Текст книги "Симфония стали и шелка (СИ)"

Автор книги: Кэти Андрес

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 13 страниц)

Глава тринадцатая

Утро встретило меня ярким солнцем, льющимся через панорамные окна, и всё ещё звенящими в голове словами Малого. Дмитрий, криминал, бабушка, шантаж… Я сидела за кухонным островком, помешивая кофе, который уже давно остыл. Роман ушёл рано утром, пробормотав что-то про «проверку связей» и оставив меня в тишине огромной квартиры. Но тишина не успокаивала – она давила, словно стены знали больше, чем я.

Телефон завибрировал, и я вздрогнула. На экране высветилось имя Лёльки. Я выдохнула, понимая, что разговор с ней – это как раз то, что мне сейчас нужно. Она всегда умела вытащить меня из мрака, даже если это означало очередную безумную ночь в клубе.

– Соф, ты жива? – её голос в трубке был бодрым, но с ноткой беспокойства. – Я тебе вчера весь день писала, а ты как в чёрную дыру провалилась.

– Жива, – ответила я, стараясь звучать непринуждённо. – Просто… дела. Ты же знаешь, как у меня всё закручено.

– Дела? – она фыркнула. – Это ты про своего нового телохранителя? Серьёзно, Соф, кто этот парень? Я вчера видела, как он тебя из офиса выводил. Выглядел так, будто готов кого-то придушить одним взглядом.

Я невольно улыбнулась. Лёлька всегда замечала детали, особенно если они касались мужчин.

– Это долгая история, – уклончиво ответила я. – Но он… полезный. Пока.

– Полезный? – она рассмеялась. – Это что, теперь у тебя личный Джеймс Бонд? Слушай, я хочу всё знать. Давай встретимся. Сегодня. Вечером. И не спорь, я уже знаю, куда мы идём.

– Куда? – я подняла бровь, хотя она этого не видела.

– «Пульс», – сказала она с энтузиазмом. – Новый клуб в центре. Говорят, там диджей из Берлина, коктейли как произведение искусства, и толпа такая, что даже ты не затеряешься. Плюс, мне нужно вытрясти из тебя все подробности про этого твоего… Романа, да?

Я закатила глаза, но её энергия была заразительной. Клуб. Танцы. Громкая музыка. Это было именно то, что мне нужно, чтобы отвлечься от мыслей о Дмитрии, бабушке и всей этой чертовщине. К тому же, Роман сказал, что я должна продолжать «быть собой». Что ж, я покажу ему, как это делается.

– Ладно, – согласилась я. – Во сколько?

– В девять. И, Соф, надень что-нибудь убойное. Я хочу, чтобы все в этом клубе забыли, как дышать, когда ты войдёшь.

– Как будто я умею по-другому, – ответила я, и мы обе рассмеялись.

К девяти вечера я стояла перед зеркалом, разглядывая своё отражение. Чёрное платье от Versace с глубоким вырезом и открытой спиной было настоящим оружием. Оно обтягивало тело, как вторая кожа, подчёркивая каждый изгиб, а тонкие золотые цепочки, спускающиеся по спине, добавляли нотку дерзости. Туфли на шпильке, волосы, уложенные в небрежные волны, и ярко-красная помада – я была готова к бою. Или к танцам. В моём случае это одно и то же.

Роман ждал меня в гостиной, уже в одном из новых костюмов – тёмно-сером, с идеально сидящей рубашкой. Он выглядел так, будто только что сошёл с обложки журнала, но его взгляд всё ещё был насторожённым, как у человека, который привык ждать подвоха.

– Ну что, телохранитель, готов к ночной жизни? – спросила я, поправляя серьгу.

Он окинул меня взглядом, и я заметила, как его бровь слегка приподнялась.

– Ты уверена, что это платье не слишком… отвлекающее? – сказал он, скрестив руки.

– Это и есть цель, – ответила я с улыбкой. – Если я приманка, то должна быть самой яркой приманкой в городе. Идём, не отставай.

