Текст книги "Саша. Характер - сахар со стеклом (СИ)"

Автор книги: Катриша Клин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 12 страниц)

Глава 17. Не поминайте лихом, а лучше вообще не поминайте. Я жить хочу!

– Ты так спокойна после всего… – я недовольно поджала губы, вспоминая дни ожидания и свои чувства.

– Я стараюсь забыть все, зачем об этом помнить? Да и в моей жизни было время и похуже. Так что, не нужно думать, что я какая-то бледнолицая принцесса, которая при любом удобном случае падает в обморок. – Она улыбнулась своей искренней улыбкой, от которой хотелось творить безумства, быть позером, клоуном, кем угодно, только чтобы эта улыбка никогда не пропадала.

– Не уверен, что могу спрашивать такое, но что? Что это было? – она вздохнула и уселась поудобнее, свесив длинные ноги с кровати, а затем начала рассказ:

– У меня была обычная семья. Для родителей очень важной частью жизни были дом и мы с Маришкой. Все шло своим чередом: я пошла в школу вслед за сестрой, как-то незаметно для себя и близких пережила переходный возраст, оставаясь очень успешным и воспитанным ребенком.И вроде ничего не вредвещало беды...

А затем отец потерял работу. Начал пить. Это продолжалось около двух лет, обычно, запоями. Все хозяйство несла на себе мама. Мы, конечно, тоже помогали, но этого было мало. А затем она вспылила, разругалась с отцом, выгнала его из дома.– Девушка кинула на меня внимательный взгляд, проверяя реакцию, а я в ответ сжал ее ладонь, поддерживая. – Через месяц он вернулся, да не один, а с вышибалами, которые потребовали немалые суммы для покрытия отцовских долгов. – Сашка провела пальчиком линию по моей ладони, видимо отвлекаясь от мыслей, стараясь не углубляться в воспоминания. – Отец обещал заработать. Снова пропал. А когда вернулся, то спрятал под матрасом в спальне целые пачки денег, будто убил кого-то. Много пачек... Мы зажили спокойнее и ровнее, все, не договариваясь, сделали вид, что забыли о случившемся. Но хорошее длилось слишком мало. Отец снова пропал. И на этот раз, его дружки пришли сами, требовали денег. Затем вломились в квартиру, разворошили все: разбили посуду, изрезали мягкую мебель, забрали деньги и ценные вещи и скрылись. А ночью в квартире случился пожар. Полицейские даже не попробовали найти поджигателей, списав это на несчастный случай. К счастью, матери удалось забрать ценные документы, которые она хранила все в одной папке, на всякий случай. И мы отправились к родственникам на временное проживание. Это был ад, но мы справились, выстояли.– Она остановилась, тяжело сглотнула и улыбнулась сквозь пелену слез, посмотрела на застывшего меня и опять опустила глаза. – Вот так вот. Мама простила его, я знаю. Но я не способна последовать ее примеру, из-за него все мы были лишены нормальных отношений, условий, постоянно пропадали, кто где, даже времени на простое общение не было, лишь усталые улыбки и пожелания спокойной ночи. Я до сих пор все помню, как будто это было вчера.

Я потерял дар речи на минуту. Мне было жаль девчонку, на плечи которой свалилась ответственность за нерадивого отца, за взрослого, который сам должен был отвечать за свои поступки. А потому я протянул обе руки к Сашке и обнял ее хрупкие подрагивающие плечи. Не такая уж она и высокомерная маленькая злючка, как я думал. Нет. Она, скорее неоперившийся лебедь, осторожно выбирающийся из заточения, глубоко дышащий свежим воздухом. Прилив нежности затопил сердце, развеял сомнения. Теперь я хотел, чтобы МОЯ девушка улыбалась, чтобы лучилась от счастья и обрела полную гармонию рядом со мной. А потому необходимо вытаскивать ее отсюда, дать волю и капельку адреналина.

Взгляд глаза в глаза.

– Я хочу кое-что тебе показать. Ты пойдешь со мной?

