Текст книги "Возлюбленная мага. В тени темного бога (СИ)"

Автор книги: Катя Берри

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 13 страниц)

27

Эйр считал мое напряжение, прищурился, осмотрелся.

– Где, Нелари?

Я и сама не знала, но чувствовала, что что-то не так. А потом поняла.

– Дом, лазейка, Эйр.

Мои слова донеслись уже вслед и Эйру, и его выбежавшим из загона тварям. Я побежала следом, и едва вошла во внутреннее кольцо, как увидела, как к штабу бегут твари, а в лазейку продолжает пролезать одна за другой.

Я бросилась обратно.

– Лазейка, Тан!

Тан побледнел как полотно.

– Крин! Твари прорвались!

Я схватила Боль, и мы кинулись во внутренний круг.

– Будете уходить – распределитесь, оставьте здесь наблюдателей, – велел свежей бригаде строителей рыжий Тан. – Багровых тварей не трогать, это свои.

Мы с Крином отстреливали тварей у лазейки, Эйр со стаей отбивался у штаба. Прорвавшиеся твари вдруг развернулись к нам с Крином, и рыжий Тан вышел вперед, махнул топором.

Еще немного – и мы уже были у лазейки, Крин латал, Эйр отгонял тварей.

– Сюда бы строителей позвать, я не эксперт, но по-моему здесь подкоп, – Крин потыкал в зыбкое место под лазейкой.

Эйр вздохнул.

– Отдохни, мы разберемся, – утешил Тан.

– Будите если что, – Эйр скрылся в доме, а багровые иллюзорные пантеры разошлись вдоль барьера.

– Иди тоже поспи, – отправил Тана Крин. – И своих отпусти.

– А ты?

– Я строителей позову, посмотрим, разберемся и тоже пойду. Кошки разбудят если что.

Тан кивнул, домой поплелся.

– Я кликну, ты последи, – предложила я.

– Хорошо. Крин сел у кустов, прицелился из Вдохновения. У него в ногах устроился багровый иллюзорный котенок, и Крин почесал его за ухом.

– Что, Огонек, насыщенный сегодня день?

Тварь издала странные звуки и будто бы замурчала.

Я побежала к внешнему кольцу, и чуть не столкнулась со старшим из сектантской бригады.

Он поклонился до земли, обратился на древнеэлькринском с бесконечным почтением в голосе:

– Ничтожный служитель приветствует почтенную мать Покровителя.

– Приветствую, – я тоже поклонилась. – Как тебя зовут? Послушай, там подкоп, где Крин, посмотри, пожалуйста, можно ли что-то сделать.

– Ничтожного служителя зовут Халь, – ответил сектант. – Будет исполнено, почтенная мать Покровителя.

Он снова поклонился, но задерживаться не стал, подошел к Крину, посмотрел, засветились багровые чары множественными вспышками.

– Как там, Халь? – спросила я.

– Почтенная мать Покровителя, укрепление не продержится долго, – ответил Халь. – Везде, где мы видели, барьер подкопан, остался очень тонкий слой. Мы укрепим, но чары не схватятся быстро. Состояние основания внутреннего барьера в этом месте еще хуже, чем у внешнего.

Крин смотрел на укрепленный подкоп, гладил котенка.

– Благодарю, Халь. Ни, зови всех, я пока Эйра разбужу и соберу все из лаборатории и кабинета. Спать будем в другом месте.

Крин поднялся.

Я побежала за Таном, и увидела, как он только что зашел дом.

– Тан, вернись! – окликнула я и усилила голос чарами. – Вернись!

– Ась? – выглянул Тан.

– Строитель сказал, все вокруг подкопано, и возле дома Эйра все совсем плохо. Крин пошел будить Эйра и велел объявлять эвакуацию.

– Понял, объявлю, – Тан посмотрел на свой дом с болью. – Ах, неужели ничего нельзя сделать?

Я опустила голову.

Но Тан уже в штаб сообщил и шел, усиленным чарами голосом объявляя эвакуацию.

А я стояла, растерянная.

«Если бы был Карн, быть может… Ах, почему его убрали так невовремя? Вот справился бы с тварями, тогда можно было бы. А теперь что делать-то?»

Я села в уголочке, нащупала Айара. Тот снова мучился, похоже. Стало жаль его, и я влила в него алой энергии.

– Милостивая мать Покровителя, – прошептал Айар и расстелился.

