Текст книги "Дриблинг безликих (СИ)"
Автор книги: Катти Карпо
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 22 страниц)
Глава 18. ПРОИЗВОЛ СО ВКУСОМ ЗЕФИРА
Удачно вышло, что их с Анис места располагались не в первом ряду. Хотя и размещение второго ряда вовсе не гарантировало спасение от разрушительных бедствий. А именно их и сулила встреча со вспыльчивой ведьмой с факультета Мимозы. Стиснув зубы, Аркаша аккуратно съехала вниз так, чтобы над столешницей виднелась только верхняя часть ее головы. Последовать ее примеру захотела и Анис и, дернувшись, подшибла коленями стол. Тот закачался и процарапал ножками пол. Перепуганная собственными суетливыми шевелениями девушка предпочла полностью застыть и попробовать слиться с общей заурядной и совершенно не привлекающей внимание учебной обстановкой.
Упершись ладонями в сиденье, Аркаша подтянула себя чуть выше и проверила степень кризиса ситуации. Возможно, вокруг пока и царило затишье, однако все признаки указывали на то, что лично ее ожидала самая настоящая Чопорная Печенька.
«А вот это уже тянет на ЧП», – пробормотала она, наблюдая, как Ваниль прислоняется к дверной створке и отработанным движением убежденного в своем великолепии нарцисса откидывает густую розовую копну волос за плечо.
Итак, модель готова и пребывает уже в состоянии крайней ярости, потому что к ее слепящему взгляды совершенству еще не кидаются, затаптывая друг дружку, толпы фотографов. Особой зрелищности добавляло и то, что Ваниль была облачена в короткую юбчонку, длина которой даже не призывала включить воображение, а честно демонстрировала всю суть.
«Жуткая она», – пробубнила Анис и вновь подбила столешницу трясущимися коленями.
В помещение, позевывая, зашла Брунгильда. Сегодня ее гребень из обесцвеченных волос обзавелся дополнительным уровнем за счет объемной заколки в виде ряда сцепленных за челюсти миниатюрных черепов, жадно впивающихся в волосяные объемы. С учетом любви ведьмы к готическим изыскам и металлическим изделиям, видеть ее в официальной форме Блэк-Джека – в блейзере, да еще и с нашивкой Мимозы, зеленой мастью бубны, – было довольно забавно.
– Сириус? – Брунгильда причмокнула жвачкой и задумчиво прижала ее языком к внутренней стороне щеки так, что получилась крупная выпуклость. – Серьезно?
– Да ладно?! – Сзади на ведьму налетел Лесик Князь и, не сбавляя скорости, буквально втащил девушку грудью прямо в помещение. – Ага! Да ты не шутишь! Хэй, хэй, е-е-е, братиш, привет! И тебе хэй! Братюнь! О, мужик! Как башка?!
По всей видимости, на празднестве Сириуса, участником которого ему посчастливилось стать, он быстро обзавелся множеством друзей среди Смешанных.
– Только при Александре подобный энтузиазм не проявляй. – Брунгильда рассеяно покосилась на преподавательский стол, заваленный пустыми сферами. – Его перекосит и заштырит, если узнает, что ты так рад встрече с Сириусом.
– А мы ему не скажем. – Лесик, приветствуя кого-то на задних рядах, изобразил что-то вроде карикатурной позы для становой тяги. – О-о-о! А твоя физиономия куда уехала, приятель? Давно? Чапнулся носом об стол?! Ха, дубина! Умора!
– Заканчивай общаться с лузерами. – Ваниль высокомерно вздернула нос и, нащупав в маленькой сумочке у талии зеркальце, принялась сосредоточено прохлопывать кончиками пальцев линию подбородка. – Заразишься идиотизмом.
Что ни говори, а прибытие второкурсников Мимозы ощутимое впечатление произвело разве что на Аркашу. И на Анис. Будь их гостями другие факультеты, то фурор, а, может, и откровенную панику словить Сириусу удалось бы. Но Мимоза... По сравнению с другими, факультет магов вызывал у Смешанных ощущение, ближе всего подходящее под описание слову «комфорт». Какие бы ни были отношения между отдельными личностями Сириуса и Мимозы, но маги, по крайней мере, те, что учились в КУКУО, в большинстве своем были душевными, нелицемерными и открытыми ребятами.
