Текст книги "Плохая жена (СИ)"
Автор книги: Кира Романовская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 15 страниц)
Глава 4. Отрицание
– Ульяночка, красавица моя, здравствуй!
Моложавая женщина с короткой стрижкой пепельных волос бросилась к Ульяне на шею, как только она открыла дверь. Ульяна искренне улыбнулась, обнимаясь со своей свекровью, затем с её мужем, Виктором. В коридоре началась кутерьма, когда туда высыпали маленькие Громовы, чтобы встретить бабушку и дедушку.
– Где сынок мой, почему маму не встречает?
– Он на работе, будет поздно, – отчеканила Ульяна, отправляясь на кухню, чтобы накормить гостей.
Может, Ульяне где-то не повезло в жизни, но что касается свекрови, тут она сорвала главный приз в лотерее замужества. Людмила Ивановна Громова была самой нетипичной свекровью, которую в своей жизни встречала Ульяна. Энергичная женщина, которой недавно исполнилось пятьдесят лет, родила в восемнадцать, а бабушкой стала, когда ей было чуть за сорок – Ульяна помогла.
Мила ничуть на неё не обиделась, приняла с распростёртыми объятиями в семью, видя как её сын любит свою жену. Её родная дочь называла её «Маман», иногда матриархом семьи Громовых. Энергетика Милы буквально сбивала с ног тех, кто к ней не привык. Она говорила чаще всего командным голосом, ибо тридцать лет работы хореографом наложили свой отпечаток – она привыкла, что все танцуют под её дудку. Однако, как свекровь, она была очень лояльная и понимающая.
Если у Ульяны дома был бардак, когда Мила приходила в гости, она махала на это рукой:
– От этого ещё никто не умирал, только женская энергетика, когда драишь полы без конца и края!
Когда свекровь заставала Ульяну падающей от усталости с грудничком на руках, Мила молча засучивала рукава и брала на руки внука:
– Иди быстро спать! – прикрикивала она.
Когда Ульяна выходила из спальни, выспавшаяся и готовая к ещё одному раунду на поле боя материнства, дома у неё была чистота и порядок, полный холодильник продуктов. Благодарности Ульяны не было предела. Мила всегда хвалила стряпню своей невестки, даже, если она откровенно приготовила что-то неудачно.
– Я вот вообще готовить не люблю. Если б не Витенька, я бы с голоду сдохла, – смеялась свекровь. – Если в гостях кормят бесплатно, я всегда ем и не жалуюсь, а то больше не пригласят. Давай добавку!
Её муж только улыбался, любуясь своей женой. Виктор – бывший прокурор, а ныне детский тренер по дзюдо обожал свою жену. Не отставал от неё – выглядел подтянутым и крепким, Саша пошёл в него. Глядя на родителей мужа, Ульяна всегда представляла, что и у них с Сашей будет также, когда дети вырастут – тёплая семейная идиллия.
Из родственников у Ульяны была только мама, которая жила в том же городе, что и родители мужа. Там их с Сашей и свела судьба, когда Ульяна переехала вместе с мамой в небольшой городок и пошла в школу рядом с домом, сначала она подружилась с Катей, потом с её младшим братом.
Разливая чай, Ульяна грустно улыбнулась, они начали встречаться с Сашей, когда ему было восемнадцать, а ей двадцать один. Он признался ей тогда, что был влюблён в неё с тринадцати лет. Она была его первой любовью, как и он её.
«Моя первая и последняя любовь» – говорил он ей, когда надевал кольцо на палец.
*****
Ульяна засунула в рот шоколадную конфету, чтобы заесть горечь последних недель общения с мужем. После их ссоры из-за аварии, Саша даже извинился, чисто формально, без эмоций, дежурный поцелуй в щёку и на этом всё. Любовью между ними как будто и не пахло. Сердце Ульяны болезненно сжалось и она мотнула головой, будто отрицая, эту страшную мысль.
– Как у вас дела, Ульяночка?
– Нормально.
– Сынок не звонит, не пишет, сейчас придёт, получит подзатыльник. Да, Вить? Твоей-то рукой быстрее до мозга дойдёт ментальное сообщение? – усмехнулась Мила, кивая мужу.
– Конечно, Людочка, получит, – вздыхал её муж.
– Ну, как, Уль, готова к сегодняшнему дню?
Ульяна через силу улыбнулась и кивнула. У них была семейная традиция – ходить в декабре в оперный театр, только женской компанией: Мила, Катя, Ульяна, пока мужчины остаются с детьми.
