Текст книги "Заклинательница Теней (СИ)"

Автор книги: Катерина Мороз

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 27 страниц)

– Мы обойдём периметр, соберём остальных, – громыхал Маль, – Дейдре выведет вас к реке Шила, примете оборонительную позицию, на рассвете отправляемся дальше.

– Куда?! – проревели солдаты в унисон.

– Узнаёте. Среди нас предатели, помните об этом.

Такой план был мне больше по душе, а не слепое спасение собственной задницы. Я развернула лошадь, и мы помчались вперед. Огненные шары разбивались о наш купол и, раскалённой лавой, стекали по бокам, сжигая землю и все вокруг. По телу струился пот, глаза жгло от дыма, Анита держалась крепко за меня и только это напоминало о том, что она все ещё здесь. Я была максимально сконцентрирована, за мной ехали полтора десятка человек и должна была держать оборону на всех. Я была для них спасительным щитом и сжимала поводья до боли в пальцах, пытаясь не потерять концентрацию, атаки продолжались, а силы истощались. Никогда не была так измотана и испугана как сегодня.

Снова протяжный звук рога. Подняв глаза к небу, поняла, что атака сконцентрирована на нас, замок оставили в покое. Маль сможет быстрее всех собрать. Но что делать нам.

– Они идут за мной, – всхлипывает за моей спиной девушка.

Нет времени выяснять, о чем она говорит. Останавливаюсь. Нужно спасти остальных и если они действительно атакуют именно Аниту, то нужно разделиться. Сделаю крюк, буду держать им щит какое-то время, если не поможет, вернусь к ним и будем отбиваться дальше.

– Ты! – указываю на мужчину ближе ко мне, – За Главного! Веди к реке всех, отвлеку их внимание на себя, их шаров слишком много.

Повторять не потребовалось, они поскакали дальше, я свернула вправо, какое-то время я смогу держать их щит. Этого должно хватить, чтобы скрыться в лесу. Сейчас на маковом поле, мы были как муравьишки на ладони.

И Анита оказалась права, шары преследовали только нас. Мы спасли остальных, но нас спасать некому. Снова рог. Мерзкий, давящий звук. Шары замедлились и, внезапно, стали соединяться один в один, превращаясь в огромный вулкан над головой. Жар был такой силы, что стало нечем дышать, мы были мокрые на сквозь от пота, меня стало колотить от страха. Я не выдержу такой удар, что делать?!

– Дейдре, Дейдре!

Анита молилась и повторяла мое имя снова и снова. Галлиган не готовил меня к такому, никто не готовил. Что мне делать! Мысли хаотично скакали, не выдавая ни одну адекватную идею.

Невыносимый жар сжигал легкие, я удушающе закашлялась. У нас есть всего несколько секунд.

Туман. Повернула голову и увидела, как он нёсся с нами сквозь ярко красные маки, он нёсся вместе со мной, таким большим и четким он ещё не был никогда. Ведь мой страх еще не был таким ужасающим и настоящим.

– Анита, нужно прыгать! Верь мне!

Верь мне, Анита, ты либо выживешь либо погибнешь моментально, не почувствуешь ничего и самое страшное в твоей жизни – текущее мгновение.

– Что?!

– Ни за что не отпускай меня, чтобы не случилось! Держись за меня! Держись!

Я наклонилась вбок, Анита следом.

Воздух исчез, только огонь над головой. Только бы успеть!

Лошадь сходит с ума, она неуправляемо несётся вперёд, игнорируя мои поводья.

– На счёт три! Три! – кричу я, мой голос тает в свисте огненного шара, который почти размазал нас по маковому полю.

Я отталкиваюсь от бока лошади, Анита следом и мы летим вниз, тянусь за туманом, Анита визжит так громко, что я не слышу больше ничего, только ее визг в ушах, только туман в глазах. Мы влетаем в него без возможности замедлиться. Жар пропадает, мы погружаемся в жутко влажный холодный воздух и, наконец, достигаем земли. Я падаю лицом в твёрдый шершавый горячий пол, Анита приземляется на меня.

Глава 9. Правда больно бьет

Жара нет, есть только тёплый свежий воздух. Со свистом втягиваю его, легкие горят, тело пылает от жара. Анита хрипит и перекатывается на землю, чтобы я могла, наконец, продышаться. Кашляю, лёжа на спине и смотрю на яркий свет, бьющий мне в глаза. Ещё ночь, но этот свет не солнце, а волшебный свет, хотя выглядит странно. Ночная тишина сдавливает уши после какофонии криков и ударов магии.