Он хмыкнул, но последовал за мной. В машине он снова сел за руль, и я не могла не отметить, как уверенно он управляет моим Porsche. Это было странно – видеть его в этом новом образе, но всё ещё чувствовать, что он чужак в моём мире. И всё же, что-то в нём заставляло меня чувствовать себя… безопаснее. Хотя я бы никогда не призналась в этом вслух.

«Пульс» встретил нас оглушительным битом и разноцветными вспышками света. Толпа уже бурлила, танцпол был заполнен людьми, которые двигались, словно под гипнозом. Бармены жонглировали бутылками, а диджей за пультом выглядел так, будто управлял целой вселенной. Лёлька ждала нас у барной стойки, в ярко-розовом платье, которое кричало о её любви к вниманию. Она помахала мне, едва завидев, и тут же кинулась обниматься.

– Соф, ты богиня! – воскликнула она, оглядывая меня с ног до головы. – Это платье должно быть запрещено законом!

– Смотрю, ты тоже не скромничаешь, – ответила я, кивая на её наряд. – Где ты вообще такое нашла?

– Секреты мастерства, – подмигнула она, а затем её взгляд упал на Романа. – А это, значит, твой новый… охранник? – она протянула последнее слово, явно намекая на что-то большее.

– Телохранитель, – поправила я, бросив на неё строгий взгляд. – И веди себя прилично, Лёль. Он здесь по делу.

– По делу, да? – она хмыкнула, оглядывая Романа с явным интересом. – Но, знаешь, он выглядит так, будто готов не только охранять, но и… ну, ты поняла.

Роман стоял чуть в стороне, скрестив руки и внимательно оглядывая толпу. Его глаза скользили по лицам, словно он искал угрозу в каждом движении. Я заметила, как несколько девушек уже начали бросать на него любопытные взгляды, но он, казалось, их не замечал.

– Лёль, давай без этого, – сказала я, беря её под руку. – Расскажи лучше, что у тебя нового.

Лёлька закатила глаза и заказала нам по коктейлю. Бармен ловко смешал что-то ярко-синее с золотыми искрами, и я не смогла удержаться от улыбки – Лёлька всегда знала, как добавить шоу в любой вечер.

– Как обычно, – она сделала глоток и поморщилась. – Дом работа. Одиночество.

– Все будет, моя ты конфетка. Забыли обо всем, сегодня мы тусим. Идём танцевать?

– Вот это моя девочка! – Лёлька схватила меня за руку и потащила на танцпол.

Музыка накрыла нас, как волна. Басы били прямо в грудь, и я позволила ритму унести меня. Лёлька танцевала рядом, её розовое платье мелькало в свете стробоскопов. Я закрыла глаза, чувствуя, как напряжение последних дней растворяется в движении. Это был мой мир – мир, где я могла быть свободной, где никто не мог мне указывать, что делать.

Я обернулась, ища глазами Романа. Он стоял у края танцпола, скрестив руки, его взгляд был прикован ко мне. Но в этот раз в его глазах было не только привычное напряжение – было что-то ещё. Любопытство? Интерес? Я не могла точно сказать, но это заставило моё сердце биться чуть быстрее.

– Эй, Соф! – Лёлька толкнула меня в бок. – Твой телохранитель пялится на тебя, как будто ты его следующая цель.

– Пусть пялится, – ответила я, улыбнувшись. – Главное, чтобы он делал свою работу.

Но тут к нам подошёл парень – высокий, с идеально уложенными тёмными волосами, в белой рубашке, расстёгнутой на пару пуговиц, и с улыбкой, которая явно говорила: «Я знаю, что выгляжу чертовски хорошо». Его глаза скользнули по мне, задержавшись чуть дольше, чем нужно, на вырезе платья.

– Не хочешь потанцевать? – спросил он, наклоняясь ближе, чтобы перекричать музыку. Его голос был низким, с лёгкой хрипотцой, и я почувствовала, как Лёлька рядом хихикнула.

Я бросила взгляд на Романа. Он тут же напрягся, его тело слегка подалось вперёд, как будто он готов был в два шага оказаться рядом. Но я подняла руку, останавливая его, и улыбнулась парню.

