Текст книги "Одноранговая экономика"

Автор книги: Карп Андреев

Соавторы: Карп Андреев
сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 12 страниц)

Глава 7. Проблема современных денег

Деньги занимают центральное место в современной цивилизации. С самого начала формирования капиталистического общества денежная система была точкой сборки наиболее важных его характеристик. Производство и обмен товаров, распределение и перераспределение ресурсов, накопление и концентрация капитала – все эти процессы происходили преимущественно посредством денег. Для нас существующая денежная система является настолько привычной и естественной, что сложно даже представить организацию экономического обмена по другим правилам. Но именно этот вопрос играет одну из ключевых ролей в понимании трансформации современной экономики и ее движения в сторону однорангового способа производства. Такая трансформация невозможна без изменения фундаментальных основ денежной системы, причем некоторые из этих изменений мы наблюдаем уже сегодня.

Освежим в памяти классические функции денег, доставшиеся нам в качестве интеллектуального наследства индустриальной эпохи. Карл Маркс выделял пять основных функций денег, характерных для современного ему экономического уклада.

Мера стоимости. Обмен разнородными товарами и услугами осуществляется на основании цены за эти товары и услуги. Денежная единица является эталоном для измерения стоимости товаров относительно друг друга. Деньги выступают универсальным инструментом для количественной оценки стоимости товара.

Средство обращения. Деньги выполняют функцию посредника в обращении товаров. В процессе обмена товар принимает денежную форму, которая потом может опять смениться товарной (формула «товар – деньги – товар»). Обращение напрямую невозможно, так как бартерный обмен ограничен конкретными потребностями и возможностями сторон. Деньги позволяют преодолеть это препятствие, сделав обращение удобным в пространстве и во времени.

Средство накопления (средство образования сокровищ). Выполнение этой функции позволяет накапливать богатства (сокровища). Кроме того, накопление позволяет переносить покупательную способность денег из настоящего времени в будущее.

Средство платежа. Деньги могут использоваться в кредитных отношениях для фиксации размеров долга или стоимости товаров, купленных в долг. В последнем случае сумма долга выражается в деньгах, а не в количестве товара. Эта функция охватывает все многообразие финансовых и банковских операций.

Мировые деньги. Деньги используются как международное платежное средство для нужд внешней торговли и международных финансовых операций100100
  К. Маркс. Капитал. М.: АСТ, 2001.


[Закрыть].

Необходимо подчеркнуть, что марксистская интерпретация экономической роли денег связана с представлением о том, что основной формой денег является золото и другие драгоценные металлы (хотя признавалось и существование более высоких форм денег, например кредитных). За прошедшие столетия эта картина сильно изменилась. Современное устройство денежной системы выглядит иначе, хотя некоторые ключевые черты денежного обращения продолжают сохранять свою актуальность и в XXI веке. Универсально признанными остаются такие функции современных денег, как средство обращения, мера стоимости и средство накопления.

Наиболее важный момент в марксистском понимании сущности денег связан с разделением потребительской и меновой стоимости товаров. Первая имеет значение с точки зрения ценности товара как предмета непосредственного потребления, а вторая возникает как средство соотнесения стоимостей различных товаров в процессе обмена. Меновая стоимость – основа самой возможности обмена. Она имеет денежное выражение и отражает овеществленный абстрактный труд, затраченный на производство товара. Деньги в этом смысле являются непосредственным воплощением стоимости и соответствующего ей абстрактного человеческого труда. Они же представляют собой отделившуюся от самих товаров и существующую уже независимо меновую стоимость. Здесь следует отметить, что понятие меновой стоимости не тождественно понятию рыночной цены, так как последняя складывается в результате работы механизмов капиталистического рынка и связана с покупательной способностью денег (рыночная стоимость может отличаться от меновой, иногда весьма существенно).

Еще одним аспектом денег как экономического и социального явления выступает их консенсусная природа. Конкретные единицы расчетов только тогда становятся деньгами, когда они являются общепризнанным и общепринятым в рамках конкретного сообщества стандартизированным средством платежа при обмене товаров и услуг. Исторически общественное признание той или иной денежной единицы в этом качестве обеспечивалось преимущественно с помощью рычагов государственной власти. До сих пор эмиссия денежных знаков рассматривается как одна из исключительных функций государства. На протяжении большей части человеческой истории деньги являлись продуктом вертикального иерархичного управления, а также результатом общественного консенсуса, в большинстве случаев достигаемого опосредованно через механизм государственной власти. Эта важная особенность денег поможет нам в понимании того, как изменится данный консенсус в фазе одноранговой экономической организации, складывающейся из системы горизонтальных связей.

