Текст книги "Нет в крыльях правды (СИ)"
Автор книги: Катрин Хатчкрафт
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 16 страниц)
– Слишком странно, – прошептала я. – Когда я была в замке, Альпин тоже что-то говорил о связи между нами.
После упоминания имени короля парень скривился, словно съел чересчур кислый лимон, и отстранился от меня, отошел на пару шагов, создавая безопасную дистанцию.
– Возможно, те нити перекрывали наше неоткрывшееся взаимодействие, мешали его почувствовать. Но сейчас ты точно испытала его на себе, реакция твоего тела была однозначной. Если не веришь моим словам, хорошо, ты вполне вправе так поступать. Когда закончим все основные дела, отправимся в Сумеречную Неваду, и тогда лично задашь верховному старейшине все интересующие вопросы. Пока перед нами стоит совершенно иная цель.
На самом деле, меня удивило, насколько быстро личная цель путешествия стала общей. Но, с другой стороны, я была не против его компании. Да, поведение порой иногда пугало, настораживало, но и я не была ангелом и все-таки могла за себя постоять даже против такого мощного соперника, как Кристиан. Подумала о том, что оставила в замке, и поняла. Несмотря на то, что Марка я видела не так давно, уже успела соскучиться по его выдуманным байкам. Оставалось надеяться лишь на то, что в скором времени наша встреча не заставит себя ждать.
Снова подул холодный ветер, напоминая мне о том, что нужно переодеться в нормальную, целую и теплую одежду. Кристиан ходил по открытой местности, высматривая что-то в траве и намеренно игнорируя мое присутствие до тех пор, пока я не подошла к нему вплотную и не положила руку на плечо.
– Вики, находиться тут довольно опасно, – произнес парень, поворачиваясь ко мне. – Открытая поляна – не лучшее место для остановки и, тем более, отдыха.
Я молча показала рукой в сторону леса, расположившегося от нас всего в нескольких сотнях метров. Крис кивнул и бросился в его сторону. Я поежилась на ветру, но ринулась следом за ним. Моя физическая подготовка была не промах, но против длинных мужских ног я ничего не могла поставить, поэтому закономерно отстала от своего спутника.
Путь занял не так много времени. Буквально через пару минут активного бега мы вошли под кроны столетних дубов и осин, тополей и ясеней. Точнее, вбежала я, пытаясь восстановить дыхание, а парень стоял и ждал меня с ухмылкой на лице.
В тот же момент живот предательски громко заурчал, оповещая о своем намерении подкрепиться, как мне казалось, добрую часть леса. Я уже пожалела, что попросила у Бьянки такую маленькую порцию на ужин. Кто ж знал, что мне так спонтанно взбредет в голову покинуть замок и броситься в непонятном направлении во имя мести? Парень придирчиво окинул взглядом уже который раз за это утро и улыбнулся.
– Я так понимаю, в твоей сумке еды нет?
Я отрицательно покачала головой, на что парень только вздохнул.
– Тогда мне придется покинуть тебя и поохотиться. Заодно соберу веток на костер, не сырое же мясо есть, – сказал он и будто только сейчас заметил, что моя одежда являет собой жалкое зрелище. – А ты, пока меня нет, пока переоденься. Должна же быть у тебя сменная одежда, раз ты тащишь такую сумку.
Я хотела огрызнуться, сказать, что и сама прекрасно знаю, что нужно делать, но усталость взыграла, и препираться не хотелось. Когда Кристиан скрылся за деревьями, я убедилась, что поблизости никого нет, быстро открыла сумку, скинула свою старую одежду и с максимальной скоростью, какую мне могли обеспечить онемевшие от холода пальцы, надела чистую. Плащ, кое-как запихнутый в сумку накануне, тоже пригодился. Ночи были все еще прохладными, несмотря на начало июня, а несколько часов в порванной одежде, проведенные в воздухе на скорости никак не способствовали моему теплообмену. Поэтому я достала его и с наслаждением закуталась в теплую ткань. Делать было нечего, поэтому решила ждать парня.
