Текст книги "Дриблинг безликих (СИ)"
Автор книги: Катти Карпо
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 22 страниц)
– Что?
– Мне очень жаль, что наши действия провоцируют у тебя мысли обратиться к психологу. – Девушка понадеялась, что ее слова прозвучали достаточно искренне и Грегори не станет воспринимать их как издевку.
– Тебя еще могу отпустить с миром. Но его... Да отцепись от нее наконец! Она тебе не плюшевый чертик! Хватит тискать девочку! Я чувствую себя не в своей тарелке от твоего поведения! – Грегори сделал вид, словно что-то активно стряхивает с поверхности своей одежды. – У меня столько мурашек от нетипичного тебя, что они, по-моему, уже сухой грязью отваливаются. И скажи мне, в конце концов, ну и какого черта ты рассказал ей о печати? Это не только твоя тайна. Теперь твой поступок сделал из Теньковской мишень для Владлена.
– Мишень?! – Аркаша сглотнула. И вздрогнула повторно, когда Момо все же соизволил покинуть ее личное пространство.
И сразу стало холодно. И одиноко.
– Возможно, «мишень» – слишком утрированная характеристика. – Грегори поторопился ослабить напор. – Однако то, что ты с этого момента под пристальным вниманием, совершеннейшая правда.
– Она со мной. – Момо водрузил ладонь на голову Аркаши. И повернул ее к себе. – Ты со мной, Шмакодявка.
– В этом ее проблема, кусок ты не переваренной тьмы.
Ворчал Грегори уже менее эмоционально, поэтому растерянная Аркаша понадеялась, что в их жизни все не так уж и плохо. Даже если и кажется, что вокруг – сплошная темнота и безнадежность.
– Почему... она?
«Как-то стремно, что он задает Момо этот вопрос прямо при мне».
В битве неловкости и любопытства, как ни странно, лидировало любопытство. Аркаша осторожно покосилась на демона.
– Без обид, Теньковская. – Грегори взлохматил собственную шевелюру и неделикатно ткнул пальцем в сторону безмятежного Момо. – Но во вкусе этих созданий легкомысленные и доступные женщины. И желательно с определенным... опытом. Такие дают много энергии.
«Оу».
Фантазия отказывалась нарисовать даже легонький скетчик по мотивам предоставленных описаний. Аркаша застыла, ощущая на лице до крайности глупое выражение. И избавиться от него было сложнее некуда.
– Потому что она не осуждает, а судит по поступкам.
Одна фраза, и морозный морок исчез без остатка. Аркаша болезненно заморгала, смутно осознавая, что Момо говорит о ней.
– Извини? – Грегори непонимающе нахмурился. – Мне почудилось, что ты сейчас сказал что-то на пафосном. И это тоже экстраординарное событие, потому что несешь ты на удивление осмысленную бессмыслицу.
– Она не обвиняет, а смотрит на поступки зверья. – Момо издал смешок и повернул голову, чтобы поймать взгляд девушки. – Сострадает. Пытается вникнуть.
Сглотнув и непроизвольно оробев, Аркаша прикрыла ладонью половину лица – от носа до самого подбородка. Щек коснулся жар.
– Серьезно?
Парадоксально, что шея старосты с успехом выдерживала нагрузки, потому что тот крутил головой туда-сюда с ужасающей скоростью.
– Не, серьезно? Шарора, и это говоришь ты? Сколько раз и обо что тебя приложили головой, пока мы не виделись?
– Кэп.
– Что? – Грегори машинально отпрянул. Для него сегодня одно потрясение следовало за другим, и он, похоже, уже на автомате пытался оградиться от новых непредвиденных встрясок своих расшатанных нервишек.
– Мяукающая атака Шмакодявки на Владлена не была такой уж бессмысленной.
– Поясни.
– Может, особо это и не выделялось, но ей действительно удалось привлечь внимание к Багро. На нем теперь тоже очевидный грешок. Тот же, что и на Шмакодявке. А значит, условие, поставленное Владленом, считай, самоустранилось. Ведь причина шантажа, или ее часть, в определенном смысле будет задевать всех.
– То есть его условие больше недействительно? – переспросила Аркаша. – Он не может требовать вернуть тебя обратно?
