Текст книги "# И всё пошло прахом (СИ)"

Автор книги: Кира Сорока

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 16 страниц)

Глава 14. Двенадцать тысяч

Тая

– Это очень плохая идея, Антон. Очень!

Моему возмущению просто нет предела. И хочется повесить трубку.

– Да что здесь плохого?! – возмущается парень. – Не хочешь долго возиться с этим Валиевым – так вот, я предлагаю быстрый способ. Боря сможет взять форму брата только этой ночью. Я всё продумал, как надо сделать. Один раз сыграешь свою роль, мы получим бабки, и ты разорвёшь связь с футболистом.

Звучит заманчиво, конечно… Моё сердце вряд ли выдержит, если я затяну с расставанием ещё на неделю.

Но нет. Нет!

– Антон, я правда не могу. Это… подло. Неправильно.

– Он же платит бабками родаков своих. Какое тебе дело до них? Богатенькие ублюдки, вваливающие кучу денег в сынишку, – продавливает меня Антон. – Тая, скажи «да», и я всё сделаю.

Из меня всё-таки вырывается тихое «да».

Дура, блин!..

– Вот и умничка, – хвалит меня Антон. – Всё, будь на связи и договорись с ним о встрече на одиннадцать.

– Хорошо.

Ничего хорошего, вообще-то. И я точно буду гореть в аду.

Сбросив звонок, убираю телефон в свою увесистую сумку и заруливаю в торговый центр. Иду в ювелирку. На витрине свой браслет нахожу сразу. Точнее, очень похожий на мой. Такой же ремешок, но подвеска не с ключом, а с замочком. Из того же драгоценного металла, я уверена. И камушки так же блестят, как на моём.

– Что-то показать? – спрашивает девушка-продавец.

– Да. Вот этот браслет, пожалуйста.

Когда получаю украшение в руки, разглядываю пробу на подвеске.

– Девятьсот пятидесятая проба, – подсказывает мне девушка.

– А что за камушки?

– Бриллианты. По полкарата вот эти, – указывает на самые крупные. – Остальные поменьше.

Ого…

– И сколько же стоит такой браслет?

Цены на нём нет.

– Двенадцать тысяч. Это по скидке, только сегодня и завтра. Я вам очень рекомендую. Кожа и платина сейчас в тренде.

– Ага, спасибо, – отдаю вещицу обратно.

Руки аж трястись начинают, когда слышу ценник. Неловко попрощавшись, ретируюсь из торгового центра.

Двенадцать тысяч! Ужас какой…

Ноги подгибаются, и я сажусь на ближайшую лавочку. Пишу сообщение Антону.

«Сколько нам вообще нужно, чтобы получить информацию о бабушке Ани?»

Антон: Пока сказать сложно. Не меньше полтинника.

Да уж… Моего браслетика явно не хватит.

Достав листовки из сумки, начинаю раздавать прохожим. Ещё одна подработка.

Закончив здесь, спешу домой. Сегодня мой день уборки. А ещё вечером выступление.

Рамиль написал не так давно, хочет увидеться. А я не могу… Потому что тянет меня к нему слишком сильно. А мне ему ещё голову дурить этим вечером.

Перехожу через дорогу, направляясь в наш район.

– Попалась!.. – неожиданный шёпот в самое ухо.

Меня сгребают в объятья. После секундного испуга приходит понимание того, чьи эти сильные руки. И чей такой манящий запах. И крепкий торс, прижимающийся сзади.

Боже…

Всё моё тело по-кошачьи тянет от касаний Рамиля. От его напора. Энергии бешеной.

– Это слишком маленький посёлок, Тая, – шепчет он. – Тебе, такой красивой, тяжело тут спрятаться.

Говори… говори что-нибудь ещё! Не дай мне вынырнуть из этого манящего морока.

Но Рамиль не говорит, а просто разворачивает меня к себе, обхватывает лицо ладонями и нежно касается моих губ. Веки моментально тяжелеют, глаза закрываются. Пульс подлетает до предела.

Поцелуй в уголок рта... Язык, скользнувший по нижней губе... Этот же язык легко размыкает мои губы и врывается в рот. С невольным стоном начинаю целовать в ответ. Так же яростно и жадно. И глубоко. Очень глубоко.

Мы сейчас съедим друг друга.

Вжимаюсь в крепкое тело Рамиля, полностью отпуская себя...

