Текст книги "Дриблинг безликих (СИ)"
Автор книги: Катти Карпо
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 22 страниц)
– Я не в обиде, – пробормотала девушка. – Подумаешь, побилась подбородком об тебя. Ты же меня спас. Давай договоримся, что мы в расчете и тема закрыта?
Предлагать заключить неформальное соглашение, находясь в настолько затруднительной позе, – смехотворно и только. Однако Аркаша и правда пыталась оставаться непринужденной. Даже в лапах демона.
– Отпустишь? – спросила она, так и не дождавшись реакции на предыдущее предложение.
– У тебя ссадина на шее, – будто не слыша ее, заметил Момо.
– Заживет. – Аркаше хотелось просто отмахнуться. Возможно, даже посмеяться над ситуацией...
Но ведь он как держал, так и держит!
– У меня ничего не болит, – заверила она.
– Убедительно расстаралась, пока мчалась над пропастью. – Момо обвел кончиком пальца округлую фигуру на ее шее, видимо, выделяя ту самую упомянутую ссадину.
Аркаша дернулась. Щекочущее прикосновение повторилось.
– Что-то побудило тебя гнать вперед по тропинке? Хотелось бы услышать, чтобы в дальнейшем использовать и поскорее придать тебе мотивации.
Вопрос с хитринкой. Будто он забыл, как не раз сам побуждал ее к действиям, в том числе при попытках вступить в чарбольную команду Сириуса.
Она сглотнула, собираясь с мыслями, и ясно ощутила, как от этого шевеления приподнимаются пальцы Момо, прижатые к ее шее. Он словно хотел пощупать ее пульс, но не дотянулся до нужной точки.
– Ты... – Аркаша скосила глаза и снизу вверх сердито глянула на демона. – Ты же... сам сказал, чтобы я трепыхалась ради тебя. И что займешь в моей голове столько пространства, что туда больше никто не втиснется.
«Разоткровенничалась не на шутку, – быстро смутившись, Аркаша, насколько позволяло неудобство положения, отвернулась. На секунду ей просто тоже захотелось высказаться максимально прямолинейно, как делал это Момо, каждый раз вытряхивая из нее неуверенность в себе. Однако в результате растерянность охватила лишь ее одну. – Да уж, лучше бы молчала. Он наверняка подумает, что я бред несу».
Молчание затягивалось.
«Даже ничего не скажет в ответ?» – Разочарование царапнуло разум.
Не так давно решив отказаться от угнетающего образа тети Оли, ее ложного жизненного мотиватора, она сосредоточилась на Момо, предложившего себя в качестве этой роли. И многие ее трепыхания, прямо или косвенно, имели цель захватить все его внимание.
Она просто обязана была сделать так, чтобы он ее заметил.
Нечто горячее скользнуло по коже шеи. Аркаша машинально съежилась, боковым зрениям улавливая неторопливые движения Момо. Наклонившись, он провел языком пламенно жаркую линию от девичьей ключицы и до самого ее подбородка. И под конец еще раз лизнул по месту, где она ударилась подбородком о его плечо.
В сознании всплыло воспоминание, как точно также он собирал языком капли красной жидкости с ее щеки, которые сам и плеснул на нее, и это в столовой у всех на глазах.
Сдаваясь на милость бешеной волны мурашек, Аркаша откинула голову сильнее, открываясь намного больше, словно предлагая ему продолжить свою будоражащую атаку, и, чуть извернувшись, вцепилась в него ошарашенным взглядом.
– Что? – Момо быстро облизнул правый уголок собственных губ и резким, но достаточно осторожным толчком окончательно стряхнул ее на траву.
Перегруппировавшись, Аркаша присела на корточки лицом к нему и безотчетно провела ладонью по шее. Кожа горела так, словно внутри орудовало с десяток печек. А с сумасшествием сердца сейчас не совладало бы ни одно успокоительное.
– Ты?.. – Вопрос отказывался формулироваться, будто заранее вместе с ней испугавшись ответа. Любого ответа.
– Импровизированное лечение. – Момо облизал и левый уголок губ и с простодушной улыбкой, искренности которой поверило разве что самое доверчивое в мире создание, полюбопытствовал: – Ну как? Тебе полегчало?