– Да. – Момо наклонил голову к плечу и сверкнул в ее сторону белизной клычка из-под приподнятого края верхней губы. – Счастлива, что отвоевала меня у моего братца?
– Как-то не задумывалась об этом.
Факт того, что Момо в открытую флиртовал с ней в присутствии Грегори, полностью выбивал ее из колеи.
Очень уж дерзко.
– Допустим, с помощью Теньковской от Денеба мы на время отбились. Но вернемся в наш безумный шалашик. На что именно настроен ты, Шарора? – Грегори потеснил девушку и выдвинулся вперед, закрывая ее собой, как недавно от Владлена. – Если она тоже тащит у тебя энергию, то, в общем-то, не слишком полезна в качестве подзарядки. Тогда зачем вам быть вместе?
– У меня влю... – начала было пищать Аркаша прежнюю уже озвученную старосте версию.
– Тихо. Не заставляй меня применять к тебе заклинание принудительного молчания. – Грегори провел сложенными вместе пальцами по собственным губам, недвусмысленно показывая, что и правда готов запереть ее голос «на замок». – К тому же вопрос задан не тебе, а этому пахучему типу. Я по-прежнему не исключаю варианта с демонскими чарами.
– Считаешь, я ее околдовал? – Момо улыбнулся чересчур сладко.
У Аркаши сразу пересохло в горле. У старосты, по всей видимости, возникла та же проблема, потому что он мнительно потер шею.
– Считаю. Ваши отношения изменились слишком уж быстро. И она еще несмышленыш. А ты – хищник. И я не побоюсь это повторить. Ты – хищная зараза!
«Мне стоит вмешаться? Или станет хуже? Что делать-то?» – Терялась в догадках Аркаша. Ее даже не обидело данное старостой определение. Ну, не смыслит она ни в чем, ну это действительно так. Не поспоришь.
– Я не использовал чары.
Невозмутимость Момо в какой-то мере даже восхищала. Раньше его поведение в большей степени строилось на буйстве и несдержанности. Особенно в отношении Аркаши. Но сейчас он держался свободно, как будто был на сто процентов уверен в каждом своем поступке.
– На слово не веришь?
В ответ Грегори сложил руки на груди и с мрачным фырком покачал головой.
– Не особо. Чтобы закрыть глаза на твой беспредел, мне понадобится нечто более внушительное.
– Снова требуешь доказательств?
– Пожалуй. Не чувствую я серьезности во всем этом бардаке.
– Серьезность... – Момо впал в задумчивость. А пока размышлял, не упустил возможности опять попялиться на волнующуюся Аркашу. – Когда Шмакодявка станет совершеннолетней, мы с ней поженимся.
Глава 15. ЧРЕЗВЫЧАЙНО ЭКСТРЕМАЛЬНОЕ БУДУЩЕЕ
«Женитьба?.. Надо кого-то туда пригласить?»
Ментальная защита Аркаши, не раз успешно спасавшая ее детскую психику от последствий ужасных поступков тети Оли, сработала идеально и здесь. Правда, со своими особенностями.
Слово «пожениться», с учетом недавних событий, теперь прочно ассоциировалось с Викторией и ее необычным волчьим партнером. Поэтому в первое мгновение Аркаша даже не ощутила никакого беспокойства. Ведь ее саму недавно пригласили на свадьбу...
– Ч-ч-что?
Грегори то ли просипел, то ли прохрипел этот вопрос. Получилось нечто жуткое. Будто высохшее дерево внезапно ожило и попыталось высказаться с помощью рта-дупла, выплевывая наружу частички омертвевшей листвы и остатки пищи какого-то лесного зверька, когда-то давно избравшего полые внутренности ствола своим жилищем.
Аркашу зазнобило. А заодно включились мозги.
«Поженимся?.. Кто? «Мы»? Э... А... Ы...»
Или, быть может, ее мыслительному процессу еще предстояло вернуться в норму. Потому что в голове девушки продолжали растянуто звучать гласные – каждая по отдельности и с плакучей певучестью, а приоткрытый рот результативно копировал форму подковы.
– Ты просил доказательств моей серьезности. – Момо увлечено рассматривал визуальное богатство реакции Аркаши. – Достаточно ли серьезно теперь прозвучали мои слова?