Время шло, но Кристиан не возвращался. От скуки я начала катать между ладоней темный шар, наблюдая за переливами узоров внутри, и сама не заметила, как Морфей принял меня в свое царство. Сутки без сна и тяжелый вчерашний день дали о себе знать жуткой усталостью.
* * *
Я снова была маленькой девочкой, которую мама держала на руках. Глаза глубокого синего оттенка, которые я так часто видела в отражении зеркала последнее время, смотрели на меня с любовью и обожанием. Надо мной склонилась еще одна голова. Папа. У него были черные глаза и ласковая улыбка. Родители что-то мне рассказывали, а я ничегошеньки не понимала своим детским умом и жадно впитывала их внешность, пытаясь увековечить образы в памяти.
Неожиданно я увидела за их спинами огромное черное пятно и закричала. Мама начала меня укачивать, пытаясь успокоить, но я кричала еще истошнее. Только отец понял, что я хотела им донести, и успел повернуться и раскрыть крылья, защищая нас с мамой, как тьма врезалась, снося все на своем пути. Пронзительный крик отца оглушил меня на пару секунд, показавшихся мне вечностью. Мама не кричала, только пыталась вдыхать, прижимая меня к груди, падая на вымощенные плиткой садовые дорожки. Слезы скудными дорожками текли по ее щекам от испытываемой адской боли, а пепел плавно парил в воздухе и оседал на моих пеленках. Сил кричать у меня более не осталось.
Только что на этом месте стояла вся моя семья, а теперь только пепел разлетался прочь от резкого порыва ветра, стирая с лица земли произошедшее несчастье…
* * *
Я закричала и резко вскочила. Кошмар истаял в воздухе, когда обеспокоенное лицо Кристиана мелькнуло перед глазами, намекая, что страшный сон закончился. На костре, жадно ласкающем щепки и поленья, на импровизированном вертеле жарилась ощипанная утка. Как он смог ее поймать без оружия, понятия не имела, но очень бы хотела узнать. Потом, когда будет возможность.
– Кошмар приснился? – встревоженно спросил парень, касаясь тыльной стороной ладони лба.
Я с остервенением терла лицо, пытаясь выдавить из головы образ пепла, лишь отдаленно напоминавший облик родителей. Это точно был не кошмар, а воспоминания. Поняв, что ответ ждать не стоит, Крис поднял меня на руки и пересадил поближе к костру.
– Когда я пришел, ты спала крепким сном. Решил не будить, дать отдохнуть немного, – улыбнулся он. – А сам пока решил вот еду приготовить.
– Спасибо, Крис. Я не знаю, зачем ты вызвался вообще меня сопровождать, но я правда благодарна тебе.
Все бы отдала, чтобы еще раз увидеть на лице парня такую же искреннюю и широкую улыбку. И сама удивилась подобной реакции.
Пока он переворачивал птицу, равномерно поджаривая ее со всех сторон, я наслаждалась утренней прохладой, все еще не расставшись с плащом. Поспать мне удалось недолго, какой-то час-полтора.
Где-то в глубине леса на разный лад пели ранние пташки, навевая воспоминания о тех временах, когда я убегала из дома и просто слонялась по близлежащей посадке, наслаждаясь шелестом листвы на ветру, пением синичек, и стрекотом насекомых. Голову вновь стянул обруч головной боли, память услужливо подкинула увиденный кошмар. На глаза навернулись слезы, которые я в бессильной ярости пыталась сдержать, подтянула колени к себе и обхватила их руками. Крис недоуменно посмотрел в мою сторону и осторожно коснулся рукой плеча, не забывая про вертел.
– Ты как?
Я покачала головой. Слова не смогли бы выразить те злость и ненависть, которые я испытывала к Блэйку, не показали бы тот страх, испытанный, когда я увидела тьму за спиной родителей, но не могла их предупредить. Крис молча придвинулся ближе и обнял крыльями, специально раскрытыми для этого момента.
– А если нас увидят? – прошептала я, уткнувшись мокрым носом в теплую ткань на его плече. Сердце парня громко и размеренно билось, отбивая четкий такт. На мой вопрос Кристиан не ответил и прижал меня ближе.
