Текст книги "Заклинательница Теней (СИ)"

Автор книги: Катерина Мороз

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 27 страниц)

– Мы уже наскучили тебе?

– Срочное дело, никак не может подождать, скоро вернёмся, – он раздраженно посмотрел на меня, ведь я все ещё сидела с вилкой в руке.

Мое лицо до самой макушки покраснело, даже уши горели. Я мигом подскочила и засеменила за инквизитором, даже не оборачиваясь, чтобы никто не стал глазеть на мое кпунцовое лицо.

– Мы искать их пошли?

– Считай это следующим уроком, – бодро отозвался тот, делая просто гигантские шаги, и я почти перешла на бег, чтобы поспевать, – Проверка интуиции, если что-то случилось, мы вмешаемся, если все отлично, они получат наказание за сильное опоздание и за то, что посмели отвлечь великого и страшного инквизитора от ужина и бестолковой беседы.

Это был сарказм? Шутит? Не такой уж он и скупой на эмоции. Шутит он. Когда я так нервничаю. Вообще не смешно. Если он так ведёт себя со мной, представляю, что там с Габриэль, наверно и в постели ей с ним не скучно. Куда меня несёт... При чем тут постель…

– Мне тоже беседа показалась, эм, бесполезной, – призналась я.

– Я в тебе не ошибся, – странно ответил он и мы как раз приблизились к жилому корпусу.

Подняла голову и увидела, что окошко на втором этаже, где жила Анжела с соседкой было темным. Как ее звали? Не могу вспомнить. Отвратительное предчувствие нахлынуло волной, я сорвалась на бег, желая увидеть Анжелу в постели с Давидом, что они просто забыли обо всем, просто слишком сильно любят друг друга, поэтому... Поэтому... Подбежала к двери и не наткнулась ни на какой барьер, хотя Анжела всегда запирает комнату, даже если уходит.

Дрожащей рукой я толкнула дверь, которая беззвучно отворилась. Комната была один в один как у нас с Мегги, только здесь что-то не так: справа на кровати кто-то лежал, слева на кровати лежало двое, девушка укрыта одеялом, а парень рядом, прямо поверх одеяла.

Галлиган мягко подвинул меня с прохода и уверенно вошёл в комнату, которую тут же озарил волшебный свет. Постель Анжелы была залита запекшейся кровью Давида, Соседка Анжелы аккуратно лежала, скрытая под пледом. Глаза Анжелы были прикрыты, ее лицо искажала гримаса боли, а на лице Давида отпечаталось удивление, глаза остекленели. Они совсем не походили на спящих.

– Здесь нет следов магии, – шепотом сказала я, – Совсем нет, а значит...

– А значит она сама впустила убийцу, – закончил за меня Галлиган.

Мои щёки были мокрые от беззвучных слез, я все смотрела и смотрела, надеясь, что это сон, что этот кошмар не по-настоящему.

– Я хочу, чтобы ты вышла из комнаты, – бесстрастно сказал Галлиган.

Я отрицательно покачала головой, а за окном стало очень светло, начался шум, Галлиган оповестил стражу и колдунов и все сейчас будут здесь:

– Утром она пришла ко мне, – медленно сказала я, четко проговаривая каждое слово.

Галлиган повернулся ко мне и внимательно посмотрел, ожидая продолжения:

– Она подслушала разговор Стефана Радуто с призмой, о том, что им нужны сильные колдуны. Необычные колдуны. Давид и Анжела были сильными.

– Не на столько, – сказал Галлиган и подошёл ко мне, он взял мой мокрый подбородок и поднял, заставляя посмотреть ему в глаза, – Есть что-то ещё о чем мне следует знать?

Я вспомнила про «туман», который колыхался совсем близко. Я утвердительно кивнула.

– Я думала Радуто говорил с тобой, – вместо этого сказала я.

– Это все ещё могу быть я.

– Но это же не ты.

– Почему ты доверяешь мне?

– А кому мне теперь доверять?

Топот не менее десяти пар ног шумно отдавал в перепонках, другие ученики стали с интересом высовываться из комнат, а я продолжала смотреть в чёрные глаза Галлигана.

Ласковые руки коснулись моих плеч.

– Уведи ее, Кёрнер.