Ульяна вчера доставала вечернее платье из шкафа и вспоминала, когда она куда-то выходила без детей? Это было летом, Катя вытащила её на набережную погулять, они пили кофе, ели мороженое, Ульяна смеялась.
Когда они с мужем куда-то выходили вдвоём? В супермаркет за продуктами, два месяца назад, пока дети были в школе и садике. Они умудрились поругаться ещё до выхода, мужу не понравилось, как одета его жена.
– Ты можешь надеть что-нибудь поприличнее? Ты всё-таки вместе со мной идёшь в магазин, не на детскую площадку, – раздражённо кивнул он на её спортивный костюм.
Ульяна посмотрела на себя в зеркало, и решила, что муж-то прав. Она привыкла надевать что-то удобное, немаркое, чтоб пятен не видно. Ульяна переоделась в простое платье до колен, накинула сверху пиджак, распустила волосы и накрасилась. Глядя на себя в зеркало, она даже осталась довольна. Саша не сказал ни слова.
– Так, Ульяна, хватит нам чаёвничать, пора пёрышки чистить – сегодня пойдём красивые в театр! – хлопнула в ладоши Мила. – Витюша, собирай ораву пацанов, быстро на улицу, нам нужно свободное пространство, чтобы навести марафет!
*****
– Отлично выглядите, девочки! Прям страшно отпускать, красоту такую! – расплылся в улыбке Виктор, глядя на двух Громовых в вечерних платьях.
Ульяна ждала хоть какой-то реплики от мужа, но он упрямо молчал, доставая ужин из холодильника. Саша скользнул по жене взглядом, как будто она предмет мебели на кухне и отвернулся. Слёзы жгучей обиды чуть не испортили макияж, который она так старательно наносила. Но всё же он кое-что сказал ей на прощание, от чего Ульяна всплакнула в такси:
– Ты бы так одевалась, когда со мной куда-то ходишь, – пробурчал он, проходя мимо неё. – Одеваться надо для мужа, а не для других.
Ульяна даже не нашлась, что ответить, растерянно глядя на себя в зеркало, пока подкрашивала губы. Упрёки о её внешности стали частым явлением, и она понимала, что муж-то прав. Ей надо было что-то делать и с лишними кило, и с уходом за собой, и с гардеробом, в котором красивые вещи были редкостью. Осталось найти на всё это время и лишние деньги.
Из-за денег они теперь ругались чаще всего, последняя ссора случилась совсем недавно, когда Ульяна заплатила за ремонт своей машины. Её муж опоздал на день и высказал своей жене претензии:
– Ты специально это сделала? – рявкнул он в трубку, когда она приняла от него звонок. – Мало того, что я скотина, которая жену и детей бросил на плечи братьев после аварии, так ты ещё и меня полным идиотом выставила перед Мишей?
– Ты о чём?
– Могла бы и сказать, что ты уже заплатила ему за ремонт! Он мне сказал: «А вы с женой не общаетесь что ли? Она вчера всё оплатил»!
– А мы разве общаемся, Саш? Мне и не хочется, если честно, – вздохнула Ульяна и положила трубку.
От мужа она получила два дня полного игнора. Так ей было даже легче. Под грузом претензий в свою сторону, Ульяна постепенно начала задыхаться. Она надеялась, что сегодняшний выход из дома будет для неё глотком свежего воздуха.
*****
Её глаза были устремлены на сцену, где актёры в ярких костюмах создавали волшебное представление. Ульяна же думала совсем о другом. В какой момент они с мужем потерялись в этой бытовой рутине?
Даже, когда у них было двое детей, их отношения были совсем не такими, как сейчас. Они оба ими дорожили, Саша был самым лучшим отцом, о котором можно было только мечтать. И ночью вставал, и со старшим играл, ей во всём помогал, они куда-то выбирались из дома, об Ульяне заботился. Может, теперь он заботится о ком-то другом, а семья стала слишком тяжёлым грузом?
Ульяна отчаянно замотала головой, прикрыв глаза – нет, её Саша не такой, он не предатель! Им просто нужно отдохнуть и побыть вдвоём, расслабиться, поговорить о чём-то кроме бытовухи, денег и детей.
В антракте она попросила свекровь взять детей на выходные к себе:
– Конечно, Уль, мы с Витей с внуками поводимся, мы у Кати пока поживём, мальчики могут с нами.
– Чего? – встрепенулась Катя, которая, похоже, не знала, что у неё кто-то собрался жить.