– Где мы, Дей? – хрипит Анита сбоку от меня.

Перевожу на неё глаза: худенькая заплаканная девушка сидит на коленях и трясётся от страха, слёзы беззвучно текут по ее щекам, она сжимает в руках подол испорченного когда-то белого платья, ее плечи опалены, волосы торчат в разные стороны, местами подгорели.

Чувствую себя желе, которое нам готовили в детстве на завтрак. Руки и ноги потряхивает, а я все ещё лежу. Что же будет когда встану на ноги.

Тяжело поднимаюсь на локтях и оглядываю место. Какая-то богатая деревня: ухоженные большие домики по краям от дороги, выложенной булыжниками. Домики утопают в цветах и зелёных растениях. Цветы простые, не такие как мы привыкли видеть в замке – слишком простые, но все равно очень красивые. И странные столбы из какого-то металла, из него льётся неестественный желтый свет.

– Что за черт, – бурчу я себе под нос, стараясь встать на ноги.

Здесь явно что-то не так. Что это место?!

Недовольно морщусь. Я так сильно приложилась к земле, что голова готова разорваться на куски, а рана на лбу мерзко пульсирует. Касаюсь ее пальцами – кровь все ещё идёт. Меня тошнит от боли, но стараюсь держать себя в руках.

– Здесь как-то… Не так как всегда… – шепчет Анита, продолжая сидеть на коленях.

– Можешь встать?

– Не знаю.

– Подыши немного, постарайся встать. Здесь может быть опасно.

Вместо неё начинаю дышать я. Тошнота не проходит, а только усиливается. Кажется, я слишком сильно ударилась головой.

– Ой, ой! Значит мне не показалось!

Резко оборачиваюсь на голос пожилой женщины. От этого в глазах заплясали мушки и меня стало пошатывать. С трудом держу равновесие и смотрю на женщину: на ней лёгкое платье в пол ярко красного цвета, на нем нарисованы фиолетовые цветы, рыжие кудрявые волосы тронутые сединой собранные в небрежный пучок, на носу маленькие круглые очки с цепочкой. На ногах открытые тапки, а ногти выкрашены в фиолетовый цвет. Женщина кутается в цветастый шарф, хотя на улице очень жарко.

Смотрю на нее как на чудовище. И не понимаю откуда такая чудачка могла появиться.

В ужасе отшатываюсь к Аните и продолжаю ее разглядывать. Она протягивает ко мне руку с длинными ярко фиолетовыми ногтями и очень мило говорит:

– Не пугайся, душечка, я вас не обижу! Ох, Великая Дакиня! Что же с вами произошло! – она хватается за голову и качает ей, рассматривая мое окровавленное лицо. – Вам нужна медицинская помощь, скорее заходите в дом, я вызову Мартина. Бедняжка, даже подняться на ноги не может!

Под ее причитания до меня, наконец, доходит что здесь не так.

– Магия. Ее здесь нет.

– Что? – шепчет Анита.

Она перестала плакать и теперь сидит, обхватив себя руками и раскачивается.

– Я не чувствую магию.

Тяжело сглатываю и напрягаю каждую мышцу: я ищу магию, но ее нет! Я похожа на пустую банку! Я пуста!

В ужасе качаю головой и отпрыгиваю от женщины как он огня, которая подходит к Аните и осторожно гладит ее по голове.

– Что это за место? Где моя сила? Кто вы? – мой голос срывается на крик, вытаскиваю кинжал из-под разорванного платья.

Женщина лишь спокойно качает головой и пытается помочь Аните подняться. Ее совершено не пугает мой кинжал, даже на него внимания не обратила. Она достаёт из кармана какую-то вещь, затем подносит ее к уху:

– Мартин, милый! Прости, что так поздно, но у меня ЧП! Мне нужна твоя профессиональная помощь! Нет, нет, я в порядке, но ты мне нужен, объясню все на месте.

Она убирает вещь в карман и, поддерживая Аниту, подворачивается ко мне:

– Не кричи, соседей разбудишь, потом долго будут сплетничать.

Хлопаю глазами как идиотка и больше не могу сдерживаться, меня выворачивает на изнанку прямо в ближайшие кусты. Наступило мимолетное облегчение, поворачиваюсь и вижу, как женщина усадила Аниту на скамейку перед домом в саду и теперь смотрит на меня печально, по-доброму. В ее глазах я читаю, что она понимает больше моего и ей жаль меня, искренне жаль.