К этому времени угли прогорели, тушка приготовилась и даже местами покрылась аппетитной корочкой, поэтому не стоило бояться, что мясо сгорит, и мы останемся без еды. Несмотря на то, что солнце уже давно поднялось над горизонтом и начало припекать, я все равно успела продрогнуть, а близость чужого тела приятно согревала.
– Расскажи мне, куда ты так стремишься попасть?
Я отстранилась от него, чтобы посмотреть в глаза.
– Ты же говорил, что Аврора вам все рассказала? Разве нет?
Мой спутник только улыбнулся.
– Допустим, знаю. Но работа служанки такая интересная: там не услышала, здесь не поняла. Слухи так и рождаются. А я хочу услышать историю от твоего лица.
Я сделала глубокий вдох и закрыла глаза, собираясь с мыслями.
– Наверняка община это и так все знала, но как я поняла, моя мама была Хранительницей Знания, правда, о нем никто ничего толкового сказать не мог. Вместе с папой они помогали Альпину сохранить трон и остались подле него после окончания всех распрей. А Блэйк убил их, лишил меня семьи и забрал Знание себе, – на последних словах я с силой заскрипела зубами, чтобы не закричать. – А я восемнадцать лет провела на Богом забытой земле, в семье, где меня почему-то считали прокаженной из-за дара крылата, хотя тогда я была всего лишь человеком, без каких-либо способностей.
– Но ведь ты должна была лететь с помощниками? Почему сбежала?
Я открыла глаза, сморгнула пелену слез, застилавшую взор и посмотрела в упор на Криса.
– Потому что, как выяснилось, я должна была стать ручной собачкой короля после того, как на блюдечке принесу ему желаемое. Я должна была послужить ему для экспериментов с рождением детей, подобных по дару себе. У меня же какое-то уникальное предназначение, – с каждым словом голос становился все жестче, пока не превратился в камень. Парень положил руку поверх моей.
– Это ужасно, – прошептал он и замолчал. Пауза между нами затягивалась, утка потихоньку остывала. Но тут он заговорил.
– А ведь знаешь, мы каждый день караулили замок, а особенно твой балкон. Ждали. Аврора столько раз хотела улететь восвояси, звала назад, но как сестра видела, что мне было крайне необходимо встретиться с тобой, стать сопровождающим. Хотя на вопрос, почему я в это все ввязался, ответить не смогу. Сам не знаю, просто был порыв, который я не смог сдержать и которому у меня нет пояснения.
Он грустно улыбнулся, отвернулся и встал на ноги, спрятав крылья.
– Ты действительно очень важна для всей общины. Но нужна там, на Сумеречной Неваде, а не здесь, на человеческом континенте. Все, кто уходил от нас к людям, постепенно возвращаются, приводя с собой получеловеческих детей. Но этого недостаточно. Пока что. Как раса, мы все еще слабы. Но все это потом, сейчас есть более насущные проблемы. Не переживай, ты сможешь отомстить за своих родителей, – произнес парень, присаживаясь на корточки и едва касаясь губами уха, – а я тебе в этом помогу.
– Спасибо, – чуть слышно прошептала я, все также обнимая себя за колени. Тело продолжало ярко реагировать на прикосновения парня, но словно начало уже к этому привыкать.
Кристиан наконец потянулся к вертелу, снимая с него тушку.
– Как насчет не очень полезного, но довольно вкусного завтрака? Соли, конечно, не предлагаю, не подумал взять, но мясо получилось очень даже ничего.
Я почувствовала, что парень специально перевел тему, и была за это благодарна. Болтовня прекрасно отвлекала от очередного проживания увиденного во сне, да и желудок нещадно бунтовал, поэтому я с радостью приняла его предложение. Пока поудобнее усаживалась около едва тлеющих углей, Крис успел разломать и отделить мясо от костей. Один из самых крупных кусков он протянул мне.
– Но зачем ты даешь мне так много? – удивилась я, отклоняя жестом предложенное.
