Текст книги "Заклинательница Теней (СИ)"

Автор книги: Катерина Мороз

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 27 страниц)

Глава 29. Дернешь за ниточку – порвется

Вечерело. Мрак наползал на скалы быстро, стремительно. Пасмурный день как-то мгновенно перерос в сумерки и потемнел. Мы двигались по узкой горной тропе: слева -отвесная скала, справа – обрыв, такой острый, такой темный, что кровь стыла в жилах. Копыта тени мягко, нарочно медленно и аккуратно поднимали нас вверх. Шестеро путников – я, Александр, Габриэль, Азхар, Беатрис и еще один суровый колдун сарацинец – Иллир.

– Vendi i mallkuar, – выплюнул сквозь зубы Азхар.

Я плохо знала сарацинский, но, кажется, это означало что-то про проклятое место. Покосилась назад на недовольного мужчину, тот ссутулившись, вглядывался в непроглядный мрак обрыва, шепча себе нос. Ругательства. Место действительно было жутким, ни ветра, ни пения птиц, только леденящая душу тишина.

– Не думала, что в солнечном Гааге есть такое место, – шепнула я Александру, слегка повернув к нему голову.

Мы снова ехали вдвоем на Тени, та невозмутимо выполняла любые приказы своего хозяина. Хоть я и сказала тихо, плечи едущей впереди Беатрис дернулись. Ей тоже было не по себе в этом путешествии. Самым первым ехал молчаливый Иллиар, он вел нас к ущелью на границе с морем и Сарацином. Между скал, сосен и бушующего моря находилась пещера паучихи.

– Погода портится, – сказала Беатрис, не поворачиваясь, – Зло путается с погодой, дует с Сарацина.

Снова ругательства от Азхара.

– Жители Гаага построили город много веков назад, это ущелье называют ущельем тишины. Оно и его обитатели живут своей жизнью и жили так всегда. Зло, которое несет Морригана – уничтожает все подряд, не разбираясь, слепо следуя цели своей хозяйки. Зло, обитающее здесь, живет само по себе, не трогая никого, пока не тронут его, – сказал Александр.

– Хм, – хмыкнула Беатрис, – Тебе не кажется, что нас слишком мало для такого «зла»?

– Ты собралась устроить тут резню? – удивленно спросил он.

– Конечно, нет, – ответила рыжая, да так, что я прям смогла представить, как у нее закатились глаза в раздражении.

– Тогда тебе нечего бояться, все под контролем.

– Посмотрим, Инквизитор.

Через минут тридцать мы, наконец, свернули с опасной тропы и уперлись в непроходимый бурелом.

– Дальше пешком, лентяи, – буркнул Азхар, слезая с лошади и оставляя ее на опушке леса. Он нежно погладил кобылку по морде, та лизнула пальцы хозяина языком. Нежность и Азхар было для меня чем-то новеньким.

Лошади недовольно фыркали, были копытом по камням, им явно не нравилась вынужденная стоянка в таком неспокойном месте.

– Далеко отсюда пещера? – полюбопытствовала Беатрис.

– Пару километров идти, – ответила Габриэль, которая молчала всю дорогу. Сейчас она проверяла свой клинок, а заметив, что я ее разглядываю как-то нервно дернулась и схватилась пальцами за укрытую легким платком шею. Отвернулась.

– Бывала там? – продолжила вопросы Беатрис, не отрывая взгляда от красавицы.

– Конечно, я же в разведке, – надменно ответила та, даже не удостоив рыжую взглядом.

Вежливость и две эти дамы – несовместимо.

– Я бы хотел, чтобы ты подождала здесь вместе с Азхаром, – шепнул мне на ухо Александр.

Я недовольно посмотрела на него:

– Не собираюсь я отсиживаться тут.

– Я же сказал, я бы хотел, – усмехнулся Александр, – Будь внимательна, Дейдре.

– Конечно.

За Александра я не боялась, была уверена в его способностях, в его опыте, поэтому, накинув капюшон, последовала следом за Габриэль, которая повела нас сквозь чащу.

– Никакой магии, господа, – сказал Азхар и двинулся за Габриэль, – И не шуметь.

В этом темном, чахлом, но густом лесу, с покореженными осинами и низкими сосенками, облепленными туманом, было нестерпимо тихо. Уверенные шаги ломали ветки, шуршали сухие листья. Он становился все гуще и гуще, поэтому через несколько минут сквозь колючие ветви кустарников прихошлось продираться, обдирая до крови ладони.

