Текст книги "Возвращенный из плена"

Автор книги: Карен Кингсбери

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 18 страниц)

Глава 31

Осознав, что ей придется выступать перед полным залом, Элла испытала шок. Это чувство не покидало ее на протяжении всего спектакля. Она играла, пела песни и произносила реплики, а по коже бегали мурашки. Актеры и музыканты старались изо всех сил. Они стремились сделать так, чтобы каждое мгновение, проведенное на сцене, стало памятным подарком для зрителей. Участники спектакля были им благодарны, ведь зрители пришли на спектакль ради Майкла Шварца, ради Фултонской школы, а может, ради самого Бога, ведь теперь Он значил для них больше, чем раньше.

Но главное, они пришли сюда ради Холдена Харриса – мальчика, который любит людей.

Когда Элла играла в первой сцене, она переглянулась с Лашанте. Подруги улыбнулись. Может, Майкл смотрит на них с небес и видит, что его песня не смолкла, а любовь к музыке передалась Лашанте? Если бы не он, она никогда бы не узнала о своем даре. Во втором акте между сценами Элла начала молиться за Холдена. Он сидел наготове. Когда музыка смолкала, он начинал раскачиваться на стуле. Точно так же, как тогда, когда она впервые его увидела.

«Господи, пожалуйста... только не сегодня! Хоть бы он не расклеился!»

Элла хотела дать знак Лашанте, ведь если флейтисты заиграют «Старую сказку» немного раньше положенного, во время превращения, Холден успокоится. У Эллы появилась возможность на пару минут сойти со сцены, она помчалась в класс и написала подруге записку. Потом подошла к парню, который менял декорации:

– Пожалуйста, передай это Лашанте – чернокожей девушке. Она играет в первом ряду на флейте.

Парень не стал задавать лишних вопросов. Не успела она и глазом моргнуть, как он убежал. Холден сидел в темноте за кулисами. Он был один.

– Осталось всего несколько минут, Холден. Ты будешь петь свою песню. – Он не сводил глаз со сцены, где участник труппы играл роль Гастона. – Ты готов? – Она опустилась рядом с ним на корточки. Желтое платье легло вокруг ее ног.

Наконец он посмотрел на нее:

– Старая сказка...

– Правильно! – У них мало времени. Элла взяла его за руку и легонько пожала. – Увидимся на сцене!

Он улыбнулся:

– Красавица и Чудовище.

Элла прекрасно знала роль и без запинки произносила реплики. Она играла хорошо, как никогда, но все время помнила о том, что приближается выступление Холдена. Господи, пожалуйста... Надеюсь, Лашанте получила записку! Время словно ускорилось. Итак, великий момент настал. Гастон нанес Чудовищу смертельный удар, и тот упал замертво. Чудовище тяжело дышало, лежа на сцене.

– Нет! – крикнула Элла. – Не покидай меня! Пожалуйста! – Она, задыхаясь, упала на колени. Ее грудь вздымалась, пока она горько оплакивала своего друга. – Ты не умрешь! – Она села, боясь отвести глаза от Чудовища. – Я... я люблю тебя.

Вдруг раздались таинственные звуки. Началось превращение. Упал занавес, из-за декораций выпустили искусственный туман. Чудовище спряталось за занавесом и прокралось за кулисы. Пришла очередь Холдена. Он должен вместе с ней выйти на сцену. Но его нигде не было видно.

– Холден! – тихо позвала она, вглядываясь в туманную темноту. – Ты где?

Вдруг послышались мелодичные звуки: флейты дружно заиграли новую песню. «Старая сказка» – любимая песня Холдена. Он тут же вышел из тумана, и ей больше ни секунды не пришлось переживать.

Холден ласково улыбнулся, глядя на нее.

– Я здесь, – прошептал он.

– Хорошо, – тихо ответила Элла.

На сцене загорелся свет. Превращение закончилось.

Холден выглядел потрясающе. Он стоял рядом с ней в бело-золотом костюме, гордо расправив плечи. Глаза излучали доброту и веру в себя. Ни разу, ни на одной репетиции Холден не произносил слова, написанные в сценарии. Но в тот вечер Господь совершил много чудес. Холден дотронулся до ее плеча:

– Это я, Красавица! Ты видишь? Я всегда был таким.