– Почему бы и нет? – ответила я, шагнув ближе к нему.

Музыка сменилась на что-то более медленное, с глубоким, пульсирующим ритмом. Я положила руки ему на плечи, позволяя ему обхватить меня за талию. Его пальцы скользнули чуть ниже, чем следовало, но я не стала возражать – это была часть игры. Мы начали двигаться в такт музыке, наши тела почти слились, и я чувствовала жар его кожи через тонкую ткань рубашки. Он наклонился ближе, его дыхание коснулось моей шеи, и я слегка запрокинула голову, позволяя ему думать, что он контролирует ситуацию.

Мои движения были плавными, но откровенными – я изгибалась, прижималась к нему, чувствуя, как его руки становятся смелее. Я повернулась спиной, прижавшись к его груди, и медленно опустилась вниз, проводя руками по его бёдрам, а затем снова поднялась, позволяя платью слегка задраться. Толпа вокруг нас растворялась в ритме, но я знала, что Роман всё видит. Его взгляд жег мне спину, и я почти физически ощущала его неодобрение.

Парень наклонился к моему уху, шепча что-то про то, как я «сводишь его с ума». Я улыбнулась, но в голове уже крутилась мысль: «Сколько ещё таких, как ты, я перевидала?» Он был симпатичным, уверенным, но в его движениях не было ничего нового. Очередной охотник за трофеями, думающий, что он – главный приз.

– Пойдём? – прошептала я, оборачиваясь к нему и кивая в сторону коридора, ведущего к туалетам. Его глаза вспыхнули, и он кивнул, не теряя ни секунды.

Я взяла его за руку и повела через толпу, чувствуя, как Роман провожает нас взглядом. Когда мы проходили мимо, я поймала его взгляд – он стоял, скрестив руки, и медленно покачал головой, его губы сжались в тонкую линию. Я лишь слегка пожала плечами, как бы говоря: «Это моя игра, телохранитель».

В туалете было тесно, воздух пропитан запахом дорогих духов и алкоголя. Я толкнула парня к стене, не давая ему времени на раздумья, и прижалась к нему губами. Его поцелуй был жадным, почти грубым, но я не возражала – мне нужно было выпустить пар. Его руки тут же скользнули под моё платье, сжимая бёдра, и я почувствовала, как он прижимается ко мне теснее.

– Ты просто огонь, – пробормотал он, задыхаясь, пока я расстёгивала его рубашку.

Я не ответила, лишь улыбнулась, продолжая игру. Он стащил с меня платье, и оно соскользнуло на пол, оставив меня в одном белье. Его пальцы скользили по моей коже, но я уже знала, что это не то. Не было искры, не было того огня, который я искала. Всё было предсказуемо – его движения, его стоны, его попытки казаться страстным. Я позволила ему продолжать, но в голове крутилась только одна мысль: «Снова скучно».

Когда он наконец вошёл в меня, я едва сдержала зевок. Его рвение было почти комичным – он пыхтел, шептал что-то про «лучший секс в его жизни», но я лишь закатила глаза. Я двигалась с ним в такт, но всё это было механическим, как заученный танец. Никакого удовольствия, только пустота. Через пару минут он кончил, тяжело дыша и прижимаясь ко мне, а я лишь отстранилась, поправляя волосы.

– Это было… – начал он, но я перебила.

– Да, да, невероятно, – сказала я с лёгкой насмешкой, натягивая платье обратно. – Но мне пора.

– Что, уже? – он выглядел ошарашенным, пока я доставала влажные салфетки из сумочки и протиралась.

– Угу, – ответила я, не глядя на него. – Бывай, котик.

Я вышла из кабинки, поправляя платье, и направилась к зеркалу, чтобы проверить макияж. Мой взгляд был холодным, почти равнодушным. Очередной парень, очередное разочарование. Я поправила помаду, убрала выбившуюся прядь волос и вышла обратно в клуб, оставив его бормотать что-то себе под нос.

Роман ждал меня у выхода из коридора, его взгляд был всё таким же суровым, но теперь в нём читалось что-то ещё – разочарование? Осуждение? Я лишь улыбнулась ему, проходя мимо.