Деревья в тусклом свете луны изо всех сил вытягивают свои сухие ветви, точно тянутся ко нам крючковатыми пальцами, а с макушки могучей ели вдруг срывается и взмывает вверх, растворяясь в густоватом сером тумане ночи, большой черный ворон. Его карканье заставляет вздрогнуть и поежиться.

Воздух был влажный и тяжелый, надвигалась гроза. На хмуром небе вспыхивали молнии, ветер становился прохладным. Луна почти скрылась за наползающими грозовыми тучами.

Лес закончился внезапно, он был похож на стену, которая отделяла и предупреждала путников, что место на эту опушку перед пещерой им заказано. Пещера оказалась маленькой, темной и совершенно неприметной, окруженная отвесными скалами и лесной чащей. Если б не устрашающая картина вокруг в жизни бы не обратила на нее внимание.

– Что дальше? – тихо уточнила Беатрис.

Ее поза и отрывистые движения тела говорили о напряжении.

– Нам нужно… – начала Габриэль, но ее перебил Инквизитор, подняв руку.

– Я пойду первый и все проверю, вернусь и возьму несколько колдунов с собой. Возможно, мне понадобится помощь. Габриэль, – его ледяной взгляд поймал девушку, – Безопасный коридор готов?

– Конечно, вчера проверяла, его не тронули.

– Оставайтесь тут.

Александр скрылся в пещере, а Габриэль почему-то повеселела. Мерзкая ухмылка украсила ее красивое лицо девушки.

– Чего веселишься? – прямо спросил Азхар.

Они почему-то оба оказались рядом со мной, слишком близко. Я нахмурилась и переводила взгляд то на мужчину, то на девушку.

– Видимо, нужно рыдать и бояться, чтобы ты не обращал на меня внимание, Азха-ар, – ядовито протянула Габриэль, потягиваясь как кошка, – Но это не про меня. Зачем ты вообще увязался с нами, сарацинец?

– Тебя позлить, ведьма.

Красивые большие глаза брюнетки сузились, веки с пышными ресницами дрогнули, всего два шага и Габриэль поравнялась рядом со мной.

– Ну, попробуй.

И тут произошел какой-то ураган из ее рук. Одна рука взметнулась вверх и Азхар отлетел в сторону, с силой ударившись о камень стены пещеры, кажется, я даже слышала, как хрустнули его кости. Вторая рука брюнетки сорвала с шеи безупречное ожерелье и бросила в сторону. Ее губы шепнули какое-то заклинание и над нами дрогнул воздух.

– Дейдре! – взвизгнула Беатрис и бросилась ко мне. Но, сделав несколько шагов, с силой врезалась в невидимый купол и отлетела на землю. По куполу прошлась голубая мерцающая рябь. Краем глаза я увидела, как Иллир пытался привести в чувство Азхара.

– Попалась, девчонка, – прорычала Габриэль, вытаскивая свой клинок.

– Какого черта, Габриэль?! – спросила я, обнажая свой клинок и вставая в боевую стойку.

– Как же трудно поймать тебя одну, Александр вьется вокруг тебя как уж.

По телу пробежал озноб. Коридор для Александра готовила Габриэль. Александр ушел туда один, он доверял ей. Но кто же она? Зачем делает это?

Я зашипела в ответ и щелкнула пальцами.

Языки пламени взметнулись прямо перед ее идеальным носиком и рассеялись.

Колдунья мерзко расхохоталась.

– Дура, это не поможет.

Я попятилась назад и резанула клинком мерцающий купол. Сила купола ударила клинок с такой силой, что у меня задрожала сначала рука, потом все тело, я едва не выронила единственное оружие.

– Никуда не денешься, пока я не разрешу.

Я увидела за ее спиной Беатрис, она что-то кричала Иллиру, Азхар все еще лежал неподвижно. Но я совершенно их не слышала, мы были в какой-то вакууме, куда не проникал никакой посторонний звук. Иллир бросился к пещере, но Беатрис остановила его, тыча пальцем в Габриэль. Иллир остановился и раздумывал над словами рыжей.

Умница Беатрис.

– Что тебе нужно от меня?

– А ты не догадываешься? – она медленно склонила голову на бок, не отрывая от меня своего взгляда, точнее от гребня, который крепко держал мои волосы на затылке, – Я думала ты умнее.