– Вообще– то, если ты забыл, то мы находимся в больнице. – Сашка сложила руки на груди, отчего ее свободная футболка обтянула округлые формы. Я не мог этого не заметить. А потому лишь ухмыльнулся.

– Это мои проблемы. А тебе лишь нужно переодеться во что-то менее открытое и вернуться сюда. Сделаешь? – она, прищурившись, рассматривала меня, видимо раздумывая, стоит ли соглашаться. А затем покорно кивнула и покинула палату.

А я пока решился договориться с симпатичной медсестричкой. Она-то уж точно не должна была отказать.

***

Спешно вернувшись в свою палату, я мельком оглядела белые стены и не заправленную койку с мятыми простынями и свесившимся на пол одеялом. На тумбе, у дивана, заметила букет великолепных кустистых роз, распространяющих вокруг себя губительный для моего обоняния запах. Почему губительный? А потому что я аллергик, а это значит, что рано или поздно мой нос может среагировать бурным чихом на их запах. Но отказать себе в естественном желании насладиться ароматом этих чудесных красных бутонов просто не могла. В букете нашла записку: «Выздоравливай! Семья».

А ведь из головы совсем вылетело, что я оставила маму и сестру здесь в одиночестве. Схватившись за пылающее лицо, смущенно прикрыла глаза. Влюбленные совсем не ориентируются во времени. Я будто бы выпала из мира, полностью растворилась в похитителе своего сердца.

Мысли снова вернулись на лирический лад. Выбирая из принесенной сестрой сумки самую симпатичную футболку, я напевала какой-то знакомый мотивчик. Кажется, эта песня играла в машине Коши перед аварией. Однако точно сказать я не могла, но почему–то именно под эту песню я вспомнила о нем и о своей сестре.

Собравшись в рекордное время, и даже успев причесать волосы и убрать их в гульку на голове, я, наконец, выдохнула, ловко закрутила выпавший локон на палец и покинула комнату. На мой стук никто не ответил, поэтому я просто вошла в знакомую уже палату в поиске Алекса.

– Алекс, – тихо позвала. Но в его не было. Это было понятно и по убранной постели, и по отсутствию какой-либо обуви у порога. Хм… Решив, что дежурная медсестра–то уж точно должна знать, куда отлучился нерадивый больной, я спустилась на первый этаж.

Оживленно снующие больные проводили бледную меня взглядом до самой стойки с сидящей за ней женщиной в больших серых очках и продолжили свои дела.

– Добрый день, а вы не могли бы… – но договорить не дали. Женщина лишь окинула меня внимательным взглядом, будто сравнивая в уме с чем-то и улыбнулась.

– Александра?

– Ну, да.

– Тогда слушай. Выйдешь на крыльцо, справа от тебя будет аптека, дойдешь до нее и остановишься. Там за ней будет вывеска местной парикмахерской, на ней стрелка, она укажет дальнейший путь. – И странная женщина снова уткнулась в экран компьютера у нее на столе, загадочно улыбаясь при этом.

И что этот неугомонный придумал? Сердце от предвкушения встречи забилось быстрее. Это было приятно ощущать себя той, кому приготовили нечто необычное, что-то особенное и романтичное. Раньше я всегда мечтала о необыкновенном свидании – бежать за человеком в костюме пасхального кролика, принять в подарок цветы от незнакомца или просто посмотреть видео, который любимый записал для меня, чтобы порадовать – что может быть романтичнее и показательнее, нежели такое признание в любви? Если любимый тобой человек потратил время на организацию чего-то, подключил к этому фантазию, потратил деньги и привлек дополнительную помощь, то явно он также ответно влюблен. Ведь что может говорить о чувствах лучше, чем поступки?

На крыльце было многолюдно. Мужчины, стайками собравшись на ступенях, курили и общались. Мимо них я прошмыгнула безличной тенью. На парковке, за оградой, стояли разные автомобили, некоторые – с открытыми окнами, с выглядывающими из них довольными лицами. Другие – с тонированными стеклами, наглухо закрытые и забытые.