– Полегчало? – на автомате повторила она.
О, нет, ей не полегчало, нисколько, никак, вообще. Эмоции бурлили и кипели, и держать их в узде, оставаясь неподвижной, с каждой секундой становилось труднее. Тем более сейчас, когда они находились наедине.
– Можем повторить. – Момо шагнул к ней.
– Полегчало! Полегчало! – Аркаша вскочила и отступила к скоплению деревьев в стороне от тропинки.
– Обращайся. Гарантирую специальное обслуживание только для тебя, Шмакодявка. – Момо прищурился. – И, уверен, пространство в твоей голове уже довольно давно исключительно для мыслей обо мне.
«Он что, флиртует?!» – Замешательство пригвоздило Аркашу к месту, и если бы демону вздумалось вновь с ней поиграть, вряд ли бы у нее получилось оказать должный уровень сопротивления.
А, впрочем, у нее и при ясном разуме не выходило ему возражать.
Молчание в качестве реакции понравилось Момо, он удовлетворено хмыкнул.
– Раз все отлично, давай двинемся дальше. Наша прогулка продолжается.
Аркаша зябко поежилась, хотя воздух вокруг был по-летнему прогрет.
– Жарко, не так ли? – Момо расценил ее мелкую тряску по-своему. – Мы на территории Вечного Лета. Поэтому-то я и стянул с тебя свою кофту перед пробежкой. Чтобы ты не упарилась.
– Да, жарко, есть такое.
Аркаша представила, как от ее головы в небо поднимается полупрозрачный пар, как от кипящего чайника. Ведь в жар ее бросило вовсе не от специфических погодных условий!
И вновь она последовала за ним, уговаривая свое сознание, что это всего лишь часть тренировки. Но, понятное дело, сознание ей не верило. Сложно дурачить саму себя, но Аркаша успешно с этим справлялась, намеренно игнорируя доводы рассудка.
Не желай она этого по-настоящему, то давно бы уже находилась с Маккином в их уютной комнатке, а не беспричинно жизнью рисковала.
– Ты обещал награду, – вырвалось у нее. Часть сознания, отвечающая за разумность, истошно взвыла от такой откровенной навязчивости. – Награду за пробежку. Или компенсация за причинения вреда и была наградой?
Кто тянет ее за язык? Что-то не видно рядом посторонних. Никто не заставляет ее болтать. Однако она все равно серьезно напрашивается.
Момо остановился и оглянулся на нее через плечо. Во взгляде демона читался интерес.
– Желаешь награды?
«Нет!»
– Я же пробежала по тропинке, так?
«А-а-а-а! Кто это говорит? Абсолют?!»
Но Абсолют был не у дел. Никакой скрипящей внутренней дверки или потусторонних голосов. Аркадия Теньковская находилась полностью в своем уме и вякала также осознанно и без постороннего вмешательства.
– Я не против наградить тебя.
«Ой, нет, нет, нет, Теньковская, срочно скажи ему, что обойдешься без награды. Довольствуйся малым!»
Черты лица Момо застыли. Что бы там он ни задумал, эмоции никак не проскочили бы через эту каменную мимику. Парень сошел с тропинки и спустился к густому кустарнику, покрытому листьями в виде изумрудных и светло-зеленых звезд.
– Сюда. – Он отодвинул несколько веток. Там, в глубине зеленых насаждений, таилась непроглядная тьма.
«Еще дальше от цивилизации меня увести хочет? – Аркаша с силой помассировала себе запястье и, ощутив боль, прекратила самобичевание. – Я так и заплутать могу. В чащобе нас точно никто не найдет».
– Вперед, Шмакодявка. – Он сам ступил под одну из согнутых ветвей. – В качестве награды я расскажу тебе секрет.
Заманчивое обещание. Было бы проще остаться без награды и обещанного знания, будь она к парню всецело равнодушна.
Скользнув вниз по траве, Аркаша подобралась к подготовленному для нее проходу и, нагнувшись, шагнула под руку Момо.
«Не струхнешь?» – выдохнул он ей в ухо, когда девушка, слегка задевая его грудь локтем, пробиралась рядом.
«Вот уж нет», – пробурчала она в ответ, отчего-то тоже понижая голос едва ли не до шепота.