Я призвала тень, но она не отозвалась. Абсолютная тишина. Ни магии, ни тени. Я в ловушке.

Кровь в моих венах бурлит с такой силой, что я слышу, как она с шумом бьется в висках. Бум. Бум. Бум. Думай. Бум. Бум. Бум.

Ее убийственный взгляд пронзает меня насквозь. Она делает шаг в мою сторону, заточенный клинок в ее руке. Поза охотника. А я, значит, добыча.

– Ты ничего не получить, Габриэль, – смазано бросила я, крепче сжимая клинок.

Я не тренировалась полноценно несколько месяцев, больше читала, изучала фолианты и заклинания. Габриэль сильнее и быстрее меня, мне не выбраться из купола, пока она меня не отпустит. А она, скорее всего, не собирается это делать. Габриэль пошла на отчаянный шаг, предала Инквизитора, открыла свое нутро перед остальными.

Что это было, такое огромное? Предвкушение и страх битвы оживляли внутри меня какую-то силу. Происходящее, напоминало черную пропасть в пещере и нет пути назад.

– Это мы еще посмотрим.

– Ты убила Анжелу?

Она передернула плечом, скривилась.

– О, нет, – хихикнула она, – Эта пустышка слишком много болтала, выдала себя и ее кто-то прирезал.

– Выдала себя? О чем ты?

– А-анжела, – продолжает ворковать стерва, как будто ничего нет важнее, как оскорблять и унижать всех вокруг, – Работала со мной, но ее длинный язык привел ее к совершенно иному пути. Девчонка должна была привести тебя ко мне, вместе с осколком зеркала Седны. Если сблизиться с Александром он становится таким предсказуемым. Ты быстро умудрилась приковать к себе все внимание. Но ничего, вот мы здесь, и никто тебе не поможет.

Анжела. Моя Анжела. Не может быть.

– Ты лжешь, стерва! Анжела никогда бы так не поступила! – зарычала я в ответ.

– Ну да, ну да, – губы красавицы кривятся в усмешке, – Это же такой подарок быть вечной мелкой пешкой в руках Инквизитора, выполнять дурацкие поручения. Всегда мечтала выбирать шторы для гостиной Короля! Как и Анжела, безусловно. Твоя Анжела та еще мразь. Она мне нравилась.

В ее голосе явно было обида. Ведь она помогала во дворце Госпоже Кернер.

– Рожденная быть пешкой, так ей и останется, Габриэль, – едко сказала я, – Просто сменишь себе хозяина. Морригана действует только в своих интересах. Твоя личность и твои потребности ее вряд ли интересуют.

– Что ты говоришь? Больно много ты знаешь о ней. Кстати, ее предложение еще действует. Присоединяйся к ней. И ты получишь все и даже больше. Но теперь есть небольшое условие. Совсем крошечное.

– И какое же?

– Убить их, – она махнула рукой в сторону Беатрис и Иллира. Кажется, Азхар начал приходить в себя, – Вместе мы справимся весьма грациозно.

– Ты сумасшедшая, Габриэль. Ты так легко относишься к лишению жизни, в тебе нет ничего хорошего, ты не достойна этой жизни.

– Чудесно, – сморщила носик Габриэль

Габриэль двинулась на меня. Ее лицо стало кровожадным с каким-то диким ненормальным восторгом. Чтобы бы ей не пообещала Морригана, она была готова на все ради этого. Я стала двигаться по кругу ближе к ней, не давая прижать меня к незримой стене.

Что-то сверкнуло прямо над нашими головами, затем глухой раскатистый звук. Гром. Просто замечательно. Не хватало еще месить грязь во время размахивания клинками.

Габриэль сделала выпад. Она била сильно, резко, так, что я отскочила назад. Улыбка на ее лице стала шире. Она уверена в своих силах, надо придерживаться этой тактики. Пусть думает, что я ее боюсь.

Шаг, назад, поворот, мой апперкот. Габриэль качнулась на пятках, но не упала.

Кап. Кап. Кап. Зарядил дождь. Крупные капли летели сквозь магический купол.

Я следила за Габриэль и медленно уводила ее в ту сторону, где в серой примятой траве валялось ожерелье.

Не смотри на ожерелье, Дейдре, не смотри!

Мы ускорялись и ускорялись, почти превращаясь в тени, и уже не в силах были говорить. Блок, разворот, звон стали. Габриэль сделала ложный выпад левой рукой, одновременно целясь в мою грудь правой. Но я крутанулась вокруг своей оси. Звон, наши клинки встретились.