В современной экономике мы видим денежную систему, которая основана на так называемых кредитных деньгах. Суть ее заключается в том, что в большинстве экономически развитых стран мира расширение денежной базы осуществляется через банковское кредитование. Когда требуется увеличить широкую денежную базу, ЦБ делает запись на своем балансе о создании дополнительного объема денежных средств. Иногда их называют «деньгами повышенной мощности» (high-powered money). Фактически эти деньги появляются из ниоткуда. На первом этапе вновь созданные деньги еще не попадают в экономический оборот. Это происходит, когда ЦБ выходит на открытый рынок, где торгуются краткосрочные гособлигации. В США, еврозоне, Японии и других странах объем этого рынка составляет триллионы долларов; участвуют в нем преимущественно крупные финансовые институты. Деньги повышенной мощности используются ЦБ для покупки казначейских облигаций у участников рынка. С одной стороны, это позволяет снизить краткосрочные ставки доходности по казначейским бумагам, что ведет к понижению ставки межбанковского кредитования. С другой стороны, взамен проданных казначейских бумаг участники рынка получают недавно созданные ЦБ деньги, которые теперь отражаются на их собственных депозитных счетах в коммерческих банках.

Коммерческие банки могут использовать эти деньги в качестве резерва при выдаче кредитов населению и корпорациям. Допустим, норма резервирования, то есть соотношение ликвидных средств на балансе у банка и его обязательств перед вкладчиками, составляет 10%. Это реальный уровень резервирования во многих странах, в том числе США. Также допустим, что в результате операций ЦБ на банковском депозите оказались 10 000 долларов повышенной мощности. Банк обязан иметь ликвидный резерв лишь в размере 10% от этой суммы, то есть в нашем случае не более 1 000 долларов. Следовательно, 9 000 он может использовать для выдачи кредита заемщику. Эти кредитные 9 000 долларов в итоге оседают на депозите в следующем банке, так как заемщик заплатит их своему контрагенту в обмен на товар или услугу. После размещения депозита в размере 9 000 вторым банком будет выдан новый кредит на 8 100 долларов (с учетом 10% нормы резервирования). В результате банковская система сможет создать 90 000 долларов кредитных денег за счет изначально «впрыснутых» ЦБ 10 000.

По этой схеме создается большая часть мировых денег, которые составляют широкую денежную базу. Физический выпуск валюты в виде банкнот и монет, который мы привыкли воспринимать как классический способ выпуска денег центральными банками, составляет лишь небольшой процент от всей денежной эмиссии. Например, в США это менее 10% от широкой денежной базы.

Важно, что практически все модели организации денежного обращения в человеческом обществе, начиная с «действительных денег» в виде драгоценных металлов и заканчивая современными кредитными деньгами, вытекают из фундаментального свойства денег – их редкости. Количество материальных ресурсов по определению является ограниченным, поэтому продуктов, создаваемых в результате материального производства, всегда недостаточно в сравнении с желаниями людей. Этот старый как мир постулат политической экономии обуславливает потребность в адекватном механизме управления экономикой, который позволял бы наиболее эффективным образом организовывать распределение самих материальных ресурсов. Кроме того, относительная дефицитность материального мира порождает потребность в системе обмена произведенными продуктами (обмена производительного труда одних на результаты производительного труда других), так как «всего на всех» не хватает. Проще говоря, редкость денег означает, что их всегда меньше существующей потребности со стороны большинства членов общества.

Экономисты Джон Джексон и Кэмпбелл Р. Макконелл резюмируют данную проблему в отношении современной денежной системы следующим образом: «Ценность кредитных денег проистекает из их редкости относительно их полезности»101101
  J. Jackson, С. McConnell. Economics. McGraw Hill, 1988.


[Закрыть]. По мнению бельгийского экономиста и члена Римского клуба Бернарда Лиетаера, в современном обществе денежное предложение искусственно поддерживается на недостаточном уровне относительно потребности в деньгах. Это происходит потому, что заложенная в деньгах редкость заставляет людей делать то, что от них требуется. Необходимость контролировать недостаточность денег является причиной того, что современная монетарная система управляется центральными банками и не может перейти к саморегулированию102102
  B. Lietaer, St. Belgin. New Money for a New World. Qiterra Press, 2011.


[Закрыть].