Элла разомкнула губы, хотя сначала ей показалось, что она не сможет произнести даже собственное имя. Холден не играл, а рассказывал ей о себе. Он пытался сказать, что он такой, каким она видит его сейчас, а вовсе не тот робкий паренек, которого Элла встретила несколько месяцев назад. Девушка разгладила складки на платье, вспоминая слова. Музыка продолжала играть. Лашанте и парень-реквизитор сделали все, о чем она просила, и вот... услышав музыку, Холден набрался смелости выйти на сцену.

«Элла, сосредоточься! Возьми себя в руки!»

– О, это ты! Я не верю своему счастью! – Она взяла Холдена за руки.

Он запел:

– Старая сказка...

Настала ее очередь петь, но она не успела начать, потому что в зале произошло нечто неожиданное и незапланированное. Зрители стали хлопать – все громче и громче. Музыканты поняли, что Элла не сможет вступить, и сыграли восемь тактов еще раз.

Но что же Холден? Как он отреагирует на громкие аплодисменты? Она заглянула ему в глаза, а он близко придвинулся к ней. Ей почудилось, будто он хочет ее поцеловать. В последнюю секунду он коснулся ее щеки и прошептал на ухо:

– Все хорошо, Элла. Подожди, пока начнется музыка.

До этого момента Элла не могла понять, когда Холден играет, а когда живет по-настоящему. Теперь ей все стало ясно. Это не игра. Перед ней настоящий Холден. Когда-нибудь он научится справляться со своим волнением без музыки. Постепенно аплодисменты смолкли, и оркестр продолжил играть с того места, на котором их прервали зрители. Элла выпрямилась, набрала в грудь больше воздуха и улыбнулась, глядя Холдену в глаза. Тот был спокоен.

К ним присоединились другие актеры: Когсворт, Люмьер и Бабетта кружились по сцене, посередине которой стояли Элла и Холден. Красавица и Чудовище. Холден допел песню. Элла не сомневалась, что навсегда запомнит этот момент.

Она думала, что все зрители в зале плачут так же, как она, если понимают, о чем поет Холден. В начале года они все ошибались. Они ошибались насчет Майкла Шварца и Холдена. Они не смогли разглядеть настоящего Холдена за его странным поведением, необычным видом и упорным молчанием. Но теперь...

Теперь все люди, сидящие в зале, стали свидетелями чуда. Музыка всегда жила в его душе, но сегодня они услышали песню Холдена и увидели истину. Холден Харрис – не просто молодой человек, который борется с болезнью. Он глубоко переживает за всех, кто учится с ним в Фултонской школе. А главное – он настоящий принц.

Элла будет верить в это всю свою жизнь.

***

Сюзанна все время плакала. Сложно сказать, почему она так расчувствовалась: то ли из-за чудесного преображения, которое она увидела на сцене, то ли оттого, что в перерыве в зале появился муж и сел рядом с ней. Ей было все равно, что привело его сюда. Сегодня ее посетило полузабытое, почти незнакомое чувство.

Надежда.

Все благодаря Холдену Харрису. Он изменил отношения в их семье.

Представление закончилось. Холдену и другим актерам рукоплескали не меньше пяти минут. Сюзанна боялась думать о том, сколько прекрасных моментов они потеряли, когда много лет назад с легкостью отказались от дружбы с семьей Харрис. Да, Холден заболел, да, его способности были ограничены.

Но разве эта проблема не должна заботить всех людей без исключения?

Если бы они продолжали дружить с Трейси и Дэном, их жизнь пошла бы совсем по-другому. Мужчины продолжили бы ходить на занятия по изучению Библии. Рэнди никогда бы не отдалился от семьи. Она бы не стала тратить время на салоны красоты в бесплодной гонке за совершенством. Теперь, глядя на Холдена, Сюзанна с ясностью понимала, что истинная красота идет изнутри.

Спектакль закончился. Мистер Хокинс поблагодарил зрителей зато, что они пришли. Актеры спустились в зрительный зал. Они обнимали родственников и друзей и получали поздравления. Сюзанна искала глазами одну актрису.

Свою дочь Эллу.

Увидев ее, она дотронулась до руки мужа:

– Я скоро.

Говорить приходилось громко, так как в зале было очень шумно. Рэнди кивнул. Сюзанна направилась к дочери, но обернулась и увидела, как Дэн Харрис подошел к ее мужу и дружески хлопнул по спине:

– Рэнди! Давно не виделись.

Еще одно чудо. Кто бы мог подумать, что Дэн найдет Рэнди, прежде чем тот выскользнет из зала, и они побеседуют после чудесного представления, на котором побывали.