– Айар, не надо церемоний. Скажи, что мне делать? Я не знаю, у кого еще спросить. Карна больше нет, и все очень плохо.

– Следовать воле своего Покровителя – единственный верный путь для служителя. Что пожелал отец Покровителя?

– Перед смертью он велел сохранить его, не сметь надевать пояс и обувь и принять сущность Хранителей. Я впитала сущность, но Источник Карна забрал Эйр.

– Ничтожный служитель считает, что отец Покровителя хотел, чтобы из него сделали оружие для матери Покровителя, – предположил Айар. – И тогда ее босые ноги, переполненные силой создателей, привлекли бы внимание тварей, а Покровитель уничтожил бы их, защитил наш народ и торжественно определил бы статус своей дорогой служительницы.

– Ого. Там столько тварей, что даже Эйра чуть не сожрали, говорят. А я не умею драться, Айар, совсем ведь не умею…

– Я переговорю с Покровителем. Не стоит беспокоиться, милостивая госпожа.

Айар открыл портал и скрылся в нем.

«Мне кажется, Айар как-то перегнул с толкованием. Я думаю, Карн просто хотел выжить, сохранить силы и упиваться моим унижением».

Но к моему удивлению, очень скоро Айар подвел ко мне Эйра, и Эйр протянул мне пылающий алым арбалет.

– Снимай оковы, Нелари. Посмотрим, что из этого плана выйдет. И только попробуй его опять переродить, я тебя запру так, что никто не вытащит.

Я сняла оковы. Взяла Карна.

Сердце колотилось бешено.

Эйр проводил к бойнице. Я поднялась и, чувствуя себя очень глупо, начала стрелять в полчища тварей. Стрелы летели часто и метко – что еще ожидать от Карна? Его тренировать сражаться с тварями не надо было. Но это казалось бесполезным – что мог сделать он один против стольких?

«Сущности, благословения», – подсказал хриплый голос в голове.

Я напитала арбалет, и стрелы начали взрываться, выбивая кристаллы тварей.

– О, эти тоже напитай, – попросил Крин.

Я благословила остальное оружие, и тоже стало лучше.

– Постоим еще, – велел Эйр. – Всех, кто не владеет порталом, собираем здесь. Строители укрепляют до последнего.

«Эйра тоже», – велел Карн.

Я неуверенно повернулась к Эйру.

28

– Карн говорит, не отобьемся, пока держимся, надо сдвигать барьер, – шепнула Крину на ухо.

Крин передал Вдохновение, окликнул Тана, Халя, и мы вчетвером начали вычерчивать барьер там, где Халь считал, что еще крепко.

– Сосуды будет сложно перекинуть, – нахмурился Тан.

– Запитаем через Эйра и Ни, – предложил Крин. – Активируем, с отступлением перекинем на них второй и соберем сосуды.

– А не погаснет?

– Я буду осторожен.

– Не загнись от отдачи.

– Благодарю за заботу, – Крин вздохнул. – Ни, благословляй нас с Таном. Тан, на тебе часть Эйра. Вливаете вы с Ни, я балансирую.

Я благословила, и чары вспыхнули в тумане ярким багровым заревом с радужными переливами. Крин собрал, слил, и новый барьер вспыхнул.

– На новые позиции, – скомандовал Крин.

Я взбежала за Карном и перенесла его в место, указанное Халем.

Когда за вторым барьером не осталось никого, Крин тронул за плечо.

– Благослови, Ни. И помоги. Собираешь нити и вливаешь в них осторожно, главное не перегрузи, только потом заменяешь, иначе погаснет все.

Я кивнула, и мы пошли вдоль огромного барьера. Крин страховал, вливая чары, я переключала источник, и Крин забирал бесценные сосуды.

Казалось, что мы копаемся вечность. Над нами летели стрелы Карна и Эйра, остальные не рисковали пытаться стрелять через две бойницы. Это затишье давило еще сильнее – твари наступали, почти дышали под барьером, а мы копались, копались, копались…

«Беги!» – скомандовал Карн, и я, схватив за руку Крина, зашла во внутренний барьер. Под барьер просочилась тварь, и Карн с Эйром уничтожили ее.

Сосуды было жалко безумно. Я переглянулась с Крином, и мы продолжили переключать первый, еще целый, хоть и подкопанный барьер, к Источнику, пытаясь выиграть хоть немного времени. Переключили. Чарами подтянули сосуд. Следующий.