Постоянно существующий дефицит денег порождает целый ряд последствий для всей экономической организации. Из него проистекают многие стороны нашей социально-экономической жизни, которые не всегда можно увидеть невооруженным глазом. В частности, Лиетаер указывает на то, что оборотной стороной недостаточности денег является формирование системы экономических отношений, построенной на принципах централизованного иерархического управления, конкурентности и концентрации богатства. Эта модель характерна как для современного мира, так и для предыдущих исторических эпох103103
  Там же.


[Закрыть].

Рассмотрим этот тезис в контексте современного глобального капитализма. Централизованная эмиссия валюты и управление денежным предложением из единого центра являются основной характеристикой монетарной системы любого государства. На мировом уровне денежно-кредитная политика отдельных стран согласуется с международными институтами, такими как G20, Международный валютный фонд, Всемирный банк, Банк международных расчетов и т. д. Это «мягкие», но все же иерархичные механизмы управления с вертикальными связями. На этом фоне мы наблюдаем процесс формирования одноранговой модели экономического устройства, в частности рост значения распределенных, горизонтально связанных экономических сетей. Понятно, что в системе преимущественно горизонтальных связей «вертикальные» деньги, двигающиеся по траектории сверху вниз, являются тормозящим фактором. Они ограничивают социально-экономические «потоки» и препятствуют полноценной самоорганизации.

Далее проанализируем проблему конкуренции в социально-экономических отношениях и связанную с ней доминантную мотивацию (в пространстве экономической деятельности). Во-первых, сама по себе редкость денег приводит к конкуренции за этот ресурс, что влияет на всю систему общественных отношений. Во-вторых, исторический опыт показывает, что использование в качестве денег дефицитной по естественным или искусственным причинам валюты сопряжено с возникновением практики кредитования под положительную процентную ставку. Наличие заимствования и положительной процентной ставки является общей чертой рабовладельческих, феодальных и капиталистических обществ. Оставим в стороне такие аргументы в пользу обоснованности ссудного процента, как временная стоимость денег и компенсация за непотребленные блага. Для нашего анализа значение имеет то, что необходимость выплачивать проценты по займу в условиях ограниченности денег как таковых рождает высококонкурентную, соревновательную мотивацию экономических агентов. Должнику нужно где-то брать деньги, чтобы отдавать проценты, а значит, кому-то из участников большой системы должно достаться денег меньше, чем диктуют его потребности. Безусловно, экономика – это не игра с нулевой суммой; совокупный продукт в исторической перспективе постоянно увеличивается. Проценты могут быть «заработаны» за счет создания дополнительных материальных благ. Это смягчает остроту аргумента, но не ликвидирует его полностью. В дефицитной денежной системе кооперация неминуемо отодвигается в сторону конкуренцией. Мы уже говорили о том, что в одноранговой производственной деятельности происходит обратный процесс: роль кооперации в социально-экономическом взаимодействии растет, а гипертрофированная конкуренция приводится к более естественному уровню. В одноранговой экономике, в отличие от капиталистической системы, где экономический результат достигается посредством конкуренции, кооперация становится основным двигателем экономического роста. Очевиден конфликт между системой мотивации в экономике ограниченных денег и в одноранговой экономике, требующий изменения их фундаментальной основы.

С кредитным процентом тесно связана проблема накопления и концентрации богатства. В предыдущих главах мы говорили о росте концентрации капитала в современном мире. Также отмечалось, что развитие однорангового производства в исторической перспективе приведет к разложению экономической концентрации и самого капиталистического уклада. Определения денег, предложенные в индустриальную эпоху, указывали на то, что они являются средством накопления. В обществах XXI века деньги и ссудный процент продолжают играть роль главного механизма аккумуляции. Система кредитных денег в том виде, в котором она существует сейчас, превращает ссудный процент в основной инструмент перераспределения богатств в обществе. С его помощью происходит трансфер благ от большинства членов общества к узкой группе выгодоприобретателей. При этом сама модель создания кредитных денег пронизывает все этажи и кластеры экономической системы. Большая часть эмиссии происходит с помощью банковского кредитования. Подавляющее число экономических агентов привлекаются к участию в денежном обороте через кредит. Для них это единственный реальный способ получения финансовых ресурсов в требуемом (хотя и ограниченном) объеме. Долг приобретает характер тотальности, как и проценты по нему.