– Не смотри так, телохранитель, – бросила я, не оборачиваясь. – Это моя жизнь.

Он ничего не ответил, но я чувствовала его взгляд на своей спине, пока мы пробирались через толпу обратно к Лёльке. Она уже танцевала с каким-то парнем, но, завидев меня, подмигнула и крикнула:

– Ну что, Соф, повеселилась?

– Как всегда, – ответила я с лёгкой усмешкой, но в груди было пусто.

Глава четырнадцатая

Я стоял у края танцпола, наблюдая, как София возвращается из коридора, ведущего к туалетам. Её походка была всё такой же уверенной, как будто она только что подписала миллионный контракт, а не вышла из очередной своей авантюры. Платье, которое она называла «оружием», снова сидело на ней идеально, ни единой складки, ни единого намёка на то, что произошло в той тесной кабинке. Но я-то знал. И это бесило меня больше, чем я хотел себе признаться.

Она прошла мимо, бросив мне небрежное: «Не смотри так, телохранитель». Я сжал челюсть, чувствуя, как внутри закипает что-то тёмное. Не осуждение – я не из тех, кто читает морали. Но что-то в её поведении, в этой холодной, почти механической дерзости, цепляло меня. Она играла с огнём, и не только с теми, кто хотел её убрать. Она играла сама с собой, и я не был уверен, понимает ли она, как близко к краю стоит.

Лёлька, её подруга, уже вовсю крутилась на танцполе с каким-то парнем, который выглядел так, будто только что вылез из глянцевого журнала. София присоединилась к ней, и я видел, как её движения снова становятся текучими, почти гипнотическими. Она была как магнит – притягивала взгляды всех вокруг, и я знал, что это не просто платье или её красивое лицо. Это была её энергия, её вызов миру: «Попробуйте меня остановить». И, чёрт возьми, я не мог отвести от неё глаз, хотя должен был следить за толпой, за входами, за любым намёком на угрозу.

Но угроза была не только снаружи. Угроза была в ней самой. В том, как она кидалась в эти мимолётные связи, как будто искала что-то, чего не могла найти. Я видел это в её глазах – пустоту, которая появлялась, когда она думала, что никто не смотрит. И я знал это чувство. Слишком хорошо знал.

Я отошёл к барной стойке, заказал себе минералку – алкоголь был не для меня, не сегодня. Нужно было держать голову ясной. Мой телефон завибрировал в кармане, и я взглянул на экран. Малой. Я отошёл в угол, где музыка была чуть тише, и ответил.

– Ну что, Ром, как там твоя принцесса? – его голос был, как всегда, с лёгкой насмешкой, но я чувствовал, что он напряжён.

– Танцует, – коротко ответил я, бросив взгляд на Софию. Она кружилась в толпе, её волосы мелькали в свете стробоскопов, как чёрный шёлк. – Что у тебя?

– Кое-что интересное, – Малой понизил голос. – Я покопался в делах Дмитрия. Ты был прав – он не просто бизнесмен. В девяностых он был по уши в криминале. Наркотики, рэкет, даже пара заказных убийств, хотя доказать ничего не смогли. Потом он «отмылся», женился на какой-то богатой наследнице. Но старые связи никуда не делись. У него до сих пор есть люди внизу, в теневом мире. И знаешь что?

– Выкладывай, – я сжал телефон, чувствуя, как пульс ускоряется.

– Один из тех наёмников, что вломились к Софии, был замечен с людьми Дмитрия. Не напрямую, но через посредников. Это не Шрам, Ром. Это точно не его стиль. Шрам бы просто пришёл и сломал ей шею. А тут… тут всё слишком аккуратно. Кто-то хочет, чтобы это выглядело как случайность.

Я выдохнул, пытаясь осмыслить его слова. Дмитрий. Конечно, это он. Но почему? Компания? Власть? Или что-то личное? Я вспомнил, что Малой говорил про его сына. Тот бой. Тот проклятый бой, который до сих пор снился мне по ночам. Если Дмитрий знает, что это был я… Это всё меняет.

– Что ещё? – спросил я, стараясь держать голос ровным.