«Так и знал».
Густые ветви за их спинами сомкнулись, нагоняя временно отступившую тьму, словно плотной завесой навсегда отрезая от безопасного внешнего мира. С другой стороны, и там, снаружи, вряд ли существует место, в котором можно ощущать себя в безопасности.
Но, если поразмыслить, конкретное место формирует наше восприятие лишь отчасти. Ведь тот, кто копошится рядом, вполне способен стать источником этой эфемерной и столь необходимой надежности и создать устойчивую твердь под дрожащими ногами.
Быть может поэтому Аркаша ни разу не оглянулась. Момо уверено пробирался вперед, придерживая особо массивные листья, а она, пригнувшись и держа в поле зрения его спину, следовала за ним. В какой-то миг он замедлился, и девушка увидела перед собой протянутую руку. Сам Момо не обернулся, а лишь молча ждал ее решения.
Будучи демоном, Момо ни разу не принуждал ее к чему-либо. Энергию он забирал только потому, что она сама позволяла ему это. И даже в первый раз, когда передача силы походила на пытку, а повел он с ней себя достаточно жестко, у нее все равно был выбор. Аркаша осознавала это, потому что могла сравнить его действия с другим демоном – Томасом Багро. Вот уж кто давил и мял силой и плевать хотел на последствия. А от его приторного запаха выворачивало наизнанку.
Что произойдет дальше, если она пойдет навстречу Момо? Является ли и это платой за его дорогие услуги? А, может, то, что он творит, как беззастенчиво хозяйничает в ее личном пространстве и с легкостью льнет к ней при каждом удобном случае, условия для которого он сам же чаще и создает, – это хитроумная демонская игра? Но не такая топорная и прямолинейная, как у других демонов, а затейливая и мудреная.
Удобно тянуть у нее силу (жаль только, она отвечает тем же). Удобно казаться послушным перед справедливым Грегори. Удобно держаться одиночкой, подальше от Денеба и своего властного братца.
Может и правда Аркаша для него как «удобная забава»?
Что же там, за этой границей?
Ей не хотелось размышлять о смысле этого противоестественного любопытства, а просто не терпелось увидеть будущее.
Аркаша сделала шаг вперед и коснулась его пальцев кончиками своих, будто готовясь в любой момент отдернуть их. Не меняя выражение на лице, Момо обхватил рукой лишь то пространство девичьих пальцев, которое она выделила для касания и ни миллиметра больше. И молча потянул ее вперед.
Едва не хихикнув, девушка зашагала за ним. Это выглядело чертовски забавно. Почти как у малолетних карапузов, гордо разгуливающих парочкой вокруг песочницы.
Уморительный контраст на фоне, того, что Момо позволял себе ранее.
Он будто стал... нежнее?
Через минуту прогулки в тишине природы и полном молчании ребята вышли на поляну. Пространство со всех сторон ограничивали стены из плотной зелени деревьев, отчего казалось, что время метнулось назад и вернуло полноправную власть ночи. Но глазам не требовалось привыкать к темноте. Трава под ногами через шаг собиралась в пушистые коконы, внутри которых трепетали зеленоватые огонечки. Кустарники на краю поляны приютили свои гигантские длинные листья прямо на согнувшихся под их тяжестью травинках, а по их сочному нутру змеились витиеватые линии, похожие на сложную кровеносную систему. Каждый «сосуд» источал голубоватое сияние. Алой подсветкой выделялись и объемные лепестки на цветах, а в низине посреди травяного покрывала и каменной насыпи шелестели неспешные воды ручья. В воздухе парил светящийся пух, завершая мерцанием эту природную коллекцию из чудес сияния.
– Красота. – Аркаша, привлеченная вспышками в вышине, задрала голову и пару мгновений зачаровано наблюдала, как далеко вверху по навесу из ветвей скользят разноцветные молнии, освещая внутреннюю текстуру каждого листочка. – Свет будто танцует. Это и есть секрет? Тайное место?
– Не совсем. – Момо направился к ручью, ведя ее за собой. – Хотя сюда я и правда никого не приводил. Решил, что тебе понравится.
Потащил сюда, веря, что ей понравится?!