– Мы с папой решили остаться у тебя, с внуками пообщаемся, сходим куда-нибудь.
– А мне об этом сказать, не судьба? У меня, может, планы другие!
– Какие у тебя планы, доча, ты ж бесхозная баба, одна живёшь.
Ульяна улыбнулась, слушая, как мать и дочь начинают перепалку. Катя недавно шепнула Ульяне, что у неё появился мужчина, она теперь не бесхозная разведённая женщина чуть за тридцать.
У Ульяны мужчина был, только она всё чаще чувствовала себя одинокой. Может, выходные без детей подарят какое-нибудь другое чувство или хотя бы оргазм, которого у неё не было с…
Блин, она забыла срок его давности.
*****
– Наши девочки пошли в караоке, потом танцевать пойдут. Для нашей мамы, день без танцев, считай, потерян, – вздохнул отец, с улыбкой читая сообщения в телефоне. – Придут под утро, довольные, счастливые. Люблю, когда Мила улыбается.
Отец и сын коротали вечер за пенным с рыбкой, три бандита уснули после вечерней прогулки с дедом по парку.
– Ну, как вы, сынок? Ульяна выглядит такой уставшей.
– Дети болеют всю осень, сам знаешь, ветрянка ещё эта.
– Да уж, с ветрянкой вы, конечно, Катюшу подставили, – усмехнулся отец. – Заболела девочка, в тридцать один годик. Давай по крайней бутылочке и я закажу такси до Катерины, за машиной завтра заеду.
Саша кивнул, подливая отцу пенного в бокал. Он собирался с силами, чтобы поговорить с папой по душам. Больше ему поговорить было не с кем. Саша набрал воздух в лёгкие и нырнул в прорубь с разбега:
– Я, кажется, влюбился…
Глава 5. Влюблённость
– Я, кажется, влюбился…
Секундное замешательство, резкий взмах руки и боль полоснула по уху. Саша и забыл, какая у его отца тяжёлая рука. Тот ему быстро напомнил – на всякий случай треснув ещё раз.
– Чё ты там?! Влюбился, говоришь?! А по-моему кто-то охуел! – выпалил Виктор, побагровев от злости. – У тебя жена есть! Влюбляйся хоть каждый день!
Он ударил кулаком по столу и две пустые бутылки упали на пол, покатившись в разные углы кухни.
– Ну-ка, сыночка корзиночка у мамы молодец, расскажи-ка папке, в кого ты там, сука, влюбился?
Саша стиснул зубы от обиды и злости. Это бабам всегда есть с кем потрещать о своих проблемах, обмусолить кости мужа до голых мослов и выпустить пар. Девочки друг друга поддерживают. Мужик должен справляться со своими проблемами сам, он же мужик! А если вдруг в них признаётся, чтобы как-то решить, получает от близкого человека вместо поддержки затрещину.
– Просто девушка, – выдавил из себя Саша, хватаясь за голову.
– Просто девушка? Дай-как угадаю – молодая, красивая, без детей, смотрит на тебя как собачка на мясную косточку!
– Ульяна так на меня больше не смотрит…
– Она у тебя за тремя детьми смотрит, а глаз у неё только два! Мы с матерью-то не успеваем за внуками следить, ты что ли не знаешь какие они у нас?! Сестру свою в детстве помнишь? Шило во всех частях тела! А у тебя таких трое! Я к вечеру бревном падаю, когда они у нас в гостях. Хотя, откуда тебе знать? Мы как с матерью не приедем в любой день, так тебя нет.
– Я работаю!
– Заработался ты что-то до хера на своей работе, аж так умотался, что хрен свой проветрить время нашел! – хмыкнул Виктор. – Ну, сынок, влюбился так влюбился, давай иди, чемодан собирай, чтоб когда жена твоя вернётся, тебя тут не было. Любовницу завел так к ней уматывай, грязь тут не разводи. Семью не позорь. Чё сидишь? Давай-давай, дети завтра спросят, где их папка, а я им скажу – влюбился ваш папка, ушёл к любови своей!
– Я не хочу никуда уходить! Я не знаю, что мне делать!
– Снимать штаны и бегать, сынок. Уже снял, давай пинок под зад дам, ускорения придам.
– Спасибо, батя, поддержал!
– Какую нахрен поддержку тебе оказать? Презервативов тебе отсыпать? Так нету у меня, я ж жене-то своей не изменяю!
– Я не изменял жене и не собираюсь!