Глава 6. Контроль прежде всего

Маль вывел меня с жилого этажа и запер в библиотеке, наложив чары. никто не мог войти, а я, соответственно, выйти.

Я сидела в темной комнате, даже не зажигая свет, за окном и так было светло почти как днём. Весь дворец и окрестности стояли на ушах, слышала, как стражи и колдуны прочесывают каждый сантиметр жилого корпуса, слушала испуганные голоса учеников и как плакали дети помладше.

Зажмурилась и уперлась руками в лицо, пытаясь выкинуть из головы образ мертвой подруги, но он никуда не уходил, ее лицо смотрело на меня закрытыми глазами. Сердце стучало, а сознание мутило, я пыталась глубоко дышать, чтобы меня не вывернуло прямо на ковёр. По телу разливалась удушающая боль, колени дрожали, руки тряслись. Я никогда не сталкивалась со смертью близкого человека, никогда не думала, что это так больно, так страшно. Зачем она вообще лезла не в своё дело, зачем...

Мы должны были весело провести время, слушать важных командиров, смотреть в рот Королю и инквизитору, а потом смеяться над их напыщенными лицами, над тем, с какой гордостью они вели этот бесполезный ужин.

Перед глазами появился образ Стефана Радуто: всегда спокойный, доброжелательный и мудрый. Я любила с ним разговаривать и слушать лекции, как этот человек может убивать студентов? Зачем? Что он хочет сделать? Неужели такая мелочь, как этот подслушанный разговор, может заставить колдуна убить? От этого разговора никакого толку, никаких ответов, только вопросы.

Я бы могла поверить, если бы на его месте был инквизитор, его самодовольство, неограниченная власть и тотальное подчинение больше располагает к убийству. Но я уверена, что он не имеет к этому отношения, уверена, что если бы рассказала ему раньше, то он смог бы что-то придумать, наложить защиту, спрятать.

Осознание того, что я могла спасти этих троих ни в чем не повинных людей накатила на меня ледяным ужасом. Закрыв лицо руками, я заплакала так сильно как никогда в своей жизни. Мои рыдания глухо разносились в большой библиотеке, мне казалось, что эти слёзы льёт кто-то ещё, ведь я не умею так страдать.

Щелкнул замок, тихие уверенные шаги, чья-то рука на плече. Я подняла взгляд и встретилась с усталыми глазами Стефана Радуто.

Держи себя в руках, Дейдре. У тебя нет никаких доказательств, тем более ты ему не ровня, он свернёт тебе шею прежде, чем ты выпрыгнешь в окно.

Хотел спросить, как ты, но это был бы глупый вопрос, – тихо проговорил он, садясь напротив в кресло, – Дейдре, ты знаешь что-то об Анжеле и Давиде, чем не знаю я? Вы были близки.

Какая интересная игра. Или это правда не он? Как он вошёл? Его Маль впустил?  Скорее всего. Значит он точно меня здесь не тронет.

Мне вдруг стало неимоверно стыдно за свои мысли, Стефан Радуто всегда был добор ко мне и Мегги, терпеливо отвечал даже на самые глупые и поверхностные вопросы, он был не просто учителем, он был другом. И все что у меня на него есть – нелепые догадки, неподкрепленные ничем, кроме как словами Анжелы. Что она могла услышать? Лишь часть разговора, а передать мне могла и еще меньше.

Я молча покачала головой, пытаясь унять рыдания.

Такого в Большом дворце не было никогда, наши студенты всегда были в безопасности, – он устало потёр пальцами переносицу, – Меры защиты придётся усилить, магическая защита спальни теперь обязательна, если ты что-то узнаешь, даже если тебе кажется это никак не связано, сообщи мне.

Я снова молча кивнула, не могла выдавить и слова из себя.

– Твою спальню мы проверили, ты можешь идти к себе, – Радуто встал и любезно подал мне руку, – Галлиган не будет тебя допрашивать, он сказал, что уже поговорил с тобой.

Молча приняла его помощь и, встав, поплелась к выходу.

Мое нежелание разговаривать нервировало его, я никогда не вела с ним себя так отстранённо и холодно, Радуто всегда был мне другом.

Сколько я просидела одна? Час? Три? Время потеряло очертания.