Аркаша аж притормозила от такого откровения. С одной стороны, он не сказал ничего предосудительного, но, с другой, вел себя как настоящий человеческий парень, думающий о чувствах и волнующийся о мыслях своей половинки.
Аркаша мнительно осмотрелась, ожидая обнаружить за кустом шпионящего за ними Грегори. Ведь он и был главным зрителем их импровизированного спектакля в парочку ради того, чтобы только что созданная команда не распалась. Но, как и ожидалось, староста Сириуса не тратил драгоценное время на слежку за своими полоумными Смешанными.
Так почему же демонюка снова строил из себя милашку? Возможность своей влюбленности Аркаша уже не отрицала и была максимально честна с собой, как и понимала, что ее восприимчивость вполне объяснима возрастом и отсутствием опыта. Но у Момо-то какое объяснение? Чего он так рвется стать ее вторым носком?
Это уже выходит за грани предположения об ее «удобстве» для него. Ну, Аркаша ведь, по сути, и правда никуда от него в ближайшее время не денется, так зачем же столько усилий?
– Значит, нравится? – продолжил допытываться Момо. Он остановился неподалеку от каменного спуска к ручью и теперь тихонько тянул Аркашу к себе.
– Нравится, – честно подтвердила Аркаша, слегка волнуясь от того, что он снова целенаправленно сокращал расстояние между ними.
Да до появления в Блэк-Джеке она и не задумывалась никогда всерьез о том, что хочет кого-то обнимать или целовать! А тут за короткое время столько разнообразного и чересчур взрослого опыта.
Аркаша смущенно скривилась, но не препятствовала тому, что задумал Момо. На ум пришла сцена того, как он, распластав ее по стволу дерева и задрав футболку, оглаживал пылающими ладонями ее обнаженную талию. Зардевшись, она опустила взгляд и внезапно с удивлением обнаружила, что ее собственные руки, подцепив края футболки Момо, неумолимо тащат их вверх.
Секунда была проведена в бессловесной панике, а затем Аркаша заметила хватку Момо на своих запястьях. Именно он стягивал с себя футболку. С помощью ошарашенной девушки.
– Чего ты мне подмигиваешь? – осведомился Момо, дико улыбаясь, в ответ на ее вопросительное хлопанье глазами. – Давай помогай.
«Ой... А дать деру еще не поздно?»
Глава 5. ЗНАК ТЕРЗАНИЙ
– А это обязательно?!
Аркаша держалась из последних сил. Ее крепко сжатые кулаки уже несколько раз чиркнули по горячей коже подтянутого живота Момо. Ей очень хотелось отпустить наконец футболку демона, но из-за того, что тот упорно тянул ткань ввысь вместе с девичьими руками, все старания сохранить таинственную неизвестность чужого тела были напрасными. Несмотря на то, что это было не первое обнажение Момо перед ней, равнодушной остаться у Аркаши все равно никак не получалось.
– Да, обязательно, – быстро и четко отозвался Момо и, сверкнув алыми искрами в глазах, дернул руки девушки вверх и, изловчившись, окончательно вывернулся из футболки. Умудрился даже нигде ушами не застрять, как это получилось у Аркаши с его позаимствованной кофтой.
– Оу! – Отпрыгнув назад, она выставила перед собой руки с раскрытыми ладонями. С одной стороны, так хуже просматривалась оголенная грудь парня, с другой, требовалось срочно создать видимость жалкого знания боевых искусств из категории «яростные пощечины лапками от затаившегося в кустиках котеночка».
– Раздумала получать награду? – От насмешливых интонаций демона даже воздух музыкально зазвенел. – С чего бы вдруг? А ведь обычно такая нетерпеливая и прыткая.
И почему земля не может развернуться под ногами по желанию?
Аркаша удрученно уставилась на ближайший парящий пух.
«Вот бы превратиться в нечто легонькое прямо сейчас и упорхнуть в небесную высь».
– Огласите, пожалуйста, весь перечень составляющих награды. – В горле сильно пересохло, а ноги уже обуяла дрожь, предшествующая стремительному старту.
Как же будет унизительно ломиться сквозь кусты!
– По-моему, твои мысли поползли не туда, Шмакодявка.