Воспользовавшись секундной заминкой, я нанесла удар клинком и располосовала ей плечо. Кровь брызнула на серую землю и тут же смылась проливным дождем, впитавшись в грунт. Габриэль зарычала и, не растерявшись ударила меня по лицу. Разворот и я бью ее в спину, та отшатывается. Совсем близко к ожерелью.

– Неплохо для недоучки, – плюется словами она и слова бросается на меня.

Резким движением вытерла лицо, одежды мгновенно отяжелели.

Шаг в сторону, блокировка, вялая атака. Габриэль отбивает ее. Рука, которой сжимаю клинок, дрожит от напряжения. Где-то совсем рядом маячит рыжая башка Беатрис. Снова атака стервы, мощная, с силой, с ненавистью. Удар. Я покачнулась, почти упала на скользкой земле.

Воздух обжигал и разрывал мне легкие. Этот поединок становился невыносимым, забирал силы со скоростью молнии. Еще немного. Ближе. Взмах клинка и я пригибаюсь к земле, уходя от удара. Я полностью перешла в защиту. Рано. Слишком рано. Апперкот и кончит клинка Габриэль рассекает мне щеку. Теплая кровь стекает по шее. Растерявшись, делаю несколько шагов назад. Удар и наши клинки скрестились. Разъяренное и уставшее лицо Габриэль прямо передо мной. Она полностью увлечена процессом, она думает лишь о том, как разрезать меня поперек. Делаю мощный удар, подножка, но Габриэль удержалась на ногах. Она бросается на меня, я уклоняюсь и, прицелившись, врезаю острый клинок прямо в ожерелье. Хлопок и вспышка. Купол над нами треснул и брызнул красивыми переливающими осколками прямо на голову, растворяясь в проливном дожде. Клинок Габриэль резко и больно входит в мою плоть чуть ниже ключицы почти по самую рукоять, совсем рядом с сердцем. Я задыхаюсь от боли. Мое оружие плотно вошло в землю. Дергаю его, слишком слабо, оно не поддается.

Кар! Ка-ар! Откуда-то взялся ворон, он пикирует прямо на меня, но я не могу ничего сделать. Боль сковала тело, дыхание сперло. Габриэль с силой вытягивает клинок из моего тела. Кровь смешивается с дождевой водой и грязью под ногами, пропитывает одежду. Тело мгновенно холодеет.

– Сука-а! – ревет предательница, замахиваясь кликом.

Дальше все произошло менее, чем за секунду. Беатрис прямо за Габриэль вскидывает руки и ворон взрывается, словно его разорвало изнутри. Нас обдало кровью, перьями и внутренностями. Откуда-то сбоку взялся пришедший в себя Азхар. Очень злой Азхар. Он резко переместился, взмахнул тонким клинком, словно серебристой плетью.

Голова Габриэль отделилась от тела и покатилась в сторону. Я видела, как сжались от ужаса зрачки красавицы, как померк свет ее жизни. Ее тело, так странно выглядящее без головы, рухнуло под тяжестью своего веса на бок и застыло.

– Дейдре…

Беатрис упала на колени рядом со мной, снимая с себя пояс.

– Перевяжи рану, – резко сказал Азхар над ухом, – Еще вот этим.

Их живые ловкие руки мгновенно пережали сквозную рану, из которой хлестала кровь. Они работали как единое целое, им не нужны были слова. Дождь застилал мне взгляд или он просто сильно помутнел. Я ощущала, как сильно мне стало холодно, кровь отлила от конечностей.

– Александр в ловушке, Беатрис, – прохрипела я, – Габриэль… Она…

Мне не хватало воздуха, хотя я дышала часто, быстро.

– Мы разберемся, все будет хорошо, – быстро сказала она, – Готово, гони, Азхар, если она умрет по дороге, я тебя убью, клянусь.

Рука Азхара взметнулась вверх и деревья повалились в сторону, открывая опушку леса, где мы оставили коней. Что-то зашуршало под ногами, мелкое, волосатое.

Азхар подхватил меня на руки, словно я весила как перышко. И помчался прочь.

– Ты догадывался… – выдохнула я, – Что Габриэль… Габриэль предательница.

– Догадывался, – отрывисто ответил мужчина, – Но она была очень осторожна, а догадки свои я мог засунуть себе в одно место. Krud!