Сюзанна пробиралась через толпу, сжимая в руке красную розу на высоком стебле. Эллу окружили ребята. Рядом с ней стоял Холден. Он был поразительно похож на настоящего принца. Выражение его глаз изменилось. Он не смотрел в лицо тем, кто подходил к Элле, но не отходил от нее ни на шаг, словно защищая.

Сюзанна подошла к дочери совсем близко, но та ее не замечала. Мать была даже рада этому. Она наблюдала за Эллой и Холденом, и ей казалось, будто ее посетило прекрасное видение и она вновь увидела их трехлетними детьми. Ведь они с Трейси всегда мечтали о том, что Элла и Холден вырастут и составят прекрасную пару. Они будут поддерживать друг друга и, словно магнитом, притягивать к себе окружающих людей.

И вот, – несмотря на все напасти, – именно так и произошло. Сюзанна смотрела на Холдена. Какие у него добрые глаза! Возможно, он никогда полностью не излечится от аутизма и не пригласит Эллу на свидание, но, взглянув на дочь, Сюзанна поняла, что Элла без ума от Холдена.

Она будет любить его всю жизнь.

Сюзанна шагнула вперед и дотронулась до руки дочери:

– Милая...

Элла обернулась и, помедлив всего одно мгновение, бросилась в объятия матери.

– Поразительно, правда? Это чудо! Ты все видела? – Элла задыхалась от волнения. – Холден... если бы не он, я бы не справилась!

– Я все видела. – Слезы обжигали глаза. Сюзанна отдала дочери розу и поцеловала ее в щеку. – Элла, я тобой горжусь. Ты... ты настоящая Красавица. Музыка и твоя любовь... я думаю, они помогли Богу совершить чудо для Холдена.

Элла просияла и взглянула на молодого человека, который стоял рядом с ней. Он словно никого не видел. Его взгляд был устремлен куда-то вдаль. Но когда Элла дотронулась до его руки, он посмотрел ей в глаза. Он не видел в зале никого, кроме нее.

– Холден, ты помнишь мою маму?

Холден перевел глаза на Сюзанну и, немного помедлив, улыбнулся.

– Да, – громко произнес он, стараясь перекрыть шум в зрительном зале. – Вы сидели с Эллой на качелях.

Сюзанна с изумлением поняла, что Холден прекрасно все помнит. Он ничего не забыл, хотя надолго укрылся в своем внутреннем мире. Он все видел, слышал и помнил.

– Точно! – Она улыбнулась ему. – Потом поговорим, ладно?

– Потом. – Он снова устремил взгляд в пространство, ни на шаг не отходя от Эллы.

– Мама... – в голосе Эллы больше не было слышно радостного возбуждения, – прости, что раньше мы мало разговаривали. Надеюсь... надеюсь, у нас все наладится.

– Я очень надеюсь. – По щеке сползла одинокая слезинка. – Я люблю тебя, Элла. Мне жаль, что я мало внимания уделяла тебе. Я хочу, чтобы все изменилось. Ты увидишь, какая я на самом деле.

Элла улыбнулась. У нее заблестели глаза. Она посмотрела на Холдена, а затем снова на мать:

– Это можно сказать про всех нас.

Поток желающих поздравить Эллу и сфотографироваться с ней не иссякал. Сюзанна отошла к своему мужу, который разговаривал с Дэном. Трейси стояла рядом. Подруги обнялись.

– Холден прекрасно выступил.

– Я о таком даже не мечтала... это похоже на сон.

– Чудо!

– Да. – Трейси посмотрела на мужчин и перевела взгляд на подругу. – Чудеса еще не закончились.

Они вновь заговорили о спектакле, о восторженных зрителях и трогательном финале. Конечно, это был неподходящий момент, чтобы обсуждать их отношения с Рэнди и планы записаться к психологу, чтобы решить все проблемы. Довольно того, что сказала Трейси: сегодня Бог совершил чудо, и чудеса еще не закончились. В жизни Холдена их еще немало случится.

И в ее жизни тоже.

***

Холден был рад, что видит школьников, родителей, учителей. Он знал, что Бог услышал его молитвы. Он молился с той минуты, как закончился спектакль. Иногда он разговаривал с Эллой, но все остальное время молился.

«Дорогой Иисус, посмотри, как счастливы люди в этом зале! Я молился за них. За все места – одну тысячу пятьдесят три. Но сегодня людей еще больше, чем одна тысяча пятьдесят три. Потому что у стены стояли еще двести одиннадцать человек. А значит, всего их одна тысяча двести шестьдесят четыре. Они были счастливы. Все до единого». В его душе снова заиграла музыка. Она уносила его в самое прекрасное место на свете.