Твари лезли, пытались съесть энергию на лету, но их поливали густейшим огнем.

Когда мы извлекли последний сосуд, я аж осела от напряжения. Крин сел рядом, прижался спиной. Тварей подкапывалось все больше, и все под нашим барьером наполнялось ими, кристаллы сыпались рекой.

«Что села, следующий стройте», – проворчал Карн.

– Карн говорит, нужно больше барьеров, – шепнула я.

– Правильно говорит, – вздохнул Крин. – Сейчас посидим, передохнем, пока Тан с Айаром разметят.

Мы отстреливались, возводили все новые и новые рубежи, отступали, но продолжали, продолжали…

«Тому, кто это убожество строил, надо руки оторвать», – ворчал Карн про укрепление внешнего кольца.

И вправду, когда мы почти прижались спиной к внутреннему барьеру, отступать перестали. И Карн замолчал.

Да и все чувствовали – позади древнее убежище, не новострой.

Я благословляла оружие потоком, пытаясь выжать все возможное. У бойниц, кажется, молились.

«Нелари, посмотри на это, ты все пропускаешь», – позвал Карн, и я подошла к его бойнице.

Темная толща тварей, почти не сдерживаемых прошлыми подкопанными барьерами, лезла друг по другу и летела вниз, и снова карабкалась, и пыталась вгрызться в твердь тумана под убежищем, и ее отгоняли потоками огня.

«Видишь разницу? И пусть даже это убогое убежище строил мой беспечный папаша, укреплял его я. И это поздние окраины, не основная часть».

«Спасибо, Карн. Ты не злишься?»

«Я стал слишком доверчивым. Возможно, мне действительно пора на покой. Начать новую мирную жизнь с чистого листа, забыть обо всех заботах… Ах, когда-нибудь это случится, Нелари. И ты поможешь мне в этом».

«Я подумаю».

«Подумаешь и поможешь», – легко согласился Карн.

«Я тоже хочу мирной жизни, Карн. Не унижений куклы, а полноценной долгожданной счастливой жизни. Хочу свадьбу с любимым. Хочу семью. Хочу надевать обувь, когда больно или холодно ходить или просто когда захочу. Хочу одеваться так, чтобы в меня не плевали, чтобы на меня не оглядывались, чтобы не называли куклой. Прости, что была плохой женой. Я осознала свои ошибки, и ты знаешь, пыталась исправить. Но когда умирал Крин, я думала, что это навсегда, что я уже больше не вернусь, мы больше никогда не встретимся, и очень хотела попрощаться. Он для меня все. Я расцветаю с ним. Я не могу без него, Карн! Когда-нибудь и ты встретишь свою любовь. Отпусти меня, молю. Отпусти!»

«Я подумаю, Нелари», – хмыкнул Карн.

Я смотрела на море горящих глаз под нами, слышала странные голоса тварей, свист снарядов и шелест осыпающихся кристаллов.

Благословение изливалось из груди, разветвлялось по душам наших покойных собратьев, защищавших вместе с нами наше убежище.

Карн грел руки.

«Нелари, ты знаешь, что твои ноги особенные?» – спросил Карн.

«Чем хоть? Короткие и толстые без всякой меры, как и у всех дев».

«Ты унаследовала эту черту Покровителя мира практически первозданной. И когда ты наступаешь босой ногой, вокруг разливается радость и спокойствие, восстанавливается гармония. Все лесные девы босые, и не просто так».

«Девы еще и голые. Может, мне раздеться?»

«Остальное тебе унаследовать настолько чистым не удалось».

«Спасибо, Карн», – вздохнула я.

«Но в тебе переплетено очень много кровей, и именно это позволило появиться твоему жалкому таланту, который я столько старательно усилял и огранял».

«Я… благодарна тебе, Карн».

Очень хотелось добавить: «не от всего сердца», но я удержалась. Ведь именно благодаря усилениям Карна я могла сейчас защищать убежище, питать бойцов и оружие, барьеры. Благодаря ему я стала как бы настоящим Ловом, а не той жалкой девчонкой, что даже со смертными без Источника справиться обычно не могла.

И это было бесценно, пусть я об этом и не просила, а развивать это было часто болезненно и неприятно.

«Если ты действительно благодарна, низко с твоей стороны просить прекратить служение тому, кто столько в тебя вложил, и раздумывать над его поручениями».