– Ты вчера устала, нужно восстанавливать силы, а что лучше всего помогает? Сон и еда! – он щелкнул меня жирным пальцем по носу, отчего я вскинулась и начала оттирать мясной сок с лица своей разорванной одеждой. Кристиан чуть не упал от беззвучного смеха. – Бери, пока возможность есть. Откуда ты знаешь, что будет дальше? Может, еще и не перепадет нам больше такое пиршество.
Спутник огляделся по сторонам и добавил.
– Хотя тут такое изобилие животных, в этих-то лесах, что смерть от голода вряд ли грозит.
С недовольным, но благодарным лицом я приняла кусок и начала его есть. Несмотря на то, что в последнее время привыкла в замке к приемам пищи в виде изысканной еды, сдобренной различными соусами и душистыми приправами, романтика в поедании пресной утки, приготовленной на костре и чудом не сгоревшем деревянном вертеле, несомненно, была. И пока я с остервенением доканчивала кусок мяса, думала о том, насколько же сильно была голодна.
Кристиан понимал в полевой жизни побольше моего, поэтому пищу он поглощал медленнее, принося организму меньшим объемом еды большее насыщение. Наблюдая за моими потугами растянуть утку подольше, он оторвал голень и протянул ее. С краев все еще капал ароматный сок, который ненасытившийся организм воспринимал слишком призывно. Я с большей, чем прежде, благодарностью потянулась, но парень успел спрятать руку за спиной прежде, чем отдаст предложенное. Недоуменно посмотрела то на лицо, то на заведенную кисть и обиженно отвернулась. Крис закинул в рот оставшееся мясо и в знак примирения предложил откусить от голени, поднося ее к самому рту.
– Из твоих рук? – усмехнулась я, немного отодвигая голову.
– Брезгуешь? – ухмыльнулся он, поднося кусок еще ближе, прекрасно зная, что я захлебываюсь слюной. Но прежде, чем тот опять поиздевается и уберет руку, я успела откусить и теперь сидела довольная, пытаясь пережевать и не подавиться от нахлынувшего смеха. Парень же выглядел довольно удивленным.
– Не ожидал, – заговорила я, когда прожевала.
– Не ожидал, – подтвердил Кристиан и протянул мне оставшуюся голень. – Ешь, а то ведь действительно подавишься.
Шутливо поклонившись, я приняла ее и продолжила трапезу. Рядом с ним открылась какая-то смешинка, было легко и спокойно. Чувство, что с этим крылатом можно шутить или говорить на все темы без вероятности быть осужденной, приятной и теплой волной разливалось по телу. Рядом с Альпином же каждый раз чувствовалось какое-то странное напряжение, вызванное тем, что я была дочерью памятных ему соратников, тем, что он сам испытывал ко мне чувства, но не знал, что с ними делать.
Однако мы сами не заметили, насколько быстро разделались с уткой, но голод так и не утолили. В подтверждение мыслей живот вновь заурчал, но уже с меньшим энтузиазмом.
– А мне будет тяжело тебя прокормить, – задумчиво произнес парень, потирая подбородок чистой тыльной стороной ладони. Улыбка затронула мои губы
Я протянула ему порванную и изрядно потрепанную кофту, которую сама же испачкала. Тот вытер о нее руки, протер рот и молча отдал назад. Я поступила также и убрала тряпку в боковой карман сумки, справедливо полагая, что она нам еще пригодится.
– Было бы неплохо нам отдохнуть, – произнесла я, оглядываясь вокруг. Но, как назло, ничего подходящего для сна, конечно же, в лесу не наблюдалось.
– Ты когда-нибудь спала на крыльях? – прищурившись своим мыслям, спросил он.
– Нет, не доводилось, – настороженно ответила я, с натяжкой понимая, к чему он клонит.
– Поскольку ты у нас значимая фигура для крылатого общества, крылья тебе портить не резон, а моими ради такого благого дела, как отдых, можно и пожертвовать, – улыбаясь вовсю, сказал он. Видя, что я собираюсь с ним спорить, предупреждающе выставил руки перед собой и продолжил. – Нет-нет, даже не спорь. Я понимаю, что ты меня не знаешь и не доверяешь, что весьма справедливо. Обещаю, я расскажу о себе, как только отдохнем. Сейчас устал, как собака. И спать на моих крыльях безопаснее, потому что так хотя бы смогу защитить тебя в случае опасности. К тому же, у меня попросту не осталось сил организовывать нам лежанки, да и ни к чему оставлять следы пребывания здесь. Не хватало еще, чтобы нас нашли. Я и так рисковал, когда разводил костер.