От боли потемнело в глаза. Вдруг стало так темно и пусто. Кажется, я теряла сознание.

Глава 30. Маргарита

Сознание возвращалось медленно и неохотно вместе с болью. Каждый вздох пронзала острая боль в груди. Я не могла понять успеваю ли я сделать вздох прежде, чем вздрогнуть и остановиться дышать. Но я еще все ощущала, значит дышу. Свет. Слишком яркий свет, просачивающийся под веки, заставляющийся дёргаться ресницы. Уютное, привычное место взбудоражено, разрушается. Свет нарушил мой покой. Место страха заняла боль. Солнечные лучи, щебет птиц, свежий воздух шевелит невесомые шторы. Чьи-то шаги совсем рядом, кажется, кто-то разговаривает.

Резко открываю глаза, мою голову пронзает ослепительный свет, кажется, он проникает под кожу, заставляет сознание проясниться, осознать руки, ноги и тело в целом, а не только боль прямо над сердцем.

– Александр… – говорю я еле слышно.

Мне просто необходимо услышать его голос, знать, что он в порядке, что он где-то совсем рядом.

– Александр! – зову еще громче.

Память собирается из осколков. Габриэль, Азхар и Александр, спустившийся в пещеру. Пещеру, которую пропитала магией предательница.

– Ш-ш, Дейдре, все хорошо, ты в безопасности, – говорит такой знакомый и испуганный голос.

Прямо надо мной склонилась Мегги. Ее красивые волосы убраны в тугой пучок на макушке, миндалевидные глаза изучают меня, она встревожена. Вижу одежды лекаря, звон склянок и звук переливающейся жидкости.

И тут она произносит то, от чего я вздрагиваю:

– Александра тут нет.

Я резко сажусь, боль пронзает каждую мою кость, дыхание перехватывает, и я не сразу могу что-то ей ответить, слишком мало воздуха для слов.

– Тише! Тебе нужно еще немного отдохнуть, не делай такие резкие движения.

– Где Александр? – наконец выдыхаю я.

Мегги поджимает губы, бросает взгляд в сторону. Я смотрю туда и вижу бледную Беатрис. Она облокотилась на подоконник, сложив руки на груди. Смотрит так словно случилось что-то по-настоящему ужасное. Перевожу взгляд обратно на Мегги и вопросительно поднимаю брови, ожидая, наконец, четкого ответа.

– Он все еще там, – произносит Мегги, не отводя своего взгляда.

– Почему? – резко спрашиваю я.

– Мы думаем Габриэль предупредила паучиху, что мы идем и… И теперь он там в ловушке.

– Он не смог выбраться? – спрашиваю я, потом поворачиваюсь к Беатрис, – Ты серьезно, Беатрис?

– А похоже, что мне весело и я решила пошутить над тобой, Дейдре? – в своем обычной манере говорит Беатрис, – Там все в ее детях, пауках, они не подпускают к пещере и не да дюйм.

– Он же жив? – кажется, мой голос дрожит.

– Я не знаю.

– Нужно что-то делать! Сколько я здесь провалялась.

– Всего одну ночь, вы быстро поправляетесь, – внезапно встрял в разговор лекарь, – Выпейте, это обезболивающее.

Лекарь сунул мне под нос очередную вонючую жидкость, быстро выпиваю, чтобы он отстал и продолжаю:

– Что мы будем делать?

– Ты останешься тут, Дейдре, мы разберемся с этим, – резко отвечает Беатрис.

Я злобно на нее посмотрела и свесила ноги с кровати. На мне была свободная ночная рубашка. Я хотела встать, но передумала. Меня затошнило, голова закружилась, и я недовольно посмотрела на Беатрис:

– Кто-нибудь там остался?

– Азхар и целая толпа колдунов, но он сказал через призму, что тихо не получится. При попытке пройти их атаковала целая куча пауков.

– Я могу перенести многих колдунов прямо к пещере, у нас будет эффект неожиданности, – предлагаю я.

– Ты потеряла много крови, на ногах даже не можешь стоять, – сказала Мегги, оглядывая меня с ног до головы.

– Пусть лекарь даст мне что-нибудь! – возмутилась я и посмотрела на надменного врачевателя, который сложил руки на груди и молча слушал разговор, – Когда я поправлюсь?

– Через три дня, – спокойно ответил на вопрос лекарь.