– Шутишь? – Грегори надавил средним пальцем на мостик очков и, судя по выступившим покраснениям на носу, крайне переусердствовал с силой нажатия. – Ты, выходец из кошмаров... Быстро скажи, что шутишь.
– Я серьезен.
Мысли в голове резвились в собственной атмосфере бесконечных аттракционов. Аркаша повернула голову, чтобы попробовать сфокусироваться на Грегори. Окружающий мир казался ей сейчас океаном штормящего безумия, и только староста ассоциировался с чем-то относительно устойчивым и надежным.
Вот только взглянувший на нее Грегори тоже не отличался стабильным состоянием и вряд ли мог поделиться хладнокровием с девушкой.
– Да с чего ей соглашаться?! – Староста Сириуса слегка очухался, чтобы начать бунтовать.
– Я красивый. – Момо состроил невероятно милую рожицу, призывно глядя на Аркашу.
Челюсть Теньковской вошла в раж танцевальной импровизации: уже даже было бессмысленно считать, сколько раз она открывала и закрывала рот.
– Ага? – осторожно выдавила она наконец в ответ.
– Что за... – Со словарным запасом Грегори приключилась беда. Парень сконфужено примолк и только и делал что переводил ошеломленный взгляд с одной на другого.
– У меня великолепная конструкция тела. – Момо продолжал абсурдную кампанию по саморекламе.
– Ага? – У Аркаши, как и у старосты, тоже истощились запасы интеллектуально содержательных реплик.
– Мне принадлежит целый замок. Качественная недвижимость.
– Да что за бред? – Грегори постучал себя пальцем по виску. – Пытаешься ее заинтересовать? В самом деле? – Он уставился на девушку. И совсем немножечко с любопытством.
– Я очень обеспечен.
– Обеспечен, – вяло повторила Аркаша.
– Обеспечен, – машинально присоединился Грегори.
– Есть деньги.
– Деньги. – У Теньковской неплохо получалось справляться с ролью эха.
– Деньги... – У Грегори вытянулось лицо. Эхо он отыгрывал тоже сносно.
Понаблюдав за абсолютно не изменившимся выражением лица Аркаши, Момо хмыкнул и сообщил:
– На территории замка есть площадка. Можно оборудовать ее для игры в человеческий баскетбол.
– Баскетбол? – Аркаша встрепенулась, будто попугайчик, на перышки которого брызнула водичка.
У Грегори округлились глаза еще до того, как Момо, откинув голову, принялся оглушительно хохотать. После длительного подобия умиротворения, царившего в помещении, внезапно заполонивший его шум заставил Аркашу с испугом попятиться.
– Видишь, Кэп?! – Демон, смешливо фыркая, указал на Теньковскую. – Теперь понимаешь хоть что-нибудь в этом беспределе? Соображаешь, в чем причина? Додумкиваешь суть? Она. Моя. Хочу ее.
– Ты спятил. – Грегори, громко выдохнув, потер шею. – Поехавший полудурок. Просто рехнулся. Двинулся.
– Шмакодявка за меня. На моей стороне. – Момо, следуя какой-то таинственной тактике и держась на значительном расстоянии, обошел старосту по кругу и вновь очутился рядом с Аркашей. – Ведь я ей очень нравлюсь. – Обжигающая ладонь опустилась на ее голову. – Эй, Шмакодявка, хочешь моих денег?
– Ты... – Грегори поморщился едва ли не с брезгливостью. – Что за цирк устроил?
– А зачем мне твои?.. – Аркаша, окончательно озадачившись, мотнула головой.
– А меня себе хочешь?
«Где скрыта подлянка? Это ведь уже откровенная провокация? Чего он от меня ждет?»
Аркашин разум кипел и пузырился.
«Да, он мне нужен. Но тут немного... что-то как-то... не туда мчимся...»
Пока девушка усиленно соображала, как поступить, пальцы Момо обхватили ее подбородок.
– Лучше признайся.
Он наклонился и потянулся к ее губам. Запаниковав, Аркаша хотела зажмуриться, но вместо этого еще сильнее распахнула глаза, приняв максимально диковатый вид.