Шум утих, коридоры опустели, на каждом был всего один страж. Ночь вступила в свои права, окутывая все мрачной чернотой.

Остановилась перед дверью нашей с Мегги комнаты. Никогда не предавала значение тому, как мы с ней далеки друг от друга, эта комната была окутана холодом и безразличием, я не хотела в ней находиться, не хотела спать сегодня в ней. Не хотела, чтобы Мегги была рядом со мной.

Я понимала насколько глупо мое желание в сложившейся ситуации, но не могла заставить себя открыть дверь. Тринадцать лет я спала в этой комнате, тринадцать лет делила ее с этой девушкой. Я вдруг почувствовала облегчение от того, что скоро покину это место и буду следовать своему предназначению вместе с другими практикантами, начну использовать себя и свою силу по предназначению.

Мне нужно немного пройтись. Успокоить мысли.

Гребанный туман следовал за мной словно тень. У меня уже глаз дергался от его постоянного присутствия. А может от того, что он меня действительно начинал пугать. Почему он всегда со мной? Кто были мои родители? Известно ли им о нем? Был ли он с ними как со мной?

Бесшумно выскользнула на улицу и глубоко вдохнула тёплый тягучий летний воздух. Он был так насыщен запахами цветущих растений, что казалось его можно потрогать руками.

Я медлила, не решаясь, куда же пойти. Обычно я просто обожала такие летние ночи, наслаждалась одним только вдохом. Сегодня же меня это совершено не цепляло, искаженное ужасом лицо Анжелы теперь ассоциировалось с этим тяжелым ароматом цветов. Я невольно поморщилась и двинулась в сторону полигона. Десятиминутная медитация должна помочь унять нервы.

Забравшись на помост, бросила случайный взгляд через плечо и вскрикнула. Темная фигура стояла прямо рядом со мной. Резко развернулась и мои ладони вспыхнули алым пламенем, глаза заблестели искрами. По телу прошлась волна огненного адреналина и жара, прежде чем я узнала чёрные глаза Инквизитора Галлигана, чьё лицо я подсветила своей нервной вспышкой силы. Он стоял, сложив руки за спиной, с укором на меня смотрел. Широкие скулы застыли в недовольном выражении лица, плотно сжатые губы скривились после моего помпезного провала в самоконтроле. Который, уже в который раз, происходит именно при нем. Только сегодня он сопровождался фейерверком.

–  Даже не знаю, что сказать, Дейдре.

– Я не хочу с вами сейчас разговаривать, инквизитор. Можете просто уйти.

– Ночь. Жесткое убийство, – Галлиган делает шаг и оказывается на помосте рядом со мной, – А ты решила прогуляться? – его голос спокойный, уверенный, но такой холодной, режет льдом душу. Хочется закрыть уши, зажмуриться и приказать ему замолчать, немедленно замолчать! – Какого. Черта. – ярость, теперь нагая ярость проскальзывает в его тоне.

– Не могу, – выдыхаю я не своим голосом, – Не могу там расслабиться, не могу сосредоточиться, мне будто воздуха не хватает, даже здесь тяжело дышать.

– Ты совершено безответственна.

Он останавливается от меня буквально в шаге, выше меня головы на три, нависает словно большая чёрная тень, заслоняет Луну, звездный свет, забирает весь воздух вокруг.

– Неужели ли их убили за то, что Анжела подслушала разговор Стефана Радуто? – бормотала я, обращаясь в основном к себе, – Я не верю, что Радуто на такое способен. Я знаю его с пяти лет, он никогда не был жесток, никогда не манипулировал мною.

– Хорошего манипулятора за руку не поймаешь, Дейдре. Но я согласен с тобой, Стефан вряд ли за этим стоит. Я знаю его много лет.

На душе сразу же стало легче, как будто с меня сбросили тяжеленый булыжник и плечи мгновенно расправились.

– Но подумай о том, что Анжела могла тебе о чем-то умолчать.

Я зажмурилась и покачала головой, стараясь спрятаться от слов инквизитора. Но прятаться было некуда, он стоял так близко, что я чувствовала, как от него пахнет: солью, свежестью и лимоном. От него шёл жар и сила, она мягко успокаивала меня, мысли приходили в норму, руки перестали трястись. Этот человек странно на меня действовал. Я действительно приходила в себя. Хотела бы уметь справляться с приступами паники самостоятельно, должна быть самостоятельной, должна быть сильной.