Аптека оказалась близко, вывеска нашлась тут же. Стрелка указывала куда-то вправо, туда-то я и направилась. Пройдя примерно десять шагов, наткнулась на новую желтую стрелочку, она велела повернуть налево, следующая звала вперед. Последняя была красная, без направления. Я удивленно остановилась и обвела местность глазами. Солнце нещадно светило в глаза, поэтому я приложила к ним руку, делая из ладони подобие козырька. Ничего необычного, простая улица с мелкими домиками по краям дороги и бредущими по тротуарам людьми. В тот момент, когда я уже почти решила пойти обратно в больницу, передо мной остановилась машина – черный гладкий отполированный зверь с водителем в костюме-тройке. Водителя я разглядела, когда он вылез из автомобиля и открыл передо мной заднюю дверь, приглашая внутрь, на кожаные мягкие кресла, пахнущие роскошью.

Поблагодарив галантного мужчины, присела. Водитель, усевшись за руль, повел автомобиль вперед, не гоня, но и не замедляя движение.

– Куда мы едем? – наконец, поинтересовалась я.

Водитель лишь одарил меня загадочным взглядом, встретившись с моими глазами в зеркале заднего вида, и продолжил следить за дорогой. Хмыкнув, я повернула лицо к окну, рассматривая пролетающие мимо дома и деревья.

Мы остановились почти в самом центре города, напротив высочайшего в этой его части здания. Оно, как огромный великан возвышалось надо всеми, заставляя замирать перед ним в исступлении, стараясь заглушить удары бешеного сердца. Я тяжело сглотнула и подняла глаза к небу, которое будто держало высотку, прижимая ее к земле. Сцепив пальцы в замок, снова вернула свой взгляд к входу в здание. Там, окруженный шикарными клумбами и двумя мужчинами в официальных костюмах, стоял Алекс. Он выглядел просто – небрежно накинутая цвета морской волны рубашка, строгие джинсы и убранные назад волосы, однако нельзя было сказать, что его вид был дешев, наоборот, он отлично гармонировал с окружающим его богатством. И я улыбнулась, потому что вдруг отчетливо для себя поняла – он мой. Он от меня уже не убежит.

Увидев вылезшую из автомобиля меня, Алекс приблизился.

– Это тебе, – широкая улыбка, демонстрирующая ровные белые зубы, и протянутый в сильных руках букет уже не вызывали привычного восхищения. Этот парень затмил даже его.

– Большое спасибо..Алекс. Не нужно было так… так много, – я запнулась на последнем слове, стараясь придумать что-нибудь, вспомнить, однако Алекс и без того все понял, взял меня за руку и вручил огромное количество красных, красно-оранжевых роз, которые свесились с плеча, будто банный веник.

– Пойдем, у нас сегодня обширная программа. – Он обнял меня за плечи, закрывая от внешнего мира, даря чувство защищенности и желание улыбаться. Я тяжело втянула в себя воздух и, держа букет обеими руками, приноравливалась к быстрому мужскому шагу.

– И что ты запланировал на сегодня? – осторожно спросила я, задрав вверх голову. Он ухмыльнулся, кивнул двум парням на входе и потянул меня внутрь.

– Сейчас увидишь.

Честно сказать, я была шокирована, безумно удивлена, потому что за пару часов, которые я находилась в дороге, борясь с пробками и просто оглядывая знакомый город, он сделал невозможное…

– Проходи, – ловкий мужской палец надавил на кнопку, и мы устремились вверх. Я кинула удивленный взгляд на парня, ловя одобрительную улыбку и легкий прищур зеленых глаз.

– Я люблю тебя, – прошептала нерешительно. И он улыбнулся шире, наклонился ближе и прикоснулся своими губами к моим. Я путалась в мыслях, замирая в его руках, с трудом сдерживая себя, стараясь не броситься парню на шею. Однако приблизиться ко мне вплотную Алекс не мог, на его пути встал букет.

– Я, кажется, с этого дня ненавижу цветы. – Шептал он, отстраняясь, одергивая задравшуюся рубашку, и проводя по взъерошенным волосам длинными пальцами. Затем снова улыбнулся. Лифт возмущенно пропищал, доставляя нас на крышу.