Так что, похоже, мало кто из первокурсников Сириуса вообще задумался, а почему, собственно, к их факультету присовокупили старшаков из другого.
Прислушиваясь к расслабленным разговорам однокурсников, Аркаша осмелилась вылезти чуть больше из убежища и сосредоточилась на троице из Мимозы, по-прежнему топчущейся у выхода. Впереди ряд пустовал, поэтому, стоило Теньковской совершить ошибку и чересчур высунуть нос, кто-нибудь из них обязательно бы ее заметил.
– Предупредим народ? – поинтересовалась Брунгильда. – Остальные максимум минут через десять притопают.
– Зачем? – искренне удивился Лесик, живенько обследуя пространство помещения взглядом и многообещающе потирая ладони. – Пусть будет сюрприз.
– Так ведь нам подсунули не наших. И не предупредили.
– А это даже веселее. Зажжем!
– Сомнительно.
Несмотря на то, что содержание фраз ведьмы, по логике, предполагало наличие некоего эмоционально подкрепляющего беспокойства, сама Брунгильда взволнованной не выглядела. Наверное, машинально отыгрывала некую модель поведения для создания видимости контроля над ситуацией. Ну а кому в их маленькой компании изображать ответственное лицо? Явно не самовлюбленной красотке и уж точно не парню, пытающемуся прямо сейчас на ходу изобрести новый способ общения на расстоянии. Зачем подходить ближе к тем, кто сидит на задних рядах? Лучше общаться с ними, подпрыгивая и отстукивая в прыжке подошвами неритмичную тарабарщину.
– Вряд ли это занятие было согласовано с Цельным. – Брунгильда, вернувшись к обычной манере поведения, поставила локоть на выпуклое цветочное украшение на двери и уронила подбородок на раскрытую ладонь. Странно, что при такой расслабленности она полностью не стекла на пол, словно растаявшая шоколадная фигурка. – Слышал объявление от Борзой? А вдруг Цельному приспичит тебя на жеребьевку, как игрока, взять? И что? Забавно выйдет, если он застанет тебя здесь, тусующимся с Сириусом.
– Э-эй, хорош нагнетать. – Лесик цокнул языком и покачал пальцем. – В следующем перерыве мы рванем отсюда на лучшей своей скорости. Наш славный староста даже не успеет ни о чем прознать.
«Чересчур оптимистичный настрой. Александр слишком нервный и мнительный, – с мрачной уверенностью подумала Аркаша, высовываясь еще больше. У нее затекли ноги, а лоб и нос уже раз семь чиркнули по краю столешницы. – Интуитивно почует, что его маги шастали по всяким неправильным местам и занимались непотребными дружескими делишками с Сириусом».
– Давайте просто свалим. – Ваниль захлопнула крышечку зеркальца и без интереса порылась в содержимом сумочки.
То, что она никак не вмешивалась в беседу и вообще не производила особого шума, могло означать лишь одно: на обстановку, ситуацию, окружение и общее настроение, – на все эти нюансы ей было глубоко плевать. И расщедривалась она лишь на игру в вяло ворчащую поклажу, которую сторонними силами куда надо да доставят.
– Свалить не получится. – Брунгильда сложила перед собой руки и уставилась в интереснейшее никуда. – Нам не начислят баллы. И Эльблюм может стукануть Немезийскому. И тогда нам срежут еще и прогресс по «травкам-муравкам».
– Остаемся! – радостно заключил Лесик и, пританцовывая, направился к кучке сфер, ожидающих своего звездного часа.
– Куда втыкать затычку, чтобы угомонить инициативность у чарбольных психопатов? – флегматично полюбопытствовала Брунгильда, позволяя между тем Лесику свободно буйствовать.
– Нет такой затычки, чтобы выдержать поток нашего... О! Милашка! – Князь тормознул и развернулся в сторону уровней с партами с такой энергичностью, что его не успевшая завершить шаг нога долбанула бок преподавательского стола и запустила новые покатушки для полых сфер. – Хэй! Милашка! Ты, ты, ты! – Он широко улыбнулся и, явно вспомнив о том, как на празднике Артемий представил Аркашу, выдал: – Ты, спорт-девчонка, от которой у нормальных пацанов сносит боевые башни!