– Слишком долго.

– Вы спросили – я ответил, – томно пробубнил лекарь.

– Пойду так, – фыркнула я и попыталась встать.

Ноги почему-то стали ватными, колени подогнулись, и я, почти, упала, но Мегги вовремя подхватила меня и сильными руками усадила обратно на кровать.

– Дейдре! Не веди себя, как ребенок! Ты могла умереть! – возмутилась Мегги, падая на колени, чтобы наши лица были на одном уровне, – Когда Азхар привез тебя, ты едва дышала! Не делай глупости!

– Я не буду тут просто лежать и ждать! – огрызнулась я, высвобождаясь из ее рук, – Где гребень?

– Там.

Мегги махнула рукой на тумбочку у стены, гребень лежал среди пузырьков и больничных склянок и выглядел совершенно не к месту.

Взмах рукой и ветер ворвался внутрь через окно и закрутил гребень, не трогая другие вещи и через секунду он был у меня в руках. Осторожно пригладила растрепавшиеся волосы и заколола гребень на макушке.

– Габриэль играла в тихую, если Александр не смог выбраться, то можешь себе представить, что будет с остальными? – спокойно сказала я, – Ожерелье я разбила, с помощью его она создала безмагический купол, больше ничто не сможет удержать меня от тени. Кстати, где оно?

– Его изучают, – сказала Беатрис, – Оно оказалось очень любопытным и пропитано магией Морриганы. Ты его, кстати, разбила, но не до конца.

– Дейдре, – Беатрис оттолкнулась от широкого подоконника, на котором сидела и подошла ближе, – Что тебе сказала Габриэль? Вы с ней словно провалились в тишину, были и одновременно рядом с нами и как бы отдельно.

– Это действительно так важно сейчас? – недовольно спросила Мегги.

– Да, это очень важно, она предательница, Мегги!

Мегги глубоко вздохнула, но промолчала, на ее лице читалось раздражение в вперемежку с беспокойством. И мне было непонятно, что именно ее так беспокоит. Я вцепилась в нее взглядом, но девушка просто отвела взгляд, не желая слушать мой немой вопрос.

– Дейдре! Прием!

– Что?

– Я задала тебе вопрос, вообще-то.

– Как я поняла, она была в сговоре с Морриганой и уже очень давно. И, что самое важное, она не единственная. Габриэль утверждала, что Анжела была с ними.

– Кто?

Я закатила глаза. Ну, конечно, Анжелу знает тут только Мегги, но та так странно НЕ отреагировала на мои слова, что я переключила все внимание на нее.

– Почему это тебя совсем не удивило, Мегги? – осторожно спросила я, – Мегги?

Мегги повернула ко мне невероятно бледное лицо, одни только глаза, темные и печальные, чернели на фарфоровом лице.

– Так, так, так, красотка, – протянула Беатрис, вставая напротив Мегги. Весь вид Беатрис говорил о полной боевой готовности: упор на ноги, приподнятые руки и сжатые зубы, – Говори, что знаешь или пожалеешь.

– Не смей угрожать мне, – сквозь зубы проговорила Мегги, становясь напротив рыжей колдуньи.

Обстановка в комнате накалилась, и лекарь мигом позвал стражу, те ввалились в помещение больничного крыла и облепили нас словно мухи.

– Мегги, ты пугаешь меня, – сказала я.

И она действительно пугала. Она была одной из тех моих друзей, которых я знала только настолько насколько они сами позволяли. Не больше не меньше. Я так мало знала о ней, что мысль, что Мегги причастна к Габриэль не казалась мне такой уж и абсурдной.

– Мегги! – воскликнула я, мой голос почти сорвался, – Прошу тебя! Ответь!

– Дамы, прошу без истерик, – проговорил такой знакомый голос Стефана Радуто, – Нашей больной нужен покой, а не дуэль.

Мужчина вальяжно вошел в комнату, в своем идеальном белом костюме, с тростью, которая теперь была нужна не для антуража и магических штучек, а потому что он действительно прихрамывал. Шрам на лице не уродовал его, а наоборот добавил еще больше загадочности. Загорелое лицо была абсолютно спокойно.

– Выйдите, – потребовал он от стражей, те мгновенно вышли из комнаты и как будто стало больше воздуха.

– Ты еще кто? – огрызнулась Беатрис.