В запястье демона вцепился староста.
– Я тебе череп покоцаю, – пообещал Грегори.
Усмехнувшись, Момо медленно отнял свободную руку от лица Аркаши. Огладил ее плечо, локоть и мягким захватом пленил девичье запястье. Неспешно поднял к своему лицу и прижался губами к тыльной стороне ее ладони. А затем чмокнул и саму ладонь. И вся эта гнусная проделка произошла под взглядом ошеломленного старосты Сириуса.
Аркаша только и успела, что издать вопль. Однако лишь в мыслях.
– Ты, маленький... – Грегори задохнулся от возмущения.
А Момо уже ловко переместился ближе к выходу. Донельзя довольный. И эмоционально заряженный, словно жахнул энергии на год вперед.
– Еще вопросы? – преувеличено вежливо поинтересовался он. – Ценные указания? С удовольствием удовлетворю твое любопытство. И опять наглядно, если потребуется.
– Ты... – Грегори сжал кулаки, но через секунду медленно разжал. – Срочно уйди с глаз моих. Иди... свою красную жидкость хлебни. Из запасов. И никаких стычек. В столовую не заходи, топай прямо в общежитие. Просто закройся в комнате и не высовывайся. Мне надо подумать. Переварить все это... Весь этот отборный бред.
– Как скажешь.
Аркаше удалось успеть моргнуть лишь разок, а создатель невероятной неразберихи уже выскользнул за дверь.
«Что за дичь устроил Момо?»
Опасливо покосившись на притихшего старосту, девушка тихонечко двинулась к выходу. Получалось довольно неуклюже, потому что потрясение по-прежнему владело сознанием и с трудом рулило телом, как механизмом с неустранимыми повреждениями.
– Куда-то собралась?
Голос Грегори нагнал ее у двери, наполовину выскочившей наружу.
– В столовую. – Аркаша обернулась и кисло улыбнулась. – Нужно набрать еды.
– Денеб может быть все еще там. Я провожу тебя. – Юноша придержал дверную створку и с хмурым видом проследил за тем, как Аркаша юркает под его локоть. – И с твоего разрешения побуду рядом, пока ты завтракаешь.
– Еда не для меня. Для Макки. – Она потерла ладони. – Думаю, он вот-вот проснется. Ему пришлось долго восстанавливаться после нападения Багро. Он отделал Маккина без всякой жалости.
– Понятно. – Грегори, нахмурившись, провел пальцем по двери, рисуя что-то круглое, возможно, чарбольный мяч. – Хорошо. Набери столько еды, сколько требуется. Я пойду с тобой.
– Вовсе не обязательно идти со мной.
Аркаша, придерживая капюшон, спешила за Грегори. Тот бодро вышагивал по тропинке, таща подмышками два термоса и несколько свертков с контейнерами.
– Я – волевая персона. И волен собственной волей выбирать, куда добровольно следовать. – Грегори замедлил шаг и полуобернулся, чтобы видеть встревоженную Аркашу. – Ну, а если без дуракаваляния, скажу: я действительно хочу проведать Маккина Моросящего.
– Зачем? – Теньковская огляделась.
Ребята сделали большой крюк и добрались до границы Туманного Лабиринта, чтобы ненароком не наткнуться на кого-то из студентов. Любого факультета.
– Проверю его самочувствие.
– Зачем? – Аркаше не надоедала ее заезженная пластинка. Если понадобится, она будет доставать старосту вопросами хоть всю неделю напролет. Но исключительно теми, которые касаются его внезапного интереса к Макки.
– Зачем, зачем, – ворчливо пробурчал Грегори, удобнее перехватывая ношу. – Даже Цельный согласился принять его. Не хочется отставать от старосты Мимозы.
– Принял, потому что я заставила его, – напомнила Аркаша. – А не из-за того, что его вдруг приложило по голове альтруизмом.
– Неважно. Моросящий тоже из Смешанных. А я – ваш староста. – Грегори помолчал и, как-то слишком уж по-старчески крякнув, пробормотал: – В общем, уязвило меня твое высказывание насчет того, что я не хочу помогать Маккину.
– Честно?