«Господи, я знаю, что Ты сегодня рядом со мной. Ты всегда будешь рядом. Ведь Ты послал мне Эллу, моего лучшего друга. Мое сердце всегда будет с ней: на сцене, в репетиционном зале, на диване, где мы смотрели кино. С Эллой. Я надеюсь, что каждый человек найдет того, кому отдаст свое сердце».

Кейт подошла к нему, когда он молился, и дернула его за рукав.

– Кейт... ты похожа на принцессу! – сказал он.

Услышав это, девочка засмеялась, ее лицо осветилось улыбкой.

– Ты лучший принц на свете, Холден. Самый-самый.

– А ты лучшая сестренка в мире!

– Холден, я тебя слышу! – Кейт обняла его за талию. – Я слышу тебя, даже когда другие люди не слышат. – Она вприпрыжку побежала по залу к родителям Холдена и вместе с ними вернулась к нему.

– Сынок, я тобой горжусь. Ты сыграл гениально. – Отец осторожно похлопал его по плечу. Холдену было тяжело это переносить, но он выдержал. Ведь это его отец. Он вернулся домой.

– Спасибо, папа. Я рад, что ты пришел.

Мама ничего не сказала, потому что плакала. Но Холден не огорчился, ведь она плакала от счастья. Он понимал разницу. Родители пошли к выходу, чтобы подождать его там. Холден продолжил молиться.

«Иисус, я хотел поблагодарить Тебя за этот вечер. Я всю жизнь молился о том, чтобы он стал явью. Я знаю, Ты меня слышишь. Сегодня Ты был в первом ряду в зале и за сценой тоже. – Он немного подумал. – Не мог бы Ты передать Майклу, что мы по нему скучаем? Я знаю, Ты меня любишь. Твой друг Холден Харрис».

Осталась всего одна вещь, которую он хотел сделать с тех пор, как Элла предложила ему участвовать в мюзикле. Сейчас рядом с ними было не так уж много людей, и он решился:

– Элла!

Она обернулась к нему:

– Да, Холден?

– Можно тебя обнять?

Элла с нежностью рассмеялась:

– Да... да, конечно!

Тогда Холден привлек ее к себе и крепко обнял. Он больше не слышал барабанов. В зале играла красивая музыка. Она заполнила все помещение. Вдруг он почувствовал, что Элла покачивается вместе с ним. Это было удивительно. Значит... значит, он с самого начала был прав!

Элла тоже слышит музыку.

От автора

Дорогие друзья-читатели!

Три года назад мои дети участвовали в мюзикле, поставленном Христианским молодежным театром. На одной из репетиций я обратила внимание на мальчика, который сидел в заднем ряду. Он тихо покачивался с отстраненным видом. Назовем его Сэмюэл, чтобы сохранить конфиденциальность. Мать Сэмюэла сидела недалеко от него. Она сказала мне, что у мальчика аутизм.

– Он не умеет общаться, – объяснила она. – Его сестра играет в пьесе, поэтому мы приходим на все репетиции. – Женщина помолчала. – Мы каждый день молимся о том, чтобы он нам открылся.

В то время Сэмюэлу было десять лет. Спустя восемь недель все заметили, что мальчик изменился. Он перестал сидеть в углу и больше не раскачивался. Постепенно он стал выбираться из своей раковины. Сэмюэл стал высоко держать голову и все ближе подходил к детям. Когда они исполняли песню, мальчик кивал, словно загипнотизированный музыкой.

В Христианском молодежном театре готовили новый спектакль. К тому времени Сэмюэл преобразился. Он научился общаться с другими людьми, пусть порой это выходило не очень хорошо. Ему доверили работать с декорациями.

– Просто не верится! – восторгалась мать. – С каждым днем он раскрывается все больше. Я уверена, это благодаря музыке.

В работе театра наступил длинный перерыв. Следующий спектакль стали готовить только через год. Дело было перед Рождеством, и дети решили поставить мюзикл «Скрудж». Я в то время увлеченно работала и поэтому редко приходила на репетиции. Но на премьере я едва поверила своим глазам. Когда на сцену высыпали горожане в старинных английских костюмах (они пели и переговаривались друг с другом), среди них был и Сэмюэл!

Мальчик, который не умел говорить, теперь выступал на сцене!

В антракте я подошла к его матери. Мы обе чуть не плакали от умиления.

– Это чудо! – воскликнула она. – С помощью музыки Бог вернул нам ребенка!