«Да как же так!» – Аркаша под паническим взглядом Анис быстро скатилась под стол. Но спасать ментальное спокойствие было уже поздно.
Ее заметили.
И очень-очень жаль, что добродушному Лесику не пришло в голову оставить знание об этом открытии при себе.
Та же мысль, видимо, посетила и Брунгильду, потому что покров из привычной сонливости вмиг слетел с нее. Она выпрямилась, засекла местоположение Аркаши, а потом, чуть искривив брови, медленно покосилась на Ваниль.
У-у-у, дракон делает ноздрями «пыщ-пыщ». Ваниль превосходно и достаточно наглядно изобразила эту потрясающую сцену. Добавить ей огоньку в пользование, и в первую же ее дыхательную гимнастику от Аркаши осталось бы нечто малюсенькое и хорошенько прожаренное.
Разговоры в аудитории тут же стихли. Кажется, учащиеся в Блэк-Джеке всегда нутром чуяли приближение бесшабашных зрелищ. Что бы ни происходило, вмешиваться никто не торопился, а вот организовать импровизированную зрительскую трибуну с болельщиками -пожалуйста, три секунды и готовы внимать и дарить овации.
«А теперь сигнал тревоги был бы кстати. – Аркаша, покинув укрытие, села прямо и, по наитию приняв самый безобидный вид, принялась наблюдать, как к ней приближается олицетворение яркого сумасбродства Мимозы. – Может, надо Анис посоветовать отсесть подальше? А то и ей «веселья» перепадет».
– Ты глянь, Бруня! – Ваниль громыхала по полу каблуками так, словно на каждом шагу ей грезилась валяющаяся под ногами Аркаша, и ей не терпелось вогнать обе набойки как можно глубже в тельце раздражающей девчонки. – Знакомая страшенная кочерыжка с грязнючими патлами.
«Интересное наблюдение, – задумалась Аркаша, незаметно пихая впавшую в транс Анис ладонью в бок. Та на намеки никак не среагировала, а лишь сильнее сжалась в пугливый комочек. – И правда, а когда я последний раз нормально мылась?»
Брунгильда следовала за подругой, но явно без четкого плана действий. На ее лице читалось лишь сожаление по поводу того, что она не вспомнила вовремя, какой грандиозный триггер для Ваниль учится на первом курсе Сириуса. Лесик, заинтересовавшись движухой, тоже присоединился к шествию.
– М-м-м... Далеко спешишь? – Брунгильда подцепила пальцами лямку сумки Ваниль, и та, натянувшись, чуть замедлила свою целеустремленную владелицу.
– Поприветствовать маленьких первокурсников из нашего любимого Сириуса, – невероятно фальшивя, пропела Ваниль, и с тройной прытью рванула вперед.
Но Брунгильда – ведьма не робкого десятка. Выдержка у нее отменная, раз она еще не двинулась умом, живя с такой соседкой, а запасы терпения у нее восстанавливаются быстрее, чем поры забиваются грязью.
– Выдай сейчас все, с чем ты можешь сотворить дичь, выходящую за рамки моральных норм, – потребовала она, вновь дергая подругу за лямку.
– Моральных норм? – Лесик, поймав волну новейших впечатлений, приоткрыл рот. – Во загнула.
– Ладно, – буркнула Ваниль.
К удивлению Аркаши, вместо того чтобы сопротивляться, розовласая ведьма порылась в сумке, повернулась и всучила ребятам из Мимозы по одному предмету.
«Это она что... выполнила требование?» – озадачилась Теньковская.
– И все? – Брунгильда хмуро осмотрела розовое зеркальце. При этом с привязи подругу пока не спускала, лямка подозрительной сумки все еще была в ее хватке.
– А тут что за аморальная вещица? – Лесик прокрутил между пальцами макияжную кисть.
– Это для рисования бровей, – кинула пояснение Брунгильда, мельком глянув на предмет.
– Да ладно?! – Парень хохотнул и сразу же подавился, попав под убийственный взор Ваниль. – У вас ведь уже есть брови. На фиг рисовать новые?