Закончив меня целовать, он просто обнимает и гладит по моим плечам своими горячими ладонями. Шепчет, зарывшись носом в мои волосы:

– Хочу ночь с тобой провести. Все ночи и дни, которые остались.

Это ранит. Очень.

И я даже не знаю, что больше. То, что он просто отпустит меня вскоре. Или то, что он сейчас хочет от меня секса и даже больше, а потом легко уедет.

Наверное, меня ранит всё.

Отстраняюсь. Едва совладав с внутренней истерикой, улыбаюсь Рамилю.

– Мне бежать пора. Дома очень много дел накопилось. Вечером обязательно увидимся! После выступления, да?

– Не хочу тебя отпускать, – тяжело вздыхает парень и вновь притягивает меня к себе.

Теперь он целует медленно и, кажется, ещё слаще. Его руки на моих щеках подрагивают.

Да это просто пытка какая-то, чёрт возьми!

Уворачиваюсь от его губ. Вновь через силу игриво улыбаюсь.

– Мне правда пора. Ты должен меня отпустить. Это же ненадолго.

Рамиль становится чернее тучи.

– Да, должен, – мрачно говорит он. – Ладно, иди.

Разжимает пальцы, и я оказываюсь на свободе. Без его объятий мне сразу становится зябко…

– До встречи, – салютую ему.

– Пока.

Поправив ремень сумки на плече, разворачиваюсь и бегу со всех ног. Прочь. Прочь от этого искусителя моего сердца.

Задание – вот он кто.

И я выполню то, что должна.

Дома застаю рабочего, который почти уже закончил вставлять новое стекло. Булат, как и обещал, расплачивается с ним моими деньгами. Почему я знаю это? Потому что ещё утром он не постеснялся напомнить.

Мой отчим сегодня пьян с самого утра. Или не протрезвел со вчерашнего вечера. Похоже, он славно вчера погулял с какой-то приезжей девицей.

Ванька всю ночь плакал и жаловался на боль в животе. Я почти не спала из-за этого.

Помыв полы и сложив вещи после стирки, ложусь на пару часиков вздремнуть. Анютка заваливается ко мне под бочок. Что-то болтает про новый трюк, который ей не терпится показать широкой публике.

– Можно же два обруча взять. И проходить в них не просто с поднятыми руками, а например «корабликом». А что? Я же худая. Наверняка пройду. Только надо чтобы ты мне их подбрасывала.

– Надо тренироваться, – бормочу в ответ.

– Да. И ещё наш парный танец. Может, стоит включить его в программу?

– Угу…

Под её тихое бормотание я засыпаю.

Будильник будит меня в девять вечера. Принимаю душ и собираюсь. У меня лишь один сценический костюм – пресловутые боди и лосины.

Волосы собираю в высокий хвост, а тот заплетаю в тугую косу. Достаю из тайника свой браслет. Сажусь на кровать, с трепетом разглядываю.

Двенадцать тысяч… У меня в жизни не было подарка дороже. Но дело даже не в его цене. Он очень ценен для меня из-за того, кто его подарил.

Надеваю браслет на запястье. В рюкзак бросаю нужные мне вещи: баллончики с краской и сменную одежду.

Перед самым выходом от Антона приходит сообщение: «Боря готов. Ровно в двенадцать будет под железкой. Веди себя естественно».

«Поняла. Я всё сделаю».

Глава 15. Откровения.

Рамиль

С восхищением и замиранием сердца смотрю на выступление Таи. Кажется, народу собралось ещё больше, чем на предыдущих выступлениях их группы. Зрители, не жалея денег, кидают в специальную урну наличку, делают переводы по указанному телефону.

Мне тоже хочется выразить свой восторг от этого шоу и финансами тоже, но вот переводить деньги абы кому не хочется. Вдруг они не дойдут до Таи?

Лучше просто потрачу на неё всё, что осталось на моей карте.

Несколько раз во время выступления Тая смотрит прямо на меня. И наши гляделки получаются очень интимными. Мир вокруг будто бы исчезает. Даже музыка становится тише…

После окончания шоу на площади становится темно, и я теряю девушку из вида. Вижу, что Булат собирает оборудование, а та молоденькая девчушка помогает ему. А вот свою Повелительницу огня не вижу.

Маневрируя между людьми, пробираюсь ближе к труппе. Спрошу у этого Булата, где Тая.

А что такого?

Однако не успеваю подойти достаточно близко – кто-то хватает меня за руку и тянет в сторону.