– Сомневаешься? Признаю, мое поведение в отношении парня было отвратительным, по-иному и не назовешь. Предрассудки победить достаточно сложно. К тому же те, что внушали с самого детства. Но если поразмыслить, то чем русал хуже тех же демонов? Демонические создания – вовсе не посланники небес и не какие-то там прекрасные совершенные существа, чихающие сладкой ватой. А я в ответе за Сириус, всех Смешанных. И за Маккина тоже.
«О-о-о... Необычный прогресс».
Взбодрившись, Аркаша вприпрыжку побежала за ускорившимся Грегори. Кажется, собственные душевные излияния смутили его.
– Извини. – Она, улучшив момент, поравнялась с ним. – За все проблемы. И за жеребьевку, и за турнир.
– Принято. Да, согласен, Теньковская, ты оплошала. И я даже не буду винить себя за то, что, может быть, упустил из виду что-то в своем функционале старосты... Не донес до вас отдельных важных вещей. – Грегори возвел взор к небу. – Потому что, черт вас почеши, я стараюсь изо всех сил! Как проклятый работаю на благо всех.
– Ты хороший. – Аркаша торопливо закивала.
– Да... – Он устало уронил голову на грудь и отрешено покосился на собеседницу. – Однако не всегда. С русалом оплошал уже я. Приношу тебе извинения. Но согласись, я вполне лоялен к вашей парочке. Как видишь, терплю ваше совместное проживание.
– Так ты смирился? – Аркаше не удалось скрыть удивления. – Не будешь нас распинывать по разным комнатам?
– Твой попечитель живет с вами. И я... – Юноша горестно вздохнул. – Я – здравомыслящий староста. Должен держаться за объективность и факты, а не горячиться.
– Поэтому тебя и обожают даже студенты других факультетов. – Аркаша восторженно шмыгнула носом. – Ты супер. Справедливый папка.
– Про обожание впервые слышу. Глупости. И, кстати, когда ты вопила на меня недавно, я не мог ничего ответить насчет русала как раз потому, что рядом находился Шарора. Он ведь не в курсе вашего совместного проживания? Или?..
– Нет, он не знает. – Аркаша потерла щеки, которых вдруг коснулся холод. – И... Я бы предпочла пока ему не рассказывать.
– Разумное решение. Сейчас даже я не способен спрогнозировать то, как Шарора может повести себя дальше.
– Это из-за того, что я тут немножечко самовольно с его семьей познакомилась?
– Ты имеешь в виду «кидалась на Владлена с видом человека, намеревающегося набить его демоническую мордаху»?
– У меня правда был такой вид? – ужаснулась Аркаша. Под ее ногами тут же начали выскакивать кочки, о которые весьма удобно было запинаться.
– Нет. Преувеличиваю. Да кому вообще придет в голову лезть к старосте демонов?! Только тебе. Так и отметим в личном деле. Без понятия теперь, как мне выпускать тебя на чарбольную площадку. Ты же все что угодно учудить способна. – Грегори страдальчески скривился. – А паршивость нашего положения в другом: Ровену до одури понравился твой порыв. В восторг пришел, безбашенное порождение пахучего свинства!
– От того, что я... э-э-э... отвоевывала его у Владлена?
– Да.
– А мне показалось, что Владлен достаточно мягко обошелся со мной. Даже не размазал по траве. И осадил Багро. Ты же слышал, он заставил его прекратить называть меня «сладенькой».
– Ну-ну. Всерьез веришь, что его сдержанность – это защита твоей чести, Теньковская? – Грегори поморщился, словно морально готовясь съесть нечто горькое. – Староста Денеба усилено держится за Блэк-Джек и эту созданную директором Скальным проекцию на цивилизованное магическое сообщество. Поэтому не позволит, чтобы такие, как Багро или его непослушный младший братишка, устраивали беспорядки и мешали его целям. И знаешь, Теньковская, что-то подсказывает мне, что старший братец не одобрил ваши с Ровеном отношения. Совсем. Никак.
– Ага...
Произошла жесточайшая путаница. Изначальные намерения, которые бросили Аркашу вперед к опасности, каким-то невообразимо странным образом превратились в битву за так называемую «любовь».