– Бабушка, – продолжил Малой. – Елизавета Петровна. Она не так проста, как кажется. Она знала про дела Дмитрия в девяностых. Знала и молчала. Может, потому что он её сын. Может, потому что у неё свои планы. Но она не просто старушка с акциями. У неё есть связи, Ром. И не только в бизнесе. Я нашёл упоминания о её встречах с людьми, которые… скажем так, не совсем легальны.

– Ты хочешь сказать, что она может быть заодно с Дмитрием? – я нахмурился, глядя на Софию. Она смеялась, запрокинув голову, но я видел, что её смех – это маска. Она играла свою роль, как и велел я. Но от этого мне было не легче.

– Не знаю, – честно ответил Малой. – Но что-то тут нечисто. Я продолжу копать. А ты… держи глаза открытыми. И, Ром, не влипай слишком глубоко. Эта девчонка – не просто богатая кукла. Она как граната с выдернутой чекой. Один неверный шаг, и всё взлетит к чертям.

– Спасибо за совет, – буркнул я, заканчивая разговор. Я сунул телефон в карман и вернулся к наблюдению за Софией. Она всё ещё танцевала, но теперь её движения казались мне не такими лёгкими. Как будто она тоже чувствовала, что вокруг неё сгущаются тени.

Только я собрался подойти ближе, как телефон снова завибрировал. На этот раз номер был скрыт. Я напрягся, чувствуя, как холодок пробежал по спине. Ответил, не отводя взгляда от Софии.

– Роман, – голос Шрама был низким, хриплым, как ржавый металл. – Ты, похоже, забыл о нашем уговоре.

Я сжал телефон так, что пальцы побелели. – Я ничего не забыл. У тебя будет твоя доля, как договаривались.

– Доля? – он хмыкнул, и я почти увидел его кривую ухмылку. – Ты мне должен больше, чем просто доля, мальчик. Я слышал, ты теперь таскаешься за какой-то богатой сучкой. София Романова, да? Думаешь, я не знаю, чем ты занят?

Я почувствовал, как кровь отхлынула от лица. Он знал. Конечно, он знал. Шрам всегда знал всё.

– Это не твоё дело, – ответил я, стараясь держать голос ровным. – Я делаю, что должен, чтобы выплатить долг. Ты получишь свои деньги.

– Деньги – это хорошо, – его голос стал ещё тише, почти зловещим. – Но мне нужно больше. Я хочу, чтобы ты принёс мне кое-что из её дома. Сейф. Ты знаешь, о чём я. Там есть документы, которые мне нужны. И если ты думаешь, что можешь просто откупиться деньгами, то ты глупее, чем я думал.

Я замер, мой взгляд невольно скользнул к Софии. Она всё ещё танцевала, не подозревая, что я сейчас стою на краю пропасти. Документы? Какие, к чёрту, документы? И почему Шрам знает про её сейф?

– Я не вор, Шрам, – сказал я, хотя слова звучали слабо даже для меня самого. – Я не собираюсь лезть в её сейф.

– Не вор? – он рассмеялся, и этот смех был как нож по стеклу. – Ты тот, кем я скажу, Роман. И если ты не сделаешь, что я говорю, то твоя милая Аня… ну, скажем так, она узнает, что такое настоящий страх. И не только она. Эта твоя принцесса тоже. Ты же не хочешь, чтобы с ней что-то случилось, правда?

Моё сердце пропустило удар. Аня. София. Он играл на моих слабостях, и, чёрт возьми, он знал, как это делать.

– У тебя три дня, – продолжил Шрам. – Принесёшь документы, и, может, я забуду про твой долг. Не принесёшь – и я начну с Ани. А потом доберусь до твоей новой подружки. Ты знаешь, что я не шучу.

Линия оборвалась, оставив меня в оглушающей тишине. Я стоял, глядя на телефон, как будто он мог дать мне ответы. Шрам. Этот ублюдок всегда знал, как загнать меня в угол. И теперь он тянул за ниточки, связывающие меня с Софией и Аней. Я не мог позволить ему тронуть их. Ни одну из них.