«Карн, да я даже не против помогать тебе, служить, как все служили другим Ловам. Но я хочу быть собой, выглядеть, как я, хочу быть женой Крина, хочу иметь право если не отказаться, то хотя бы договориться на приемлемые для меня условия служения».

29

– Может, в другую крепость перейдем? – спросила я.

– А куда? – спросил Крин. – Здесь уже все эвакуировано, обустроено…

– Может быть, туда, где все не рухнет за пару дней грызни тварей? – спросил Карн в голос.

– Можно отступить к убежищу Надежды, – предложил Айар. – Оно неподалеку, тварей переманить будет легко, небольшое, хорошо укреплено и в нем нет живых.

– А мертвые есть? – напрягся рыжий Тан.

– Это дом покойных служителей, почтенный, – подтвердил Таяр.

– А мы не можем использовать нежить для стрельбы? – заинтересовался Тан.

– У Семьи практически не осталось покойных служителей, сохранивших плоть, – ответил Айар. – Большинство упокоились со смертью отца Покровителя, а почти все новые покойные служители потеряли свои тела в руинах Старого Эрва. Те же, кто сохранили тела, насквозь пропитаны священными растениями, и переводить их в замкнутое пространство убежища может быть опасно для живых защитников.

– Открываю портал. Разбудите спящих, расставьтесь по позициям и будем переманивать, – велел Эйр.

«Почему ты сразу не предложил пойти в крепость, Карн?»

«Меня никто не спрашивал. Айара Эйр тоже не дослушал и начал распоряжаться. Для меня разницы нет, хотите отстраиваться – вперед. Будет, чем заняться, вдруг скучно. По мне так это очевидно».

Я смотрела, как переходят один за другим в узкий коридор со стенами из плотного белого тумана и прекраснейшим алым ковром на полу в идеальном состоянии.

«Натопчут же. Прямо в ботинках и на такой ковер, ни Изоляции, ничего!» – неуместно подумалось вдруг.

«Ничего не берегут, Нелари», – будто услышав мои мысли, согласился Карн.

«Жалко, да. Свернуть?»

«Поздно уже».

* * *

В крепости Надежды все было настолько узким, что в коридоре расходиться приходилось чуть ли не впритирочку.

Зато туман, в котором была выстроена крепость, выглядел впечатляюще плотным, крепким и толстым. И бойницы в нем были.

Я заглянула в одну и подивилась толщине тумана.

«Что ты там смотришь? Тварей мани», – напомнил Карн.

Я выпустила в оружие и бойцов высшее благословение обильнейшим потоком.

Эйр посмотрел на меня и просто завыпускал энергию в бойницу до тех пор, пока не показались огоньки глаз тварей. Тогда он втянул ее обратно и загорелся.

– Сущности, Нелари.

– Ты уверен?

– Я пожалею об этом позже. Не сейчас, – ответил Эйр.

– Не дам я тебе ничего, ты от нее ненормальным становишься. Так отобьемся, – ответила я, и Карн захохотал. – И оружие кто делать будет?

Карну быстро от сущности хорошело. Восстанавливаться, болтать начинал. Я села у бойницы, вздохнула.

– Отдохни, Нелари. Этот бой надолго, – сказал Карн.

Призрак с очень светлой улыбкой подплыл, поклонился. Совсем нестарый с виду.

«Как жаль!»

– Ничтожный служитель проводит, милостивая госпожа, – позвал он.

Я обернулась на Крина.

– Я тоже пойду. Набегался с барьерами.

И мы пошли за призраком, обходя бойцов.

Призрак вывел в крохотную спальню с кроватью, которой живые позавидовали бы.

Крин разулся, обмылся энергией, сел. Мне стало неловко снова забыть о чистоте, и я последовала его примеру.

На мягчайшей перине и подушке спалось, будто на облачке. И сны были такие же светлые – летела, будто птичка, ветерок обдувал, солнышко светило ярко…

Я была полна счастья, и мне хотелось поделиться им со всем, что видела, с каждым облачком, деревцем, кустиком, травкой, зверьком…

Я спустилась и пробежалась по щекотной траве, повалилась в нее, посмотрела на небо. Хотелось петь и танцевать. И чтобы все вокруг со мной тоже пели и танцевали!

Заиграла флейта, и выбежали лесные девы – прекрасные, счастливые, обнаженные, с венками в золотых волосах. Они перекликались эхом, затянули меня в хоровод, и стало вдруг неловко, что я в трауре, но веселюсь с ними.