– Пойдем, – я хмыкнула, слыша хриплые нотки в его голосе, потому что убедилась, что ни одна я все еще отходила от поцелуя, от мелькнувших в воздухе искр волшебства.

Мы прошли вперед. А затем уже Алекс шествовал в одиночку, потому что я пораженно замерла, нервно вцепившись в спасительные стебли цветов.

– Господи, как красиво. – И это было малым выражением возникших во мне чувств. Ведь внутри вдруг зажегся фонарь, огромный волшебный, как в сказках про Нарнию. И вокруг него разлился приятный теплый свет, согревая меня, обнимая за плечи горячими ладонями. Это любовь?!

Город, утопающий в вечерних сумерках, разлитая по нему нежность вместе с уходящими на покой сонными тонкими лучами окрасили горизонт, преобразили его в полотно талантливого художника. Разлитые краски розовых, оранжевых оттенков, яркие блики облаков и потрясающие отблески жизни в отражениях стекол домов. Я попала в сказку…

– Присядешь? – тихий голос Алекса вывел из приятной задумчивости. Парень галантно отодвинул передо мной стул, приглашая насладиться ужином в его компании. Маленький сервированный столик с белой скатертью, две тонких свечи в медных подсвечниках и наполненная чистой прохладной водой ваза. Я поспешила присесть. Розы заняли свое место на столе, а Алекс, разлив игристое шампанское по бокалам , остался стоять напротив, не присаживаясь. Я удивленно оглядела его и взяла бокал в руки.

– Я хотел, прежде всего, сказать тебе спасибо. Спасибо за то, что не оставила в трудные моменты жизни, спасибо за дружбу и теплое отношение к моей сестре, за свет твоих дивных глаз, которые радуют меня своей живостью. Спасибо за эмоции, что ты даришь всем так безвозмездно, спасибо за твою любовь ко мне… это… – он потер лоб дрожащей рукой, – это просто невозможно. Я считал раньше, что невозможно. Но ты смогла, приняла таким, какой я есть. И спасибо за твою силу, да, я помню, что говорю с девушкой, не смейся. Но ты, правда, очень сильная, особенно, я осознал это после всего случившегося. – Он помолчал пару секунд, собираясь, – И еще, прости меня, прости за все гадкие слова, за дурацкое поведение, я просто был слаб, не знал, что происходит, старался не поддаваться тебе и твоему влиянию, но теперь…теперь я готов на все, только бы ты была рядом со мной. Я тебя люблю!

Я поднялась, чтобы подойти к нему, но Алекс вытянул руку перед собой, останавливая, заставляя прислушаться к его следующим словам.

– Если ты не уверена, сомневаешься хоть на маленький процент, пожалуйста, скажи мне это сейчас, потому что если все кончится потом, то это будет в сотни раз больнее для нас обоих. Ты ведь понимаешь, что я предлагаю тебе не просто детский сад, отношения для развлечения или прогулки под луной за ручку, я предлагаю тебе всего себя. Ты готова?

Я положила руки на стол, стараясь осознать все сказанное им, прочувствовать, но не могла, потому что ноги подкашивались, руки тряслись, а сердце выполняло невозможные кульбиты, радуясь как сумасшедшее. Дурное, оно знало ответ заранее, до того, как мозг подключился к игре.

– А ты готов? Готов терпеть мои истерики, мою ревность, мою лень? Готов ругаться со мной до трех ночи, так, чтобы потом еще неделю голоса не было? Готов мириться до утра? Готов к официальному знакомству с моими родителями? Готов вытирать мои слезы и бегать в аптеку за таблетками, если я вдруг заболею? А если умру, ты будешь приходить на мою могилу? А если ошибусь? Ты готов простить? – он отвернулся, просто взял и отвернулся, сжал кулаки и ушел на край крыши. Я внезапно оглохла, хотя ветер здесь был сильный, хотя город еще жил, а машины ездили. Но для меня не существовало в этот миг ничего, только он, только я и крыша, а еще молчание, повисшее на языке.