Тая… Она уже переоделась в футболку и джинсовые шорты. Волосы распустила. За плечами у неё рюкзак.

– Бежим, пока меня не запрягли помогать, – со смехом говорит она и тянет меня за руку.

Подчиняюсь, и мы бежим вместе, удаляясь всё дальше и дальше от площади.

Её игривый настрой мне очень нравится.

Не сбавляя хода, пробегаем всю набережную. Когда все прибрежные заведения остаются далеко позади, переходим на шаг. Тут ещё темнее, чем на площади. Кажется, что единственный источник света – это луна над морем.

– А куда мы так торопимся?

– У меня есть дела, – свободной рукой касается лямки рюкзака.

– В этой части посёлка? Какие?

– Скоро узнаешь.

Игриво закусывает губу, глаза сверкают озорством.

Тая придумала какую-то шалость? Вполне возможно. От неё ведь можно ждать чего угодно!

Набережная заканчивается.

– Так… И куда теперь?

– Спускаемся на пляж, – командует Тая, и мы ступаем на булыжники.

Идём вдоль бетонной стены, отделяющей пляж от железной дороги.

– Надо фонариком подсветить.

Остановившись, Тая копается в рюкзаке. Внутри него что-то побрякивает. Звук очень знакомый.

– Что у тебя там?

– Потом скажу, – вновь игривым тоном говорит Тая.

Наконец достаёт телефон, включает фонарик и светит нам под ноги. Ловлю её руку, подношу к губам, целую в маленькую ладошку.

Тая надела мой браслет сегодня, и от этого я чувствую какой-то странный трепет.

– Ты его надела?

– Да. Мне он очень нравится, – отзывается смущённым шёпотом.

Переплетаем наши пальцы и идём дальше. По пути нам попадаются парочки, решившие уединиться здесь, в этой тихой части пляжа. Одна такая парочка, устроившись на волнорезе, кажется, уже вовсю занимается сексом. Ну или близко к этому.

– Блин… Простите, – смущённо пищит Тая и пытается притушить свет фонаря, прижимая телефон к бедру.

Парочка хихикает, совершенно не смутившись. Линяем оттуда, прибавив ходу. Я тихо угораю и, наверное, немного завидую тем двоим.

Мне хочется раздеть Таю. Блин... Как же хочется повторить то, что уже было между нами!

– Ну что? Здесь, кажется, нет никого? – замерев у стены, Тая оглядывается по сторонам.

– Да вроде нет.

– Отлично.

Она стягивает с плеч рюкзак, раскрывает его и достаёт два баллончика с краской. Так вот что это был за звук…

– И что мы будем делать? – охреневаю я.

Стены расписывать? Серьёзно? В такой интимной обстановке так бездарно тратить наше время?

– Не ты, а я, – поправляет меня Тая, встряхивая баллончиком. – Я буду писать. А ты можешь на шухере постоять. И подержи фонарик.

Она отдаёт мне свой телефон, и я свечу на надписи на стене, которых здесь немерено. В основном это города и даты.

Москва, 2015.

Саратов, 2017.

Челябинск, 2012.

И так далее…

Странный перформанс... Хотя я могу это понять. Но что же собралась делать местная девочка?

И чтобы лучше её узнать, я просто не мешаю. Пусть пишет, что хочет.

И она пишет. Ловко выводит краской надпись «# И всё пошло прахом». Потом обводит буквы другим цветом. Дописывает снизу ещё две буквы поменьше: В и К.

Реклама их группы? Или что это за херня, мать вашу?

– Ты, наверное, считаешь меня немного сумасшедшей, – внезапно говорит Тая.

Она не смотрит на меня, старательно заключая надпись в сердечко.

– Да, считаю, – признаюсь я. – Зачем ты это пишешь?

– Вот знаешь... Бывает иногда человеку плохо. Он идёт… ну, например, просто гуляет. Водит взглядом по людям, зданиям, деревьям, остановкам, машинам… И где-то глубоко внутри себя ждёт какого-то знака. Может, хочет его увидеть... Ищет знак глазами – и вдруг видит эту надпись. Она срабатывает как заклинание именно для того, кто действительно нуждается в помощи. Потому что в его в жизни всё действительно пошло прахом. И вот он цепляется за эту надпись. Находит нас. Иногда человеку элементарно необходимо выговориться, а мы можем послушать. Или помочь. Мы много кому помогли, Рамиль.