«И здесь нельзя повеселиться! Да что же это! Карн же вон, пусть и не жив, но болтает больше живого. Крин рядом. К чему траур?»

Видимо, я задумалась крепче положенного для сна, потому что снова увидела ночные сумерки, ощутила мягкость постели и Крина рядом.

Крин, видимо, заметил, что я проснулась, прижал к себе. Я уткнулась носом в чудесно гладкую щеку и так хотелось потереться, поцеловать…

– Я так рад, что мы вместе, Ни, и никто не уводит тебя по ночам от меня.

– Я хочу сначала порвать со служением, Крин. Действительно не дело, когда твоя невеста прислуживает другому.

– Ни, ты обиделась? Я это не к тому сказал. Ты же знаешь, я люблю тебя любой, своей или чужой, всегда рад тебе. Я обезвредил Иста, он не сможет ничего сделать тебе в таком состоянии. Живи, как тебе хочется, Ни. Ты можно сказать свободна.

– Оказалось, я не могу ослушаться Карна, – призналась я. – Мы проверили с Эйром – я не смогла сделать то, что Карн запретил. Я не знаю, что мне еще могут наприказывать. И я считаю правильным все-таки сначала прекратить служение, а потом начинать отношения с мужчиной. Мне очень мерзко было... Проклятый Кон! Как он так ухитрился продать меня, что даже клятвы сектантов прекратились, а мое служение – нет?

– Я приму любое твое решение, Ни. Я готов ждать столько, сколько потребуется.

Он поцеловал меня в лоб.

– Спасибо, Крин. Пойдем с тварями разберемся, а потом уже с моим Покровителем и между собой.

– Я очень люблю тебя, Ни. Мы обязательно со всем разберемся.

Крин поднялся. Обулся. Умылся энергией, хвостик переплел. А я снова забыла бы умыться, если бы на него не посмотрела.

«Рано мне отношения. Мне надо вспомнить, как жить вообще, и научиться быть самостоятельной. С нездоровым служением порвать, начать думать и принимать решения».

Крин шел впереди. Он был свободным, уверенным. А я…

«Делай, что должна, Нелари», – строго сказала я себе. Пусть и не голосом Карна, но собраться помогло.

А я благословила оружие потоком, глянула в бойницу, где стоял Карн, увидела все те же бесконечные волны тварей и присела на ковер рядом.

30

Я повесила голову, прижала руки к груди, пытаясь хоть немного сдержать воспоминания об ужасающей боли от травм души.

«Ты довел себя до безумия, стремясь к счастливой жизни. Вырезать Источник и жить так многие тысячи лет, изнемогая от нестерпимой боли... Мне так жаль, Карн. Если бы все повернулось иначе. Если бы! Мир бы получил гениального мастера, и одна из девушек того времени – мужа, лучше которого даже в мечтах не пожелаешь. Как бы я хотела, чтобы ты никогда не столкнулся с тем, с чем тебе в этой жизни и нежизни пришлось».

– Получается, мы его убили вместе? – раздался за спиной любимый глубокий голос.

– Получается, мы теперь преступники?

– Получается. Уже можно сдавать пояс?

– Ты же еще не получил!

– Ну вот, а я думал, у нас все получается, – Крин снял ученический пояс с того самого позаимствованного темного балахона и положил в карман.

– Получается, что не все получается, – вздохнула я.

– Еще компенсацию семье надо платить. Но за Ловов и Хранителей размер не установлен.

– Тогда не будем.

– Хорошее решение.

Эйр вздохнул и подошел к бойнице Карна в обнимку со своим странным оружием.

– Вы там как друг друга посудите, мне решение скажите, я скажу Тану, чтобы записал.

– Но у служителей Нелы же автономия, – возмутился Крин.

– А, ну тогда ладно. Вы что теперь, как два идиота без поясов из-за папаши ходить собрались? И как я вам общинную работу буду давать?

– Не давай. Мы будем думать над своим поведением.

– И скорбеть, – добавила я.

– Нет, я скорбеть по Исту не буду, – отказался Крин.

– Главное не на проходе это делайте, и вообще где-нибудь, чтобы я не видел. Эх, так злился ведь на папашу, что развязал это, думал, все пропало, как теперь будем междумирьем пользоваться, кошмар. А теперь стою в крепости и скучаю. У папаши все было готово к этой войне, но нет, надо было сначала два убежища потрепать, ткнуть носом, что не готовы были к тому, к чему никто и не готовился, кроме него! Вот сразу сюда нельзя было?

