Текст книги "Киллер. Никому не отдам (СИ)"
Автор книги: Калерия Гумерова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 14 страниц)
– Госпожа захотела чай, он повёл её на кухню.
– Хорошо, сбегай посмотри, что она делает, и доложи мне. Я буду в соседней комнате.
– Хозяин, Сатан вырвет мне сердце, если я зайду в спальню его женщины, – серьёзно говорит боец.
Этот псих уже всех напугал! Правильно! Одобряю!
Я хмыкнул.
– Тогда постучишь, я выйду.
– Понял.
Подхожу к двери и стучу пару раз, проявляя уважение к женщине. В последний раз я её слишком сильно напугал, придётся начать с извинений.
– Пошел вон! – истерически вопит она.
Я аж опешил.
– Это я, Эстер.
Слышу шум неспешных шагов, ручка поворачивается, и дверь предо мной открывается.
– Рагнар, черт, извини, я думала, это снова Сатан приперся! – ее голос звучал слишком напряженно.
Да и вся она была растрепанная, не как обычно с иголочки. Без макияжа, красной помады на губах и официальной одежды, которую она так любила носить. Такая домашняя и обычная Эстер. Непривычно!
– Тебе разве можно вставать? – я опускаю взгляд на ее руку, женщина придерживает ею свой живот. – Немедленно ложись в постель.
Я прохожу внутрь, закрываю дверь и жду, пока она уляжется обратно.
Оглядываю комнату и обнаруживаю слишком много вещей. Коробками заставлен весь пол. Кажется, я догадываюсь, почему Эстер так злится.
– Сатан притащил твои вещи из квартиры?
– Этот ненормальный уже меня достал! Можно как-то запретить ему приближаться ко мне под страхом смертной казни?
Эстер подтягивается к изголовью и облокачивается спиной, чтобы сесть.
– Можно, но вряд ли поможет, – ухмыляюсь я. – Тайрон запрещал бойцам тебя трогать, сейчас он в тюрьме, поэтому…
– Так прикажи ты! – выпаливает она. – Ты же теперь этот ХОЗЯИН!
Я, конечно, могу это сделать. Но Сатан не сможет выполнить мой приказ, мне придется его наказать, а я не хочу этого делать, потому что прекрасно все понимаю!
– Разбирайтесь сами, я в ваши отношения лезть не буду!
– Да нет у нас никаких отношений, Рагнар! Этот пуленепробиваемый танк этого не понимает! Даже сына привез и настроил на свою сторону.
– Где Мартин?
– Внизу на матах с бойцами тренируется. Науськал моего сына, так теперь он рвется научиться ломать кости!
– Мой приказ ничего не изменит. Могу лишь поговорить с ним.
– Тогда я уволюсь к чертовой матери и уеду из страны.
– Во-первых, ты подписала контракт на год, во-вторых, Сатан тебя из ада достанет, если потребуется. Ты от него не спрячешься, Эстер, просто поговори с ним. Ты же психолог! Вон Фрейя подчинила нашего Асманова, тот выполнял все ее прихоти, как умалишенный.
«А ты не умалишенный? Эсфи хоть и не психиатр, но приручила тебя, как собаку!»
– Вот именно! Мои методы работают против меня! Никакой универ к такому не готовит! Мне проще еще раз родить с одним яичником, чем его вылечить!
Я сажусь на диван и откидываюсь, ложась горизонтально.
– Давай начнем с меня!
– Сейчас?
– Сейчас.
– Что случилось?
– Я забрал Эстер у отца, вечером мы женимся. Она захотела снова розовые волосы… – увидев трещины на потолке, я начинаю нервно перебирать пальцами. – Меня это беспокоит! Неужели я слишком надавил?
Эстер тяжело вздыхает.
– Пропущу тот момент, что я говорила тебе не трогать девушку, пока мы с ней работаем, и отвечу на твой вопрос ради своей же безопасности.
Я поворачиваю голову в ее сторону.
– Я не причиню тебе вреда и прошу прощения за недавний инцидент. Ты просто попала под горячую руку.