– Ага? – Аркаша, ответственно сощурившись, воззрилась на парня и вовремя ухватила синие и алые отблески от сияния растений вокруг. Они скатывались по гладкой демонской коже от каждого движения, а затем вновь взбирались на выпуклости мускулов, словно резвящиеся зверята.
– Ожог болит?
– Чего? – Позабыв о робости, она опустила руки, служившие ей преградой от излишних зрелищ чужих прелестей, и озадачено качнула головой.
– Ожог. – Момо постучал костяшкой пальца по собственной ладони. – Давно уже его заметил. Дело в твоем неуемном баловстве с пламенем? Готова пойти на все, чтобы поджарить мне мозги, да?
«Нет. Готова противостоять Багро. Даже силой, которой едва ли могу управлять».
К горлу подкатился ком. Они ведь пара, да?
Мысль рассказать о нападении на нее и Маккина вновь забилась на поверхности выскочившей из-подо льда рыбкой.
Защищает ли обычно парень свою девушку?
А свою еду?
Как ни крути, а легче было думать о себе, как о пище, о том же пресловутом бутерброде, чем о полноценной подружке для демона.
Сложив вместе ладони, Аркаша ощутила легкое покалывание на месте ожога. Все же Снежок вовремя сбил жар и поморозил поврежденную кожу. И он теперь в курсе конфликта. Как и обстоятельств проживания ее в общежитии парней.
А Момо?
Она бросила на него взгляд исподлобья. Спокойной реакции от него вряд ли можно дождаться. Да и захочет ли он и дальше лезть в эти ни к чему не ведущие отношения? Пожелает ли узнать ее поближе?
А если его, к примеру, поманит за собой Ваниль – взрослая, дерзкая и раскованная? Кажется, что и стерпеть повадки демона и его темную сущность способная разве что ведьма...
– Слишком много работы мысли. – Момо тихонько выругался и подцепил ее за ворот рубашки, заставив подняться на цыпочки. Прямо как тогда, когда они только-только познакомились. – По опыту знаю, чем дольше ты размышляешь, тем больше себя накручиваешь.
«Чума! В десятку. Да стопудово мысли читает! – Разнервничавшись, Аркаша задергалась и разок приложилась ладошками к оголенной демонской груди. – Ай-ай, мышцы, о, ой-ой, чумовой черт! А-а-а, что делать-то?»
Судя по ехидной физиономии, Момо пришлась по вкусу сценка с панической атакой. Он даже пару раз придвигал отбивающуюся девушку к себе, чтобы та, теряя равновесие и шатаясь, опиралась на него ладонями.
– Ладно. – Парень милостиво отпустил ее на свободу, и Аркаша, не ожидав так скоро вольного полета, неуклюже присела в траву. – Обожаю с тобой забавляться, Шмакодявка, но мы здесь не для этого.
Он встал на колени напротив нее и с несвойственной для него неуверенностью потер шею.
– Ты...
Мигом подавив испуг, Аркаша навострила уши и подалась вперед. Неожиданно проявившаяся в Момо уязвимость привлекла ее.
Чарующий всплеск в диком вулкане.
– Что?.. – На всякий случай она подстроилась под громкость его голоса. Даже переняла легкую певучесть, в которой ясно угадывалась растерянность.
«Момо в смятении? Да что он там такого ужасного собирается мне раскрыть?!»
– Тебя ведь не пугают звери?
Наверное, выражение Аркашиного лица стало совсем глупеньким, потому что Момо хихикнул. И от этого заметно расслабился.
– А... ну… – Она замялась и с наслаждением вдохнула привычный сладкий аромат. Здесь, в легкой влаге свежего воздуха, тот умиротворял и одновременно призывал следовать к источнику. – Наверное, прежде чем пугаться, я постараюсь разобраться.
С секунду Момо будто обдумывал ее слова, а затем, запрокинув голову, расхохотался.
– Точно!.. Верно же, все так. Ты именно такая! – Он протянул к ней руку и легонько ткнул пальцем в кончик девичьего носа. – Нежничаешь со зверьем. Легко и безмятежно. Вот же...
Момо вдруг, скользнув по траве, повернулся к ней спиной. Спиральная татуировка, покрытая миниатюрными пиками, червами, бубнами и трефами, которую Аркаша впервые увидела после их катастрофического падения в пропасть, разрослась. Черные завитки двинулись вверх вдоль позвоночника парня.