Из глаз непроизвольно льются слёзы.

– Галлиган, – кричу я в небо, – Галли-на-ан! Ненавижу тебя! Ненавижу! Что мне теперь делать!

Женщина подходит ко мне чуть ближе, чувствую, что она боится меня ещё больше испугать. Ее тёплая ладонь ложится мне на плечо, аккуратно, нежно. Я стою и реву, мне больно, еле стою на ногах, ничего не понимаю, не чувствую ничего кроме страха и боли.

– Нам нужно вернуться.

– Конечно, давай только приведём вас в порядок, ты сейчас в обморок упадёшь.

Она поддерживает меня, потому что я действительно еле-еле стою на ногах, меня шатает, мысли путаются. Она ведёт меня к Аните, не сопротивляюсь, от неё веет добром и спокойствием, а пахнет сладким тестом. Кто она? Почему не испугалась нас?

Переводу взгляд на Аниту, в глазах которой застыл ужас и не понимание:

– Дейдре, на каком языке вы говорите? Ты ее знаешь?

Смотрю на неё и не понимаю о чем она. Я не заметила, как начала говорить на другом языке? Языки не мой профиль, скорее Аниты, я лишь знаю азы и никогда не могла без запинки изъясняться на другой языках и диалектах. Меня даже никогда не ругали за это, моя сильная сторона совсем в другом направлении.

Перевожу глаза на женщину. Она смотрит на нас с восторгом, будто мы пробудили в ней что-то забытое, что-то очень ее возбуждающее и это отнюдь не молодость сердца.

– Что? – тупо спрашиваю я и теперь слышу, что произношу это на другому языке.

– Что такое?

– На каком языке я говорю?

Женщина сначала хмурится, затем расплывается в добродушной улыбке, склонив голову на бок:

– На французском, конечно.

– Я не знаю этот язык, – я уже говорю на аркеронском.

– Ты на нем говоришь, Дей.

– Где мы? Что это за место? Как далеко отсюда Аркерон?

Я свободно говорю на французском языке и женщина меня прекрасно понимает:

– Мы во Франции, в городе Версаль. До Аркерона рукой подать, как и всегда.

Смотрю на неё и молча моргаю, ее ответ вообще мне ничего не дал. Не понимаю, что ещё у неё спросить, чтобы она дала более развёрнутый ответ.

Тут к нам подходит немолодой мужчина в очках и в простом летнем костюме, который выглядит не так ярко как у женщины, но так же странно. В руках у него увесистый чемоданчик.

– Бог ты мой! Что случилось?

Начинается какая-то возня, женщина заталкивает нас в дом, который не очень большой, но выглядит уютным. В большой помпезной гостиной, увешанной картинами и заставленной цветами в горшках, меня усаживают на кресло, а Аниту на диван. Лекарь осматривает Аниту и приходит к выводу, что у неё нет никаких повреждений, кроме сильнейшего стресса. Затем принимается за меня. Моя рана на лбу требует, чтобы ее зашили, а тошнота и вернувшиеся позывы к рвоте говорят о легком сотрясении. Он требует, чтобы меня доставили «больницу», но женщина, которую он называет Летиция, категорически против, она что-то долго ему объясняет, пока я лежу на диване и пытаюсь не отключиться. Анита снова плачет, держа на руках местного пушистого кота. Все вокруг настоящий сюр, кажется, огненные шары и бал были только в моей голове. Но с ума сходят по одиночке, а не в компании Аниты.

Лекарь Мартин долго хмурится, затем уступает Летиции и накладывает мне швы прямо в гостиной. От шока и адреналина ничего особо не чувствую и молча жду пока он закончит. Он выдаёт какое-то лекарство Летиции и даёт указание как его принимать, затем бросает взгляд полный детского восторга, прощается и уходит.

Летиция возвращается в гостиную с подносом чая и ягодного пирога, усаживается в кресло напротив и разливает чай по чашкам. Такое ощущение, что две свалившиеся на голову из ниоткуда девицы нормальная история для неё. Часы пробили за полночь, но в ее глазах только огонёк и ни капли сна.

– Меня зовут Летиция Ивелин. Я родилась в королевстве Аркерон и уже почти пятьдесят лет живу во Франции, – говорит она, дуя губами на горячую чашку.

Смотрю на неё с недоверием. Я вообще не знаю такую страну – Франция. Где она? И задаю более менее адекватный вопрос:

– Как мы сюда попали?

Ее брови удивленно ползут вверх, мой вопрос ее явно позабавил.