– И все же… вы не контролируете себя, отказываетесь от таблеток, что я могу? Забалтывать вас вместо снотворных? Иногда сеансов мало, требуется медикаментозное лечение, особенно для таких, как вы!
– Я понимаю! Кто-то еще отказался от колес?
Она кивает.
– Хорошо, я буду принимать таблетки и прикажу всем следовать твоим рекомендациям, видимо, мой пример оказался неудачным, и все начали повторять.
– Сатану тоже заставишь?
– Заставлю!
Она с облегчением закрывает глаза и глубоко дышит.
– Тут дело не в тебе, Рагнар, это из-за отца, – наконец отвечает она на мой вопрос. – Эсфирь перекрасится только ради его спокойствия. Коган видит в ней свою жену, девочка очень на нее похожа. Он слишком сильно любил Мари.
– То есть с ней все хорошо? И нет никакого отката?
– Конкретно с волосами – да! Но вот свадьба? Рагнар, зачем так спешить?
– Это нужно для ее же защиты!
– Для защиты нужно просто защищать, а ты привязываешь ее к себе. Зачем?
– Я люблю ее.
– А она тебя?
– Очень.
– Ты уверен, что это не призрачная фантазия Эсфи?
– Не уверен, но даже если так, я буду добиваться ее любви.
– Какие же вы твердолобые маньяки! Она хоть сама согласилась на брак?
– Да.
– Хорошо, мне надо будет тоже с ней поговорить. Что ты чувствуешь сейчас, когда она здесь?
– Мои демоны успокаиваются с ней, слушают ее, хотят, чтобы она была рядом.
– А когда ее рядом нет?
– Меня тоже нет. Есть только они, – я подношу указательный палец к виску. – Так пусто, что застрелиться хочется!
– Но ты не поэтому ко мне пришел, верно?
– Верно. Андреа дернул Эсфирь за руку.
Вспоминаю, и внутри все жмет от гнева.
– И?
– Что «и»? Я сломал ему руку, а потом въеб… еще и в нос!
– Рагнар, ты совсем уже? Это же ее отец! Ему-то можно к ней прикоснуться! – повышает она на меня свой голос.
– Нельзя!
Я не доверяю никому. Пусть даже он ее отец. Любил бы дочь, она была бы уже в другом состоянии сейчас.
В любом случае, даже если бы он был другим отцом, я бы не позволил этого! Эсфи только моя, и только я могу её трогать, только я! Никому больше нельзя, даже если она сама захочет! Я не позволю!
Пусть я больной собственник, мне плевать! Её кожа будет знать только мои прикосновения, её тело – чувствовать только мои ласки!
– Ты невозможен! – она прикрывает свой лоб рукой и качает головой. – Мне кажется, с вами мне самой уже нужен психиатр!
– Психиатру психиатр⁈ – издаю нервный смешок и поднимаюсь. – Может, тебе просто нужен отпуск?
– Если я уйду в отпуск, Рагнар, то вернусь в клуб одичалых маньяков-убийц, которые только и умеют, что рычать.
– Ну, мало что поменяется. Так мы просто маньяки-убийцы, добавится лишь парочка прилагательных.
Эстер кидает в меня подушку, я ловко ловлю её у своего носа.
– Очень профессионально! – язвлю я.
В последнее время мне всё чаще хочется шутить. Раньше такого за собой не замечал!
– Сеанс окончен! – заявляет она.
– Но я не рассказал самого главного!
– Ты слышал её, уходи, – Сатан появляется в проёме. – Регистратор в кабинете. Госпожа Коган уже в белом платье и с розовыми волосами. На сегодня всё?
Чёртов призрак! Я даже не заметил, как он тут оказался. Видимо, старался изо всех сил, раз справился всего за два часа.
Сатан держит в руках коробку от игрушечной машинки. Наверное, купил ребенку. Как бы Эстер не хотела от него избавиться, Сатан ее уже не отпустит, только если она его застрелит и освободит себя от него. Тут только один вариант!
Я встаю и направляюсь на выход, хлопаю его по плечу, проходя мимо.
– Зачем ты без моего разрешения покупаешь подарки моему сыну?
– Я обещал Мартину эту игрушку, это между нами, – отвечает он ей так же холодно.