– Надо. Короче, информация не для пресных мозгов, – огрызнулась Ваниль и хищно вперилась взглядом в Аркашу. – Можно уже поприветствовать наших ма-а-а-аленьких друзей?
– Валяй. – Брунгильда нехотя отпустила девушку.
И осуждать ее смысла не было. Она вовсе не сдалась под напором буйной соседки, а всего лишь пришла к выводу, что столкновения все равно не избежать. На учебной паре противоборствующим сторонам, так или иначе, придется взаимодействовать. Хотя сама Аркаша не считала себя стороной конфликта и вполне могла бы обойтись без доказывания Ваниль какой-то своей иллюзорной правоты. Благородная принципиальность с ней превращалась в грандиозную нелепость. К тому же это не та победа, имеющая ценность для Аркаши и ради которой стоило разбиваться вдребезги.
К сожалению, принцип мышления Ваниль приводил ее к другому выводу. И настойчиво требовал сцепиться с Теньковской в тот же миг, как она появлялась в поле зрения.
– Чего там по плану? – Она подошла ко второму ряду со стороны Анис. Та, вздрогнув, качнулась и, похоже, от страха отправила душеньку прямиком в далекое путешествие. – Сферы будем магией напитывать, да?
Внезапное желание Ваниль обратиться к теме занятия поставило Брунгильду в тупик.
– Да. – Она авторитетно чавкнула жвачкой. – Точнее, учить младших.
– Занятие в парах?
– Предположительно.
– Отлично. – Ваниль схватила за шиворот Анис и сдернула ее со скамьи, будто спелую ягодку с ветки. – Зеленка вам. А мне достанется вот эта.
Брунгильда схватила за локоть пошатнувшуюся девушку-жабоньку и прищурилась. На первый взгляд пресекать было нечего. Ничего опасного как будто и не творилось. Вместо того чтобы продолжить буйство, Ваниль изящно присела на место Анис и красиво сложила ногу на ногу, заодно одарив Аркашу знанием о том, что на ней не юбка, а шорты, маскирующиеся под юбку.
Чем новая информация могла помочь ей, Аркаша не имела ни малейшего понятия. А интуиция подсказывала, что резкие движения в данный момент не принесут никакой пользы. Поэтому в ход пошла тактика отважной, но слабоумной кротости: Теньковская не рванула прочь, а осталась смирно сидеть в том же положении и с непроницаемым лицом следить за поведением ведьмы. План напоминал безумный проект пробного соседства со змеей, которая чувствовала себя везде как дома.
– Как жизнь, мымренция? Надеюсь, мучаешься и страдаешь?
– Стопроцентно, – заверила ее Аркаша.
Покладистость собеседницы, однако, не привела Ваниль в восторг. А пробудила обновленную версию гейзера из чистого бешенства. Ногти ведьмочки оставили внушительные царапины на столешнице.
– Что происходит? – Лесик, недоумевая, почесал концом кисти за ухом.
– Они дружат. – Брунгильда переводила взгляд с одной на другую.
– А вы уверены? – Челюсть Анис сотрясалась, словно она едва сдерживала рыдания. – По-моему, они...
– Дружат. – Брунгильда с непривычным для ее поведения нажимом обратилась к Ваниль: – Профессор Эльблюм, замдиректора Немезийский, директор Скальный настаивают на том, что нам всем надо дружить. Помнишь?
– Ща мы подружимся, – обнадеживающе заявила Ваниль, отправляя Аркаше язвительную ухмылочку.
«Скорее бы конец пары». – От напряжения Аркаша утомилась больше, чем за два часа тренировок. Основная проблема заключалась в том, что непредсказуемость Ваниль часто поражала и ее саму. Выражение изумления от собственных поступков не раз проявлялось в чертах лица ведьмы – доли секунды, но все же прорывалось сквозь пелену ужасающе склочного характера.
Внизу у выхода из аудитории раздался шум. В помещение ввалилась целая толпа.
– Ого, Сириус! – возопил вошедший первым маг. – Мы с ними?
– Да, прикинь! – тут же присоединился к суете Лесик. Девичьи разборки остались позабытыми. – Малышей Смешанных будем учить!