Подобравшись ближе, заглянула в родное лицо. Его глаза были закрыты, он не улыбался и, кажется, вообще был не здесь, а по щеке, по этой теплой мягкой бритой щеке проложила дорожку слеза…..

– Я готов, – прошептал он.

– И я готова. – Улыбнулась, обхватывая его лицо руками, притягивая к себе, обнимая за шею, наслаждаясь хриплым смехом и крепкими руками на талии.

– Ты теперь не убежишь, Сашка, теперь уж точно нет.

– Так, а с чего ты взял, что я буду пытаться? Я счастлива. – И это было правдой.

Как прошел ужин? Великолепно. Мы разговаривали, строили планы на будущее и просто смеялись над всякими глупостями. Я спросила у парня, как он смог организовать такой ужин, на что тот лишь довольно пожал плечами и закурил сигарету.

– Мужчины не раскрывают тайн. Но тебе стоит знать, что теперь я, кажется, сказочно богат. – Я засмеялась.

– А знаешь, я, кажется, тоже. У меня ведь где-то есть папино наследство. – На это мы уже смеялись вдвоем. Не знаю, почему, но все, что происходило, вдруг показалось просто страшным сном. Мы вместе. Мы счастливы. И теперь, кажется, даже смерти не разлучить нас.

Эпилог

– Мам, прекрати, это не смешно! – я обиженно надула губы, разглядывая себя в зеркале. Вся та жа стройная девушка, все те же волосы, доросшие почти до поясницы, вздернутый чуть кривоватый носик, тонкие губы, черные брови и серые глаза. Но что-то в этой девушке изменилось, во мне появился стержень, как говорит мама, уверенность в завтрашнем дне. Да и как с таким парнем он мог не появиться?

– Все, выходи уже! Мы опаздываем! – я тяжело вздохнула и перекинула завитые в кудри волосы на правое плечо, зацепила цепочку и покинула комнату.

Мама бегала по широкому коридору, собирая маленькие мелочи в черную лаковую сумочку. Ее высокие каблучки смешно стучали, создавая в тихой квартире музыку. Рыжий кот, свесив длинный пушистый хвост, сидел на комоде и умывал мокрый нос, лениво проводя лапками и за ушком. Этот прохвост усиленно вымывал нас из квартиры уже около сорока минут, сразу после первого звонка телефона. Я снова одернула платье, страшась, что его длина все-таки коротковата для такого события, но, взглянув на маму, все сомнения выскочили из головы.

– Ну как я? Хорошо? Мне вроде нравится. – Она привычным движением взбила волосы и улыбнулась.

– Все отлично, мам, ты у меня настоящая красавица.

– Дорогая, скажешь тоже. Это вы у меня красавицы, а я так, старая одинокая женщина. – Она махнула рукой и поспешила из квартиры.

– Мама! Да какая старая! Ты еще ого-го! – я довольно улыбнулась, следуя за ней в подъезд. Чистота и порядок царили и здесь. Пока мама закрывала квартиру на ключ, дверь соседей напротив открылась, и из нее показалась знакомая пара. Маришка, докрашивая губы, шла впереди. За ней следовал Коша, он же и закрывал замок, он же и провожал жену до лифта. Они переехали сюда на время, пока кое-кто не появится на свет... И пока родители Коши не покинут их дворец.

– Ну как, все собрались? – мы слаженно кивнули. Маришка в последний раз цепко оглядела свой макияж в зеркальце и убрала помаду в маленькую сумочку на плече.

Мы переглянулись. Все и правда были готовы. Вечерние платья, смокинг, праздничный макияж, начищенные туфли. Мы смотрелись гармонично, как одна большая семья. Не хватало только…

– А где твой парень, Саш, он что, опаздывает? – Маришка прижалась к мужу поближе, переплетая свои пальцы с его.