– Татуировку новую набил?
– Это печать.
– И что она запечатывает? – Застревать на осмотре каждой отдельной завитушки оказалось настоящей проблемой. От узоров веяло эстетической красотой и идеально выверенным изяществом.
Желанию пощупать линии и четкие фигуры Аркаша даже не удивилась. Главное, не начать неосознанно реализовывать задуманное.
На вопрос Момо ответил не сразу. То, что он колебался с признанием, еще больше испугало девушку. Видимо, с пришедшим знанием придется нести и нехилую ответственность.
– Точно хочешь узнать? – словно уловив сомнение в прямо в глубинах ее разума, спросил Момо.
Он предоставлял ей выбор, позволял сбежать.
Аркаша кинула взгляд на черноту кустов, через которые они совсем недавно пробирались. Ясное дело, побег – самый простой выход. Но она-то привыкла бегать совсем не так. Ее бег иной, и направлен он лишь вперед.
Да и паршивый из нее выйдет игрок, если она так легко бросит товарища по команде. И... свой носок.
– Это же моя награда, – насупившись, пробормотала она. И, сжав кулаки, бросила: – Собираешься не сдержать данное обещание и лишить меня честно заслуженной награды?
Пламенные огоньки в глазах Момо светились ярче, чем все собранные вместе источники сияния, обитающие на тайной полянке.
– Печать сдерживает сущность.
Слишком кратко. Аркаша притормозила разбушевавшееся воображение и постаралась сосредоточиться. Одна брошенная Момо фраза взбудоражила ее до глубины души. Ведь в ней самой жила загадочная самостоятельная сущность, чьи выходки уже не раз как приносили проблемы, так и выручали ее из беды.
– Сущность демона? – наугад высказалась она, не стерпев тягот томительного ожидания.
Момо не спешил с ответом.
А затем вдруг быстро, едва уловимо кивнул.
– Это преграда. – Он запрокинул руку и провел пальцами по верхним виткам разросшейся татуировки. – Ловушка для тьмы демонов. Всех демонов Денеба.
– Что значит «всех»? – Аркаша мотнула головой, выискивая логическую связь. Выходил лишь один сумбур.
– Демоны – воплощение тьмы. – Момо вжал ладонь в густоту травы. Вспыхнувшее пламя мгновенно обратило зелень в рассыпавшийся порошок из черноты. – Каждое стремление направлено на одно только уничтожение. И мимолетом удовлетворение инстинктов.
Он вынул из почерневшей горки чудом уцелевший алый цветок и, не целясь, перекинул его через голову. Цветок воспарил ввысь, а затем плавно опустился на Аркашино бедро.
Растеряно поглаживая кончиком пальца цветочные лепестки, девушка ожидала продолжения жутковатого повествования. В общем-то, для нее не было секретом, что демоны опасны. Не зря ведь их боялись даже именуемые «душегубами» сыны Седны, такие как Макки. Да и многие в Блэк-Джеке предупреждали ее о том, что близко общаться с демоном – плохая идея.
Да что там, даже Грегори отговаривал ее от отношений с Момо, а о лояльности главного папочки Сириуса к чудищам слыли целые легенды.
Но когда о жути демонов говорит тот, кто и сам им является, – вот это воистину страшно.
– Их тьма удерживается здесь. – Момо слегка царапнул собственное плечо. – За печатью. В этом причина того, что они способны учиться в Блэк-Джеке. Без ущерба для других созданий. Тьма под контролем, а «Базовому держателю», созданному заместителем директора, удается преломлять тот мизер, что тлеет в них.
– Так ты что, этакий демонский «держатель»? – Попытка провести юмористическую аналогию с меткой, созданной Немезийским, успехом не увенчалась. Разрядить обстановку Аркаше требовалось исключительно для собственного успокоения, чтобы оттянуть время до полного осознания ситуации.
– Если тебе угодно, то пусть будет так, – слишком уж легко согласился Момо. Он таращился на нее через плечо, иллюзорно спокойный в своем безмятежном смирении.