Дальнейший разговор мне не слышен, потому что я удаляюсь к своей невесте. Моя принцесса ждет в кабинете вместе с регистратором. Я открываю дверь и просто застываю на месте от ее сияния.
Нежно-розовые локоны красиво завиты и уложены в прическу, полупрозрачная ткань белого платья будоражила мои нервные окончания. Плечи оголены, V-образный глубокий вырез… Я сглатываю слюну и пытаюсь вспомнить, как дышать. Поднимаю взгляд и встречаюсь с ее глазами, они горят от счастья и радости, Эсфи крепко сжимает в руках свой букетик и улыбается мне.
– Рари…
– Какая ты красивая, – я подхожу к своей красавице и впиваюсь в губы, не замечая присутствия мужчины, пришедшего зарегистрировать наш брак.
Он нервно откашливается, пока я погружаю в свою женщину язык, овладевая ее разумом. Она уже моя жена. С того самого момента, как только я ее забрал. Она моя!
Тело Эсфи расслабляется, она шатается и падает полностью на мою грудь.
Запускаю в ее волосы руку и тяну вниз, запрокидывая голову, чтобы еще сильнее углубить наш поцелуй.
– Рари, мы не одни, – хрипит она, отстраняясь от меня спустя какое-то время.
Б…ь! Я уже и забыл, для чего все это!
«Закинь ее на плечо и унеси в постель!»
«Какая постель? Трахни прямо на столе!»
– Где бумаги? – рявкаю я на мужчину средних лет, он дергается от моего тона и подталкивает листы вперед вместе с ручкой.
Вместе с Эсфи иду к столу. Ставлю подпись и отдаю ручку ей.
– Распишись здесь, – прошу я ее, указывая на нужное место.
– Но сначала я должен спросить согласие…
Я поднял на него глаза, и мужчина сразу заткнулся. Он хоть и действует по букве закона, но сейчас я не выдержу всей этой х…и с вопросами, клятвами и прочей фигней! Все будет! ПОЗЖЕ!
Эсфи ставит идеальную подпись с шикарным росчерком и крепко прижимается ко мне, пряча лицо на груди.
– Теперь я твоя жена, Рари? – спрашивает она, смущаясь.
Я поднимаю ее лицо за подбородок и заставляю посмотреть мне в глаза.
– Теперь ты вся моя жизнь!
Глава 28
Эсфирь
– Теперь ты вся моя жизнь! – хриплым голосом говорит мне Рагнар, смотря прямо в глаза, как на женщину, ради которой готов сжечь весь мир.
Его руки впиваются в мою спину так, будто он хочет пробить мне ребра насквозь. Эти объятья с привкусом владения слишком сильнее обдают жаром, чем болью.
В помещении становится душно, словно воздух весь сгущается, как и все остальное – только до нас.
Мои мысли путаются, щеки горят, дыхание с каждой секундой становится все более сбивчивым.
Букет с рук падает на пол в тот момент, когда он поднимает меня на уровень своего лица и жадно целует. Совсем не осторожничает, как раньше. Сминает своими губами мои так дико и при этом как свою.
Хлопок закрывающейся двери нас совершенно не беспокоит, когда регистратор покидает кабинет, оставляя нас наедине.
Свободной рукой Рари скидывает все с массивного стола. Все папки, бумаги и ручки с печатями летят вниз, как ненужный мусор.
– Рари, мы тут… – я не успеваю договорить, как он вновь примыкает к моим губам и проталкивает свой язык внутрь глубже, укладывая меня на прохладную деревянную поверхность.
Он накрывает меня собой и проникает руками под платье. Грубые, шершавые ладони царапают кожу бедер, пока его язык неумолимо поглощает мое сознание.
Мне не хватает воздуха, внутри такое чувство, что меня подбрасывают наверх и вниз. Хочется, чтобы эта пытка прекратилась, но в то же время не заканчивалась никогда!
Я мычу ему в рот. Еще немного, и просто потеряю сознание от недостатка кислорода и нахлынувших чувств!
– Прости, – он отрывается от моих губ и утыкается в вырез декольте. – Прости, Эсфи, но мне напрочь сносит тормоза.