Замолкает и разворачивается ко мне лицом.

– Кто «мы»?

– Я, Антон, остальная часть нашей команды.

– Как помогаете?

– Деньгами, советами, какой-то физической помощью.

– Волонтёры?

– Розыском домашних животных и людей не занимаемся – если ты об этом.

– А бездомным помогаете?

– Только тем, кто сами нас нашли. У кого сработало это заклинание.

– У меня, видимо, не сработало, раз меня даже в группу не добавили.

– Потому что твоя жизнь в полном порядке, Рамиль. И это – прекрасно!

Перевариваю услышанное. Вроде всё это кажется безобидным. Людям же помогают… Но внутри всё равно свербит каким-то плохим предчувствием.

– Расскажи что-нибудь ещё, – прошу я, приваливаясь плечом к стене.

– Например, что? – повернувшись, возвращается к своему рисунку.

– О семье.

– Булата ты видел, он – мой отчим. Анютка – сестра. Ещё есть маленький братик.

– А мама?

– А мамы нет.

И я почти уверен, что Тая ничего больше не добавит. Мамы нет. Всё.

Это очень печально.

– Ты что-то скажешь, Рамиль? – скашивает на меня глаза Тая. – Если ты сейчас пошлёшь меня куда подальше, я пойму.

Дурочка.

– Почему я должен тебя послать? Ты крутая. Я таких, наверное, никогда не встречал, – вырывается у меня.

И это чистейшая правда.

Вижу, как девушка улыбается. А улыбка у неё – ну просто самая-самая!

Похоже, поплыл я от своей Повелительницы огня. Так поплыл, что эмоциями меня прошивает насквозь даже от её улыбки. Что делать с этим – хрен его знает.

Её внезапные откровения про помощь людям тоже задевают что-то внутри меня. Тая настолько потрясающая, что кажется нереальной.

Опускаю телефон вниз, свет фонаря сползает со стены.

– Я так ничего не вижу! – возмущается Тая.

Разворачиваю девушку, прижимаю спиной к стене и накрываю желанные губы жадным поцелуем.

– Рамиль… ммм… дай мне… – мычит между поцелуями, – закончить… Надо закончить!

Да, сейчас. Ещё пару минут.

Но я увлекаюсь этим сладким процессом. Смещаюсь к её шее, и Тая, запрокинув голову, позволяет неистово целовать, лизать и кусать своё горло.

Боже... Я весь горю от её сладеньких стонов.

– Рамиль… – ловит моё лицо ладошками и заставляет поднять голову. – Рамиль, дай мне закончить. Нужно поскорее отсюда уйти.

– Хорошо, – голос подводит, срываясь на хрип.

Тая отстраняется, поправляет футболку, которую я умудрился стянуть с её плеча, и возвращается к рисунку. Я вновь подсвечиваю стену фонариком. Через пару минут Тая сообщает:

– Всё. Готово.

Она делает два шага назад и разглядывает своё послание людям, которые нуждаются в помощи. Сердечко получилось очень ярким и привлекающим внимание, но…

– Кто вообще здесь может это увидеть? Здесь же людей мало ходит, – говорю я, но мои слова заглушает звук проносящегося над нами поезда.

На минуту закладывает уши. А когда поезд уносится прочь, сзади неожиданно раздаётся мужской голос.

– Молодые люди! А что вы тут делаете?

Свет фонарика дёргается вместе с моей рукой, выхватывая из темноты мужчину в белой рубашке и форменной фуражкой на голове.

Мент, мля…

Глава 16. Плохая актриса

Тая

Нет… Боже, нет! Я не успела!

Но ведь ещё не полночь! Какого фига Боря припёрся раньше?

– Это что тут у вас? Оо, красочка! Портим госимущество, да? – скалится Боря, умело прикидывающийся полицейским, напялив форму брата.

– Да какая порча? – возмущённо восклицает Рамиль. – Тут же надписей полно! Тут все пишут!

– Это территория железной дороги! – гремит голос Бори. – Так, всё! Пройдёмте!

– Куда? – спрашивает опешивший Рамиль.

А я лишь покорно собираю баллончики в рюкзак и вешаю тот на спину.

– В отделение, – сухо роняет Боря и неторопливо двигается в сторону набережной.

Переглядываемся с Рамилем. Он задаёт вопрос одними губами:

– Валим?

Качаю головой и иду следом за Борей. Рамиль догоняет, тяжело шагает рядом.