Тогда я решила написать книгу о мальчике-аутисте, которого музыка освободила из внутреннего плена. Так случилось с Сэмюэлом... и Холденом Харрисом.

Я начала писать о восемнадцатилетнем аутисте, испытывая большую нежность к этому персонажу. Оказывается, аутизм правильнее называть заболеванием аутического спектра, потому что случаи заболевания сильно различаются симптомами. Некоторые люди вполне самостоятельны. В основном это касается больных синдромом Аспергера. Другие, как Холден из моей книги, отказываются общаться с людьми и порой навсегда остаются пленниками собственного маленького мира.

Аутисты страдают от сенсорной перегрузки. Они не любят шума, ярких красок и громких разговоров. Если до них дотронуться, они могут замкнуться в себе или, напротив, испытать приступ паники. Некоторые отказываются общаться с рождения. Другие, как Холден, нормально развиваются, но потом у них внезапно начинается стремительный регресс. Каждая история болезни уникальна.

Я молюсь за всех людей, у которых есть родственники-аутисты. Собирая материал для книги, я узнала, что дети-аутисты изобретают свой способ выказать любовь и привязанность. Они добрые и искренние. Странное и необычное поведение помогает им выразить свои мысли и чувства.

Я понимаю, что, к сожалению, не все люди, которые воспитывают ребенка-аутиста, увидят чудо, подобное тому, что произошло с Холденом. Тем не менее я писала своего героя с настоящего, реального мальчика – Сэмюэла. Я верю, что некоторые дети могут открыться, они добиваются больших успехов. При современном уровне развития медицины надежда есть у всех.

Если же у вас нет близких или родственников, больных аутизмом, я молюсь о том, чтобы история Холдена сделала вас более чуткими по отношению к людям, которые отличаются от вас. Доброта способствует пониманию. Я многому научилась, когда писала о том, как Элла терпеливо помогала своему другу Холдену.

Кроме того, в книге затрагивается такая страшная и серьезная тема, как самоубийство. Бог подарил нам жизнь, и только Он имеет право ее забрать. Если вы знаете человека, который потерял интерес к жизни или подвергается издевательствам, вам следует принять меры. Если вы сами не видите в жизни смысла, вам нужно обратиться за помощью к специалистам. Запишитесь на прием к психологу, позвоните врачу, поговорите с человеком, которому доверяете. Мне было мучительно описывать сцену самоубийства Майкла. Я сумела закончить ее лишь потому, что в последнюю минуту мой герой передумал умирать.

Самоубийство ужасно тем, что это означает конец. Но не выход. Бог хочет, чтобы мы принимали жизнь такой, какая она есть, пусть не всегда приятной или хотя бы терпимой. Он подарил ее нам. Если вы проснулись сегодня утром, значит, вы еще не достигли цели, которую Он перед вами поставил. Во Второзаконии говорится, что Бог предлагает нам «жизнь и смерть, благословение и проклятие». Библия призывает нас избрать жизнь.

Я молюсь о том, чтобы вы и ваши близкие сделали правильный выбор.

Наконец, я хотела сказать, что все мы по-своему замыкаемся в собственном мире. Жизнь слишком коротка, и потому мы должны быть искренними с теми людьми, которых послал нам Бог. Давайте любить, смеяться и жить, как подобает истинным христианам. Не забивайтесь в угол и живите своим умом – Бог создал вас уникальным человеком. Вы поймете, в чем заключается смысл вашей жизни, если поверите в Бога.

Я, как обычно, с нетерпением жду ваших отзывов о новой книге.

Хочу рассказать вам кое-что еще. Я придумала сюжет романа «Возвращенный из плена», когда летела из Вашингтона в Портленд, штат Орегон. Начала писать, и спустя несколько часов исписала двадцать страниц в блокноте. Я буквально не могла остановиться.

Пока я писала роман, я сильно привязалась к Холдену Харрису и Элле Рейнолдс и вместе с ними оплакивала смерть Майкла Шварца.

Закончив, я почувствовала, что ступила на «священную землю», словно Бог встретил меня в переполненном самолете и вручил ценный подарок – эту историю. Я сохранила посадочный талон и написала на нем: «Возвращенный из плена». Хочу, чтобы вы знали: такое со мной произошло впервые.

Я хочу еще раз поблагодарить вас за то, что вы прочитали эту книгу. С нетерпением жду ваших отзывов! А пока, друзья мои, помните о Христе и слушайте музыку.

Да пребудет с вами Его свет и любовь!

Карен Кингсбери ngsbury.com