Рари проводит языком по ложбинке, вызывая приятные покалывания, которые сосредотачиваются внизу живота. Там стягивает все судорогой. Хочу испытать то, что он сделал, когда мы были в моей комнате. Тогда я рассыпалась на миллиард частиц и получила освобождение от этой муки. То состояние показалось мне самым прекрасным моментом, который я когда-либо испытывала.
– Рари… – стону я, когда он начинает прикусывать через ткань органзы мои соски.
Выгибаюсь навстречу дугой и притягиваю сильнее мужчину за волосы.
– Не могу остановиться… прости, – треск разрезает тишину кабинета.
Рари беспощадно рвет лиф платья, оголяя мою грудь.
– Ты такая красивая, Эсфи. Такая… моя. – он снова нападает своим ртом на мое тело.
Я остаюсь без одежды за каких-то несколько секунд. Испорченное платье летит ко всем бумагам вниз, туда же присоединяются и трусики. Больше на мне ничего не остается, и я оказываюсь полностью обнаженной перед ним и сердцем, и телом.
Рари больше не говорит, лишь издает рычащие звуки, которые выдают его страсть и нетерпение. Пока я мечусь на столе под его ласками, он оставляет на каждом сантиметре моей кожи свой незабываемый след: на шее, ключицах, плечах, груди, спускаясь все ниже и ниже, туда, где сильнее всего тянет и горит.
Когда его дыхание опаляет лобок, я уже готовлюсь к прикосновению языка, которое сводит меня с ума, но вместо этого Рари возвращается к моему лицу. Мне не удается сдержать разочарованный стон.
– Моя страстная и нетерпеливая Эсфи… – смеется он одним выдохом. – Ты получишь все этой ночью, я не отличаюсь терпеливостью. Черт, я даже не донес тебя до кровати.
Рагнар проводит рукой по моей щеке, нежно касаясь губами моего подбородка.
– Я слишком сильно привык быть один, я не умею быть с кем-то, кто нуждается во мне, но обещаю, что научусь заботиться, научусь всему, что тебе нужно.
– Рари… – руками тянусь к его лицу, чтобы снова поцеловать мужа.
Муж… это слово дает ответственность не только ему, но и мне. Что я знаю об обязанностях жены? Ничего! У меня не было матери, которая бы научила меня этому.
– Я тоже обещаю тебе, что научусь быть хорошей женой!
– Тебе ничего не нужно делать, олененок, просто будь! Этого достаточно!
Мои руки скользят под его черную футболку. Я провожу пальцами по его мощной спине, ощущая напряженные твердые мышцы. Он такой большой, что моих рук не хватает, чтобы сомкнуть их вместе. Провожу ладонями вниз и чувствую неровности кожи, затянутые шрамы от ранений. Мне не противно, наоборот, я горжусь этим. Мой принц очень много воевал.
Рари отстраняется, чтобы снять с себя всю одежду. Его член дергается, когда я смотрю на него в упор. Поднимаюсь глазами выше по поросли жестких волос к пупку, по ярко выраженным кубикам на прессе, идеальному торсу, груди…
– Ты потрясающий, Рари! – шепчу я, смотря на его тело, как на произведение искусства.
Хочется взять в руки кисть и запечатлеть его тело. Такое мощное! Я не могу отвести взгляд, хоть мои щеки и краснеют!
– Не уверен, что смогу остановиться, если начну, – шепчет он хриплым голосом. – В твой первый раз будет больно, олененок.
Он прислоняется своим лбом к моему и пытается сдержать себя.
– Знала бы ты, что я хочу с тобой сделать, Эсфи… если будет нестерпимо больно или страшно, то скажи. Я постараюсь… остановиться, – даже эти слова даются ему с трудом.
Но я ничего не отвечаю, лишь прижимаюсь к его телу сильнее, давая понять, что готова ко всему.
Рагнар берет свой член в руки, слегка отстраняется, давая мне больше обзора, пару раз скользит ладонью, будто пытается унять возбуждение, а сам внимательно на меня смотрит.
– Я не боюсь, – не знаю, почему говорю это, хоть меня и трясет.