– Круто!
– Только Цельному ни слова!
– У-вау!
Судя по энтузиазму прибывших магов-второкурсников, секретная вылазка к Сириусу воспринималась ими как презабавная шалость. Особой перчинки добавляла и возможность получить существенный нагоняй от собственного старосты.
– Александр нас всех порешит!
– Ура!
– Да-а! – воодушевление Мимозы передалось и Сириусу.
– Придурки, – вздохнула Брунгильда и махнула рукой, приглашая Анис присесть вместе с ней на ряд ниже. – Ваниль, предлагаю тебе на время исключить мысли о корчевании чужих родинок.
– Чьих родинок? – Анис, жестко струхнув, едва не села мимо скамьи.
– Моих.
Тщательное исследование отполированных ноготков Ваниль позволило Аркаше прийти к крайне важному умозаключению: у противника есть необходимые ресурсы, чтобы результативно и красиво реализовать угрозу.
Осознание этого не заставило ее броситься наутек.
Но и поворачиваться спиной к коварно ухмыляющейся соседке она тоже не рискнула бы.
– Мурашечки по кожице, – доверительно поделилась Анис, опасливо наблюдая за их неторопливым противостоянием.
– Мураши тоже можно отделить от кожицы. – С фантазией у Ваниль проблем не возникло. Вот они, творческие натуры.
– Мы... дружим, – утомившись быть ответственной персоной, с тяжелым вздохом напомнила Брунгильда.
– Конечно. – Ваниль послала ей воздушный поцелуй.
А секунду спустя ее ладонь яростно влепилась в то место, где только что лежала рука Аркаши. Демонстрация таланта с профессиональной точностью давить насекомых? Без отменной реакции с такой леди рядом долго не продержишься.
Неудавшаяся атака разозлила Ваниль еще сильнее.
– Ты его приворожила, да? Моего принца.
На Аркашу будто нашипело с десяток змей. Впрочем, и ее соседке не мешало бы добавить раздвоенный язык и чешуек. Для полного подкрепления образа ядовитого создания.
«И снова дело в Момо».
Аркаша качнула головой, заранее зная, что любые уверения бесполезны. И остановила выбор на глубокомысленном молчании.
– С чего бы тогда ему хотеть тебя лизнуть?!
Ответов на провокационные вопросы и не требовалось. Ваниль прекрасно распаляла себя сама.
Инцидент в столовой и поступок со слизыванием капель красного напитка со щеки человеческой девчонки, похоже, намертво отпечатался в памяти ведьмочки. И почему-то пострадавшей стороной в ее воспоминаниях числился Момо, а вредителем являлась Теньковская.
А что же будет, когда Ваниль узнает, на ком собирается жениться ее обожаемый принц?
Глава 19. ЛОГИКА ФАЛЬШИ
На показательное учебное выступление напросился Лесик. Парню, как выяснилось, по жизни сложно усидеть на месте. Быть может, именно благодаря этой черте характера он и затесался на буйную гулянку к Смешанным. И идеально там вписался. Таких озорных и легких в общении личностей обычно рады видеть в каждой компании и на любой вечеринке.
Несмотря на смешки, легкомысленное поведение и, казалось бы, несерьезность второкурсников Мимозы, едва дело дошло до самого занятия, маги мигом разбежались по аудитории и захватили себе в команды одного-двух первокурсников для полноценного обучения.
«Чувствуется дрессировка Грегори. У Мимозы. Вымуштровал их, прежде чем уйти к Смешанным? А сейчас и Александр не дает им послаблений. – Аркаша осмотрелась. – Забавно. Поблизости никого из преподавателей, а вокруг порядок».
Взяв один из полых шариков, Лесик подбросил его, шагнул вперед и поймал уже рукой, заведенной за спину.
«Отличная координация, – отметила про себя Аркаша. – Сложновато будет у него мяч отобрать».