Но тяжело выдохнув и сказала:

– Этого мы уже никогда не узнаем.

– Только вопрос времени, тайное всегда становится явным, – проговорил он, глядя мне в глаза, затем протянул руку и сказал: – Пошли, я провожу тебя.

Отрицательно покачала головой и осталась стоять на месте:

– Я не могу объяснить почему тебе доверяю, это на уровне инстинктов самосохранения, но есть ещё кое-что.

Александр весь напрягся, брови нахмурились ещё сильнее, руки сжались в кулаки.

– Это не связано с Анджелой, – поспешно добавила я, наблюдая как этот человек закрывается от меня, – Это, ммм, моя личная проблема.

– Я весь во внимании.

Подняла руку и поспешно накрыла нас защитным куполом. Меньше всего мне бы хотелось быть подслушанной.

– Уже много месяцев я... – запнулась, пытаясь более точно сформулировать свои мысли, – Вижу «туман», который доступен только мне, он преследует меня, когда я нервничаю, раздражаюсь, короче, когда чувствую себя уязвимой. Другие проходят сквозь него, просто не замечая. Я прочитала множество книг и никогда не сталкивалась ни с чем, что подошло бы под описание этой магии. Я хотела рассказать Радуто, но передумала.

Инквизитор смотрел поверх меня в сторону сада, он молчал, ожидая, что я добавлю что-то ещё.

– Александр, ты знаешь что это?

– Возможно.

– Расскажи!

Маленький маячок надежды заискрился в моих глазах. Галлиган умный, с большим опытом, он точно знает что это, он поможет мне избавиться от этой таинственной магии.

Но он покачал головой:

– Не здесь, мы вернёмся к этому, когда мы уедем из замка. Здесь слишком много лишних ушей. Кто-то ещё знает про это?

– Нет, – ответила я сквозь зубы.

Снова осталась без ответов, хотя этот человек знает даже гораздо больше, чем планирует мне рассказать. Ненавижу секреты. Ненавижу эти интриги с недосказанностью.

– Даже Маль? – осторожно спросил он.

– Никто.

– Я бы хотел, чтобы пока так и осталось, через три дня праздник во дворце, день рождения Короля, затем мы уедем и у нас будет достаточно времени разобраться во всем.

Он снова протянул мне руку. Я уставилась на неё словно на анаконду, а не на широкую мужскую ладонь.

– Ты не будешь бродить по территории ночью в одиночестве, особенно после всего что произошло.

Фыркнула и за руку его не взяла, сама спустилась с помоста и медленно зашагала в сторону дома.

– Я в любом случаи провожу тебя, Дейдре.

– Как пожелаешь, – вяло сказала я и закатила глаза, пока он не видит моего лица.

Два больших шага и инквизитор нагнал меня.

– Ты должна кое-что знать.

– Вечер откровений продолжается?

Инквизитор наградил меня таким презрительным взглядом, что я пожалела, что не могу проглотить свой язык. Пока трудно переварить то, что этот человек наделен практически безграничной властью в Королевстве. И именно он предлагает обучаться у него. Анжела бы позавидовала. А я разговариваю с ним как с конюхом, не больше не меньше. Стало снова стыдно.

– Главный инквизитор должен был вернуться во дворец два дня назад.   С ним нет связи и, подозреваю, что не будет.

– Он передал нас? – настороженно спросила я.

– Он никогда бы на это не пошёл.

– У кого столько могущества? Кто может победить главного инквизитора.

– Ты же понимаешь, что у еретиков и демонов есть руководитель? Тот, чью цель они преследуют.

– И кто же это?

– У меня много мыслей на этот счёт, но пока я ни одну не могу подтвердить, поэтому имена не назову, – он остановился и резко развернул меня за плечо к себе лицом, – А ты, когда захочешь побродить ночью в одиночестве, лучше подумай о том, что в этом мире есть кто-то сильнее главного инквизитора, кто-то, кто, возможно, имеет доступ в этот замок. А ты тут витаешь в облаках со своими маленькими секретами.