Кажется, эти слова для него так важны в этот момент.
– Развинь ножки пошире.
Я слушаюсь и сгибаю их, упираясь пятками о стол. Он вплотную прижимается своей разгоряченной плотью к моей и начинает ласкать, размазывая влагу, скопившуюся внутри. Тихий стон вырывается сам собой.
Наша кожа трется друг о друга, что-то внутри нарастает, намереваясь взорваться и унести сознание за пределы этой комнаты.
Рагнар ускоряет свои движения, неосознанно я сама начинаю извиваться навстречу, чтобы получить то, что так жаждет все мое тело.
– Рари, не… не останавливайся! – мои ногти впиваются в его торс.
Он склоняется к моей шее и больно кусает в тот момент, когда я кончаю с громким криком. Все тело сотрясает от дрожи, не успевает она закончиться, как Рари входит в меня одним резким толчком.
Вспышка боли заставляет мир поплыть. Слезы скапливаются в глазах, я боюсь издать хоть какой-то звук, чтобы не напугать его.
– Б…ь, б…ь, б…ь! – ругается он, пытаясь совладать с собой. – Эсфи, ты меня убиваешь!
Его таз подается назад и снова вбивается. Резко. Больно.
– Укуси меня, – просит он. – Сделай мне так же больно, любимая!
Не знаю как, но я нахожу в себе силы обнять его за плечи и вцепиться зубами в его мышцу. На языке разливается привкус железа. Не сразу понимаю, что прокусила до крови его кожу. Но когда отстраняюсь, вижу кровавые следы от своих зубов. Должно быть, ему слишком больно!
Он рычит, не прекращая погружаться в меня. Стол сотрясает при каждом движении. Его напор становится все жестче.
– Еще! – требует он, подставляя шею.
Я кусаю снова, но уже не сильно. Прижимаюсь крепко к любимому мужчине, пока он берет все, что так ему нужно.
– Больно? – спрашивает он, но не останавливается.
Я молчу, стискивая зубы. Не хочу портить такой момент.
– Сука! – ругается он, ударяя кулаком о столешницу с дикой яростью. – Ты слишком узкая для меня, малышка.
Его пальцы спускаются к клитору и начинают кружить по чувствительному бугорку. И это начинает помогать. Жжение отступает. С каждым толчком я начинаю хотеть снова его погружения.
Поймав эту волну, начинаю тихо постанывать под ним. Мышцы расслабляются, и я наконец наслаждаюсь нашим первым соединением.
Кабинет заполняется нашими рваными вздохами и хрипами. Рари, как зверь, поглощенный необузданной природой, натягивает меня, удерживая в своих руках.
Столешница уже не кажется такой холодной, как и воздух. Дискомфорт ушел. Тело начинает покалывать, а ноги стрелять судорогами.
Рари закидывает их на свою спину и наваливается на меня. Мои соски трутся о его грудь, и это тоже начинает мне нравиться. Пальцами мужчина зарывается в мои розовые волосы, толкается еще пару раз, а затем резко выходит и изливается на живот.
Я чувствую, как он дрожит, прижимаясь ко мне. Его вес приятно давит, пока Рари возвращается в реальность, восстанавливая дыхание.
Затем он приподнимается и осматривает сначала все вокруг, потом меня. Его глаза наполняются сожалением и горечью.
– Почему ты ничего не сказала… Б…ь, я был слишком груб, олененок! – он касается своей рукой моей щеки.
Я бросаю взгляд на его член, испачканный моей девственной кровью. Он прослеживает за моим взглядом и накрывает его рукой.
– Такого больше не будет, это только в первый раз, – его ладонь осторожно ложится на мой лобок. – Сильно болит?
Отрицательно мотаю головой.
– Значит, сильно, – выдыхает он обреченно. – Б…ь!
Рагнар отходит от стола, поднимает свою футболку и вытирает меня от своего семени. Без его тепла становится холодно. Я обнимаю себя руками, прикрывая грудь и привстаю, пытаясь подняться.
– Не шевелись, – он откидывает футболку на пол и берет меня на руки. – Я сам отнесу тебя в постель.