На его бравую речь мне просто нечего было ответить. Хоть и его аргументы не внушали доверия, своих в противовес его точке я не придумала. Поэтому Крис поудобнее устроился на земле, подкладывая одну руку под голову, расстелил одно крыло для меня и другое оставил в качестве одеяла. Я осторожно легла на крыло, но тот только тихо засмеялся.
– Щекотно, – ответил он на незаданный вопрос. – Не бойся, расслабься, мои крылья были в передрягах и похуже, ты им точно не навредишь своим весом. А теперь давай спать. Нужно хорошенько отдохнуть перед предстоящим путешествием.
Я согласно кивнула и отвернулась, следуя примеру парня и делая из руки подушку. Перья были такими мягкими, что на них моментально хотелось уснуть. Я и не подозревала, что они могут быть настолько нежными на ощупь. Потрогать собственные у меня что-то никогда не возникало желания.
Я не смогла долго сопротивляться соблазну хорошенько вздремнуть и провалилась в беспокойный сон. Парень накрыл нас крылом сверху и вскоре тоже расслабленно засопел.
* * *
Отдых с натяжкой можно было назвать безмятежным, но хотя бы не снились кошмары, не было тяжелых воспоминаний, и после пробуждения я почувствовала себя немного бодрее, чем до сна. Кристиан еще вальяжно нежился в объятиях Морфея. Я осторожно выбралась из импровизированного шалаша из крыльев и натужно выпрямила спину.
Уже вечерело. Вокруг раздавались шелест деревьев и затухающее пение птиц. Вдруг мой обостренный слух уловил беззаботный хруст веток, будто кто-то, не скрываясь, брел по лесу.
Я напряженно вглядывалась в чащу, пытаясь увидеть беспечно бредущий силуэт, но никого не замечала. Шелест поднятой листвы медленно затихал в глубине вечеревшего леса. Если кто-то и пришел по наши души, то разминулся и ушел в другую сторону.
Скорее почувствовала, чем увидела пробуждение Криса, и бросилась к нему.
– Слышишь? – прошептала я, падая на колени и оглядываясь по сторонам.
Парень шикнул на меня и замер, пытаясь уловить звуки, о которых ему толковали.
– Удаляющиеся? Да. А что случилось? Ты вся дрожишь.
– Мне показалось, кто-то крался, – пробормотала я.
Кристиан покачал головой.
– У тебя паранойя после побега разыгралась, – слабо попытался улыбнуться он и положил руку на плечо, несильно сжимая его. – Насколько я могу судить, тот, кто шел, ни капли не скрывался, а спокойно пересекал местность. Если меня не подводит слух и чутье, это был олень. И наш потенциальный ужин, который мы, судя по всему, только что упустили.
Я понуро опустила голову. Чувство голода после целого дня сна немного притупилось и стало, скорее, перманентным, нежели острым.
– Выше голову, – засмеялся парень, видя мою кислую мину. – Рядом с вами лучший охотник во всем мире! И скоро у ваших ног будет столько дичи, сколько вы не сможете съесть!
Я легко улыбнулась на его браваду. Необходимый эффект был достигнут.
– Я смотрю, самооценки тебе не занимать? – слабо прищурилась я, скрывая улыбку. – Так уж прям и лучший?
– Вот сейчас на собственном опыте убедитесь в моем непревзойденном мастерстве, – улыбнулся он и протянул руку. – Прошу вас, миледи.
Я пожала ее, вставая с земли вслед за своим спутником, и мы отправились прямо вглубь лесной красоты, вещи, как мне казалось, непредусмотрительно оставили на месте. Страх, что мы их попросту не найдем, грыз изнутри, в сумке свертком лежала карта, моя главная ценность. Но Кристиан остался глух к моим просьбам вернуться, упорно продолжая углубляться в чащу.