Из-за этого Аркаша опасалась показать неправильную, искаженную реакцию, хотя у самой внутри эмоции бились в судорогах и искрились, как под воздействием электрических зарядов.
Получается, Момо сдерживал абсолютно всю тьму демонов Блэк-Джека. Один за всех. Неистовую ярость и жажду уничтожения.
– Кто так решил? Нет, кто придумал использовать печать?!
– Владлен.
– Чтобы стать частью Блэк-Джека? – Аркаше легче было утонуть в бесконечном потоке вопросов, чем переживать о том, чего она до конца не понимала.
– Частью магического сообщества, – поправил ее Момо, с предельной внимательностью рассматривая нечто занятное в вышине. – Демоны непомерно разрушительные сущности и воздействуют этой разорительной мощью и на самих себя. Владлен считает, что нужно стать сдержаннее. Примериться к созданиям рядом – живым и наполненным жизнью, к их рутине и интересам. Чтобы не исчезнуть без следа. Ему нравится идеология директора Скального, его тяга всех сплотить и научить сосуществовать. Но для демонов это сложно. Легче уничтожать.
Момо расслаблено взмахнул рукой, и не меньше сотни светящихся пушинок разом вспыхнуло в воздухе. И исчезло без следа.
Аркаша машинально свернулась калачиком и обняла колени руками.
– Ну а я держу все в себе. – Момо покачнулся и завалился на спину, подложив под затылок сложенные руки. – Чтобы Денеб не поглотил других. Просто потому, что демоны не умеют существовать иначе.
И как реагировать на такое откровение? Аркаша не знала.
Действительно, ужасающий секрет.
– Даже без тьмы они лучше не стали. – Девушка прикусила нижнюю губу, напряжено пялясь на лохматую макушку парня. – Демоны Денеба. Они все так же отвратительны.
– А представь, что их истинная суть в сотни раз хуже. – Момо задрал голову, ловя ее взгляд, и сухо добавил: – Наша суть.
– Ты удерживаешь и свою тьму?
Момо пожал плечами, заодно примяв пушистость травы, и хмыкнул.
– Кто знает... Тоже кажусь тебе мерзким?
– Милашкой тебя точно не назовешь, – уклончиво ответила Аркаша. – А это тяжело? Ну, быть хранителем сдерживающей печати?
От прищура Момо девушке стало не по себе.
– Хочешь меня пожалеть?
– С утешениями я не в ладах, – последовал от Аркаши быстрый отказ.
– Энергетический обмен меня, в общем-то, мог бы утешить.
– Ага? Я же у тебя тоже неосознанно энергию выхлебываю. Забыл? – Она потерла щеки, силясь не заострять внимание на сценках, услужливо подкидывающих памятью. С разнообразными обменами... всякими.
– А ты делись осторожно. – Момо огладил пальцем собственную ключицу, следя за реакцией собеседницы. – И слишком уж не высушивай меня. Нельзя ослаблять мое тело.
«А это можно отнести к категории «грязных разговорчиков»?
От нахлынувшего смущения Аркашина макушка грозила заполыхать, да и в районе шеи нестерпимо жгло. А Момо, дразня ее, умудрялся до последнего придерживаться интонаций хладнокровной обыденности.
Будто не он тут намекал, хотя и не прямо, на всякие непотребства.
– А что будет, если печать нарушить? – Аркаше с трудом, но удалось переключиться на вещи посерьезнее. Здесь вообще-то шла речь о полномасштабной угрозе со стороны демонов! А она позволяла себе бредить, слабовольно пуская слюнки и немножечко и совсем чуть-чуть мечтая об объятиях того, кто находился совсем рядом.
Ну, и дурацкая эта вещь – первая влюбленность. Гормоны так подначивают ринуться на красивую мордашку с паршивым характером.
«Так-так-так, Теньковская, ближе к делу. У нас печать. Ужас и опасность. Никаких обнимашек. Приди в себя наконец!»
– При разрушении печати тьма прорвется и воплотится в истинную сущность демонов. – Момо приподнялся и перекатился на бок. – И тогда всем крышка. Если кратко. Но тебе нечего бояться, Шмакодявка. При любом раскладе в нашем противостоянии с печатью верх одержу именно я.
«Какой самонадеянный. Уверенность из всех щелей хлещет».