Рари прикрывает мое тело остатками платья. Выходит в коридор, приказывая бойцам отвернуться, и несет на второй этаж.
– Камеры пока не работают, бойцы не смотрят. Тебя никто не увидит. Я бы не позволил, – говорит он мне на ухо.
Кажется вечностью время, пока мы добираемся до своей комнаты. Рагнар садит меня на постель, распутывая из белой ткани, вновь оголяет и присаживается на корточки рядом.
– Посмотри на меня, Эсфи, – его голос слишком тверд, чтобы ослушаться. – Я напугал тебя?
Мотаю головой.
– Тебе не понравилось? Если ты больше не захочешь, то я не прикоснусь больше к тебе. Только не молчи, скажи что-нибудь…
Его темные глаза с пятнами-тенями обеспокоенно бегали по моим.
– Все было не так, как ты представляла, и это полностью моя вина! Я не сдержался, прости меня, Эсфи! Должен был быть терпеливее и…
Я не даю ему договорить, беру в руки его лицо и кладу большие пальцы на губы.
– Я хочу, чтобы ты прикосался ко мне, Рари. Так, как тебе хочется. Хочу быть твоей всегда!
– Эсфи…
– Мне было хорошо – чувствовать себя твоей!
– Ты нереальная, оленёнок!
– Почему?
– Потому что ты всегда рядом, что бы я ни делал.
– Я всегда буду рядом, Рари, что бы ты ни сделал.
– Я тебя не заслуживаю. Иногда боюсь, что ты моя иллюзия, порождение моих демонов. Если настанет день, когда я открою глаза и тебя не будет рядом, я убью себя, – он утыкается лицом в мой живот и притягивает руками за поясницу.
– Чокнутый! – я обнимаю его темноволосую голову и слегка улыбаюсь.
В последнее время он сильно оброс. Но ему это очень идёт.
– Эстер научила тебя новым словечкам?
– Она всех вас называет психами!
– Кажется, нам надо нанять нового психиатра!
– Не надо, Эстер – прекрасный специалист, просто ей нужен помощник или отдых. Вас слишком много для неё одной!
– Согласен, – Рагнар встаёт и снова заглядывает мне в глаза. – Пойдёшь со мной в ванную?
– Пойду!
Глава 29
Рагнар
Эсфи пробралась ко мне в кабинет, тихо сидела на диване напротив и что-то рисовала, изредка поглядывая на меня украдкой.
В последнее время она часто так делала: преследовала меня по клубу, пока я был тут. А когда уезжал по делам, постоянно мне звонила и писала сообщения. Её тревоги были для меня понятны, я всегда с улыбкой отвечал ей на каждый входящий и успокаивал.
Прошла неделя с того момента, как я её жестко трахнул на столе. Демоны разрывали меня из-за этого, пришлось будить Эстер той же ночью и просить колеса, чтобы усмирить эти голоса, съедающие хуже совести.
Я принимаю терапию, как и остальные бойцы, но внутри всё равно что-то гложет. Уже начал подозревать, что могу испытывать чувство вины. Оно особенно проявилось после того, как гинеколог сказал, что у оленёнка внутри образовалась гематома из-за грубого полового акта.
Женщина прописала ей какую-то мазь, таблетки и рекомендовала воздержание на несколько дней, чтобы дать внутренним тканям восстановиться и зажить. Два дня назад она снова приходила и сказала, что всё прошло, но я, б…ь, всё равно боюсь к ней прикоснуться после этого.
Эсфи ещё будто специально наряжается, чтобы свести меня с ума своими короткими юбочками да платьишками. А сегодня… сегодня она надела топик, который слишком сильно выделял её грудь.
Делаю вид, что работаю, но моё внимание устремлено лишь к ней. Моя красавица…
Не хочу причинить ей боль снова, боюсь навредить не только физически, но и психологически. Эстер говорила с ней по этому поводу, был риск, что Эсфи вообще не захочет близости со мной, будет бояться, но из-за страха продолжит молчать и терпеть. Я этого не хотел!
Я обещал ей, что научусь заботиться о ней. Сексом тоже научусь заниматься по-другому ради неё. Терпеливо, осторожно и бережно. Так, чтобы ей было хорошо!