Теперь вернемся к вопросу, являющемуся отправной точкой для анализа влияния денежной системы на экономическую и социальную жизнь. Этот вопрос касается фундаментального свойства денег – их редкости. Поставим его в контекст современного информационного общества. Как мы помним, информация является нематериальным благом и в экономическом смысле всегда имеется в изобилии. Маржинальная стоимость распространения информации стремится к нулю, обеспечивая возможность бесконечного воспроизводства ранее созданного информационного продукта. При этом потребление информации никак не отражается на ее качестве и потребительских свойствах. Иными словами, потребление информационного контента, в отличие от материальных продуктов, не приводит к потере самой возможности его потребления или использования бесконечным количеством потребителей бесконечное количество раз. Хотя создание информационных продуктов обусловлено значительными первоначальными издержками, они преимущественно создаются за счет когнитивных способностей человека при помощи довольно распространенных технических средств. Сумма общедоступных знаний и информации является источником производства новой информации. Информация по своей природе не является товаром в классическом понимании этого термина. При обращении с ней не работают традиционные рыночные силы спроса и предложения104104
  S. Ponelis. Implications of Social Justice for the Pricing of Information Goods. International Review of Information Ethics, 7, 2007.


[Закрыть]. Сама идея дефицитности информации по отношению к ее потребителям не имеет смысла (в отличие от идеи дефицитности материальных благ по отношению к вожделеющим их субъектам). Таким образом, в отношении информационных продуктов не требуется использование тех экономических инструментов, которые возникли в среде контроля и распределения материальных ресурсов.

Одним из таких инструментов является монетарная система, построенная на принципах относительной недостаточности денег. Редкость денег была востребована в условиях редкости самих материальных благ, так как позволяла наиболее эффективным образом управлять их экономическим оборотом. В пространстве информационного изобилия это свойство денег становится препятствием для функционирования экономики. Данное утверждение совсем не означает, что необходимость в деньгах при развитой одноранговой системе отношений отпадет полностью. Скорее, возникнет потребность в появлении денег иной природы, наилучшим образом отвечающей новому способу производства. Они могут быть востребованы в условиях экономической системы, где все еще существует разделение труда, но трудовое время и время отдыха постепенно переходят в состояние, когда одно все сложнее отделить от другого. В результате затрат такого времени создаются нематериальные блага, причем потребление этих благ носит свободный и общедоступный характер. Первостепенное значение играет не обмен товаров (информация не есть товар), а прямое взаимодействие между индивидами или их сетевыми объединениями с целью создания требуемых нематериальных продуктов и оказания требуемых услуг. С точки зрения трудовой теории стоимости это прямой обмен результатов абстрактного человеческого труда (в нем остается лишь тень меновой стоимости денег, о которой мы говорили ранее). Однако подобное взаимодействие не может носить бартерный характер и быть простым обменом «труда на труд», так как существующее разделение труда и различие конкретных потребностей участников экономического оборота порождают естественный дисбаланс во времени и возможностях удовлетворения взаимных потребностей. Прямой бартер слишком ограничен и неудобен. Необходимы универсальные эквиваленты для сопоставления абстрактных временных затрат участников экономической системы. То есть основная функция, которая остается деньгам в новых условиях, – это мера стоимости или, условно говоря, единица расчетов.

Возможно, вопрос о ценности времени, затрачиваемого человеком на социальную и экономическую активность, в будущем придется поставить более широко. Эта ценность может иметь своим источником не только временные затраты на производственную деятельность в нематериальной сфере, но и время, посвященное самому потреблению информации. Потребление информации является необходимым условием дальнейшего производства информационных продуктов или оказания услуг. Без первого не может быть второго. Любому человеку требуются знания, данные и т. д. для того, чтобы создать продукт, имеющий общественную ценность. При этом в условиях информационного изобилия и переизбытка информации способности отдельного человека по переработке информации для принятия тех или иных решений или выполнения тех или иных действий оказываются слишком ограниченными. Мы видим ситуацию, в которой бесконечному потоку информации противостоят ограниченные возможности человеческого внимания. То есть внимание является редким, относительно дефицитным ресурсом, в противоположность бездефицитным нематериальным благам или, если говорить конкретнее, в противоположность бесконечному потоку информации. Значит, и время, которое тратит человек на потребление и переработку информации, также имеет определенную экономическую ценность.

Необходимо упомянуть и другие обстоятельства меняющегося экономического уклада: горизонтальный характер и высокая степень децентрализации сетевой экономики, растущая роль самоорганизации экономических агентов, изменение самого предмета отношений производства и потребления. Все они предъявляют новые требования к деньгам. Главным образом речь идет о неограниченности денег (денежном изобилии). На первый взгляд это может показаться фантастическим, но только потому, что мы привыкли смотреть на экономику из мира ограниченных материальных ресурсов. Для успешного саморегулирования производства и потребления в условиях информационного изобилия могут быть использованы деньги, ценность которых не связана с их дефицитностью. Эта ценность проистекает напрямую из временных затрат участников одноранговых экономических сетей на ту или иную деятельность. При этом указанные временные затраты не обязательно должны сводиться к потребительской стоимости, актуальной для отношений между конкретными экономическими агентами. Они могут иметь ценность для всего социума и на основании признания этой ценности сообществом приобретать денежный эквивалент.