– Ну-у… Я уже лет тринадцать не видела и не слышала, чтобы пересекали миры, но, обычно, это делал Джеймс Беллигарде, он был для нас мостом и перенёс сюда не мало ведьм, которые не хотели служить ни одному Королю Большой Земли, включая Короля Аркерона. Моя мать – Беатриса сильнейшая ведьма, путешествовала туда-сюда регулярно, пока Беллигарде не исчез и моя мать застряла тут, – последние слова она сказала с сожаление и даже болью.

– Я коснулась тумана, и он затащил меня сюда, – призналась я.

Это было так унизительно произнести эти слова! Я что-то сделала, сама не поняла что и вот я здесь! Привет!

Мои слова ее явно шокировали, она молча откусила кусок пирога и подала чашку Аните, которая ни слова не понимала из нашего разговора.

– Хочешь сказать, ты сделала это случайно?

– Кто такая Морригана? – вместо ответа спросила я.

– Ох, – выдохнула она немного настроено, – Раз ты задаёшь этот вопрос, то столкнулась с ней, верно?

Я покачала головой:

– Не совсем.

Смотрю на свои руки, которые выглядят так, будто я их обожгла много лет назад. Никогда ещё моя магия не наносила мне увечья. Делаю глубокий вздох и говорю:

– Мы из Аркерона, ведьмы, служим Королю. Был бал, посвящённый дню рождения и на нас напали, мы оказались уязвимы и… И мне пришлось сбежать сюда, чтобы выжить.

Летиция внимательно слушает и закуривает самокрутку прямо в доме. Ее движения отработаны, размерены, она делает это так естественно и красиво, что я ловлю себя на мысли, что любуюсь этим.

– Столько лет прошло, а традиции все те же, – ее губы складываются в недовольную кривую улыбку, – Морригана ведьма, потомственная суккуба, она сильна и опасна. Но … Она много лет была в изгнании, ее силы иссякли. Не думала, что ещё услышу про неё.

– Я не уверена, что это была она. Это лишь предположение.

Летиция фыркнула:

– Очень сомневаюсь, что они беспочвенны.

– Что ей нужно?

Невероятно, но я, наконец, нашла человека, который отвечает на мои вопросы, а не увиливает от ответов. Это придало мне сил, настроение поднялось, боль ушла на втрой план.

Летиция замялась на мгновение, подбирая слова и коротко бросила:

– Ей нужен Бэл.

– Бэл? Бог солнечного света и огня?

Я нахмурилась, не понимая как связан Бэл и Аркерон.

Летиция кивает и продолжает:

– Да, она влюблена в него, но он сейчас не в этом мире и не в твоём. Как бы сказать, я сама не совсем понимаю … Это место, – она разводит руками, – В Аркероне называют механическим миром, он тесно связан с миром истока магии, в котором ты живешь, они переплетены магически, а Бэл и другие Боги не здесь и не там, они в дальнем мире, где способны выживать только такие как они. И Бэл, по какой-то причине, не желает явиться Морригане, хотя они были близки. Она одержима им и знает способ открыть двери миров. Но ох нельзя открыть и закрыть обычным колдунам вроде нее. Двери должны быть закрыты. Ты думаешь здесь нет магии, но это не так. Ее здесь даже больше, чем в мире истока магии, в твоём мире. Магия – как вода, течёт и течёт. Беллигарде говорил, что если она откроет двери насильно, то они откроются во всех мирах, – ее глаза сверкали от удовольствия, ей нравилось, что она может поделиться этой историей со мной, – Демоны смогут проникать и в наш мир и в ваш мир, это будет хаос. Магия механического мира не такая как в мире истока магии, если открыть двери, ее можно пить любому колдуну, кто знает чем это может кончиться. Да, да, не смотри так на меня, в механическом мире есть магия, хотя, на первый взгляд, кажется иначе. Не даром миры живут параллельно, но даже не подозревают о существовании друг друга.

– Сколько всего миров?

– Бесчисленное множество, но только наши тесно переплетены.

– Почему я смогла сюда попасть?

Летиция вся напряглась, нервно затушила давно погасший окурок и пристально вгляделась в мое лицо:

– Ты – Заклинательница теней.

– Кто? – я перебирала в голове все фолианты, которые успела прочесть во время обучения во дворце, но никогда не слышала о Заклинательнице теней. Либо Летиция мне лжет, либо это информация не предназначалась для общего знания.

– Ты можешь раздвинуть тень другого мира и проникнуть в него, – продолжала моя новая загадочная знакомая.