– Ну что, выучим новую фишку, народ? – Парень прищурил один глаз и сделал вид, что смотрит на первокурсников сквозь сферу. – Чтобы напитать нашу «пустышку» магией, необходимо для начала обратиться к своему внутреннему источнику. Чем лучше вы сумеете нащупать ваш магический потенциал, тем проще будет вкладывать в сферу нужную порцию волшебства. Главное – не переусердствовать. Хотя если что-то пойдет не так, вы сразу заметите по появляющимся трещинам и сколам на поверхности. Верный признак того, что вы впихнули в шар лишнего, и он едва держит свою целость.
– А не бубумкнет? – с жадным интересом спросили с задних рядов.
Складывалось впечатление, что шанс на зрелищный бадабух прельщает Смешанных намного больше, чем банальный инструктаж по безопасному использованию будущего артефакта.
– Не, расслабьтесь. У вас сил не хватит, чтобы зарядить сферу настолько мощно, – усмехнулся Лесик. – Максимум оболочка треснет и забросает вас пылью, от которой прочихаетесь только к вечеру. Обидно, но не смертельно. Как вы знаете, у того, кто активно развивает физические возможности, и с внутренними магическими запасами все отлично. Нам всем уже миллион раз повторяли о наличии этой крутой связи. Я, к примеру, в чарбольной команде, и наработанные физические данные значительно увеличили мои магические ресурсы.
– В общем, он качок. И за счет этого способен распоряжаться большим объемом магии, чем среднестатистический слабачок, – меланхолично подытожила с места Брунгильда, катая по столешнице свою сферическую заготовку и подбивая ею ту, что досталась Анис. – По сравнению с членами чарбольных команд, мы все здесь – дохляки и хиляки.
– Просто у физически активных больше преимуществ. – Лесик подмигнул заинтересованной аудитории и похлопал себя по бицепсу. – Но даже моих ресурсов будет недостаточно для создания по-настоящему опасной сферы. Наверное, профессор Эльблюм уже сказал вам, что артефакты, серьезно угрожающие здоровью и жизни, могут создать только те, у кого есть определенный талант. И склонности к уничтожению. И желание довести дело до ужасающих последствий. Короче, методы не для нашей веселой компашки.
«Опас-с-сная сфера. Хотела бы от такой полетать, а, мымренция?» – прошипела Ваниль.
Аркаша отодвинулась от злобной соседки еще на полметра. И наобум нацепила на лицо наиболее постное выражение. Трюки высшего уровня профессионализма для общения со вспыльчивыми персонами. Ведь не угадаешь, какая мелочь в мимике может спровоцировать ведьму на мстительную активность.
«Похоже, Брунгильда не делилась с ней историей о том, как я уже заимела опыт общения с опознавательной сферой. – Аркаша подперла подбородок кулаком. – И та, кстати, заговорена была вовсе не на простецкое лишение чувствительности у пальцев».
Она наблюдала за вдохновенно жестикулирующим Лесиком и краем глаза – за Ваниль. Разгар учебного занятия, вокруг полно студентов. Вряд ли ведьма решится на что-то опасное. С другой стороны, в прошлый раз присутствие зрителей в университетской столовой ее совсем не смутило. И крепко спящая совесть Ваниль даже не всхрапнула, когда она с радостью толкнула Аркашу под удар Пятнашки.
– Берем малюсенький заряд, – продолжал терпеливо объяснять Лесик. – Вообразите нечто мелкое, может, какую-то живность. И пусть она воплотится визуальным образом. Достаточно магического торнадо размером с половину вашего самого короткого пальца. Сейчас тут все с пальцами, а? Поболтайте в воздухе конечностями, чтобы я убедился. Или на щупальцах надо у кого-то расчет произвести? – азартно предложил парень. Слушатели одобрительно загудели. – В общем, половинки ваших индивидуальных спецэффектов хватит для минимально необходимого воздействия. Вспомните, какая реакция нам нужна? Чувствительный щелчок по лапам и минус тактильные ощущения на пару часов. То, что надо. Принцип вызова магии тот же, что и при создании любых заклинаний. И наконец после всех приготовлений пихаем ваше минимально ужасающее намерение прямо внутрь шара. Проще простого.
Не утруждаясь каким-либо логическим завершением для выступления, Лесик рванул вверх по лестнице, чтобы присоединиться к одной из компаний. Макияжная кисть торчала за его ухом, будто инструмент художника, часто впадающего в экстаз вдохновения.