Его слова больно ужалили, мне даже показалось, что чувствую обиду. Но он не сказал ничего плохого, только чистую правду. Я закусила губу и виновато опустила глаза. Он заставил меня почувствовать себя маленькой глупенькой девочкой, которая думает только о себе.

– Как ты догадался, что я не дойду до комнаты?

– Ты похожа на меня в молодости. Сначала делаешь, потом думаешь.

– Сколько тебе лет?

Он криво ухмыльнулся и слегка подтолкнул меня в дом:

– Или спать, Дейдре, у нас будет с тобой время поболтать.

Я крутилась как уж на сковороде, всю ночь мне снилась Анжела и Анита, они убегали в лесу от чего-то, кричали, пугали меня до чертиков, я пыталась их догнать, но не выходило. Лес сменился странным местом с высокими каменными зданиями и такой знакомый голос твердил: «Время пришло, Дейдре». Я держала кого-то за руку, смотрела на нее и никак не могла поднять глаза, увидеть лицо мужчины, мою голову будто зажали в крепкие тиски и не давали сделать такое простое движение. От безысходности я разрыдалась, и картинка снова сменилась: передо мной стоял Александр Галлиган, его злое темное лицо смеялось надо мной, а одними губами он шептал: «Глупая девчонка».

Что-то громко хлопнуло, и я открыла глаза. Наконец-то эта ночь закончилась. Я была вся мокрая, постель подо мной, одежда, волосы мерзко прилипли ко лбу.

– Наконец-то, – негромко прошептала Мегги, – Ты блестяще запечатала дверь, я не могу выйти.

– Прости, – выдохнула я, сбрасывая мокрое одеяло на пол, затем сняла ограждающие заклинание для Мегги.

Она стояла у двери и смотрела на меня грустными карими глазами,  будто хотела что-то сказать, но не находила подходящих слов.

– Я сняла барьер, Мегги, – раздраженно бросила я, направляясь в купальню.

– Мне жаль твоих друзей, Дейдре. Мне жаль Анжелу и Давида. Они не заслужили такой смерти.

Я застыла в дверях, борясь с подступающей тошнотой. Так я проведу весь день? Буду слушать о произошедшем снова и снова?

– Мне тоже жаль. Хотела бы я знать за ЧТО.

– И я.

Хлопнула дверь, Мегги ушла.

Тишина звенела в ушах, в голове, казалось, мое тело вот-вот начнёт вибрировать в такт. Чувство страха и безысходности сковало сознание. Я была сиротой, но, как бы это странно не звучало, была счастливой сиротой, меня ограждали от всего плохого, искренне любили и помогали мои друзья и такая внезапная потеря была похожа на удар под дых. Дыхание и мысли сбились, мой внутренний мир пережил землетрясение и никак не мог собрать осколки мыслей.

Натянув одежду практиканта, выскочила в коридор, который был полон сновавших туда-сюда стражников и практикантов.

– Дей, – знакомый голос окликнул меня, и я, развернувшись на каблуках на сто восемьдесят градусов, увидела Маля, который уверенно приближался ко мне.

Я почувствовала непреодолимое желания обнять его, ощутить под своими руками его плечи, волосы, кожу.

Уткнувшись носом в его грудь,  глубоко вдохнула его запах, руками обняла за спину,  сжав мужчину в своих объятиях. Крепкая грудь ровно поднималась и опускалась, стальные мышцы были слегка напряжены. Маль был спокоен и уверен в себе, именно этого ощущения мне не хватало и я, как кровосос, жадно впитывала его энергию, постепенно возвращая себе спокойствие.

– Я шёл к тебе, – тихо начал он, – Хотел побыть с тобой перед завтраком, его тёплая широкая ладонь провела по моим мокрым распущенным волосам и там и осталась, а длинные пальцы нежно сжали мою тонкую шею, – Хотел вчера остаться с тобой, но не смог...

– Не нужно оправдываться, пожалуйста, – шептала я, – У тебя есть обязанности, я это знаю.

Горячие губы коснулись моего виска, он не спешил отстраняться. В каждом его движении была абсолютная нежность и, одновременно сила.