– Кажется, я сейчас что-то уроню. – Грегори развернулся к девушке. – Пихни левый термос поближе к подмыхе. Угу, вот так, нормально. Сейчас равновесие поймаю, и пойдем дальше.
– А ты сам... что думаешь, насчет наших с Момо отношений? – Аркаша придержала днище термоса, пока староста перехватывал свертки. – Сейчас? После всего?
– Категоричное «нет». – Юноша фыркнул на несколько своих волосинок, зацепившихся за уголок оправы очков. – Я против по всем пунктам. Как, впрочем, и раньше. Хотя от сумасшедшего упорства Ровена лично у меня знатно едет крыша. Эта зараза сам не свой. Взял и выдал тебе их главный демонический секрет.
– Ну, да, теперь я знаю о печати. И что у него...
Аркаша осеклась, не завершив фразу на словосочетании «крылья из костей».
Известно ли о них Грегори? И стандартный ли это аксессуар для демонов? Как бы то ни было, если это еще один секрет в ее копилке внеплановых знаний, то от нее о нем не узнает ни одна душа – ни живая, ни мертвая.
– Именно. Он посвятил тебя в тайну Денеба, пытался заманить всякими материальными ценностями. Но второе с заманиловкой – большей частью тупой спектакль для меня. С другой стороны, бывает, что потенциальные жертвы демонов ведутся на деньги... – Он, прищурившись, взглянул на Аркашу. – Но тут явно не наш случай. Да еще эти его безумные серьезные намерения... С тобой, такой малявочкой. Одуреть можно, честное слово.
– А в чарбол «малявочке» играть можно? А... То есть, нет, я не то хотела сказать... – Аркаша обречено выдохнула, ругая себя за то, что вновь потревожила душевную рану Грегори. И опять тем же способом, что и при разговоре со старостой в подсобке спортзала. – Я не имею в виду, что у тебя могут быть двойные стандарты.
– Обычно если четко озвучивают какую-то мысль, значит, все же она изначально была сформулирована в разуме. Так у меня действительно двойные стандарты?
Аркаша поджала губы и с аккуратной деликатностью пожала плечами – очень медленно.
– Я долгое время терпел демонов. И плевался от того, что рядом находится русал. – Грегори закатил глаза и дернул головой, призывая продолжить путь. – Да, все верно, у меня двойные стандарты. Однако я пытаюсь исправляться, как видишь.
Староста, допускающий самокритику? Да Грегори – настоящее сокровище Сириуса.
– Но это вовсе не значит, что я сию же секунду начну восторгаться от намерений Ровена на тебе жениться! Ясно, Теньковская? Лучше бы ему реально свихнуться, а не по-настоящему планировать этот беспредел. И, кстати, ты вообще согласна с этим? Понимаю, у тебя подростковая влюбленность, и даже допускаю, что ты не осознаешь в полной мере, во что пытается втянуть тебя этот придурок. Но высказаться-то тебе никто не мешает. Или тобой правда манипулируют, а ты и слова против вставить не в силах? Скажи мне правду, я помогу.
«Только бы не ляпнуть фигню». – Аркаша почесала метку, а заодно и то место на ладони, на котором Момо запечатлел поцелуй.
– Мной не манипулируют, – тщательно выбирая интонации, проговорила она. – Я с Момо по своей воле. Но про свадьбу сегодня услышала в первый раз. И моя честность в том, что я ни фига не знаю, как на эту новость реагировать. Ну, типа, даже не представляю, с чего начать эту самую реакцию. Мне надо... вот чего мне надо сделать? Позволить ему быть вторым носком?
Грегори резко тормознул и целых десять секунд молча на нее пялился.
– Носком... Д-да-а-а... Не так я представлял свои обязанности старосты. Совсем не так. Короче, чтобы оба были у меня на виду. Ясно?
– Ясно. – Аркаша с готовностью кивнула.
Главное, максимально закомфортить их славного капитана. Он заслужил заботливое отношение, а не то, что раз за разом валят на него его дурные Смешанные.
Или, возможно, Грегори придется потерпеть еще немного, ведь у девчонки, приноровившейся играть на его нервах, по-прежнему оставались вопросы.
– Можно кое-что спросить? Просто мне необходимо выяснить, является ли эта странность чем-то ужасным. Вдруг здесь есть и моя вина.