Помещение наполнилось болтовней, шуршанием и рабочей возней. Волшебные бумкающие шары – одна из тех тем, что вполне способна развеять скуку учебной повседневности.
А Аркаше не удалось провести в скуке даже дня. Блэк-Джек умело «развлекал» свою самую юную обитательницу. И тем же занимался и сейчас. Напряжение из-за неприятного соседства и тяжелая сосредоточенность порождали дополнительные иллюзии ощущений. Аркаше стало трудно дышать даже от собственных волос, прикрывших лицо. Ваниль с открытой враждебностью пялилась на нее, словно ожидая момента, когда в ее защите появится брешь.
«Взъелась на меня из-за Момо. Хотя я даже не заявляла на него права. И вообще еще толком не разобралась в чувствах».
«Во вкусе этих созданий легкомысленные и доступные женщины», – вспомнились ей слова Грегори.
Спрятавшись за вуалью из удушающих локонов, Аркаша тоже открыла сезон слежки за «соперницей». Называть так Ваниль она стала мысленно, за неимением иного варианта переняв ее стиль обращения к ней, но усомнилась в том, настолько ли серьезно сама относится к их противостоянию? Ведьма Мимозы, по крайней мере, совершенно точно знала, чего хочет, и в каком конкретно статусе желает присвоить себе Момо.
«Ваниль доступная? – гадала Аркаша вместо того, чтобы задуматься над практической частью занятия. – Может, и нет, но для Момо она доступ наверняка откроет».
От наспех сделанных выводов разило двусмысленностью. Аркаше стало тошно, и она попробовала подключить навык непредвзятого анализа. Раньше ей приходилось досконально сканировать тех, кто вступал во взаимодействие с ней и с тетей Олей. Чтобы вовремя уловить нюансы и воссоздать модель именно того поведения, которого от нее ждали. Как от хорошей девочки, выросшей в любящем окружении, конечно же.
К примеру, госпожа Бобруйская, специалист опеки, обожала красочные подробности и всегда с искренним интересом слушала бойкий рассказ Аркаши о развеселых семейных прогулках с Ольгой Захаровой и о разнообразных вкусностях, которыми часто угощала маленькую племянницу заботливая тетя.
Итак, условия даны. Характеристики получены. Задача ясна.
Что же требовалось от маленькой девочки?
Сущие мелочи.
Не перегибать, чтобы звучало правдоподобно. Улыбаться, но не слишком широко, а иначе распознают ложь. Держаться оживленно, словно воспоминания о приятных семейных моментах повторно дарят радость. Инесса Бобруйская воспринимала исключительно визуальную картинку и отчасти слышала интонации. Однако ее легко можно было сбить с толку восторгами по поводу какой-нибудь мелочи, по ее мнению, важной для ребенка, и замкнуть на ней все ее внимание. Выверенная стратегия успешно работала и лишь потому, что Аркаша, шаг за шагом прощупывая почву, анализировала личность специалиста опеки. И обнаружила базовые принципы, которыми женщина руководствовалась. Оставалось следовать ее ожиданиям и быть хорошей – по меркам Бобруйской.
Понять собеседника. И подстроиться.
Одно из адаптационных умений Теньковской, практически доведенное до совершенства.
Что до Ваниль, то подстроиться под нее Аркаша не сумела бы в принципе. Да и не этого от нее ждала сама ведьма. Выработанное умение вмиг обратилось бесполезной пустышкой.
«Она хочет, чтобы я отстала от Момо».
Суховатый вывод не требовал умственной работы, ведь Ваниль прямо и без всяких увиливаний и намеков говорила об этом. И, что любопытно, несмотря на обворожительную внешность и вызывающее поведение, Ваниль вовсе не была ветреной девушкой. Она не липла к парням и не призывала их липнуть к ней. Ее единственным интересом всегда оставался демонический юноша, покинувший Денеб и присоединившийся к Сириусу. И, к сожалению, свои желания Ваниль проявляла гораздо искреннее, чем непонятливая и вечно сомневающаяся Теньковская.