Я посмотрел на Софию. Она поймала мой взгляд и улыбнулась – той самой дерзкой улыбкой, которая была её визитной карточкой. Но я видел, что за этой улыбкой прячется усталость. Она была как я – человек, который борется с миром, но не знает, за что именно борется. И я знал, что не могу её подвести. Не потому, что она мне платила. А потому, что, чёрт возьми, я хотел, чтобы она была в безопасности.

Музыка сменилась на что-то более быстрое, и толпа на танцполе взорвалась энергией. София отошла к Лёльке, что-то шепнула ей на ухо, и обе рассмеялись. Я почувствовал укол раздражения. Она снова играет свою игру, снова провоцирует. Но я не мог её винить. Это была её броня – этот мир клубов, коктейлей и мимолётных связей. Она пряталась за ним, как я прятался за своими кулаками.

Я отошёл чуть дальше, чтобы лучше видеть вход и выходы. Мой взгляд скользил по лицам в толпе, выискивая что-то подозрительное. Мужчина в углу, слишком долго смотрящий в нашу сторону. Девушка у бара, которая делала вид, что пьёт, но её бокал был полон. Охранник у входа, который слишком часто проверял телефон. Я не был параноиком – я просто знал, как выглядит опасность. И здесь она была повсюду. А теперь ещё и Шрам, как чёртова тень, нависший над всем этим.

– Эй, телохранитель! – голос Софии вырвал меня из размышлений. Она стояла рядом, слегка запыхавшаяся от танцев, её щёки порозовели. – Ты что, решил стать частью интерьера? Пойдём, потанцуй со мной.

– Я здесь не для танцев, – ответил я, скрестив руки. – Я здесь, чтобы следить за тобой.

– О, брось, – она закатила глаза, схватив меня за руку. – Ты теперь часть моего мира, помнишь? А в моём мире люди танцуют. И пьют. И веселятся. Так что не порти мне вечер.

Я хотел возразить, но её пальцы сжали моё запястье, и я почувствовал, как моё тело невольно реагирует. Чёрт, она знала, как манипулировать. И я, как идиот, поддавался. Но мысли о Шраме не отпускали. Его слова эхом звучали в голове: «Документы. Три дня». Я должен был решить, что делать. И быстро.

– Один танец, – сказал я, позволяя ей утащить меня на танцпол. – Но если я увижу что-то подозрительное, ты делаешь, что я скажу. Без вопросов.

– Договорились, – ответила она с улыбкой, которая была слишком опасной, чтобы быть искренней.

Музыка окутала нас, бас бил прямо в грудь. София начала двигаться, и я, чёрт возьми, не мог не признать, что она была хороша. Её тело двигалось с грацией хищницы, каждое движение было точным, выверенным, но при этом полным жизни. Она посмотрела на меня, её глаза сверкнули в свете стробоскопов, и я понял, что она проверяет меня. Проверяет, насколько далеко я зайду.

Я шагнул ближе, положив руку ей на талию. Не слишком близко, но достаточно, чтобы показать, что я не собираюсь отступать. Она улыбнулась шире, прижимаясь чуть ближе, и я почувствовал жар её тела через тонкую ткань платья. Это была игра, и я знал правила. Но с Шрамом, висящим над моей головой, я не был уверен, что хочу в неё играть.

– Не так уж плохо, телохранитель, – сказала она, наклоняясь к моему уху. Её дыхание было горячим, и я почувствовал, как по спине пробежали мурашки. – Может, ты не такой зануда, как я думала.

– А ты не такая принцесса, как кажешься, – ответил я, глядя ей в глаза. – Но не обольщайся. Я здесь не для развлечений.

Она рассмеялась, и этот смех был искренним, впервые за весь вечер. Но я не мог расслабиться. Мой взгляд скользнул по толпе, и я заметил того же мужчину в углу. Он всё ещё смотрел в нашу сторону, и теперь я был уверен – это не просто любопытство. Я сделал мысленную пометку запомнить его лицо – короткая стрижка, тёмный пиджак, шрам над бровью. Если он один из людей Дмитрия, то я найду его. И разберусь. А теперь ещё нужно было думать, как справиться с Шрамом и его чёртовыми документами.