– Тут, блин, люди сношаются в общественном месте, а вы доеб… доковырялись до рисунка на стене, – громко высказывает он недовольство.

Боря бросает гневный взгляд через плечо.

– Заткнулся бы ты, парень! Сейчас к порче имущества ещё пару статей наболтаешь.

– Страшно-то как! – фыркает Рамиль.

Остановившись, Боря стискивает кулаки и угрожающе подаётся к нему.

Боря у нас дзюдоист. Третье место по краю. Помогает Антону ради собственной выгоды. И вполне может отойти от плана и просто угробить Рамиля. У них явно разная весовая.

– Он ничего не портил. Это только я! – вклиниваюсь между парнями. – Я местная. Притащила отдыхающего сюда. Меня наказывайте, – решительно смотрю в глаза Боре, вкладывая в свой взгляд однозначный месседж «отвали от него».

Боря отступает, стиснув челюсти.

– Пошли за мной, местная. А отдыхашка пусть валит тогда.

Но Рамиль, конечно, не собирается никуда валить. Взяв меня за руку, ведёт вслед за Борей.

– Самоотверженная ты моя... Всю вину на себя решила взять? Ну ты даёшь, Тая, – говорит он вроде бы строго, но голос ласковый. И тут же обращается к Борису совсем другим тоном – развязным, немного наглым: – Давай договариваться, начальник. За сколько нас отпустишь?

Боря молча идёт дальше.

Мне надо вмешаться. Никаких денег Рамиль выкладывать не должен. Хотя именно в этом и был план Антона...

Сжимаю руку Рамиля, он вопросительно смотрит на меня.

– Не надо никому платить. Давай и правда убежим, – шёпотом говорю ему.

– После того, как ты сказала, что местная? Нет, не думаю, что теперь это прокатит.

И вновь бросает Борису:

– Так сколько?

Мы поднимаемся на набережную, и Боря останавливается в свете фонаря. Разворачивается к нам лицом.

– Сколько дашь, отдыхашка? – борзо выплёвывает он.

– На карте вроде десятка есть. Перевести?

– Перевести? Ты умом тронулся? Нал давай!

– Нала нет.

– Тогда вэлком в терминал.

И мы такой «прекрасной» компанией идём до терминала. Боря ведёт нас проулками и закоулками, чтобы, не дай Бог, не встретить настоящего полицейского. Патруль на набережной ночью – обычное дело для курортного времени.

Подходим к отделению банка, которое, конечно, сейчас закрыто. Но терминалы в доступе и работают.

– Иди снимай! – командует Боря.

– Пошли со мной, – тянет меня за собой Рамиль.

Но Борис хватает меня за локоть и удерживает на месте.

– Со мной пусть стоит. А ты давай поторапливайся.

Рамиль медлит, явно не хочет меня оставлять. А мне нужно, чтобы он ушёл, поэтому я выдёргиваю руку из хватки Бори и спокойно говорю Рамилю:

– Иди, всё нормально. Я тут буду.

Как только он скрывается за дверью, Боря усмехается.

– Дебил какой… Так легко десятку заработали. Может, надо было больше просить?

Молча снимаю с руки браслет Рамиля, протягиваю Боре.

– Он стоит двенадцать тысяч. Забирай и уходи.

– Чего? – шокированно спрашивает парень, заграбастав браслет.

Мне очень больно… Очень больно отдавать ему этот подарок.

– Ничего, – со злобой цежу сквозь зубы. – Антону скажешь, что нас не было в условленном месте. Браслет сдашь и заберёшь деньги себе. Всё, уходи, – толкаю парня в плечо.

– Вот ты дура... – расплывается в улыбке. – Но как знаешь. Ладно, пока.

Спрятав браслет в карман брюк, быстро скрывается между двух зданий и пропадает из вида. В этот момент выходит Рамиль с деньгами. Держит между пальцами две новенькие пятитысячные купюры и удивлённо смотрит по сторонам.

– А мент где?

– Ушёл. Представляешь, оказался большим фанатом футбола, – с энтузиазмом вру я. – Я как назвала ему твою фамилию, так он даже извинился! Здорово, правда?

Рамиль, скорее всего, не верит ни одному моему слову… Но я доигрываю свою роль до конца и, повиснув на шее у Рамиля, самозабвенно воркую:

– Вот это мне повезло!.. Рядом с таким парнем никакие проблемы не страшны.