– Сегодня твой первый день в роли практиканта, я твой куратор на сегодня, – серьезно сказал он, – Еле выбил себе тебя, инквизитор настоящий собственник.

Его слова заставили меня улыбнуться. Мимолетная ревность меня позабавила. Мы даже с ним не вместе, всего один долгожданный поцелуй, а как он сильно поменялся.

– Насмехаешься надо мной?

– Чуть-чуть, – я все ещё улыбалась.

– Обожаю твою улыбку.

Я подняла на него глаза, продолжая улыбаться. Его зелёные серьезные глаза внимательно изучали мое слегка опухшее лицо после пролитых ночью слёз.

– Забыла, что я теперь практикант, – расстроено призналась я, – Сама себя не узнаю, Маль.

– Все хорошо, Дей, ты справишься.

– Верь в меня.

– Всегда.

По широкому коридору сновали туда-сюда студенты, практиканты. Маль обвёл взглядом все вокруг и нахмурился:

– Ты теперь местная знаменитость, привыкай.

– О чем ты?

– Только с тобой я ловлю на себе такое огромное количество взглядов, – недовольно фыркнул он.

Удивленно подняла брови и огляделась: скользкие взгляды так и мазали по мне, снова и снова, периодически цепляясь за Маля. От них было противно, как будто в душу пытались заглянуть. Невольно поморщилась и сложила руки на груди, окончательно отстраняясь от Маля.

– Это из-за дружбы с ...  – я замокла, просто не смогла произнести их имена.

Маль покачал головой:

– Не только, ты показала свою силу, стала практикантом раньше всех, побывала на званом ужине по личному приглашению короля, сблизилась со вторым инквизитором в стране.

– Звучит как достижения, но почему же ощущается все по-другому? – грустно вздохнула я, закрыв лицо руками.

– Скоро привыкнешь к лидерству, моя главная конкурентка, малышка Деверо, – Маль улыбался.

– И известная фамилия тебе не поможет, Кёрнер.

– Это мы ещё посмотрим.

Следующие часы мы провели в главном здании практикантов, мне выдали оружие: несколько кинжалов, амулет усиливающий мой дар, амулет накапливающий силу, кольцо, которое греется, если поблизости появляются демоны. Плащ, который мне выдали, оказывается сделан из специальной нити, пропитанной магией, никакой кинжал или Стрела его не пробьёт. Мне выдали график ночных дежурств на эти три дня, сразу после мы уезжаем, на поездку тоже выдали график смен: ночных дежурств с поддержанием магических щитов. До южного дворца мы должны были добраться за шесть дней. Там должны были провести активную проверку, остальные указания мы получим после прибытия на место от Галлигана. Маль предполагал, что мы должны прочесать  край юга, где начинаются беспроглядные пустыни. Деревни пустеют, люди уходят, они жалуются, что стало опасно. Я изучала карту Королевства, изучала границы. Все это я и так делала в школе, но сейчас у меня были данные стратегического характера, это было безумно интересно, я хотела пропустить обед, но Маль отказал, мне сегодня заступать в ночное дежурство (кто сказал, что будет легко), мне нужны силы и бодрящий кофе. Обед получился скомканным, быстрым. На меня глазели не так сильно, как утром, будто все свыклись с убийством, с моим повышением и всем стало неинтересно, ведь скоро бал в честь дня рождения Короля! Разговоры были только об этом, о платьях, туфлях, украшениях и макияже. Все это было мне недоступно, ведь я сирота, денег на красивые вещи у меня не было, да и не нужны они мне были, за многие годы я привыкла довольствоваться тем, что дарила мне школа и мне этого хватало с головой. Я никогда не была обделена чем либо, особенно если сравнивать с сиротским работным домом. Ух, как же я их ненавидела за отстриженные волосы.

После, я практически рисовала в голове карту глазами, должна была запомнить каждую отметку на карте, абсолютно все.

Вечерело, в смену заступала ровно в восемь, забросила в себя впопыхах еду и отправилась сменить практиканта , который охранял территорию вокруг жилых зданий.

Яркие звёзды заполонили почерневшее небо, они, словно, миллионы светляков мерцали над головой, делая ночь живой, дышащей, напоминали, что жизнь не останавливается после темноты, а наоборот. Было холодно и ясно, жара сменилась прохладным ветром, разгонявшим ароматы цветов.