Виктор нахмурил брови, моргнул несколько раз, словно прогружая новую информацию в свой бортовой компьютер. Он плеснул себе чаю покрепче, тяжело вздохнул и всё-таки решил послушать, что скажет мужчина, который, кажется, немного заблудился между бабскими юбками. Пока его непутёвый сын исповедовался, отец только мотал головой.
Этого Виктор и боялся больше всего, когда Саша женился – что ранний брак сыграет с сыном в ту же лотерею, что и с ним самим. Встретится такая вот тонкая, звонкая, прекрасная, на всё согласная, в трудный период семейной жизни он будет думать, что вытянул счастливый билет, а на самом деле – просто блестящий фантик. Только вот обнаружит он это после того как в кассе продиктуют номер выигрышного билета, что совпадал с номером дома и квартиры, откуда он до этого ушёл.
*****
Когда Ульяна вернулась домой, Саша сделал вид, что спит. Её теплая рука легла ему на грудь, она уснула почти мгновенно. Он чувствовал жгучий стыд перед Ульяной и одновременно будто искал себе оправдание своему поведению. Она сама виновата – вечно раздраженная, вечно уставшая, вечно знает, как лучше будет поступить, сделать, что купить, куда распределить семейный бюджет. Так не было раньше – до его аварии.
Саша был главным, Ульяна позади, держала его за руку и смотрела влюбленными глазами во всём его поддерживая. Они хорошо справились с рождением первого ребенка, потом точно также со вторым и даже решились на третьего, и тут в дело вмешалась судьба и взгляд её резко изменился. Когда он увидел, как Ульяна смотрит на него поломанного и беспомощного, ему хотелось завыть, а лучше умереть.
Для всей семьи, которая поддерживала их в это время, Ульяна стала героиней, что ухаживала за мужем, который должен был стать калекой при самом худшем случае.
Стоило кому-то в их большой семье вдруг вспомнить об этой аварии, тут же начинался гвалт, какая Ульяна молодец – сильная, стойкая, золото, а не жена, с которой Саше очень повезло. Все как-то забывали, что это он страдал от боли, это он превозмогал себя, это он стискивал зубы, повторяя одни и те же упражнения на реабилитации, чтобы встать на ноги. Почему-то поднятие его с больничной койки приписывали исключительно его жене.
Ульяна видела его в самых невыгодных ракурсах, меняла утки, когда он не мог дойти до туалета. В её глазах вместо прежней влюблённости он видел будто отвращение. Он выздоровел, но словно перестал быть для неё мужчиной, а стал ещё одним ребенком, просто взрослым, который ещё и деньги в дом приносит.
Ему стало казаться, что всё остальное в жизни Ульяны ей важнее, чем он. Вместо того, чтобы лечь вечером в постель с мужем, она предпочитала приготовить обед на завтра или поработать. Саша отчасти понимал её нежелание заниматься с ним сексом. Больная спина накладывала определенные ограничения – набор поз теперь был строго ограничен. Чаще всего ей приходилось работать сверху, именно работать, для неё секс был ещё одной домашней работой, которую она не хотела выполнять. Они будто тянули вместе упряжку, которая им обоим стала в тягость…
*****
Ульяна стала смотреть в одну сторону, а он в другую. На девушку, которую звали Регина, студентка заочница, помощница Инны. Регина напоминала ему робкого зайчонка, который всего боится. Она как будто боялась его, когда они оказывались за одним столиком на бизнес ланче в кафе за углом офиса, но чем больше они общались, тем шире она улыбалась.
В тот день, когда произошла авария с женой, он ехал к заказчику Инны, вместе с её помощницей. По дороге Инна рассказывала про своего заказчика Попова, интересный он был кадр, со своими причудами, но денежный. Всю дорогу Саша смеялся над тем, что говорила Инна. Она вообще была весёлая и как будто не обременённая заботами женщина, хотя и работала как вол, и детей своих содержала. Саша сравнивал её со своей Ульяной, она занималась только детьми, подрабатывая из дома фрилансом, так почему в ней нет ни задора, ни веселья? Только вечное нытьё, как она устала. Он тоже устал – от её нытья.
Инна уехала сразу, как познакомила своего заказчика с Сашей, её помощница осталась у него в офисе, решала вопросы с документами. Закончили они почти одновременно, Регина его похвалила, когда они спускались на лифте из офиса:
– Вы так классно с ним разговаривали, мне он не нравится. Я его побаиваюсь. Попов когда в офис звонит, хоть под стол прячься.
– Привык, сложных клиентов у меня было так много, что я перестал считать.