– Тай, несмешно, – приобнимает меня, недоверчиво глядя в глаза. – Что на самом деле произошло?

Картинно похихикав, вжимаюсь губами в ухо Рамиля и заговорщицки шепчу:

– Я его убила, расчленила и закопала. Вот на этом самом месте, где мы сейчас стоим. Чувствуешь, земелька ещё мягонькая?

– Тая!..

– Шшш... – прижимаю ладонь к его рту. – Всё нормально, он ушёл. Забудь просто.

Сверлим друг друга глазами. Во взгляде Рамиля – буря из недоверия, непонимания, подозрительности.

– Убери деньги. И пошли гулять, – продолжаю я настойчиво.

И пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, не задавай больше никаких вопросов!

Всё с той же бурей в глазах Рамиль убирает деньги в карман, обхватывает мою голову и притягивает к своему лицу. Накрывает губы жёстким, даже злым поцелуем. И мне очень заходит эта его злость. Очень!

Целуемся, стоя прямо на дороге возле отделения банка. И плевать, что время от времени тут проходят люди, которые так же, как и мы, гуляют ночью.

Встав на носочки и обвив руками его крепкую шею, с напором отвечаю на поцелуй. Но Рамиль вдруг сжимает мои кисти и разрывает объятья. Отстраняется, больно стиснув запястье.

– Всё, конечно, супер... Мент – любитель футбола, сохранённая десятка… Но где, вашу мать, твой браслет?

Меня обдаёт холодом и бросает в пот. Отвечаю, теряя голос:

– Похоже, потеряла…

И я очень плохая актриса, ведь Рамиль, конечно же, мне не верит.

Глава 17. Украду.

Рамиль

Я что, похож на идиота? Или как?

Тщетно пытаюсь погасить в себе злость и говорить спокойно, но всё равно вырывается рычание:

– Тая, твой браслет был на тебе до того, как я ушёл снимать деньги!

– Ты уверен? – хлопает она глазами. И тут же начинает метаться и искать его у наших ног. – Может, прямо сейчас упал, а? Рамиль, давай поищем!

Я прибью её сейчас!

Делаю глубокий вдох, выдыхаю... И ещё раз... Ловлю девушку за плечи, вынуждая прекратить бессмысленные поиски и посмотреть мне в лицо.

– Тая, скажи правду.

– Да какую?! – вдруг взрывается она. – Сказала же, что потеряла! И мне очень… – снижается до плаксивого шёпота её голос, – очень жаль...

Её прекрасные глаза наполняются слезами. Губы подрагивают.

Никогда ещё я Таю такой не видел. Кажется, она раздавлена произошедшим. Притягиваю её к своей груди, и она зарывается носом в мою футболку. Сбивчиво тараторит:

– Мне правда… очень жаль, Рамиль. Браслет был… таким красивым…

И дорогим, мля.

Но к чёрту деньги. Я куплю ей новый.

Не на батины бабки. Одолжу у Дена, он выручит.

Тая всхлипывает.

– Ладно, всё, – глажу её по волосам и спине. – Плевать. Это не испортит нам вечер.

Отрываю девушку от себя, чтобы заглянуть в глаза. Они всё ещё наполнены слезами, и щёки мокрые. Вытираю слёзки пальцами, целую во влажные губы.

– Пойдём отрываться, м? У нас целая десятка есть, – весело предлагаю Тае.

– Может, просто погуляем? Это бесплатно.

– Не хочу бесплатно. Хочу смотреть, как ты танцуешь, – продолжаю поднимать ей настроение.

Неуверенно улыбнувшись, Тая шмыгает носом.

– Ладно, пошли. Я знаю классное место.

Забираю у неё рюкзак. Взявшись за руки, возвращаемся на набережную.

Тут большой выбор баров, но Тая ведёт меня в одно конкретное место. Бар называется «Фрегат». Интерьер исключительно тематический – корабельный. А вот музыка может посоперничать с продвинутыми московскими клубами.

Садимся у стойки бара. Прошу бармена убрать рюкзак на хранение, он с готовностью забирает его.

– Там ведь нет ничего ценного? – спрашиваю у Таи на всякий случай.

– Только телефон. Но он старенький, не страшно, если пропадёт, – беспечно отвечает Тая.

Это меня цепляет. Ведь телефон в наше время – это не просто бабки, на которые он куплен. Это важные контакты, фотки, привязанные к номеру банковские карты.