– Рари, ты купишь мне краски? – отложив карандаш, неожиданно спрашивает она.
– Куплю, – киваю, пялясь на экран, делая вид, что, сука, работаю.
Уже полчаса пытаюсь прочитать одно и то же письмо с отчётом по перемещениям Карамзанова. За ним следили мои бойцы и докладывали о каждой мелочи.
Я знал его график, ближайшее окружение, что пьёт и ест, когда идёт в туалет! Всё до мельчайших подробностей. Мне нужны его слабые места, потихоньку составлял список и первым пунктом, как оказалось, стал его питомец Тиша. Ни любимая женщина, ни семья, а, б…ь, обезьянка, которую он кормил из бутылочки и одевал в памперсы для младенцев!
Переключаю взгляд на Эсфи. Эта невинная принцесса точно меня хочет соблазнить! Другой причины у меня просто нет. Её грудь вот-вот выпрыгнет из этого тесного куска ткани, как и мой стояк из трусов, прорвав их нах…
В задницу эту работу!
– И мольберт? – зажав между зубами кисточку, наклоняется вперёд, чтобы поднять с пола разбросанные листочки.
– И его тоже, – нажимаю на кнопку выключения ноутбука и сглатываю, не отрывая глаз от её неприличного выреза.
Надо будет сказать Эстер, что теперь я лично буду одобрять их заказы в онлайн-магазине. Психиатрша намерена опустошить карточку Сатана и, видимо, свести меня с ума, раз подбирает жене такие наряды!
– Я хочу сейчас, – надувает моё розовое счастье губки. – Ты ещё занят?
– Я тоже хочу сейчас… – хриплю, раскидывая ноги пошире, чтобы освободить место для яиц, которые вот-вот взорвутся от недотраха.
– Что? – переспрашивает, хлопая своими длинными ресничками.
Нет, Эсфи не такая, она определённо не может хотеть меня соблазнить. В её розовой голове такая мысль точно не проскочит. Во всём виновата…
Закрываю ноутбук и смотрю на неё в открытую.
– Для тебя я всегда свободен, оленёнок! – беру в руки брелок с ключами и нажимаю на кнопку, чтобы завести машину. – Поехали?
– Правда? – её голубые глазки засияли от услышанного.
Я ограничивал её в перемещении. Эсфи выходила за пределы клуба только со мной. Никому я не мог доверить её безопасность, кроме Сатана и Арсения, но один всё без ума бегает за женщиной, а второй депрессует. Сам отправлял меня к Эстер, а теперь её избегает, лишь бы не говорить с женщиной о своей проблеме. Что с Арсом происходит – ума не приложу! Такое впервые! Он никогда не жалуется на свои проблемы и нагрузку, но вечно беспокоится обо всех остальных.
– Только если ты переоденешься в более… – пытаюсь сформулировать так, чтобы её не обидеть. – удобную одежду.
Она оглядывает себя.
– Но мне удобно.
А мне, б…ь, не удобно со стояком и двумя бубенцами, которые скоро посинеют от перенапряжения.
– Тебе не нравится моя новая одежда? – Эсфи поджимает губки от обиды.
– Нет, мне очень нравится. Одевай её только для меня, договорились?
– Ты не хочешь, чтобы меня видели в ней другие мужчины? – догадывается она.
Оленёнок медленно встаёт и подходит к моему креслу. Я поворачиваюсь к ней как заворожённый, пока походкой от бедра она поступью идёт ко мне.
– Не хочу.
– Ревнуешь? – она облокачивается коленом на сидение моего кресла меж раскинутых в разные стороны ног и кладёт руки на плечи, поднося свой бюст почти к моему носу.
– Да, б…ь, я ревную свою жену! – притягиваю её за талию и сажу на свои колени.
Эсфи ахает, но не отталкивает меня, напротив, обхватывает ещё сильнее руками. Низом живота ощущает мой стояк и сама начинает тереться о него.
– Эсфи… – пытаюсь остановить её, но она берёт мою голову и склоняет к своей груди.
– Поцелуй меня, Рагнар! Так, как ты делал это!