Я неопределенно пожала плечами. Он не звонил со вчерашнего вечера, может быть, забыл? Но додумать я не успела. Лифт остановился, и его двери разъехались в стороны. На той стороне, прижавшись к стене спиной, нас уже ждал мой мужчина. Алекс, как всегда, одетый с иголочки, сейчас что-то строго печатал в телефоне. Я приблизилась к нему и обиженно выдохнула. Он заметил меня и поднял глаза, прошелся взглядом по лицу, фигуре и убрал смартфон в карман.

– Ты восхитительно выглядишь.

– Ребята, не отставайте, мы уже итак опаздываем. – Услышала я голос матери. Но отвести взгляд от Алекса не смогла. Его зеленые глаза притягивали меня, как магнит, его губы обещали наслаждение, его плечи говорили о силе, а голос, ох, этот его голос! Целое стадо беспокойных мурашек бежало от хриплых ноток в нем.

– Ты сегодня тоже особенно хорош.

Разделившись, мы расселись по автомобилям и поехали к месту назначения. Алекс сменил прежнее авто на большой внедорожник, теперь такая машина казалась ему солиднее. После того, как Артура посадили, Алекс занял его место, принимая в руки все дела кампании. Он все еще изредка советовался с прежним директором, но и без этого все знали, что бизнес в надежных руках. И это была правда. За год, что он стоял у руля, его состояние увеличилось почти в два раза, его реальный доход переплюнул рекордную планку этого предприятия. Особенно, все наладилось после вмешательства Коши. Тот научил юного бизнесмена паре приемов и преподал несколько уроков по зарабатыванию денег. Теперь он тоже иногда давал пару советов моему парню, но в дела не вмешивался.

Этот байкер вообще был на редкость сообразительный и нравился мне с каждым днем все больше и больше. Я рада, что Маришка вышла замуж именно за такого практичного мужчину, за того, кто сможет не только любить ее, но и обеспечит ей будущее, позаботится о ней.

– Знаешь, – вдруг начал Алекс, вырывая меня из теплого объятия мыслей, – я вчера ездил смотреть новую квартиру. – Я улыбнулась. Недавно мой парень решил сменить адрес, оставив мать и сестру вдвоем в его старой квартире. Он считал, что пора уже завести свой собственный дом, тем более, мать пришла в себя, а Лизка… Лизка еще была на таблетках и даже пару раз ходила к психиатру, однако особых сдвигов не было. Иногда она сбегала, и зависимость возвращалась. А девчонка просто бросала все и жила без наркотиков. Сейчас она лежала в очередном центре и вроде бы шла на поправку. – Знаешь, я зашел туда. А там так пусто и совсем нет обоев. Представляешь себе, голые стены и огромное окно. Как можно выбрать квартиру, когда хочешь от нее тепла, а получаешь это?

Я улыбнулась и протянула руку, дотрагиваясь до его пальцев, сжимающих руль. Мы стояли на светофоре, а потому могли немного отвлечься от дороги.

– Уют необходимо создавать. Ты для начала выбери место, а ремонт сделает все остальное. Можешь даже нанять дизайнера, тогда вообще особо не придется фантазировать, он сделает все за тебя. – Алекс на мои слова нахмурился, обернулся ко мне всем телом и заглянул в глаза.

– Саш, – он переплел наши пальцы и поцеловал меня в губы. – А помоги мне с этим?

– В смысле? – опешила я.

– В смысле, помоги мне выбрать квартиру? – я закашлялась, поперхнувшись воздухом.

– Алекс, но это, прежде всего, квартира для тебя, как я могу ее выбрать?

– А ты представь, что покупаешь ее себе. И что следующие десять лет будешь жить в ней.

– А дальше что?

– А дальше представь, что там живем мы вдвоем и прикинь, сколько нам обоим нужно будет места. – Он отвернулся и продолжил движение, следуя за едущей перед нами машиной.

В шикарный Кошин дом мы прибыли через полчаса. Этот замок я запомнила еще по прошлому визиту, а потому почти не осматривала его, задумавшись над словами парня. Выбравшись из машины, автоматически улыбнулась встречающим нас родителям и прошла вместе со всеми в гостиную. Это была огромная комната, выполненная в современном стиле. Все дышало нашими голубками.