– Ты самый сильный среди них? Демонюк? – полюбопытствовала Аркаша. – Раз выбор брата пал на тебя?
– Без понятия. Владлен не посчитал нужным дать объяснения. Как и другие, я просто обязан был выполнять его приказы и без возражений принимать любое его решение.
– Но раз ты теперь в Сириусе, значит, вырвался из его власти?
Нечто относительно ясное начало вырисовываться на горизонте. Перейти на факультет Смешанных было для Момо самым верным решением. Влияние старосты Денеба не распространяется на Сириус, а в случае конфликта вперед в ста процентах случаях выскочит Грегори, чтобы прикрыть своих.
– Кэп знает, что у тебя есть печать?
– Угу.
– И знает о ее назначении?
– Он максимально в курсе всего.
Что и требовалось доказать! Аркаша самодовольно заулыбалась, радуясь своей догадливости.
– И больше никто не знает твой секрет?
Уровень очевидности ответа зашкаливал, но ей все равно не терпелось услышать его.
– Ты знаешь.
Ритм дыхания ускорился, Аркаша, вдруг ощутив порыв вдохновения, едва не вскочила на ноги, чтобы пробежаться по полянке. Избыток энергии требовал выхода.
«Я особенная. Прямо как Грегори. Мы со старостой на одном уровне».
Простенькая мысль заставляла ее гордиться собой, уникальностью своей личности, способной вызывать доверие. Даже у создания, каким являлся Момо.
– А тебе ни капли не страшно? – Она подползла к слишком уж притихшему парню и наклонилась к его лицу. От локонов, цепляющихся за мочку уха, и от бледной кожи исходил приятнейший аромат. Он доминировал, проникал в недра земли, в покрывало из густой травы и заполнял воздушное пространство.
«Заснул?»
Недоумение довольно быстро сменилось желанием провести проверку предположения с помощью тактильных методов. Девичьи пальцы зарылись в вожделенную мягкость малиновых локонов.
– А тебе? Не страшно? – Момо с ловкостью перехватил ее запястье, потянул девушку к себе и прижался к ладони щекой.
Вырываться Аркаша не стала.
– Страшно, – честно призналась она. – Но я с трудом представляю последствия, так что основательно испугаться не могу.
О печати ли они говорили? Аркаша предпочла не вникать. В пространных разговорах с Момо была своя прелесть. Необычное общение, без конфликтов и столкновений, – практиковали ли они подобное раньше? Может, им и в чарболе удастся сыграться?
Не успела она помечтать о слаженной командной игре, как сильный рывок неожиданно заставил ее рухнуть на живот в травяную перину под бок Момо. Если тайна эстетически украшенной спины демона не сумела по-настоящему напугать Аркашу, то его руки, появившиеся по обе стороны от ее головы, и колени, прижавшиеся к ее бедрам, повергли девушку в панику.
– Чего это ты задумал?! – Испугавшись, Аркаша резво приподнялась на руках, но, коснувшись спиной его обнаженной груди, рухнула обратно, нырнув подбородком в траву.
– Хочу раскрыть тебе как можно больше секретов.
Он дотронулся до ее макушки и запустил пальцы в копну рыжих волос, будто отыгрываясь за недавнюю вольность со стороны Аркаши, коснулся девичьей шеи и принялся оглаживать ее волосы, распуская наспех собранную косу. Рассыпавшиеся по траве локоны в ежесекундно меняющемся сиянии от множества источников превратились в солнце, задремавшее на тайной полянке.
– Я...
– Прекращай дрожать, Шмакодявка. – Фыркнув, Момо по-приятельски потрепал ее по волосам на затылке. Моментальная смена настроения. – Ты весело реагируешь. Сложно удержаться и не подразнить.
«Вот же черт ароматный!» – с возмущением подумала Аркаша.
Ладно, она немножечко испугалась. Самую малость. Каждая выходка Момо лично для нее выливалась в чрезвычайно важный первый опыт. К примеру, никто и никогда с такой проникновенностью не лапал ее волосы. И вполне возможно, что Момо, падкий на слишком уж прямолинейное озорство, касаясь Аркаши, вспоминал, что шикарной шевелюрой девушка обзавелась как раз благодаря умению забирать у него энергию.