– Любого мира?

– Нет, только нашего, я же говорила, только они так сильно переплетены.

– Но как же…

Меня разрывало от накопившихся вопросов, в то же время доверять только словам этой женщины опасно.

– Допустим, но почему я об этом никогда не слышала? – тонкий намёк, очень тонкий, Летиция.

– Заклинателей теней почти не осталось, Беллегарде единственный известный нам. И всю свою жизнь он служил Аркерону, пока не сбежал от них. Почему, мне неизвестно. Он жил здесь, во Франции. Но где, я никогда не знала, он очень тщательно скрывался. Беллигарде мог пить магию механического мира, находясь между мирами, как и любой кого он брал с собой. Именно так моя мать стала такой… ммм, сильной ведьмой.

Сколько ещё секретов хранит королевство Аркерон?

– Где сейчас Беллигарде?

– Ах, Джеймс пропал много лет назад, – она тяжело вздохнула и покосилась на Аниту, которая отключилась прямо в кресле, – Поэтому твоё появление здесь взбудоражило меня, я думала это он. Когда он появлялся, по городу проскакивал разряд магии, мягкий, нежный, аккуратный. Ты же появилась сумбурно, резко, я даже испугалась.

– Вы сказали, что ваша мать регулярно путешествовала между мирами, зачем? – я не могла остановиться задавать вопросы, опьянела от ответов, которые никогда не давали мне в Аркероне так охотно.

– Чтобы переносить сюда ведьм, конечно же. Мы поклоняемся Богине Дакини. Она покровительствует просветленным ведьмам, которые не желают служить монархам и кому либо. Она дала нам благословение на убежище здесь, но только если мы останемся здесь навсегда. Беатриса находила таких женщин и мужчин и давала им убежище здесь, а Джеймс помогал. Но Дакиня узнала, что Беатрис пила магию механического мира и отреклась от неё. Теперь она сама по себе.

– И что же она теперь застряла здесь, раз Джеймс пропал?

– Ну, да.

– Она может здесь колдовать? А вы?

– Это механический мир, здесь практически нельзя колдовать. Я не видела Беатрис лет пять, если не больше.

– Не понимаю, – я сжала пальцами пульсирующие от боли виски, – Беллигарде служил Королю, но помогал Дакине. Король был не против?

– Этого я не знаю, Джеймс был сильным колдуном, ему пророчили место Главного Инквизитора, почему он им не стал, известно только ему.

– Мне нужно назад, мои друзья в опасности.

– Я не держу тебя, дорогая, ты можешь идти, хотя и выглядишь очень скверно. Тебе бы отдохнуть.

В ее голосит слышатся нотки грусти, ей явно не хочется расставаться с нами.

Я нервно рассмеялась. Тень я не чувствовала, колдовать не могу, как мне отсюда выбраться-то? Беллигарде не спросишь, а Галлиган инструкцию не оставил.

– Вы знаете Александра Галлигана?

– Слышала он таком, – кивает Летиция, – он подающий надежды колдун.

– Сейчас он Второй Инквизитор Аркерона.

– Оу, – Летиция явно удивлена, – Ерем хорошо разбирается в сильных колдунах, Хороший выбор.

– Ерем силён?

– Ох, дорогая, ты даже не представляешь насколько! – ее глаза снова сияют, щёки возбуждённо горят, – Ерем и Джеймс вместе изгнали Морригану.

– Насколько все плохо, если я скажу, что он убит?

Летиция мгновенно поникла, плечи опустились, глаза перестали гореть, ее лицо снова стало старым и усталым. Она прикрыла рот рукой и судорожно выдохнула, из глаз пролились слёзы.

Я опешила, не зная как на это реагировать.

– Простите…

Женщина промокнула глаза своим же шарфом и уставилась в темное окно. В комнате был полумрак, горело только два слабых огонька на стене.

– Ерем был дорог мне. Никогда не думала, что услышу, что он мёртв, – тихо прошептала она, – Моя жизнь здесь коротка, я всегда думала, что он проживет ещё сотни таких жизней. Он действительно был сильным колдуном и, если он мёртв, то все очень плохо.

Затем она повернула ко мне свое усталое лицо и поймала мой взгляд, Летиция смотрела и смотрела в мои глаза, не говоря ни слова несколько долгих минут. Я не решалась заговорить первой, в ее глазах было столько боли, столько потери, сколько я не смогла испытать, потеряв Анжелу.

– Кто твои родители?