По деревьям рассерженно скакали взбудораженные белки, потревоженные нашим вторжением. С утра я не заметила большого количества насекомых, но едва солнце зашло за горизонт, на охоту вышли не менее голодные, чем мы, комары. Совместными усилиями усердно старались от них отбиваться, но по десятку укусов на каждого все же получили. Наконец добрались до места, парень неопределенно махнул рукой и притаился между ветвей раскидистого кустарника, успев затянуть туда и меня.
– Здесь, – чуть слышно прошептал он, устраиваясь поудобнее и выглядывая из-за листьев на животную тропу. – Он ушел куда-то сюда.
И, притаившись в кустах, мы стали ждать. Совсем стемнело, я уже отчаялась сегодня поесть, с завидной настойчивостью живот напоминал о приеме пищи. Парень сидел слишком близко и время от времени посмеивался, все же немного сочувственно глядя в мою сторону. Тут его веселье испарилось, он приложил палец к губам.
– Тихо, я что-то слышу, – пробормотал он и осторожно раздвинул руками ветки, сделав обзор шире. Я развела руками, стараясь не создавать лишнего шума: “мы и так сидели молча”.
Неожиданно на чуть приметную тропу вышел олененок. Он был совсем молод и еще не конца уверенно стоял на ногах. Малыш крутил головой по сторонам, выискивая родной мамин бок.
Я понимала: там, где есть олененок, обязательно должна быть и олениха. Противоречивые чувства раздирали душу: с одной стороны, меня нельзя было назвать убийцей. Даже когда Мирослав Елизарович водил нас на охоту, я всегда приходила с пустыми руками, прекрасно зная, что огребу за это. Но, с другой стороны, протянуть в лесу на одной жалости попросту невозможно, зачахнешь без еды.
Мои мысли оказались верными: буквально через пару секунд томительного ожидания, к своему ребенку присоединилась олениха, она мирно пощипывала траву в паре метров от нас, а ее чадо радостно бегало неподалеку, и животные совершенно не чувствовали никакой угрозы.
Тем временем Крис вытянул в прогал между листьев руку и замер. Я боялась дышать, лишь бы ненароком не спугнуть наступившую тишину. Вдруг темноту леса пронзила яркая вспышка. Олененок протяжно и испуганно вскрикнул и скрылся в чаще, а олениха упала замертво, не успев сдвинуться даже на миллиметр с того места, где только что стояла. Кристиан вылез из укрытия и подошел к телу, осторожно проведя рукой по ней. Шкура все еще дымилась от удара.
– Что это было? – спросила я, выходя следом.
– Она мертва, – произнес парень, игнорируя вопрос, и добавил, увидев напуганное лицо. – Если тебе станет от этого легче, она умерла мгновенно и не успела понять, что произошло. Олененку, конечно, первое время будет тяжело, но он справится без матери.
Я подошла ближе и придирчиво оглядела тушу. Этого хватит на несколько дней пути, если не на неделю! Крис словно услышал мои мысли.
– Сейчас нужно ее освежевать, мясо обработать. А там на несколько дней можно забыть о добывании пропитания. Только есть придется быстро, в жару все испортится.
– Можно я помогу тебе? – задала я другой вопрос, раз на предыдущий мне не посчитали нужным ответить, и положила руку на тушку. Парень удивленно поднял бровь.
– Ты не похожа на ту, кто станет заниматься грязной работой.
– А ты не похож на того, кто опирается на первое впечатление, не зная человека, – огрызнулась я.
Он поднял руки.
– Хорошо, препятствовать не буду.
И отошел в сторону. Я сделала глубокий вдох, унимая бушующее сердцебиение, и достала из перевязи, предусмотрительно перенесенную на новый пояс, шари. Парень помог перевернуть грузное тело на спину, и я медленным движением вспорола живот от грудины до промежности, стараясь не повредить органы. Затем, отогнув края разрезанной шкуры, осторожно начала отделять внутренности от позвоночника. По рукам багровыми реками текла кровь, скатываясь до локтей и капая на траву крупными каплями. Нож пел свою тихую мелодию, наслаждаясь кровью.