– О-о, – протянул Радуто, разглядывая рыжую колдунью, – Меня зовут Стефан Радуто, я наставник в Большом дворце, один из советников Короля и Инквизитора. А как твое имя?

– Беатрис Северлинус, – сквозь зубы прошипела та, – Я служу Инквизитору Александру и больше никому.

– Северлинус значит, – Радуто задумчиво потер подбородок, – Летицию Северлинус знаешь?

– Знаю, – ехидно ответила я, сощурив глаза, – Это имеет значение?

Мне стало не по себе. Долгое время думала, что Стефан Радуто причастен к убийству Анжелы и Давида и теперь я не была в этом уверена. Пока они переговаривались, точнее перекидывались колкостями – Беатрис резкими, Стефан вежливыми, Мегги поставила передо мной поднос с чаем.

– Выпей, это вкусно, не то, что отрава лекаря.

Лекарь, кстати, ретировался и решил пока не возвращаться.

Я обхватила пальцами горячую чашку и с опаской покосилась на Мегги.

– Да не отравлю я тебя, успокойся уже, – недовольно пробурчала та в ответ на мой взгляд.

Какими бы не были наши отношения с Мегги, я знала ее с раннего детства, знала практически всю жизнь, и она никогда не делала мне ничего плохого, подругами мы не были, но и врагами тоже. Я чувствовала родство душ, ощущала кожей, что девушка никогда не предаст меня. Я сделала небольшой глоток.

– Вкусно? Азхар научил делать такой чай, – гордо призналась Мегги, – Сарацинский рецепт.

Я подтвердила довольным мычанием, отхлебнула чай. Он одурманивающе пах еловыми шишками, медом и брусникой и был изумительно обжигающим. Затем покосилась на Радуто, который уже с интересом разглядывал меня, закончив знакомство с Беатрис.

– Ну и? – нетерпеливо спросила Беатрис.

– Я доверяю Беатрис, нечего так смотреть, – сказала я, обводя взглядом нашу скромную компанию.

– Славно, славно, – сказал Радуто, присаживаясь на стул, трость он прислонил к моей кровати, – Начнем по порядку. Что ты знаешь о семье Мегги?

– Я? Да ничего, они были еретиками и все.

И то она рассказала мне это совсем недавно.

– Маргарита всегда была под нашим чутким присмотром именно поэтому, – продолжил Стефан, – Она удивительно сильная, со стальным стержнем внутри.

Стефан посмотрел на Мегги с такой нежностью, что меня сильно удивило.

– Она мне почти как дочь, я всегда ее защищал и помогал. Но она сделала одну большую глупость тогда перед нападением.

Мегги сжалась словно замерзла, обхватила себя руками и смотрела куда-то в сторону, стараясь не встречаться ни с кем взглядами. Она выглядела измученной, нервной и бесконечно несчастной. От этого стало больно. Тогда я положила свою руку ей на плечо. Девушка вздрогнула и вытаращила на меня свои красивые глаза. Что-то внутри перевернулось. Она напоминала мне кого-то сейчас, так сильно, что мое сердце забилось быстрее. Мой разум пытался собрать пазл в голове, хватался за это ощущение, но никак не мог собрать картину воедино.

– Я искала предателя, Дейдре, – тихо произнесла Мегги, – В Аркеше вечно кто-то что-то скрывает и внезапно это ощущение стало нестерпимым. Я всегда была тихой, незаметной, нелюдимой. На меня никогда никто не обращал внимание, ведь все думали, что меня интересуют только мальчики. Я всегда поддерживала это мнение. Легкомысленную девчонку никогда не будут воспринимать всерьез.

– По моему указу она следила за некоторыми преподавателями и студентами, – вмешался в монолог Стефан, – Но иногда она сама выбирала жертву для слежки.

– Анжела меня насторожила. Упорная, надменная, которая жила ради получения «очков». Высокомерная выскочка. Она шныряла по углам, вела себя странно, с кем-то постоянно разговаривала по призме. Однажды мне удалось подслушать ее разговор. Она говорила с кем-то о тебе. Она думала, что ты та самая. Еще они обсуждали Аниту, ведь тогда было непонятно кто ее родители, а вы похожи между собой. Но Анита слишком слабая колдунья, поэтому внимание переключилось на тебя.

– «Та самая»?

– Да, сильная колдунья, которую кто-то упорно искал. Еще она сказала, что ты идеально подходишь под описание.

– Описание значит, – я нервно закусила губу, вспоминая как я похожа на своего отца Джеймса.