Вдохнув всего раз малиновый аромат, перемешавшийся с запахом её кожи, я уже не в силах противиться.
Подбородком оттягиваю проклятый топ и захватываю сосок в плен.
– Да, вот так! – стонет она, насаживаясь всё интенсивнее на мой стояк.
Ласкаю полушарие языком, руками сминаю её попку, помогая двигаться теснее. Ещё немного – и сам кончу от обычного трения через ткань!
– Малышка… – хриплю я ей в изгиб шеи, чувствуя, что уже на грани.
– Я люблю тебя!
Берёт моё лицо в свои руки и целует. Неумело, но так, что срывает рассудок! Боюсь снова сделать что-то не так, откидываюсь на кресло всей спиной назад и убираю руки, чтобы не навредить. Отвечаю на поцелуй и позволяю пользоваться своим телом для разрядки.
Дыхание всё чаще замирает, Эсфи делает ещё пару движений и кончает, постанывая мне в рот. Ловлю губами каждый звук и сам кайфую от её состояния.
– Рари, – шепчет она тихо, прижимаясь ко мне.
– Теперь нам надо в душ, олененок.
Она просто кивает.
Я поднимаюсь вместе с ней на руках и несу жену в комнату, оставляю в ванной, а сам иду в соседнюю пустую спальню в ледяной, сука, душ. Мы быстро собираемся и едем в торговый центр в центре города.
Учительница Эсфи порекомендовала его. В резиденции Коган у моей жены была целая мастерская для занятий, а в клубе не было ничего, чтобы заниматься искусством. Чтобы возобновить уроки в ближайшее время, я готовил для Эсфи отдельное пространство. Ремонт закончится только завтра, но купить все необходимое можно уже и сегодня. Завтра сделаю ей сюрприз.
Мой телефон начинает разрываться от сообщений, потом звонков, когда мы поднимаемся на нужный этаж.
– Эсфи, ты пока выбирай, я отойду на секунду, Илья тебе поможет.
Киваю бойцу, чтобы помог с выбранными товарами. Нас всегда охраняло пять человек. Илья всюду следовал за Эсфи, а остальные терялись в толпе, чтобы не привлекть много внимания.
Нахожу укромный уголок в канцелярском магазинчике и отвечаю на звонок.
– Да.
– Отец госпожи ломится в наш клуб.
– И?
– В этот раз он более убедителен.
– Касито, говори прямо.
– Андреа Коган угрожает подорвать наше здание, если мы не дадим увидеть его дочь.
– Он этого не сделает, – фыркаю я. – Ничего не делайте ему, просто ждите. Ему надоест, уедет.
Все это время я не позволял Андреа увидеть свою дочь. Загипсованная рука и сломанный нос не обрадовали бы мою жену.
Возвращаюсь к ней и нахожу заплаканной. Гневно смотрю на Илью. Одноглазый ритируется, мотая головой, мол, не при чем.
– Олененок, ты почему плачешь? Тебя кто-то обидел?
Оставил её буквально на секунду, а уже что-то случилось!
– Рари, я выбрать не могу, мне и это, и это хочется, – жалуется она мне, показывая два набора красок.
– Эсфи, тебе не надо выбирать, мы возьмем все.
– А так можно?
– Можно.
Я обнимаю её, она тут же прячет своё лицо на моей груди. Это уже входит в ее привычку, которая мне определенно нравится.
Зову консультанта жестом, чтобы подошёл.
– Чем могу помочь, господин? – спрашивает молодой парнишка.
– Упакуйте мне все с этого стеллажа. Передадите этому мужчине.
– Весь? – переспрашивает он, будто не услышал.
– У меня нет привычки повторять дважды.
Парнишка нервно кивнул и испарился.
– Спасибо, – шепнула Эсфи мне в шею. – Рари?
– Да?
– Я не хочу возвращаться, давай ещё погуляем?
– Хорошо, пойдем поедим чего-нибудь вкусного?
– Чизкейк можно? – она вытирает свои слезы и начинает еще шире улыбаться. – С шоколадным шоколадом!
Скорость переключения ее эмоциональных состояний надо занести в книгу рекордов Гиннесса.
– Можно, сумасшедшая моя!