Вечер тянулся, и я чувствовал, как напряжение нарастает. София продолжала танцевать, но я видел, что её энергия угасает. Она устала – не только от танцев, но от всего этого. От своей жизни, от игры, от пустоты. И я, чёрт возьми, понимал её лучше, чем хотел.

Когда она наконец сказала, что хочет домой, я выдохнул с облегчением. Мы попрощались с Лёлькой, которая уже была в обнимку с очередным парнем, и направились к выходу. На улице было прохладно, и я заметил, как София слегка поёжилась. Я снял свой пиджак и накинул ей на плечи, не спрашивая разрешения.

– Что, теперь ты рыцарь? – спросила она, но её голос был мягче, чем обычно.

– Нет, – ответил я, открывая дверь машины. – Просто не хочу, чтобы ты замёрзла. У тебя и так достаточно проблем.

Она хмыкнула, но не сняла пиджак. В машине было тихо, только гул двигателя нарушал тишину. Я смотрел на дорогу, но мои мысли были далеко. Дмитрий, бабушка, Шрам, Аня… И София. Она сидела рядом, глядя в окно, и её профиль в свете уличных фонарей казался почти уязвимым. Почти.

– Роман, – вдруг сказала она, не поворачиваясь. – Почему ты это делаешь? Правда. Не из-за денег. Я же вижу, что есть что-то ещё.

Я сжал руль, не зная, что ответить. Она была права – деньги были только частью. Но как объяснить ей про Аню? Про долг, который я не мог выплатить? Про Шрама, который теперь требовал от меня невозможного? Про то, что её жизнь, её борьба, её чертовски упрямый характер заставляли меня чувствовать себя живым впервые за годы?

– Потому что я знаю, каково это, – наконец сказал я, не отрывая глаз от дороги. – Когда весь мир против тебя. Когда ты не знаешь, кому верить. И когда единственный способ выжить – это продолжать драться.

Она молчала, но я чувствовал, что она смотрит на меня. Наконец, она тихо сказала:

– Ты не так прост, телохранитель.

– А ты не так проста, принцесса, – ответил я, и уголки моих губ невольно дрогнули.

Мы подъехали к её дому, и я снова вышел первым, проверяя окрестности. Всё было тихо, но я не расслаблялся. Поднявшись в квартиру, я обошёл все комнаты, проверил окна, замки, сигнализацию. София наблюдала за мной, стоя в дверях гостиной, всё ещё в моём пиджаке.

– Ты всегда такой? – спросила она, когда я закончил.

– Какой? – я повернулся к ней.

– Такой… серьёзный. Как будто ждёшь, что кто-то выскочит из-за угла с ножом.

– Потому что так и есть, – ответил я, глядя ей в глаза. – И пока я рядом, никто не выскочит. Но ты должна мне помочь. Если что-то знаешь, говори. Если что-то подозреваешь, говори. Мы теперь команда, София. И я не хочу, чтобы ты играла в свои игры в одиночку.

Она посмотрела на меня долгим взглядом, и я увидел в её глазах что-то новое. Не дерзость, не насмешку, а… доверие? Или я просто хотел это видеть?

– Хорошо, – наконец сказала она. – Но это работает в обе стороны. Если ты что-то скрываешь, Роман, я узнаю. И поверь, тебе не понравится, когда я злюсь.

Я невольно улыбнулся.

– Договорились, принцесса.

Она ушла в свою спальню, а я остался в гостиной, глядя на город за окном. Где-то там были ответы. И я собирался их найти. Ради неё. И, возможно, ради себя. Но звонок от Шрама всё ещё звучал в моей голове, как набат. Три дня. Документы. Аня. София. Я должен был найти выход, но каждый вариант казался хуже предыдущего. Если я отдам Шраму документы, я предам Софию. Если не отдам – он доберётся до Ани. И до неё. Я сжал кулаки, чувствуя, как стены этой роскошной квартиры сжимаются вокруг меня. Впервые за долгое время я не знал, что делать.