– Что за странность? – Грегори весь подобрался. – Рассказывай.
– Мне иногда кажется, что Момо страдает. Как будто бы его... чувства приносят ему боль. И особенно в те моменты, когда я отказываю ему в прикосновениях. В умеренных прикосновениях! – поторопилась добавить девушка, обнаружив, как сильно исказилась мимика Грегори. – Он не переходит черту. Честно.
– В общем, тебе кажется, что Шарора, в отличие от других демонов, эмоционален?
– Типа того. – Аркаша придержала один из термосов, который снова собирался вывалиться из хватки старосты. – Я не особо долго наблюдала за демонами, да и вообще, в принципе, мало с кем общалась. Кроме, ты знаешь, кого. Но остальные больше похожи на хищников с конкретными установками и инстинктами. И от собственной системы они не отходят. А Момо... Ему тяжело от чувств, которые он испытывает ко мне.
«Круто. Собиралась с духом, чтобы пообщаться по душам с Викторией. А в итоге откровенничаю с Грегори. И что странно, на него вываливать свое беспокойство гораздо легче».
Наверное, староста успел мало-мальски адаптироваться к новым жизненным трудностям, потому что услышанное воспринял довольно спокойно и даже в какой-то мере стойко.
– Эмоции Ровена из-за печати. Никто мне ничего не объяснял, это сугубо мой вывод. – Грегори замедлился, потому что до входа в мужское общежитие Сириуса оставалось пройти всего ничего. – Что они там в нем заперли? Что Владлен заставляет его хранить у себя? Какую мощь демонов? Нам с тобой остается только гадать. Быть может, печать запирает и что-то демонское у Ровена? Он стал более мягким, для монстра. А каким был без печати? Кто знает.
– Ого... – Тяжесть накопившихся мыслей усилило тревожное ощущение. Аркаша задумалась над рассуждениями старосты. – Но даже если все именно так, я не отвернусь от него.
«...Серо-черный мир здесь, там и тут. Везде, куда можно дотянуться. Если ты будешь рядом, вполне возможно, что видеть сможешь только это. Ни яркости, ни цветов, ничего...»
«Пусть вокруг будет один только пепел. Я нисколько не против...»
«Я не против», – прошептала Аркаша, четко осознавая, что страха нет.
Страх вторичен. А то, что видят глаза, не всегда представляет собой истину. Ее место здесь. Она там, где желает находиться. Рядом с теми, с кем сама желает.
Ее собственные драгоценные желания.
– Не отвернешься, значит? – Грегори, осмотревшись, положил вещи на ближайшую скамейку. И только для того, чтобы освободившейся рукой похлопать девушку по голове. – Защитница угнетенного зверья. Шарора прав. Характеристика в самую точку. И что с тобой делать, м?
– Не знаю. – Аркаша слабо улыбнулась.
– Ладно. – Грегори неловко хлопнул ее еще и по плечу и, кашлянув, поплелся обратно к скамейке. – Видела красную жидкость, которую периодически вливает в себя Шарора? Это сжиженная энергия. Кратковременный заменитель натуральной энергетической подпитки. Магия, созданная специально для него, как носителя печати. Чертов идейный вдохновитель – Владлен, а реализация моя, ведь я – маг и в магии соображаю получше, чем любое волшебное создание здесь. Ну, и сам рецепт у Мефисты. Она уверена, что это особая диета для нашего уникального демонического спортсмена. И разубеждать мы ее ни в коем случае не будем.
– Выходит, это еще один секрет? – На нервный смешок у Аркаши уже не хватало силы воли.
– Само собой. И, к слову, отборный и первоклассный, ведь теперь ты разделяешь его не только со мной, но и с Владленом.
Вот чего-чего, а пакостной ухмылки от Грегори девушка точно не ожидала.
– За что... такая привилегия?
– Не в качестве наказания. – Юноша вновь стал серьезным. – Просто жертвую еще одной частичкой своего спокойствия во благо общего дела. Будь добра, в случае чего воспользуйся, пожалуйста, напитком, чтобы поставить Ровена на ноги. А не другими способами. Не настаиваю, но очень сильно прошу. Пожалуйста.