Кристиан молча стоял рядом и наблюдал, сложа руки на груди. Было видно, мои механические движения, несмотря на то, что это был первый раз, коробили его. Стоило только закончить с освежевыванием туши, парень почти грубым движением отшвырнул меня.
– Хватит, – пробормотал он. – Наблюдаю за тобой, а самому аж плохо стало. Я доделаю, все, отойди.
Я послушно ушла в сторону. Нож, пропитавшийся кровью, ярко пылал в сумерках. Я быстро спрятала его в перевязь, пока Крис не успел разглядеть. Мне не хотелось в очередной раз рассказывать историю, откуда у меня появились такие прекрасные ножи?
Парень быстро закончил начатую работу. Нарезанное ровными кусками мясо он сложил в шкуру, внутренности мы бросили на съедение хищникам и двинулись в обратную сторону. Идя по этой дороге во второй раз, я без проблем знала, какая тропинка приведет к месту стоянки. Наверное, мой спутник чувствовал нечто подобное, когда говорил, что нам не грозит потеряться.
Когда мы наконец добрались до нашего ночлега, в животе урчало еще громче, нежели прежде. Но разжигать огонь в потемках было крайне опасно из-за страха быть увиденными нежелательными лицами, мы оба это понимали. Я понятия не имела, отпустил ли меня Альпин или бросился в погоню? Каждый лесной шорох выматывал меня, погоня мерещилась за каждым деревом.
К тому же, убийство животного, пусть и предназначенного на корм, сильно вымотало морально, жутко хотелось отдохнуть. Кристиан разделял мое состояние, поэтому я, не спрашивая его мнение, упала прямо на землю и мгновенно вырубилась, а парень остался сторожить мой покой и сохранность мяса от нападений хищников.
Позднее, когда все, даже поздние птицы стихли, мы поменялись местами. Настал мой черед бодрствовать. Но, простояв от силы полчаса в карауле, я не справилась с накатившей усталостью и свалилась в глубокий и безмятежный сон, пропуская на этот раз очень важные звуки чьего-то приближения.
Глава 12.
Проснулась я от резкой и грубой тряски за плечо. Что-то несвязно пробурчала и кое-как разлепила веки. Но едва увидела перед собой расплывчатое лицо в обрамлении коротких белоснежных волос, оторопь как рукой сняло. Попыталась подняться, но чьи-то сильные руки еще больше придавили меня к земле, предусмотрительно завязанные на запястьях веревки натянулись. Только ноги остались свободными.
– Быстро ты нашла себе партнера, – задумчиво пробормотал Альпин, поворачиваясь в сторону Кристиана. – А я то думал, куда это ты так побежала, даже попрощаться забыла. А ведь я искал, с ног сбился, дворец на Анастасию оставил. И ты прекрасно понимаешь, чего мне это стоило.
Он жестким рывком поставил меня на ноги. Неуловимо провел пальцами по щеке, кончиками касаясь уголков губ и уводя руку к виску. Я не смогла удержаться и дернулась в ответ на его движения, пытаясь отодвинуться как можно дальше. Прикосновения причиняли почти физическую боль.
Король хмыкнул и махнул рукой. Тот, кто стоял за спиной, вновь кинул меня на землю, так, что комья грунта щедро забились в рот. Я хотела сплюнуть жижу, но еще сильнее окунулась лицом в грязь. Краем уха уловила едва сдерживаемое рычание Кристиана и мысленно взмолилась всем возможным богам, чтобы Альпин даже не подходил к нему. Почему-то только одна мысль, что парню могут нанести увечья, мешала мне дышать и связно мыслить.
Но всевышние моим просьбам не вняли: я услышала удаляющиеся шаги. Мой спутник громко закричал после характерного хруста суставов. Я вторила ему и начала яростно вырываться из сдерживающих меня пут. Но очередной рывок вверх заставил передумать, когда ухо опалил горячий шепот:
– Виктория, хватит. Ты ничем не поможешь своему парню, так что сиди спокойно. Иначе тебе самой же будет хуже.
Мои глаза удивленно распахнулись, когда в раздавшемся едва слышном голосе я узнала Марка.