Такое ощущение, словно Таю это совсем не беспокоит. Словно у неё нет там ни контактов друзей, ни карточек, ни важных снимков. Девочки в моём окружении всегда бегают за очередной версией айфона, на который без остановки селфятся и снимают сториз. Если кто-то из них посеет свой айфончик – и из окна, наверное, может выйти. А Тае просто пофигу!

Она реальная вообще, или я её придумал?

– Я буду «Фрегат-пати», – тычет пальчиком в карту коктейлей.

Не читая состав коктейля, заказываю два.

Бармен смешивает для нас нечто, которое на выходе из шейкера становится зелёной бурдой. Берём бокалы в руки, чокаемся, синхронно втягиваем напиток через трубочки. А там что-то мощно-алкогольное, но вкусное.

Тая пьянеет на глазах. Выпив коктейль, сползает с высокого барного стула и прямо у бара начинает танцевать. Для меня. Как я того и желал.

Боже, и как же роскошно она двигается!.. Покачивание бёдрами, взмахи волосами, волны всем телом...

Но даже в такой обстановке в моей голове созревают новые вопросы, когда я гляжу на Таю. А можно ведь просто ни о чём не думать и наслаждаться этой ночью и красивой девушкой. Но я думаю…

Каким видом спорта она занималась? Есть ли у неё какие-то спортивные награды? Какая у неё реальная фамилия? Не Огненная же, как написано в ВК.

Возможно, узнав фамилию, я всё же найду о девушке информацию в интернете.

А зачем?

Всё же закончится скоро…

Да бля!

Вот об этом точно думать не стоит.

Пьяненькая Тая тянет ко мне руки, пытается вытащить на танцпол. Со смехом отказываюсь. Танцевать сегодня я точно не готов. А вот смотреть и записывать в память её супертанцы – да. Это прям кайф...

Заказываю нам ещё по одному коктейлю. Тая делает глоток и, внезапно вскинув руки, начинает громко подпевать очередному треку. Похоже, эта песня ей нравится.

Девушка сбегает на танцпол и быстро находит там компанию. Какие-то две девчонки прилипают к моей Повелительнице огня, начинают пошло тереться об неё задницами и вовлекать в откровенную вакханалию. Откуда ни возьмись, появляются три пацана и окружают всех трёх девчонок.

Зверею моментально. Вмиг оказываюсь в центре этой тусы и вытягиваю Таю с танцпола. При этом мощно боднув одного из пацанов плечом, потому что тот хотел придержать мою девочку за руку.

– Ты чё такой борзый? – раздаётся за спиной.

Разворачиваюсь.

– Пойдём выйдем? – бычат эти пацаны.

– Ну пойдём.

Я почти расслаблен. Двоих точно вырублю. С третьим – посмотрим, как получится…

Идём на выход, Тая бросается за мной…

А нет, не за мной. Она подбегает к охране и быстро им что-то втирает. Амбалы-охранники тут же направляются к нам. Я и глазом не успеваю моргнуть, как тех пацанов выводят из бара, а меня словно не замечают.

Тая подходит ко мне, берёт за руку.

– Те охранники тоже любители футбола? – угораю я.

– Да-а... – пьяненько протягивает она, повиснув на мне. – Представляешь, столько тут фанатов твоих собралось!

Очень, блин, смешно.

Начинает звучать медляк, и я каким-то образом оказываюсь на танцполе. Крепко сжимаю свою девочку в объятьях, мы целуемся и медленно двигаемся под музыку. Градус между нами растёт всё выше и выше.

Шепчу Тае на ушко:

– Хочу тебя украсть.

Она немного отстраняется и заглядывает мне в глаза. И взгляд у неё сейчас совсем не пьяный. Сосредоточенный и какой-то очень болючий.

– Так укради, – шевелятся её губы.

И даже не спрашивает, зачем и куда.

– Пошли.

Крепко взяв Таю за руку, веду сначала к бару. Расплачиваюсь за коктейли, забираю её рюкзак. Выходим на набережную. Мимо проходит девушка с вазой, наполненной розами.

– Купите для своей прекрасной спутницы! – предлагает она мне.

– А давайте!

Протягиваю пятак и получаю девять роз. Отдаю букет Тае. Она мило и смущённо хихикает, прижавшись носом к цветам.

Чёрт… Какая же красивая!

Бежим в сторону отеля. Именно туда я и планировал её утащить.