– Извините, давно хотела вас попросить, у нас в квартире окна дуют, хозяйка сказала вызвать регулировщика, можете кого-то выделить? Хозяйка заплатит.
– Я сам могу, дело пятнадцати минут. Могу прямо сейчас, всё равно у тебя рабочий день через час закончится, только до офиса успеешь доехать. Оплатишь чашкой кофе, а то глаза слипаются?
Регина широко улыбнулась, так они оказались в кофейне, где она болтала о всякой ерунде, что было всяко лучше разговоров Ульяны исключительно о детях и их финансах.
Невинный вопрос: «Ну, что, поедем ко мне?» вызвал в нём странный ажиотаж, как будто его звали туда не за тем, чтобы просто сделать его работу. В съемной квартире Регины старого жилищного фонда было будто больше уюта, чем в его семейном гнездышке. Регина рассыпалась в благодарностях, когда он подрегулировал все окна в квартире, предложила попить чай. Он обжигал горло, но хуже всего сжигали мысли, что отсюда не хочется уходить домой. Где Саша всем всё должен.
Он не переступил черту, хотя ему и не предлагали, он переступал через себя, чтобы возвращаться домой.
– Семья для тебя либо всё, либо иди на хер и не мучай ни себя, ни жену, ни детей! – строго сказал отец, когда Саша ему рассказал всё как есть. – Вы так с Ульяной любите друг друга, это дорогого стоит. Остальное всё пшик – пройдет со временем, не давай этой влюблённости затмить тебе голову. Не общайся, не разговаривай, не пиши. Не подкидывай дрова в топку и он затухнет! Больше времени с семьей проводи, пацаны так по тебе скучают. Им отец нужен, а жене твоей муж, который смотрит на неё влюблёнными глазами, а не как на обслуживающий персонал.
*****
Саша тяжело вздохнул и дотронулся до руки Ульяны, которая лежала прямо на его сердце, кровь прильнула к лицу, будто его умыло стыдом. Отец прав, у Саши есть ответственность, которую он сам на себя взял. Любовь это тоже своего рода долг – сказал люблю, так люби.
Его мозг пронзило воспоминание, которое он прятал так глубоко, как только мог, лишь бы не вспоминать свой отвратительный поступок. Это сейчас он стал казаться таким, а когда Ульяне сделали предложение по работе в Москве, Саша испытал дикий ужас, что она уедет.
Он так долго добивался, чтобы подруга его старшей сестры, восприняла его всерьез. Пережил двух её парней, которые только и делали, что заставляли её плакать, что теперь, когда у них всё было так хорошо, она могла сделать выбор не в пользу него.
Так у них и появился Ярослав, не из-за любви, а из-за страха её потерять…
*****
Ульяна, наконец, улыбнулась своему отражению хмурым зимним утром. Они с мужем провели выходные вдвоём, сходили в кино, поужинали в кафе, потом валялись целый день на диване и ничего не делали. Кто-то скажет – день прожит зря, а для Ульяны это было как всплытие дайвера со дна на поверхность, за новой порцией кислорода. Наполнил баллон и можно снова делать глубокое погружение.
У нее наконец-то случился секс! Без спешки, без суеты, без страха, что дети услышат. После часа стараний на своем муже, Ульяна познала счастье оргазма и упала рядом с ним без сил. Это была единственная поза, в которой она получала удовольствие по максимуму, только чтобы его добиться, надо было очень постараться. Часто просто не было сил, сейчас сил не осталось совсем, но она была счастлива. Она взглянула на мужа, лежащего рядом, подползла к нему под бочок и прильнула всем телом.
– Я люблю тебя, Саш, – тихо сказала она.
– Я тебя тоже, Уль.
Простые слова, но в них было так много счастья.
*****
Ей начало казаться, что у них всё налаживается, предновогодняя суета, покупка подарков и подготовка к детским утренникам. Саша стал больше времени уделять детям и ей. Пусть они не так много разговаривали, но хотя бы вместе смотрели фильмы по вечерам, проводили время вдвоём.
Затем новогодние праздники, традиционно у родителей мужа, которые приглашали и её маму. Затем походы по всем многочисленным Громовым, в лес кататься на лыжах и санках, проводили уютные семейные вечера за просмотром новогодних комедий. Ульяна будто захлебывалась от избытка положительный эмоций и чувств, пока они не вернулись обратно домой после праздников.
После первого же рабочего дня, Саша вернулся домой и заявил:
– Нам надо развестись…