Закутавшись в плащ, я шла и слушала магию, глаза смотрели за студентами, спешившими оказаться подальше от открытого пространства ночью. Ха. Анжелу с Давидом это не спасло.

Через несколько часов стало очень тихо, я слушала своё, как оказалось, шумное дыхание и шла, шла, снова и снова встречаясь с такими же караульными практикантами. Я почувствовала силу Габриэль Руш, сделав три шага в сторону и оказалась полностью скрыта в тени. Девушка легкой, красивой походкой от бедра шла в дом, где жили студенты и гости Короля. Ее красивые волосы были распущены, сильно вьющиеся локоны мягко подпрыгивали в такт походке. Она скользнула в дом. Было за полночь, почти все окна были темные. Я замялась. Нужно было идти, но любопытство брало верх. Что она здесь делает? Живет она во дворце. К Галлигану пожаловала? Я уставилась на яркое окно на втором этаже, вид был весь удачный, большая комната просматривалась почти вся. И дверь, и зеркало, и шкаф. Спина Галлигана, он открыл дверь, и Габриэль впорхнула в комнату, ее длинные красивые руки обвили шею мужчины. Она точно его целовала. Он обнял ее за талию и ответил на поцелуй, жадно, медленно, явно наслаждаясь приятным вечером. Ее руки снова и снова погружались в его тёмные, густые волосы. А он спустил ее платье оголяя острые плечи. У неё была красивая загорелая оливковая кожа. Она в целом была очень привлекательная.

Поймала себя на том, что стиснула губы и кулаки, я наблюдала за ними как ребёнок в замочную скважину и не могла оторваться. Галлиган слегка отстранился, затем обернулся и уставился в окно, как будто заметил меня. А мог и вправду почувствовать мою силу. Одно движение руки и тяжёлые шторы сами по себе мягко закрыли мне отличный вид. Мой наблюдательный пункт был больше не актуален и я, все ещё держась в тени, пошла дальше. Все увиденное было похоже на наваждение. Габриэль мне не нравилась, она меня раздражала и то, что у неё роман с Галлиганом меня жутко злило. Что он вообще в ней нашёл? Что вообще мужчины ценят в женщине? Или он с ней просто спит? Просто физическая потребность? Есть ли у него любовница в южном дворце?

Я очень громко выдохнула, пытаясь вернуть себе концентрацию в нужном направлении. Меня вообще не касается количество любовниц второго инквизитора, это его личное дело. Но всё-таки. Почему она? Красивая?

Стоп.

У Маля были разные девушки и высокие и не очень, брюнетки, рыжик, блондинки. Все очень симпатичные, но разные. Я наблюдала за его романами с любопытством, они меня забавляли и давали почву над размышлениями. Но никогда не задевали как Габриэль сегодня. Что касается моих романов, их почти не было, никто из парней, которые проявляли ко мне знаки внимания не могли расшевелить мои чувства, я ходила на редкие свидания разве что из интереса. Никаких томных взглядов, охов и ахов под звёздами, я всегда сбегала раньше. Многие думали, что у меня есть любовник, но я не афиширую наши отношения, ведь как говорила Анита, «не может такая красивая девушка и быть одинока». Но я не чувствовала себя одинокой. Никогда. Я чувствовала, что у меня будет длинная жизнь и здесь просто нет того, кто может разжечь мои чувства. Но Маль… Маль смог, его прикосновения, его губы, заставили меня чувствовать. И моя реакция на Габриэль в постели инквизитора это доказывает. Я как будто повзрослела и открыла глаза, мои чувства заработали, женщина внутри меня открыла глаза.

Отогнав мешающие мысли, я продолжила свою работу, пытаясь больше не возвращаться к этому хотя бы сегодня. Мир меняется, а я как подросток, погрузилась в свои эмоции.

К семи утра я валилась с ног. И не помогли мне регулярные тренировки, я просто дико устала. Честно следила за каждой силой, каждым человеком, который проходил мимо, вслушивалась в любой шорох и была крайне внимательна, когда, наконец, смогла выбросить Галлигана и Габриэль из головы. Я просто устала.