– Странный вопрос, не находите?

– От чего же? Довольно простой вопрос.

– Я сирота.

Нет смысла утаивать от неё эту информацию.

– Так и думала.

Летиция смотрела будто сквозь меня, подбирая следующие слова:

– У Джеймсе была яркая внешность. Он был безумно красив: светлые, почти белые густые волосы, прямой нос, голубые глаза.

Внутри все похолодело, сердце пропустил удар, мне кажется, я даже перестала дышать:

– Что вы хотите этим сказать? – холодно произнесла не своим голосом.

– Я хочу сказать, что ты похожа на него слишком сильно, ты даже говоришь тем тоном, которым он всегда разговаривал со мной, когда был чем-то озабочен. Было бы удивительно, если бы ты просто была ещё одной заклинательницей теней. Готова поклясться Дакинией, что ты истинная Беллигарде, Дейдре Беллигарде, заклинательница теней.

Я вскочила на ноги, кинжал лежавший на коленях глухо ударился о деревянный пол. Летиция устало облокотилась о спинку кресла и прикрыла веки.

– Вы не можете этого знать точно, – мой голос хрипит, слёзы душат меня, держусь из последних сил.

– Не могу, это верно. Но твоё лицо… Ты так похожа на него, ты раздвигаешь тени, даже смогла взять с собой ее! – Летиция не глядя махнула рукой в сторону Спящей Аниты, – Ты росла сиротой, ничего не знаешь о своих силах, а Джеймс пропал много лет назад.

– Как же, как же это…

– Ах, да, ещё ты говоришь на французском.

Это было последней каплей, больше могла слушать ее, это было слишком. Я бросилась на улицу и остановилась там, куда упала пару часов назад, тупо глядя себе под ноги. В голове больше не было мыслей, только ее слова звучали снова и снова: «Ты истинная Беллигарде, Дейдре Беллигарде, заклинательница теней.». Слёзы капали на мощеную дорогу, застилая взгляд. Мегги была права, знать своё прошлое и быть девушкой без него две совершено разные вещи. И если хоть кто-то узнаёт из Аркерона, все будет по-другому. Галлиган знал, я в этом уверена. Он так спешил увезти меня из замка! Он боялся произнести это вслух, боялся, что кто-то узнаёт. У сильного колдуна не могла родиться девочка простушка, Морригана искала меня. Как интересно сложилась жизнь, я всегда была под защитой Короля и так просто ей меня было не достать.

– У тебя все хорошо?

Я подпрыгнула на месте и обернулась на приятный мужской голос. Позади меня стоял модой парень: загорелый, высокий, худой, но жилистый. Золотистые волосы торчали в разные стороны, в руках он держал сумку. Он был одет в белую майку и короткие темные штаны. Он ухмыльнулся, заметив с каким интересом я его разглядываю.

– Если бы ты не выглядела такой расстроенной, я бы подумал, что ты со мной флиртуешь, – у него был приятный низкий голос с хрипотцой.

Я продолжала его разглядывать, не все ли равно, что он обо мне подумает? У него были карие глаза, нос картошкой, пухлые губы и высокие скулы, мускулистые руки и подтянутый живот. Он выглядел очень привлекательно.

– Слушай, тебе нужна помощь? Что с тобой случилось? Попала в аварию?

Опустила взгляд на свои ноги: туфли побиты, красивое платье испачкано и порвано, коленки разбиты, словно мне снова десять.

– Я в порядке.

– Нет, не в порядке, – он сделал шаг ближе, – Ты стоишь здесь одна, ночью, рыдаешь, а выглядишь так будто тебя избили. Я могу вызвать полицию или отвезти тебя в больницу.

– Послушай, ты не можешь мне помочь, иди куда шёл! – грубо говорю ему и складываю руки на груди.

– Я тебя тут не оставлю просто так, где ты живешь, я провожу тебя.

– Коул, здравствуй.

Летиция вышла из сада и аккуратно положила руки мне на плечи.

– Здравствуйте, Летиция.

Он с недоумением смотрит то на меня, то на женщину и ждёт хоть каких-то объяснений. Он тоже сложил руки на груди и с вызовом смотрит Летиции в лицо.

– Да, Коул, все хорошо, Дейдре попала в аварию, Мартин уже осмотрел ее.

– Дейдре значит.

Я молчу и жду, что же будет дальше.

– Вернёмся в дом, а то соберём тут всех соседей. Тебе нужно отдохнуть, хотя бы немного.

Кажется, у меня проблемы.