– А потом она пришла к тебе. И наговорила чуши про Стефана. Ты же не знаешь его так как знаю я. Хотя она описала именно свое странное поведение. Ты поверила, испугалась. Ты и так стала вести себя слишком замкнуто, дергано.

– Ошибка Маргариты в том, что она не пришла с этим ко мне, а решила разобраться сама, – расстроено сказал Стефан.

– Разобраться сама? – выдохнула вопрос я, – Что это значит?

По позвоночнику пробежали мурашки, ладони резко вспотели, сердце отбивало чечетку. Я уставилась на Мегги, а та продолжала говорить:

– Я… я, – заикаясь продолжила Мегги, – Я проследила за ней, она… У нее был безумный план, совершенно безумный! Она хотела выманить тебя из дворца, для этого нужно было сделать нечто ужасное… Они с Давидом убили соседку Анжелы и хотели свалить все на Стефана, а потом… Потом вы должны были бежать в ее имение совсем не далеко и подождать несуществующего дядьку, который работал на Короля.

– Что было дальше? – ледяным тоном спросила я.

Мегги испуганными глазами посмотрела на Стефана, тот лишь кивнул, чтобы продолжала.

– Говори, Мегги! – рявкнула я, все еще сжимая пальцами ее плечо.

– Я ворвалась туда, – выдохнула она, – Я.. Мы поругались, затем подрались.

– Ты убила ее, – констатировала я, – Убила Анжелу и Давида.

– У меня не было выбора.

– Выбор есть всегда.

– Я знаю, – подтвердила Мегги, – Но я поступила глупо, я думала… Думала, что поймаю ее, получу свои очки, докажу Стефану, что сгодилась! Но я поступила глупо, знаю!

Мегги перешла на крик. Испуганный, нервный. Это был крик о помощи. Но она никогда ни у кого не просила помощи.

– Они испугались, я испугалась, мы серьезно подрались, я не думала, что этим все закончится…

– Ты убила Анжелу, Мегги! – я даже не заметила, что плачу, пока слезу не начали течь по моему подбородку, я сбросила свою руку с ее плеча так резко, словно испачкалась в крови – Ты ее убила! А если они заморочили тебе голову?! Вдруг все было не так! Ты об этом не подумала?!

– Я знаю! Я все понимаю!

– Маргарита совершила глупость, Дейдре. Прошу, успокойтесь, – Стефан резко встал со своего стула между нами. Мегги тоже подскочила, сжала кулаки. Она плакала так же, как и я, только ее слезы были вперемежку с сожалением, а мои со злостью.

– Нет! Я не буду успокаиваться! Я думала на Вас, Стефан! Я вас боялась! Я стала бояться всех! Я ее оплакивала! Думала о ней каждый день, ее лицо до сих пор стоит у меня перед глазами! Как так можно! Это же человеческая жизнь!

– Я и не думала, что ты поймешь меня! – закричала на Мегги, – Я пыталась тебя защитить, пыталась защитить свой дом!

– Да я, оказывается, тебя совсем не знаю, Мегги! Откуда мне знать, что сейчас ты не лжешь!? А!?

– Дейдре, прошу тебя, – жалобно проговорил Стефан.

– Ну уж нет! Вы все тут держали меня за полную дуру! Все вы! – крича, я подскочила с кровати и тыкала пальцами в них, – Я же не немощный котенок, я могла помочь! Каждому! Но вы сделали другой выбор.

Я резко развернула Мегги к себе лицом и прорычала:

– Кем были твои родители?

Мегги застыла, кажется, она даже перестала дышать. Ее зрачки испуганно расширились.

– Давай же, хоть раз скажи правду, будь тем, кем ты так усиленно претворяешься, – едко прошептала я, – Будь храброй.

– Хочешь знать правду, – хрипло вполголоса сказала она, – Хорошо.

Затем Мегги бросила злобный взгляд на Стефана, который устало потер переносицу пальцами.

– Ты – лишь часть плана моей матери. Сосуд с силой суккуба и заклинателя теней. Я – такой же сосуд, такой же план. Я должна была принять твою силу и служить Морригане. Сама она никогда не смогла бы поглотить такую силу, ее тело на это неспособно. Поэтому ей нужна была ручная собачонка. Я. Но я сбежала, пока она искала тебя. А потом и ты исчезла, растворилась. Сложно найти ребенка, чей магический след стерся.