Зачем же напрягаться и прокручивать в голове поступки ведьмы? И глазеть на стройный силуэт, облепленный блузкой с откровенным вырезом, красивые оголенные ноги и длинные объемные локоны, над укладкой которых, скорее всего, трудились не один час?
Задав себе эти вопросы, Аркаша с удивлением обнаружила, что отчаянно желает узнать, подходит ли Ваниль под «стандарт» вкусовых предпочтений демонов. А вернее, одного конкретного демона. Пышно украшенный торт совершенно точно отберет внимание у скудного сухпайка. А роль убогого угощения доставалась ей. Девчонке, частенько бродящей в чужих и не подходящих по размеру вещах. Не заботящейся об аккуратности прически и предпочитающей носиться по округе нечесаной вплоть до того момента, когда такие, как Шаньян, соблаговолят сотворить что-нибудь сносное с ее космами. Девчонке, в порыве макияжных изысканий додумавшейся лишь намазюкать на губы оранжевую помаду.
Рассудительность твердила, что больше пользы Момо мог бы получить, выбрав Ваниль в качестве своего «бутерброда». Ведьмочка не отказалась бы и энергией с ним делиться, тогда как Аркаша здорово артачилась и не была такой уж покладистой и уступчивой. И со «сложными» прикосновениями не возникло бы проблем...
Удобно ли Аркаше прикрываться влюбленностью? Полностью ли покрывает это объяснение пробел, присутствующий в пространстве ее досадной неопытности и незрелости? Правда ли она влюблена в Момо? Она ведь совсем не старается с ним сблизиться и не ставит себе подобную цель. Не как Ваниль. Момо ей важен, но в том ли смысле, который подразумевает Ваниль, гоняющаяся за своим избранным принцем?
Жаль, что нельзя открыть содержание какого-нибудь нормативного акта и, внимательно изучив, найти правильный ответ. Или хотя бы ссылку на то, где искать дальше.
А Аркаше срочно требовалось уяснить, стоит ли по-настоящему бороться с влюбленной ведьмочкой. Мотивы противостояния с Багро понятны: он представляет опасность для Макки. И для нее тоже. Но как быть с Ваниль?
Участие в конфликтах было чем-то новым, непознанной территорией, неизученными зонами. Хорошая девочка оттого и хорошая, что не вмешивается в плохие активности. Она даже с Темычем из-за места в баскетбольной команде напрямую не конфликтовала, ее всегда выгораживал и защищал Коля. А ее борьба с Багро, в конце концов, принесла кучу проблем команде Сириуса. Тогда как противостоять кому-то, не подставляя других? Быть не «хорошей», а совсем другой чрезвычайно трудно.
Тем временем результаты непредвзятого анализа черство сообщали, что стоит ей исполнить требование Ваниль и все сразу наладится. Останется Момо – товарищ по команде. Друг с того же факультета. Язвительное, но вполне искреннее создание. Исчезнет только ее второй носок. Минус один статус – непонятый, нелогичный, необъяснимый, сложный. Минус хрупкая связь. Много ли, в общем-то, изменится? Что произойдет, если у нее не будет второго носка?
– Ты же паршивый человечишка. – Ваниль небрежно толкнула в ее сторону одну из полых сфер. – Пустышка. Прямо как этот шар. И чему тебя учить? Только время гробить.
Верно. Ваниль настолько ее презирала и не брала в расчет, что не тратила времени на то, чтобы намерено с ней сталкиваться. Даже унизительный инцидент с травлей, обливанием водой и недолгим объединением в команду злючек вместе с Нарисой был организован спонтанно и лишь потому, что Аркаша случайно прошла рядышком. А с Момо все было иначе. Ваниль вполне могла целенаправленно пересекаться с ним в коридорах. И даже лезть под руку. И сходить с ума от редких форм взаимодействия, вплоть до восхищения тем, как он случайно и невероятно шикарно долбанул ее дверной створкой.
Аркаша – помеха. Однако не монолит, который не сдвинуть с места. Надоедливая, нервирующая, но вполне устранимая, если хорошенько припугнуть. Так, наверное, и размышляла Ваниль, угрожающе сдвигая профессионально обработанные брови и демонстрируя безупречный маникюр, способствующий эстетичному ковырянию чужих родинок.