– Прошу вас, присаживайтесь. – Почти пропела тонкая женщина в длинном вечернем платье. Ее шею украшало ожерелье с явно настоящими камушками. Возможно, то были алмазы. Я не знала. Да и украшение я бы не заметила, если бы мать Коши не обняла меня при встрече. – А кто этот молодой симпатичный юноша с вами? Александра, представьте своего друга.

– А это ее парень, мама, очень перспективный и хороший молодой человек, зовут Алекс. – Ответил за меня Коша. Он будто бы знал, что сейчас я была поглощена абсолютно другими мыслями.

– Очень приятно познакомиться, Алекс. А ваше полное имя, я так понимаю, Александр? Вот так совпадение! – Женщина взмахнула руками, будто собираясь аплодировать, но затем передумала и всего лишь улыбнулась чему-то в своей голове. – Алекс, не стесняйтесь, присаживайтесь. Мой сын рассказывал о вас. А если вы понравились моему сыну, значит, понравитесь и мне. Расскажите немного о себе.

Светская беседа мерно переросла в разговоры по душам. Уже немолодая женщина быстро вытянула из парня все, что хотела о нем знать и оставила его в покое, лишь изредка бросая в сторону парочки одобрительные взгляды.

В районе девяти вся семья отправилась в ресторан. Дорогие блюда на серебряных тарелках, вкусное вино, сразу же дарящее легкость и покой, а также тихие разговоры на разнообразные темы. Это был шикарный вечер. Это был прекрасный ужин в кругу семьи. И Алекс отлично вписался сюда, будто оказался на своем месте, там, где должен был быть.

Позже, попрощавшись, мы сели в теплый уютный салон автомобиля и поехали вдоль по ночному городу под свет уличных фонарей и фар, спешащих нам навстречу автомобилей. Алекс был задумчив. Он молча смотрел на дорогу, изредка кидая короткие взгляды в мою сторону. Я, избавившись от каблуков, расположилась на переднем сиденье и уставилась в окно, наслаждаясь тишиной. Но идиллия не могла существовать вечно, в голове был вопрос, и я не могла его не озвучить.

– Алекс, – мой тихий голос разорвал тишину, заполняя салон тяжелым запахом пыли. – Алекс, возвращаясь к разговору о квартире. Что ты имел в виду, когда говорил о том, что я должна буду выбрать ее с тобой?

Парень остановился возле моего подъезда и потушил фары, оставляя нас в приятной темноте.

– Я хочу, чтобы мы выбрали эту квартиру вместе. Я хочу, чтобы выбрав ее, мы сделали там ремонт. Я хочу, чтобы сделав там ремонт, ты перевезла свои вещи в НАШУ квартиру и заполнила шкафы ими, поставила все свои средства на полочках в ванной и пела в душе, когда думала, что никто тебя не слышит. Ах да, я хочу каждое утро просыпаться с тобой и слышать твое утреннее недовольное ворчание, а приходя вечером с работы, просто видеть тебя в спальне, зале, на кухне, разговаривать с тобой, целовать тебя. – Он приблизился ко мне, заправил упавшую на глаза прядь и улыбнулся. – Ты готова разделить со мной эту квартиру?

Я закусила губу, задумавшись, а затем кивнула. Мы не прощались. Мы сказали друг другу «До встречи». А утром носились по городу, просмотрели кучу разных уютных «гнездышек» и лишь к вечеру, когда улицы осветились фонарями, нашли ее….

Четыре комнаты, прекрасный вид из окна и лоджия огромных размеров. А еще там было джакузи. Риэлтор сказала, что это всего лишь для привлечения покупателей, всю обстановку можно поменять, сделать ремонт под себя. Но нам нравилось все так. Мы полюбили эту квартиру за ее внутреннюю особенность, не желая что-то менять. Пару часов перед сном мы нежились в джакузи. И это были самые восхитительные часы в моей жизни.

А затем была сама жизнь, много чего еще предстояло сделать, много чего пережить, простить и запомнить. Но вдвоем мы справимся со всем. Вдвоем нам не страшно абсолютно ничего.

Конец.