– Но… почему… ты меня… так крепко… держишь? – пробормотала я, кое-как выдавливая из себя по одному слову. – Ты…вроде…был…другого мнения…
– Я же говорил тебе, – измученно вымолвил он, отворачиваясь в сторону, где Николас держал Кристиана за плечи одежды, а белоголовый король выворачивал ему конечности, – Я служу Альпину, моему единственному Величеству. И пока не подул ветер перемен, я не дам усомниться в преданности. Но едва пойму, что ты сможешь ему противостоять, без раздумий перейду на твою сторону. До того времени не жди от меня никаких поблажек. Для всех остальных мое хорошее отношение к тебе осталось и умерло в замке. Несмотря ни на что, я буду четко исполнять приказы, какими бы суровыми они ни были.
Я сдавленно захрипела от плохо сдерживаемой магии Марка и тоже отвернулась в сторону. Кристиан стоял на коленях в луже крови, штаны уже пропитались до самых лодыжек, но ран на нем не было, слишком быстро все затягивалось. Ник заломил руки пленника назад, а Альпин приставил к его горлу нож и прошипел:
– Кто ты такой?
Но тот даже не поднял голову, лишь сплюнул мужчине под ноги и хрипло рассмеялся.
– А ты? Самозванный людской король-крылат? Твоя слава слишком быстро распространилась по общине, как бы ты ни старался ее скрыть. А сейчас пытаешься вывезти свое смазливое личико за мой счет? Смешно. Ты прекрасно знаешь, кто я. К тому же, не твой подданый, чтобы подчиняться.
Альпин зарычал, явно выведенный из себя этими словами, и со злостью полоснул коротким ножичком пленника по лицу. На щеке мгновенно разлился кровавый лепесток, который спустя несколько мучительно долгих секунд затянулся без следа. И едва король успел вновь занести руку, чтобы нанести очередной удар, я надрывно закричала:
– Стой! Альпин, что ты хочешь?
Мужчина опустил оружие и с едкой ухмылкой повернулся ко мне, подходя почти вплотную.
Рубашка пропиталась кровью Криса, от слегка железного, тошнотворного запаха которой почти вывернуло на ботинки стоящего передо мной. Правда, в животе уже сутки ничего не было, поэтому выворачивать к тому времени было нечем, даже если очень сильно захотеть. Я кое-как нашла силы и заставила себя поднять голову, чтобы посмотреть в зеленые глаза, в которых я столь недавно тонула, словно в омуте, а теперь ненавидела.
– Чего я хочу? – он сделал вид, что размышлял над очень важным вопросом. – Я хочу, чтобы ты вернулась в замок.
– Но зачем? – закричала я, тщетно дергая путы. – К чему это, если я все равно должна была скоро уйти?
– Ты же моя любовь, – прошептал он, едва касаясь своим носом моего, – то, о чем говоришь, действительно скоро бы произошло, но на моих условиях. И вернуться ты тоже должна была по моему плану. Но раз ты не хочешь, раз предпочла отправиться в путешествие без моего покровительства, так тому и быть, я препятствовать не буду.
Я почти облегченно выдохнула, наивно полагая, что наши мучения на сим окончены, но следующие слова заставили меня вздрогнуть и внутренне сжаться.
– Дай мне его, – жестко произнес Альпин, вытягивая руку в сторону моего стража, и Марк безропотно протянул ему один из своих ритуальных ножей, которые, хвастаясь, не так давно показывал в тренировочном зале. Я взвыла и яростно начала выдирать руки из цепкой хватки. Бежать, бежать! Мне нужно бежать, пока не случилось непоправимое!
Благостная улыбка Альпина превратилась в безумную. Без колебаний он в очередной раз за встречу занес руку, но теперь уже надо мной, и прошептал в самое ухо так, чтобы никто, кроме меня, его не услышал:
– Но я оставлю подарок на прощание. Так сказать, явное напоминание, что ты навсегда, несмотря на препятствия, останешься моей.
Легкое касание губами мочки, пронзительная дрожь и мурашки по телу. Нож вонзился в плоть, будто в растаявшее масло, разрезая сухожилия, словно бумагу.
