

Стартер крутит, что-то щёлкает и… ничего не происходит. Пробую ещё. И ещё.

Болезненно давит в висок. Сотряс у меня, походу.

Вздрагиваю от хлопка под капотом. После него тачка вообще больше не издаёт никаких звуков, как бы я не пытался её завести.

А вот телефон мой оживает. Где-то. Сейчас я слышу его.

Шарю по коврику под ногами. Нащупываю что-то… Сигареты... Наконец, нахожу телефон.

Мой телефон… там сообщения… от неё.

Меня начинает трясти, как в лихорадке. Выбираюсь из тачки. Падаю на колени. Пытаюсь осмотреться. Походу, я съехал с главной дороги, она за этим пролеском. Поэтому никто ещё не оказал мне никакой помощи. Меня же здесь вообще не видно.

Медленно поднимаюсь с земли. Оглядываю бэху. Тачка в хлам. Не заводится.

Опустошённо прислоняюсь к кузову и смотрю в звёздное небо. Нервно усмехнувшись, кручу в руках пачку сигарет. Футболисты не курят, но…

Остервенело смяв пачку, выбрасываю. Нет никаких но.

Из-под капота валит дым, возможно, сейчас полыхнёт. Но мне пофигу.

Капля крови, ползущая по виску, неприятно щекочет кожу.

Всё как в тумане. Но он наконец начинает стремительно рассеиваться.

Скорость была запредельная. Вдруг «бах!» – мордой в столб. Из-за долбаного сообщения от неё.

Мля…

Только она может делать со мной такое. Лишать воли, здравого смысла. Заставлять сердце трепетать в груди и биться на сверхчастотах.

Только она способна заставить моё сердце остановиться.

У меня есть всё… Кроме неё!

В смятении запускаю руку в волосы и морщусь от боли. Башка разбита… Оторвавшись от тачки, начинаю нервно ходить туда-сюда и перечитываю сообщения от неё.

Повелительница огня: Рам ты мне нужен.

Повелительница огня: Рам, скажи, что это всё ещё твой номер.

Повелительница огня: Рамиль, я тут.

Фотка с геолокацией.

Повелительница огня: #и всё пошло прахом.

Этот хештег переворачивает во мне всё.

Мы же, блин, так давно попрощались! И я это принял! Отпустил… Думал, что всё, переболел! Всё! Моя страсть, любовь и одержимость этой девушкой – всё это уже в прошлом.

Я забывался с другими. И думал, что забылся.

Но нет… Я просто пытался убедить себя в этом, каждый долбаный день ощущая себя сломанным. Неполноценным.

Игнорирую звонки отца, матери, Камала. Их сообщения просто не читаю. Увеличиваю фотку с геолокацией и ошарашенно понимаю, что это Подмосковье. Тая так близко от меня?

Эта информация в голове пока не укладывается.

Давно она тут? Как долго была под самым носом?

Бросаю взгляд назад – туда, откуда приехал. Там я оставил очень много всего. Друзья, команда, семья…

Смотрю вперёд. Не видно нихрена, уже темно. Но где-то там – она.

Машина издаёт странные звуки. Походу, сейчас рванёт.

Что ж… дальше я пойду пешком…

Быстро набираю сообщение отцу.

Рамиль: Прости. Я не вернусь.

И ей.

Рамиль: Тая, я иду к тебе.