Последнее обстоятельство имеет существенное значение. В одноранговых экономических сетях взаимодействие между участниками носит не рыночный, а социальный характер. Обессмысливается понятие рынка и рыночной стоимости. Силы спроса и предложения больше не работают, вместо них действуют социальные механизмы. Это другая сторона экономической потребности в денежном изобилии. Дефицитные деньги необходимы в условиях ограниченности материальных благ. В капиталистической экономике им соответствует рыночный механизм, так как он позволяет наиболее эффективным образом регулировать распределение дефицитных товаров (с помощью спроса и предложения). В одноранговой экономике информационного изобилия место дефицитных денег должен занять новый денежный медиум, пригодный для выполнения функции регулятора социальных, а не рыночных отношений.

Вышесказанное подводит нас к следующему выводу: переход к одноранговому способу производства выдвинет на передний план потребность в децентрализованной эмиссии денег. Денежное изобилие может превратиться в работающую экономическую модель только при условии распределенной и саморегулируемой эмиссии денежных единиц. Централизованное регулирование денежной системы и сам иерархичный характер современных денег являются главным барьером для решения этой задачи. Однако децентрализованную эмиссию не следует понимать просто как возможность любого желающего выпустить требуемое количество какой-либо валюты. Как уже было отмечено, деньги – это результат социального консенсуса. Они могут выполнять свою функцию лишь на основе признания конкретной денежной единицы в качестве платежного средства той или иной социальной группой. В одноранговой экономике такими социальными группами являются многомерные и многообразные сетевые сообщества, каждое из которых может стать потенциальным эмитентом собственной валюты. Это означает, что система денежного изобилия, скорее всего, будет формироваться из множества параллельных и взаимодополняющих друг друга валют, эмитируемых различными индивидуальными и коллективными субъектами. Такая система сможет обеспечить требуемый уровень децентрализации, равно как и выполнение деньгами своих обновленных функций. Кроме того, повысится устойчивость и адаптивность всего экономического пространства.

Здесь не лишним будет сказать несколько слов о политике количественного смягчения, под знаком которой прошли последствия кризиса 2008 года. Мы уже отмечали, что эта политика, проводившаяся центральными банками ключевых стран мира, не смогла решить задачи восстановления экономического роста, но привела к беспрецедентному социальному расслоению и росту концентрации капитала в глобальном масштабе. Основной задачей количественного смягчения было продекларировано предоставление практически неограниченной ликвидности кредитным и финансовым учреждениям. Однако диалектика подсказывает нам, что у этого процесса есть и обратная сторона. Необеспеченная эмиссия денег в виде количественного смягчения выливается в неосознанное, даже стихийное стремление ликвидировать относительную дефицитность современных денег. Масштаб этого процесса и объем эмиссии не имеют исторических аналогов. На первом этапе денежное изобилие создавалось лишь для «своих» и существовало исключительно как факт жизни крупных институциональных участников финансового рынка. Да и мотивы этих действий никак не были связаны со стремлением изменить фундаментальное устройство денежной системы. Знаменитые слова бывшего председателя Федерального резерва Бена Бернанке о мерах, эквивалентных разбрасыванию долларов с вертолетов105105
  URL: https://www.federalreserve.gov/boarddocs/Speeches/2002/20021121/default.htm#f8 (дата обращения: 01.10.2018).


[Закрыть] для борьбы с дефляцией американской экономики, лишний раз свидетельствуют о том, что финансовая элита стремилась использовать необеспеченную эмиссию в качестве инструмента решения циклических проблем, характерных для экономической парадигмы XX века. Тем не менее очевидно, что система самостоятельно прибегает к экстремальным средствам реанимации своей жизнеспособности, которые одновременно подрывают саму ее основу – естественную для капитализма ограниченность денег в обращении. Это ведет к предельному обострению противоречий глобального капитализма через гиперконцентрацию капитала, подрывает доверие к способности централизованных институтов осуществлять регулирование и управление экономикой, порождает зачатки коренного изменения денежной системы. Таким образом, в недрах капитализма возникает тенденция к его дезорганизации. К этому можно добавить, что имевшее место продолжительное обнуление безрисковой ставки в США и ее переход на уровень отрицательных значений в еврозоне представляют собой еще один симптом крушения внутренней логики финансовой теории капиталистического мира.