– Если здесь все под контролем и без твоего участия, так займись делом, не скучай. Думаю, после эвакуации с двух древнейших убежищ накопилось проблем.

– Как подумаю, так и не хочется разгребать это все. Надо больше делегировать, вот что. Слишком много на мне завязано.

– Очень правильный подход, – поддержал Крин. – Иди. Мы тут постоим и без тебя, присмотрим, чтобы Ист обратно не вылез.

– Да никакого доверия с Истом вам нет, только убьешь – возродят, только еще что-нибудь – и…

Эйр хоть и ворчал, обнял нас с Крином и ушел.

А мы остались у бойницы. Крин стрелял, я благословляла оружие, твари бесконечно лезли.

Крин был рядом. Я прижималась спиной к его ноге и чувствовала тепло сквозь все слои ткани.

Мне не хватало. Было очень холодно. Потряхивало. Было ощущение, что все внутри разрушено, и теперь, когда скрепляющая эти руины опора улетела к тварям, я малодушно искала новую вместо восстановления себя.

«Все будет хорошо, Ни. Надо просто думать, принимать решения, осознать, чего хочется именно тебе, а не Карну или кому-то еще. Ты уже пыталась это делать, и у тебя что-то получалось, пусть и не всегда хорошо. Теперь служения нет, и ты можешь делать это без оглядки на Карна».

* * *

Казалось, поведение тварей с гибелью Карна изменилось. Они пытались друг по другу залезть на стены, и особенно усердно – к той бойнице, откуда скинули Карна.

«Вкусный был, наверное», – подумала я и отвернулась от пугающего зрелища.

– Сменяемся, – скомандовал кто-то, и мы поплелись цепочкой, освобождая узкий коридор.

Благословение так и лилось из груди равномерным потоком – кажется, я могла его поддерживать уже даже во сне.

Мы умывались энергией, что-то полусознательно съели и разошлись по спальням щедрых призраков.

Крин был рядом. И мы оба, уставшие, легли и уснули, кажется, мгновенно.

* * *

Летели дни. Крепость Надежды все так же незыблемо стояла. Твари лезли друг по другу все более безумно, пытаясь прорваться к самым бойницам, заветным щелям, полным энергии, и иногда вгрызались прямо друг в друга от голода.

«Почему они сюда лезут? Они не понимают, что погибнут? Неужели нет никакого другого варианта?»

Вспомнился бедняга Кай, нуждавшийся в душах не меньше, чем твари в энергии, и стало совсем грустно.

– Твари тоже нежить, Крин? – тихонько спросила я. – Откуда они берутся?

– Никто толком не знает. Считается, что они не нежить, просто особенные жители междумирья, но я смотрю на то, как они лезут на убой за энергией, и уже не уверен. Разум как будто бы отключился, ничего не боятся, и это страшно.

– Насколько же они голодны, – шепнула я.

– Вот только не вздумай снова их кормить, они после Иста будто обезумели.

– Да нет, конечно, ты что.

– Меня настораживает, что снова меняется давно устоявшийся баланс. Все, что существует, для чего-то нужно. Значит, и твари были нужны для чего-то. И вообще, как показал опыт Эйра, они отлично приручаются, умные и полезные. Чем займутся Чистильщики, если тварей не станет? Как они будут поддерживать себя? Не станет ли новое состояние междумирья опасным для нас? Я думаю, нужно переговорить. Мне не по себе оттого что мы истребляем кого бы то ни было в таких количествах. Можешь связать с Эйром?

Я уже потянулась к груди, но Крин остановил.

– Ну-ка, подожди, я ж и сам сейчас из этих, – Крин потянулся к груди, тронул, будто кристалл.

Вокруг Крина вдруг проступили вдруг нежно-зеленые лучи, уходившие и терявшиеся где-то там, далеко.

– Ого, я это тоже вижу, – удивилась я.

– Так, и кто из них Эйр?

Крин тронул один из лучиков. По нему пробежала рябь, и он вдруг обернулся проекцией иллюзорной твари, попытавшейся съесть нас.

– Ох ты, – отшатнулся Крин. – Мне что, твари уже поклоняются? Первые служители?

Он с опаской тронул другой лучик. Система ухода у дома Эйра проступила.