Смена караула и я, наконец-то, отправилась к себе, ополоснуться, немного поспать, у меня было время до обеда, после Галлиган ждал меня к себе, гласила записка на моей кровати от Маля.

Мегги уже ушла. Мы не то, что как соседки с ней живем, мы чужие люди с ней. Совсем. От этого стало почему-то очень грустно и одиноко. Я помылась, стараясь смыть плохое настроение. Но как бы не так. Обмоталась полотенцем, и хотела выскользнула за вещами для сна, но сильная мощная энергия просочилась под дверь. Галлиган. За дверью, ведь я поставила защиту. Сонная, злая, уставшая, но поставила.

Недовольно вздохнув, сняла защиту, сложила руки на груди, ожидая своего командира.

Он вальяжно вошёл в комнату, на его губах играла злая ухмылка. Выглядел он как всегда отлично, отдохнувший, холёный, даже довольный. Довольным я его видела впервые. Лучше бы он был как всегда раздражённым! К такому я больше привыкла. Хотя сейчас отражать его выпады было бы в тягость.

– Рад, что вы учитесь, – мягко сказал он, махнув рукой на дверь.

Его острый взгляд прошёлся по моему телу без одежды, в одном полотенце, с волос капала вода.

– Выспался, я смотрю? – язвлю я в ответ.

– Да, чувствую себя отлично, – улыбается, точно знает, что я видела Габриэль и сложила дважды два, – Одевайся, ты мне нужна.

– Я не в форме сейчас, вряд ли буду полезной.

– Ты должна быть в форме всегда, Дейдре. Жду на улице, – мягкость пропала, черты его лица снова стали холодными, раздражёнными.

Сжала зубы до скрипа. Хотела быть полезной, пожалуйста, только за меня взялся настоящий деспот. Интересно, я стану похожей на него через много лет? Бескомпромиссной, требовательной? Холодной…

Завязав волосы в тугой узел, оделась и выскочила на улицу. На улице было ещё пусто, замок и его окрестности только-только просыпались.

Скоростное купание меня более менее привело в чувства, прохладный ветерок холодил ещё вкладные волосы и, в целом, я чувствовала себя не такой разбитой как час назад.

Мы двинулись в сторону дворца, как две чёрные тени. Я делала широкие шаги, стараясь идти с ним рядом, быть ему ровней. Ведь я могу. Я не знаю кто я по происхождению, но знаю, что способна на многое.

Мы зашли во дворец, свернули в коридор в углу, затем ещё раз и ещё раз, стража открыла для нас двери и мы стали спускаться вниз по лестнице.

– Почему ты взял меня? – тонко намекаю, что мне очень интересно, чем мы собрались заниматься только вдвоём.

– Доверяю тебе.

Я удивленно подняла брови, но ничего не ответила.

Мы спускались очень долго. Глаза быстро привыкли к полумраку, Галлиган создал совсем блеклый шар света, который освещал пол перед каждым шагом.

Мы остановились у огромных дверей до самого потолка, они были простые, из камня, без каких-либо изображений, даже бед ручек. Галлиган остановился перед ними, а я стояла за его спиной.

– Это хранилище Короля и Главного Инквизитора. Зачем ты привёл меня сюда?

– Защита ослабла, теперь я уверен, Инквизитор Ерем мёртв, – процедил сквозь зубы Галлиган, он водил руками перед дверью.

Я почувствовала как стены запульсировали, они узнали его, но не были ему рады. Магия вытекала из стен, окутывала легкой дымкой все вокруг.

– Стой здесь и не делай ничего.

– Зачем мы здесь?

– Мы действуем первые, – только и ответил он.

Что он имел в виду?

Двери заскрипели, задевая каменный пол и начали открываться вовнутрь, медленно, тяжело. И тут раздался шёпот, бессвязный, неразборчивый. Галлиган вошёл в помещение. Я вытянула шею, чтобы лучше разглядеть что же внутри. Мне открылся взор обычного пыльного чердака: полумрак, бардак, старые вещи накрытые тканью, полки. Галлиган забрал весь свет, и я погрузилась в темноту. Шёпот усиливался, энергия касалась моего лица, словно чужие руки, они трогали меня с большим интересом, они знакомились. Шёпот то хихикал, то охал и тут я услышала совершено четко: